Натуральный блондин (гет)

Гермиона до вечера витала в облаках, не спускаясь на землю в принципе. Она даже на уроках сидела молча, с отсутствующим видом и руку не поднимала, чего с ней сроду не случалось. Но, поскольку по Хогвартсу пронеслась весть, что Грейнджер теперь встречается с Маклагеном, все решили, что так и должно быть.

Минерва МакГонагалл была очень недовольна. И Рон Уизли тоже. Но их никто не спрашивал.

Это она теперь — девушка Малфоя, так получается, что ли? И они... ну... встречаются? А как оно вообще так вышло, ей кто-нибудь может объяснить?

Но объяснить было некому, это даже Гермиона понимала. Посещения кафе мадам Паддифут им в обозримом будущем точно не светили. И целоваться у всех на виду, как Лаванда с Роном... Хотя ей понравилось!

Очень понравилось. Так, что сердце замирало и куда-то падало. Это и есть обещанные девчонками бабочки в животе? Или у них по-другому?

Они так и не поговорили с Малфоем. То есть, теперь, наверное, надо называть его... Драко? Гермиона заливалась краской только при одной этой мысли и старалась уткнуть голову в тетрадь и прикрыться своими буйными кудрями. А то Гарри на нее уже поглядывал с подозрением.

Гарри! Эта мысль ударила как кулаком в грудь. Что она ему скажет? И как? И что он ответит? Он же Малфоя ненавидит люто! А Рон?

Гермиона в ужасе зажмурилась. Представлять реакцию друзей ей совсем не хотелось. Это ж какой скандалище будет! Да Скитер такое и во сне не приснится. Хорошо, если замок устоит.

Нет, она пока лучше помолчит. Может, все наладится как-нибудь и тогда они... тогда... Ой, все!

Но любовная лихорадка нисколько не помешала ей щедро подсыпать магловский слабительный порошок в сахарницу, которая вместе с сервизом стояла на столе в их спальне. Чай Лаванда и Парвати пили по пять раз на дню, сахар клали не меньше пяти ложек на чашку и заедали таким количеством сладостей, что если и заметят посторонний привкус, то спишут его на кондитерские эксперименты эльфов.

Ибо кто обидит Гермиону Грейнджер — тот станет загадкой для мадам Помфри!

Драко пребывал в полной эйфории. То есть, он, конечно, старался не показывать вида, но внутри его просто распирало от счастья.

Она его не оттолкнула! Не превратила ни во что, и даже пощечину не дала. А... ответила. Кажется.

Драко вообще смутно помнил, как именно они целовались в той нише, но очень хотел повторить. Желательно, прямо сейчас. Как бы ему выдержать до ее дежурства, которое только послезавтра, это же целая вечность!

Зато возле Исчезательного шкафа есть очень удобный диван. Нет, он ни на что такое не намекает, он же соображает остатками размягченных мозгов, что имеет дело с Грейнджер, а это серьезно и пошлые приемы, которыми щедро делится Забини, с ней не сработают. Но ведь сидя целоваться удобнее!

О, Мерлин! Шкаф! Он же совсем забыл про задание Лысого Хрена! Да какое убийство директора, когда рядом такая девушка? Его девушка теперь. Абсолютно точно его и больше ничья.

Так он и знал, что желающих на целый Хогвартс-экспресс наберется! Уизел отвалился, закрутив с Браун (это правильно, дураки друг к другу тянутся), так теперь этот паразит Маклаген! Оторвать бы ему лапы. Ладно, над этим он подумает.

Вот еще бы Поттер себе кого-нибудь нашел и перестал шататься рядом с Грейнджер, Драко бы сразу стало намного легче жить. А избранный очкарик словно чует что-то, с такой ненавистью на него пялится. Да и пусть. Может, Лысому в своих видениях на него пожалуется и тот угомонится на какое-то время.

Главное, чтобы Поттер про них с Грейнджер не догадался. (Нет, с Гермионой. Красивое имя.) Потому что если Лысый узнает... Вот это пострашнее будет, чем неминуемый скандал в исполнении Поттера и Уизела. Волдеморт — это серьезно!

Как бы ему выкрутиться, чтобы и Лорда успокоить, и Грейнджер не потерять, да и про крестраж нельзя забывать. С диадемой надо что-то делать, иначе Лысый козел никогда не сдохнет.

А губы у нее такие вкусные...

Блаженное состояние своего студента декан Слизерина совершенно не разделял. Снейпу опять не удалось выспаться и был он хмур, язвителен и зол на весь белый свет.

Особенно на Поппи, которой срочно потребовалась его консультация как специалиста по темной магии. Видите ли, две гриффиндорские идиотки второй день страдают необъяснимой диареей. Закрепляющее зелье помогает, но ненадолго. Уйдут из Больничного крыла — и через пару часов снова здесь. Дело точно в проклятии, но целительница с таким никогда не сталкивалась.

— Не понимаю, Поппи, — проворчал Снейп, зайдя в кабинет школьной медиковедьмы. — Проклятий на Браун и Патил я не нашел. Зелья им тоже не подливали, сама видишь. Не знаю, откуда такое взялось. Может, съели что-то не то?

— Что будем делать, Северус? — спросила мадам Помфри.

— Ничего не будем, — а ему ещё уроки вести сегодня. — Пусть прекращают жрать сладости и налегают на овощи. Как там эта неугомонная Грейнджер советовала? Овсянка, морковка, прочий силос.

— Согласна, Северус, — Поппи зашуршала пергаментами. — Где-то у меня были ее рекомендации по диетам. Нашла! Ничего жареного, жирного и сладкого, вареное мясо, фрукты, сельдерей, брокколи... Да, ты прав. И никаких пирожных! Правильное питание и здоровый образ жизни творят чудеса. Сейчас же объясню эльфам и пусть скорректируют блюда на гриффиндорском столе.

Лаванда и Парвати, которые подслушивали под дверью, не сговариваясь, рухнули в обморок.

Снейп молча смотрел, как Поппи приводит обоих дурех в чувство.

Малахольные все стали! Трагедия у них какая, пахлаву запретили, или что они там за обе шеки трескали! А что бы они запели, окажись вдруг на его месте? Когда он сам вообще ел по-человечески? Да на него уже Бодрящее зелье не действует и вместо крови черный кофе плещется.

Северус чувствовал себя задолбанным до невменяемости, спасибо двум своим хозяевам. И Скитер.

Ее последняя статья, с домыслами насчет отсутствия законных и незаконных потомков у этих мозгое... крутов произвела эффект Бомбарды Максима что среди орденцев, что в стане Пожирателей.

Теперь его то и дело дёргали на совещания то одни, то другие. Пополам еще разорвите!

Орден Феникса занимался вопросом "Кто виноват?", а Волдеморт с Пожирателями решали, что делать. В воздухе отчетливо пахло русской классикой и романом магла Достоевского "Идиот". Очень не хватало Долохова, он хотя бы знал, как с этим бедствием бороться.

И у него всегда с собой было.

И если Малфой-Мэнор еще стоял, то это только потому, что Нарцисса пообещала заколоть шпилькой любого, кто поцарапает паркет. Даже родную сестру.

Последний номер "Ежедневного пророка" от Беллы прятали особенно тщательно.

На Гриммо разрушать после Блэка было уже и нечего, а Тонкс сейчас не в форме. И, к слову, Нимфадура упорно отрицала свое причастие к утечке информации из аврората. Дамблдор ей верил. Начальство — нет. Снейпу было все равно.

Деньги на ингредиенты для нужных зелий, вопреки надеждам Снейпа, Дамблдор где-то все же нашел. Но расставался с ними так мучительно, словно ежа против шерсти рожал. И все просил быть поэкономнее.

Да не вопрос! Можно больше не тратиться на Аконитовое, а Люпина держать в подвале. Или Грюм может бросить пить... Нет, это фантастика. А на чем еще расходы резать?

Директор смотрел с укором, делал вдохновенное лицо и заводил старую песню о Великой Силе Любви. Это при всех, а наедине полоскал Снейпу мозги своей неминуемой скорой кончиной, вот умрет он, и тогда все эти клеветники и гонители пожалеют, но будет поздно...

— Дамблдор, вы Поттера хоть чему-нибудь учить собираетесь? — не выдержал в итоге Снейп. — Времени осталось с вошкин хрен, проклятие вас прикончит к лету, если не раньше.

— Северус, я просто хочу, чтобы мальчик хорошо провел каникулы. И повеселился у Горация, ах, молодость, танцы, Гарри нужен отдых, — надулся Альбус и прикрыл свою черную руку рукавом вышитой мантии. — Мы даже не обсудили мои похороны, а ведь это важно, Северус. Я уже и место себе под гробницу подыскал...

Снейп с большим трудом находил в себе силы не убить Дамблдора прямо сейчас. Но ниточка, на которой держалось его терпение, с каждым днем становилась все тоньше.

Зато Лорд не изменял своей привычке швырять галлеонами направо и налево. Не свои же, не жалко.

И его можно понять, поток искренне сочувствующих чистокровных гостей в последнее время сократился (к тщательно скрываемой радости Нарциссы). А криминальная братия из Лютного без оплаты и шагу не сделает, предпочитая тратить время и силы на разборки между собой и сведение счетов (под прикрытием Волдеморта) с особо задолбавшими их аврорами и слишком честными следователями и чиновниками. А ведь он намекал Амелии Боунс, чтобы она была поосторожней! И что вышло? Плохо вышло.

Нарцисса утверждала, что доступа к сейфу у нее нет, а продать драгоценности без разрешения Люциуса никак нельзя, потому что она благовоспитанная чистокровная супруга. Волдеморту ничего не оставалось, кроме как ставить всем в пример леди Малфой. И тратить золото Лестрейнджей.

А тут еще понадобилось хоть чем-то перебить послевкусие от этих мерзких клеветнических статей. И продемонстрировать тем, кто еще колеблется, давно чаемые "великие и ужасные дела". Что для этого может подойти лучше, чем взятие штурмом Азкабана и освобождение верных Пожирателей Смерти? Опять.

Снейп не смог удержаться от уточнения, что Люциуса с компанией и так выпустят не позже понедельника, а субботний предрождественский номер выйдет 21 декабря и он наверняка уже почти готов, на первую полосу эта новость при всем желании не попадет.

Но вместо благодарности за своевременное предупреждение получил Круцио.

Да когда же это все кончится?

* * *

Австралия, Мерлин не знает, где.

— Да когда же эти наши мучения кончатся? — шепотом взвыл собака-Блэк, свалившись под куст возле загадочной магловской заправки. Вокруг не было ни души.

— Никогда, Сиря. Это Австралия, — ответил кот-Долохов. — Сиди здесь, я на разведку. Если что — гавкай сигнал SOS.

— Это как?

— Три коротких, три длинных, три коротких... Хм. Вместо длинных гавков можешь выть, разрешаю.

* * *

— Греееейнджер, я так не хочу, чтобы этот вечер закончился... — сидящий на диване блондин притянул к себе кудрявую шатенку.

Целовались они до одури. Как только Грейнджер зашла в Выручай-комнату, так и все. Драко больше ни о чем не думал и думать не хотел.

И вдруг вздрогнул от резкого противного звука. А это Живоглот драл когтями дверь Исчезательного шкафа.

— Глотик, туда нельзя, — сказала ему хозяйка. Хотела строго, но не получилось.

И улыбнулась чуть припухшими зацелованными губами.

Драко очень хотел, чтобы этот проклятый шкаф провалился поглубже. И Лысый с Бородатым отправились следом. И вообще чтобы во всем мире остались только они двое, ему больше никто не нужен.

Жаль, что так не выйдет.

— Ты о чем думаешь? — спросил он у своей (да, своей!) девушки, которая смотрела на магическую мебель и хмурила брови.

— Каникулы скоро, — вздохнула Грейнджер. — Тебе придется ехать домой. А там...

— Не напоминай, — Драко устало потер ладонью лоб. — Придется еще и отчитываться перед Лысым. Надо бы что-нибудь придумать. Только меня все время что-то отвлекает.

И он опять было потянулся к ее губам, Грейнджер ловко вывернулась и требовательно посмотрела на него.

— И что ты будешь вашему Лысому говорить, когда он тебя позовет?

— Нуууу... — Драко легкомысленно начал перечислять. — Скажу, что я изо всех сил стараюсь. Прозвище Лысому придумал. Красивое же? Аврорат работой обеспечил. А некоторых и трехразовым питанием, они из Хогвартса вообще не вылезают и от обеденных столов не отходят. Ожерелье вот директору подбросил, но он почему-то не носит, наверное, с мантией не сочетается. Или к шляпе не подходит.

— Это давно было! — возмутилась Грейнджер.

— Ладно, ты права, — ответил Драко. — Надо будет что-то показать. Вдруг он мне в башку полезет?

— А он? Он так умеет? — в ужасе ахнула Грейнджер.

— Легиллименцию? Умеет, — помрачнел Драко. — Правда, ко мне только один раз применял. И то недолго. Но больно это. И противно. Больше не пробовал, но вдруг опять? Ему бы сразу подсунуть воспоминание какое-то нужное, как я Дамблдора... даже не знаю, отравить пытаюсь, что ли. Что с ним еще делать? С алебардой за директором гоняться?

И тут Драко кое-что вспомнил.

— Грейнджер, у меня идея, — оживился он. — Ты говорила, что у тебя какой-то порошок есть.

— Магловское слабительное, — уточнила Грейнджер, с ходу его поняв и поддержав. — Чарами не определить. Предлагаешь лимонные дольки как пудрой обсыпать?

— Ага, я так и думал, что с Браун и Патил ты постаралась, — отметил Драко. Грейнджер только хмыкнула. — Я слышал, что Слизнорт заказал у мадам Розмерты медовуху. И хочет подарить Дамблдору. Вот, пока все будут гудеть у него на вечеринке, я проберусь в кабинет и подсыплю в бутылку это твое чудесное снадобье. И Лысый будет счастлив, и Бородатый не сильно пострадает, выпьет Закрепляющее — и все. А там и каникулы кончатся.

— Ладно, — кивнула Грейнджер. — Я к тебе сегодня Живоглота в подземелья отправлю, он принесет. Возле кухни встречай.

— С меня ветчина, — пообещал Драко, глядя на кота. Живоглот бесплатно не работает.

— А если спросят про шкаф? — Грейнджер за него беспокоится, ну надо же!

— Скажу, чтобы искали книгу. В Запретной секции ничего нет, я смотрел.

*Тысяча лет тому назад*

— Не Александрийская библиотека, конечно, но пойдет.

— Не ворчи, Салазар, я уверена, что когда-нибудь Хогвартс будет славиться своим книжным собранием. А это еще что? И на каком языке?

— Где? Ааа, это из моих личных. Трактат аль-Хорезми. «Книга восстановления и противопоставления». На арабском, я ее из Багдада привез.

— И о чем она?

— В основном о квадратных уравнениях. Ровена читает на сон грядущий, очень увлекательно.

*Тысяча лет тому вперед*

Субботний номер "Пророка", последний перед Рождеством, Снейп читал в своих комнатах. Запершись на ключ и заблокировав камин. Имеет он право проржаться спокойно?

А он предупреждал! Но разве Лорд его слушал? Он же самый умный! Даже на штурм Азкабана Снейпа не позвал, видимо, чтобы не комментировал под руку.

И вот, пожалуйста.

На первой полосе взмахивал золотыми кудрями Гильдерой Локхарт, снова ставший обладателем самой обаятельной улыбки по версии журнала "Ведьмополитен". Белозубый идиот в голубой мантии теперь рекламировал "Молнию". И вся страница была забита колдографиями, как он взлетает, позирует рядом с метлой и машел рукой своим поклонницам.

Это надолго, денег у производителей Молнии хватает.

Рубрику Скитер он открыл с замиранием сердца. Ну, чем порадует?

Первой в глаза бросилась реклама. Мадам Малкин разместила объявление на четверть страницы. У нее новая коллекция черных шелковых мантий. Стильно, модно, загадочно!

Рядом "Твиллфит и Таттинг" били конкурентку вышитыми разноцветными одеяниями с блестками и полудрагоценными камнями. "Добавь в свой облик свет", гласил слоган.

Рита Скитер перед уходом рубрики на двухнедельные рождественские каникулы, не задавалась вопросом, кто из ее героев Добро, а кто Зло. Вот еще.

"Кто украл Визжащую хижину?"— крупными буквами кричал заголовок.

Ответа, конечно же, не нашлось, зато версий было в избытке. Основной мотив, по мнению Скитер, был очевиден: кто фонтан разломал, тот и памятник архитектуры спер!

"Ежедневный пророк" был популярен как никогда. На Мальдивы Рита честно заработала.

Заметка о нападении Пожирателей на Азкабан была спрятана где-то между объявлением о пропаже дедушкиных часов и отчетом о работе отдела в Министерстве под руководством Арнольда Уизли.

Другого места у редакции к вечеру пятницы уже не было, все отправлено в печать, да и портить настроение читателям перед праздником рассказом о том, что половина страшной тюрьмы разбита в щебень, не хотелось. Как-то эта новость была не вовремя. Вот на неделю бы раньше...

Как Северус узнал позже, Лорд был огорчен не только подлостью продажных журналистов, но и тем, что в Азкабане не обнаружились дементоры. А где?

Оказалось, что артефакт, который и держал нежить в повиновении, утонул в Северном море еще в прошлый визит Волдеморта. Случайно так получилось. В Министерстве есть похожие, но маломощные, хватает только на двух-трех особей.

Остальные дементоры разбрелись кто куда и собрать капризных тварей, чтобы заставить их верно служить Темному Лорду, было не легче, чем кошек пасти.

Или гриффиндорцев учить, если вам интересно мнение Снейпа.