Просто Гарри? (гет)

Утро вторника началось для Гарри с того, что он проснулся с чувством, что день будет долгим. Вчерашний разговор с Дамблдором всё ещё крутился в голове, но главное, что он понял: пора перестать откладывать и начать действовать.

«Ты опять ворочаешься, — раздался в голове голос Бороса. — Если будешь так думать, у тебя скоро голова лопнет».

— Я думаю о том, что мы так и не сходили к Хагриду, — мысленно ответил Гарри, выбираясь из-под балдахина. — Вчера собирались, но так и не дошли. Сегодня обязательно пойдём. Хватит откладывать.

«Разумно, — одобрил Борос. — Чем дольше вы тянете, тем меньше шансов узнать что-то полезное».

Гарри оделся и спустился в Большой зал, ещё не подозревая, какой сюрприз ждёт его утром.

Утренние сплетни

Когда Гарри вошёл в Большой зал, он сразу заметил, что что-то изменилось. Вчера девушки только перешёптывались и поглядывали на него, но сегодня они начали действовать. У входа его поджидала группа старшекурсниц, которые при его появлении моментально окружили его.

— Мистер Поттер! — воскликнула одна из них, когтевранка с длинными каштановыми волосами. — Мы хотели бы пригласить вас на чай сегодня вечером. У нас есть несколько вопросов о вашем… обучении.

Гарри опешил. Он не ожидал такого. Вчера они только смотрели, а сегодня уже действовали.

— Я… я занят, — пробормотал он, пытаясь обойти их. — У меня много дел.

— Но мы можем подождать, — не отставала другая девушка, слизеринка, которую Гарри раньше не замечал. — Мы слышали, что вы много занимаетесь с профессором Снейпом. Это так увлекательно!

Гарри чувствовал себя неуютно под десятком пристальных взглядов. К счастью, в этот момент к нему подошёл Рон.

— Гарри! — громко сказал он. — Нам пора на трансфигурацию. Макгонагалл будет ждать.

Гарри с облегчением кивнул и поспешил за Роном, оставляя разочарованных девушек позади.

— Спасибо, — выдохнул он, когда они отошли на безопасное расстояние. — Я думал, они меня не отпустят. Я не ожидал, что они начнут действовать так быстро.

— Ну, ты сам хотел быть знаменитым, — усмехнулся Рон. — Теперь расхлёбывай.

— Я не хотел быть знаменитым, — вздохнул Гарри. — Я просто хотел учиться.

Они уселись за гриффиндорский стол, и Гарри уже начал накладывать себе яичницу, когда заметил, что к ним стремительно направляется Джинни Уизли. Она выглядела так, будто только что пережила что-то очень раздражающее. Её глаза сверкали, рыжие волосы растрепались от быстрой ходьбы, а кулаки были сжаты так, что костяшки побелели.

— Гарри Поттер! — воскликнула она, останавливаясь прямо напротив него и упирая руки в бока. — Я хочу с тобой поговорить! Немедленно!

Рядом Рон поперхнулся тыквенным соком, а Гермиона и Драко с любопытством уставились на Джинни.

— Э-э… привет, Джинни, — осторожно сказал Гарри, чувствуя, что назревает что-то серьёзное. — Что случилось?

— Что случилось?! — Джинни повысила голос так, что несколько учеников за соседними столами обернулись. — Я тебе скажу, что случилось! Я уже устала от этого!

Она перевела дух, и в её голосе послышалась настоящая обида.

— Вчера ко мне приходили девчонки и просили познакомить их с тобой. Я думала, что это разовый случай. Но сегодня утром это началось снова! И снова! И снова! Панси Паркинсон вломилась в мою спальню в семь утра и потребовала, чтобы я устроила ей встречу с тобой! Семь утра, Гарри! Я даже не успела проснуться!

Гарри открыл рот, чтобы что-то сказать, но Джинни не дала ему и слова вставить.

— А Миллисента Булстрод подкараулила меня у выхода из гостиной и сказала, что, если я не познакомлю её с тобой, она сделает мою жизнь невыносимой! Невыносимой, Гарри! Ты понимаешь, что это значит? У меня и так не самая лёгкая жизнь на Слизерине, а тут ещё эти…

Она замолчала на мгновение, пытаясь успокоиться, но потом продолжила с новой силой:

— А третьекурсница с Пуффендуя, какая-то Грейс, подошла ко мне на завтраке и сказала: «Ты ведь сестра Рона Уизли, который дружит с Гарри Поттером? Передай ему, что я буду ждать его у выхода из подземелий после обеда». Она даже не спросила! Она просто приказала!

Гарри почувствовал, как у него сжалось сердце. Он даже не представлял, что Джинни приходится через это проходить.

— Джинни, я не знал…

— Ты не знал?! — перебила она, и её голос стал ещё громче. — А кто, по-твоему, должен с этим разбираться? Я что, твой личный секретарь? Твой агент по связям с поклонницами? Я просто хочу учиться, Гарри! Хочу ходить на занятия, читать книги, играть в квиддич! А вместо этого я вынуждена отбиваться от толпы девушек, которые хотят познакомиться с тобой!

Она сделала шаг вперёд, и Гарри невольно отодвинулся.

— Знаешь, что самое обидное? — сказала она, и в её голосе послышалась настоящая боль. — Они даже не видят во мне человека. Они видят только «сестру Рона Уизли». Или «ту рыжую, которая знает Поттера». Им плевать на меня. Им нужен только ты. А я… я просто устала быть посредником!

Гарри открыл рот, чтобы извиниться, но Джинни подняла руку, останавливая его.

— И не вздумай снова переводить всё на меня! — выкрикнула она. — Ты сам придумал стать знаменитостью — вот и разбирайся сам со своими поклонницами! Я больше не собираюсь быть твоим щитом от них! Понял?

— Понял, — тихо сказал Гарри, чувствуя себя самым последним негодяем. — Прости, Джинни.

— Прости? — она горько усмехнулась. — Ты даже не представляешь, через что я прохожу из-за тебя. Мне снятся кошмары, где меня окружают толпы девчонок и требуют познакомить их с тобой. Я просыпаюсь в холодном поту, а потом оказывается, что это реальность!

Она развернулась, и её голос дрогнул:

— И вообще… если ты хочешь, чтобы я тебя хоть немного уважала, сам разбирайся со своей популярностью. Не втягивай меня в это. Я не хочу больше иметь к этому никакого отношения.

И она ушла, гордо вскинув голову и оставив за собой гробовую тишину. Рон смотрел на удаляющуюся сестру с открытым ртом. Гермиона прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться. Драко поднял бровь с выражением искреннего восхищения.

— Ну ничего себе, — наконец выдавил Рон. — Я её такой никогда не видел.

«У неё есть характер, определённо, — прокомментировал Борос. — И она умеет постоять за себя. Надеюсь, ты понял урок».

— Ты выглядишь так, будто тебя только что окатили холодной водой, — заметил Драко.

— Примерно так я себя и чувствую, — признался Гарри. — Она права. Я должен сам разобраться с этой ситуацией.

— И как ты собираешься это сделать? — спросила Гермиона с искренним любопытством.

— Пока не знаю, — честно ответил Гарри. — Но, возможно, если я перестану носить этот перстень постоянно, ко мне будет меньше внимания.

— Не поможет, — усмехнулся Драко. — Ты уже стал знаменитостью. Перстень — только повод.

Гарри вздохнул. Он чувствовал, что день обещает быть долгим.

Разговор Снейпа с директором

Пока Гарри пытался справиться с утренними нападками поклонниц, в кабинете директора разгорался совсем другой разговор. Дамблдор сидел за столом, сложив пальцы домиком, и смотрел на Снейпа поверх очков-полумесяцев. Его голос звучал твёрдо, без обычной мягкости.

— Северус, я слышал, что вы сделали Поттера подмастерьем. Это было ошибкой. Мы же договаривались — завалить его книгами на лето, чтобы он не справился и бросил. А что в итоге? Он выучил всё, что вы ему дали.

Снейп на мгновение замер.

— Альбус, я действовал по вашему плану. Я дал ему тридцать книг на лето. Кто же знал, что он сможет выучить их все? Это было невозможно. Но он справился. Он прочитал всё и прислал мне каждое эссе.

— Именно, — перебил Дамблдор, и его голос стал жёстче. — Он справился. А теперь он стал подмастерьем. И это привлекло внимание. Вчера девушки только смотрели на него. Сегодня они уже действуют. А завтра? Завтра о нём узнает весь магический мир. И тогда Тот-Кого-Нельзя-Называть поймёт, что Гарри Поттер — не просто выживший, а угроза.

— Альбус, я не собирался делать его мастером. Я просто хотел проверить его способности…

— Я знаю, что вы не собирались, — перебил Дамблдор, и его голос стал почти холодным. — Но вы дали ему надежду. Вы показали, что он может достичь большего. И теперь он будет стремиться к этому. А нам нужно, чтобы он не стремился. Чтобы он оставался на месте. Обычным учеником. Не заметным. Не опасным.

— И как вы предлагаете это сделать? — спросил Снейп, и в его голосе послышалась усталость.

— Мы не можем снова завалить его книгами — это уже не сработает, — ответил Дамблдор. — Но мы можем сделать так, чтобы он думал, что его талант не так уж и важен. Что он всё равно не сможет достичь настоящих высот. Пусть он чувствует, что его успехи — это случайность. Что он недостаточно хорош для большего.

Снейп долго молчал, глядя на директора.

— И как вы предлагаете это сделать? — тихо спросил он.

— Продолжайте давать ему сложные задания, — сказал Дамблдор. — Но не давайте ему возможности почувствовать себя успешным. Пусть он думает, что его усилия бесполезны. Что он никогда не станет мастером. И тогда он перестанет стараться.

Снейп опустил голову.

— Я понял, Альбус.

Когда он вышел из кабинета, его лицо было непроницаемым. Но в груди закипала злость. Дамблдор хотел сломать Гарри. Заставить его думать, что он недостаточно хорош.

«Кто же знал, что Гарри выучит всё, что я ему дам? — подумал Снейп. — Кто же знал, что он окажется сильнее, чем мы думали?»

Очередной вызов к директору

После завтрака, когда Гарри уже собирался идти на трансфигурацию, к нему подошла профессор Макгонагалл.

— Мистер Поттер, директор просит вас зайти к нему в кабинет. Сейчас.

Гарри почувствовал, как внутри похолодело. Он быстро попрощался с друзьями и направился к кабинету директора.

В кабинете Дамблдора его встретила привычная атмосфера — мягкий свет, сладкий запах лимонных долек. Но директор выглядел необычно серьёзным.

— Садись, Гарри, — сказал он.

Гарри сел в кресло напротив.

— Гарри, — начал Дамблдор, и его голос звучал мягко, почти ласково, — я хочу поговорить с тобой о перстне подмастерья. Я понимаю, что это большая честь для тебя, и я горжусь твоими достижениями. Но я хочу, чтобы ты подумал о том, что постоянное ношение этого знака может привлечь ненужное внимание.

Он помолчал, глядя на Гарри.

— И не только внимание девушек, Гарри. Ученики могут завидовать. Зависть — опасное чувство. Она может разрушить даже самую крепкую дружбу. Кто-то может позавидовать твоим успехам, твоей известности, твоему перстню. И эта зависть может привести к неприятным последствиям.

Гарри посмотрел на перстень на своей руке.

— Профессор, я не знал, что это может быть проблемой. Я хотел бы узнать, можно ли не носить его постоянно? Если это разрешено, я сниму его. Я не хочу привлекать лишнего внимания и создавать проблемы.

Дамблдор улыбнулся, и его лицо стало мягче.

— Это разумное решение, Гарри. Ты можешь носить перстень только на занятиях со Снейпом или в лаборатории. Там он будет уместен и не будет привлекать внимания. А в остальное время ты можешь хранить его в безопасном месте. Я думаю, это будет правильно.

— Спасибо, профессор, — сказал Гарри. — Я так и сделаю.

Когда он вышел из кабинета, перстень всё ещё был на его пальце, но он знал, что скоро снимет его.

«Дамблдор прав, — сказал он себе. — Мне не нужно привлекать к себе внимание. Тем более что девушки и так уже начали действовать. И зависть — действительно опасное чувство».

План на день

В коридоре Гарри встретил Гермиону, которая ждала его с нетерпением.

— Ну что? — спросила она. — Что сказал директор?

— Сказал, что я могу не носить перстень постоянно, — ответил Гарри. — Только на занятиях со Снейпом. И предупредил, что у учеников может быть зависть. Не только к моим успехам, но и к перстню.

— Он прав, — задумалась Гермиона. — Зависть — действительно опасная вещь. Особенно в школе.

— Знаю, — вздохнул Гарри. — А что насчёт Хагрида? Мы так и не сходили к нему вчера.

— Знаю, — кивнула Гермиона. — Сегодня обязательно пойдём. После обеда. Хватит откладывать.

— Договорились, — кивнул Гарри. — Я скажу Рону и Драко.

У Хагрида

После обеда они вчетвером — Гарри, Гермиона, Рон и Драко — направились к хижине Хагрида. Осенний ветер гнал по школьному двору сухие листья, и небо затянуло серыми облаками.

Хагрид встретил их у порога, вытирая огромные руки о передник. Он выглядел удивлённым, но обрадованным.

— Гарри! Гермиона! И вы все! Заходите, заходите! Я как раз чайник поставил.

В хижине было тепло и уютно. Фанг, увидев гостей, радостно завилял хвостом и ткнулся носом в руку Гарри.

— Хагрид, — начал Гарри, когда они уселись за стол, — мы пришли поговорить о Тайной комнате. Мы знаем, что ты был здесь, когда она открывалась в прошлый раз.

Лицо Хагрида омрачилось. Он тяжело вздохнул, поставил чайник на стол и сел напротив них.

— Я знал, что вы придёте, — тихо сказал он. — После того, что случилось с кошкой Филча… Я понимал, что рано или поздно вы начнёте искать ответы.

— Хагрид, мы знаем, что ты невиновен, — сказала Гермиона. — Но кто-то открыл Тайную комнату снова. И мы должны понять, кто это сделал.

Хагрид посмотрел на огонь в камине, и его глаза стали печальными.

— Всё началось пятьдесят лет назад, — начал он. — Тогда я был студентом. И у меня был друг — паук по имени Арагог. Я держал его в шкафу, никто не знал. А потом… потом начались нападения. Учеников находили окаменевшими. Все говорили о Тайной комнате и о наследнике Слизерина.

— И тебя обвинили, — сказал Драко.

— Да, — кивнул Хагрид. — Потому что Арагог — акромантул. И все решили, что это он нападает. Но Арагог не мог этого сделать. Он не умеет парализовать. Он просто паук.

— А кто тогда? — спросил Рон.

— Том Реддл, — ответил Хагрид, и его голос стал твёрже. — Он был старостой. Все любили его. Он был таким… правильным. Но это он во всём виноват. Он открыл Тайную комнату. Он выпустил чудовище.

— Какое чудовище? — спросил Гарри.

— Не знаю, — покачал головой Хагрид. — Никто не знает. Говорят, что в Тайной комнате живёт что-то страшное. Что-то, что Салазар Слизерин создал, чтобы очистить школу от тех, кого он считал недостойными. Но что именно — никто не знает. Даже я.

— И как Том управлял этим чудовищем? — спросила Гермиона.

— Он говорил на змеином языке, — тихо сказал Хагрид. — Он мог отдавать приказы чудовищу. Никто не понимал, что происходит, потому что никто не знал, что Том Реддл — наследник Слизерина.

Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он сам говорил на змеином языке.

— Хагрид, — сказал он, — ты знаешь, где находится вход в Тайную комнату?

— Нет, — покачал головой Хагрид. — Никто не знает. Говорят, что он где-то в подземельях. В старых частях замка. Там, куда никто не ходит.

Они помолчали. В хижине было слышно только потрескивание дров в камине.

— Хагрид, — спросил Драко, — как мы можем найти вход?

— Я не знаю, — вздохнул Хагрид. — Но я знаю одно: тот, кто открыл комнату сейчас, знает то, что знал Том Реддл. Он говорит на змеином языке. Или у него есть кто-то, кто говорит.

— Спасибо, Хагрид, — сказал Гарри, поднимаясь. — Ты нам очень помог.

— Будьте осторожны, ребята, — сказал Хагрид, провожая их до двери. — Тайная комната — опасное место. Если вы найдёте вход… не рискуйте понапрасну.

Они вышли из хижины. На улице уже начало темнеть. Гарри посмотрел на друзей.

— Мы должны найти вход, — сказал он. — Сегодня вечером. Хватит откладывать.

— Договорились, — кивнула Гермиона. — После ужина встретимся в гостиной Гриффиндора.

Как хорошо в подземелье вечером

После уроков Гарри снова спустился в подземелья. Кабинет зельеварения встретил его привычным запахом трав. Снейп сидел за столом и, судя по всему, ждал его.

— Поттер, — сказал он, — я знаю, что вы хотели поговорить о графике варки для мадам Помфри.

— Да, профессор. Я хотел спросить, можно ли мне варить зелья в определённое время, чтобы не мешать занятиям. Может быть, по вечерам, после ужина?

— Разумно, — кивнул Снейп. — Я выделю вам лабораторию на втором этаже подземелий. Она будет доступна вам с восьми до одиннадцати вечера по понедельникам, средам и пятницам. Если вам нужно больше времени — скажите заранее.

— Спасибо, профессор.

— И, Поттер… — Снейп сделал паузу, и в его голосе послышалась странная нотка. — Что касается директора… он не должен знать о деталях вашей работы. Если он спросит, вы варите только для мадам Помфри. Никаких личных заказов.

Гарри понял.

— Я понял, профессор. Никаких личных заказов.

Снейп кивнул и протянул ему список.

— Вот улучшенные рецепты зелий для больничного крыла, которые я обещал. Вы должны переписать их в свою рабочую тетрадь. И, Поттер… — он посмотрел на него с неожиданной серьёзностью, — я советую вам не показывать эти рецепты никому. Даже своим друзьям.

— Даже Гермионе? — удивился Гарри.

— Особенно Гермионе, — усмехнулся Снейп. — Она слишком любопытна. И может начать задавать вопросы, на которые я не готов отвечать.

Гарри взял список и спрятал его в карман.

— Я всё сделаю, профессор.

Он уже собирался уйти, когда вспомнил о просьбе Невилла.

— Профессор, у меня есть ещё один вопрос. Я знаю, что это не совсем по теме зелий для мадам Помфри, но… можно ли использовать зелья для ускорения роста растений? Я слышал, что такие зелья существуют, но не знаю, с чего начать.

Снейп поднял бровь.

— Это необычный вопрос, Поттер. Но да, такие зелья существуют. И они очень разные — от простых стимуляторов для быстрорастущих трав до сложных составов для редких магических растений. Вы хотите попробовать себя в этой области?

— Может быть, — уклончиво ответил Гарри. — Мне просто интересно.

— Интерес — это хорошо, — сказал Снейп, и в его голосе послышалось одобрение. — Если вы действительно хотите этим заняться, начните с «Основ ботанической зельеварки» Ганса Штольца. В библиотеке есть несколько экземпляров. Когда прочитаете, приходите ко мне — я дам вам несколько базовых рецептов для начала.

— Спасибо, профессор.

— Не благодарите, — отрезал Снейп. — Просто работайте. И помните: ваши личные эксперименты не должны мешать основным заказам.

Почти своя лаборатория

Ровно в восемь часов Гарри стоял у входа в лабораторию на втором этаже подземелий. Комната оказалась небольшой, но хорошо оборудованной — два котла, стеллажи с ингредиентами, чистые флаконы и аккуратная рабочая поверхность.

«Неплохо, — оценил Борос. — Снейп явно подготовился».

Гарри достал список зелий для мадам Помфри и внимательно изучил рецепты. Они были другими — более сложными, но и более эффективными.

Он принялся за дело. Первым поставил укрепляющее зелье, затем тонизирующее. Пока они варились, он подготовил ингредиенты для успокаивающего эликсира. Время летело незаметно.

Когда часы показали одиннадцать, три флакона укрепляющего, три тонизирующего и два успокаивающего эликсира стояли на полке, аккуратно подписанные и готовые к передаче мадам Помфри.

«Ещё два дня на кровоостанавливающее и противоожоговое, — мысленно сказал Борос. — И ты завершишь свою первую партию заказов».

— Хорошо, что Снейп дал улучшенные рецепты, — сказал Гарри. — Если бы я варил по старым, это заняло бы ещё два вечера.

«А так ты будешь готов к выходным, — заметил Борос. — И сможешь заняться другими делами. Например, зельями для друзей».

— И для растений, — добавил Гарри. — Я должен помочь Невиллу. И найти ту книгу, которую рекомендовал Снейп.

Он начал убирать рабочее место, тщательно промывая котлы.

Заговор четырех

Вернувшись в Когтевранскую башню, Гарри застал там Гермиону, которая ждала его с нетерпением.

— Ну что? — спросила она. — Ты успел сварить зелья?

— Да, — кивнул Гарри. — Основная партия готова. А что насчёт сегодняшнего вечера? Мы ведь собирались искать вход.

— Драко и Рон уже ждут нас в гостиной Гриффиндора, — сказала Гермиона. — Мы решили, что начнём с подземелий. Там, по словам Хагрида, должен быть вход.

— Отлично, — сказал Гарри. — Тогда идём.

Он снял перстень и спрятал его в карман. «Дамблдор прав, — подумал он. — Не нужно привлекать внимание. Сегодня нам нужно быть незаметными».

Когда они вошли в гостиную Гриффиндора, Рон и Драко уже ждали их. Рон выглядел нервным, но решительным. Драко, как всегда, был спокоен и сосредоточен.

— Ну что, — сказал Драко, — идём искать вход в Тайную комнату. Хватит собираться и откладывать.

Гарри кивнул.

Они вышли из гостиной Гриффиндора и бесшумно двинулись по коридорам. Замок в этот час был тих — лишь редкие факелы мерцали на стенах, отбрасывая длинные тени. Гарри шёл первым, стараясь ступать бесшумно, как учили долгие годы жизни у Дурслей. За ним — Гермиона, Рон и Драко.