Змеиный клубок (гет)

С днем рождения, дорогой Алан🌠🌠🌠

Примечание автора:

Да, я знаю, что станция в «Дарах Смерти» — лишь транзитная точка, но прошло уже много времени, и Гарри, рассказывая, мог немного запутаться. Зато он точно запомнил вокзал… и наготу Альбуса.

В первые мгновения, когда губы Грейнджер коснулись его губ, разум Северуса отключился — тело решило взять инициативу в свои руки. Его ладони сами нашли её волосы, пальцы вцепились в них, он углубил поцелуй и почувствовал, как от ее тихого стона кровь рванулась к паху. Гермиона приоткрыла рот, и он подумал, что, пожалуй, было бы неплохо умереть прямо здесь, на её кровати, ведь, скорее всего, это будет единственный по-настоящему хороший день в его жизни. Но тут её пальцы скользнули ему под мантию и принялись теребить пуговицы сюртука… Его разум с визгом тронулся с места и снова заработал — Северус резко схватил её за запястья.

— Прости… Я не… — запнулся он.

Грейнджер мгновенно отпрянула.

— Ох, прости! Я не должна была… Я же знаю, ты сказал, что не хочешь… Просто… — Гермиона почувствовала, как земля уходит у нее из-под ног. Она ведь даже не ожидала, что поцелуй со Снейпом окажется таким приятным. Настолько… всепоглощающим. Она же чуть ли не начала его раздевать!

Чёрт, — подумала она, — он наверняка решил, что я секс-маньячка. Кто вообще пытается снять с кого-то одежду при первом поцелуе? Только секс-маньяки!

Нет, остановись, — поправила она себя, — не «маньячка», а женщина, которая не боится своих желаний.

Гермиона заметила, что Снейп закрыл лицо руками.

— Эй, — тихо позвала она. — Прости, я не хотела тебя расстраивать.

— Ты не сделала ничего плохого. Я просто пытаюсь взять себя в руки, — сказал Снейп, глубоко вздохнув и искоса посмотрев на нее.

— Может, воды? — предложила Гермиона.

Снейп горько усмехнулся.

— Холодная вода была бы очень кстати, если бы её вылили прямо на… Ну…

— Наверное, сейчас не лучшее время говорить, что мне очень понравилось?

— О, это определённо было «очень понравилось», — согласился он.

— Значит, нам обоим понравилось… И в чём тогда проблема?

— Проблема… Да. Проблема в том, что… — Северус провёл ладонью по лицу. — Ты сказала, что, возможно, мы могли бы сделать друг друга счастливыми… И я не сомневаюсь в твоей способности сделать кого угодно счастливым. Ты… — Он замолчал на миг, потом решительно посмотрел ей в глаза. — Ты необыкновенная.

У Гермионы отвисла челюсть.

— Но я не делаю людей счастливыми. Наоборот — я их огорчаю, а потом убиваю. Вот как это происходит, — Северус резко поднялся на ноги, расправил мантию до идеального состояния и вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Гермиона еще с минуту смотрела на закрытую дверь, а затем с улыбкой на лице рухнула на кровать.

Невероятно, — подумала она, — просто невероятно.

* * *

Гермиона была полностью очарована Снейпом.

Не надо было его целовать, — вздохнула она про себя. Теперь она никогда его не забудет. В любом случае, чтобы отвлечься, она начала встречаться с волшебником с кубиками пресса на животе, как его там… э-э-э, Майклом.

С тех пор как она его поцеловала, Снейп вёл себя… как обычно. Он также предельно ясно выразил своё нежелание поддаваться возникшим между ними эмоциям. И Гермиона решила уважать это, а значит, уважать его хрупкое к ней доверие. Отсюда и свидания с Майклом.

Это будет первый шаг к тому, чтобы двигаться дальше, — сказала она своему отражению в зеркале, которое смотрело на неё с явным недоверием. — Майкл молод, красив и обеспечен, а ведьмы моего возраста ценят именно это, верно? Молодые ведьмы определённо не нуждаются во мрачных волшебниках средних лет с проблемами в личной жизни и почти наверняка с посттравматическими расстройствами. Нет, не нуждаются, — твёрдо сказала себе Гермиона, затем снова вздохнула: «Тогда почему я хочу именно его? Чёртова похоть». Она закончила поправлять волосы перед зеркалом, сурово посмотрела на себя и вышла из комнаты.

— Ладно, мальчики, я пошла! Увидимся! — крикнула она, заглянув в библиотеку.

Рон с катастрофической скоростью проигрывал Снейпу в шахматы, а Гарри полировал что-то квиддичное.

— Передай Малфою, что он придурок, и чтобы не опаздывал на допрос, — бросил Гарри, не отрываясь от своей штуки (честно, в квиддиче слишком много всяких штук).

— Что? Нет, я встречаюсь не с Драко. Я встречаюсь… с кое-кем другим, — ответила Гермиона, слегка смутившись.

Три пары глаз одновременно уставились на неё.

— Тогда я точно не буду тебя ждать, — хмыкнул Рон.

— Заткнись, Уизли, — резко бросил Снейп. — Хорошо проведи время, Грейнджер.

— Только не слишком хорошо, — засмеялся Рон и получил от старшего мужчины подзатыльник.

Гермиона закатила глаза и ушла.

* * *

Прошло всего полтора часа, а Гермионе уже было скучно, как никогда в жизни. Настолько скучно, что она бы с радостью поддержала разговор о квиддиче, на самом деле она бы с радостью поддержала любую тему, потому что тогда они обсуждали бы хоть что-то.

Майкл был чертовски скучным, и это раздражало, к тому же он хотел говорить только об одном — о себе любимом, о своём невероятно скучном «я». Ужин был прекрасным, ресторан — очень уютным, а Майкл — совершенно неинтересным. Гермиона подумала: «Хорошо, что он красивый, хоть какая-то компенсация за полное отсутствие личности».

После ужина Майкл пригласил её к себе в квартиру, чтобы «выпить на ночь», но Гермиона стараясь не выдать своего отвращения очень вежливо отказалась. За ужином она выложилась по полной и просто хотела вернуться домой, а если Снейп будет не против, они могли бы обсудить…

Нет, — резко оборвала она себя, — нет-нет-нет.

После ухода Майкла Гермиона еще некоторое время стояла у входа в ресторан, решая, стоит ли ей аппарировать прямо домой и притвориться, что она не хочет говорить со Снейпом, или, может быть, сначала стоит зайти куда-нибудь и съесть что-нибудь вкусное и сладкое?

— Гермиона? Какая удача! Ты наблюдаешь за звёздами? — спросила Луна, неожиданно подошедшая к ней сзади.

— О, Луна! Привет! Нет, я просто решаю, съесть мне что-нибудь вкусненькое или нет.

— Я как раз иду на презентацию, можешь пойти со мной. Думаю, тебе будет очень интересно, — предложила Луна.

— Тема?

— Этика анимагов. Злоупотребление статусом Ритой Скитер и, конечно же, Петтигрю.

— Луна, это звучит потрясающе! Пошли! — Гермиона взяла Луну под руку, и через секунду улица оказалась пуста.

* * *

Северус лежал на кровати и произносил ещё один невербальный Темпус. Была уже полночь, а Грейнджер так и не вернулась домой.

Не то чтобы ему было на что жаловаться, он ведь практически велел ей забыть о нём.

Не то чтобы он не хотел её, очень хотел, но предпочитал видеть её живой.

У него был богатый опыт любви к мёртвой женщине, и он не порекомендовал бы этого никому.

Грейнджер очень способна и умна, — размышлял Северус, — возможно, она бы не погибла, если бы мы, ну, действовали в соответствии с нашими взаимными интересами. Но… с другой стороны, Лили тоже была умна и способна, пока, конечно, не связалась с Поттером, тем самым продемонстрировав, что она ещё и болтливая идиотка с отвратительным вкусом в мужчинах.

Северус стиснул зубы. Иногда жизнь бьёт под дых, — подумал он. Он ненадолго задумался о том, что было бы, если бы Министерство не подоспело, пока он тонул в собственной крови, и не отправило его в Азкабан?

Поттер рассказал Северусу о своём разговоре с Дамблдором после того, как его поразило смертельное проклятие Волан-де-Морта. Северус был разочарован, узнав, что загробная жизнь, судя по всему, представляет собой вокзал и обнажённого Альбуса. Он подумал, что, вероятно, избежал ада, ведь ему пришлось бы провести вечность полностью обнажённым, обсуждая вязание, вышивку крестиком или любое другое маггловское занятие, которым увлекался при жизни старик.

Увидел бы он Лили? Северус нахмурился. Сейчас она казалась ему такой юной, едва вышедшей из подросткового возраста.

«Спасибо, что спас моего сына», — представил он себе её слова, — «а теперь проваливай, старик, мне нужно засунуть свой призрачный язык в глотку моему призрачному идиоту-мужу».

Наверное, для Пожирателей есть отдельный вокзал, — подумал он угрюмо. Там он слушал бы, как Грейбэк и Беллатриса хвастаются пытками, а Волан-де-Морт — еще в обличии Реддла — вещает о власти и восхищается собственной внешностью.

Нет, спасибо.

Не то чтобы мне там были рады, — продолжал размышлять Северус, — да и на той другой станции тоже. Что мне там делать? Сидеть и наблюдать, как Альбус, Люпин, Поттер и Блэк будут вспоминать старые добрые времена и распевать эти дурацкие гриффиндорские гимны?

Единственным плюсом было бы то, что он стал совсем другим волшебником по сравнению с тем, над кем они издевались в школе, и они быстро бы пожалели, если бы попытались что-то сделать с ним на этой странной посмертной станции.

Нет, Северус бы предпочёл оказаться в тихом месте, где больше никого нет. На какой-нибудь заброшенной станции, куда попадают все забытые.

Возможно, там даже есть комната, похожая на Выручай-комнату — полная потерянных вещей и нереализованных желаний, — подумал Северус, и эта мысль его немного приободрила.

Что ему действительно нужно было — так это перестать думать о Грейнджер.

Он вспомнил, какой она была в школе — бесконечно раздражающей и всегда затмевающей Драко, из-за чего Люциус орал на него часами, обвиняя его в том, что он не справляется с обязанностями учителя.

Как может грязнокровка быть лучше чистокровного?! — кричал Люциус ему в лицо.

Северус тогда изо всех сил сдерживался, чтобы не крикнуть в ответ: «Потому что она слушает, учится и умнее твоего сына!», но это было бы равносильно самоубийству.

Ах, какие были времена.

Он вспомнил, как спасал её после того, как Поттер втянул её и остальных своих друзей в совершенно бессмысленное приключение в Отделе тайн. Помфри молча и умело помогала ему, пока он вытягивал тёмную магию, которая едва ли не разворотила грудную клетку Грейнджер. Тогда она казалась ему такой маленькой, такой юной, чтобы участвовать в войне.

Северус попытался сосредоточиться на образе школьницы…

Но разум предательски подбросил ему картину взрослой Грейнджер в чём-то, явно не соответствующем форме Хогвартса.

Северус резко сел.

Это не поможет.

Ему нужно спуститься вниз и выпить чашку чая.

✎﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏﹏