XII (джен)

Сириус Блэк сидел в полутёмной комнате на Гриммо, 12, сжимая в руке пергамент — письмо от крестника. Он перечитал строки ещё раз, и тревога, тихо сидящая где-то в груди, вспыхнула с новой силой.

«Дорогой крёстный,

Надеюсь, ваши семейные дела разрешатся благополучно. Я понимаю, что вы заняты, и не стану отвлекать вас по пустякам.

В Хогвартсе всё спокойно, уроки идут своим чередом. Испытание Турнира приближается, но я уверен, что справлюсь — профессора оказывают необходимую поддержку.

Желаю вам здоровья и благополучия.

С уважением,

Гарри»

Почерк… Сириус замер, всматриваясь в буквы. Они были аккуратными, вытянутыми, с изящными завитушками в окончаниях — совсем не так, как обычно писал Гарри. Но что‑то в них показалось ему до боли знакомым.

Вдруг он быстро встал, подошёл к своему старому секретеру и бережно достал из потайного ящика пожелтевший конверт. Внутри лежал листок — одно из редких писем Регулуса, написанное им незадолго до исчезновения.

Сириус разложил оба письма рядом на столе и сравнил почерки. Сходство было поразительным:

* одинаковый наклон вправо;

* характерные завитки на «g» и «y»;

* манера выводить заглавные буквы — гораздо крупнее строчных и с засечками;

* способ соединения букв — очень тонкими, в сравнении с основными линиями.

«Мерлин всемогущий… — прошептал Сириус — Это почерк Регулуса. Но как?»

Взгляд упёрся в угол комнаты, куда Сириус перевесил семейный гобелен Блэков. Рамка портрета Регулуса продолжала мерцать, то окрасившиваясь в тускло‑серый «мёртв», то вспыхивая бледно‑золотым «жив».

— Ты сумел выжить, — тихо произнёс Сириус, обращаясь к портрету брата. — Или кто‑то использует твою магию. Но зачем? При чем здесь Гарри?

Он задумался. В школьные годы они с Регулусом придумали секретный код — на случай, если кто‑то мог читать их переписку — сначала родители, потом волшебники из противоположных лагерей. Код знали только они двое.

Решившись, Сириус быстро написал ответ:

«Гарри,

Как там дядя Альфард? Надеюсь, пирог с патокой ещё не совсем остыл.

Сириус»

Он вызвал сову, привязал послание к ее лапке и отправил птицу в Хогвартс. Ожидание казалось бесконечным. Сириус то и дело поглядывал на гобелен — рамка Регулуса по‑прежнему мерцала, иногда задерживаясь то на золотом, то на сером.

Через несколько часов напряжённого ожидания сова вернулась с ответом. Сириус резко отставил бутылку огневиски, сорвал печать и развернул пергамент. На нём было изящно выведено:

«Дядя Альфард шлёт привет и просит передать, что пирог с патокой остывает».

Сириус замер. Пальцы сжали пергамент.

«Он ответил правильно… — пронеслось в голове. — Но как? Этот код знали только я и Регулус. Гарри о нём не мог знать. Значит…»

Мысли путались. Перед глазами мелькала карусель воспоминаний: юный Регулус, смеющийся, когда они придумывали этот код; их последняя ссора — последний раз, когда огни виделись; ритуалы, которые мать заставляла изучать, пока он ещё был наследником; странное поведение гобелена…

— Что происходит? — вслух произнёс Сириус. — Если это не Гарри написал первое письмо, а кто‑то другой использовал почерк Регулуса… но тогда кто ответил на код?

Он подошёл к книжному шкафу и достал толстый том в кожаном переплёте, который принёс в комнату, как и гобелен, пару дней назад — именно тогда начались странности. «Кодекс Блэков». Книга была древней, её страницы хранили семейные тайны, ритуалы и правила, передаваемые из поколения в поколение.

Сириус открыл кодекс на разделе «Ритуалы связи и наследия». Глаза бегали по страницам, выискивая что‑то, что могло бы объяснить происходящее: мерцание рамки, поддельное письмо, правильный ответ на секретный код.

Вот оно:

«В случае, если член семьи считается мёртвым, но связь с родом не прервана, портрет на гобелене может демонстрировать нестабильность статуса. Это указывает на:

а) физическое выживание носителя крови;

б) магическое вмешательство, сохраняющее связь с родом;

в) активацию древнего ритуала наследования, требующего подтверждения кровной линии».

Сириус нахмурился. Ниже шёл раздел о ритуалах, активируемых при угрозе роду:

«Если прямой наследник рода подвергается опасности, древняя магия может пробудиться и установить временную связь с ближайшим кровным родственником, даже если он считается мёртвым. Эта связь может проявляться через:

— передачу знаний и навыков;

— активацию статуса предка

— частичное проявление воли предка в действиях потомка».

— Неужели... — прошептал Сириус.

Он закрыл книгу, но не убрал её. Взгляд снова вернулся к гобелену — рамка Регулуса на мгновение замерла на «мертв», а затем снова начала мерцать.