Новоиспеченная миссис Уизли (гет)

На следующее утро солнечные лучи буквально просачивались сквозь стекла окон, тем самым пробуждая Гермиону ото сна. Потянувшись, она перевернулась, медленно открыла глаза и посмотрела на Фреда, который, в свою очередь, мирно посапывал на своей трансфигурированной подушке. Гермиона улыбнулась: сложившаяся ситуация выглядела настолько нелепо, что иначе реагировать на происходящее не представлялось возможным.

Она окинула Фреда мечтательным взглядом: несмотря на то, что Гермиона знала его столько лет, она ни разу не рассматривала его так пристально. Для Гермионы Фред всегда был лишь одним из многочисленных братьев Рона — не больше. Теперь же ситуация обстояла иначе: он стал частью ее жизни, которая прямо исключала Рона.

«А он очень даже хорош», — подумалось Гермионе, что, стоило признать, было несомненной правдой: Фред был ростом свыше ста восьмидесяти сантиметров, в меру мускулистый благодаря годам занятий квиддичем, с волевым подбородком и красивым носом. И теперь — с того времени, когда они впервые поцеловались — ей также пришлось согласиться с тем фактом, что он обладает очень... притягательными губами. Но все же несомненно лучшим в его внешности оставались волосы. Так же, как у Билла с Джинни, у Фреда и Джорджа волосы были темнее, чем у остальных Уизли: с большим красным отливом, чем рыжим, и очень насыщенным оттенком. Большинство девушек в Хогвартсе щебетали о том, как влюблялись в его ярко-голубые глаза. Особенно когда он улыбался...

Вдруг Фред распахнул глаза и взглянул на Гермиону, которая тут же покраснела от смущения. Ох, черт.

— Доброе утро, — застенчиво произнесла она.

Фред улыбнулся уголком губ и ответил:

— Доброе. Хорошо спалось?

— В принципе, да. Через несколько часов удалось уснуть.

— И давно мы не спим? — озорно спросил он.

— Сравнительно недолго.

— Ах вот как, значит, — кивнул он. Фред прекрасно знал, что Гермиона наблюдала, как он спит. Как раз из-за ощущения, что на него кто-то смотрит, он и проснулся.

— А сколько сейчас времени? — зевнул Фред.

Гермиона посмотрела на часы, после чего вскрикнула и вскочила с постели:

— Уже почти десять часов! 

Фред последовал примеру Гермионы — принялся собираться:

— Что? Как?

— Мне конец! — застонала Гермиона, прикрыв лицо руками.

— Пока нет. Так что давай поторапливайся, — он схватил ее за руку, когда она уже надела туфли и пальто, и они помчались вниз, чтобы проверить обстановку.

Фред вскочил на метлу, которая ночью находилась на сохранении у мадам Розмерты. Гермиона нахмурилась. Ночь — это одно, но если они полетят на метле средь бела дня, то кто-то точно их увидит.

— Ну и чего ты ждешь? — спросил он нервно.

— А что, если кто-то нас увидит? — поинтересовалась девушка.

— Неужели это настолько же важно, как то, что Макгонагалл может узнать, что тебя не было целую ночь в школе?

Гермиона отрицательно покачала головой.

— Тогда вперёд!

Как и прошлой ночью, она сидела перед Фредом, а его руки располагались по сторонам от нее, управляя метлой.

Казалось, прошла целая вечность, пока они не достигли окрестностей Хогвартса. Подлетев к теплицам, Фред приземлился так, что Гермиона была уверена, что у нее вот-вот выпрыгнет сердце из груди. Она вскочила с метлы и уже было собиралась умчаться в сторону замка, как Фред схватил ее за руку и притянул к себе вновь.

— Что?

— Спасибо тебе, — достаточно незатейливо сказал он. Затем Фред поразил ее слишком крепкими объятиями. Наконец выпустив Гермиону, он улыбнулся ей точь-в-точь той же улыбкой, что и ранее.

В очередной раз ошеломленная Гермиона медленно направилась в школу. Как только она оказалась внутри здания, у нее мигом заложило уши от шума, исходившего из Большого Зала: завтрак был в самом разгаре. После того, как Гермиона прокралась наверх, чтобы сложить мантию и Карту обратно в чемодан к их обладателю, она спустилась вниз — позавтракать. Приблизившись к гриффиндорскому столу, Гермиона удивилась, увидев Гарри, Рона и Джинни — всех их.

— Гермиона! — воскликнула Джинни. — Где ты была?

— Прогуливалась, — промямлила Гермиона. Она терпеть не могла врать, но сейчас это было просто необходимо.

— На улице же холодно! — противоречиво отозвалась Джинни.

— Да не сказала бы, — настаивала на своем Гермиона, уткнувшись взглядом в тарелку. Она чувствовала, как Гарри смотрел на нее.

— Ну, в общем-то, я не голодна, — вдруг неожиданно для всех объявила Гермиона и поднялась со стула.

— Сомневаюсь, что ты сегодня вообще успела перекусить, — возразил Рон.

— Не важно. Увидимся позже, — она поспешно направилась в вестибюль замка, чувствуя спиной на себе взгляды своих друзей.

— Гермиона, объясни мне, что происходит?

Она обернулась на Гарри и удивленно захлопала ресницами. Гермиона проводила много времени в библиотеке, изучая особенности магических браков, дабы убедиться, действительно ли ее собственный брак законен и что не будет никаких осложнений после помолвки.

— О чём ты?

— Нигде ты ведь не прогуливалась этим утром, — заявил Гарри.

— О-о, — она подняла бровь,— тогда где же я была, по-твоему?

— Не знаю, но, вероятнее всего, там, где тебе не следовало бы находиться, — констатировал факт Гарри Поттер.

— Я занята, Гарри, — сказала Гермиона и вернулась к своему чтению.

— Прекрасно. Но помни: я попытался предупредить тебя, — отрывисто изрёк Гарри и удалился.

Гермиона вздохнула, закрыв книгу. Еще так много материала для изучения! С тех пор, как Гарри одержал победу над Волдемортом в конце шестого курса, он, казалось бы, считал, что имеет право вмешиваться в жизнь каждого человека. Ей не хотелось ничего утаивать от него: Гарри был ее лучшим другом. В то же время она прекрасно понимала, что он бы не понял ее. Положив книги обратно на полку, Гермиона поспешила в сторону Большого Зала — к обеду. Она просидела в библиотеке целый день, жутко проголодавшись.

Медленным шагом она подошла к столу своего факультета. Как и утром, пустовало лишь одно сидение, расположенное напротив Гарри. В данный момент Гермиона не горела желанием находиться рядом с ним, но по-другому она просто не могла поступить.

Обед прошел подозрительно спокойно. Рон и Джинни сразу заметили, что между Гарри и Гермионой словно черная кошка пробежала. Признаться, это никогда ничем хорошим не заканчивалось. Да чтобы они поссорились? Да, это была редкость, но когда это всё-таки происходило — хорошего ждать не приходилось.

Во время десерта Рон попытался завести разговор о квиддиче, но, очевидно, был прерван громким уханьем.

— Эррол? — недоверчиво произнесла Джинни, наблюдая за действиями их семейной совы, находящейся в достаточно преклонном возрасте.

Ну что ж, теперь все внимание было приковано к птице. Обычно совы никогда не прилетали в обеденное время, если, конечно же, ничего особого не случалось.

— О, только не это, — тяжело вздохнул Рон. В клюве Эррола была зажата Кричалка. Он повернулся к своей сестре. — Ты что-то натворила? 

— Ничего! — запротестовала Джинни.

— Да и я тоже.

Но Эррол прибыл туда вовсе не по их душу. Весь Хогвартс с трепетом наблюдал за тем, как Эррол врезался в стол, после чего вскочил и опустил Кричалку на тарелку Гермионы, прежде чем взлететь.

— Гермиона... — предупреждающе прошептала Джинни, как только пергамент задымился.

Гермиона тут же пришла в оцепенение. Она не могла заставить себя развернуть ее. Не медля ни секунды, Кричалка сама по себе раскрылась. Несколько человек заткнули уши в тот момент, как только крики миссис Уизли заполонили Большой Зал.

— ГЕРМИОНА ГРЕЙНДЖЕР! Я КРАЙНЕ ПОТРЯСЕНА. КАК ЖЕ НЕ ЗРЕЛО И НИЗКО — СОВЕРШАТЬ ПОДОБНОЕ! НИКОГДА БЫ НЕ ПОДУМАЛА, ЧТО ТЫ НА ТАКОЕ СПОСОБНА. ОХ КАК ЖЕ Я РАЗОЧАРОВАНА В ВАС ОБОИХ. И ПЕРЕДАЙ РОНУ, ГАРРИ И ДЖИННИ, ЧТО ЕСЛИ ОНИ ЗНАЛИ ОБО ВСЕМ ЭТОМ И В ТО ЖЕ ВРЕМЯ ДЕРЖАЛИ МЕНЯ В НЕВЕДЕНИИ, ТО ИМ НЕСДОБРОВАТЬ!

Зловещее молчание последовало вслед за тем, как письмо обернулось в пепел. Все повернулись посмотреть на Гермиону, которая, в свою очередь, в момент побледнела.

— Что это, тролля за ногу, было? — потрясенно возопил Рон, тем самым заставляя многих подскочить на месте.

Гермиона ничего не ответила. Вместо этого она вскочила и выбежала в Вестибюль, в то время как слезы лились по ее щекам.

— Гермиона! — Джинни попыталась обратить внимание своей подруги.

— Идем! — скомандовал Гарри Джинни и Рону, когда поднялся с лавки. И они вдвоем последовали за ним, побежав вслед за Гермионой.

— Должно быть, она в своей комнате, — произнес Рон, переводя дыхание.

Джинни направилась к лестнице, ведущей к комнатам девочек, а Рон и Гарри, поскольку им было запрещено находиться там, остались в гостиной.

Она постучала в дверь комнаты, выделенной Гермионе как Старосте факультета:

— Гермиона? — крикнула Джинни.

— Уходи!

— Что с тобой? — озаботилась Джинни.

Но Гермиона промолчала. После чего на помощь Джинни поспешила профессор Макгонагалл. Декан постучалась в дверь.

— Я же сказала: уходи! — раздался истошный крик Гермионы сквозь слезы.

— Мисс Грейнджер, боюсь, что Вам придется пройти со мной, — спокойным голосом ответила Макгонагалл.

Гермиона быстро отворила дверь, попутно вытирая слезы. Не издав ни звука, она проследовала вниз за преподавателем. Находясь в проходе за портретом, профессор повернулась в сторону Гарри, Рона и Джинни и велела им также следовать за ней. Они обменялись недоуменными взглядами, но поступили так, как им и было велено.

— Сахарное перо! — произнесла Макгонагалл, когда они достигли статуи, ведущей к кабинету Дамблдора. Профессор открыла дверь, из-за которой представился вид на разъяренных миссис и мистера Уизли, Джорджа и Фреда, у которого был болезненный тон лица.

— Прошу, присаживайтесь, — учтиво обратился Дамблдор к четырем студентам. Так как пустовало лишь три стула, Фред поднялся со своего и предложил сесть Гермионе, что вызвало колкий взгляд со стороны его матери. Он встал позади стула и положил руки на плечи Гермионы. Рон и Джинни выглядели потрясенными данной вольностью.

— Альбус, мы можем что-нибудь с этим сделать? — спросила миссис Уизли у Дамблдора.

— Боюсь, что нет, Молли. Они достигли брачного возраста. И, увы, мы не в силах что-либо изменить, — пожал плечами директор.

— Да быть такого не может, что их брак является на все сто процентов законным! — повысила голос она.

— Слушайте, может, кто-нибудь изволит объяснить нам, что происходит? — обреченно закричал Рон, находясь в замешательстве.

— А вы еще не в курсе, что ли? — поинтересовался Джордж.

Трое студентов отрицательно покачали головами.

— Похоже, что Фред и Гермиона решили обручиться, — ответил мистер Уизли.

— В смысле? — недоуменно спросил Рон.

— Они поженились, — пояснил Артур.

— ЧТО?! — пораженно закричали Гарри, Джинни и Рон.

— Очевидно, где-то посреди ночи мисс Грейнджер пробралась к выходу из замка, встретилась с мистером Уизли и сбежала с ним в Хогсмид, — разъяснил Дамблдор.

Рон вскочил со стула, вытащил из-за пазухи волшебную палочку и направил ее на своего старшего брата:

— Скажи мне: это одна из твоих шуточек, да? — прошипел Рон.

— Рон! — спохватилась Джинни.

— Нет! Я хочу услышать, что он мне на это ответит! — он был разъярен до предела.

Фред посмотрел на своего младшего брата с жалобным выражением лица и глубоко вздохнул перед тем, как ответить на поставленный вопрос:

— Прости, Рон, но это правда.

— Нет, — прошептал он.

— Да, — промолвила Гермиона, стоя рядом с Фредом.

— НЕТ! — не веря, закричал Рон, но, увидев слезы Гермионы, он осознал, что это на самом деле правда. Он повернулся и стремительно покинул комнату. Джинни и Гарри последовали за ним.

Гермиона медленно откинулась на спинку стула. Фред же занял свое место позади нее.

— Альбус, — произнес мистер Уизли. — Гермионе придется покинуть школу?

Гермиона шокировано посмотрела на директора. Покинуть школу? Быть этого не может.

— Такое впервые случается в Хогвартсе. У нас нет комнат для обрученных студентов, но при данных обстоятельствах не думаю, что это так уж необходимо. Мисс Грейнджер может остаться в своей комнате, но я считаю, что мы должны снять несколько очков с факультета.

Гермиона вздохнула с облегчением.

— И все? — спросила миссис Уизли.

— Да, Молли, этого будет вполне достаточно, — подтвердил Дамблдор. 

Рассвирепев, она встала и подошла к камину. С криком "Нора" миссис Уизли переместилась домой. Артур и Джордж с сочувствующим взглядом посмотрели на Фреда с Гермионой, после чего последовали примеру Молли.

Фред повернулся к директору:

— Профессор, думаете, мог бы я...?

— Конечно же. У Вас достаточно времени, — изрек директор.

Нагнувшись, Фред взял Гермиону за руку и повел ее вниз по лестнице и коридорам.

— Прости меня, — прошептал он.

— Как они узнали об этом? — спросила она со слезами на глазах.

— Они поджидали меня, когда я вернулся домой. Затем они увидели кольцо на пальце... У меня просто не было выбора.

Гермиона продолжала плакать. Фред заботливо прижал ее к себе. Она дала волю эмоция и безудержно рыдала на его груди. Он погладил ее по спине и заключил в объятия, коснувшись своей головой ее головы. Минут через пятнадцать плач прекратился. Она отстранилась и взглянула на Фреда. Он осторожно вытер слезы с ее лица.

— Все будет хорошо. Я обещаю, — уверил ее Фред.

— Очень хочется в это верить, — произнесла Гермиона.

— А ты верь.

— Как же Рон? — поинтересовалась Гермиона.

Фред тяжело вздохнул:

— Для этого потребуется время.

— Я боюсь за него, — тихо сказала она.

— Ты хочешь, чтобы я с ним поговорил?

— Нет. Я должна первой с ним объясниться, — ответила Гермиона.

— Ну хорошо, — согласился Фред. — Не вини себя одну, ведь в этом тоже есть моя вина.

Гермиона улыбнулась, переборов саму себя:

— Ты слишком хорошо меня знаешь.

— Спокойной ночи, — произнес он и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку.

— И тебе спокойной ночи, — ответила Гермиона, в то время как он возвращался в кабинет Дамблдора.

Гермиона глубоко вздохнула и расправила плечи. Наступило время платить по счетам.