Щит, пламя и роботы (джен)

Вы это сделали.

Шестьдесят девять глав. Сотни тысяч знаков. Месяцы работы — и вот вы здесь, читаете послесловие. Я не знаю, как давно вы начали, с какой скоростью читали, возвращались ли к любимым сценам, но факт остаётся фактом: вы дошли до конца. И это уже стоит того, чтобы начать это послесловие с самого простого и самого важного слова.

Спасибо.

Я знаю, как устроен мир за пределами этой книги. Быстрые новости, короткие посты, бесконечная лента, которая требует внимания и тут же его крадёт. В этом мире решиться открыть текст длиной в полноценный роман — поступок. А дочитать его до конца — поступок вдвойне. Вы подарили этой истории своё время, и я этого не забуду.

И раз уж вы здесь — у меня есть к вам просьба. Не короткое «спасибо, понравилось» в комментариях (хотя и за него я благодарен), а развёрнутые впечатления. Что запомнилось? Что тронуло, а что, может быть, оставило равнодушным? Какие сцены вы перечитывали, а какие пролистывали? Я провёл с этим текстом очень много времени — и теперь хочу понять, что получилось, а что нет. Ваш отзыв — это не просто обратная связь, это возможность увидеть историю вашими глазами. Ради этого всё и затевалось.

Когда я начинал писать, я не планировал ничего масштабного. Думал: будет небольшая повесть, страниц на сто. Но герои — они умеют удивлять. Лео, который сначала был просто «младшим братом», вдруг заговорил своим голосом. Элли, которая должна была быть фоном, оказалась сложнее, чем я думал. Кай и Дориан, которых я задумывал как статистов для турнирной арки, вышли на первый план и потребовали собственной истории. Сюжет ветвился, персонажи спорили со мной, и в какой-то момент я перестал быть автором в привычном смысле слова — я стал наблюдателем, который записывает то, что происходит у него перед глазами. Я прожил с ними целый семестр — и теперь, когда текст закончен, мне странно и немного грустно. Как будто закрылась дверь в комнату, где ты провёл много-много часов, и обратно уже не войти.

Мне будет не хватать Лео. Его обескураживающей прямоты, когда он сначала говорит, а потом думает. Его неумения врать — даже себе. Он пришёл в эту историю «молотком» — самоуверенным, громким, убеждённым, что сила решает всё. А уходит — бойцом, который знает: сила без понимания бесполезна. Он научился проигрывать, не теряя себя, и научился побеждать, не теряя уважения к побеждённому. Я горжусь им.

Мне будет не хватать Элли. Она всегда была загадкой даже для меня. Внешне — холодная, замкнутая, вечно с книгой. А внутри — такой богатый мир, что я сам не сразу его разглядел. Её страх ошибки, её потребность всё просчитывать на три шага вперёд, её неумение доверять интуиции — и то, как она училась этому шаг за шагом. Она пришла в Хогвартс девочкой, которая пряталась за книгами, потому что книги не предают. А уходит — дуэлянтом, исследователем и человеком, который рискнул открыться. И да, у неё русские корни, и она знает Онегина — этого я тоже не планировал, она сама мне об этом сообщила. А ещё, представляете, она неплохо умеет играть на фортепьяно, но в Хогвартсе пианино стоит далеко на каждом шагу, поэтому ей ни разу не удалось проявить свой навык.

Мне будет не хватать Кая. Он — самый немногословный из всех. Но каждое его слово имеет вес. Я помню, как писал его сцены и понимал: он говорит мало, но то, что он говорит, — важно. Он нёс на себе груз, который не каждому взрослому по силам, и нёс его молча, не жалуясь, не прося помощи. Его путь — это путь от одиночества к доверию, от тайной двойной игры к открытому бою, от страха за брата к готовности отпустить. Он не герой в привычном смысле — он просто человек, который делает, что должен. И я рад, что в конце он наконец-то улыбнулся.

И мне будет не хватать Дориана. Он кажется непрошибаемым — сарказм, ирония, холодный аналитик, который всё раскладывает по полочкам. Но на самом деле это один из самых эмоциональных персонажей во всей истории. Просто свои эмоции он прячет глубже всех. Его страх «быть пустым», его потребность доказывать, что он чего-то стоит, его многолетнее соперничество с Каем, которое было не враждой, а странной формой дружбы, — всё это делало его живым и ранимым, даже когда он сам себе в этом не признавался. Он пришёл к финалу, потеряв много иллюзий, но найдя нечто более ценное.

Я привык к ним. Я сроднился с ними. И теперь, когда история закончена, я чувствую то, что, наверное, чувствует каждый автор: пустоту, которую раньше занимали их голоса. Но при этом я знаю, что они никуда не исчезли. Они остались в Хогвартсе 1937 года — тренируются в дуэльном клубе, сидят в библиотеке, гуляют по заснеженному Хогсмиду. Просто я больше не могу за ними наблюдать.

…Или всё-таки могу?

Я не хочу обманывать вас и говорить, что продолжение обязательно будет. Но и утверждать обратное я не стану. Эта история закончена — но мир, в котором она существует, никуда не делся. И если вы, читатели, захотите узнать, что было дальше — с любым из героев или со всеми вместе, — дайте мне знать. Напишите об этом. Мне важно понимать, чего вы ждёте, на что надеетесь, кого хотели бы увидеть снова.

Лично мне — если говорить откровенно — наиболее перспективным героем для продолжения видится Элли. В ней осталось много нераскрытого. Её прошлое, её семья, её магия, в которой смешались русские корни и британская школа, — всё это ещё можно исследовать. Но я не хочу забегать вперёд. Всё будет зависеть от вас.

А пока — ещё раз спасибо. За то, что читали. За то, что переживали. За то, что были рядом с этими героями так же, как я.

Счастливого Рождества, или с Днём Космонавтики, или с Днём Знаний, я не знаю когда вы это читаете, и до встречи — в новой главе, новом тексте или просто в комментариях.

Автор.