Лето вне дома (гет)

Кружась на берегу Чёрного озера в подобии танца, Гарри и Гермиона смеялись.

Вечерело. Лёгкий ветерок трепал их волосы. На небе зажигались звёзды.

Юные гриффиндорцы жили в замке почти месяц. Хогвартс стал им домом не только на словах, но и на деле, приняв их, впустив под свои своды во время каникул. Сердца детей наполнила радость. Они жили, как и всегда, самой обычной жизнью.

Чувства между ними, такие же юные, как и они сами, крепли с каждым днём. С каждым днём, часом, с каждой минутой дети становились всё ближе друг к другу. Теперь отходы ко сну сопровождались поцелуями, а пробуждение случалось в объятиях. Время, проведённое вместе в опустевшей школе чародейства и волшебства, казалось Гарри и Гермионе лучшим, что с ними случалось.

Но рано или поздно всё заканчивается. Завершилось и их уединение.

* * *

Случилось это следующим образом.

В то утро Поттер и Грейнджер спали дольше обычного: ночью неожиданно разыгралась сильная буря, и они очень долго не могли сомкнуть глаз, а потому спустились на кухню лишь к девяти часам. Рассеянные и сонные, дети не услышали открывшейся двери, и потому вздрогнули, когда их окликнул знакомый голос:

— Гарри, Гермиона, вы чего эт тут делаите?

Оглянувшись через плечо, они увидели Хагрида и профессора Стебль. Торопливо вскочив, гриффиндорцы опрокинули пустую посуду. Декан Пуффендуя, быстро подойдя к ним, заклинанием починила чашки и очистила одежду.

— Успокойтесь, дорогие, — произнесла Помона. — Мы вам не враги.

Её руки ласково потрепали их по волосам.

* * *

Гарри и Гермиона стояли перед профессором Стебль и Хагридом, понурив головы. Женщина молча осматривала их с ног до головы.

— Почему вы здесь, я поняла, — произнесла она. — Но прошёл месяц! Питались вы с помощью домовиков, но в замке ведь нет горячей воды, отопление отключено, лекарств никаких, условий для жизни — тоже. Просто удивительно, что вы в полном порядке!

Она взяла их за руки и повела в больничное крыло.

Открыв двери ключом, Стебль навела на них какие-то чары, после чего дала несколько склянок.

— Пейте это три дня, — произнесла она. — Это устранит риск простуды и прочих болезней. Сообщать о вас я не стану — смысла в этом нет, но раз уж вы живёте здесь, будьте любезны помогать мне и Хагриду, ночевать будете в моём доме в Хогсмиде.

— Вы живёте в Хогсмиде? — спросила Гермиона.

— Ну да. Многие учителя живут рядом со школой. Особенно если им выпало готовить замок к новому учебному году. Как мне или Хагриду.

— Но, профессор, Хагрид ведь живёт в хижине у Запретного леса! — воскликнул Гарри. — Как он мог нас не заметить?

— Я не должна вам этого говорить, но... — Помона понизила голос до громкого шёпота: — Профессор Кеттлберн уходит на пенсию. Новым преподавателем Ухода за Магическими существами Дамблдор решил назначить Хагрида. Его не было здесь: он проходил преподавательские курсы в министерстве. А оно не очень любит нашего лесничего, и подготовка затянулась на месяц.

Гарри и Гермиона улыбнулись. Их наполнила искренняя радость за друга. Кроме того, Рубеус Хагрид всю жизнь провёл в лесу, сталкиваясь с самым разным зверьём и поневоле изучая его. Так что он мог рассказать на уроках много весьма интересных вещей. А вот Сильванус Кеттлберн слыл авантюристом и сумасбродом, ученики на его занятиях всегда получали травмы, и Поттер с Грейнджер его опасались, хотя это и был добрый человек.

— Но хватит болтать, — произнесла Стебль. — Идём.