Просто Гарри? (гет)

Последний завтрак в Хогвартсе

Утро последнего дня в Хогвартсе выдалось солнечным и по-летнему тёплым. Сквозь высокие окна Большого зала лился золотистый свет. Зачарованный потолок отражал безоблачное голубое небо.

Гарри сидел за когтевранским столом между Гермионой и Невиллом. Рон был за гриффиндорским столом, но на время пира границы стёрлись.

— Не верится, что всё закончилось, — сказала Гермиона, оглядывая Большой зал. — Ещё утром мы были в спальнях, а через час уже будем на платформе.

— Главное — ничего не забыть в суматохе, — заметил Драко, подходя к ним с бокалом тыквенного сока. — Моя мама рассказывала, что года она училась, каждый год кто-то из студентов оставлял в школе палочку или учебники.

— Точно! — Гермиона встрепенулась и начала перебирать в уме. — Палочки, мантии, котлы, книги, перья... Гарри, ты не забыл собрать свой чемодан?

— Он под кроватью, — ответил Гарри. — Я уже всё упаковал.

— А ты, Драко? — спросила Гермиона.

— Гермиона, ты это уже вчера три раза спрашивала, и сегодня опять? — усмехнулся Драко. — У меня все уже собрано.

— Невилл? — повернулась к нему Гермиона.

— У меня был список с моими вещами и тем, что я должен забрать домой, все вещи по списку собраны. — тихо сказал Невилл. — Я всё проверил три раза.

— Молодцы, — одобрила Гермиона.

— Ладно, — подвела итог Гермиона. — Тогда после завтрака все идут собираться. Встречаемся у выхода.

Поезд отошёл от платформы ровно в одиннадцать. Гарри, Гермиона, Рон, Драко и Невилл заняли купе в конце вагона.

— Как вы будете добираться до дома? — спросил Невилл.

— За мной придут родители и отвезут домой, скорее всего на такси — проговорила Гермиона.

— У нас все просто, все собираемся на перроне, а потом дружно добираемся до Норы — сказал Рон.

— За мной должен приехать дядя Вернон, ну а если не приедет доберусь сам до них — неуверенно проговорил Гарри,

— Ну а мы с родителями скорее всего через общественный камин домой сразу. — уверенно выговорил Драко.

Поезд замедлял ход. За окном показались знакомые окраины Лондона.

— Мы почти приехали, — сказал Рон.

Они вышли на платформу, попрощались и разошлись каждый со своими родителями, только Гарри сел в машину дяди.

Тисовая улица

Машина дяди Вернона остановилась у дома номер четыре. Гарри закатил сундук в прихожую.

— Дядя Вернон, тётя Петунья, — сказал он. — У нас на лето задали много домашних заданий. Мне нужно будет иногда ездить к друзьям-волшебникам. Я буду уезжать к ним летом.

— А если мы не разрешим? — спросила Петунья.

— Тогда меня могут исключить из школы, и я останусь здесь. Навсегда.

Вернон переглянулся с женой.

— Ладно, — процедил он. — Но, чтобы мы тебя не видели!

— Договорились, — кивнул Гарри.

Он закатил сундук в чулан.

Разговор Гермионы с родителями

Гермиона вышла с платформы с родителями.

— Мама, папа, — начала она в машине. — У нас на лето задали очень много домашних заданий. Один мой друг пригласил меня заниматься к нему. Там будут и другие — Гарри Поттер и Невилл Лонгботтом.

— К мальчику? — насторожилась мама.

— Нас будет несколько человек. Мы будем учиться вместе. За нами присмотрят, и я буду звонить каждый день.

— Ладно, — сказал папа. — Когда будет точная договорённость — тогда и поговорим.

Разговор Невилла с бабушкой

Лонгботтом-холл встретил Невилла запахом старых книг и лаванды. Бабушка Августа ждала его в гостиной, сидя в кресле с неизменной тростью в руках. Её лицо, обычно строгое и непроницаемое, чуть смягчилось при виде внука.

— Невилл, — сказала она, кивая на стул напротив. — Садись. Рассказывай, как прошёл год.

Невилл сел, теребя край мантии. Он знал, что этот разговор будет трудным.

— Бабушка, я хочу тебя кое о чём попросить, — начал он, стараясь говорить твёрдо. — Меня пригласил Драко Малфой. Он хочет, чтобы я приехал к ним в Малфой-мэнор на несколько недель. Мы будем заниматься вместе с Гарри Поттером и Гермионой Грейнджер. У них огромная библиотека, это поможет мне подготовиться к летним заданиям профессора Спраут. А также чтобы они тоже посетили нашу библиотеку и, если будет возможно пожили несколько дней, хотя бы Гермиона и Гарри.

Августа поджала губы.

— Малфой? — переспросила она, и в голосе её прозвучал лёд. — Ты хочешь поехать в дом Люциуса Малфоя, человека, который поддерживал Того-Кого-Нельзя-Называть?

— Драко — не его отец, бабушка, — тихо, но твёрдо сказал Невилл. — Он учится в Гриффиндоре. Он мой друг. Мы вместе прошли через многое в этом году.

— Друг? — Августа прищурилась. — Малфой — друг Лонгботтома?

— Да, бабушка. И Гарри, и Гермиона тоже ему доверяют. Профессор Снейп — его крёстный, и даже он говорит, что Драко пошёл в мать, а не в отца.

Августа долго молчала, тяжело дыша. Невилл знал, что она вспоминает родителей, вспоминает войну, вспоминает тех, кто предал и тех, кто погиб.

— И ты хочешь пригласить Малфоя в наш дом? — наконец спросила она.

— Да, бабушка. У нас есть уникальная библиотека по травологии, которой нет нигде. Драко очень хотел бы с ней познакомиться. И Гарри с Гермионой тоже. Это поможет нам всем в учёбе.

— А Уизли? — спросила Августа. — Твой рыжий друг тоже приедет?

Невилл покачал головой:

— Рон не получил дополнительных заданий на лето. Он останется дома. Но я хотел бы, чтобы Гарри, Гермиона и Драко смогли приехать к нам хотя бы на несколько дней. Бабушка, это важно для меня. Они — мои друзья. Настоящие.

Августа поднялась, подошла к окну. Долго смотрела на сад, где когда-то бегали её сын и невестка.

— Твои родители гордились бы тобой, Невилл, — тихо сказала она. — Ты стал смелее. Я не хочу принимать в этом доме Малфоя. Но ради тебя... я соглашусь. Пусть приезжают. Но только Поттер, Грейнджер и Малфой. Уизли — нет. Я не хочу, чтобы этот шумный клан топтал землю Лонгботтомов.

— Спасибо, бабушка, — выдохнул Невилл. — Я обещаю, ты не пожалеешь.

— Посмотрим, — буркнула Августа, возвращаясь в кресло. — А теперь иди распаковывай вещи. Вечером свяжусь с Люциусом. Если он посмеет хоть пальцем тронуть тебя в своём доме — я сотру Малфой-мэнор в порошок.

Невилл улыбнулся и вышел из гостиной. На душе было легко. Бабушка согласилась. Теперь можно было писать Драко.

Разговор Драко с отцом

По приезду в минор, когда все переоделись в домашнее, и чуть отдохнули. Драко вошёл в кабинет отца. Люциус Малфой сидел за столом, перебирая какие-то пергаменты. При виде сына он отложил бумаги и внимательно посмотрел на него.

— Отец, — начал Драко, стараясь говорить твёрдо. — Я хочу пригласить в Малфой-мэнор Гарри Поттера, Гермиону Грейнджер и Невилла Лонгботтома. Мы будем заниматься вместе, готовиться к летним заданиям. Прошу тебя разрешить.

Люциус долго молчал, барабаня пальцами по столу.

— Ты просишь принять в наш дом Поттера — полукровку, и Грейнджер — маглорождённую. Ты понимаешь, что это противоречит нашим традициям?

— Отец, — Драко выдержал его взгляд. — Я знаю, кто мы. Мы — чистокровные волшебники, и наша родословная насчитывает столетия. Но я думаю о будущем. Тёмный Лорд пал. Мир меняется. Если мы не будем меняться вместе с ним, Малфои останутся в прошлом, как многие другие чистокровные семьи, которые закоснели в своей гордости.

Люциус прищурился.

— Ты предлагаешь забыть о нашей крови?

— Нет, — твёрдо ответил Драко. — Я предлагаю не зацикливаться на ней настолько, чтобы отталкивать от себя сильных и талантливых волшебников. Поттер — Мальчик-Который-Выжил, его имя открывает любые двери. Грейнджер — лучшая ученица на курсе, её ум и знания могут пригодиться. Лонгботтом — наследник древнего рода. Если я буду дружить с ними, это принесёт Малфоям больше пользы, чем вражда.

Люциус задумался, потом усмехнулся:

— Ты рассуждаешь как политик.

— Я учусь у тебя.

— Лесть тебе не идёт, — беззлобно ответил Люциус. — Но ты прав. Мир меняется. Я разрешаю твоим друзьям приехать. Однако, — его голос стал ледяным, — запомни, Драко. Никаких предателей крови в доме Малфоев не будет. Если кто-то из них попытается использовать наше гостеприимство против нас — они пожалеют. Ты отвечаешь за них головой.

— Отец, я ручаюсь за каждого. Они не предатели.

— Надеюсь, — Люциус кивнул. — Можешь писать письма. Но предупреди их: они будут жить в левом крыле, и чтобы ни ногой в остальную часть особняка без приглашения.

— Спасибо, отец.

Драко вышел из кабинета с облегчением. Теперь можно было отправлять сов.

Разговор Люциуса с Августой

В тот же вечер, когда Драко сообщил отцу, что друзья согласны приехать, Люциус Малфой связался с Августой Лонгботтом через защищённый камин.

— Августа, — сказал он. — Я знаю, что ты думаешь обо мне. Но мой сын — не я. И его друзья — Гарри, Гермиона, Невилл — хорошие дети.

— Я знаю, — ответила Августа. — Мой внук только что час уговаривал меня разрешить ему поехать к тебе. И разрешить этим детям приехать к нам. Сказал, что они все хотите учиться вместе.

— И что ты решила?

— Я соглашаюсь. Но с одним условием: ты дашь Непреложный обет, что с моим внуком ничего не случится в твоём доме.

— Я согласен.

Они связали руки через пламя камина. Серебряная нить магии обвила их запястья.

— Клянусь, что Невилл Лонгботтом будет в безопасности в Малфой-мэноре. Никто не причинит ему вреда. Он будет гостем.

— Клянусь, — повторила Августа.

Серебряная нить вспыхнула и исчезла.

— А теперь о книгах, — сказал Люциус. — У Лонгботтомов есть уникальная библиотека по травологии.

— Есть. Невилл сказал, что твой сын хочет с ней познакомиться. Я разрешу. Но только ему. И Поттеру с Грейнджер. Уизли не будет.

— Уизли и не собирался, — усмехнулся Люциус. — Договорились.

Пламя погасло. Августа долго сидела в темноте, глядя на потухший камин.

Письма от Драко

На следующее утро сова прилетела к Гарри.

«Гарри, всё готово. Отец согласился и уже договорился с бабушкой Невилла. Ты можешь приехать хоть завтра. Гермиона получит такие же инструкции.

Сначала вызови «Ночного рыцаря». Выйди на пустынную дорогу, выброси вперёд руку с палочкой и скажи: «Ночной рыцарь». Билет до Лондона стоит одиннадцать сиклей. Скажешь кондуктору, что тебе нужно в «Дырявый котёл».

В «Дырявом котле» никого не жди. Пройди в общий зал и найди камин в дальнем левом углу. Брось щепотку летучего пороха и чётко назови: «Тихий тупик, Лондон». Тебя там встретят.

От Тихого тупика до Малфой-мэнора — через личный камин, который ведёт прямо в левое крыло.

Невилл доберётся сам.

Если возникнут проблемы — пошли сову.

Жду.

Драко»

Гарри перечитал письмо и спрятал его. Потом вышел в гостиную.

— Дядя Вернон, я уезжаю завтра.

— Опять? — вздохнул Вернон.

— Это нужно, чтобы меня не исключили.

— Пусть едет, — сказала Петунья. — Меньше проблем, меньше тратить денег на еду для него.

— Я буду приезжать на пару дней, — добавил Гарри. — Остальное время буду здесь.

— Ладно, — буркнул Вернон.

Письмо Гермионе

В тот же день сова принесла письмо и Гермионе. Драко написал ей то же самое.

Гермиона спустилась в гостиную.

— Мама, папа, всё подтвердилось. Я могу ехать хоть завтра.

— Завтра? — мама встревожилась.

— Я буду писать каждый день. Не спрашивайте, куда именно — меня попросили не рассказывать.

— Ты всегда была самостоятельной, Гермиона, — сказал папа. — Если ты уверена...

— Уверена.

— Тогда поезжай, — разрешила мама. — Но пиши каждый день.

— Обещаю, — Гермиона обняла их.

Дорога в Малфой-мэнор

На следующее утро Гарри встал рано. Дурсли ещё спали. Он выкатил сундук на крыльцо, закрыл дверь и направился к пустынной дороге.

Он достал палочку, выбросил руку вперёд:

— Ночной рыцарь!

С громким БАХ! из воздуха материализовался трёхэтажный фиолетовый автобус.

— Добро пожаловать на борт! Я Стэн Шанпайк. Куда едем?

— В «Дырявый котёл», Лондон.

Гарри отсчитал одиннадцать сиклей. Автобус рванул с места и через полчаса затормозил у входа в паб.

Гарри вошёл внутрь. В пабе было пусто — только бармен Том протирал кружки. В дальнем левом углу стоял старый камин. Гарри подошёл к нему, достал мешочек с летучим порохом. Щепотка пороха упала в огонь, пламя вспыхнуло изумрудным светом.

— Тихий тупик, Лондон! — чётко произнёс Гарри и шагнул в камин.

Зелёное пламя закружило его, и через несколько секунд он вывалился в небольшой чистой гостиной. Пахло старым деревом и сушёными травами. На стенах висели выцветшие фотографии.

Перед ним стоял пожилой мужчина в скромной, но опрятной одежде — тёмный сюртук, накрахмаленный воротничок. Его лицо было морщинистым, но глаза смотрели остро и внимательно.

— Мистер Поттер, — сказал он, кланяясь. — Меня зовут Уилфред Стоун. Я управляющий в этом доме. Мы вас ждали. Ваши вещи доставят позже.

В этот же миг из камина вывалилась Гермиона, отряхивая мантию от сажи.

— Уф, — выдохнула она. — Надеюсь, я правильно назвала адрес.

— Всё верно, мисс Грейнджер, — улыбнулся Уилфред. — Проходите.

Не успела Гермиона опомниться, как камин вспыхнул снова, и из него появился Невилл — с горшком какого-то растения в руках и с растерянным, но довольным видом.

— Я тоже здесь! — объявил он.

Уилфред Стоун окинул взглядом всех троих и удовлетворённо кивнул.

— Отлично. Все собрались. Теперь пройдёмте к личному камину.

Он провёл их через коридор в другую комнату, где стоял ещё один камин — поменьше, с изящной чугунной решёткой, украшенной гербом Малфоев.

— Это личный камин, — пояснил Уилфред. — Соединяет только этот дом и левое крыло Малфой-мэнора. Лорд Малфой настоял на максимальной безопасности.

Он бросил щепотку пороха, пламя вспыхнуло зелёным.

— Прошу. Вас уже ждут.

Гарри, Гермиона и Невилл шагнули в огонь почти одновременно.

Левое крыло Малфой-мэнора. Встреча с эльфом

Они оказались в просторной уютной библиотеке. В кресле у камина сидел Драко с книгой в руках.

— Поттер! Грейнджер! Лонгботтом! — он отложил книгу и встал. — Вы все приехали одновременно? Отлично.

Он подошёл к двери и позвал:

— Мипси!

С тихим хлопком в библиотеке появился домовой эльф. Он был невысоким, с большими глазами и длинными ушами, одет в аккуратную накидку с гербом Малфоев.

— Мипси приветствует молодых господ и леди, — эльф низко поклонился. — Мипси будет прислуживать вам во время вашего пребывания. Если что-то понадобится — еда, чай, постельное бельё, книги — Мипси всё принесёт. Мипси умеет быть незаметной, когда нужно.

— Спасибо, Мипси, — кивнул Драко. — Покажи нашим гостям их комнаты.

— Слушаюсь, молодой хозяин, — эльф поклонился и жестом пригласил всех следовать за ним.

Они вышли из библиотеки и пошли по длинному коридору левого крыла. Стены были увешаны портретами — некоторые приветственно кивали, другие делали вид, что спят.

— Вот комната мистера Поттера, — Мипси открыл дверь. Внутри была просторная спальня с большой кроватью под балдахином, письменным столом у окна и камином.

— Отлично, — сказал Гарри, заглядывая внутрь.

— А здесь — комната мисс Грейнджер, — Мипси указал на соседнюю дверь. — И комната мистера Лонгботтома, — на следующую.

Гермиона и Невилл заглянули в свои комнаты. Обе были обставлены с заботой — книги на полках, удобные кресла, свежие цветы в вазах.

— Ваши вещи уже доставлены, — добавил Мипси. — Мипси распаковала их и разложила по шкафам. Если что-то не так — Мипси всё исправит.

— Спасибо, Мипси, — хором сказали Гарри, Гермиона и Невилл.

Эльф счастливо улыбнулся и исчез с тихим хлопком.

— Располагайтесь, — сказал Драко. — А когда будете готовы — приходите в библиотеку. У нас много работы.

Через несколько минут все четверо снова собрались в библиотеке левого крыла. Гермиона уже достала блокнот, Гарри взял с полки первую книгу из списка Снейпа, Невилл аккуратно поставил свой горшок с растением на подоконник.

— Итак, — сказал Драко, закрывая дверь. — Мои родители пошли на большие уступки, чтобы вы могли здесь заниматься. Отец дал Непреложный обет бабушке Невилла ещё до того, как вы получили письма. Мы не можем их подвести.

— Что ты предлагаешь? — спросил Гарри.

— Работать максимально эффективно. У нас есть библиотека, есть зелья, есть конспекты Гермионы. Мы должны за месяц успеть приготовить и отправить все эссе по книгам из нашей библиотеке.

— И постараться не разозлить твоих родителей, — добавил Невилл.

— Именно, — кивнул Драко.

Гермиона уже строчила в блокноте.

— Я составлю график. Будем заниматься по шесть часов два раза в день, и вечером еще несколько часов, Гарри с тебя зелья!

— Она права, — сказал Гарри.

— Тогда договорились, — подвёл итог Драко.

Они разобрали книги по стопкам и принялись за работу. В библиотеке левого крыла зажглись свечи, и тишину нарушало лишь шуршание страниц.

Ночь. Второй сон

Поздно вечером, когда все разошлись по комнатам, Гарри лёг в кровать. Комната в левом крыле была уютной — тяжёлые портьеры, старинная мебель, тихое потрескивание догорающих углей в камине.

— Спокойной ночи, Борос, — прошептал Гарри.

«Спокойной ночи, Гарри», — ответил древний змей.

Гарри закрыл глаза и провалился в сон.

Ему снился Хогвартс. Подземелья, кабинет зельеварения. За партой сидел профессор Снейп и листал книгу.

— Садитесь, Поттер, — сказал он, не поднимая головы. — Вы пропустили три главы «Продвинутой теории». Будем навёрстывать.

Снейп задавал вопрос за вопросом — о совместимости ингредиентов, о температурных режимах, о заменителях. Гарри отвечал, и ответы всплывали в памяти сами собой. Снейп не давал передышки: стоило Гарри ответить на один вопрос, как следующий уже звучал в воздухе. Через полчаса такого темпа голова начала гудеть, но знания укладывались в ней с пугающей чёткостью.

— Достаточно, — наконец сказал Снейп. — Теперь идите. Вас ждут другие.

Комната растворилась, и Гарри оказался в классе заклинаний. На возвышении стоял профессор Флитвик, подпрыгивая на стопке книг.

— Мистер Поттер! — пискнул он. — Теорию вы знаете, но скорость произнесения заклинаний у вас никуда не годится. В дуэли каждая секунда на счету. Сегодня мы будем тренировать быстроту. Повторяйте за мной: «Ступефай!»

— Ступефай! — выкрикнул Гарри.

— Быстрее! — скомандовал Флитвик. — Представьте, что на вас летит бладжер. «Ступефай!»

— Ступефай! Ступефай! Ступефай!

— Теперь сменим заклинание. «Экспеллиармус!»

— Экспеллиармус!

— Короче, Поттер! Вы не на балу, вы на дуэли. «Протего!», «Инкарцеро!», «Пертификус Тоталус!» — без пауз, без запинок.

Гарри выкрикивал заклинания снова и снова. Флитвик заставлял его менять порядок, ускорял темп, добавлял новые — «Локомотор Мортис!», «Имобулюс!», «Релашио!». Гарри чувствовал, как язык начинает заплетаться, а рука немеет от постоянных взмахов палочкой. Но он не останавливался. Он видел перед собой не профессора, а красные глаза из леса — и понимал, что в настоящей схватке у него не будет времени на раскачку.

— Лучше, — наконец сказал Флитвик, вытирая пот со лба. — Но до идеала ещё далеко. Продолжим завтра.

Класс заклинаний исчез. Гарри оказался в теплице номер три. Здесь было тепло и влажно, пахло землёй и цветами. Профессор Спраут стояла у длинного стола, заставленного горшками с самыми разными растениями.

— Мистер Поттер, — сказала она, поправляя растрёпанные волосы. — Вы неплохо знаете основы, но ваш справочник по растениям слишком мал. Настоящий волшебник должен уметь определять опасные и полезные растения с первого взгляда. Начнём.

Она указала на первый горшок — растение с длинными, свисающими вниз стеблями, покрытыми мелкими колючками.

— Что это?

— Плакучий плющ, — ответил Гарри. — Используется в зельях для лечения ран. Но его сок ядовит, если не разбавить.

— Хорошо. А это?

Спраут подвинула второй горшок — ярко-оранжевый цветок, который мерцал в полумраке.

— Огнецвет. Выращивают для эссенции, которая входит в состав укрепляющих зелий. Любит сухую почву и прямой солнечный свет.

— Правильно. А это?

Третий горшок был накрыт тёмной тканью. Спраут сняла её — под ней оказалось бледное, сморщенное растение, похожее на уродливого младенца.

— Мандрагора! — выдохнул Гарри. — Её крик смертелен для взрослых и опасен для детей. Пересаживать нужно только в защитных наушниках.

— Молодец. Но я вижу, что вы знаете только самые распространённые виды. А теперь — то, с чем вы не сталкивались.

Спраут подвела его к другому столу. Здесь стояли растения, которых Гарри никогда не видел.

— Вот это — крикун, — она указала на куст с длинными, колючими ветвями, который издавал низкий, протяжный звук, похожий на стон. — Питается страхом жертвы. Если подойти к нему с мыслями о панике, он выпустит шипы. Как с ним бороться?

Гарри задумался, но Борос шепнул ответ. Гарри повторил:

— Нужно думать о чём-то приятном. Или использовать заклинание «Тишина», чтобы заглушить его зов.

— Верно. А это?

Спраут указала на растение, похожее на обычный папоротник, но с серебристыми прожилками на листьях.

— Звездная трава, — узнал Гарри. — Невилл как раз такую выращивает. Она нужна для зелий восстановления магии. Любит лунный свет и холодную воду.

— Отлично. А это?

Новое растение выглядело как клубень картофеля, но он шевелился и время от времени издавал хлюпающий звук.

— Плевальщик, — сказала Спраут. — Одно из самых неприятных растений в этой теплице. Выстреливает слизью на расстояние до десяти футов. Как его пересадить?

— В защитных очках и перчатках, — неуверенно сказал Гарри.

— И закрыв рот, — добавила Спраут. — Иначе можете проглотить слизь. А она вызывает несварение на неделю.

Гарри поёжился.

Спраут заставляла его перебирать растение за растением. Дьявольские силки, которые душат жертву в темноте. Кактус-самострел, выпускающий иглы в любого, кто подойдёт ближе, чем на три фута. Лунный цветок, раскрывающийся только в полнолуние и дающий нектар для самых мощных зелий. Гарри запоминал названия, свойства, способы ухода и опасности. Руки привыкали к колючкам и липкой слизи, голова — к потоку информации.

— Сегодня вы узнали двадцать три новых растения, — подвела итог Спраут, когда Гарри уже едва стоял на ногах от усталости. — Завтра будет ещё тридцать. Растения — это не просто украшение. Это оружие, защита и еда. И иногда — единственное спасение.

Сон был тяжёлым, липким, как патока. Гарри метался, но не мог проснуться. Профессора сменяли друг друга: Снейп, Флитвик, Спраут, Макгонагалл, мадам Помфри... Он варил, колдовал, пересаживал, превращал, диагностировал. Он не знал, сколько времени прошло — час, два, вся ночь. Он просто делал, что ему говорят.

Утро. Признание Бороса

Гарри проснулся от того, что в окно светило солнце. Он сел на кровати и потёр глаза. Голова была тяжёлой, будто он всю ночь сдавал экзамены.

— Борос, — позвал он хрипло. — Что это было? Опять этот сон, как в начале учебного года в Хогвартсе. Снейп, Флитвик, Спраут... Они меня мучили всю ночь.

В голове раздался вздох.

«Не «опять», Гарри. Это был всего второй раз. Первый — когда ты только приехал в Хогвартс, помнишь? Тебе тогда снился Снейп. Он гонял тебя по вопросам, а под конец засмеялся. А теперь — второй».

— Так, откуда ты это знаешь? — Гарри напрягся. — Это ты так все подстраиваешь?

«Да, — признался Борос. —В Хогвартсе я смог сделать это только один раз — в самом начале, когда ты только поступил. Силы были на исходе после того, как я отразил Аваду и годами поддерживал твою жизнь. А теперь, в Малфой-мэноре, магический фон очень сильный. Здесь достаточно энергии, чтобы я мог делать такие сны хоть каждую ночь».

— Каждую ночь? — Гарри провёл рукой по лицу.

«Не бойся. Если устанешь — скажи, я сделаю перерыв. И по воскресеньям — выходной. Будешь видеть летающих драконов или что ты там любишь».

— Договорились, — вздохнул Гарри. — Только в следующий раз предупреждай. Хотя бы намёком.

«Постараюсь. А теперь — вставай. Завтрак уже готов, и Гермиона, наверное, составила график на сегодня».

Гарри встал, подошёл к окну. Внизу, в саду Малфой-мэнора, цвели розы.

— Спасибо, Борос.

«Не за что, Гарри. Мы же одно целое».

Гарри улыбнулся и вышел из комнаты.

Начало лета

В библиотеке левого крыла его уже ждали друзья. Гермиона сидела с блокнотом, Драко листал «Энциклопедию ядов», Невилл рассматривал горшок с растением.

— Ты какой-то бледный, — заметила Гермиона. — Не выспался?

— Приснился кошмар, — ответил Гарри, усаживаясь за стол. — Снейп опять гонял по зельям. И Флитвик со Спраут заодно.

— Обычное дело, — усмехнулся Драко. — Привыкай. Крёстный говорил, что настоящие зельевары даже во сне, не просыпаясь должны сварить Рябиновый отвар, а потом продолжить спать.

Гарри промолчал. Он взял с полки первую книгу из списка Снейпа — «Продвинутую теорию зельеварения» — и открыл на первой странице.

«Сегодня ночью — занятия с Макгонагалл, — тихо сказал Борос. — Будем тренировать трансфигурацию. И, Гарри, я буду предупреждать. Хотя бы мысленно, перед сном».

— Договорились, — мысленно ответил Гарри.

Он перевернул страницу и начал читать. Рядом Гермиона что-то строчила в блокноте, Драко делал пометки на полях тетради, Невилл тихонько пересыпал землю в горшке.

За окном левого крыла Малфой-мэнора светило солнце. Лето только начиналось. И оно обещало быть незабываемым.