Союз эсперов: Бойся желаний своих (джен)

Чёрный «Лексус» плавно, как хищное животное, скользил по улицам города, вливаясь в общий поток автомобилей. Чуя был за рулём; из радиоприемника играла песня какой-то популярной корейской группы; Ацуши на заднем сиденье гладил Бегемота, чьё довольное мурчание заглушало музыку.

— «Морфий», говоришь? — переспросил Чуя. — Круто.

— Ты так считаешь? — с грустью в голосе сказал сидевший на пассажирском месте Булгаков. — Моя способность может убить человека, если я усилю действие тумана.

— «Может»? То есть, ты ещё никого не убивал?

— К счастью, нет, — Михаил опустил глаза на свои сцепленные в замок руки, лежащие на коленях. — Я боюсь даже представить, что когда-нибудь наступит момент, и я...

Чуя фыркнул.

— Было бы из-за чего переживать.

— Ну да, кому я это говорю? — усмехнулся Булгаков. — Человеку, который меня чуть не задушил собственными руками!

— Я уже извинился, — буркнул Чуя.

Булгаков встретил в зеркале взгляд Ацуши и улыбнулся.

— Вижу, вы поладили. Бегемот тянется к хорошим людям.

* * *

Все бутики, которые за один день должна была посетить группа, состоящая из Ильфа, Петрова, Рампо и Хигучи, были далеко не самыми популярными. Это было сделано для того, чтобы у «великих комбинаторов» не возникло соблазна устроить в каком-нибудь из магазинов переполох. Деньги для покупки цепочки, если таковая найдётся, находились под надёжной охраной Хигучи.

В первом бутике им предоставили целую шкатулку с серебряными цепочками. Рампо заподозрил что-то неладное.

— Эй, а они точно все девятьсот шестнадцатой пробы? — спросил он.

— Может — да, может — нет, — буркнула неприветливая продавщица. — Сами разбирайтесь, если вам так надо.

Она отвернулась и процедила сквозь зубы: «Психи».

— Мда, приличное заведение, нечего сказать, — пробормотал Рампо.

— К счастью, распознать пробу для нас не проблема, — глаза Ильфа сверкнули не хуже бриллиантов в кольце, которое выбирал для своей невесты стоящий недалеко от них мужчина. — Ты готов, Женя?

— Как всегда, Илья, — усмехнулся Петров.

Ильф достал из кармана чёрные перчатки и намеренно долго их надевал. Уголки его губ дрожали, напрасно пытаясь скрыть усмешку.

— Вы собираетесь опять провернуть тот фокус с превращением в стул? — насторожилась Хигучи.

— Для превращения необходимо, чтобы в украшении были драгоценные камни, — объяснил Петров. — И вообще наша способность сейчас бесполезна.

— Тогда что вы задумали?

Хигучи постепенно закипала.

— Сохраняйте спокойствие, леди! — попросил Петров. — Ильф решил немного нагнать интриги. На самом деле всё до смешного просто: номер пробы есть на украшениях.

Ильф театральным жестом извлёк из кармана небольшую лупу.

— Чёрт бы вас побрал! — выпалила Хигучи. — Ещё одна идиотская шуточка — пристрелю на месте!

Ильф фыркнул и сдавленно засмеялся.

— Ярость вам не к лицу, миледи.

— Заткнись и делай свою работу!

Хигучи встала неподалёку, скрестив руки на груди. Рампо хмыкнул и тихо сказал, надевая очки и беря из шкатулки цепочку:

— Мда, под конвоем Агентство ещё не работало.

— Не переживайте, мой друг, — улыбнулся Петров. — К концу дня я подберу ключик к её сердцу...

* * *

До сих пор Чуя имел весьма смутное представление о том, как люди сходят с ума. Но за те полдня, которые они с Ацуши и Булгаковым находились в поисках цепочки, он стал замечать у себя явные признаки помешательства. От вида серебра у него начинался нервный тик, а руки сильно тряслись, если в них попадало украшение.

Они обошли почти все адреса, названные Ахматовой. На пороге последнего ювелирного бутика Накахара схватился за плечо Булгакова, как за спасательный круг.

— Ещё чуть-чуть, — хрипло произнёс он, — и у меня крыша поедет. Помоги мне... своей способностью.

Булгаков понимающе улыбнулся.

— Многие считают мой «Морфий» лекарством, однако на самом деле это чистой воды яд.

Но вид Чуи был очень жалобным.

— Хорошо, — сдался Михаил и навлёк на мафиози лёгкий дымок. Тот от этого заметно расслабился. В руке, которая ещё лежала на плече Булгакова, больше не было напряжения.

— Спасибо...

Миловидная девушка с некоторым недоумением выслушала их просьбу и выложила на прилавок восемь цепочек.

— Это всё? — изумился Булгаков.

Продавщица кивнула.

— Это всё серебро девятьсот шестнадцатой пробы.

— Отлично, — обрадовался Чуя, — меньше возиться.

Какое-то время прошло в молчании; продавцы и редкие посетители ювелирки оглядывались на трёх молодых людей, которые считали в цепочках количество звеньев. Вдруг Ацуши, осматривавший последнюю цепь, радостно вскрикнул:

— Нашёл! Двести сорок девять, всё верно!

— Ты уверен? — уточнил Булгаков. Ему казалось, что всё не может сложиться так просто.

— Уж считать оборотень наверняка умеет, — возразил Чуя. Он заметно повеселел. В его руках наготове был кошелёк. — Девушка, заверните, пожалуйста.

Впрочем, радость была недолгой: на кассе выяснилось, что цепочка стоит в три раза дороже, чем предполагалось.

— Что делать будем? — вздохнул Булгаков, когда они вышли на крыльцо. — У всех членов Союза вместе таких денег отродясь не было.

Ацуши почесал затылок.

— Ну, Мафия ведь обещала взять на себя все расходы...

— Ага, разбежались! — возмутился Чуя. — Бюджет нашей организации тоже не резиновый. У нас своих расходов выше крыши!

Ацуши покраснел.

— Простите, Накахара-сан, но ведь ваши расходы заключаются в криминале. А сейчас на кону спасение мира. Вам не кажется...

— Мне кажется, что я имею право разок треснуть тебе по башке, — отрезал Чуя, — даже невзирая на то, что ты подопечный Дазая.

Булгаков понял, что обстановка накаляется, и тайком усилил успокаивающий дурман «Морфия», применённого к Чуе.

— Господа, — начал Михаил, скрещивая руки на груди, — для начала успокоимся. Ситуация явно складывается неловкая, но...

— Да украдите вы эту цепь, — усмехнулся кто-то позади них. — Делов-то!

— Опять ты, — беззлобно буркнул Чуя: «Морфий» делал своё дело.

Есенин улыбнулся.

— Когда всех делили на группы, которые отправятся по ювелиркам, меня почему-то обошли стороной. Мне стало скучно. Располагаясь в тени то одного из вас, то другого, я наблюдал за вами. Я тоже думаю, что цепочка, которую нашёл Тигра, именно та, что мы ищем. Так почему бы нам её не свистнуть по-тихому?

— А блондин дело предлагает, — хмыкнул Чуя.

Есенин прищурился.

— Что-то ты быстро со мной согласился, Шляпа.

— Сам в шоке, но ты меня сейчас почему-то вообще не бесишь.

Чуя подозрительно взглянул на Булгакова. Тот кашлянул и чересчур эмоционально воскликнул:

— Серёжа, то, что ты предлагаешь, аморально!

— К чёрту мораль! — хором сказали Чуя и Есенин.

— Это... неправильно, — стоял на своём Михаил. — Это самый настоящий грабёж!

Есенин решил зайти с козырей:

— Миш, ты помнишь, что нам сказал Дазай? «Достоевский не побрезгует любыми способами для достижения цели». Так что, пока мы тут с совестью договариваемся, весь мир находится под угрозой. Что твоя мораль скажет по этому поводу?

Булгаков вздохнул и потёр виски.

— Я правильно понимаю, других вариантов у нас всё равно нет? Ну что ж...

* * *

Хигучи со скептическим выражением на лице наблюдала за тремя мужчинами, копавшимися в шкатулке и время от времени что-то то радостно, то разочарованно восклицавшими.

«Босс сказал, что мы должны быть особо внимательны к этим новым эсперам, — думала она про себя. — Неужели он уверен, что в них есть что-то особенное? Чудаки просто, каких много. Мафии ничего не стоит стереть в порошок их ничтожную организацию. Почему же мы вынуждены помогать им?»

Рассуждая подобным образом, она случайно уронила взгляд на прилавок и ахнула. Среди аккуратных рядов застёжек лежали две роскошные серебряные запонки. На каждой была маленькая, но удивительно тонко выполненная голова волка с алыми камешками глаз.

«О, Акутагава-семпай был бы счастлив, получив такие в подарок! — восхищённо подумала Хигучи. — Он был бы мне очень признателен... Они так хорошо подойдут к его способности... Да, да, я должна их ему подарить!»

Но, спросив у продавца цену, мафиози сразу поникла. Она не могла позволить себе такую покупку. А конверт с деньгами лежал в сумочке, и казалось, что он вот-вот прожжёт её дно...

«Если возьму хотя бы немного, может не хватить на цепочку в случае, если мы её найдём, — грустно подумала Хигучи. — Хотя... Действительно ли это так значимо? Что, если этот Союз эсперов просто водит нас вокруг пальца?»

Она подозрительно покосилась в сторону своих временных напарников. Те уже заканчивали с осмотром цепочек.

«Нет, — твёрдо решила она. — Эти клоуны не могут так умело притворяться».

А запонки манили её, и призрак благодарного Акутагава-семпая маячил перед глазами.

«Никчёмная! Правильно он меня так называет. Даже подарок сделать не могу...»

— Мы закончили, — громкий голос Рампо ударил по барабанным перепонкам Хигучи, она даже подпрыгнула.

— Уже?

Эдогава с укором посмотрел на неё снизу вверх.

— Минут сорок провозились. Если бы кое-кто помог, справились бы раньше.

— Я не обязана вам помогать, — привычно огрызнулась Хигучи. — На мне и без того лежит ответственность за деньги.

— Господа, не ругайтесь, — примирительно сказал Петров. — Приберегите силы для продолжения поисков. Всё только начинается.

Рампо развернул карту с помеченными на ней адресами и принялся внимательно изучать её.

— Вот этот магазин я знаю, — объявил он, ткнув пальцем. — Там частенько встречаются редкие и старинные украшения. И находится по пути. Выдвигаемся!

Он уверенным шагом направился к выходу. Ильф и Петров переглянулись с понимающими улыбками: Рампо снова взял на себя «командование парадом».

Хигучи всё ещё мялась возле запонок. Ильф проследил за её взглядом.

— Миледи, если вам так нужна эта вещица, я могу предоставить вам точно такую же.

Хигучи не поверила своим ушам.

— Правда?!

— Но, — Петров хитро улыбнулся, — только в обмен на добросовестную помощь в течение всего сегодняшнего дня.

— По рукам! — воскликнула Хигучи. Она была на седьмом небе от счастья.

* * *

— Вы приняли решение? — спросила продавщица, когда они вернулись.

— Да, — кивнул Чуя, — но хотелось бы ещё раз убедиться в качестве товара. Можете открыть футляр?

«Боже! — мысленно ужаснулся Булгаков. — Он как будто заключает незаконную сделку по покупке оружия или ещё чего похуже. Зачем мы разрешили ему импровизировать?»

Девушка поджала губы.

— Все украшения в нашем магазине качественные. Но, если хотите проверить, милости прошу.

Она достала цепочку из футляра и протянула Чуе. Тот повертел её в руках.

— Ну вот, — изрёк он, — серебро потемнело.

— Где? — ужаснулась продавщица и выхватила цепочку из его рук.

Цепочка, объятая красноватой дымкой, внезапно потяжелела и соскользнула на пол. Вдруг из тени на полу вынырнула человеческая рука, схватила цепочку и скрылась. Видевшая всё это продавщица сдавленно вскрикнула и потеряла сознание.

— Чего стоите? — рявкнул Булгаков на оказавшегося поблизости охранника, переминавшегося с ноги на ногу. — Быстро принесите ей воды!

— Сматывается, — прошипел Чуя, схватив Булгакова и Ацуши за шиворот и ведя их к выходу.

— Но мы должны помочь, — запротестовал Ацуши. — Она же из-за нас...

— Не мяукай, оборотень! — отрезал Чуя. — Ей и без нас помогут. Обычный обморок, в конце концов. Ничего опасного. Булгаков, ты же типа врач, подтверди.

— Да, ты прав, — вздохнул тот. — Только от этого на душе не легче.

Есенин уже ждал их в машине. Цепочка лежала на панели.

* * *

Анна кропотливо считала звенья. Когда с счётом было покончено, она отодвинула цепочку и со вздохом провела рукой по лбу.

— Здесь двести пятьдесят одно звено.

Чуя, который до этого нервно мерял кабинет шагами, при этих словах врезался в стул.

— Что? — тупо переспросил он, потирая ушибленную ногу.

— Двести пятьдесят одно, — повторила Ахматова. — А нужно двести сорок девять. Вы обсчитались.

— Чёрт! — вырвалось у Ацуши. — Это я виноват.

— Все ошибаются, — дипломатично сказал Булгаков, косясь на Чую и находясь в готовности снова пустить в ход «Морфий».

Но Накахара, на удивление, остался спокоен. Он лишь вздохнул, взял цепочку со стола и положил её в карман.

— Ладно. Верну её сегодня же. Подброшу куда-нибудь под прилавок. Пусть думают, что упала туда, а рука Есенина продавщице просто померещилась.

Ахматова, что-то записывавшая в своём ежедневнике, внезапно остановилась и подняла голову. В её глазах было искреннее недоумение.

— Вы о чём, господин Накахара?

Чуя устало усмехнулся и сделал замысловатый жест рукой.

— Пусть ваши коллеги вам всё в красках расскажут.

— Чувствую, тут понадобится не только устный рассказ, но и письменная объяснительная, — с нервной усмешкой пошутил Булгаков.

— Пожалуй, мне не стоит этого знать, — прокомментировала Ахматова, вставая из-за стола.

Она подошла к стенду и прикрепила канцелярской кнопкой список адресов.

— Итак, вы были последней группой из тех, что должны были искать цепочку на официальном рынке. Теперь пришёл черёд коллекционеров, частных лиц и... возможно, дело дойдёт до контрабандистов, — она задержала взгляд на Чуе. — Если мы придём к этому, ваша организация будет очень кстати. Но лично я надеюсь, что удача нам улыбнётся уже сегодня вечером.

Она многозначительно посмотрела на Дазая, который вертелся на стуле и слушал музыку в наушниках.

— Ма-аленькой ё-олочке хо-олодно зимой, — напевал он вполголоса, отталкиваясь ногой от пола, чтобы крутиться ещё быстрее. — И-из ле-су ё-олочку... Уи-и-и!..