Просто Гарри? (гет)

Воскресенье: финальный раунд Гарри

Воскресенье выдалось пасмурным. Гарри после вчерашнего возвращения от Снейпа чувствовал себя выжатым, но Борос внутри подбадривал:

«Ещё немного, Гарри. Ты уже четвёртый вечер подряд отвечаешь на вопросы. Сегодня, возможно, последний».

— Легко тебе говорить, — мысленно простонал Гарри, натягивая мантию. — У тебя руки не болят.

«У меня их вообще нет, — философски заметил Борос. — А ты тренируешь силу воли. И потом, профессор Флитвик уже который вечер мучает Гермиону, и она не жалуется. Хотя стонет, когда никто не видит».

Вечером Гарри спустился в подземелья. Снейп, как всегда, сидел за столом, и перед ним лежала стопка чистых пергаментов — заметно тоньше, чем в прошлые разы.

— Садитесь, Поттер. Сегодня — последний рывок. Если вы ответите на всё, что осталось, — вы свободны.

— А если нет? — осторожно спросил Гарри.

— Тогда вы будете ходить ко мне ещё неделю, — усмехнулся Снейп. — Но я надеюсь, что до этого не дойдёт. Иначе мои запасы пергамента закончатся, а школьный бюджет, как известно, выделяет на зельеварение жалкие галлеоны.

Он взял первый пергамент и начал зачитывать вопросы. Гарри отвечал, стараясь не пропускать ни слова. Борос внутри шептал подсказки, но Гарри уже чувствовал, что многие ответы он помнит сам — летние занятия с друзьями, и ежедневные подготовки в библиотеке, закалили его лучше всяких учебников.

«Как отличить магическое истощение от отравления василиском?»

— При магическом истощении зрачки сужены, пульс замедлен, дыхание поверхностное. При отравлении ядом василиска зрачки расширены и не реагируют на свет, вокруг укуса — чёрная вздутая полоса, температура падает.

«Какие ингредиенты нельзя использовать в „Огненном эликсире“ и почему?»

— Чешую валлийского зелёного дракона и лунный камень. Их магические поля конфликтуют: лунный камень гасит огонь, а чешуя, наоборот, усиливает. Вместе они создают нестабильную реакцию, которая может привести к взрыву котла.

«Как нейтрализовать яд мантикоры подручными средствами, если стандартного набора колдомедика нет?»

— Пчелиный воск, смешанный с золой драконьего дерева, наложенный толстым слоем на рану. Это не вылечит, но замедлит распространение яда на несколько часов. Главное — не использовать воду, она ускоряет действие.

Вопросы сыпались один за другим. Снейп явно хотел проверить не только память, но и способность мыслить в условиях ограниченного времени. Гарри отвечал, иногда замирая на несколько секунд, когда Борос перебирал в памяти нужную информацию.

К одиннадцати вечера Гарри исписал последний пергамент. Снейп собрал работы и бегло просмотрел их.

— Поттер, вы ответили на все вопросы, которые я запланировал для вас. — В голосе профессора послышалось что-то, отдалённо напоминающее удовлетворение. — Теперь я должен проверить ваши работы. Это займёт время.

— Значит, я… свободен? — Гарри не верил своим ушам.

— Свободны до тех пор, пока я не закончу проверку, — сухо ответил Снейп. — Приходите завтра вечером — я скажу окончательное решение и, если потребуется, задам дополнительные вопросы. А сегодня — отдыхайте. Вы это заслужили. Возможно.

Гарри вышел из кабинета на ватных ногах. В гостиной Гриффиндора его ждали Гермиона, Невилл и Драко — у всех были красные от усталости глаза.

— Ну? — спросила Гермиона.

— Кажется, я ответил на всё, что он спросил, — ответил Гарри, падая в кресло. — Но он сказал, что сначала проверит работы, а завтра скажет окончательную мою оценку.

— Я вчера от Флитвика пришла в половине первого, — вздохнула Гермиона. — Он всё допытывался про теорию магических полей. Я уже начала путать заклинания.

— А меня Спраут заставила описывать строение дьявольских силков под микроскопом, — добавил Невилл. — У меня глаза слипались, а она всё спрашивала и спрашивала.

— Вы ещё легко отделались, — мрачно заметил Драко. — Я к мадам Помфри только в субботу пойду, и она уже дала мне список из пятнадцати книг для повторения. Пятнадцати! Я не успею их даже пролистать.

— Успеешь, — твёрдо сказала Гермиона. — У нас есть зелье точного сна, есть графики. Мы тебе поможем.

— Ты и так помогаешь, — неожиданно мягко ответил Драко. — Без твоих конспектов я бы уже утонул в этой диагностике.

Рон, сидевший в стороне и доедавший шоколадную лягушку, только покачал головой:

— Хорошо, что я не в вашей компании. Я бы к концу первого вашего дня превратился бы в скелет.

— Ты уже скелет, — усмехнулась Гермиона. — Только с веснушками.

Все рассмеялись, и напряжение немного отпустило.

Понедельник: окончательное расписание

Утро понедельника началось с того, что Гермиона поджидала Гарри в гостиной с большим пергаментом в руках.

— Сегодня старосты раздали окончательное расписание на первое полугодие, — объявила она. — Я сверяла, всё правильно. Держи.

Гарри пробежал глазами:

Когтевран (Гарри, Гермиона):

— Пн: 9:00 — Трансфигурация (с Гриффиндором), 13:00 — Заклинания (с Пуффендуем)

— Вт: 9:00 — Зельеварение (с Слизерином), 13:00 — История магии (с Гриффиндором)

— Ср: 9:00 — Травология (с Пуффендуем), 13:00 — Трансфигурация (с Гриффиндором)

— Чт: 9:00 — Защита от тёмных искусств (с Пуффендуем), 13:00 — Заклинания (с Гриффиндором)

— Пт: 9:00 — Зельеварение (с Слизерином), 13:00 — Травология (с Гриффиндором)

— Сб и Вс — выходные. Астрономия — по средам в полночь.

— У Гриффиндоров почти зеркально, — добавила она. — Рон, Драко и Невилл получат свои копии за завтраком.

Утро понедельника. Трансфигурация. Гарри сидел за одной партой с Гермионой, напротив — гриффиндорцы. Макгонагалл объясняла новую тему: превращение неодушевлённых предметов в одушевлённые.

— Сегодня вы попробуете превратить каменную фигурку мыши в живую, — объявила она и раздала каждому по маленькому серому изваянию.

Гарри сосредоточился. Мысли всё ещё возвращались к вчерашнему разговору со Снейпом. Он взмахнул палочкой, но вместо мыши получился какой-то серый комок, который издал жалобный писк и замер.

— Мистер Поттер, вы явно не в своей тарелке сегодня, — заметила Макгонагалл. — Десять баллов с Когтеврана. Завтра жду от вас большего.

Гарри виновато опустил голову. Рядом Гермиона превратила свою фигурку в изящную серебристую мышку — правда, мышь тут же начала грызть парту, и Макгонагалл пришлось её усыпить.

— Мисс Грейнджер, за изящество — пять баллов, за неконтролируемое поведение животного — минус два. Итог — плюс три. Постарайтесь в следующий раз добавить заклинание послушания.

После обеда. Заклинания с Пуффендуем. Профессор Флитвик отрабатывал с ними «Локомотор». Гарри удалось заставить перо двигаться по кругу, но оно то и дело падало. Гермиона, напротив, управляла своим пером с виртуозной лёгкостью, вычерчивая в воздухе сложные фигуры. Но когда Флитвик попросил её прокомментировать свой успех, она вдруг застыла, уставившись в одну точку.

— Мисс Грейнджер? — позвал профессор. — Вы в порядке?

— Ах, извините, — она тряхнула головой. — Я задумалась о… о магической структуре.

— Похвально, но постарайтесь не отключаться от реальности, — мягко заметил Флитвик. — Завтра вечером у вас очередной опрос, и я бы не хотел, чтобы вы отвечали мне со стороны потолка.

Вечер понедельника. Гарри снова спустился в подземелья. Снейп сидел за столом, и перед ним лежала его вчерашняя стопка работ — уже испещрённая пометками красными чернилами.

— Я проверил всё, что вы написали, — начал Снейп. — Вы ответили на все вопросы, которые были в моём списке. Некоторые ответы оказались неточными, но в целом вы справились.

— Значит, я… свободен? — Гарри не верил своим ушам.

— Свободны, — кивнул Снейп. — Вы возвращаетесь к обычным занятиям. Но помните: вы всё ещё мой личный ученик. В следующий понедельник, в обычное время, я жду вас на занятие. И не вздумайте расслабляться — летом вы получили тридцать книг, и я проверю, как вы их усвоили, будите варить случайное зелье из любой из них.

— Я не расслаблюсь, профессор, — пообещал Гарри.

— Надеюсь, — сухо ответил Снейп. — А теперь идите. Ваши друзья, наверное, сходят с ума от беспокойства.

Гарри выбежал из кабинета. В гостиной Гриффиндора его ждали встревоженные друзья. Когда он объявил, что со Снейпом покончено, Гермиона облегчённо выдохнула:

— Наконец-то. Теперь только мы остались.

— Ты, Невилл и Драко, — уточнил Гарри.

— А я — никогда, — вставил Рон, доедая печенье. — И это прекрасно. Никто меня не мучает, никто не заставляет учить всякую ерунду. Только квиддич и шахматы. Жизнь удалась.

— Угу, — усмехнулась Гермиона. — Особенно когда ты получишь «Слабо» по истории магии и твоя мама будет писать тебе гневные письма.

— Мама не будет писать, — отмахнулся Рон. — Она уже привыкла.

Вторник: проверка Гермионы

Утро вторника. Зельеварение со Слизерином. Снейп, как обычно, расхаживал между столами. Гарри старался не попадаться на глаза, но профессор всё равно заметил его.

— Поттер, ваше укрепляющее зелье приобрело зеленоватый оттенок. Не из-за того ли, что вы вчера праздновали свою свободу?

— Я… поправлю, профессор, — быстро сказал Гарри, добавляя в котёл ещё несколько капель эссенции саламандры.

Рядом Невилл, который обычно никогда не ошибался в пропорциях, вдруг перепутал склянки: вместо настойки валерианы плеснул в котёл экстракт огненной саламандры. Жидкость зашипела и приобрела ярко-розовый цвет.

— Мистер Лонгботтом, — Снейп подошёл к нему, — вы, кажется, решили устроить фейерверк. Пять баллов с Гриффиндора. Надеюсь, сегодня вечером у профессора Спраут вы не перепутаете мандрагору с кактусом.

Невилл покраснел, но промолчал. Рон, сидевший за соседним столом, тихо фыркнул, но сам чуть не добавил в свой котёл вместо лунного камня чешую дракона — вовремя спохватился.

После обеда. История магии с Гриффиндором. Профессор Биннс, как всегда, монотонно бубнил о гоблинских восстаниях. Гарри и Гермиона сидели рядом. Гарри заметил, что Гермиона не делает пометок в блокноте — она просто смотрела в окно остекленевшими глазами.

— Ты в порядке? — прошептал Гарри.

— Да, просто… я всю ночь повторяла чары, — так же тихо ответила она. — И сегодня вечером снова к Флитвику. Он сказал, что последние вопросы самые сложные.

— Не перегори, — посоветовал Гарри. — Я знаю, о чём говорю.

Рон, сидевший в нескольких рядах, пытался бороться со сном, но голова его то и дело клонилась к парте. В конце концов он всё же отключился и тихонько захрапел, пока Биннс увлечённо живописал резню 1612 года.

Вечер вторника. Гермиона вернулась от Флитвика поздно — почти в час ночи. Она была бледной, но в глазах горел знакомый огонь.

— Флитвик сказал, что я сдала, — объявила она, падая в кресло. — Но со второй попытки. Первую я завалила — перепутала невербальные чары с обычными.

— Поздравляю, — искренне сказал Гарри. — Ты свободна?

— Нет, — вздохнула она. — Он сказал, что это был только первый этап. Второй будет через две недели, по практическим заклинаниям. И теперь я должна ходить к нему каждый вечер, до тех пор, пока не освою всё.

— Добро пожаловать в наш клуб, — усмехнулся Гарри. — Только мы с тобой теперь в разных подгруппах.

Среда: первый вечер Невилла

Утро среды. Травология с Пуффендуем. Профессор Спраут показывала, как правильно обрабатывать листья мандрагоры. Невилл, который обычно чувствовал растения на расстоянии, сегодня выглядел не в своей тарелке: он полил один горшок дважды, а другой оставил сухим. Спраут мягко поправила его, но в её взгляде читалось беспокойство.

— Не переживай, — шепнул ему Гарри. — Вечером ты покажешь всё, что знаешь.

— Боюсь, что от волнения забуду даже, как называется звездная трава, — пробормотал Невилл.

После обеда. Трансфигурация с Гриффиндором. Макгонагалл попросила учеников превратить спички в иголки. Гарри, несмотря на усталость, справился хорошо — иголка получилась острой и блестящей. Гермиона, напротив, замешкалась: её игла вышла кривой и тупой. Макгонагалл удивлённо подняла бровь.

— Мисс Грейнджер, такое с вами редко случается. Всё в порядке?

— Всё отлично, профессор, — ответила Гермиона, но руки у неё дрожали — сказалось вчерашнее позднее возвращение от профессора Флитвика.

Рон, к своему удивлению, превратил спичку в почти идеальную иглу — правда, она на конце оказалась с крючком, но Макгонагалл всё равно похвалила его за прогресс.

— Мистер Уизли, вы меня удивляете, — сказала она. — Пять баллов Гриффиндору.

Вечер среды. Невилл отправился к Спраут ровно в семь. Гарри, Гермиона и Рон ждали его в гостиной Гриффиндора. Драко, у которого опрос по изученному за лето, должен был начать только в субботу, усиленно повторял диагностику, сидя в углу с томом «Этикета колдомедика».

Невилл вернулся через три часа — заплаканный, но, как оказалось, от облегчения.

— Она сказала, что я «превосходно» знаю травологию, — всхлипывал он, вытирая глаза рукавом. — А по другим предметам — «выше ожидаемого», но есть недочёты. Буду ходить к ней каждый вечер, пока не исправлю.

— Поздравляю, — сказал Гарри, хлопнув его по плечу. — Теперь ты официально в нашей команде.

— Какая команда? — возмутился Драко, отрываясь от книги. — Вы трое уже почти закончили, а я даже не начинал. У меня впереди вечность пыток.

— Не вечность, — утешила его Гермиона. — Просто несколько недель. Мы поможем.

— Ты и так помогаешь, — вздохнул Драко. — Но, если мадам Помфри спросит меня про теорию магических полей, я скажу, что это ты виновата.

Четверг: новости о квиддиче

Утро четверга. Защита от тёмных искусств с Пуффендуем. Профессор Локонс, как обычно, рассказывал о своих «героических подвигах», перемежая лекцию советами по уходу за кожей.

— …и когда этот йети попытался меня схватить, я вовремя применил заклинание «Акцио шампунь»! Мои волосы остались безупречны, а зверь был повержен чистотой и блеском!

Гарри с трудом сдерживался, чтобы не закатить глаза. Гермиона, которая обычно конспектировала каждое слово профессора, сегодня просто сидела, уставившись в одну точку — бессонные ночи давали о себе знать. Невилл перепутал оборотней с вампирами, заявив, что те боятся чеснока, и Локонс поправил его с самолюбованием.

— Мистер Лонгботтом, вам стоит внимательнее читать мои книги. В «Прогулках с троллями» я подробно описываю разницу между этими существами.

— У нас не было этой книги в списке, — тихо сказал Невилл, но Локонс его уже не слушал.

После обеда. Заклинания с Гриффиндором. Флитвик попросил отработать «Вингардиум Левиоса» в парах. Гарри и Гермиона работали вместе. Гарри поднял перо, но оно тут же упало. Гермиона подняла своё, но не удержала — перо улетело в сторону профессора и упало прямо на его стопку книг. Флитвик только вздохнул, по-доброму:

— Все мы иногда ошибаемся. Постарайтесь сконцентрироваться. Завтра у мисс Грейнджер проверка, так что, возможно, стоит выспаться.

За обедом Рон сиял, как начищенная монета.

— Джинни взяли в команду Слизерина по квиддичу! — объявил он. — Самым молодым ловцом за последние сто лет! Представляете?

Гарри поперхнулся тыквенным соком:

— Что? Она же первокурсница! Разве первокурсникам разрешают играть?

— А она поймала снитч за минуту! — продолжал Рон, не замечая его удивления. — Капитан Слизерина обалдел. Фред и Джордж в ярости — они всю жизнь мечтали, чтобы в семье был свой ловец, а Джинни обставила их всех.

— Я думал, ты будешь рад за сестру, — заметил Драко, откладывая «Ежедневный пророк».

— Я и рад, — смутился Рон. — Просто… обидно немного. Я тоже хочу быть ловцом. Но я вратарь, и это тоже круто.

— А вы посмотрите на себя, — вдруг сказал Драко, переводя взгляд на Гарри, Гермиону и Невилла. — У Поттера под глазами такие круги, что он мог бы работать в цирке клоуном без грима. Грейнджер отвечает на заклинаниях про трансфигурацию, а Лонгботтом путает корень мандрагоры с листьями.

— И это говорит человек, который ещё даже не знает о чем его будут спрашивать, — парировала Гермиона.

— Меня начнут мучать в субботу, — вздохнул Драко. — И с этого дня — каждый вечер, до самого конца. Вы уже почти свободны, а я только на старте.

— Ты справишься, — твёрдо сказал Гарри. — Мы поможем. С конспектами, с графиками, с зельями.

— С зельями — это ко мне, — усмехнулся Гарри. — Я как раз вспомнил, что у меня есть пара флаконов «Студенческой трясучки» про запас. Правда, ими лучше не злоупотреблять.

— Не злоупотребляй, — подхватила Гермиона. — Я уже составила для Драко график подготовки. По полчаса на каждый предмет, с перерывами на отдых.

— Опять график? — простонал Драко.

— А ты хотел хаос? — парировала она. — Нет уж. Порядок — залог успеха.

Пятница: последний урок перед выходными

Утро пятницы. Зельеварение со Слизерином. Снейп был в своём обычном мрачном настроении. Гарри с удивлением заметил, что отвечает на вопросы профессора без обычного напряжения — проверки его закалили.

— Поттер, назовите три способа стабилизации «Живой смерти» без стандартного стабилизатора, — неожиданно спросил Снейп, проходя мимо.

— Эссенция огненной саламандры, сок лунного цветка (кратковременно) и порошок яйца птицы-пересмешника в сочетании с корнем асфоделя, — отчеканил Гарри.

Снейп на мгновение замер, потом кивнул.

— Приемлемо. Вы не забыли всё, чему я вас учил. Редкое качество для студента, который только что перестал ходить на дополнительные занятия.

Гермиона, напротив, перепутала ингредиенты и едва не испортила зелье — настойка валерианы пошла не в тот котёл. Невилл забыл добавить лунный камень, и его укрепляющее зелье получилось жидким, как вода.

— Похоже, некоторые из вас совсем не высыпаются, — едко заметил Снейп, но баллы снимать не стал — махнул рукой.

После обеда. Травология с Гриффиндором. Профессор Спраут попросила пересадить молодые мандрагоры. Гарри, наконец отдохнувший и освобождённый от вечерних пыток, справился отлично — растение даже не закричало, только обиженно пискнуло. Невилл, который должен был идти к Спраут вечером, так нервничал, что чуть не выронил горшок. Гермиона работала молча и сосредоточенно, но её мандрагора почему-то закричала громче обычного — видимо, чувствовала напряжение.

Вечер пятницы. Гарри провёл в гостиной Гриффиндора. Он впервые за долгое время не думал о зельях, не листал учебники, не пытался запомнить очередной рецепт. Просто сидел в кресле у камина и смотрел на огонь.

— Как же это хорошо — ничего не делать, — сказал он, потягиваясь.

— Ты это заслужил, — ответил Рон, который тут же вернулся к шахматной партии с Драко. — А я вот сегодня выиграл три партии. И ни одного опроса. Жизнь прекрасна.

— Твоя жизнь прекрасна, потому что ты не учишься, — фыркнула Гермиона, отрываясь от своего блокнота. — А я вот сегодня снова к Флитвику. Он сказал, что у меня последние вопросы по теории. Если сдам — буду свободна по понедельникам и средам.

— А я только начинаю, — вздохнул Драко. — Завтра в десять утра — первое занятие у мадам Помфри.

— Мы поможем, — пообещал Гарри. — У меня теперь куча свободного времени. Могу даже конспекты для тебя переписывать.

— Ты? Переписывать конспекты? — Драко недоверчиво прищурился. — Ты же их пишешь, как курица лапой.

— Гермиона перепишет, — поправился Гарри. — Она для всех нас перепишет.

— Это точно, — усмехнулся Невилл. — Я уже запутался в её стрелочках и схемах.

Гермиона только закатила глаза, но улыбнулась.

Суббота: старт Драко

Утро субботы. Драко, бледный, но сосредоточенный, отправился в больничное крыло. Гарри, Гермиона, Невилл и Рон ждали в гостиной.

— Долго? — спросил Рон, жуя печенье.

— Вряд ли быстро, — ответил Гарри. — Мадам Помфри — женщина серьёзная. Не думаю, что она будет церемониться только потому, что он Малфой.

— Ещё как церемониться, — усмехнулся Невилл. — Она его готовит в лучшие колдомедики. Моя бабушка говорит, что мадам Помфри уже полвека в больничном крыле и за это время у нее было в личных учениках не больше, чем пальцев на одной руке. Уж если она взялась за Драко — значит, видит в нём талант.

Драко вернулся только к часу дня — уставший, но с лёгкой улыбкой. Он рухнул в кресло и закрыл глаза.

— Первый день прошёл, — коротко сказал он. — Мадам Помфри спросила меня про анатомию магических существ, про диагностику и про три способа нейтрализации яда акромантула. Я ответил на всё, но она сказала, что это была только разминка.

— Разминка? — ужаснулся Невилл. — А что будет потом?

— Потом — практика, — вздохнул Драко. — На живых манекенах. И, возможно, на мне самой. Она ещё не решила.

— Повезло тебе, — усмехнулся Рон.

— Зато теперь я буду ходить к ней каждый вечер, — продолжил Драко. — Как и вы все. По понедельникам, вторникам, средам, четвергам и пятницам. В субботу — утром. В воскресенье — выходной.

— Выходной — это святое, — заметил Гарри.

— Для тебя — выходной, — поправил Драко. — А для меня — время на подготовку к следующей неделе.

— Теперь все в процессе, — подвёл итог Гарри. — Грейнджер и Лонгботтом ходят почти каждый вечер, Малфой начинал сегодня. Я — свободен. Рон — счастлив.

— Не рано, а поздно, — поправил его Рон. — Для меня — всегда рано. А для вас — никогда.

Гарри рассмеялся. Всё действительно шло своим чередом.

Так завершилась эта безумная неделя — проверками, рассеянными ответами, невыспанными глазами, случайными ошибками на уроках и неожиданной радостью за Джинни Уизли, самую молодую ловца Слизерина за последние сто лет.

Гарри смотрел на своих друзей — уставших, замученных, но всё ещё улыбающихся — и думал о том, что, может быть, именно это и есть настоящая школа. Не только заклинания и зелья, но и умение держаться вместе, когда каждому тяжело.

«Ты прав, — тихо сказал Борос. — Такие вещи не пишут в учебниках. Их не сдать на экзамене. Но они важнее любых вопросов Снейпа. Спи, Гарри. Завтра — воскресенье. Выходной».