Кролик среди волков (гет)

Никакого плана, как бы горько ни было это признавать, у Жона в запасе не имелось. И у Сиенны, скорее всего, тоже.

Нео-Белый Клык — то есть жестокие и безжалостные экстремисты — по природе своей обладали способностью игнорировать любые аргументы, а потому уговорам не поддавались и красивые речи просто пропускали мимо ушей. Они жили в своем маленьком пузыре, агрессивно реагируя вообще на всё, что так или иначе выходило за его пределы.

— Ненавижу экстремистов, — проворчал Жон.

— Хм? — удивленно посмотрела на него Сиенна. — Ты имеешь в виду террористов?

— Всех скопом, — ответил ей Жон. — Любой тип экстремизма, законный он или нет. Экстремальных пацифистов, экстремальных расистов и все-все-все экстремальные политические течения. Терпеть не могу тех, кто вцепился в одну-единственную идею и слышать ничего не желает о других точках зрения, особенно если они противоречат его собственной.

— И фавны, и люди обожают делиться на группы, — пожала плечами Сиенна. — На племена. И как только они оказываются в кругу единомышленников, слушать чужаков становится не обязательно. Твои собственные мысли эхом повторят окружающие, а всякие посторонние идеи лишь внесут диссонанс в стройную картину мира. Такое явление, к слову, свойственно абсолютно всем.

— Знаю. Но не было бы разумнее встретиться, попытаться логичными аргументами нащупать путь решения проблемы и в итоге прийти к компромиссу, который устроил бы все стороны? Зачем вообще ограничивать себя узким набором идей и методов? "Экстремально" ведь и значит "слишком много". Ну, или "слишком мало" в данном конкретном случае. Кто вообще в своем уме захочет забиться в тесный угол и связать себе руки? Это же попросту нелепо.

— Люди и фавны и есть воплощение нелепости.

— Ты сейчас совсем не помогаешь, Сиенна.

— А какой ответ ты хочешь от меня услышать, Жон?

— Не знаю, — вздохнул он. — Как считаешь, с ними вообще возможно договориться? Чисто гипотетически. Есть хоть малейший шанс убедить их сложить оружие, если я подберу какой-нибудь идеальный аргумент?

Сиенна всерьез задумалась над вопросом, что уже давало ему некоторую надежду. Но затем она же ее и разрушила, покачав головой.

— Нет. Очень сомнительно. Разве что через многие годы медленного и неторопливого избавления их от радикальных взглядов.

Чего-то подобного Жон и опасался: того, что братья Албейн окажутся правы, и "всякий случай", ради которого они сейчас предпринимали дополнительные шаги, всё же наступит. Что корабли придется затопить в океане, и к берегам Менаджери будут периодически выплывать мертвые тела.

— Как ты этих идиотов до сих пор контролировала? — поинтересовался Жон. — Ведь контролировала же. Я знаю, что и радикалы, и тот же Адам требовали от тебя более активных действий, но ты у них на поводу не шла.

— Всего лишь избивала чересчур недовольных, — улыбнулась Сиенна.

Жон хмыкнул.

— И всё?.. — уточнил он.

— Их аргументация построена на силе, — пояснила Сиенна. — На том, что мы — фавны — достаточно сильны, чтобы справиться с королевствами людей. Что мы — могучие альфа-хищники, что бы это ни значило в данном контексте. В общем, если они начинали доставлять мне проблемы, я приходила к ним, проламывала пару черепов и доказывала, что гораздо сильнее их. Никакого ума у идиотов от этого, само собой, не прибавлялось, но подобное столкновение с отрицаемой ими реальностью всё же учило некоторой осторожности.

Жон внезапно застыл, так что Сиенна успела сделать несколько шагов, прежде чем остановилась и повернулась к нему.

— Ты сейчас серьезно? — переспросил он. — Просто приходила к ним, избивала и говорила, куда им следует засунуть свои хотелки?

— Ну... — немного смутилась Сиенна, нервно убрав со лба прядь волос. — Знаю, что звучит это излишне тоталитарно, но Белый Клык никогда и не был демократией. У нас не существует официальных методов поддержания дисциплины, так что нужно как-то выкручиваться...

— Прямо сейчас твой метод сработает? — отмахнулся от ее оправданий Жон.

Сиенна удивленно моргнула.

— То есть тебя из сказанного мной вообще ничего не тревожит?

— Меня многое тревожит, — честно признался Жон. — Но это такая ерунда по сравнению с перспективой позволить членам Нео-Белого Клыка добраться до королевств и разрушить всё, чего мы достигли. Потому спрошу еще раз: если вломиться к ним на собрание и выбить зубы всем недовольным, то такие "аргументы" убедят их остановиться и не мешать нам?

— Ну, "убедят" — это не совсем правильное слово. Скорее уж "принудят", — пробормотала Сиенна. — Но да, колеблющиеся фавны свой агрессивный настрой моментально утратят. Чисто в теории.

Затем до нее все-таки дошло, что конкретно он задумал.

— Жон, нет.

— Жон, может быть...

* * *

— Сегодня, братья и сестры, мы отмечаем наступление новой эры — новой эпохи для всех фавнов! — вскинув над головой меч, воскликнул здоровенный мускулистый мужчина, и толпа ответила ему бурными аплодисментами. — Мы покажем миру, какая раса в нем должна доминировать. Мы — следующий этап эволюции, люди версии два точка ноль. Мы обрушимся на варваров и позволим им узнать, что случается с теми, кто игнорирует реальность!

Толпа неистовствовала, хлопая в ладоши, выкрикивая воинственные лозунги и размахивая флагами с символом Белого Клыка, по которому размазали пятно ярко-красной крови.

— Я спрашиваю у вас как фавн у фавнов, встанете ли вы со мной плечом к плечу? Будете ли сражаться бок о бок? Понесете ли наши требования через океан и предъявите ли их людским королевствам, чтобы они познали гнев расы фавнов?

Вновь ему ответили возгласы одобрения и поддержки.

— Таково наше предназначение! Мы должны-...

Выступление прервал звук дверного электрического звонка.

Фавны принялись растерянно озираться по сторонам.

Звонок повторился.

— Кто-то звонит в дверь, — сказал один из них.

— Это шатер, идиот. Тут нет двери.

Звонок продолжал звенеть, становясь всё настойчивее.

— Ответить-то всё равно кому-нибудь придется, — пожал плечами фавн, тем не менее не спеша покидать свое место.

Другой зритель из числа тех, что находились поближе к выходу, вздохнул, протянул руку и откинул полог. Снаружи оказался фавн в ярко-красных футболке, шортах и кепке.

— Доставка пиццы.

Открывший ему зритель удивленно моргнул, затем обернулся и спросил:

— Кто-нибудь пиццу заказывал?

— Идиот! — завопил лидер. — Это секретное собрание!

— Не особенно-то оно и секретное, если вас сюда больше сотни набилось, — заметил доставщик пиццы, после чего снял с головы кепку, продемонстрировав всем лицо Юмы, пнул в живот своего собеседника, сделал пару шагов вперед, открыл коробку с пиццей и затолкал себе в рот кусочек. — Кстати, вы все арестованы.

Лидер расхохотался.

— И чьей же властью? — поинтересовался он.

— Жона Арка и Сиенны Хан.

— Мы не признаем их власть! — крикнул кто-то из толпы.

— Да-да. Но ваше признание или непризнание их власти ничего не меняет. Значение имеет лишь тот факт, что вы окружены, — ухмыльнулся Юма, наблюдая за тем, как толпу сразу же охватила паника. — И пока у вас еще остается шанс сдаться мирно. Белый Клык не так уж и плох. У нас есть пицца.

— Это беспредел и беззаконие!

— Ты, наверное, имел в виду "горгонзола и пеперони"?

Даже несмотря на не самое приятное положение, некоторые фавны в толпе застонали.

— Что? — спросил у них Юма. — Неудачная шутка? А мне она кажется забавной.

— Слишком плоско и картонно, — ответил кто-то из фавнов.

— Хватит ему подсказывать!

— Пф, — фыркнул Юма. — У вас всех просто непереносимость смехозы. Но это всё равно ни на что не влияет. Итак, сдаетесь мирно или не очень?

Лидер гордо вскинул голову.

— Нео-Белый Клык никогда-...

Просвистевший мимо Юмы хлыст обвил столь удачно открывшуюся шею лидера и сдернул его с помоста на пол. В шатер вошла Сиенна Хан. Следом за ней появился Жон Арк. Его сопровождали Илия и Трифа, придавая вид удачливого главаря могущественной банды в окружении любовниц-телохранительниц.

Позади них виднелись члены Белого Клыка в форме и масках.

— Ч-что это значит? — чуть запнувшись, возмутился один из радикалов. — Вы... готовы напасть на своих?.. Мы не сделали абсолютно ничего плохого! Просто собрались вместе!

— Да я знаю, — невинно улыбнулся ему Жон. — Но мы ведь и не нападаем. Считайте это... учениями. Да, всего лишь небольшая тренировка. Вы же собираетесь отправиться сражаться с людьми, верно? Вот и испытаем ваши навыки. Или думаете, что Атлас позволит беспрепятственно находиться на их территории? Если желаете драться, то деритесь. Давайте уже начнем.

Никто не спешил принимать предложение Жона.

Ни один фавн так и не пошевелился.

— Ч-чего вы ждете? — крикнул кто-то из толпы. — Уб-бейте его!

— Н-но у него есть аура, — возразил женский голос из той же самой толпы. — И Сиенна Хан...

— Да, у меня есть аура, — согласился с ней Жон. — А знаете, у кого еще она есть? У Охотников и Охотниц, с которыми нам регулярно приходится сталкиваться. И у элиты армии Атласа. Или вы хотите сказать, что даже с нами справиться не способны? Тогда все печально, потому что на том берегу вас ждут противники, которые гораздо сильнее нас, многочисленнее и лучше оснащены.

— Мы победим их, — крикнул кто-то из фавнов, что находились на противоположном от Жона краю толпы. — Мы выиграли войну!

— Так докажите, что это не пустая болтовня. Деритесь со мной. Если справитесь, то я позволю вам сесть на корабли и уплыть.

— Нам не нужно твое разрешение!

— Разве? — удивился Жон. — Трифа?

— Да, босс? — отозвалась та.

— Кто здесь главный?

— Вы, босс.

— Хорошо. И если я чисто гипотетически отдам приказ затопить корабли, то что произойдет?

— Они утонут.

— Я почему-то так и думал, — кивнул Жон, после чего вновь посмотрел на толпу. — Ну вот, мы разобрались, что остановить я вас могу очень даже легко, и мое разрешение вам все-таки требуется.

— Это нечестно! — раздался новый выкрик.

— Нечестно? — переспросил Жон. — О нет, как же так? Ах да, мы же террористы. Вы и сами желаете стать настоящими террористами, но, похоже, не понимаете одну важную вещь. Давайте я вам о ней расскажу: с террористами никто не церемонится. Атлас убьет вас на месте, ни о чем не спрашивая и даже не пытаясь вступить в переговоры. В других королевствах дела обстоят чуть-чуть получше, но и там вас не ждет ничего приятнее изгнания и пожизненного запрета на въезд. Хотя беспокоиться вам стоит не о них, а о нас. Мы сами устроим на вас охоту, если уж вы решили разрушить все наши труды и втянуть в безнадежную войну. Чтобы стало совсем ясно, скажу прямо: даже если я позволю вам погрузиться на корабли, до Мистраля вы не доплывете, "потерявшись" где-то в открытом океане.

— Вот! — крикнул один из фавнов. — Вы всё слышали! Он сам признался, что хочет нас подавить!

Толпа поддержала его одобрительными возгласами и градом обвинений.

Жон равнодушно посмотрел на них, зевнул и подтвердил:

— Конечно. И что?

Фавны пораженно уставились на него.

— Т-ты пытаешься нас подавить! — повторил кто-то из них.

— Само собой.

— И стереть нашу идентичность!

— Вы говорите о "Нео-Белом Клыке"? Тогда да, вне всякого сомнения.

— Но это наш выбор...

— Да, — согласился с ними Жон. — Вы свой выбор сделали. Поздравляю. Теперь вам осталось лишь пережить его последствия. Сдавайтесь сами, иначе мы вас изобьем, арестуем и прогоним через программу реабилитации, чтобы в ваших головах даже мысли не осталось втянуть фавнов в войну с людьми.

— Он пытается нас запугать!

— Разумеется, — с откровенным недоумением в голосе подтвердил Жон. — Неужели это до сих пор хоть кому-то не ясно?

— Мне кажется, что они просто удивлены, — пояснила Илия. — Их вечно игнорировали, называли идиотами и не слушали. Они любят в своих фантазиях сражаться против человечества и системы.

— Ну вот, теперь система действительно сражается против них, — ухмыльнулся Жон. — Разве это не повод для радости?

— Похоже, идея им нравится гораздо больше, чем ее реальное воплощение.

История была старой.

Жон посмотрел на толпу, видя у фавнов злость и нервозность, но никак не желание бросаться в атаку. Они застыли, парализованные нерешительностью, и, похоже, только сейчас начали осознавать, во что на самом деле ввязались. Все эти разговоры, крики и грозное потрясание оружием заманивали в свои сети многих, но то были именно идиоты, а вовсе не психопаты.

— Ладно, новое предложение, — произнес Жон. — Амнистия тем, кому удалось включить мозги и понять, что перспектива драки с нами их не привлекает. В конце концов, он же от вас этого и требует: отправиться в Атлас и сражаться с солдатами, которые лучше обучены и вооружены, а также без колебаний убьют любого противника. Если не готовы проводить "учения" с Белым Клыком, то такие враги вам тем более не по зубам. Валите отсюда, пока я не запомнил ваши лица.

К его немалому удивлению, возможностью сбежать воспользовались многие фавны. Не менее двух с половиной десятков покинуло шатер. Жон не стал их задерживать, поскольку знал, что братья Албейн всё равно опознают каждого, составят список и организуют наблюдение. Хотя тех, кто к старым привычкам так и не вернется, трогать, пожалуй, не станут.

"Наверное, Илия права, — подумал он. — Это были не те террористы, что организовывали на нас покушения, а просто оторванные от реальности любители побороться с системой, пока та не даст сдачи. Вся их смелость моментально исчезла, стоило только в пределах видимости появиться настоящему противнику".

Впрочем, он их не винил. Обычные гражданские мало что могли ответить Сиенне и остальным членам Белого Клыка, которые находились... ну, как минимум довольно близко к уровню Охотников. Пропасть была настолько велика, что настоящие бойцы могли показаться обывателям сверхлюдьми.

— Трусы! — взревел лидер. — Предатели! Ничтожества!

Сиенна поставила ногу ему на голову.

— Достаточно, — сказала она. — Радуйтесь тому, что их истинная натура проявила себя сейчас, а не в ключевой момент боя, когда от этого зависели бы ваши жизни. Вам бы не хотелось чего-то подобного, верно?

Фавны в толпе поежились.

— Но такова уж реальность, — продолжила Сиенна. — И я не уверена, что этот идиот посвятил вас в ее подробности. Сомневаюсь, что он и сам хоть что-то понимает. Мир за пределами цивилизованных мест работает по одному простому принципу: убей или будь убит. Поскольку в поселения вашу банду никто не пустит, жить придется в кишащих монстрами лесах. Кто-нибудь из вас видел монстров? Об опыте сражения с ними даже спрашивать не стану.

Несколько фавнов неуверенно подняли руки.

Жон хмыкнул, оценив то, как всё это напоминало школу. Хотя Сиенне образ строгой учительницы вполне себе подходил...

— И всё? — удивилась она. — Серьезно? Охотники и Охотницы регулярно сталкиваются с монстрами с одиннадцати лет. Возраст каждого из вас в два или три раза больше. Как вы умудрились ни разу с ними не встретиться? И каким образом собираетесь убивать Охотников?

— Но мы не собираемся убивать Охотников...

— Как это не собираетесь?! — возмутилась Сиенна. — Мы, будучи относительно мирной ветвью организации, постоянно с ними сталкивались. Нео-Белый Клык официально объявил о своем желании отправиться в королевства и резать людей, чтобы начать новую войну. Думаете, Охотники просто постоят в сторонке, ничуть вам не мешая? Не говорите ерунды, мы все-таки серьезные вещи обсуждаем! Создали банду, что намерена разрушить все наши достижения? Ладно. Докажите теперь, что способны это сделать. Деритесь с нами. Победите нас. Или же мы с Жоном окончим поход Нео-Белого Клыка прямо здесь и сейчас.

— Для вашего же собственного блага, — кивнул Жон. — Потому что вам нечего делать в Атласе, если даже с нами справиться вы не в состоянии.

Он застыл, дожидаясь момента, когда оставшиеся фавны — самые смелые из них — наберутся этой самой смелости и бросятся в атаку. В конце концов, желание развязать войну требовало определенных склада ума и характера.

Время шло, но абсолютно ничего не происходило.

— Ну, — поторопил их Жон. — Чего вы там мнетесь? Вообще ни одного смельчака, что ли, нет?

Честно говоря, это немного разочаровывало.

— Вы собрали столько народу, кричали, бушевали, готовились пересечь океан, чтобы устроить террор и кровавую бойню, но... вам не хватает храбрости даже на то, чтобы напасть на нас?

— А в чем смысл? — спросил один из фавнов. — Вас слишком много.

Жон повернул голову и вслух пересчитал свои силы, включая себя и Сиенну:

— Один, два, три, четыре, пять. Нас всего пятеро. Вас здесь... не менее восьми десятков. Восемьдесят против пяти — это много? Правда? Вы вообще в курсе, что Охотники ходят командами по четыре человека? Каждый из них минимум в четыре раза сильнее любого из нас. Хорошие — во все десять. Так что давайте. Хотя бы попробуйте. Мы же не станем вас убивать — только чуть-чуть отметелим. Нападайте, не стесняйтесь.

Никто не пошевелился.

— У вас есть шансы на победу, — продолжил уговаривать их Жон. — Небольшие. Счастливый удар там или, например, какие-нибудь скрытые таланты...

Ни один фавн по-прежнему не спешил делать шаг вперед.

— Вот ты, — ткнул Жон пальцем в какого-то верзилу.

Тот сгорбился и торопливо спрятался за спинами соседей.

— Да нет же, я вовсе не пытаюсь тебя выделить, — попробовал спасти ситуацию Жон. — Ладно, а что насчет...

Его палец просто указывал на толпу, медленно двигаясь слева направо, но фавны отшатывались и едва ли не кидались на пол с таким видом, будто у него в руке находился пистолет.

— Вы серьезно?.. — спросил Жон, опустив от безысходности руку.

— Они серьезно, — ответил ему Юма. — Таких трусов еще поискать надо. Поверить не могу, что вот ради этого заморочился с переодеванием.

Он затолкал в рот остаток пиццы, после чего добавил:

— А ведь так хотелось ломтик хорошей драки.

— Если ты и дальше продолжишь придумывать каламбуры, то я тебе горло перережу ножом для пиццы, — предупредила его Трифа.

— Это пройдет, — успокоила ее Илия. — Нужно только немного потерпеть, как пересушенное тесто в пицце.

Ей тут же пришлось уклоняться от кулака Трифы.

Жон тяжело вздохнул и покачал головой.

Его подчиненные тоже не могли воспринимать всё это всерьез.

— Просто... идите домой, — сказал он, и даже самые храбрые, сильные и жестокие члены Нео-Белого Клыка — его основатели — стыдливо опустили головы, словно детишки, которых застали за листанием журнала для взрослых.

Жон их, конечно, не стал задерживать, но на этом его "злодейский" план вовсе не был завершен, а лишь перешел во вторую стадию. Дальше братья Албейн свяжутся с семьями членов Нео-Белого Клыка и расскажут, чем именно занимались их сыновья, дочери, братья и сестры. Многим сегодня вечером предстоял крайне неприятный разговор с родней.

С другой стороны, альтернативой было утонуть в океане по пути в Атлас или Мистраль, так что им, пожалуй, крупно повезло.

— Я разочарован, — окинув взглядом опустевший шатер, проворчал Жон. — Когда шел сюда, настраивался на драку. На бой. На эпическое сражение.

— Так оно обычно и бывает, — пожала плечами Сиенна, связывая своим хлыстом руки прижатого к полу лидера Нео-Белого Клыка. — Много разговоров, громкие заявления и бряцание оружием. Но когда доходит до дела, моментально выясняется, что смелости хватает у единиц. Если бы это было не так, они бы меня давным-давно сместили. Я же не всеведущая и братьям Албейн никогда не нравилась. Найдись хоть один достаточно решительный кандидат, и ему бы помогли организовать переворот.

"Им мог бы стать я, — заметил Адам. — И для дела Белого Клыка всё закончилось бы настоящей катастрофой".

Жон не услышал в его голосе ни капли удивления по поводу результатов сегодняшнего рейда в лагерь Нео-Белого Клыка и мысленно поинтересовался причиной подобной невозмутимости.

"Потому что те, у кого хватает смелости, уже сражаются, — ответил Адам. — Они присоединились к Белому Клыку и рискуют жизнями под моим, твоим или чьим бы то ни было командованием. Можешь поглядеть на Юму, Трифу или Илию. Именно такие и готовы действовать. А на Менаджери есть лишь два типа фавнов: те, кто восстанавливаются после ранения или тренируется, собираясь вступить в наши ряды, а также болтуны, которым слишком страшно. Зато кричат они громче всех, поскольку за свои слова отвечать всё равно не собираются. Ты и сам только что на них вдоволь насмотрелся".

В общем, настоящих бойцов на Менаджери имелось крайне мало. Жон не винил тех, кто не желал сражаться, найдя себя в мирной жизни, но и понять оставшихся в глубоком тылу из-за своей трусости, но при этом пытавшихся вести себя так, будто они ничуть не уступали в храбрости прошедшим войну солдатам, тоже не мог.

— Берите его и передавайте полиции, — приказала Сиенна Юме и Трифе. — Илия, сообщи братьям Албейн, что проблема решена. Но надзора с кораблей пусть не снимают. И вообще, арестовывайте всех, кто попытается пробраться на борт, сколько бы фавнов ни было в группе.

— Да, мэм.

— Наш народ не сломить! — крикнул лидер. — Вот увидишь, Арк! Нео-Белый Клык восстанет из пепла! Нам не заткнуть рты!

Юма, опровергая его слова, сунул в этот самый рот кусок пиццы, после чего они с Трифой утащили лидера из шатра.

— Всё еще разочарован, — покачал головой Жон.

— Придется смириться с тем, что мы имеем, — ответила ему Сиенна. — Если бы на Ремнанте каждый обладал смелостью претворять свои слова в жизнь, мир был бы совсем другим. Королевства бы давным-давно объединились, монстров бы разогнали по норам, а равенства мы бы достигли много лет назад. Но, к сожалению, решительных фавнов и людей очень мало. Слова даются легко и ничего не стоят. Так было и так будет. Мы же... Не хочу сказать, что мы чем-то серьезно отличаемся от остальных. Большинство из нас оказалось вынуждено окунуться во всё это, поскольку не оставалось никакого иного выхода. Я никогда не хотела превращаться в официальное лицо Белого Клыка. Мне была нужна самая обычная жизнь.

— А я намеревался стать Охотником, — вздохнул Жон. — И вот теперь нахожусь здесь.

— Как и все мы, — кивнула Сиенна, взяв его за руку.

Их взгляды встретились, и Жон позволил себе немного расслабиться.

— Как и все мы, — согласился он. — И да помогут нам небеса на нашем пути, потому что эта кучка идиотов была лишь первой из многих, с кем еще только предстоит разобраться.

— Да. Другие радикалы в Белом Клыке. Анти-фавновские настроения в Атласе и Мистрале. Я слышала о процветающей в Вакуо работорговле, что противоречит их же законам. Торгуют там, разумеется, по большей части фавнами. Еще то, о чем нас предупреждали Айронвуд с Озпином: и в Вейле, и в Атласе хватает недовольных нашими договоренностями. Следует ожидать саботажа. И с их стороны, и с нашей.

— На этом всё?

— Даже не близко. Монстры, наемники, ПКШ и новые покушения, организованные нашими же собратьями. Работы у нас на годы вперед, и ее станет значительно больше, если нам действительно удастся добиться признания Менаджери пятым королевством. Демократическая система, выборы, неизбежное иностранное влияние. Готова поспорить, что Шни попробуют продвинуть на самый верх лояльно относящегося к ПКШ фавна ради выгодных исключительно им контрактов и возможности снова плевать на наши права. Дерьмо впереди нас ждет немалое.

В этом Жон ничуть не сомневался.

— Напомни-ка, для чего мы взялись разгребать эту вонючую кучу?

— Потому что других желающих не нашлось, — усмехнулась Сиенна. — И в истории мы наверняка останемся тиранами.

— Замечательно.

— Ага. Работа тяжелая, условия отвратительные, а будущее сомнительное. Но кто-то должен взвалить на себя эту ношу, чтобы будущее у нас вообще появилось.

— Что там с оплатой?

— Чувство глубокого морального удовлетворения.

Жон вновь обвел взглядом пустой шатер.

— А почему я вместо него ощущаю лишь разочарование? — поинтересовался он.

Сиенна скользнула ему за спину, обняла за пояс и положила подбородок на плечо, жарко дыша в ухо.

— Как насчет того, чтобы компенсировать это несколько иными, но ничуть не менее яркими эмоциями? — предложила она.

— Хм?.. — чуть повернул к ней голову Жон.

— О да, — мурлыкнула Сиенна. — Всегда хотела одержать полную победу, осквернив священное для врага место. Пусть враг оказался не очень храбрым, да и место — такое себе, но вон стоит довольно удобный столик, заваленный их боевыми планами. Что скажешь на то, чтобы его осквернить?

Они посмотрели друг другу в глаза.

Ее кошачья ухмылка стала шире.

* * *

— Значит, проблема решена? — уточнила Кали Белладонна.

— Решена, госпожа, — ответил Фенек, вежливо поклонившись.

Он вообще вел себя сейчас куда более уважительно, чем обычно.

Кали не стала фыркать, хотя ее и забавляло то, насколько сильно всё изменилось. Впрочем, ей на эти изменения жаловаться не стоило, поскольку они были направлены на благо Менаджери и установление прочного мира.

— Нео-Белый Клык разогнан, — продолжил он. — Наверняка попытаются собраться вновь, но их лидер арестован, а хребет сопротивления сломлен, и дух растоптан тяжелыми сапогами.

— Как и всегда, твоя речь полна красочных оборотов и эпитетов, Фенек.

— В душе я поэт, — улыбнулся тот.

— Не сомневаюсь, — покачала головой Кали. — А где Сиенна и Жон? Мне бы хотелось с ними поговорить.

Фенек замер.

— Они сейчас... недоступны.

— Недоступны? — переспросила Кали. — Ранены в сражении?..

— Насколько мне известно, не было никакого сражения, — вздохнул Фенек. — Храбрость и прочие боевые качества противника не соответствовали уровню его притязаний. Он сдался без боя.

На этот раз Кали всё же не удержалась от того, чтобы фыркнуть.

— Типично.

— Соглашусь, — кивнул Фенек. — Не так уж и много тех, у кого слова не расходятся с делом.

— Хорошо. Но если сражения не было, то чем тогда заняты Сиенна и Жон?

— Кое-чем другим...

Раздавшийся из шатра громкий стон заставил Фенека опустить взгляд, а ближайших членов Белого Клыка — смущенно усмехнуться. Самые юные и вовсе покраснели, а опытные и матерые — наоборот, невозмутимо обменялись проспоренными льенами.

— В общем, они заняты... друг другом, — пробормотал Фенек.

— О, — прикрыв рот ладошкой, сказала Кали. — Ну что же, было бы печально их прерывать, не так ли?

Фенек, прочитавший в ее взгляде прямо противоположное, встал перед входом в шатер, преграждая дальнейший путь.

Кали хмуро посмотрела на него.

— Наверное, я пойду, — вздохнула она. — Передай им, чтобы нанесли мне визит, когда немного... освободятся.

Очередной донесшийся до них стон заставил ее хихикнуть.

— Передам, — поморщился Фенек, а затем добавил: — Но это может затянуться надолго.