Профессор Бербидж (джен)

К Йолю я была выжата как лимон: турнир, работа, импровизированный заповедник не просто съедали все мое время, а пожирали силы и сон — спала я по четыре-пять часов в сутки. Ну почему я такая ответственная? Хочу как Снейп или МакГонагалл — учебник открыли, главу конспектируем, рецепт (формула) на доске; кто не понимает, тот баран. Так нет же, мне надо на пальцах объяснять, что кружочек и палочка — это кнопка включения/выключения. Вам без разницы, дорогие студенты, что за прибор, ищите кнопку!

— А как ее найти? — задал вопрос семикурсник Гриффиндора, смотря на принесенный мною фен.

— Мистер Джонсон, — отвечала я, — вы видите у прибора шнур?

— Ну… — наморщил лоб мужчина — мужчина это! Вон борода растет! — шнур… э-э-э…

— Веревочка от прибора отходит?

— Верев… А, точно! Да! Вот шнур, и он вставляется в телезетку.

— Розетку, — поправил парня кто-то из дурмстранговцев, а остальные грянули хохотом.

— Спасибо, молодые люди, за подсказку, но не надо выкрикивать. Я понимаю, что вам отжимания не страшны, как и розги с мытьем полов…

— Мы вас поняли, — хмуро сказал Крам и закатил глаза. Он так и не простил мне наказания, пакостил по-тихому: критиковал уроки, выкрикивал с места, писал неразборчивым почерком и так далее. Ну, парень, прости, иначе никак было: дала бы слабину — и директора школ мне бы на шею сели, а так все теперь знают, что я та еще сука.

— Продолжаем, мистер Джонсон, вы нашли шнур и штепсель, его по-другому называют вилкой, и вставили в розетку. Дальше ищем кнопку или рычаг, где изображен этот символ.

— Так здесь нет, — озадаченно сказал гриффиндорец, а магглорожденные и дурмстранговцы хихикали в кулак.

— Если разделить этот символ на кружок и палочку, что получится?

— Э-э-э-э… О! Нашел! Рычажок вот этот красненький, — парень показал на переключатель.

— Молодец, — похвалила я. — А знатаков маггловкой культуры прошу вспомнить, что, в отличие от вас, мистер Джонсон умеет проводить вечную трасфигурацию и отлично варит зелья. Мисс Тейлор, не вам тыкать Роберта незнанием реалий маггловского мира, пока вы толком не ориентируетесь в магическом.

Осаживать магглорожденных, как и чистокровных магов, приходилось постоянно. Если первый и второй курс хлопот не доставляли — им пока все интересно, — то с третьего по пятый курс включительно всегда цапались у меня на уроках за происхождение. Шестой и седьмой курсы конфликтовали редко, но с приездом иностранцев, которые выборочно ходили на занятия, конфликты вспыхивали все чаще.

Дурмстранговцы вели себя нагловато, но границ не переходили, а французы сидели тише воды и никуда не лезли не только на моем предмете, но и на других. У представителей других школ не было строго оговоренных предметов — они выбирали два-три, которые посещали, и, как назло, маггловедение в этот список попало! А изменить предмет можно было только в первый месяц. Сейчас, увы, никак, и придется мне их терпеть до конца года, да еще и экзамены принимать. К успеваемости гостей ни у кого претензий не было, но поведение хромало на обе ноги. И если французам хватило пару раз отжаться, помыть полы, получить порку, то на дурмстранговцев это не действует, а после порки Шнайдер так вообще как с цепи сорвались.

— Записываем домашнее задание, — начала говорить я, но была перебита учеником Дурмстранга по фамилии Романов.

— Без домашнего задания?

— Домашнее задание будет. Кто не принесет после каникул — столкнется с моим неудовольствием. А тех, кому не страшны наказания, — я отстраню от предмета и не допущу до экзамена. Все ясно?

— Ясно, — хором ответили ученики и стали уныло списывать с доски.

— Еще раз повторяю: мне не нужно тупое переписывание учебника. Я жду от вас выводов, предположений и предложений. К примеру, по первому заданию о работе автомобиля не нужно переписывать и перерисовывать двигатель, капот и прочее. Мне необходимо, чтобы вы указали, как заводится машина, сколько педалей, в чем разница между трактором, обычным седаном и машиной «Формулы-1». То есть необходимо показать сравнение…

— Можно таблицей? — спросил кто-то из учеников Хогвартса. Ну не могу я их запомнить!

— Можно! Хоть таблицей, хоть схемой, хоть как, только не переписывание учебника.

В этот момент прозвенел колокол, и школьники стали торопливо собираться на следующий урок, а мне необходимо было бежать на участок — нужно проверить живность, выдать ОВЦУ (очень важные ценные указания) и вновь бежать в школу, чтобы взяться за подготовку святочного бала и второго тура.

— Профессор Бербидж, — ко мне обратился один из учеников Дурсмстранга, — вы серьезно говорили о недопуске к экзаменам?

— Да, молодой человек, — ответила я на русском. — Я на полном серьезе. Вы не боитесь предусмотренных наказаний. Раз не хотите по-хорошему — будет по-плохому.

— Все задания будут выполнены, — ответил тот и вышел из класса.

Почему приезжие студенты так резко напряглись из-за недопуска? Да потому, что это нарушение контракта! Я сама не с первого раза поняла, что значит этот пункт, а когда дошло, то радостно потирали руки все преподаватели школы Хогвартс. Дело в том, что заявленные участники, хоть они и не учувствуют, не могут уехать домой и обязаны учиться у принимающей стороны. По итогам обучения необходимо сдать экзамен, получить магически заверенный документ и отбыть восвояси. Если они не сдадут экзамен в установленный срок, то их ждет откат за нарушения договора с кубком огня — минус половина жизненных и магических сил. И да, я, тварь такая, на это пойду, ибо нефиг мне нервы мотать! Нервы мне делает живность с участка вместе Робертом (смотрителем участка, я все никак не выучу его фамилию) с помощниками. Робу я присылаю некоторых студентов в помощь — тот же Бренкок, Малфой, переодически Лавгуд, младшие Уизли и еще человек десять регулярно ошиваются у меня. Вот эти личности вместе с мантикорой и детенышем, фестралами, гиппогрифами и зачастившими новыми видами, которые вывел Хагрид, делают мне нервы! Я Роберту уже прямым текстом сказала, что вот твоя зарплата сто галлеонов, вот еще двести на содержание живности, и крутись как хочешь, только меня не трогай! Но не-е-е-ет! Постоянно только и слышу:

— Миссис Бербидж, мантикора, кроме вас, никого не подпускает, а ее котенку необходимо дать зелье…

— Роберт, — рявкнула я так, что Рон с Джинни, которые сбежали с уроков, аж подпрыгнули, — запихни это зелье в мясо…

— Не жрут! — перебил меня мужчина. — Еще нужно клюкву дособирать…

— Какая клюква?! Декабрь месяц! Я еще в октябре ее собрала и в банки закатала. — Как бы там ни было, но я лучше спать не лягу, а банку-склянки сделаю. Снейпа ждет баночка клюквенной настойки, той самой, что оборотня сожрала в прошлом году. Только настойка в бутылке в виде женской вагины, а мужской член я пришлю… Короче, не решила, кому пришлю. Малфою, что ли…

— Сами посмотрите, — сказал осмелевший Рон. — Возле лежанки мантикоры все в ягодах, а единороги их есть боятся — там же хищница живет.

— Я пробовала магией собрать, — влезла Джинни, — но она так рявкнула, что я испугалась.

— И вы предлагаете мне…

— Хотя бы попробовать!

И что прикажете делать? Пришлось достать немного единорожьего молока, добавить зелье, надеть ту самую латексную желтую соску на бутылочку и идти поить «котенка», а заодно собрать ягоды. Нет, не руками — палочкой, конечно! Кошка посмотрела на меня недовольно, но препятствовать не стала, а ее детеныш с удовольствием носился на летающими ягодами, даже парочку на зуб поймал — ему не понравилось. Пока я поила-собирала, Роберт достал фотоаппарат и сделал несколько кадров.

— И зачем это нужно? — спросила я, распределяя ягоды между кормушками для копытных.

— Иначе здесь будут журналисты, — ответил смотритель. — Животных напугают, кусты потопчут. Лучше я сам статью напишу и фотографии приложу.

— Только сначала согласовать, — устало ответила я и направилась домой.

— Даже баллы у студентов не отминусуете? — крикнул в спину Роберт.

— У них декан есть, — ответила я и ушла кофе пить.

Почему не стала «стучать» на Уизли, а перевела стрелки на декана? Ну, во-первых, хочется подгадить МакГонагалл — эта гадина кошачья мне мозг ест стабильно: сидят дети не так, проверочную работу надо сдать в архив, я расхлябала школьников — они не в школьной форме — и прочий бред старой кошелки. Пошла она на хер! Рон и Джинни ее студенты, пусть с ними и разбирается. Во-вторых — мне же, наоборот, в плюс, что детвора на участке: они за живностью уберут, присмотрят, накормят. А им обед или ужин принесет домовой эльф, так как я сформировала список «походных» приемов пищи, чтобы столы с лавками не ставить: эльф персонально приносит студенту еду, если тот находится у меня, — сэндвичи с курицей, бутылка чая, кусок сладкого пирога. Многие из-за этих перекусов и не хотят есть в школе. Кстати, из-за этого мы тоже ругаемся с Минервой. В-третьих, мне банально некогда «стучать» на студентов, если дело не касается турнира. Я совсем выпала из школьной жизни! С одной стороны, это хорошо — у детей деканы есть, вот пусть и разгребают проблемы. С другой стороны — та же Лавгуд, кроме меня, на хер никому не нужна! Кстати, о «блаженной» — глядя на нее, хотелось плакать: неумытая, нечесаная, в грязной и пахнущей одежде, она ходила босиком по школе, периодически выпуская снежинки из палочки, и, самое неприятное, в туалет она ходила за шторку или гобелен. Ксенофилиуса хотелось прибить! Урод белобрысый запретил дочери бывать в Хогсмиде, и ребенок добирался до моего участка через Запретный лес! Нам чуть плохо не стало, когда она первый раз пришла. Пришлось доставать «могильные» ключи (те самые, с клыком медведя. Чем я думала, делая клык белого медведя ключом для Антарктиды, — не знаю) и топать в чащу — договариваться с нечистью. Разумные твари согласились, но с условием — отвезти паука Арагога в теплые страны. Сказали, что договорятся с членистоногими сами. Так что летом буду активно перемещать их в другую страну. Благодаря такому договору Луна Лавгуд беспрепятственно приходила ко мне на участок, только делать это часто она не могла, но раз в неделю ее обнаруживали в компании мантикоры и детеныша. Периодически с девочкой появлялся Уоррингтон, но к хищнице близко не подходил. Как я поняла, чистокровное семейство решило забрать Луну к себе, только как они договорятся с ее отцом — неизвестно. Мне сейчас заниматься с райвенкловкой некогда — свои бы проблемы решить!

И первая проблема — это празднование Йоля, потому что мне абсолютно некогда заниматься подготовкой! Конечно, Абефорт все подготовит, но местные недовольны, что я не принимаю участие в подготовке, и даже несмотря на помощь любимой деревне все равно кто-то да выскажет свое «фи». В чем заключалась моя помощь Хогсмиду? А в том, что проведение турнира на территории поселения помимо туристов, которые сняли номера во всех гостиницах и комнаты у тех, кто сдавал жилье, спонсоры привели в порядок площадь, обновили чары от нечисти, провели магическое освещение по всей деревне… Короче, красоту навели. Но были и минусы — возросшая преступность, увеличившееся количество не совсем трезвых людей. Еще деревенских выбесило, что вместе с ними праздновать Йоль собралась куча народу, которых они не приглашали.

— Тебе, конечно, спасибо, — выговаривал мне Абефорт, — но впредь давай без деревни. Хорошего много, но плохого тоже хватает.

— В следующий раз, — влезла мать Захарии Смита, — посоветуйся с нами. Мы, конечно, не отказали бы… Но хотя бы были готовы к тому, что у нас сейчас происходит полный бедлам.

В этот момент из паба «Три метлы» вывалилось пьяное тело, которое что-то орало по-немецки и пошатывающейся походкой направилось к местной гостинице.

— О чем я и говорила, — проворчала женщина. — Нет, ты не подумай, что мы тебя в чем-то обвиняем, но знаешь… Это все не совсем то, к чему все привыкли…

Мы постояли и поболтали возле заведения Розмерты еще минут десять. Точнее, болтали Смит и Дамблдор, а затем к ним присоединились Писсаро и еще несколько соседей. Я старалась не отсвечивать, поскольку понимаю, что размеренный быт деревни с этим турниром полетел книззлу под хвост. Кстати, о книззлах, точнее — об одном наглом рыжем книззле, который, прям как сова Гарри Поттера, предпочитал проводить время у меня в сарае.

— О, смотри, — перебила всех Смит, — опять вдвоем идут!

Кот Гермионы Грейнджер передвигался по улице исключительно в компании совы национального героя. Рыжий степенно шел, подняв хвост трубой, а сова перелетала с места на место. Почему эта своеобразная парочка друг без друга не ходила — история умалчивает.

— Это мне напоминание, что пора на работу, — рассмеялась я.

— Мы тебя послезавтра ждем, — сказал Писсаро. — Только не забудь про дары, а полено я уже нашел.

— Спасибо! — я искренне поблагодарила мужчину. Мне действительно некогда заниматься Йолем, так как бал на носу.