Звёздные войны. Иной путь (джен)

Они уже подлетали к Скарифу. С виду мирная планета, в голубоватой атмосфере которой плывут, подкрашенные местным солнцем розоватые облака. Рассвет на планете был очень мирным и придавал Скарифу такой гостеприимный вид, что высадка казалась возможной в любом месте и без проблем.

Но все в отряде знали, что это не так. Планету прикрывал мощный дефлекторный щит, на поддержание которого работало не меньше двадцати энергостанций на поверхности. Единственным ключом к нему был шлюз над северным тропиком Скарифа. Если пройти его, то открывался прямой путь к главному имперскому архиву.

Джин, Бодхи и К2 сидели в пилотской кабине, глядя на приближающийся барьер. Преодолеть его им предстояло уже сейчас.

— Наш шаттл снабжён кодами доступа, — негромко пояснял бывший имперский пилот, — в том числе и для Скарифа. Его надо ввести по запросу диспетчерской службы и, если всё нормально, то мы получим разрешение на посадку через открывшийся канал. А если нет — он вздохнул — то мы разобьёмся о поверхность щита и все погибнем в вакууме.

— Вношу уточнения, — подал реплику К2, — погибнут не все: я могу существовать и без воздуха.

Джин Эрсо посмотрела на дроида с очень выразительным видом, словно желая сказать: "Вот спасибо! Утешил, так утешил!"

— Внимание! Внимание! — раздался из динамика голос диспетчера шлюза. — Грузовой шаттл, назовите ваш бортовой номер!

— Наш номер 0608. Просим разрешения на посадку, — Бодхи Рурк старался. сохранить деловой тон.

— Борт 0608, ваш порт приписки на Иду. Почему вы садитесь здесь?

— База, я 0608! На Иду после известных событий просто столпотворение, — Рурку удалось изобразить досаду от неожиданной перемены курса. — Часть посадочных площадок серьёзно повреждена. Нас направили сюда.

— Борт 0608, вас понял! Введите код доступа.

Пилот быстро застучал пальцами по клавишам терминала связи. Код отправлен. Теперь им осталось только ждать. Прошло около минуты, пока не раздался голос диспетчера:

— Борт 0608! Вам разрешена посадка. Отправляйтесь на площадку номер девять. Как поняли?

— База! Я борт 0608. Следую на площадку номер девять.

Бодхи от радости подскочил в кресле, испустив нечленораздельный, но радостный возглас.

Корабль, пройдя сквозь открывшийся шлюз, приближался к поверхности планеты. Бояться не найти место посадки не стоило: при проходе шлюза заработал приводной маяк на базе, и автопилот направил шаттл на нужный курс. Они заходили на посадку с юго-западного направления. Джин с интересом наблюдала, как в обзорных окнах корабля появлялись здания имперского военного комплекса. Особенно выделялась громадная башня, возведённая на морском берегу. На её верхней площадке стояла будка информационного терминала. От площадки отходил узкий ограждённый выступ, в конце которого находилась антенна.

— Антенна космической связи, — пояснил Кассиан, поднявшийся в пилотскую кабину.

— Зачем?

— Скорее всего, чтобы быстро передавать большие объёмы данных. Сюда приходят запросы со всех концов Галактики, — это уже сказал Бодхи Рурк.

При всей своей ненависти к империи, Джин не могла не восхититься такой технической мощью. Подумать только, связь со всей Галактикой! Она вдруг представила себя подходящей к подобному терминалу и набирающей код Корусканта и номер домашнего терминала. Сигнал соединения и на экране появляется отец, из-за плеча которого выглядывает мама. Они живы и здоровы, прекрасно себя чувствуют и у них радостное настроение.

— Привет, Звёздочка наша ясная!

— Мама, папа, привет! Как у вас дела?

— У нас всё хорошо. Вот ужин готовим. А ты как?

— И у меня всё отлично! Отдыхаю с друзьями. Немножко скучаю по вам. Мне ещё пять дней тут провести. Ну ладно, пора заканчивать. А то народ уже за мною в очередь встал. Милые мои, я вас люблю!

— Мы тебя тоже любим, Звёздочка! Отдыхай, набирайся сил!

Видение исчезло. Джин вдруг почувствовала, как глаза заполнились слезами, а горло сдавили спазмы из-за сдерживаемых рыданий. Чтобы прийти в себя она взяла в руки кулон, висевший на простеньком шнурке. Это был небольшой осколок кайбер-кристалла в металлической оправе. Мама надела его своей дочери в тот самый день, когда на их ферму явился Орсон Кренник со своими чёрными штурмовиками смерти. "Он будет помогать тебе", — сказала Лира Эрсо. А потом она вышла навстречу незваным гостям и получила смертельный заряд из бластера. С тех пор кулон находился при Джин везде, где бы она ни была: в отряде Со Герреры, в тюрьме, в скитаниях по разным планетам. Девушка держала его в руках и чувствовала, как нагревается кайбер-кристалл от тепла её ладоней. И тут она ощутила нечто такое, чего не ощущала раньше. Джин не смогла бы себе объяснить это чувство, но оно, возникнув словно бы из ниоткуда, завладело её душой. Она вдруг увидела как бы со стороны себя, Кассиана, Бодхи, К2, весь их отряд. Мгновение спустя Джин поняла, что это кто-то ещё смотрит на них, а она всё видит его глазами. И этот взгляд не был равнодушным и не был враждебным. Он словно мысленно говорил: "Держись, не сдавайся, помощь придёт. Ты сможешь, ты смелая. Ты будешь жить, твои друзья будут жить. Вы победите." И ещё было нечто, что не могло быть выражено словами. Просто пришло некое знание о том, что надо сделать сейчас. Да, сейчас. Иначе поздно. И Джин спросила у Андора:

— Кассиан, вот если бластер перевести на режим парализатора, то при выстреле на полную мощность человек на сколько вырубится?

— А разве ты не знаешь? — капитан был удивлён.

— Так я больше стреляла на поражение в боевом режиме, а вот парализация как-то мимо.

— Ну, если на полную, то парализует часа на два или три. Тут ещё и от организма зависит: кто покрепче — тот быстрее в чувство придёт. А зачем тебе это?

— Да вот думаю, что когда досмотровая партия к нам явится, просто вырубить её и в мусорный отсек. А при взлёте его открыть, чтоб от импов избавиться.

— С чего ты вдруг так подобрела?

— Не знаю. Просто вот чувствую, что так правильно будет. Мне это в голову пришло, когда мамин кулон держала. Она его привезла из паломничества к местам силы. Говорила, что кайбер в нём подскажет, как правильно поступить.

— Ты это серьёзно? — Кассиан пребывал в недоумении.

— Да, более чем. Кас, поверь мне! Ведь у меня сейчас, вот совсем недавно, чуть истерика не случилась. А взяла мамин подарок и всё так спокойно стало. И вдруг поняла, как правильно надо поступить. Прошу тебя, сделай так! Этих не будем убивать. А то я чувствую, что смертей сегодня будет столько, что страшно делается.

Кассиан какое-то время молчал, погрузившись в раздумье. Он не узнавал Джин. Она говорила такие вещи, которые от неё невозможно было услышать ещё совсем недавно. Но это была всё та же Джин Эрсо: дерзкая, отчаянная, идущая наперекор судьбе до самого конца. Вот только было видно, что у неё появилось некое новое знание, которое и подсказывает ей, как надо поступать. Что это за знание, скорее всего не может сказать и сама Джин, но оно есть и направляет её.

Капитан больше не раздумывал и согласно кивнул:

— Хорошо! Первых импов только глушим. Ну а дальше бой всё решит.

Джин слегка коснулась рукой его плеча и только тихо сказала:

— Спасибо.

Шаттл тем временем заходил на посадку. Бойцы проверяли оружие, готовясь к высадке. Они были уверены, что справятся, хотя в глубине души понимали, что вернуться суждено не всем. И никто не догадывался, что за несколько часов до их прилёта произошло нечто, повернувшее историю совсем в другом направлении.

— Ну всё! Этот экзамен мы сдали! — Максим Вихров с удовольствием откинулся на спинку дивана в комнате отдыха. — Ну и язык же этот корусканти, скажу я вам! Вроде бы схож с английским, который мы учили как язык вероятного противника, а не вдруг освоишь. Одно произношение чего стоит: не по звучанию, а по написанию. Да ещё, по-моему, добавлены архаизмы из староанглийского. А плюс к тому же все эти исключения и окончания. Мама!!

— Ты скажи спасибо, что не надо времена интонациями выражать, как в китайском, — хмыкнул Батбаяр Доржиев, — а то бы полный песец.

— И падежей только шесть, как в русском. А то могло быть и тридцать шесть, как в венгерском, — это уже добавил Влад Гаранин.

— А ещё отсутствие среднего рода, как у итальянцев, — заметил Михаил Ермаков.

— И нет именных суффиксов, что характерно для японского, — это уже Вадим Степанов внёс свои пять копеек.

— Таким образом можно сделать вывод, что вам, товарищи, сказочно повезло! — со смехом заключила Падме. — Никаких перечисленных особенностей в корусканти нет, а, следовательно, экзамен все вы сдали на твёрдое "хорошо" и несколько слабоватое "отлично". С чем вас всех и поздравляю. Ура, ура, ура!!! — И она шутливо отсалютовала стаканом с виноградным соком.

— Ура! — дружно крикнули десантники. А их восторг подхватили сотрудники НПО "Зодиак", участвующие в проекте, а также эксперты из "конторы", которых тоже привлекли "для повышения квалификации".

Надо сказать, что два месяца, выделенные на общую подготовку и изучение языка, получились очень нагруженными. Рабочий день у "студентов" начинался в восемь утра, а заканчивался не раньше шести вечера. К этому добавлялись обязательные для военных занятия по тактике и стрельбы на полигоне. Для гражданских, правда, в эти дни наступало определённое отдохновение. Кроме языка изучали ещё и общую культуру для Небесной Реки, наиболее распространённые традиции и обычаи. При этом сага Джорджа Лукаса не всегда могла быть подспорьем. Падме подвергла острой критике немало распространённых в фанатской среде штампов и допущений. Да и в бытовых деталях канонических лент обнаружила немало ляпов и нелепостей. "Им лишь бы соригинальничать!" — ворчливо заметила она.

К тому же и портал на Скариф не отличался стабильностью. То он мог достигнуть высоты в три-четыре метра, то становился не выше одного. Лейтенант ФСБ Антипов передал мнение экспертов с конкретными наблюдениями. Получалось, что оба энергополя всё более входят в унисон, но уравновесить друг друга по-прежнему не могут, отчего и возникают периоды нестабильности. Но зато удалось установить начало и конец этих периодов: примерно от четырёх до одиннадцати часов утра. Дальше нестабильность сходила на нет, но вот высота портала продолжала колебаться. Больше всего руководство проекта беспокоила возможность обнаружения портала имперскими властями на Скарифе, поэтому его старались открывать как можно реже и в основном по ночам.

В оду из таких ночей дежурная пара наблюдателей из прапорщика Костенко и старшего сержанта — контрактника Громова заметила около портала подозрительное движение. В воздухе как раз находился БПЛА типа "Инспектор" с бесшумным режимом работы, и портал был открыт ровно на столько, чтобы аппарат смог влететь в ангар. Надо сказать, что при пониженной мощности работы установки окно перехода было трудно заметить даже ночью, не говоря уже о ясном дне. Поэтому старший смены, обратив внимание на тёмные фигуры, замершие недалеко от прохода, приказал своему напарнику:

— Подвесь птичку поближе к этим, но что б не увидели. И давай режим прослушки на запись. Моя чуйка просто кричит, что эти импы не просто ночной променад совершают. Да, и видос не забудь в ночном режиме.

Громов подвёл беспилотник как можно ближе, чтобы только стоявшие офицеры не услышали слабое жужжание мотора. Камера тем временем выдавала на экран монитора изображения собравшихся. Их было четверо. Старший по возрасту и, скорее всего, по званию мужчина примерно шестидесяти лет с волевым надменным лицом. Он в тот момент снял офицерское кепи, открыв аккуратную короткую причёску. Второй офицер в возрасте далеко за сорок, полноватый, с намечающимся вторым подбородком, явно нервничал, не зная куда ему деть свои руки. Двое остальных были более молодые, не старше тридцати лет. Они внимательно слушали пожилого, время от времени бросая по сторонам цепкие взгляды. Прапорщик Костенко и его напарник хотя и не владели корусканти в достаточном объёме, но сразу поняли, что запись этой "тайной вечери" следует немедленно передать на самый верх.

Седой военный негромко спросил у полноватого собеседника:

— Полковник Гаусс, как у вас с конфиденциальностью? Надеюсь, нас не услышат излишне любопытные патрульные?

— Абсолютно исключено, господин генерал-лейтенант! — полковник был сама услужливость. — Я уже три месяца как внёс необходимые изменения в схему патрулирования. Теперь штурмовики здесь не появляются.

— Хорошо! Значит, мы можем поговорить спокойно. Я не доверяю штабным зданиям: они часто прослушиваются. Но это лирика, а мы собрались для серьёзного разговора. Запомните, господа, что скандал начнётся в самое ближайшее время. Альянс уже получил информацию о секретном имперском проекте и прилагает все усилия, чтобы узнать более конкретно. Инженер Гален Эрсо сумел внести изменения в конструкцию боевого планетоида, сделавшие его уязвимым. Эти особенности отражены в чертежах, хранящихся в этом архиве. Начальник повстанческой разведки Дэвитс Дравен, узнав обо всём не без нашей помощи, приказал своим боевикам освободить из трудового лагеря на Вобани некую Джин Эрсо, дочь конструктора. Она там, правда, пребывала под именем Лианы Халлик. Была у неё такая подружка, которую пристрелил агент СИБ. Сентиментальная, надо сказать, девица. Эту Джин удачно выкрали и доставили на Явин, где сейчас находится штаб Альянса. И опять же не без нашей помощи мятежники узнали, что сам Гален Эрсо находится в научном центре на Иду. План появляется естественным путём: помочь сбежать Галену и выкрасть чертежи станции, чтобы найти уязвимости и уничтожить её. Но тут в дело вступаем мы, поскольку взрыв планетоида совсем не в наших интересах. План прост: конструктор должен умереть, а планы подменены фальшивкой. А раздобыть фальшивку должны боевики Альянса, в том числе и дочка Эрсо.

— А не слишком ли сложно? — засомневался полковник Гаусс. — Может всё стоило передать в СИБ? Это как раз по их профилю.

— Нет! — генерал сказал, как отрезал. — Если вмешается контора Айсарда, то контроль над станцией останется у императора и его клеврета Таркина. А это никому из нас не нужно. Вам всем следует уяснить, что Звезда Смерти — это величайшее творение человеческого разума, а также идеальный инструмент власти над Галактикой. И оставлять её в руках старого маразматика, помешавшегося от своей тёмной стороны силы — преступление! Контроль над планетоидом должны осуществлять разумные люди, умеющие думать на перспективу. Власть должна принадлежать достойным. Поэтому мы и планируем использовать станцию сначала для уничтожения Альянса, а потом и против Палпатина.

Теперь можно и раскрыть некоторые подробности. Гален Эрсо убит. Правда, некто Андор со своей задачей не справился, но не беда: повстанческий х-винг всё сделал в лучшем виде. Теперь Совет Альянса подискутирует несколько дней, побесится, а затем пошлёт на Скариф боевую группу из тех, кого не жалко. Там будут и Джин Эрсо, и капитан Кассиан Андор. Для чистоты картины их немного прикормили: генерал Дравен закрыл глаза на то, что Андор не выполнил его приказ, а эта сучка получила сержанта первого класса за все её, м-да, геройские подвиги. Да ещё с выплатой боевых за время пребывания в отряде Со Герреры. А его боевики, кстати, и в штате вооружённых сил Альянса не числились. Зарабатывали на жизнь грабежами с нашего согласия.

Поэтому, когда они через три-четыре дня прибудут на Скариф, всё должно быть готово: и усиление гарнизона, чтобы прихлопнуть большую часть ребелов на месте, и нужные подсказки в архиве. Надо, чтобы те, кого туда допустят, взяли именно то, что нам нужно и передали в штаб повстанцев. После этого они станут не нужны и будут ликвидированы. Допустим, что их корабль будет взорван имперским ди-файтером при попытке уйти в гипер.

Дальше станция отправляется на Явин и решает проблему Альянса. После этого наступает черёд Вейдера и Таркина. Они тут лишние.

— Вейдер — это лорд ситхов, — осторожно заметил полковник, — и очень опасный противник.

— Это уже не ваша забота, — отмахнулся генерал. — Есть те, кто знает, что делать с такими форсъюзерами. Они уже готовы действовать. Ну а потом наша красавица полетит на Корускант или, по-новому, Империал-Сити и поступит с императорским дворцом и его обитателями по методу, применённому на Джеде. Конечно будут разрушения и немалые; погибнет очень много народу. Но тут не до сантиментов. Столицу Галактики можно учредить и на любой другой планете Центрального сектора. Вам, господа, всё понятно?

— Так точно! — чуть ли не в один голос ответили офицеры.

— Отлично! Тогда уточняем. Полковник Гаусс, на вас размещение дополнительных сил перед самым прибытием повстанцев. Майор Дирксен, вам обеспечить наличие должных подсказок в базе данных архива. Надеюсь на ваш немалый опыт в таких комбинациях. Первый лейтенант Батлер, ваша задача — ликвидация мятежников после передачи ложных данных. Либо прямо на месте, либо дадите условный сигнал в штаб истребительной авиагруппы. Это — по обстановке. Вопросы ещё есть?

— Только один, господин генерал! — это заговорил полковник. — А как настоящие данные по станции? Они остаются в архиве?

— К сожалению, да. Правила таковы, что их можно копировать, но чтобы изъять полностью информацию такого рода требуется разрешение либо императора, либо главкома Вейдера. А взломать их шифры...- генерал развёл руками.

— Такая подделка возможна, но крайне рискована, — уточнил майор Дирксен. — Нужен агент при дворе или в штабе главкома, имеющий доступ к шифрам. Но на таком уровне агентов у нас пока что нет.

— Я понял, господин генерал! Больше вопросов не имею!

— Отлично! Тогда всё должно быть готово на третий день после сегодняшнего. Меня уже предупредили о сроках. Приступаем!

— Чёрт, чёрт, чёрт! Ну надо же такому случиться! — невыспавшийся генерал Гаранин прихлопнул ладонью по столу. — Вот поворот так поворот! И сколько у нас осталось времени? День, два?

В кабинете в это ранне утро собрались все, кто отвечал за эксперимент: генерал Гаранин, кандидат технических наук Фролов, его помощники Пахомов и Богачёв, Падме Амидала Наберрие, старлей Влад Гаранин, специалист по конфликтологии Павел Евсеев и эксперты во главе с лейтенантом Антиповым. Но главным из всех был директор ФСБ генерал армии Александр Бортников, получивший такую сенсацию, что называется, из первых рук и примчавшийся на полигон ни свет, ни заря.

Поворот и впрямь оказался неожиданным и пугающим. Ведь получалось, что вся прежняя сюжетная линия, на которую и опирались, пусть и с оговорками исследователи, отправлялась псу под хвост. Новые персонажи и их побудительные мотивы резко меняли всю картину происходящего. И теперь предстояло принять решение прямо по ходу резко изменившейся обстановки. И цена ошибки становилась очень высокой.

— А собственно, что произошло такого, что полностью поменяло наши планы? — вдруг задался вопросом Виктор Пахомов. — Мы знаем, что в любом случае отряд Изгой отправится на Скариф в самое ближайшее время. Если судить по версии Гаррета Эдвардса, то сразу после заседания Совета Альянса, на котором Джин открыто послали к чёрту. То есть они не стали тянуть время и обогнали противника в развёртывании. И обратите внимание, что и в самом деле генерал Дравен никаких санкций к Андору не применил, невзирая на невыполненный приказ. Это тоже должно о чём-то говорить. Приказ тоже более чем странный: убить инженера, располагающего бесценной информацией, до того, как он ею поделится. Это больше похоже на анекдот про высшую степень секретности "перед прочтением сжечь". А вот если реальные данные были на самом деле не нужны, то возможны варианты...

— Вопрос в том, когда будет это чёртово заседание! — с досадой произнёс генерал Гаранин. — Если сегодня, то у них и впрямь есть фора по времени. А если завтра — послезавтра, то здесь будет не протолкнуться от имперских войск и никакого скрытного проникновения у нас не получится. Тогда остаётся начинать войну с Галактической империей по всем правилам, что нам сейчас абсолютно не нужно.

— А что показывает наблюдение? — задал самый насущный вопрос директор ФСБ.

— Всё пока в штатном режиме. Никакого особого шевеления на базе не обнаружено. Движение космических шаттлов минимально. За всё время зафиксировано только три прибытия и одно отбытие. Все корабли малого класса.

— Как со стабильностью портала?

— С утра наблюдались колебания по высоте, — ответил Даниил Фролов, — потом стабилизировались. Достижимый потолок три с половиной — четыре метра. Так что выход будет без проблем. Даже немного странно: обычно колебания прекращались в районе одиннадцати часов по нашему времени, а сейчас только-только десять исполнилось.

Резкий звонок телефона внутренней связи заставил всех вздрогнуть. Генерал Гаранин взял трубку и какое-то время слушал. Затем он опустил её на рычаг.

— Сообщение с поста наблюдения. Прибыл шаттл, скорее всего тот самый. Причём, на площадку номер девять. К нему направляется досмотровая группа из четырёх человек. Кажется, уже началось.

Снова зазвонил телефон.

— Да, слушаю. Что?! Как падение уровня портала?! И что теперь? Только смотреть? Твою же мать!

Генерал-майор повернулся к Бортникову:

— Александр Васильевич! У нас ЧП. Резко упала высота открытия прохода. Она не выше метра, а то и ниже. Беспилотник послать можем, а всё остальное, увы...

— Что ж, сделайте хотя бы это, — директор не терял спокойствия, — и будьте готовы вмешаться при первой возможности.

— Я вот что думаю, — снова вступил в обсуждение Виктор Пахомов, — только не сочтите мои слова за бред. Нас как будто что-то притормаживает на старте, словно бы держит в резерве на самый крайний случай, когда либо пан, либо пропал. Почему-то я уверен, что проход станет нормальным, но уже под конец, когда всё начнёт проваливаться в преисподнюю. Вот тогда нам придётся рвануть по-спринтерски. А пока остаётся только смотреть и переживать.

— Только переживать, — эхом отозвалась Падме.

Никто не заметил, как у старшего лейтенанта Влада Гаранина сжались кулаки.

Примерно это же время. База Альянса за восстановление Республики на Явине.

— Госпожа сенатор, госпожа сенатор! — немолодой начальник связи Альянса бежал со всех ног.

Командующий авиагруппой попытался остановить его, но Мон Мотма сама шагнула навстречу.

— Что у вас?

— Мы только что перехватили донесение имперцев со Скарифа. Там идёт бой. Это несомненно отряд капитана Андора. Адмирал Раддус готовится стартовать со своей эскадрой.

— Срочно свяжитесь с адмиралом! Передайте ему, чтобы немного подождал. Мы сейчас подключим наземные силы. Генерал Риекан, сколько солдат мы можем послать прямо сейчас?

— Не больше двух батальонов, сенатор Мотма! Большая часть нашей пехоты ещё не прибыла. На базе в основном авиатехники, пилоты и связисты.

— Посылайте тех, кто есть. И все наши истребители в бой!

Мон Мотма говорила спокойным твёрдым тоном. На лице появилось нечто вроде торжествующей улыбки. Наступал её час. Все сенаторы отбыли на свои планеты ещё вчера, и лидер повстанцев почувствовала, что теперь ей никто не помешает. Ей не удалось склонить Совет поддержать Джин Эрсо путём правильного голосования, но сегодня поддержка будет оказана по факту начала военных действий. Нельзя оставить в беде соратников, ведущих неравный бой. С этого момента у Альянса остался один путь: только вперёд — к победе или к поражению.

— Мон, Мон! — Громкий голос вывел из задумчивости. Сенатор увидела бегущую к ней двоюродную сестру. Вэл Сарта была не одна; рядом с ней торопливо шагала молодая женщина с распущенными тёмными волосами, одетая в комбинезон техника. За спиной у неё был рюкзачок, из которого выглядывал маленький, не больше года, ребёнок.

— Вэл, это кто с тобой?

— Бикс. Бикс Калин, подруга капитана Андора. Она только что прилетела с планеты Мина Рау. С ней её сын: её и Кассиана. Она хочет узнать про своего друга.

— Да, да! Я хочу знать, где Кассиан, что с ним? — женщина сильно нервничала, запиналась в словах и была близка к состоянию "не в себе".

— Капитан Кассиан Андор со своим отрядом сейчас выполняет боевое задание на планете Скариф. Там очень сложная обстановка, и мы отправляем ему на помощь дополнительные силы. — Сенатор старалась говорить как можно спокойнее, чтобы не вызвать истерику у Бикс.

— Мон, эта девушка всегда нам активно помогала. Они с Андором выполнили немало опасных миссий. Ей надо помочь!

— Вэл, наша помощь может быть только одна: выделить для Бикс комнату, где она и её ребёнок могут спокойно дождаться возвращения Кассиана. Больше ничего мы не можем сделать.

— Нет, нет! Что вы! Я должна быть там, с моим Кассианом. Я должна ему помочь! — Судя по всему, истерики всё же было не избежать.

— Это исключено! Даже не думайте об этом! На Скарифе большой имперский гарнизон в сотни солдат; есть шагоходы. Бой крайне ожесточённый, все несут потери. А вы кинетесь туда с маленьким ребёнком?! Да это безумие! Вы что, самоубийца?

— И в самом деле, Бикс! — Вэл старалась говорить как можно мягче и убедительнее. — Тебе там просто не выжить, твоему малышу тем более. Самое разумное сейчас — это отдохнуть, набраться сил и ждать возвращения капитана Андора. Он опытный боец; ты и сама это знаешь. Поверь мне, что всё будет хорошо. Кассиан вернётся и будет с тобой.

Видимо увещевания Вэл всё-таки возымели воздействие. Бикс перестала дрожать и согласно кивнула:

— Хорошо, я буду ждать здесь. Мне куда пройти?

— У нас есть несколько комнат для прибывающих новобранцев. Найдём какую поменьше и поселим тебя с малышом, ладно?!

— Да, я согласна, — Бикс постепенно успокаивалась.

— Прекрасно, что вы такая благоразумная! Вэл, обустрой девушку как положено.

Подходящая комната отыскалась довольно быстро. В ней было всё, что нужно для женщины с маленьким ребёнком, пусть и на короткое время. Пожелав Бикс хорошо отдохнуть, Вэл Сарта отправилась к своей кузине-сенатору. Ей предстояло уже вечером отправляться на родную планету Альдани сообщить о том, что на мир с империей не стоит рассчитывать и надо готовиться к войне. Требовалось мобилизовать все силы.

Бикс Калин какое-то время оставалась в комнате, приводя себя в порядок. Потом она приоткрыла дверь и осмотрела коридор. Поблизости никого не было. Женщина немного прошлась по коридору, внимательно читая таблички на дверях. Около одной из них она остановилась и достала из кармана рабочих брюк предмет, напоминающий газовую зажигалку. Бикс приложила его к электронному замку и надавила небольшой выступ на корпусе. Прошло не больше, чем полминуты, и дверь бесшумно открылась. Положив отмычку в карман девушка зашла в комнату. Это была кладовая. На полках стояли большие рюкзаки с надписью "Медицинская служба". Бикс взяла один из них. В рюкзаке хранился стандартный набор для тактической медицины: бинты, пластырь, антисептики, жгуты, лекарства для экстренной помощи. При этом оставалось много свободного места: запасы лекарств только-только стали поступать на Явин.

Бикс взяла рюкзак и выйдя в коридор закрыла за собой дверь. В своей комнате она взяла на руки ребёнка, спящего безмятежным сном и достала уже из кармана куртки небольшой флакончик. Сняв колпачок, женщина поднесла горлышко к носику малыша. Тот немного пошевелился и опять засопел. Бикс слегка улыбнулась: теперь её сынок будет спать долго и крепко, и при этом средство не является наркотиком. Она взяла малыша на руки, поцеловала и аккуратно положила в тактический рюкзак военного медика. Всё, теперь надо уходить.

Она вышла из комнаты и повернула в коридор, ведущий к посадочным площадкам. Снаружи шла завершающая суета перед стартом на Скариф. Последние группы солдат альянса грузились в транспортные шаттлы. Бикс подбежала к одному из них.

— Эй, мэм, вы куда? — Парень с нашиками сержанта преградил ей путь.

— Я санитар. Только сегодня утром прибыла. Мне сказали отправляться с десантом и что можно сесть в любой челнок! Вот мой набор медика, — и Бикс качнула в руке рюкзак, где вместе с лекарствами дремал и её сын.

— Слышь, командир! Пускай она садится к нам! Там, куда летим, санитары позарез нужны, — загомонили солдаты.

Сержант колебался не долго.

— Давай садись! Нам и в самом деле санитар необходим. Только одно запомни: под выстрелы дуром не лезь! Твоё место позади. Мы в бою, а ты помощь оказываешь. Тем, кому она ещё потребуется. Ну всё, вперёд!

Получив разрешение на взлёт, шаттл оторвался от площадки и стал быстро набирать высоту, удаляясь от поверхности планеты. А через полчаса он вместе с другими кораблями эскадры адмирала Раддуса вошёл в гипер и устремился курсом на Скариф, где уже вовсю гремел неравный бой.

(Продолжение следует)