Выбор (джен)

Монахи прибыли в Хогвартс спустя час и долго беседовали с МакГонагалл в кабинете директора. Книга лежала у них в чёрном саквояже, и даже находясь от неё на почтительном расстоянии, Снейп всё равно ощущал её устрашающую мощь.

У волшебных предметов нет морали, они не могут выбирать сторону, они лишь исполняют чужие желания, и именно люди за них решают, какой цели они будут служить.

Служила ли эта книга добру, когда по воле кентерберийских монахов, заключила в себя Эмму? Возможно. Оставалась ли она на светлой стороне все эти семьсот лет, пока удерживала Эмму, заставляя её исполнять чужие желания? У Снейпа не было на это ответа.

Была ли книга вправе вновь сделать Эмму своей пленницей? Даже если это так, Северус собирался этому помешать.

Монахи осмотрели опустевший портрет и, лишь убедившись, что Эммы больше нет в Хогвартсе, покинули замок.

— Они считают, что она всё ещё в Отделе Тайн, и я не стала их в этом разубеждать, — сказала МакГонагалл, когда они со Снейпом остались вдвоём. — Пускай сами разбираются с Гризельдой. Кстати, куда ты спрятал Эмму? Теперь ты уже можешь мне об этом сказать.

— Она на Гриммо, — ответил Снейп. — В портрете Финеаса Блэка. Поттер предоставит ей приют до тех пор, пока возвращение в Хогвартс не станет для неё безопасным.

— Не ошибся ли ты, принимая такое решение?

— Не знаю, время покажет, — ответил Северус. — Но я считаю, что мы не должны платить за ошибки своей юности всю оставшуюся жизнь. Эмма уже заплатила семисотлетним заточением. Думаю, с неё хватит.

— Ну что ж, — согласилась Минерва, — пусть так и будет. А Рональд за ней присмотрит — ведь между ними и Хогвартсом теперь существует неразрывная связь.