Сын на полную ставку (джен)

Утро настало неожиданно. Северус вздрогнул, когда его слуха коснулись шорохи и негромкий разговор. В комнате было все еще темно, озеро не пропускало к ним свет, а небольшие волшебные огоньки в изящных плафонах, которые сами по себе зажглись ровно за час до завтрака, не справлялись с мраком, окружившим спальню. Это казалось неправильным… Это обманывало внутренние часы, и организм Северуса, кажется, совсем не хотел им верить. 

Он с трудом сел, весьма мрачно наблюдая за соседями, размял затекшую шею и поморщился. Размышляя над письмом для Асса, Северус уснул, так и не поставив последнюю точку. Подняв помявшийся лист, пробежался взглядом по неровным строчкам, попытался припомнить преследовавшую его с вечера мысль, но не преуспел и отложил недописанное послание в сторону, чтобы закончить его позже. Сегодня предстоял непростой день… 

— Люциус приказал нам помогать тебе, — вдруг сказал Эрнест, шагая в центр комнаты, но не пересекая невидимую линию, что очерчивала треть комнаты, принадлежащей Северусу. — Завтрак начнется через двадцать минут и продлится ровно один час. Мы не сильно торопимся, но все же… — он приподнял брови, намекая на то, что уже пора бы сменить пижаму на школьную форму. 

— Мы подождем тебя в гостиной. Выходи, как будешь готов, — подал голос Нортон. — Но сильно не задерживайся. Мне бы не хотелось пропускать прием пищи, иначе потом будет болеть живот. 

— Ты такой нежный, Эйвери, — фыркнул Мальсибер в несколько издевательской манере, но кивнул. — В общем, ждем, — с этими словами он первым отправился к выходу из комнаты. Нортон последовал за ним. 

Северус остался один, в тишине. Но это был приятный момент. Он смог собраться с мыслями, убедить себя, что все вокруг точно не сон, и поднялся на ноги. Собирался быстро. Скидал в сумку чистые пергаменты, учебники, недописанное письмо, накинул на плечи мантию, придирчиво осмотрел себя в зеркале, смахнул невидимую пыль с плеча, подражая Тому, и наконец степенно вышел в полупустую гостиную. Должно быть, большая часть студентов уже отправилась на завтрак. 

— Все взял? В спальню до обеда возвращаться уже не будем, — предупредил его Эрнест. 

— Я все взял, за это можно не переживать. — Северус кивнул, подтверждая свою готовность, и повернулся в сторону выхода. — Идете? Или вы никуда не торопитесь?

— Какая наглость! — воскликнул Эрнест. И непонятно было, то ли он искренне восхитился, то ли был до крайности возмущен таким заявлением. 

— И правда, — согласился Нортон, качнув головой. — Это было весьма самоуверенно. 

— Неужели? — Северус вскинул одну бровь и чуть усмехнулся. — Не думаете же вы, что я потеряюсь без сопровождающих? У меня хорошая память. Я помню дорогу.

— До Большого зала, возможно. Однако добраться до классов не так просто, как ты думаешь. Недостаточно лишь помнить повороты коридоров. — Нортон глянул на него с прищуром. — В Хогвартсе все живет своей жизнью. В том числе лестницы и двери. 

— Думаю, мне сделают скидку, как новичку, если вдруг я опоздаю на какое-то из занятий, — ничуть не испугался Северус, однако подождал парней на пороге. 

— Не думаю, что тебе это нужно. К Медичи спросу больше. Уж очень знаменитая фамилия. 

— Вот-вот, — поддакнул Эрнест. — Тебе надо с первого же дня зарекомендовать себя с лучшей стороны. Никаких опозданий. 

— Благодарю за совет, но со своей рекомендацией я разберусь сам. 

— Скажи еще, что я не прав, — хмыкнул на это Мальсибер. — Ладно, идем, а то не успеем. 

До Большого зала добрались весьма быстро. Под многочисленными заинтересованными взглядами подошли к своему столу, заняли места неподалеку от седьмого курса и взялись за ложки. На завтрак была овсяная каша — совсем несладкая и липкая с виду. Северус ткнул в нее столовым прибором, с большим неудовольствием поднял к лицу, принюхался и скривился. Каши на завтрак не были чем-то необычным для него или неприемлемым, но именно эта субстанция вызывала большие вопросы. Вчерашние обед и ужин показались куда более привлекательными и давали надежду на то, что еда, независимо от времени, будет ему нравиться. 

— Привыкнешь. — Эрнест быстро оценил его кислый вид, переглянулся с Нортоном и двинул в его сторону вазочку с клубничным джемом. — Добавь в кашу, это сделает ее чуть лучше, чем она есть. Иначе придется голодать до обеда. 

— Вообще-то, я не вижу в голодовке ничего страшного… — заявил Северус, с сомнением поглядывая на спасительное варенье. 

— Зато я вижу, — тут же раздался знакомый голос за его спиной. Люциус одним лишь взглядом заставил своих однокурсников подвинуться, и сел рядом. — Ты должен съесть все до последней ложки. 

— Тарелку тоже грызть придется? — кисло уточнил Северус. 

— Если я прикажу, да.

— Пожалей мои зубы. Дедушка тебе за это спасибо не скажет точно. А наживать врага в лице магистра Медичи — очень недальновидно.

— Да что ты, — с иронией протянул Люциус. Тем не менее он продолжил настаивать на том, чтобы Северус поел. — Думаю, я смогу с ним договориться. 

— Если я останусь без зубов? — Северус глянул на него весьма хмуро. — Очень сомневаюсь. 

— Зря, — холодно отрезал Люциус и приказал: — Ешь уже. — Затем он дождался, когда Северус все же проглотит первую ложку каши, и обратился к его соседям: — Какой у вас сейчас урок?

— Чары, — ответил Нортон, отодвигая в сторону пустую тарелку. — Две пары подряд. Конечно, совместно с гриффиндорцами. Компания Поттера и Блэка создает слишком много шума… — Последнее он пробормотал очень тихо, скорее добавил для самого себя, решив не держать возмущение внутри.

— Медичи оставляю на вас двоих. Седьмой курс, и я в том числе, сегодня будет занят консультациями с преподавателями. Нам будет некогда решать созданные вами проблемы. Постарайтесь не вступать в конфликты с Гриффиндором. — Люциус особенно строго поглядел на Мальсибера.

— Но они сами нарываются! — Эрнест вскинулся, однако быстро прикусил язык.

— Я все сказал. Достаточно и того, что вы устроили на прошлой неделе. Еще одна дуэль, Эрнест, и я тебе обещаю, все твои вечера вплоть до Рождества, будут проходить в лаборатории один на один с грязными котлами. Декан поддержит меня в этом.

— Это нечестно, — буркнул Мальсибер в ответ и зло сжал кулаки. — Если бы ты знал, с чего все началось, то встал бы на нашу сторону.

— Меня не волнует начало конфликта. Важно лишь, как вы из него вышли. Ты выбрал неверную стратегию. Кроме того, попался прямо в руки к Макгонагалл, и факультет лишился крупной суммы очков. У меня не было бы ни одного к вам вопроса, если бы вы смогли сохранить дуэль в тайне.

— Я думаю, гриффы сами же и дали Макгонагалл наводку, — недовольно заметил Эрнест и глянул на Нортона, ища поддержку в его лице, но тот опустил взгляд в стол и постарался не вступать в спор.

— Достаточно, — оборвал его Люциус, поднимаясь из-за стола. — У вас только одна задача. Не попадаться на снятие баллов.

— То есть, дуэли ты не запрещаешь?

— С последствиями ты ознакомлен, — отрезал Люциус строго и направился к выходу из Большого зала.

— Из-за чего была дуэль? — Северус с интересом глянул на притихших парней. — Что-то не поделили? — спросил он, но Эрнест и Нортон решительно отказывались что-либо пояснять. — Неужели что-то настолько неприятное?

— Мы не сошлись во взглядах с парой львов. Вот и все. И ладно бы они действительно поступили…

— Эрнест, — настойчиво оборвал его Нортон. — Если хочешь поделиться, не стоит обсуждать это тут. Расскажем позже, в спальне.

— Ты прав, — согласился тот. — В любом случае, я думаю, что ты уже сегодня поймешь, почему произошла дуэль. Поттер и Блэк с этими двумя подпевалами… Бесят!

— Эрнест, — повторил Нортон и кашлянул, коротко кивнув на преподавательский стол. В их сторону направлялось сразу несколько деканов. — Предлагаю идти к кабинету. Урок скоро начнется. — Он поднялся из-за стола и дождался, когда его собеседники последуют за ним. — Чары преподает профессор Флитвик, ты должен был запомнить его, он полугоблин. — Северус кивнул, подтверждая. — Он не очень строг и достаточно терпелив, но опоздания все же не любит.

— Было бы странно, если бы кто-то любил опоздания, — заметил Северус, с радостью выбираясь из-за стола вслед за ним. Кашу он так и не доел. — У нас дома мы и подумать не можем о том, чтобы задержаться перед занятием с Магистром Медичи. В противном случае нас ждет не просто наказание, но и отстранение от уроков. 

— Хотел бы я сказать, что не вижу в отсутствии занятий ничего страшного, — хмыкнул Эрнест, — однако многим и вовсе не дано попасть на лекцию магистра. Никогда. Был бы фанатом зельеварения, позавидовал бы тебе. Хорошо быть Медичи.

— Даже не всем Медичи дано попасть на занятия к Магистру, — поведал Северус. — Он сам выбирает, с кем ему работать. 

— И тебя он, конечно, выбрал вовсе не потому, что ты его внук? Ладно, тогда хорошо быть не просто Медичи! Хорошо быть внуком магистра. 

— Все это очень индивидуально, — попытался защититься Северус. Хотя наверняка все выглядело именно так. По крайней мере, сравнить ему было не с кем. Он все еще был единственным внуком Лучано Медичи. — Мне просто повезло, что магистр взял на себя обязанности моего опекуна. Иначе я бы жил с отцом и его новой женой и, возможно, вовсе бы не занимался зельями. 

— Твой отец не варит зелья? Я думал, этим занимаются все Медичи. 

— Не все, нет. Хотя большая часть, конечно, продолжает семейное дело.

— А ты бы не хотел жить с отцом? — спросил Нортон, останавливая его перед лестницей. Он будто бы точно знал, что та вот-вот придет в движение. Так и произошло — теперь она вела совсем не туда, куда нужно было им. — Это так странно. Не представляю ситуацию, при которой бы мой отец отправил меня к деду. В смысле, отправил навсегда. 

— Наверное, мой отец просто не хотел, чтобы я мешал его жене. Я с ней даже не знаком. То есть, я ее видел на вилле дедушки, но никогда не общался лично. 

— И ты так спокойно об этом говоришь! — удивился Нортон еще больше. — Разве тебе не обидно? 

— Не знаю, — честно признался Северус. — Наверное, мне было обидно… но сейчас мне все равно. Я нормально отношусь к отцу и не мешаю ему. У меня и без него есть все, что мне нужно. 

— Ну и ну, — качнул головой Нортон. — Бывает же. 

— У меня тоже только отец остался, — поведал Мальсибер, решив поддержать разговор о родственниках. — Правда, больше вообще никого нет. Так что отдать меня ему некому. Зато мне достается все самое лучшее. 

— Это пока твой отец не женился в очередной раз. Какой уже… пятый? — фыркнул Нортон.

— Шестой, — поправил его Эрнест. — Но все это ничего не значит. Он разводится так же быстро, как и женится. 

— Что совсем не удивительно. Честно говоря, лорд Мальсибер производит очень пугающее впечатление… — Нортон поежился. — О, почти дошли, вон наши стоят. Мы познакомим тебя со всеми, с кем ты еще не знаком. 

— Вчера как-то было не до этого, — согласился Эрнест. 

Они подошли к группе слизеринцев. Первый курс был не очень многочисленным, всего тринадцать человек. Из них было семь парней и шесть девочек. Ребята стояли чуть в стороне от дверей класса, явно не желая мешаться со второй группой детей. 

— Неужели, а мы уже думали, что вы никогда не придёте. 

— Я сделал ставку на Пивза, — протянул невысокий мальчик со светлыми короткими волосами. С ним Северус вчера познакомиться не успел. — Увы.

— И вам привет, — ответил Эрнест и пожал плечами. — Рад, что вы нас ждали. Особенно ты, Эван. Ты как всегда в веселом расположении духа, — добавил в конце с легкой издевкой. Блондин в ответ недовольно скривил губы, а девочки рассмеялись.

— Видели бы вы его за завтраком. Мне казалось, небо Большого зала разверзнется, и нас накроет самый настоящий шторм, — поведала Агата. Ее Северус запомнил, они сидели рядом за ужином. Девочка носила фамилию Роуз и, кажется, была полукровкой. Она улыбнулась ему. — Привет, Северус. 

— Понял, Нортон? Мы ей совсем не интересны!

— Конечно, мы ведь не Медичи, — хмыкнул тот. 

— А что с вас взять? — с достоинством сказала Агата. — Вы всего лишь дети богатых родителей. А здесь настоящая история! 

— Не хотелось бы быть только частью чужой истории, — заметил Северус, кивнул той части ребят, кому уже имел счастье быть представленным, и взглянул на трех парней и одну девушку, с кем еще не был знаком. — Северус Медичи, — представился он, поклонившись им, как подобает в высоких кругах. Парни поклонились в ответ, а девочка скромно кивнула. 

— Это Эван Розье, — взял слово Мальсибер, — Колин Бертон, Джон Фергюсон и Стелла Маклагген. Стелла у нас… — он хотел было рассказать что-то интересное о девочке, но не успел.

— Подражаете своим родителям? — перебил его звонкий голос. — Как это наигранно выглядит! Нет бы поздороваться по-нормальному. 

— По-нормальному — это как? — уточнил Эван, кривя губы в неудовольствии. — Голосить на весь коридор, подобно тебе, Поттер?

— По-нормальному — это без всех этих дурацких расшаркиваний. Кланяетесь друг другу, будто на светском рауте. А мы в школе! Здесь все должно быть просто. — он поправил очки, шагнул вперед и протянул Северусу руку. — Джеймс, просто Джеймс. 

— Северус, — представился тот в ответ, но руку мальчику жать не стал. 

— Что-то не похоже твое имя на итальянское. Ты вообще настоящий Медичи? — Джеймс все не опускал руку. 

— Почему мое имя должно быть обязательно итальянским? Моя мама была англичанкой. 

— Брось, Джей, зачем с ним говорить, если он уже ступил на темную тропинку? — Сириус Блэк шагнул к другу и положил ладонь ему на плечо. — Слизерин — это диагноз. 

— Но он все-таки иностранец. Может, еще есть шанс спасти его от всего неправильного…

— Слышь ты, неправильный! — взбесился Эрнест. Нортон и Эван одновременно вздохнули, понимая, что товарища успокоить будет очень тяжело. — Может, это из вас надо дурь выбить? Спрятались за юбкой декана, натравив ее на нас, и дело с концом, да?! Храбрые гриффиндорцы! — с презрением выплюнул он в конце. 

— Чего?! — возмутился Джеймс, явно оскорбленный подобным обвинением. — Мы ее не предупреждали! 

— То-то она пришла в условленное место, а вас там не было! 

Джеймс рванул вперед, сжимая кулаки. Эрнест в точности повторил за ним. Казалось, драки не избежать, но появление профессора остудило пыл парней. 

— Кхм-кхм! — кашлянул невысокий профессор, затерявшийся среди первокурсников. — Никаких драк в коридоре, господа! Во-первых, это запрещено уставом школы. Во-вторых, некультурно. Волшебники не должны использовать кулаки для выяснения отношений. Ни в коем случае! Для этого у нас есть дуэльный клуб.

— Но, профессор, разве первокурсникам дозволяется стать его участниками? 

— Конечно, нет. 

— Тогда, как нам разрешить конфликт? — мрачно уточнил Эван. 

— Однако, в качестве исключения, я готов уступить вам. Я слышал, это не первый ваш спор. Профессор Макгонагалл весьма яростно сокрушалась по поводу намечающейся ночной дуэли. Я позволю вам выяснить ваши силы под моим присмотром. Если все того пожелают. 

— Мы готовы! — Джеймс оглянулся на друзей и кивнул. 

— Мы тоже! — подтвердил Эрнест. 

— Вы уверены, что нам это надо? — неловко спросила Стелла, однако мальчишки, возбужденные до предела, проигнорировали ее вопрос. 

— Решено, значит, сегодня у нас будет практическое занятие. — Флитвик хлопнул в ладони, и двери класса отворились. — Проходите внутрь и занимайте места! Скорее-скорее, время не ждёт. 

Профессор зашел в класс вслед за студентами, дождался, когда они рассядутся за парты вдоль стен, и огляделся. Сделав несколько точных взмахов волшебной палочкой, он освободил центр аудитории — класс был весьма просторным — установил помост и улыбнулся. Взгляд его маленьких, блестящих предвкушением развлечения глаз прошелся по каждому студенту. Складывалось ощущение, что он выискивал жертву для опытов. Северус ярко представил, как профессор вызывает кого-то одно из них к себе на помост, отходит на несколько шагов и демонстрирует опасные заклинания! И как раз в этот момент взгляд Флитвика остановился на нем. 

— Мистер Медичи, — позвал он. Северус выпрямился и поднялся на ноги, кивая в приветствии. — Итак, начнем урок со знакомства с вами. Меня зовут Филиус Флитвик, в этой школе, как вы уже поняли, я преподаю уроки чар, по совместительству являясь деканом факультета Когтевран, и вместе с тем заведую несколькими дополнительными секциями. Но с этим списком вы сможете ознакомиться позже. Я же попрошу вас лишь уделить мне немного времени в перерыве, чтобы обсудить вашу домашнюю программу подготовки. — Флитвик махнул ему рукой, разрешая сесть. — А теперь, когда все готовы, приступим к делу. Я хочу, чтобы вы поделились на небольшие команды. По четыре человека в каждой. 

— Как враги или союзники, сэр? — уточнил Джеймс. 

— Как соперники, — поправил его Флитвик. — Соперники, способные достойно принять как поражение, так и победу. 

— Но…

— Никаких «но», мистер Поттер. Скорее, разбивайтесь на группы. Или я сделаю это за вас. Ну же, — поторопил профессор. 

— Мальсибер! — крикнул Джеймс. — Не думай, что я испугаюсь. 

— Храбрись, пока не встал против меня один на один, — усмехнулся Эрнест, зло сжимая кулаки. 

— В таком случае, я тоже с вами, — предложил Нортон. 

— Сири? — Джеймс обернулся на друга, но тот почему-то не загорелся идеей встать с ними в группу. 

— Я хочу сразиться с Медичи, — вдруг заявил он. Северус нахмурился и встретил горящий вызовом взгляд синих глаз. — Будешь со мной в группе? 

— Мне все равно, в какой группе я окажусь, — с достоинством ответил Северус. 

— Я буду с вами двоими, — подал голос Эван, после чего наклонился к Северусу и добавил чуть тише: — От Блэка можно ждать чего угодно. У них вся семья такая, непредсказуемая и… немного сумасшедшая. 

— Сумасшедшая? — удивился Северус. Розье в ответ только кивнул. 

— Вижу у вас возникли трудности, тогда я сам распределю всех, кто остался без команды. Мистер Петтигрю, присоединяйтесь к мисс Браун, мистеру Сноу и… мисс Маклагген, — объявил Флитвик и принялся распределять остальных студентов, пока не дошел до последнего человека. — Мисс Эванс, прошу, составьте компанию мистеру Блэку.

— Да, профессор, — отозвалась та и подошла к Сириусу. Только сейчас Северус обратил внимание на эту рыжеволосую девочку. Она сразу же показалась ему знакомой. Он совершенно точно уже видел ее раньше. 

— А теперь подходите ближе, я объясню, как мы с вами будем работать. — Флитвик подозвал их к помосту. — Наши дуэли послужат закреплением изученного материала. Напомните, какие чары мы с вами прошли за эти два месяца… — не успел он договорить, как вверх взметнулась рука. — Да, мисс Эванс? 

— Чары левитации, сэр, чары освещения и затемнения… а еще чары липкости и восстановления. 

— Прекрасно, — кивнул ей Флитвик. — Я ограничиваю все дуэли использованием только этих пяти чар. 

И тут же по залу прошелся разочарованный вздох. Особенно громко вздыхали, конечно, Поттер и Мальсибер. Они уж точно знали больше заклинаний, чем позволил использовать профессор, и наверняка жаждали продемонстрировать все свои умения. 

— Уверяю, этих чар вам хватит, чтобы провести очень захватывающий бой. Но все зависит от вашей фантазии. — Профессор коснулся виска указательным пальцем, словно бы на что-то намекал. — В каждой четверке мы проведем турнирное состязание. Ровно три боя по две минуты. 

— Как это, три? — удивился кто-то из парней. 

— Победители двух первых боев будут сражаться еще раз, но теперь друг с другом, — пояснил Флитвик. — На первом занятии устроим турнир, а на втором разберем ошибки. 

— И мы все успеем? 

— Именно поэтому я и разделил вас на команды, — улыбнулся профессор и взмахнул волшебной палочкой, превращая парты в еще шесть помостов. — Теперь хватит на всех. Дуэли будут проходить одновременно, но даже не думайте, что я прогляжу, если кто-то из вас попытается использовать заклинание не из разрешено списка. Нарушивший правила будет немедленно дисквалифицирован и получит тролль за занятие. Прошу, первые пары могут выйти на помосты. 

— Можно наша команда займет центральный помост? — попросил Джеймс. Наверное, он хотел покрасоваться перед однокурсниками. Северус глянул на него с жалостью. 

— Предлагаю занять этот, — Эван кивнул на ближайший к ним помост. Возражать никто не стал. — Блэк, сразишься со мной? 

— Нет, я буду сражаться с Медичи, — отказался тот. 

— Только после того, как победишь меня, — настаивал на своем Эван. Видимо, ему тоже не терпелось что-то доказать. — Хотя я сильно сомневаюсь, что тебе хватит на это сил. 

— Ты нарываешься, Розье, — нахмурился Сириус, но было заметно, что слова парня его задели. — Да я от тебя мокрого места не оставлю. Поднимайся. 

Блэк и Эван поднялись на помост и встали друг напротив друга с палочками в руках. Остальные пары тоже заняли свои позиции. Северус огляделся. Это было совершенно точно необычное занятие, но интересное — по-другому его не назвать. Он припомнил о недописанном послании, предназначавшемся Ассу, и едва заметно улыбнулся. Кажется, теперь он знал, как закончить это письмо. 

— Начали! — скомандовал Филиус, и под потолком появились песочные часы. Две минуты решат, кто выйдет победителем, а кто проигравшим. 

Северус внимательно наблюдал за всеми парами, переводил взгляд с одной на другую, отмечал ошибки, неуверенные движения, ловкие комбинации казалось бы безобидных чар, и интересные обманные маневры. Он словно бы видел весь зал целиком, как смотрят на шахматную доску. Он следил за фигурами и предугадывал все ходы…

— Прекрасно, прекрасно! — воскликнул Флитвик, когда песок в часах полностью пересыпался из одной половины в другую. — Прошу не расстраиваться проигрышам и не сильно радоваться победам, чистого исполнения чар я не увидел ни у одного из вас, — заметил профессор. — Я прошу всех вас сейчас взять чистый лист и проанализировать свои ошибки. А пока приглашаю следующие пары. 

— Чего завис? — Эван, изрядно запыхавшийся, красный и явно разочарованный своим проигрышем, раздраженно пихнул его в плечо. — Иди, сражайся с Эванс. 

— А? — Северус встрепенулся, удивленный его грубостью, и перевел взгляд на помост. Рыжая девочка уже ждала его там. — Я не хочу биться с девочкой. Считаю это неправильным, — вдруг сказал он, отказываясь подниматься к ней. 

— Почему это? — нахмурилась та. — Считаешь, что я не смогу дать отпор? 

— Нет, я так не считаю, — не согласился Северус. — Просто не хочу случайно тебе навредить. 

— Если испугался, Медичи, то так и скажи, — недовольно сложил руки на груди Блэк. Он хотел сразиться с ним в следующей дуэли. — Лили, глянь, у него трясутся колени. 

— Я ничего не боюсь, — нахмурился Северус. Ему не нравилось, когда его обвиняли в трусости.

— Ну так докажи. 

— Я не стану биться с девочкой, — настаивал на своем Северус. 

— Но это ведь все не всерьез! — возмутилась Лили. — Этими заклинаниями ты мне никак не навредишь. И я не такая слабая, как ты думаешь. Я одержу над тобой победу! — заявила она. — Так и знай. 

— Зачем ты поддакиваешь ему? — Северус взглянул на нее с немым укором. 

— Я никому не поддакиваю. Я хочу сразиться с тобой на дуэли, — твердо припечатала Лили и гордо вскинула подбородок, будто бы ставила таким образом точку в их разговоре. — Или поднимайся и сражайся. Или признавай поражение. 

— Я признаю поражение, — спокойной ответил Северус. 

— Так просто? — разочарованно выдохнула Лили. — Но почему?

— Потому что так решил. 

— Я такой же соперник, как мальчишки. Сразись со мной, я настаиваю. Профессор! Скажите вы ему! 

— Мистер Медичи, по какой причине вы отказываетесь от дуэли? — спросил Филиус, упустивший из внимания их диалог. 

— Я не изучал эти заклинания вместе со всеми, сэр. Я знаю другие чары со схожим эффектом, но не хочу случайно навредить. В особенности девочке. Позвольте мне сразиться с Блэком или не сражаться вовсе. 

— Хорошо, я знаю одно замечательное решение. Мисс Эванс, вы признаетесь победителем и сразитесь с мистером Блэком в следующей дуэли. А вы, мистер Медичи, сразитесь со мной. 

Класс возбужденно зашумел. Никто не ожидал ничего подобного. Однако времени обсудить что-либо не было. Профессор объявил новые две минуты, и пары начали бой. А после того, как были объявлены новые победители, настал черед заключающих схваток в турнире. Но почему-то итоги турнира совсем перестали волновать кого-либо, кроме, возможно, Поттера и Мальсибера, бившихся не на жизнь, а на смерть — не иначе. Всех куда больше интересовала обещанная Флитвиком дуэль с Медичи.

— Замечательно, замечательно, — хлопнул в ладони профессор. — Но мое задание остается все тем же. Анализируйте, друзья! А мы проведем заключительную дуэль. Мистер Медичи, вы принимаете мой вызов?

— Конечно, профессор. — Северус кивнул и поднялся на центральный помост. 

— Правила все те же. Используйте заклинания и чары, которые вы изучали дома, но не выходите за рамки дозволенного. Готовы? — Филиус дождался, когда он согласно кивнет. — Тогда приступим. Покажите, чему вас обучали.

Профессор первым пошел в нападение, чтобы показать серьезность дуэли. Северус отступил. Заклинание, летевшее в его сторону, было предупредительным выстрелом — не иначе. Это был призыв собраться и сражаться. Показать, на что способен. Это был самый предсказуемый ход в шахматной партии. Ход белой пешкой…

Очевидный ответ на такой ход — сделать точно такой же предупредительный выстрел в ответ. Нужно проверить противника, понять ход его мыслей, предугадать следующий шаг и загнать в ловушку. Так работали шахматы. Так работали дуэли… Главное, не торопиться, разглядеть всю картину целиком, не упустить из виду важные детали. Держать в голове, что противник точно так же просчитывает его собственные действия.

Северус бросил липкие чары под ноги профессору, но тот даже не попытался увернуться. Он прекрасно знал свои силы и не собирался двигаться с места? Или… Северус нахмурился. Не сразу, но он заметил тонкую полоску света, что проникала под подошвы туфлей. Флитвик поднял себя в воздух, совсем чуть-чуть, почти незаметно, но этого хватило, чтобы чары липкости не смогли пригвоздить его к полу. 

Противник видел его насквозь. Это раздражало, немного злило, разочаровывало и при всем при этом вызывало уважение. Северус отступил назад, приготовился, удобнее перехватил палочку, дождался, когда профессор начнет колдовать новые чары, и попытался застать его врасплох. Используя чары освещения на полную мощность, он решил ослепить противника хотя бы на несколько секунд и снова послать в его сторону липкие чары, но на этот раз не под ноги, а в правую руку, чтобы та прилипла к телу. Ему нужно было лишить противника возможности колдовать. 

План был хорошим, но исполнение — неудачным. Северус сделал свой ход, ослепил профессора, но промазал. Он всего лишь склеил кусочек мантии, что никак не помешало Флитвику использовать волшебную палочку. Наоборот, подобный выпад словно раззадорило его. Северус глянул на часы. Две минуты казались вечностью. Песок тек медленно, а у него оставалось все меньше вариантов, как обратить дуэль в свою пользу. Впрочем, сдаваться без боя он точно был не намерен. А значит… 

— Прекрасно, молодой человек, но… — Флитвик сделал неожиданный прыжок вперед, оказался совсем близко к Северусу и использовал тот же прием, ослепил противника, после чего легко, даже играючи поднял его в воздух и выдернул волшебную палочку из дрогнувшей руки. — Замечательно. Я бы сказал, что этот бой достоин отдельной похвалы. Вы мыслите, как настоящий стратег. Похоже, магистр Медичи усердно тренирует вас во всех сферах…

— Я просто люблю шахматы, сэр, — отозвался Северус, пытаясь схватиться хоть за что-то в воздухе. Казалось, еще немного, и его перевернет вниз головой. Флитвик осторожно опустил его обратно на пол. — Дуэль — она ведь, точно такая же.

— В этом есть доля правды. Но времени обдумать ситуацию в бою значительно меньше. Тем не менее, ваш ход был хорошим. Вы не учли лишь, что я не совсем человек. Мои глаза быстро адаптируются к свету и тьме. 

— Этого я не знал, — признал Северус, запоминая необычный факт. Не то чтобы он собирался еще хоть когда-нибудь вступить в схватку с гоблином, но… всякое возможно. 

— Для того мы и учимся, чтобы узнавать что-то новое, — добродушно улыбнулся ему Флитвик. — Итак, до конца занятия остается не так много времени. Прошу, занимайте свои места, — скомандовал он, взмахнул рукой и вернул партам их былой облик. — Заканчивайте анализ. После перерыва мы вместе разберем ваши ошибки. 

Северус спустился к своей группе. Эван неожиданно глянул на него с уважением и кивнул в сторону одной из парт, предлагая сесть вместе. Отказываться Северус не стал. Там же к ним присоединились Нортон и Эрнест. Последний выглядел очень недовольным. Он не проиграл Поттеру, но и одержать победу не сумел. Время их дуэли подошло к концу, а нанести решающий удар никто из них так и не успел. 

— Идем, Лили, — донесся до слуха голос Блэка. — Ты куда?

— Сейчас, — отозвалась та, направляясь прямиком к компании слизеринцев. Она остановилась точно напротив Северуса, поймала его взгляд и твердо спросила: — Это ведь ты?

— Я — это я. — Северус нахмурился. 

— Я не могу ошибаться. Я помню тебя и… твоего отца. Мы были в Коукворте вместе, в одной школе. 

— Я был в Коукворте, — согласился Северус, наконец вспомнив, откуда он знает эту девочку. — Теперь я тоже тебя вспомнил. Только моего отца ты не видела, это был не он. 

— Как же так? — удивилась Лили. — Если бы у тебя была бы фамилия Медичи, я бы это точно запомнила. Но…

— Если бы я учился в простой школе под своей настоящей фамилией, все бы запомнили. Это небезопасно, ты не находишь? 

— Я… — начала было Лили. На ее лице были прописаны сомнения мирового уровня. 

— Это был всего лишь мой каприз. Недолгий. Это все, что ты хотела узнать? Если так, то возвращайся к своим делам. — Северус отвернулся от нее, но успел заметить, как она возмущенно вскинулась. Впрочем, все это было уже неважно. 

— Идем, Лили. — Сириус взял ее за руку и потянул на противоположную сторону класса, занятую гриффиндорцами. 

— Ты еще и с маглами учился? — удивился Мальсибер, отвлекаясь от своих мрачных мыслей насчет дуэли. — Тебе когда-нибудь говорят «нет»? 

— Иногда говорят. Но разве это важно?

— Да не особо, просто стало интересно. Мой отец ни за что бы не отпустил меня к маглам. И как там? 

— Обычно, как в школе. Только без магии, — пожал плечами Северус. — Я поучился там примерно два месяца и уехал в Италию. 

— Не понравилось? — хмыкнул Эрнест. Северус согласно кивнул в ответ. — Оно и неудивительно. Когда знаешь, что, в отличие ото всех вокруг, способен творить чудеса, этих магглов становится даже жалко. 

— Чего их жалеть. — Эван скривился в презрении и стал в это мгновение необычайно похож на своего отца, Маршала. Северусу даже померещилось, что это сам лорд Розье явился перед ним собственной персоной. Но видение быстро исчезло. — Они даже не задумываются о том, что кто-то способен колдовать. Для них все это сказки. 

— Да, но…

— Никаких но, — твердо припечатал Эван и кивнул на свой пергамент. — Давайте закончим с заданием. Урок почти закончился. 

Спорить никто не стал. Разговор стих, и парни принялись за дело. Северус тоже взялся за чистый лист, макнул перо в чернила и задумался. У него было много наблюдений. В особенности за чужими боями, но писать следовало о своем. Обдумав все, он коротко описал все две минуты, каждый ход противника, каждый свой ответ. Конечно, не забыл указать главный просчет — гоблинское зрение. Закончил свои наблюдения ровно к звонку, поставил точку и нахмурился, почувствовав обжигающий взгляд. Коротко оглянувшись, он посмотрел точно на Сириуса Блэка, а тот и не подумал укрыть свой мрачный интерес. 

Северус и хотел бы подойти к нему и узнать прямо, что Блэку от него надо, но весь перерыв он общался с профессором. Того интересовала домашняя программа обучения, по которой учили в доме Медичи, уровень теоретических и практических знаний, а так же общее представление нового студента об учебе в школе. Беседа была не очень долгой, но все же времени до следующего занятия не осталось. А на уроке думать о Блэке и его хищном взгляде он вовсе забыл. 

Чары Северусу запомнились. Это было его первое знакомство с преподавателями Хогвартса, и Филиус Флитвик определенно произвел на него самое хорошее впечатление. Занятия под его руководством пролетели быстро и с интересом. Разбирать ошибки было очень даже увлекательно. Профессор давал по-настоящему дельные советы и был удивительно внимателен к каждому ученику. Если все преподаватели в Хогвартсе относятся к своим предметам с той же отдачей, то он будет по-настоящему рад, что все-таки оказался здесь.

Северусу хотелось верить, но послеобеденное занятие с профессором по Защите от Темных Искусств Артуром Уайлдакром решительно заставило его сомневаться в том, что абсолютно все уроки будут проходить в столь же интересном формате. При этом Северус бы не сказал, что Уайлдакр плохо рассказывал тему или не знал каких-то аспектов своего предмета — он просто был неинтересным. 

Едва дождавшись конца урока, Северус быстро собрал свои вещи, закинул сумку на плечо и даже успел выскочить из класса вперед всех, пока у одного из поворотов его не нагнали Эрнест и Нортон. Свои обязанности, установленные Люциусом, они не забывали. На ужин отправились вместе. 

— Я слышал, что Флитвик похвалил тебя перед Слизнортом, — негромко сказал Люциус, когда Северус сел рядом с ним за стол. — Полагаю, твоему деду это понравится, — добавил он с явным намеком, что понравится это и еще одному человеку. 

— Да, я собираюсь сегодня отправить ему письмо, — кивнул Северус. — Поможешь мне? Я, кажется, не очень хорошо запомнил дорогу до совятни. 

— Конечно, я провожу тебя после ужина. 

Больше ни в какие разговоры Северус не вступал. Он молча, без возражений подтянул к себе тарелку с ароматным рагу, съел все до последней капли, выпил полный стакан тыквенного сока и принялся ждать старшего товарища. Люциус не торопился, он растягивал прием пищи, обсуждая уроки со своими сокурсниками, и словно бы выжидал время. А когда в Большом зале уже почти никого не осталось, наконец кивнул, поднимаясь из-за стола. 

— Как тебе первый день? — спросил он, когда они вышли из замка и оказались одни на неширокой тропинке, ведущей прямиком к одинокой башенке. 

— Нормально. Возможно, даже лучше, чем я ждал изначально. Профессор Флитвик сумел заинтересовать меня. Чары определено пока занимают первое место в моем личном списке занятий. Впрочем, я очень жду зелий… 

— Я бы на твоем месте не ожидал чего-то уж очень… высокого. 

— Все настолько плохо? — ужаснулся Северус. 

— Я не говорил, что это будет плохо. Просто не жди ничего необычного. Профессор Слизнорт не любит отклоняться от учебников. Кроме того он бывает очень предвзят. Знаменитая фамилия затмит тебя самого в его глазах. 

— Значит, для него важно лишь то, что я Медичи? А мои знания и умения не будут иметь для никакого значения? 

— Конечно, они тоже будут иметь значение. Но все же фамилия значит куда больше. Слизнорт любит коллекционировать людей. В особенности тех, кто потом сможет принести ему пользу. 

— Я понял, — кивнул Северус очень серьезно. — В таком случае в этом нет совершенно ничего необычного. Фамилия всегда будет затмевать меня самого, верно? Я всего лишь возможность для других подобраться ближе к магистру и… 

— Не говори лишнего. 

— Но это правда!

— Правда, — согласился Люциус.

— Скажи, ты знаешь, скольким ребятам было приказано подружиться со мной? — с некоторой грустью спросил Северус. Он заглянул в серые глаза товарища и сразу понял, что тот хочет сказать. Всем, всем детям приближенных к Тому лордов и леди был дан такой приказ. 

— Тебе незачем думать об этом сейчас. Приказы взрослых не всегда означают отсутствие настоящих чувств и эмоций. Вы всего лишь дети. — Люциус толкнул дверь совятни и пропустил его вперед себя, указал на спрятавшийся в тени угла стол. — Пиши. 

— Дети или нет, а следить за своими словами приходится, как взрослым, — заметил Северус. — Меня узнала Лили Эванс, гриффиндорка. Мы недолго учились в одном классе в Коукворте. 

— И что ты ей сказал? 

— Я сказал, что моя учеба там была всего лишь капризом, который быстро сошел на нет. 

— Хорошо, значит пусть остается капризом. Поторопись с письмами, на улице уже темно, по правилам школы студентам запрещается находиться вне стен гостиных после десяти вечера. 

— Но сейчас только половина девятого. — Северус поймал мрачный взгляд и поспешно кивнул: — Уже пишу. — Он быстро выложил на стол пару чистых листов и недописанное послание для Лиса. Принялся писать. 

— А третье кому? 

— Знакомому. Это не важно, это письмо шифровать не надо. И дедушке тоже. 

— Хорошо. Но имей в виду, что всякую почту могут просмотреть. Школьные птицы не очень верны отправителю, — предупредил его Люциус и вдруг громко свистнул. И тут же к ним с самой верхней балки спустился большой филин. Он гордо выпятил грудь, продемонстрировал медальон с гербом рода Малфой, и вытянул лапу, готовый нести послание. 

— На тебя похож, — улыбнулся Северус, протягивая конверт, предназначенный для Тома. Люциус глянул на него с удивлением.

— С птицей меня еще не сравнивали. Не знаю, как к этому относиться, — отозвался он, прикрепил послание к вытянутой лапе и кивнул филину, отпуская его в путь. — Привязывай остальные письма и пойдем. 

— Скажи, а правда, что тут есть полтергейст? — поинтересовался Северус, проследив за тем, как две совы уносят его письма в темное небо. — Нортон и Эрнест о нем говорили. Сказали, что он любил пакостить и издеваться над студентами. 

— Не только над студентами, но и над профессорами. Не знаю ни одного живого человека, который бы нашел с ним общий язык. — Люциус вдруг глянул на него с подозрением. — И тебе к нему лезть не советую. Что ты задумал, Северус? 

— Я? — невинно переспросил Северус. — Совершенно ничего! Просто мне стало интересно, почему он еще не появился, раз любит пакостить. Мне кажется, я бы на его месте использовал нового ученика, не знающего о его проказах, как прямую цель для удара. 

— Уверен, он не оставит тебя без внимания. 

— На что он способен? Я хочу быть готов к внезапному нападению. 

— Собираешься устроить на него охоту? Только разозлишь. 

— Не охоту, нет. Я только хочу минимизировать риски от встречи с ним. — Северус чуть улыбнулся, предчувствуя что-то интересное. — Так ты подскажешь? Расскажи мне об этом полтергейсте, а? Пожалуйста! 

— Что именно ты хочешь узнать? — с тяжелым вздохом уточнил Люциус. 

— Все! Все, что ты знаешь. Какие у него шутки, как он любит появляться, откуда… 

— Хорошо, — согласился Люциус, — но только в гостиной. Там Пивз нас не услышит. 

— Ты думаешь, он нас подслушивает? 

— Я в этом уверен, — ответил Люциус и бросил взгляд куда-то под потолок. Северус тоже глянул в ту сторону и к своему великому удивлению успел заметить уголок призрачного одеяния, тут же испарившийся в камне. — Он здесь. 

— И правда, я что-то заметил! — выдохнул Северус негромко. — Значит, продолжим в гостиной? — Люциус согласно кивнул. — Тогда, чур, рассказывать будешь за партией в шахматы! 

— Это уже наглость… 

— Это просьба, как друга, — невинно улыбнулся ему Северус. — Согласен? А я… я что-нибудь хорошее про тебя напишу в следующем письме. Напишу, что ты следишь за мной, точно цербер, и не позволяешь выйти из-за стола, если в тарелке осталось хоть одна не съеденная крошка… — весело предложил он. Люциус глянул на него удивленно, но все же не сдержал легкого смешка. 

— Ладно, уговорил.