Институт (джен)

Сегодня она встретилась с Гаем Синистром и они вместе отправились на виллу к Филодему — учителю Гая.

— Что ты такое обо мне рассказал? Я всего лишь флейтистка, ну ещё и арфистка.

— У Филодема другое мнение, — коротко ответил Гай, — Он хочет тебя о многом расспросить.

Вилла находилась на склоне Горы и утопала в зелени. Они пришли, когда солнце уже заходило и цветы начали источать пряные ароматы. Филомела глубоко вдохнула воздух.

— Да, здесь приятно, прибежище муз и богов. И философов. У Филодема часто бывают гости и они под сенью деревьев рассуждают о высоком, совсем как Перипатетики.

Филомела ничего не сказала. Вот и она удостоилась общества мудреца. Но что она может ему поведать? Она практик и не очень сильна в разговорах. Вскоре их пригласили войти в дом.

— Добро пожаловать в моё уединённое жилище, — философ широко улыбнулся, — Это наша гостья, как я понимаю?

— Рада приветствовать знаменитого философа, для меня честь переступить порог твоего дома.

— Ты ещё и учтива! — Гай рассказывал о тебе и о том, чему ты его учишь. Я поражён. Эти числа! Почему наши математики ничего о них не знают? -И ноты для записи музыки! Восхитительно!

— Я могла бы тебе сыграть что-нибудь, Филодем!

— Это мы оставим напоследок, а сейчас — время беседы…

Филомела осторожно стала рассказывать. Она сосредоточилась на том, чему учила Синистра. На числах, на нотах. Записала числа, показала, как записывать мелодии, основные принципы. Сказала, что её учил индийский мудрец из рода Чаттерджи. Филодем слушал. Наконец, он спросил: — У римлян есть свои числа, у вавилонян есть, что могут дать новые числа, и зачем нужен ноль — число, обозначающее ничто?

— Я отвечу тебе, Филодем, как объясняла Гаю Синистру: эти числа очень удобны для счёта. Они позволяют обходиться без камешков и считать большие значения. А ноль удобен для обозначения десятков, сотен, тысяч и ещё больших чисел.

Она показала, как можно складывать, вычитать, умножать и делить.

— Очень познавательно! — воскликнул Филодем, — Я расскажу об этом своим ученикам.

Филомела не сразу заметила, что они не одни. Неподалёку на скамье сидел человек, которого она тотчас узнала. Это был патриций Гай Юлий Кайсар. Он был щегольски одет, невысок, худощав, но осанка выдавала в нём воина. Похоже, он внимательно прислушивался к разговору. Ей стало не по себе: через несколько дней она собиралась во время празднеств пробраться к нему на виллу и скопировать кое-что из его большой библиотеки. Она уже договорилась с начальником охраны — тот относился к ней благосклонно — она уверила его, что всё будет в сохранности, ей просто хочется посмотреть некоторые свитки по медицине.