Вена не верит слезам... (гет)

Пани Виктория охотно стала конфиденткой Магдалены, понимая, что девочке нужна поддержка матери, а поскольку мать может разве что выступить занудным пастором, который свою волю и личные антипатии будет позиционировать как волю Божью, то она охотно вызвалась стать заменой материнской фигуры. У них вошло в привычку встречаться в кафе недалеко от Магдалениного университета в то время, когда у Магдалены было окно между парами, а у пани Виктории — обеденный перерыв, который она могла позволить себе в несколько продлённом виде. В этот раз был ещё один повод побеседовать с племянницей.

— Как дела у Тессы?

— У неё всё хорошо, вернее, у них с Кристианом, кажется, он перевёз в однушку Тессы всё содержимое своей, даже пальму, Тесса ворчит, что заниматься любовью под пальмой, конечно, романтично, главное, чтобы на ней кокосов не выросло, — обе они рассмеялись.

— А когда вы с Рихардом планируете съезжаться? — полюбопытствовала пани Виктория.

— Мы ещё не планируем, подождём, пока я не окончу магистратуру, — ответила Магдалена, поднося чашку к лицу и жмурясь от удовольствия, вдыхая его терпкий аромат.

— Разумно, в конце концов, учитывая отношение родителей к избраннику, скандала в этом случае не избежать, так что лучше встречать его уже с дипломом на руках,- одобрительно кивнула пани Виктория, — так же советую… Нет, ты только не подумай, что я как-то хочу влезть в ваши личные отношения, но всё-таки… Пока ты не окончишь образование и не встанешь на ноги… Я бы посоветовала Вам предохраняться…

— Тётя, — Магдалена окрасилась и оглянулась по сторонам, — мы пока и не начинали…

— Нет? — несколько разочарованно протянула тётя Вики. — Что же вас останавливало? В самый неподходящий момент раздавался звонок и твой голубоглазый коп уезжал на новое дело?

— Тётя Вики… Мы ещё не женаты, — ответила Магдалена, причём тоном, которым озвучивают какую-то избитую, совершенно очевидную истину, ускользнувшую от собеседницы.

— Магдалена, Боже, ты серьёзно?! — воскликнула тётя таким тоном, которым обычно спрашивают «девочка, ты из какого века?»

— Тётя, я всё-таки христианка, я не могу так, — ответила Магдалена.

— Как так? — недоумевала пани Виктория. — Боже, неужели Рихард готов ждать этого торжественного момента лишения невинности моей дорогой племянницы «в поту и в нервах первой брачной ночи»?

— Тётя, мы знакомы от силы три недели, — напомнила Магдалена, — у нас пока узнавание друг друга и букетно-конфетный период, об этом, — и девушка многозначительно выделила «об этом», — у нас пока речи не было.

— Магдалена, — пани Виктория закатила глаза, — ты не на исповеди у падре из собора святого Стефана, со мной, да и вообще по жизни, называй вещи своими именами: сиськи сиськами, писю писей, а секс сексом.

— Благодарю за ликбез, тётя, — усмехнулась Магдалена, смотря как благообразная пожилая дама за столиком справа скорчила гримасу, будто она жуёт щавель.

— Но вообще, странно… Очень странно, — протянула пани Вики, — я думала он более решительный мужчина, судя по его горячему темпераменту…

— Не в личных отношениях, — мягко возразила Магдалена, — Рихард уже обжигался и не раз, поэтому он, скорее, предоставляет мне быть инициативной.

— О, ну тогда я спокойна за твою научную карьеру, такими темпами развития отношений, ты сможешь и докторскую защитить, — и пани Виктория, посчитавшая своё замечание забавным, рассмеялась смехом, который многие мужчины находили невероятно очаровательным, при этом женщина слегка запрокинула голову и обнажив верхний ряд идеально ровных белоснежных зубов.

— Тётя, ты можешь считать мои убеждения находкой из бабушкиного сундука, — начала Магдалена…

— О, замечательное определение, именно таковыми я их и считаю.

— Но Христос дал заповеди всем и вне зависимости от века, — возразила Магдалена.

— Девочка моя, твой менторский тон совершенно не подходит твоей воздушной внешности. Я считаю и всегда считала религию, какую бы то ни было религию, инструментом по управлению человеческим умом, это как красные флажки, а мы как волки, которых загнали в рамки, чтобы сделать лёгкой добычей.

— Люди — да, безусловно, они используют религию в своих корыстных целях, но это не значит, что нужно пропускать мимо ушей всё, что сказано в Евангелии, — возразила Магдалена, — по крайней мере, мне, учитывая, к какой опасной профессии принадлежит Рихард, хотелось бы получить Божье благословение и поддержку в нашем союзе, но как это будет возможно, если я нашу правила? По крайней мере, занимаясь этим… То есть занимаясь сексом, — поправилась Магдалена, увидев выражение лица тёти, — я бы хотела полностью отдаваться процессу, а не испытывать уколы совести, осознавая, что я не имею на это моральных оснований.

— Магдалена, — вздохнула пани Виктория, — иногда мне просто кажется, что ты фригидна, отсюда вся эта религиозность.

— Тётя, с чего ты взяла? Я вовсе не фригидна, я просто хочу поступить правильно! — возмутилась Магдалена.

— Ну я никак иначе не могу объяснить такую добродетельность и полное отсутствие интереса к интимной сфере до пости… Двадцатичетырёхлетнего возраста, да ещё и с такими оговорками… Но я это говорю, девочка моя, не для того, чтобы задеть твои чувства, а для того, чтобы подготовить тебя к тому, что Рихард будет крайне разочарован, если ты будешь медлить и тянуть до официальной регистрации, поверь, ни один штамп в паспорте ещё не спас отношения, если между людьми нет искренних чувств…

— Думаю, мы справимся с этой проблемой, — возразила Магдалена.

— Надеюсь, мои дорогие голубки, надеюсь на вас, и также надеюсь, что ты сможешь поддержать мне в одном деликатном деле… Одному моему знакомому нужна помощь Рихарда… Речь идёт об очень и очень деликатном деле, касающемся одной высокопоставленной особы… — тётя наклонилась к Магдалене и прошептала — господине Ансельме Фейербахе.

— Твоём бывшем возлюбленном? — уточнила Магдалена.

— Да, о нём, только прошу тебя, не рассказывай Рихарду, что в прошлом нас связывал непродолжительный роман, он обязательно расскажет доктору Графу, а я бы не хотела, чтобы Лео думал, что между нами всё ещё что-то есть.

— А между вами, действительно, всё кончено? — уточнила Магдалена.

-Конечно, милая, за кого ты меня держишь? Я, конечно, не оплот добродетели, но строить отношения параллельно с двумя мужчинами — это не про меня! Он тогда потерял жену, умершую от онкологии, я развелась со своим вторым мужем, который столько крови мне попортил за время нашего брака, длиною в пять лет… Мы оба понимали, что это всё скоротечно, но нам нужна была встряска, чтобы почувствовать, что мы существуем. Но мы расстались уже четыре года как, и ни один из нас об этом не пожалел.

— Интересное у вас понимание картезианства, — усмехнулась Магдалена.

-Как бы то ни было, но он нуждается в помощи, вернее, его единственная и горячо любимая дочь, которую он любит особенно сильно ещё и оттого, что она как две капли воды похожа на его любимую жену.

— А что же, собственно, с ней случилось? Её хотят убить? — вмиг посерьёзнела Магдалена.

— Ансельм боится, что да, у него нет доказательств, но он уверен в этом…- мрачно ответила пани Виктория.

— Но кто?

— Её ухажёр… Не сейчас, после замужества… Самое ужасное, что Анна буквально ослеплена страстью к этому человеку и слушать никого не хочет. Я Бог весть какой физиономист, но мне не нравятся его глаза, они какие-то порочные, гипнотические... Дело деликатное, Магдалена, и я надеюсь, ты сможешь повлиять на своего сыщика...