История длиною в жизнь (гет)

«Час от часу не легче», — думала я, заканчивая работу, начатую Нарциссой. Счастье, что она догадалась вытащить червя. В противном случае я не представляла, чем обернулся бы для Эриса переброс. Идиот. Вот чего стоило ему схватиться за подвеску, когда понял, что у Циссы не получается? Нет же, надо погеройствовать и довести себя до истощения. Я уже сейчас видела, что колдовать кое-кто не сможет в ближайшие недели. При всем моем усердии запас опыта у меня был очень маленьким, а Мириона я, по понятным причинам, позвать не могла.

— Как же вовремя, — раздался голос Сириуса. — Что ж ты, сестренка, так торопишься?

— Прокляну, — сверкнула глазами Нарцисса. — Ты чего такой помятый?

— Прикрывали ваш отход, — отозвался Блэк. — Шуму было! Но теперь у твоего благоверного хотя бы есть шанс выжить.

Нарцисса промолчала. Волнения никогда хорошо не сказывались на беременности. Хорошо хоть по срокам не страшно. В каноне Драко родился 5 июня. Сейчас третье, а значит, всё не так уж и критично. По крайней мере, я на это надеялась.

Оставив более-менее целого Эриса на Фабиана и Гидеона, я развернулась к девушке.

— Ну что, леди Малфой? Будем рожать в полевых условиях?

Нарцисса скривилась. Бедная даже кричать и стонать не могла, гордость не позволяла. Я глубоко вздохнула. Ночь предстояла длинная.

— Сириус, бери сестру и дуйте наверх. Гидеон, Эрис на тебе. В ближайшее время не очнется, жизни его ничего не угрожает, но следи за ним. Фабиан, отдыхать. Остальным потеряться.

Хорошо хоть в такой обстановке спорить никто не стал, даже директор. Сириус помог мне проводить Нарциссу наверх, и мы остались одни. Какое-то время, пока я бегала по комнате, стараясь принять хоть какие-то мало-мальски необходимые меры, девушка молчала. Хотя я не сомневалась в том, что ей было больно. Затем она вдруг резко выдохнула и тихо произнесла:

— Я ушла от Люциуса. Он выбрал Редля.

— Его проблемы, — ответила я, хмурясь. — Нам сейчас о другом думать надо.

— Отец меня убьёт, — Цисса закрыла глаза.

— Не убьёт, — протянула я. — Мы всё на Эриса свалим. Ему полезно побывать в чужой шкуре.

— Что ты имеешь в виду? — она даже глаза открыла.

— Да так. Преданья старины глубокой.

— Знаешь, — устало сказала Нарцисса, — иногда я тебя совсем не понимаю.

— Иногда я и сама себя не понимаю. А теперь, Цисса, ответь мне на вопрос. Где червь?

— Кто?

— Черный комочек, что ты вытащила из Эриса.

— Не знаю, — протянула девушка. — А что?

Нет, я определенно приношу одни лишь неприятности. Всё было плохо, но молодой матери об этом знать было совсем не обязательно. По крайней мере, уж точно не сейчас.

* * *

Червь дал о себе знать почти сразу, как начались полноценные роды, однако я успела извлечь его раньше, чем он прицепился к ребенку, но у нас была и другая проблема. Принимая кричащую девочку, я уже чувствовала, что магия действия Люциуса безнаказанными не оставила, но задумываться об этом пока было рано. Главное, девочка была жива. В 12:35 4 июня на свет появилась юная мисс Малфой, а дальше начался ад.

Драко абсолютно не желал появляться на свет раньше своего канонного срока. Дабы нам с Нарциссой не мешали, я заранее забаррикадировала комнату от любого проникновения извне. Однако Сириус к ночи четвертого числа забеспокоился всерьёз и вызвал Мириона. Ему хватило ума сделать это в тайне от Дамблдора, а для дедушки прийти незамеченным не составило труда. Правда, к тому моменту, как он появился рядом со мной, Драко оповестил мир о своём рождении громким криком, появившись на свет в 12:01 пятого июня.

Появление Мириона сразу сказалось на атмосфере благоприятно. Вот что значит опыт. Успокоилась не только измучившаяся роженица, но и я сама, почувствовав резкий прилив силы. Уверена, что часть энергии Мириона сейчас была направлена в комнату Эриса.

— Чего сразу не позвала? — спросил он, положив руку на лоб Нарциссы, девушка мгновенно заснула.

— Да как-то не до того было. У нас проблема…

— Я уже почувствовал, — хмуро отозвался он. — Зайди к Эрису и иди отдыхать.

— Ну уж нет! Пока не пойму, что с девочкой, с места не сдвинусь.

Дедушка вздохнул и, закончив с Циссой, приблизился ко мне и детям. Драко (я не сомневалась, что его так назовут), к великому моему облегчению, родился совершенно здоровым. С девочкой на первый взгляд тоже всё было нормально, но слишком уж сильным был отпечаток магии на ней, а учитывая родовое проклятье…

— Не могу понять, что это, — призналась я, смотря на спящего ребёнка. — Червь, благо, ничего не повредил. Это хорошо. Но магия явно наказала Люциуса.

— Разумеется, — спокойно кивнул Мирион. — Он же, считай, плюнул ей в лицо. Благодаря Нарциссе и её целительским способностям им в кои-то веки удалось обойти древнее родовое проклятье. Магия благословила их брак, дала шанс. И всё было хорошо, пока Люциус, как и все его предки, не поддался алчности и жажде власти. Повезло ещё, что девочка выжила. Ты молодец.

— Как Нарциссе говорить будем?

— Спать иди. На ногах еле держишься.

— Деда…

— Слепая она, Нея. Слепая.

Словно услышав целителя, девочка заплакала и открыла глаза. Я наконец заметила то, что в суматохе пропустила мимо глаз. Юная Малфой определенно поразила бы мир своими яркими голубыми глазами, если бы они не были покрыты мутной белесой пленкой.

Дедушка все-таки выставил меня за дверь. В комнату тут же заявился Добби, заявив, что никого, кроме госпожи целительницы, туда не пустит и справится сам. Я не стала ему мешать. Незачем остальным знать о присутствии Мириона. Да и кроме Сириуса и Жасмин рядом никого не было. Лишь Фабиан и Гидеон сидели где-то наверху. Выйдя из комнаты, я наконец почувствовала, что устала.

— Ну и видок у тебя, — заявила Жас.

— На тебя бы я посмотрела.

Эриса я все же проверила. Он постепенно приходил в норму, мертвенная бледность почти покинула его лицо, но даже с помощью Мириона он проваляется в постели ещё неделю. Хватило бы, конечно, и трех дней с силой-то дедушки, но он предпочитал держать в постели особо резвых подольше, ещё и магию блокировал. Чтобы, так сказать, исключить вероятность безрассудства. Кому охота магию терять?

Покончив с этим, я успокоила близнецов и позволила Сириусу уложить себя в постель.

— Ну ты как? — спросил он.

— В полной мере ощутила, что нахожусь дома, — отозвалась я и неожиданно уснула.

Мне снились какие-то обрывки пережитого дня: Адара, предложение стать крестной, Сириус, Фабиан, Нарцисса. И напоследок, словно желая меня добить, перед глазами предстала громогласная ссора Сириуса с Дамблдором. В этом сне директор высказывал недовольство по поводу того, что Эрис привел в дом жену одного из Упивающихся, причем входящего в ближайший круг. Сириус, в свою очередь, напоминал, что эта жена — его сестра и он не выставит её с двумя детьми за порог и здесь, разумеется, не оставит, раз уж к ней такое сильное внимание. Он заявил, что никаких авроров к ней не пустит, сам аврор, а если вдруг кто-то попытается причинить ей вред, то он, Сириус, познакомит этого смельчака с проклятьями семьи Блэк. Дамблдор несколько сбавил обороты, успокаивая своего бывшего ученика, в том смысле, что никто не спорит с тем, что Леди Малфой спасла члена Ордена и профессора Хогвартса, и, разумеется, она нуждается в отдыхе, но это всё равно неразумно. Кто знает, может, это четко продуманный план. Пускай Нарцисса в нем даже жертва, но она может стать невольной предательницей.

— Да плевать мне на ваши домыслы! Я не собираюсь посвящать её в наши дела! Сказал же! Завтра же! Завтра же я увезу её отсюда! А вы не смейте к ней приближаться! Ясно!?

— Сириус, мальчик мой, я понимаю, ты зол, но подумай, как это скажется на нас. Я всего лишь хочу убедиться, что Леди Малфой не стала жертвой заклятья или ментальной атаки, или же что у неё нет злого умысла. Вы оба выбрали свою сторону…

— Кажется, я говорил вам, что целиком и полностью на стороне своей семьи. И если придётся выбирать между сестрой и вами, я, уж извините, выберу сестру!

Громко хлопнула дверь, и я с ужасом осознала, что это был не сон.

— Да, мой любезный супруг, — проговорила я в пустоту. — Дамблдор запомнит эти твои слова. Очень хорошо запомнит.

* * *

Отоспавшись, я вплотную занялась лечением Эриса, оставив Циссу на Мириона. Разумеется, я зашла к ней, чтобы объяснить ситуацию. К моему удивлению, она восприняла новость вполне спокойно. Как и то, что ей придётся переехать. Мирион вместе с Сириусом проводил её в дом дяди и объяснил ситуацию Альфарду. Блэк заверил племянницу, что поговорит с братом — это раз. И наведаются они к ней только после того, как поговорят с Эрисом — это два, а для этого надо было дождаться, пока фэец очнется и Мирион разрешит ему принимать посетителей. Так что девушка выдохнула и занялась детьми, тем более что Мирион дал ей слово, что найдет способ вернуть ребенку зрение, а такими обещаниями он не разбрасывался. Айлин Принц, узнав о произошедшем, переехала в Альфард-хаус, чтобы помогать молодой матери, и дело тут, конечно, было не в его хозяине. Конечно.

Чуть было не вернулся в Англию Регулус, не получавший вестей уже несколько дней. Он уже сидел на чемоданах, когда к нему пришел Сириус и рассказал о случившемся. Еле удалось уговорить его не возвращаться, однако Люциус с катастрофической для него скоростью наживал врагов в лице Блэков.

Эрис, как и было предсказано, очнулся только через неделю. Всё это время я не отходила от него практически ни на минуту. Несмотря на то, что опасности для жизни и здоровья уже не было, Круцио не прошло бесследно. Эрис страдал от кошмаров. В эти дни я узнала о его жизни больше, чем за все девять лет нашего знакомства. Заглушающие заклинания я с его комнаты не снимала ни на мгновение. О происходящем знал только Ласэн, после каждого дежурства заглядывающий к нам. Во время одной такой встречи он и застал меня за тем, как я пытаюсь успокоить не желающего просыпаться Эриса. Судя по лицу Ласэна, он впервые видел, как брат плачет. Не знаю, кому из нас троих было хуже. Хотя… Хуже всех было Бодди. Домовик места себе не находил и всё время норовил наказать себя за то, что не может помочь хозяину. Мне это очень мешало, и в итоге я послала его достать не очень сложные травы, которые, разумеется, ничем помочь Эрису не могли, ему и зелье для сна без сновидений не очень помогало, но домовику об этом знать было необязательно. Как только он ушёл, я смогла сосредоточиться и занялась менталистикой. Усталость, как бы мне ни хотелось обратного, сказывалась, а потому я выбрала самый простой способ. Детям ведь не зря поют колыбельные. Я решила попробовать. Когда в очередной раз Эрис заметался по кровати, я пробралась в его сон и, разогнав кошмар, тихо запела. Только это и помогло погасить кошмары. Эрис наконец успокоился, и мы с Ласэном вздохнули спокойно. А через день Эрис открыл глаза. Я в это время дремала в кресле. Спать в последнее время решительно не получалось, так как помимо Эриса у меня на попечении были остальные члены Ордена, попадающие под заклятья с завидной периодичностью.

— Я в раю? — слабо, почти неслышно пошутил Эрис, я тут же вскочила.

— Очнулся наконец. Не разговаривай пока слишком много.

— Цисса...

— Цела твоя Цисса. И, кстати, у тебя теперь перед ней Долг жизни.

— Не самый плохой расклад.

Я протянула ему стакан воды, прекрасно зная, что сам не попросит, и стала поить, шикнув, чтобы не возникал. Закончив, я поставила стакан на стол и развернулась, сложив руки на груди.

— Устроить бы тебе трёпку.

Однако с этим пришлось повременить. Эрис почти сразу же уснул. Так прошло ещё три дня. На четвёртый он смог самостоятельно сесть и пообедать. Ласэн от счастья отпросился с работы пораньше. Фабиан и Гидеон тоже должны были скоро подойти.

— Помнится, кто-то хотел устроить мне разнос, — улыбнулся фэец.

— Ещё как, — подтвердила я. — Ты почему за подвеску не схватился? Зачем было совершать переброс? А напролом куда кинулся? Предупредить не мог? Как ты мог вообще, зная, что за тобой Вольдеморт охотится?

— Я не мог их бросить.

— Об этом речи и не идёт. Ты мог сказать нам, куда направляешься. Что было бы, если бы у нас с Сириусом не было подвесок?

— Я прожил достаточно долгую жизнь. И если мне суждено погибнуть, защищая вас… Это не худшая смерть. К тому же, я жив.

— Жив он! Да тебе несказанно повезло. Десять дней уж валяешься. Магия вообще неизвестно когда вернется! Ты же полководец! Откуда такая тяга к самопожертвованию?

— Перестань, — отмахнулся он. — Кому я нужен?

— Нам ты нужен! Мне ты нужен! — я шагнула навстречу.

Эрис внимательно посмотрел на меня, а затем медленно опустился на подушку.

— Ну ради этого стоило пострадать, — хрипловато произнес он.

— Как будто я говорю это тебе впервые! — в сердцах воскликнула я. — Тети Лу на тебя нет! Стоило, видите ли, пострадать.

— Ней, ты чего? — он аж подпрыгнул. — Плачешь?

— Нет, я так радуюсь, — ответила я, к своему стыду обнаружив, что действительно плачу. Ну вот, пожалуйста, сказалось напряжение последних дней.

Эрис пораженно хлопал глазами.

— Ты вообще о нас не думаешь. Что бы я делала, если бы тебя не удалось спасти? А Ласэн? О нём ты подумал?

«Что у вас там происходит?»

Я мысленно улыбнулась. Сириус теперь действительно всегда знал, где я и в каком состоянии.

«Веду разъяснительную работу».

«Высылаю на помощь Ласэна».

— Ней, ну не плачь… — неловко произнес Эрис. — Не стою я этого…

— Я тебе сейчас вмажу! — разозлилась я. — Стоишь, не стоишь — одинаково начхать. Ты мне дорог. Я тебя чуть не потеряла. И я, Мерлин тебя заколдуй, буду плакать тогда, когда хочу! Имею полное право, вытащив тебя с того света!

Эрис вдруг схватился за голову. Я тут же кинулась к нему и неожиданно для себя оказалась в объятьях. Злость ещё не сошла, и я попыталась выбраться, но у меня ничего не вышло.

— Где была твоя хитрость десять дней назад?

— Я не хочу, чтобы ты плакала, тем более из-за меня.

Я в ответ на эти слова разревелась еще сильнее, сжав в пальцах его рубашку. Нет, все-таки нельзя мне перенапрягаться. Эрис все что-то бормотал, и я подумала, что, может, иногда и полезно пустить слезу. И вообще, я столько дней не позволяла себе поддаться панике и страху, что удивительно, как с ума не сошла. Теперь, когда все было хорошо, я наконец позволила страху обуять себя. Он ведь и правда мог погибнуть. Вот пусть теперь и любуется. Сам довел.

— Ну не плачь, пожалуйста. Ну хочешь, я пообещаю больше так не делать? Хочешь?

— Гриффиндорцу в таких обещаниях верить нельзя, — пробубнила я, успокаиваясь.

— Вот уж точно.

Ласэн. Пришёл наконец. Я оторвалась от Эриса, но уходить не стала. Ласэн с минуту осуждающе смотрел на брата, а затем быстро приблизился и, почти упав в кровать, обнял его. Какое-то время они молчали.

— Ты не сильно расстроишься, если я не буду плакать? — наконец спросил Ласэн.

— Дурак! — буркнул Эрис, прижимая нас обоих к себе.

Наконец младший Пруэтт разжал руки и сел, привалившись к свободному плечу брата, приложив палец к губам. На втором плече фэйца, сама того не зная, мирно сопела я, наконец-то успокоившись.