Профессор Бербидж (джен)

Вот странная штука мое сознание и подсознание — я побывала на кладбище, видела голого Волдеморта, меня чуть не убили, и вместо того чтобы плакать или анализировать ситуацию, я старательно задвигаю ее в самый дальний уголок сознания, стараясь не думать об этом. Так же было с нападением ИРА, вторжением лепрекона, дохлыми охотниками — не вижу, не слышу, не говорю, не помню.

Мое слепоглухонемое состояние поддерживали Крауч и Малфой: они тоже молчали и никак не выдавали, что произошло вчера. Конечно, можно списать все на то, что нам некогда, у нас финал! Но давайте честно: время, чтобы поговорить о произошедшем, у нас найдется, а мы вместо этого прячем голову в песок. Только вот жопа-то над песком и как бы по ней нам не прилетело… Впрочем, думать об этом некогда: у нас финал турнира.

Финал для организаторов и участников был назначен на десять утра. Четыре чемпиона пришли к небольшой палатке организаторов отдохнувшими, довольными, в предвкушении приключений. В отличие от школьников, мы — я, Малфой, Крауч, Амбридж, Бэгмен и Перси Уизли — было помятые, голодные и держались только на зельях и кофе: отсутствие полноценного сна и отдыха в течение четырех суток давало о себе знать. За это время я в общей сложности спала около десяти часов. Спасибо его носатому величеству — зелья для бодрости у него отменные, жаль, что усталость они никуда не убирают.

— Итак, дамы и господа, — вещал Бэгмен, — давайте еще раз поговорим о турнире и вашем контракте.

— Зачем о нем говорить? — не понял Поттер. — Зайдем в лабиринт. Кто первый пришел, тот и победил.

— Мистер Поттер, — слово взяла я, — вы, очевидно не читаете, что подписываете. Вы обязались провести в лабиринте не менее одного часа, сразиться с двумя магическими тварями класса от двух икс, при этом твари должны остаться в живых — они очень дорогие. Также конкретно вы проходите испытания сфинксом. Если не разгадаете загадку, то он нападет — отобьетесь экспелиармусом. Не забывайте, что у вас нет ключа для открытия лабиринта и вы будете перелезать через ограду. Артефакт примените, когда на вас нападет якобы Крам, чтобы увидеть истинный облик твари.

— А победа? — мальчишка еще не понял, что к чему, и абсолютно нас не слушал и не читал контракт.

— Успеете быстро пройти испытания — будет вам победа. Впрочем, если вы готовы взять на себя смерть Седрика Диггори…

— Я его не собираюсь убивать! — возразил Гарри. В этот момент Крам и Делакур посмотрели на него с огромным презрением — и знаете что? Я их поддерживаю!

— Из всех присутствующих у мистера Диггори самый маленький магический потенциал и куча родовых проклятий. Как только магическая сила начнет убывать, он умрет — проклятия семьи уничтожат его. Если мистер Крам и мисс Делакур довольно сильные маги, то…

— Но зачем ты бросал свое имя?! — закричал Гарри.

— Поттер, — Седрик вздохнул, а Виктор и Флер сделали знаменитый жест фейспалм, — ты действительно такой тупой? Ни тебя, ни меня, ни их никто не спрашивал! Есть древние договоры, согласно которым мы обязаны участвовать! Все эти кубки, выбор, соревнования — это шоу для маглокровок. Я действительно благодарен профессору Бербидж, мисс Амбридж, профессору Краучу и другим за то, что из членовредительского соревнования они сделали безопасное шоу. И да, мы уже обговорили, что кубка коснусь я.

— В случае, если кубка касается мистер Диггори, — слово взял Крауч, — уменьшение резерва произойдет всего на десять процентов у каждого. Недельку полежите в лазарете и восстановитесь. Если кубка касаетесь вы или мистер Крам, то у мистера Диггори останется всего десять процентов силы, у мисс Делакур около тридцати. Вы готовы взять на себя ответственность за смерть Седрика, Флер и исчезновение магических способностей у мистера Крама?

— Ну…Это… — начал мямлить Поттер, до которого наконец дошло, что турнир — это не веселая прогулка, а довольно серьезное мероприятия, — Я ж не знал.

— Впервые я согласна со Снейпом, — подала голос я, — вы тупой баран, мистер Поттер! Вместо того чтобы внимательно читать и слушать, что вам говорят, вы летали на метле, жрали сладости в три горла, бегали на авторазборку и прогуливали уроки! У вас мозг есть? По-моему, нет!

Я уже не сдерживалась и орала на пацана что есть сил.

— Турнир — это не легкая прогулка, а кубок — не игрушка. Это древний могущественный артефакт, который видел строительство пирамид в Египте. Мы с большим трудом изменили настройки кубка, чтобы все остались живы, чтобы отвлечь людей от суровой правды об этом артефакте, а один наглый балбес решил просрать наши усилия! Вы хоть понимаете, сколько труда и сил было вложено в этот турнир?! В безопасность?! — Я выдохлась и спокойно продолжила: — Короче, так, Поттер, если кто-то умрет по вашей вине или вы сорвете соревнование и из-за ваших действий активируются первоначальные настройки кубка, я вас… я вам… Мягко говоря, вы будете в немилости. Ясно?

— Я понял, профессор, — глухо отозвался Поттер.

— Раз мистеру Поттеру все понятно, то переходим к следующим вопросам, — сказала Амбридж и начала вновь проговаривать весь порядок действий…

* * *

— Дамы и господа, — вещал Бэгмен, — мы начинаем финал турнира Трех Волшебников!

Уже стемнело, зажглись факелы, включились трансляционные мониторы и музыка из того самого форта «Бойярд», а после слов Бэгмена, который своей манерой комментариев напоминал мне Николая Фоменко⁽¹⁾ трибуны, на которых сидело почти десять тысяч человек, разразились ревом и пплодисментами.

— Сегодня за титул и магическую силу будут бороться Ви-и-и-ктор Крам!

В этот момент в поле зрения болельщиков и на мониторах появился представитель Дурмстранга на метле. Затем была объявлена Флер, которая вышла в сопровождении свиты из акробатов, жонглёров и других циркачей. Следом — Диггори в сопровождении оркестра волынщиков. Поттера мы поставили замыкающим, потому что парень самый младший, в голове ветер — не дай Мерлин, сорвет шоу! Национальный лоб Британии устроил скандал в палатке, так как он хотел вылететь на метле, а вместо этого его нарядили в школьную форму (между прочим, сшита на заказ из дорогущей ткани! Эта форма стоит больше, чем профессиональная метла Крама!), дали в руки учебники и заставили изображать заучку. Объяснять пацану, что на фоне других он будет смотреться как маленький ребенок, нацепивший на себя мамины туфли, пришлось долго. Если трехлетка в женских туфлях смотрится мило, то подросток, корчащий из себя крутого мачо, просто смешон. Гриффиндорцу это втолковывали я, Амбридж, Бэгмен, Крауч — без толку. Хочу — и все тут! Эффект возымел только крик и мат Грюма, мол, нос не дорос рот открывать на учителя, выпороть мало, не умеешь слушаться — хрен тебе, а не аврорат. Аластор матерился минут десять, костеря Поттера на все лады. И только тогда насупившийся пацан согласился надеть школьную форму.

Перед зрителями он предстал этаким мальчиком-зайчиком в гриффиндорской мантии, с галстуком, очках-велосипедах и чудовищной книгой о чудовищах.

— Да вы посмотрите на этого мальчишку! — комментировал Бэгмен, — с виду такой тихий и скромный мальчик. Только мы на это не поведемся. Слышите, мистер Поттер! Книжка, которую вы читаете, выдала вас с головой…

После представления участники турнира взяли свои артефакты и ключи, взмахнули палочками, выпустив в небо красные искры, которые они будут посылать в случае угрозы, и огромный школьный колокол возвестил, что четвертый этап турнира начался.

Честно? Некогда мне смотреть на трансляционные артефакты — дел невпроворот. Это только зрителям хорошо — сидят на трибунах, попкорн едят или что там Молли Уизли приготовила. А организаторы носятся «в мыле»: то в лабиринте что-то не так идет, то волшебники, присматривающие за животными лабиринта, пострадают, то на трибуне проблемы, то Грюм, скотина пьяная, наблюет где не надо. Короче говоря, я, Перси Уизли, Чарли Уизли, Амбридж, Крауч в образе Грюма и еще с два десятка человек бегали как ошалелые, устраняя и предупреждая мелкие и крупные недоразумения. Из крупных — Краучу-старшему резко стало плохо. Почему? История умалчивает, но его (Крауча) быстро отправили в Мунго. По-моему, большинство зрителей этого даже не заметило. Только Рон Уизли, продававший напитки, сказал, что можно было его (Крауча) трансфигурировать и переместить в больницу. На что получил возражение от сидящей дамы, мол, превращение человека — это уровень Дамблдора, но не рядового целителя.

Я же, шикнув на шестого сына рыжего семейства, понеслась дальше: Поттер прошел сфинкса, и нужно было срочно успокоить полуразумное животное, пока оно не разнесло лабиринт. Краем глаза мы все же поглядывали на экраны: Поттер решил повторить трюк со входом в лабиринт и нагло перелезал через живую изгородь, абсолютно не жалея дорогую форму и свои руки, которые покрылись ссадинами, царапинами и несколькими глубокими ранами. Крам нагло пер напролом, выжигая все, что видит. Делакур изящно пользовалась иллюзиями, а Диггори, как «истинный шотландец» (это мы так придумали), изящно и аккуратно решал все загадки и открывал двери.

И все шло штатно, и все было хорошо. Ключевое здесь — прошедшее время. Проблемы начались, когда все четверо вышли к кубку. По сценарию Крам должен сцепиться с Поттером, Седрик кинуть большой камень, который как бы случайно оказался рядом с ним, в сторону француженки и рвануть к кубку. Все это дело должно было занять около минуты или двух. Диггори кинул камень в сторону француженки, она на лету превратила его в бабочку, Гарри и Виктор схватились врукопашную. Это только кажется, что гриффиндорец мелкий, а на самом деле его ломом не перешибешь — жилистый, сильный, хваткий. В какой момент все покатилось псу под хвост — не могу сказать.Может, когда на хафлпафца налетел невесть откуда взявшийся паук, который сбил его с ног? Или когда бабочка превратилась в камень, упав рядом с дерущимися пацанами? Или, может, когда Флер просто споткнулась о Крама? Получилось так, что Поттер влетел в кубок спиной, когда его отбросило от Виктора.

— Это… это… — начал было Бэгмен, — дамы и господа, первым кубка коснулся мистер Поттер…

Я стояла как громом поражённая. Первая мысль — допрыгался мелкий, удавлю! Вторая — какая скотина поломала весь сценарий?! И третья, которая ударила под дых, — Седрик!

— Вы не можете это изменить, — раздался рядом голос Коровьего. Он смотрел, как медики откачивают Поттера, у которого, судя по мат-перемату, сломанное ребро проткнуло легкое, как отец Флер вливает в нее какие-то зелья, как плачут над телом сына мистер и миссис Диггори, как плюется кровью Крам, как ревут трибуны…

— Вы сказали, что канон — тьфу и растереть…

— Мы не всесильные. Седрик Диггори должен был умереть в эту ночь, и он умер. Вы изменили реальность хотя бы в том, что он успел подержать на руках новорожденного сына и знал, что у него скоро появятся две дочери.

— Появятся? — спросила я, а то хрен знает — вдруг высшие силы решат, что не нужны дети от Седрика.

— Да, — ответил Коровьев. — Одну девочку назовут Кассиопея, а другую Елена.

Сказав это, Коровьев исчез, а я отправилась разгребать то, что наворотили высшие силы.

Волдеморт? Пожиратели смерти? Орден Феникса? Не смешите! У меня тут проблемы посерьезней нарисовались.

1) Прим.автора — советский музыкант, телеведущий

Вернуться к тексту