Кролик среди волков (гет)

Жон закончил объяснения и вздохнул.

— Вот такое предложение нам сделали Озпин с Айронвудом, — подвел он итог своей речи.

— Какое же это предложение? — возмутилась Янг. — "Спасибо за помощь. Хорошая работа. А теперь выметайтесь отсюда и никогда больше не возвращайтесь"?

— Айронвуд прав в том, что в Вейле мы свою задачу выполнили. Можно было бы ненадолго остаться и проконтролировать, как идет процесс, но тогда появляется риск упустить удачный момент. Контроль здесь означает его отсутствие в других местах, а фавны там страдают значительно сильнее.

— И вы уверены, что в Вейле всё не скатится обратно? — спросила Блейк.

— Я уже ни в чем не уверен, — ответил ей Жон.

— Мы проследим, чтобы не скатилось, — пообещала Руби. — Отъезд верхушки Белого Клыка — это не повод тут же забывать о том, что произошло, правда?

Члены ее команды согласно кивнули.

— И если всё начнет скатываться, то Жон с Сиенной вполне могут вернуться, — добавила Руби. — Потому что тогда договоренности уже будут нарушены. Да и организовать те самые "дипломатические визиты", о которых упоминалось в "предложении", нам никто не помешает.

Озвученные ей лазейки вряд ли появились в договоре случайно. Озпин с Айронвудом наверняка внесли их туда сознательно, прекрасно понимая, что злоупотреблять доверием Руби после ее победы на выборах Жон точно не станет. Их устраивали его регулярные появления в Вейле — просто жить ему стоило где-нибудь в другом месте.

Впрочем, самого Жона всё это тоже устраивало.

— Проблема заключается в Атласе, — произнесла Вайсс. — Они не собираются пускать вас к себе, и вряд ли мне стоит рассказывать членам Белого Клыка о том, насколько непросто там приходится фавнам. Сомнительно, что вы вообще сумеете получить разрешение на "дипломатический визит".

— Атлас, как и всегда, защищает свои интересы, — покачала головой Сиенна. — Но мы не в том положении, чтобы спорить с ними прямо сейчас. Нам необходима поддержка Атласа для урегулирования ситуации в Вейле, иначе Совет снова попытается нас арестовать.

— В ПКШ уже приступили к изменениям условий труда работников на более приемлемые, — сообщила Вайсс. — Я поговорила с отцом и объяснила, что плохая репутация семьи мешает мне заниматься политикой. Что из-за этого даже пришлось поддержать Руби, а не баллотироваться самой. Небольшая ложь с моей стороны, но вполне реальные повышения зарплат и улучшения медицинских страховок с его.

— Вот так просто?! — пораженно уставилась на нее Сиенна. — Мы годами подавали петиции, протестовали и вели войну, а требовалось всего лишь одна-единственная просьба любимой дочери?!

— Ничего подобного, — с печальной улыбкой сказала Вайсс. — Отец весьма прагматичен и возможность влиять на решения целых двух Советов ценит выше, чем сэкономленные на фавнах льены. Чистая экономика, к сожалению... В общем, он намеревается получить более выгодные контракты или снижение пошлин, а для этого готов серьезно заняться имиджем компании. И вряд ли Совет Атласа станет ему препятствовать. Пусть им и удалось ограничить вам въезд в страну, страх перед вашей эффективностью и опасения, что вы сумеете провернуть всё дистанционно, не позволят совсем уж ничего не делать с притеснениями фавнов.

Проще говоря, деньги в очередной раз доказали, что легко решали все проблемы. Наверное, Жон впал бы в отчаяние от подобной мысли, если бы сейчас капитал не выступил именно на их стороне.

Да, Атлас с Вейлом не изменятся мгновенно. Вот только процесс хотя бы удалось запустить, и Белому Клыку ничто не мешало держать руку на пульсе.

— Это всё, конечно, хорошо, — кивнул Жон. — Но вы упоминали о каком-то особом предложении в случае своей победы на выборах. А пока мы обсуждали только то, что предложили Озпин с Айронвудом.

— Что тоже очень важно, — заметила Блейк. — Руби не может себе позволить топтаться по их ногам и заводить себе таких врагов.

— Понимаю, — отмахнулся от нее Жон. — Но ваше-то предложение в чем заключается?

Руби переглянулась с остальными членами своей команды, выпрямила спину и положила руки на колени, став выглядеть чуть более строго и официально, после чего все-таки ответила ему:

— Мы хотим ввести в Вейле новый закон. Антидискриминационный закон.

— Правда? — переспросил Жон.

— Он не будет направлен на защиту одних лишь фавнов... — добавила Руби.

— Но всем сразу же станет ясно, какая у него основная цель, — закончила за нее Сиенна, в голосе которой отчетливо прозвучало предупреждение.

— Всё в порядке, — сказала Руби. — Мы изначально движемся на волне популярности идей улучшения жизни фавнов — в общем, всего того, за что боролся Белый Клык под вашим руководством. Чего-то подобного от нас и ожидают: равных зарплат, криминализации притеснений и запрета на отказ фавнам в обслуживании в публичных заведениях.

— Всех это не остановит.

— Нужно же с чего-то начинать. Пусть люди продолжат оскорблять фавнов на улицах, потому что свободу слова у них не заберешь, заведениям и тем, кто перешел определенные границы, придется отвечать по закону.

— Да и угрожать общественным позором остальным нам никто не мешает, — вставила Янг.

— Потому что ничто не пугает директоров компаний так же сильно, как перспектива столкнуться с недовольством публики, которое еще и по их кошельку ударит, — кивнула Вайсс.

Собственно, Белый Клык под руководством Жона действительно именно этим и занимался: вытягивал на свет махинации и злоупотребления верхушек различных компаний. Эффективность его работы мог подтвердить хотя бы досрочно ушедший в отставку мэр города. Если вместо Белого Клыка данную инициативу продолжит новый Совет Вейла, то ни Озпин, ни Айронвуд возражать не станут.

— И это тоже хорошо, — произнес Жон. — Но смысл предложения я по-прежнему не улавливаю. Или нам в обмен на принятие закона необходимо что-то сделать?

— Мы не пытаемся вас шантажировать... — пробормотала Руби.

— Ничего плохого здесь нет, — поспешила вмешаться Вайсс. — Закон нужно принять в любом случае. Но поскольку мы намерены существенно улучшить жизнь фавнов в Вейле, то, быть может, вы направите их сюда из тех мест, где они несчастливы?

Жон попытался понять, что задумали члены команды RWBY, но успеха так и не достиг. Затем он посмотрел на Сиенну, но она в ответ лишь пожала плечами.

— До меня не доходит, — повернувшись обратно к Вайсс, честно признался Жон. — Вейлу нужны новые граждане?

— Скорее уж взаимовыгодное сотрудничество с фавнами. Вам, наверное, доводилось слышать, что у города имеются серьезные проблемы с перенаселением?

Жон об этом знал крайне мало, но, к счастью, Сиенна в теме все-таки разбиралась.

— Которые привели к созданию, а затем и падению горы Гленн, — кивнула она.

— Да, — подтвердила Вайсс. — Официально в неудаче виноваты монстры. Но директор Озпин и генерал Айронвуд сообщили нам, что произошло предательство. Кто-то занимался исследованиями монстров прямо в черте города. Они сбежали и уничтожили оборону изнутри.

— А зачем вам об этом сообщили Озпин с Айронвудом? — поинтересовался Жон.

— Они хотят, чтобы мы взялись за восстановление горы Гленн, — ответила ему Руби. — Директор Озпин считает, что инфраструктура там практически не пострадала, и Вейл мирится с перенаселением, делая вид, что ничего не было, из-за одного давным-давно мертвого предателя. Убедить предыдущих трех мэров решить эту проблему ему так и не удалось.

А вот повлиять на Руби для него явно оказалось гораздо проще.

Впрочем, Жон понятия не имел, занимался ли вообще Озпин какими-либо манипуляциями. В конце концов, Руби и сама по себе была достаточно смелой идеалисткой, чтобы рискнуть креслом мэра ради помощи людям. Ни власть, ни деньги, ни влияние ее не интересовали.

— В Вейле в ближайшее время найдется очень много работы, — сказала она. — Хорошо оплачиваемой работы. А еще дешевого жилья.

— Создание населенного фавнами города-сателлита Вейла — это не совсем то, чего мы хотим, — заметила Сиенна. — Потому что так и выглядит сегрегация по расовому признаку: фавны горы Гленн и славные люди Вейла. Стоит подождать несколько лет, и налоги, что должны оплачивать жители горы Гленн, таинственным образом возрастут до небес.

— Одинаковые законы и налоги для обоих городов можно закрепить юридически, — возразила Вайсс.

— И всё же для многих гора Гленн станет своего рода помойкой, куда сбрасывают фавнов, — покачал головой Жон. — Работа, жилье и справедливые законы — это замечательно. Уверен, что значительная часть фавнов и вовсе обрадуется перспективе жить в поселении, где нет людей. Только вот в будущем подобное явление не несет абсолютно ничего хорошего ни одной из сторон.

— Мы найдем способ предотвратить такое будущее, — пообещала Руби, и судя по ее виду, как минимум остаток недели она собиралась посвятить поиску решения именно этой проблемы. — Предложим субсидии тем людям и фавнам, что пожелают переехать из Вейла на гору Гленн и восстановим туннели. Это будут два района одного города. Да я сама там поселюсь.

— Пусть до идеала нам далеко, но это уже лучше того, что существует сейчас, — поддержала сестру Янг. — Какие есть альтернативы? Уезжать на Менаджери? То же самое, только вид сбоку. Оставаться в плохих условиях Мистраля и Вакуо? Даже хуже, чем предлагаем мы.

— Идея заключается в том, чтобы подать пример, — добавила Блейк. — Показать, насколько успешным способен стать город, выбравший путь равенства людей и фавнов. Другие страны будут внимательно следить за восстановлением горы Гленн, и если у нас всё получится, могут тоже захотеть попробовать.

— А в варианте, когда фавнов там окажется больше, чем людей, также имеются свои плюсы, — кивнула Вайсс.

Насколько видел Жон, свое предложение они тщательно обдумали.

Гора Гленн возникла и пала задолго до рождения Жона. Там жила его мама. Там же она осиротела, но сумела выбраться и устроиться в Вейле, прежде чем встретила отца. Пусть вспоминать об этом в их семье не любили, кое-что Жон все-таки слышал.

— Полагаю, поселение предварительно очистят от монстров? — уточнил он.

— Разумеется, — ответила Руби. — Сначала там пройдут профессиональные Охотники, а затем местность прочешут студенты Бикона. Стены по большей части не пострадали. Немного подлатать их наверняка придется, но сделать это можно и под присмотром всё тех же Охотников.

В то, что они желали добиться успеха, Жон охотно верил.

Население Вейла очень быстро росло, потому в нем и имелось столько бездомных. Отсутствие возможности занять новые территории больно било по всем областям: цены на жилье взлетали в небеса, борьба за рабочие места усиливалась, и проигравшие в ней очень часто оказывались вынуждены просто покинуть город.

— Что думаешь? — спросил он у Сиенны.

— Что решение не идеальное, но выглядит вполне жизнеспособным. Восстановившие гору Гленн фавны станут грандиозным успехом не только для нас, но и для Руби в должности мэра. Совместный проект, который войдет в историю. Им отчаянно нужны рабочие руки, и многие фавны увидят в этом свой шанс на лучшую жизнь.

— Всем, кто станет трудиться над восстановлением горы Гленн, будет предложено гражданство Вейла, — сказала Вайсс. — Еще компенсация стоимости аренды жилья на ближайшие десять лет и справедливая заработная плата во время строительства.

— Думаю, с этим можно работать, — кивнула Сиенна. — Наверняка найдутся те, кто даже в самом отчаянном положении предпочтут не уезжать в другое королевство, а попытаться навести порядок у себя дома. Возможно, ваше предложение станет альтернативой для членов Белого Клыка, что по тем или иным причинам не желают жить на Менаджери.

— Тоже неплохо, — улыбнулась Руби. — Мы готовы принять всех.

— Но это не единственное наше предложение, — добавила Вайсс. — В том смысле, что изначально речь шла не совсем о горе Гленн.

Жон удивленно посмотрел на нее.

— Мы слушаем, — осторожно произнес он.

— Нам нужны рабочие руки, строительные материалы и инструменты. Гора Гленн расположена не на побережье, но туда ведут обрушенные туннели. Мы собирались предложить Менаджери контракт на их восстановление, несколько торговых соглашений и дипломатическую помощь в признании вас пятым королевством.

* * *

С того момента, как было озвучено предложение, Сиенна упорно молчала. Жону пришлось в одиночку заканчивать разговор, пообещав всё тщательно обдумать и вообще поддерживать с ними связь.

Девочки в команде RWBY были умными, и мало кто в Вейле осознавал, насколько сильно им повезло с кандидаткой на пост мэра и ее советницами. Хотя такой проект много кому оттопчет мозоли, и если восстановление горы Гленн затянется, то недовольство начнет расти, рано или поздно превысив критическую отметку.

Впрочем, всё это следовало считать делом далекого будущего — того самого, в котором Жон уже покинет Вейл. Пока же стоило сосредоточиться на более насущных вопросах.

— Что, настолько принципиальный пункт? — поинтересовался он у Сиенны. — Ну, Менаджери, ставшее пятым королевством.

— Это то, чего мы пытались добиться со времен своего изгнания, — ответила она. — Задолго до становления Белого Клыка террористической организацией. Задолго до его появления на свет. Мы победили в войне и получили в награду бесполезный остров. С тех пор фавны хотели стать настоящим королевством. Но нет. "Слишком маленькие". "Слишком бедные". "Слишком далекие от основных маршрутов". Отговорки каждый год менялись, и никто не собирался нас поддерживать.

— Совсем никто? — удивился Жон.

— В Атласе понимают, что в момент признания мы тут же начнем "выражать обеспокоенность" обращением у них с фавнами. Там всегда хватало военных сил и экономического влияния, чтобы навязывать свою волю остальным. Те, кто им чем-нибудь не угодили, подвергаются давлению, и я сейчас говорю не только об угрозах применения армии. Даже небольшое повышение цен на Прах ПКШ способно нанести серьезный удар по бюджету. Ни Мистраль, ни Вакуо, ни Вейл рисковать своим благополучием ради нас никогда не планировали. А сейчас... — рассмеялась Сиенна. — Сейчас, когда я думала, что уже полностью предугадала весь дальнейший ход переговоров, эти девочки взяли и предложили такое.

— Атлас попробует на них надавить? — уточнил Жон.

— Нет, — покачала головой Сиенна. — Не после заключенных соглашений. Не тогда, когда они, по сути, спасли репутацию Атласа. Не с Жаком Шни, который обязательно поддержит дочь, расширяя свое влияние и рынки сбыта в виде восстановленной горы Гленн. Я бы даже сказала, что его юридический отдел удавит любого, кто посмеет начать вставлять команде RWBY палки в колеса, и будет до конца жизни держать в залах суда под различными предлогами.

Она сделала глубокий вдох и неожиданно охрипшим голосом добавила:

— Сейчас это возможно. Действительно возможно.

— Если с горой Гленн всё получится, — напомнил ей Жон.

— Да, — кивнула Сиенна. — Чтобы Вейл помог нам с дипломатией, мы обязаны поспособствовать расширению их территории. Тогда Менаджери уже не смогут отказать в признании.

— И это хорошо? — спросил Жон. — Они ведь правильно сказали, что Менаджери — ничуть не лучший пример равенства, чем гора Гленн, если та превратится в гетто. Сколько у вас на острове живет людей?

— Ты будешь первым.

Он ожидал услышать о небольшом проценте населения — десять или даже пять. Но чтобы на целом острове не было вообще ни единого человека? Фавны туда что, никого не пускали с момента основания своего поселения?

Такое положение дел оказалось не очень благоприятным для продвижения идеи равенства людей и фавнов.

— Признаю, что Менаджери далек от идеала, — продолжила Сиенна. — И вина за это во многом лежит на мне. Но долгое время мы не владели ничем, кроме нашей гордости, и она получала серьезный удар всякий раз, как нам отказывали в статусе королевства. Исправление именно этого момента принесет благодарность даже от тех, кто тебя ненавидит или считает, что мы должны действовать гораздо жестче. С сумевшим превратить Менаджери в пятое королевство Ремнанта человеком никто не осмелится спорить.

— Если у нас вообще получится, — вздохнул Жон, прекрасно понимавший всю сложность этого процесса. — Для начала необходимо восстановить гору Гленн. И даже тогда поддержки Вейла может не хватить, если Мистраль, Вакуо и Атлас дружно выступят против. Команда RWBY, вероятно, приложит все силы, но вряд ли им хватит влияния продавить свое решение на международной арене.

Возможно, в будущем, когда гора Гленн начнет полноценно функционировать, всё изменится. Вот только с упрямыми, воинственными и нетерпеливыми фавнами Жону придется иметь дело прямо сейчас, а не через пару-тройку лет.

— Хотя попытаться всё равно стоит, — добавил он. — Вот только их предложение не отменяет нашего "не изгнания", так что активно действовать в Вейле нам будет несколько затруднительно.

— Мы можем оставить здесь Гиру, — заметила Сиенна. — Он способен как руководить Белым Клыком, так и стать связующим звеном между процессом восстановления горы Гленн и Менаджери. Если учесть, что на острове всем заправляет Кали, то получится и вовсе идеально. К тому же Гира в мирных вопросах разбирается лучше меня.

— А он согласится? — уточнил Жон.

— Будет бухтеть насчет того, что его "разлучили с женой", но согласится. Вдобавок Гира давно не видел дочь, — усмехнулась Сиенна. — Я поговорю с Кали. Она всегда была более открытой к диалогу, чем Гира, и отношения между нами далеко не настолько напряженные, как многим кажется. Кое на какие уступки мне, скорее всего, придется пойти, но проблемой для тебя никто из них не станет.

— Какие конкретно уступки?

— Гарантирующие, что Кали будет защищена, а мы не узурпируем власть Гиры в его отсутствие.

Жон кивнул.

Пусть у него самого подобных планов не имелось, наиболее кровожадной части Белого Клыка очень бы хотелось контролировать весь Менаджери. Это, к слову, было еще одной отговоркой, из-за которой остров не признавали полноценным королевством. Совсем не безосновательной отговоркой, и с тем, что лежало в ее основе, тоже следовало как можно скорее что-нибудь сделать.

— Значит, отправляемся на Менаджери? — поинтересовался Жон. — Знакомить меня с фавнами?

— И предотвращать попытки твоего убийства.

— Что?! Ты сейчас серьезно?

— Не беспокойся. Трифа и Юма сумеют тебя защитить.

— Если хоть на минуту перестанут спорить друг с другом.

— Кроме них, там буду еще и я, — улыбнулась Сиенна. — К тому же братья Албейн очень заинтересованы в твоем выживании и плодотворной работе на Белый Клык. Никакие планы покушений на тебя мимо их внимания не пройдут.

— Ты сейчас серьезно... — пробормотал Жон.

— А ты думал, что будет легко? — покачала головой Сиенна. — Тебе уже довелось столкнуться с обществом, где процветает расизм. Но неужели ты правда считаешь Вейл и Атлас самыми худшими примерами? Нет, "почетное" первое место заслуженно занимает Менаджери. Расизм там не так очевиден из-за отсутствия людей и даже в какой-то мере исторически оправдан, но тем не менее он есть, да еще какой.

— Замечательно, — вздохнул Жон. — А я-то надеялся, что хоть фавны окажутся не такими предубежденными сволочами.

— Непредубежденность из нас выбивали годами. Сколько бы мы ни считали себя равными людям, сами люди так не думали. И проблем не возникало, пока я вербовала фавнов, готовых сражаться с человечеством, — усмехнулась Сиенна. — А теперь именно это и стало основной проблемой. Я пожинаю то, что когда-то посеяла.

— Только пожинать придется почему-то не тебе, а мне, — заметил Жон.

— Бедный малыш, — усмехнулась Сиенна, ухватив его за воротник, притянув к себе и поцеловав в щеку, что было довольно приятно. — Не волнуйся, тигры всегда защищают свою стаю.

— Разве тигры — не хищники-одиночки?

— Не порть момент.

— Да, мэм.

* * *

Как вскоре выяснилось, уговаривать Гиру остаться в Вейле ни малейшей нужды не имелось.

— Восстановление — это моя специализация, — сказал он. — Еще лучше, если из строителей удастся создать профсоюз. Тогда я сумею проконтролировать, чтобы их не обижали и не притесняли.

Жон сомневался в том, что Руби с Вайсс стали бы притеснять фавнов-строителей и без профсоюза. Но это теперь было совсем не его проблемой.

— Разумно, — вздохнул он. — А на Менаджери рабочих рук для подобного проекта хватит? И как их всех сюда доставить?

— Хватит. Скорее уж сложности возникнут со стройматериалами, которые придется приобретать в Вейле и Атласе. Но они же и обеспечивают нам бюджет, так что особых препятствий возникнуть не должно. И за доставку можешь не переживать. Мы — островное государство. Кораблей у нас достаточно. Ты ведь собираешься отправиться на Менаджери, так?

— Да. Надо бы сообщить новости и попробовать навести порядок в головном отделении Белого Клыка.

Гира некоторое время смотрел на Жона, после чего кивнул.

— Хорошо, — произнес он. — За тебя поручилась Кали, иначе бы я не стал приезжать сюда и влезать во всю эту возню. Не было у меня надежды увидеть здесь что-нибудь путное. Но она, к счастью, разбирается в людях и фавнах лучше, чем я.

— Рад, что не разочаровал, — пожал плечами Жон.

— Ты бы пригодился нам, когда мы только создавали Белый Клык, — вздохнул Гира.

— Я тогда был еще совсем маленьким ребенком, если вообще успел родиться, — напомнил Жон. — И при всём моем уважении, ничего бы это не изменило. Никто бы ту ситуацию не исправил.

Гира нахмурился.

— Тоже считаешь, что мой подход был пустой тратой времени? — поинтересовался он.

— Нет, — покачал головой Жон. — Общество нуждалось в твоем подходе. Как, к сожалению, и в подходе Сиенны...

Он, когда в его жизни появилось хоть немного свободного времени, тщательно обдумал свой путь и пришел к выводу, что одного лишь выявления недостатков, злоупотреблений и откровенного садизма среди владельцев бизнеса, политиков и прочей влиятельной публики для успеха ему бы не хватило. Не без уже существующей организации фавнов, готовых по его приказу нарушать закон и вести боевые действия практически с кем угодно.

— Не буду утверждать, что насилие — ответ на все вопросы, но в моем случае оно сыграло немаловажную роль, — продолжил Жон. — Потому что я стал символом лучшей версии Белого Клыка, и для ее возникновения требовалась версия худшая — такая, чтобы ее до ужаса боялись. Без этого бы мало что получилось. Люди нуждались в угрозе, перед лицом которой следовало сплотиться. И фавнам для объединения тоже было необходимо какое-нибудь знамя.

Гира тяжело вздохнул.

— То есть ты полагаешь, что и фавны, и люди устали от кровопролития, — подвел он итог. — Настолько сильно устали, что наконец смогли прийти к компромиссу...

— Да, но публично об этом никто из нас не скажет, — подтвердил Жон. — Сиенна готова признать и ошибки, и зверства, вот только все мы будем делать вид, что не понимаем их неизбежности. Что без этого ничего и никогда бы не изменилось.

— То есть я был неправ? — спросил Гира. — Ну, когда пробовал мирный подход?

— Отчасти, — ответил ему Жон. — Провал мирного подхода требовался для того, чтобы вспыхнуло насилие, а оно, в свою очередь, позволило людям и фавнам с ностальгией вспомнить о первоначальной группе под предводительством Гиры Белладонны. Теперь ты вернулся. Теперь фавны, что прибудут в Вейл, станут видеть в тебе символ того самого мира. Теперь граждане Вейла, замершие в напряженном ожидании того, кто заменит здесь нас с Сиенной, выдохнут с облегчением, потому что им окажется лидер мирной ветви Белого Клыка. За одно это они станут тебя любить.

— Сомневаюсь, — покачал головой Гира. — С моей стороны думать так было бы несколько лицемерно. Я тоже умею впадать в ярость.

— А Адам умел плакать, писать свои дурацкие стихи и мечтать о мире, — возразил ему Жон. — Но нас запоминают совсем не теми, кто мы есть. В истории не Адам, а именно ты останешься мечтателем, который сумел дожить до осуществления своей мечты, Сиенна — чудовищем, избежавшим правосудия, а я — чем-то средним между вами.

Время имело свойство искажать образы реальных людей и фавнов, выпячивая одни черты и скрывая другие. Будущие поколения еще припомнят Сиенне и Адаму всё самое плохое, а если этого не хватит, то припишут что-нибудь еще.

Насчет себя Жон уверен не был. Возможно, его станут считать тем, кто остановил террористическое движение, прежде чем передать должность лидера Гире. Или же придумают любой из сотен других вариантов.

Впрочем, Жону было на это наплевать. Ему удалось изменить мир к лучшему. Принудить к изменению силой...

— Все в один голос твердят, что насилие ничего не изменит, — продолжил он. — Что нужно поговорить и обсудить проблемы, "как полагается цивилизованным людям". Вот только у богатых и влиятельных обычно самые громкие голоса. Сложно вести диалог с тем, кто может нанять журналистов и смешать твою репутацию с грязью. Или, например, с тем, чьи друзья в полиции организуют твой арест. Я согласен, что насилие — последний довод, но ведь именно довод. К нему можно и нужно прибегать, если не осталось других вариантов, поскольку иначе мир не изменится. Богатым и влиятельным... то есть тем, кому хорошо здесь и сейчас, никакие изменения не требуются.

— Ты, похоже, много думал на эту тему, — заметил Гира.

— Пришлось, — пожал плечами Жон. — И до сих пор приходится. Потому что на Менаджери понадобится многое менять.

— С помощью насилия?

— Если не останется других вариантов. Там хватает тех, кто жаждет начать новую войну, и либо они передумают, приняв то, что предлагаем мы, либо будут остановлены силой. Я не собираюсь позволять какому-нибудь ненавидящему людей психопату всё испортить, например, заложив бомбу в туннеле между горой Гленн и Вейлом. Одного падения города уже более чем достаточно.

— Потому что обвинят в этом именно фавнов, — кивнул Гира. — Плохое качество строительства, экономия на материалах и очередное доказательство того, что мы — просто "дешевая рабочая сила". Но я обязательно прослежу за тем, чтобы такой взрыв не организовали ненавидящие нас люди.

Вздохнув и проведя ладонью по подбородку, он добавил:

— Даже сейчас нас со всех сторон окружают враги. А я-то думал, что война осталась в далеком прошлом.

— Мы работаем над этим, — рассмеялся Жон, протянув ему руку. — Как насчет того, чтобы вместе покончить с затянувшейся войной?

Гира ответил на рукопожатие.

— Давай покончим с ней вместе.