Просто Гарри? (гет)

Первое сентября выдалось на удивление солнечным и тёплым. Гарри проснулся рано, ещё до того, как Дурсли начали возиться на кухне. Он лежал в своей новой комнате — бывшей кладовой для игрушек Дадли, которую ему выделили после летних каникул, — и смотрел в потолок, где плясали солнечные зайчики.

«Волнуешься?» — раздался в голове знакомый голос Бороса.

— Есть немного, — мысленно ответил Гарри, выбираясь из кровати. — Сегодня я снова один. Дурсли отвезли меня на вокзал в прошлом году, но в этот раз даже не предложили. Придётся добираться самому.

«Ты справишься, — уверенно сказал Борос. — У тебя есть деньги, есть такси, есть план. Главное — найти платформу девять и три четверти. Ты уже проходил через это, так что проблем быть не должно».

Гарри быстро оделся, проверил, все ли вещи упакованы в тот самый сундук с двойными чарами, который он купил в Косом переулке. Сундук был лёгким, как перышко, хотя внутри лежали мантии, книги, котёл, ингредиенты и даже пара запасных пергаментов. Букля, проснувшись, недовольно ухнула с насеста.

— Завтрак готов! — крикнула из кухни тётя Петунья. Голос у неё был усталый — видимо, сказывалась долгая разлука с Дадли, который ещё не вернулся из спортивного лагеря.

Гарри спустился вниз. Дядя Вернон, как обычно, читал газету за столом, но при виде Гарри отложил её и нехотя кивнул.

— Такси я тебе вызвал. Будет через десять минут, —произнёс он так, будто делал огромное одолжение.

— Спасибо, дядя Вернон, — вежливо ответил Гарри.

Он съел пару тостов, выпил стакан сока и поднялся за сундуком. Тётя Петунья, против обыкновения, помогала ему выгрузить вещи на крыльцо. На прощание она сухо сказала:

— Пиши. Хотя бы изредка. Твоя мать… она писала только в начале обучения, а как стала старше перестала.

Гарри удивлённо посмотрел на неё, но промолчал. В прошлом году он точно не услышал бы от неё таких слов. Борос внутри одобрительно хмыкнул, но ничего не сказал.

Подъехало такси. Гарри погрузил сундук, назвал адрес: «Кингс-Кросс», и машина тронулась.

Кингс-Кросс

На вокзале Гарри вышел из такси, расплатился и, толкая перед собой сундук, вошёл в здание. Народу было много — семьи с детьми, деловые люди с портфелями, какие-то туристы с рюкзаками. Гарри прошёлся мимо платформ 9 и 10, сделал вид, что изучает расписание, и медленно направился к барьеру между ними.

Он глубоко вздохнул, разогнался — и ударился о кирпичную стену. Больно. Гарри потирал ушибленный лоб, чувствуя, как внутри закипает разочарование.

— Что за… — пробормотал он. — В прошлом году получилось с первого раза.

«Попробуй ещё раз, — посоветовал Борос. — Может, просто не рассчитал скорость».

Гарри отступил на несколько шагов, сосредоточился, разбежался снова — и снова больно ударился плечом о стену. На этот раз прохожие начали оглядываться.

— Молодой человек, вам помочь?

Гарри обернулся. Перед ним стоял высокий мужчина в длинном кожаном пальто, несмотря на тёплую погоду. Его лицо было суровым, но в глазах читалась доброжелательная сдержанность. На поясе, прикрытом полу пальто, Гарри заметил нечто, похожее на волшебную палочку.

— Я пытаюсь пройти на платформу девять и три четверти, — признался Гарри. — Но у меня ничего не получается. Хотя в прошлом году получилось.

— Конечно, не получается, — спокойно сказал мужчина. — Ты слишком напряжён. Главное — верить. Не просто знать, что барьер существует, а верить. Идти, не думая о препятствии. Давай, попробуй ещё раз. Я постою рядом.

Гарри кивнул, разогнался — и снова стукнулся. На этот раз он чуть не упал, и мужчина подхватил его под локоть.

— Странно, — нахмурился незнакомец. — У тебя явно есть магия, и ты знаешь, куда идти. Должно было получиться. Дай-ка я посмотрю.

Он достал палочку и, убедившись, что никто из маглов не смотрит, тихо произнёс:

— Ревелио.

Вокруг барьера вспыхнули слабые серебристые искры. Мужчина присмотрелся, повёл палочкой, и вдруг его лицо стало жёстким.

— Так и есть. На барьере — постороннее магическое воздействие. Не тёмное, но чужое. И его здесь быть не должно.

Он взмахнул палочкой, прошептал что-то, и воздух перед кирпичной стеной дрогнул. На мгновение показалось, что от барьера отделилась тонкая, едва заметная пелена — и лопнула, как мыльный пузырь, рассыпавшись серебряной пылью.

— Всё, — мужчина убрал палочку. — Теперь пробуй. И помни: верь.

Гарри разбежался в третий раз. На этот раз барьер был мягким, как вода, и через секунду он уже стоял на платформе 9¾, где клубился пар и сновали волшебники.

— Получилось! — выдохнул он, чувствуя, как от сердца отлегло.

Мужчина появился рядом — видимо, прошёл следом.

— Поздравляю, — сказал он, пряча палочку. — Будь впредь внимательнее. Кто-то явно не хотел, чтобы ты попал в Хогвартс вовремя.

— Спасибо вам, — искренне сказал Гарри. — Вы… аврор?

— Кингсли Брюэр, — мужчина протянул руку. — Я сейчас не при исполнении, просто провожаю племянника. Он первокурсник. — Кингсли указал на худощавого мальчика с тёмными волосами, который с любопытством разглядывал Гарри. — Сын моей сестры, его зовут Кевин.

— Приятно познакомиться, — Гарри пожал его крепкую руку. — И ещё раз спасибо. Без вас я бы не справился.

— Справился бы, — усмехнулся Кингсли. — Рано или поздно. Но лучше рано. Удачи тебе, Поттер. И держись своих друзей.

Он развернулся и ушёл, а Гарри остался на платформе, сжимая ручку сундука.

«Аврор Кингсли Брюэр, — задумчиво произнёс Борос. — Сильный маг, судя по ментальному полю. Защита у него профессиональная. И вовремя он появился. Слишком вовремя. Но, по крайней мере, он не враг — это точно».

— Думаешь, он знал, что кто-то закроет проход? — спросил Гарри, вкатывая сундук к поезду.

«Возможно. Или просто оказался рядом. В любом случае, запомни его имя — пригодится. А теперь иди в вагон, найди свободное купе».

Поезд «Хогвартс-экспресс»

Паровоз уже пыхтел на путях, и Гарри направился к нему, выбирая вагон подальше от шумных компаний. Он нашёл свободное купе в конце состава, загрузил сундук на багажную полку, усадил Буклю на жёрдочку и сел у окна.

— Надеюсь, никто не придёт, — пробормотал он, вытирая пот со лба. — Хочется побыть одному.

Но судьба рассудила иначе. Едва он успел расслабиться, дверь купе отъехала, и на пороге появился мальчик с тёмными кудрями и круглым лицом. Невилл Лонгботтом. В руках он держал горшок с каким-то растением и выглядел растерянным.

— Гарри! — обрадовался Невилл. — Ты здесь! А я уже боялся, что не найду никого из наших. Можно к тебе?

— Конечно, — улыбнулся Гарри. — Садись. Что это у тебя?

— Звездная трава, — гордо ответил Невилл, ставя горшок на стол. — Бабушка разрешила взять её в школу. Надеюсь, профессор Спраут не будет ругаться. Я обещал, что сам за ней ухаживать буду.

— Не будет, — заверил Гарри. — Ты же её любимый ученик.

Невилл покраснел и сел напротив. Едва он успел устроиться, как дверь снова открылась, и в купе вошёл Драко Малфой — безупречный, в дорожной мантии.

— Поттер, Лонгботтом, — кивнул он, усаживаясь рядом с Гарри. — Выглядите вы… сносно. Особенно для тех, кто всё лето корпел над книгами.

— А ты, как я помню, во Франции отдыхал, — заметил Гарри. — Рассказывай.

Драко скинул мантию и устроился поудобнее:

— Отдыхал — не то слово. Отец повёз нас в Кот-д'Азур. Особняк на берегу, с видом на море, собственный пляж. Там собирались несколько чистокровных семей — Нотты, Паркинсоны, Гойлы, Гринграссы. Было весело: играли в квиддич на воде, устроили дуэльный турнир (я занял второе место, проиграл только Дафне Гринграсс — она учится в Шармбатоне, у них своя школа магии и волшебства). А ещё мама познакомила меня с виноделами из Бургундии. Волшебное вино, между прочим, там делают не хуже, чем у нас.

— А Гермиона? — спросил Невилл, оглядываясь на дверь. — Ты её не видел в поезде?

— Нет, — покачал головой Драко. — Она писала, что была в Лондоне, закупала книги. И что её родители хотят отпраздновать окончание лета рестораном. Но она обещала быть на вокзале. Думаю, скоро подойдёт. Она не из тех, кто опаздывает.

И действительно, через минуту дверь отъехала, и в купе впорхнула Гермиона — с огромной стопкой книг в руках, с неизменным блокнотом и с очень строгим лицом.

— Вы уже здесь! — воскликнула она, усаживаясь рядом с Невиллом. — А я ещё не составила расписание на первый месяц занятий! Придётся делать это в поезде. Гарри, ты взял дополнительные книги по зельям? Драко, твои конспекты по диагностике? Невилл, а ты не забыл свой дневник наблюдений за растениями?

— Привет, Гермиона, — хором ответили все трое.

— Ах да, здравствуйте. — Она на секунду подняла голову, улыбнулась, и тут же снова уткнулась в блокнот.

Поезд тронулся. Гарри смотрел в окно на проплывающие мимо пригороды Лондона, слушал, как Драко рассказывает о французских волшебниках, а

Гермиона ворчит про неподготовленные графики, и постепенно успокаивался.

В коридоре раздался знакомый звон — тележка с волшебными сладостями. Гарри купил шоколадных лягушек, берти-боттс и пару тыквенных пирожков. Драко брезгливо отказался от «этой маггловской еды», но с удовольствием съел пирожок, когда никто не смотрел.

— Ты всё равно проголодаешься к вечеру, — заметила Гермиона, не поднимая головы. — В поезде кормить не будут.

— У меня есть свои запасы, — гордо ответил Драко. — Мама положила в саквояж французские круассаны. Будешь Невилл?

— Не откажусь, — смущённо улыбнулся Невилл.

Круассаны оказались на удивление вкусными — слоёными, с шоколадной начинкой. Даже Гермиона отвлеклась от своих записей, чтобы съесть один.

Гарри поймал себя на мысли, что чего-то не хватает в купе, посмотрев вокруг он понял, что нету Рона, за лето Гарри привык быть в компании троих друзей, наверное, и остальные просто забыли про Рона.

— Скорее всего он едет со своими братьями и сестрой, про которую Рон часто рассказывал в том году, говоря, что она будет поступать в этом году. — подумал Гарри.

— Гарри, ты не видел Рона на платформе? — спросил Невилл, словно прочитав его мысли.

— Нет, — Гарри покачал головой. — Я думал, он будет со своими родственниками.

— Странно, — заметил Драко. — Уизли — неразлучная семейка. Они обычно толпятся у выхода, как муравьи вокруг банки с вареньем. Может, опоздали?

«Или не смогли пройти через барьер», — подумал Гарри, но вслух не сказал.

Летящий «Форд»

Прошло несколько часов. Поезд уже миновал Милтон-Кинс, когда Невилл, сидевший у окна, вдруг вытянул шею и замер.

— Смотрите! — сказал он, указывая в небо. — Что это?

Все прильнули к стеклу. Вдалеке, над зелёными полями, летел… автомобиль. Старый синий «Форд Англия», который явно не должен был находиться в воздухе. Машина виляла, то набирала высоту, то резко снижалась, и сквозь ветровое стекло было видно, как внутри кто-то отчаянно размахивает руками.

— Это же… — начал Драко и замолчал.

— «Форд Англия», — закончила Гермиона, побледнев. — Но такого не может быть! Маггловские машины не летают!

— Эта — может, — мрачно сказал Гарри. — Если за рулём — волшебник. Или… волшебники.

Они пригляделись. В машине сидели двое. Точнее, трое. Двое с ярко-рыжими волосами — близнецы Уизли — и один, тоже рыжий, но помладше. В ушах у всех торчали какие-то странные наушники, и все трое, кажется, что-то кричали, но из-за шума поезда слов не было слышно.

— Близнецы Уизли и Рон! — выдохнул Невилл. — Что они делают в летающей машине? Где поезд?

— Похоже, они не смогли попасть на платформу, — догадался Драко, и в его голосе не было насмешки — только удивление. — Или опоздали. И решили лететь в Хогвартс сами.

— Но это же безумие! — воскликнула Гермиона. — Их заметят маглы! Исключат! Посадят в Азкабан! А машина… эта машина наверняка заколдована! Такое не прощают.

Машина тем временем поравнялась с поездом. На мгновение Гарри показалось, что он видит лицо Рона — испуганное, но в то же время отчаянно весёлое. Фред (или Джордж) высунулся из окна и прокричал что-то неразборчивое, размахивая палочкой. А потом машина развернулась и устремилась вперёд, к горизонту, быстро превращаясь в маленькую точку.

— Долетят до Хогсмида? — неуверенно предположил Невилл. — Или приземлятся где-нибудь в лесу?

— Надеюсь, не в озере, — вздохнул Гарри. — Русалки их там утащат.

— Тишина, — сказал Драко, откидываясь на спинку сиденья. — Хотя бы несколько часов без приключений. У меня от этих Уизли голова болит. Им бы не в Хогвартс, а в цирк — шутов изображать.

Гермиона хотела возразить, но в этот момент поезд начал замедляться, и за окном замелькали знакомые очертания Хогсмида. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в оранжево-розовые тона.

— Приехали, — сказал Гарри, вставая. — Пора переодеваться.

Они быстро натянули мантии, собрали вещи и, когда поезд остановился, вышли на тёмную платформу.

Станция Хогсмид. Встреча с фестралами

В воздухе пахло хвоей и приближающейся осенью. Где-то вдалеке раздавался знакомый голос Хагрида:

— Первокурсники — ко мне! Первокурсники сюда!

Гарри оглянулся. В стороне от старшекурсников, которые направлялись к каретам, собралась небольшая кучка испуганных и одновременно восторженных первокурсников. Хагрид, возвышаясь над ними, пересчитывал их по головам.

— Идите-идите, не бойтесь! Лодки ждут!

Гарри заметил среди них девочку с длинными светлыми волосами, которая смотрела не на великана, а куда-то в сторону карет — туда, куда смотрел и сам Гарри. Он перевёл взгляд и увидел их — странных, нелепых, жутковатых существ, запряжённых в кареты.

Кости, обтянутые чёрной кожей. Безглазые морды с драконьими зубами. Огромные кожистые крылья, сложенные вдоль длинных худых тел. Существа, похожие на ожившие скелеты, смотрели на Гарри пустыми глазницами, и он, холодея, понял, что видит их.

— Это… кто это? — спросил он у Драко и Гермионы, которые стояли рядом. — Эти… звери? Кто их сюда поставил?

— Какие звери? — переспросил Драко, оглядываясь. — Кареты сами едут. Там ничего нет. По крайней мере, я ничего не вижу.

— Я тоже, — добавила Гермиона, щурясь в темноту. — Гарри, тебе показалось. Пойдём, нам нужно занять места.

— Профессора их, наверное, зачаровывают, чтобы кареты сами ехали — неуверенно предположил Невилл, но тоже ничего не видел.

Гарри хотел спросить ещё, но в этот момент к нему подошла та самая светловолосая девочка-первокурсница. Она несла небольшой саквояж и, подойдя, сразу сказала, глядя туда же, куда и Гарри:

— Вы их видите. Это фестралы. Их видят не все.

— Фестралы? — переспросил Гарри.

— Да, — кивнула девочка. — Они возят кареты. Обычно их не видно, потому что они невидимы для тех, кто не видел смерть. А вы видели.

Она говорила это спокойно, буднично, словно речь шла о погоде.

— Откуда вы знаете? — спросил Драко с подозрением.

— Я читала о них в «Фантастических зверях», — ответила девочка, ничуть не смущаясь. — И мама мне рассказывала. Она тоже их видела… пока не умерла.

По спине Гарри пробежал холодок. Драко и Гермиона переглянулись. Невилл сжал горшок с растением.

— То есть ты их тоже видишь? — спросил Гарри.

— Да, — девочка моргнула. — Моя мама погибла из-за неудачного эксперимента, когда я была маленькая. Я стояла рядом. С тех пор я вижу фестралов. И вы, значит, тоже видели чью-то смерть.

— Я… — Гарри замялся, вспомнив зелёную вспышку, запах смерти в Годриковой Впадине, но не стал объяснять. — Наверное.

— Меня зовут Полумна Лавгуд, — представилась девочка. — Я буду учиться на первом курсе. Мне пора к Хагриду.

Она развернулась и, не дожидаясь ответа, побежала к группе первокурсников, которые уже строились в колонну. Через мгновение Хагрид повёл их в сторону озера, где их ждали лодки.

— Странная девочка, — заметил Невилл.

— Да, — согласилась Гермиона. — Но, кажется, она знает, о чём говорит.

— Фестралы, — задумчиво повторил Гарри, глядя вслед Полумне. — Значит, я их вижу, потому что видел смерть…

— Многие видели смерть, — тихо сказал Драко, и в его голосе впервые не было привычной надменности. — Но не все знают об этих тварях. Лавгуд — из старинного рода, они всегда были… своеобразными. Мой отец о них отзывается нелестно. Но она права — фестралов видят только те, кто прошёл через это.

— Ты их тоже видишь? — спросил Гарри.

— Нет, — Драко покачал головой. — И не хочу. Пойдём, уже темнеет. Кареты ждать не будут.

Они подошли к ближайшей карете. Гарри ещё раз взглянул на странных существ. Теперь они не казались ему такими жуткими. Просто другие. Как многое в Хогвартсе.

Они забрались внутрь и уселись на мягкие сиденья. Гермиона тут же достала блокнот, чтобы записать всё, что услышала о фестралах. Невилл бережно поставил горшок со звездной травой на пол; Драко смотрел в окно на удаляющуюся фигурку Хагрида и его огонёк. Гарри же смотрел на странных существ, которые, чуть заметно переступая копытами, уже готовились тронуться в путь.

Кареты покатились по тёмной дороге к замку. Огромный силуэт Хогвартса вырастал из темноты, его окна горели тёплым светом.

— Ну вот мы и снова в Хогвартсе, — тихо сказал Гарри.

«Снова в замке, — подтвердил Борос. — И снова не без приключений. Фестралы, Полумна Лавгуд… Интересно, что будет дальше? Но ты, главное, держись. Я рядом».

Карета подъехала к главному входу. Каменные ступени, тяжёлые дубовые двери, свет факелов. Гарри вышел первым и, поднимаясь по лестнице, оглянулся на друзей.

— Идёмте, — сказал он. — Пир уже скоро начнётся.

Большой зал был украшен как в прошлом году — тысячи свечей парили под зачарованным потолком, отражавшим вечернее небо. Четыре длинных стола были заполнены учениками. Гарри заметил, как первокурсники, сбившись в кучку у входа, ждали своей очереди на распределение. Среди них он увидел Полумну Лавгуд — она смотрела на потолок с выражением безмятежного любопытства.

— Садитесь, — кивнул Гарри друзьям, и они направились к своим факультетским столам.

Пир обещал быть долгим. Но Гарри чувствовал, что этот учебный год начнётся с шума, скандала и, возможно, нового приключения. А значит, скучно не будет.