Гарри Поттер и август девяносто пятого (джен)

Кто бы сомневался, что, спустившись на обед, я застану там Дамблдора? Ну и все рыжики во главе с мамой Молли тут же кинулись меня поздравлять. Гермиона стояла чуть в сторонку и смотрела на меня с непонятным выражением на лице.

— Гарри, дружище, как хорошо, что тебя оправдали! — Рон в своем амплуа попытался меня покровительственно похлопать по плечу, но я увернулся, разорвав дистанцию.

— Гарри, мальчик мой, какой замечательный у нас директор Дамблдор, я не знаю, как мы без него тебя спасали! — всплеснула руками Молли.

Я скептически посмотрел на Дамблдора. На его лице, словно приклеенная, висела улыбка доброго дедушки, а стёкла очков-половинок таинственно посверкивали.

— Поздравляю Гарри! Но всё же не стоило так рисковать, — покачал головой Артур.

— Фордж, а это правда, что наш Гарри стал Блэком?

— Нет, Дред! Это наш Блэк стал Гарри! — Близнецы в своём амплуа.

— Поздравляю, Гарри, — просто сказала Джинни, как-то с новым интересом разглядывая меня.

Ну вот, действительно что ли планы имеет, и мне надо опасаться амортенции?

— Поздравляю с оправданием, — осторожно произнесла Грейнджер. Единственная, кто обратил внимание на отсутствие очков. — Как ты исправил себе зрение? Это лазерная коррекция?

— Спасибо дементорам, — усмехнулся я, — вылечили! Надо было ещё на третьем курсе позволить им.

Все ахнули. Чтобы убить одним выстрелом двух зайцев, я подал Дамблдору сложенный пополам список хоркруксов. Он открыл его и почти сразу закрыл. На мгновение его глаза дёрнулись к моему лбу. Он спрятал сложенный листок куда-то в складки мантии, одновременно выуживая поттеровскую остролистовую палочку. Протянул её мне. Я скептически на него взглянул, у Дамби нашлось чувства такта, чтобы изобразить смущённую физиономию. Не став никак комментировать, я просто принял палку, как предмет, не берясь за рукоятку, и быстро убрал в складки мантии. Да, к обеду я спустился в ней. Во-первых, надо привыкать, а во-вторых, именно эти пресловутые "складки" действительно являлись складками. Пространства. Именно поэтому в дорогих мантиях можно было хоть слона таскать. А палочка пригодится. Если не против Волди, то хотя бы изображать мое присутствие, если верна теория о том, что Дамби может отследить все перья, которые когда-то давал Фоукс. Правда, возникает вопрос — почему он Волдика-то ни разу не отследил? Или Дамби это было не нужно? Всё ещё непонятно — Дамбигад или Дамбитуп?

— Я думаю, что все уже проголодались, — вставил свое слово Дамби, — и, я думаю, не стоит надоедать Гарри с расспросами. У него была непростая неделя и тяжелый день.

Все заняли свои места. Кричер демонстративно встал возле стула во главе стола. На нём была свежая наволочка с гербом рода Блэк. Я быстро прошёл и занял место.

— Гарри! — всполошилась Молли, — это место директора Дамблдора!

— Ничего страшного, Молли, у стола две коротких стороны, — с добродушной усмешкой произнёс добрый дедушка, и отправился на другой конец стола. Из-за приличной толпы народа, занявших весь стол, это не выглядело как ссылка на "конец стола".

Молли тут же подсуетилась, и усадила по правую руку от меня Рона, а по левую — Джинни. Справа от Рона села Грейнджер, за ней сама Молли, и наконец, возле Дамблдора, Артур. Близнецы заняли места напротив родителей.

— А Сириус? — спросил я, облокотившись на стол. — Мы что, будем тут обжираться, а Сириус где-то там в одиночестве чёрствой коркой питаться?

— Гарри, ты же понимаешь, что Сириусу в его нынешнем состоянии будет некомфортно в обществе волшебников? — пробормотала Молли, потянувшись наложить всем еды.

Я выпрямился на стуле и произнёс, подключившись к дому и заставив задребезжать окна.

— То есть сквиб за столом вас уже не устраивает? Как там было, — я обернулся к Рону, вернув голос к нормальному уровню, — "мы не любим о нём говорить", да?

— Нет-нет, что ты! Ты не так меня понял! — тут же всполошилась Молли. Рон только захлопал глазами.

Близнецы переглянулись и хором произнесли:

— Вау!

И потом по отдельности:

— А ты ещё так можешь?

— Научишь нас?

— Кричер! — позвал я. — Пригласи сюда Сириуса. Если он не в состоянии ходить, помоги ему.

Как ни странно, Кричер даже не проворчал. Видимо, решил оставить на потом, чтобы не выказвать недовольство "добрым хозяином" при посторонних.

За столом повисло тягостное молчание. Только Дамблдор сохранял на лице вежливую полуулыбку. Через минуту дверь кухни отворилась, и вошёл Сириус. Ну, выглядел чуть получше, чем вчера.

— Присаживайся, Сириус, мы только тебя ждём, — указал я рукой на место, занятое Джинни. — Кричер?

Тот выполнил мой безмолвный приказ, и стул Джинни вместе с ней самой сдвинулся к близнецам. На освободившееся место Кричер немедленно поставил свободный стул из угла. Сириус занял место и коротко кивнул мне.

— Всем добрый день, — поздоровался он.

Я кивнул Молли, разрешая накладывать. Все, кроме меня, сразу же приступили к еде. Рон, вопреки ожиданиям, ел хоть и жадно, но аккуратно. По крайней мере, еда во все стороны не летела.

Я снова позвал Кричера, указав на еду и напитки передо мной. Тот встал на каким-то чудом оказавшуюся сбоку от меня табуретку и поводил лапками над тарелками.

— Всё чисто, хозяин Регулус.

Видно было, что он хочет ещё что-то добавить язвительное, но я просил его сдерживаться. Пока сдерживаться.

— Регулус? — спросили одновременно Джинни и Грейнджер. Рон только промычал, так как уже успел набить полный рот. Близнецы снова переглянулись и уставились на меня.

— Гарри! — возмущённо возопила Молли. — Ты что, мне не доверяешь?

Дамблдор укоризненно покачал головой.

— Мой дом — мои правила! — философски сказал я. — Приятного аппетита! — и как ни в чём ни бывало приступил к еде.

Грейнджер не выдержала первой.

— Гарри, почему Кричер называет тебя своим хозяином! Это же рабство! И почему он зовёт тебя Регулус?

Тут, к моему удивлению, на помощь пришёл Сириус. Хоть я и собирался как можно быстрее подчеркнуть, что меня следует звать именно так (и то, если я разрешу перейти к обращению "по имени" — то, что я до сих пор молчал, ни о чём не говорит), но, видя одобрительные кивки Дамблдора, решил, что пока пусть будет так.

— Кричер был очень привязан к моему покойному младшему брату. А Гарри, — тут он посмотрел на меня, — с его новой причёской и без очков очень похож на Регулуса. Всё-таки бабушка Гарри — из Блэков. Джеймс тоже был похож на Регги, только волосы в вечном беспорядке, да и очки сильно меняли лицо.

Сириус уронил лицо в ладони. Я ободряюще пожал его плечо и сказал вполголоса: "Сири, соберись!" Потом решил немного пояснить собравшимся насчёт Регулуса.

— Все вы, по крайне мере старшее поколение, слышали, что Регулус примкнул к Волдеморту, и вообще злобный Пожиратель Смерти?

Молли с Артуром покивали. Дамблдор настороженно смотрел на меня, собираясь прервать, если я скажу что-то лишнее. Я успокаивающе ему кивнул.

— Так вот, это действительно так. Он действительно принял Метку. Но то, что сделал Регулус потом — это настоящее геройство! Он случайно узнал о том, как можно ослабить Волдеморта. К сожалению, когда он воплотил свой план в действие, он погиб. Но удар Волдеморту он всё же нанёс. Мы узнали об этом только неделю назад, спасибо Кричеру.

Дамблдор расслабился. В записке, среди прочего, я написал "Медальон Салазара Слизерина. Пещера с инферналами. Уничтожен ядом василиска. В пещере фальшивка, оставленная Р.А.Б.".

После этого я решил поставить все точки над "ё" насчёт "рабства" с Грейнджер.

— Мисс Грейнджер, а что касается вашего вопроса... — Я отхлебнул порцию какого-то сока, хорошо хоть, не тыквенного. — Вам знакомо понятие "симбионт"?

Та надулась и отвернулась к еде. Тут Рон как раз успел прожевать.

— Гарри, а что это за си-би-он такой?

Близнецы прыснули. Директор решил включить "режим профессора" и разъяснил дурню, что это такое. Щеки Грейнджер побагровели от стыда. Но она не смирилась.

— Но как же Добби?! И Винки?!

— Добби, — продолжил объяснения Дамблдор, — долго был хранителем дневника Тома Риддла, и повредился рассудком. Дневник не мог взять его под контроль, всё же разум эльфов сильно отличается от человеческого. — В этом месте я хмыкнул, вспомнив эльфа Хепзибы Смит. — Но постоянно нашёптывал бедному Добби злые мысли. Противоречие этих мыслей и желания Добби служить, да и отношение к нему прежних хозяев, всё это вместе свело его с ума. К счастью, его сумасшедствие не влияет на его способности к работе и на его доброе отношение к Гарри и его друзьям.

— Бладжер был особенно добрым... — пробормотал я, кладя в рот очередную порцию еды.

— Будь снисходителен, Гарри, он думал, что таким образом спасает тебя, — пожурил меня Дамблдор, а потом снова обратился к Грейнджер. — Добби питается магией Хогвартса и считает Гарри своим... нет, не хозяином, а скорее покровителем. Вот такой вот выверт эльфийской логики. А Винки была очень привязана к семье Краучей, и считает себя опозоренной. Несмотря на то, что магия Хогвартса поддерживает в ней жизнь, сама она жить не хочет.

Я еле расслышал из-под стола, где ждал моих приказов невидимый Кричер, ворчание: "Надеюсь, глупый хозяин не притащит в благородный дом Блэков сумасшедшего эльфа!" Я одними губами прошептал в направлении, откуда раздался голос: "А Винки?" В ответ получил что-то вроде: "Кричер должен сам посмотреть на Винки".

— Боюсь, долго она не протянет, — завершил Дамблдор рассказ о Винки. На лице Грейнджер сохранялось упрямое выражение. Заметив его, директор добавил, — В библиотеке Хогвартса найдётся пара-тройка книг, освещающих интересующий вас вопрос, мисс Грейнджер.

Постепенно напряжение за столом спало, и потихоньку говорили о разном. Грейнджер временами кидала на меня подозрительные взгляды. Когда все уже начали расходиться, Дамблдор попросил меня уделить ему пару минут наедине. Пришлось пригласить его в одну из пустующих комнат, не хотелось вести его к себе.

* * *

— Гарри, — с ходу наехал он, — тебе следовало посоветоваться со мной, прежде, чем принимать такое важное решение, как вхождение в другой род!

— Не стоит, директор! — твёрдо ответил я, смотря ему прямо в глаза. — Если бы я стал с вами советоваться, то Волдеморт и дальше бы продолжал набирать силу и сторонников. А так — ни воплощённого Волди, ни сторонников.

— Гарри, мне очень жаль осознавать, что ты так спокойно относишься к смерти людей, пусть и Пожирателей!

— О нет, директор, не надо вешать на меня вину! Они сами выбрали свою судьбу, позволив заклеймить себя, как скот. И не забывайте, сколько сотен, а то и тысяч жизней я спас этим свои "неповиновением"! Тонкс, Ремус, братья Криви, Фред, многие другие не погибнут, защищая Хогвартс, Лаванда не будет укушена вервольфом, Снейпу не порвёт горло змея Волдеморта, Белла не вырежет на руке Гермионы слово "грязнокровка"... Продолжать? Одного этого достаточно, чтобы не плакать о смерти Смертожоров!

Всё это время он смотрел на меня сквозь очки.

— Гарри, ты действительно веришь в то, что сейчас сказал? — печально спросил он.

— Мне говорили, что вы умеете отличать искренность от неискренности, директор.

Тот только задумчиво покивал. Мы немного помолчали. Наконец Дамби перешёл к сути того, зачем пришёл.

— Гарри, мальчик мой, ты ничего не хочешь мне сказать? — с отеческой улыбкой спросил Дамблдор, таинственно посверкивая стёклами очков. Смотрел он при этом почему-то поверх своих очков-половинок. Видимо, для эффекта строгости во взгляде, или же наоборот.

— Директор, вы наверное давно не были в мире обычных людей? — я намеренно не стал использовать слово "магглов".

— А в чём дело, мальчик мой?

— Вот именно в этом и дело, директор, сэр. В начальной школе детей учат, что если к ним подошёл благообразный старичок с улыбкой на лице, называет их "мальчик мой" или "девочка моя", да ещё и предлагает сладости, — нагло намекнул я на лимонные леденцы, зная из "сверки" со Снейпом, что такая привычка у Дамби есть в этом мире, — то — вы только не обижайтесь, директор, — этому мальчику или девочке надо срочно убегать от "доброго дяденьки" или же звать полицию или взрослых на помощь, если убежать не удаётся.

— Хм... — задумчиво протянул директор. — Тем не менее, Гарри, откуда у тебя это?

Он развернул мой список хоркруксов. Ну, пан или пропал. Я демонстративно вздохнул, автоматически посылая сигнал Дому перейти в параноидальный режим. Кричер успел кое-чему научить меня. В этом режиме любой предмет мебели становится порт-ключом, рассчитанным на эвакуацию по сигналу защитников дома. В данном случае я собирался вышвырнуть Дамби и рыжих из дома, если что-то пойдёт не так. Хрен с ней, с мебелью. Кричер потом соберёт, что останется.

— Вы же не думаете, что дементоры, имея перед собой ужин из двух блюд, ограничились только одним?

— Гарри?

— На счастье, у Мальчика-который-выжил оказалась, как говорят техники, недокументированная функция. — Я нагло посмотрел ему прямо в глаза. — Ну и когда вы собирались рассказать мне, что в шраме не просто "он наделил тебя частью своих сил", а самый настоящий кусок души Волдеморта, пусть и одна шестьдесят четвёртая часть? А, директор? Сэр?

— Гарри... Я так надеялся, чтобы у тебя было нормальное детство... — состроив печальную физиономию, пропел Дамблдор, на этот раз смотря сквозь очки.

— О! Детство было просто потрясающе нормальным, директор! Особенно начиная с поступления в Хогвартс, самую безопасную школу в мире! Тролль, детёныш дракона, ночная охота на монстра, легко убивающего единорогов, наконец сам одержимый Волдемортом профессор. На этом фоне гигантский трёхголовый цербер действительно всего лишь игривый щенок.

— Гарри, мне...

— Не надо, директор. Дайте закончить. Некомпетентный нарциссический профессор ЗоТИ, окаменения студентов, битва с василиском. Я уже сомневаюсь, была ли она на самом деле? Уж очень неправдоподобно это всё звучит! Дементоры, вервольф в роли преподавателя ЗоТИ, который забывает выпить антиликантропное зелье именно в самый критический момент! Обретение крёстного только для того, чтобы сразу его потерять. И, как вишенка на торте, почему-то резко невзлюбившие своего племянника Дурсли. Вы ничего не хотите мне на это сказать? На этом фоне четвёртый курс уже как-то и не вызывает удивления...

— Гарри, пойми, не всё было в моих силах изменить...

— Да-да, директор, я всё понимаю. Герой должен быть один! Только вот мисс Грейнджер испортила всю картину, так?

— Гарри, ты не так всё понял! — директор снова посмотрел поверх очков. Я решил воспользоваться лазейкой.

— Бросьте, директор! Поцелуй дементора на короткое время открыл для меня тот огрызок души Волди, что сидел в шраме. У него было только одно желание — жить! Поэтому передо мной раскрылись все его якоря, которые на момент своего внедрения в меня успел настрогать Волди. Потом — ничего не помню, пока меня не поднял с больничной койки Снейп.

— Профессор Снейп, — автоматически поправил Дамблдор.

— Профессор Снейп, — не стал спорить я. — То ли дементор удовлетворился куском души Волди, то ли их что-то спугнуло, но вот он я, перед вами. И предвидя ваши подозрения, — я достал палочку, Дамби ощутимо напрягся, спрятав правую руку в складки мантии. Я усмехнулся. — Не надо напрягаться, директор. Я клянусь своей магией, что не являюсь ни Томом Марволо Риддлом, ни Лордом Волдемортом, ни какой-либо их частью или инкарнацией! Да будет так! — Ничего не произошло. Жаль, так хотелось на световое шоу посмотреть. — Люмос. Нокс.

— Гарри, ты не должен был...

— Но это не всё, директор, — продолжил я. — Для вас всех прошло несколько часов. Для меня же прошли годы. Я заново пережил всё — и, пусть не особо счастливое, но вполне нормальное детство с Дурслями, и всё, что произошло после получения первого письма из Хогвартса. И я снова вас спрашиваю, ВЫ ничего не хотите мне сказать? Почему Вернон Дурсль вдруг сошёл с ума и стал уничтожать письма одно за одним, и почему эти письма посыпались сотнями? Почему в меру разумный ребёнок, попав в Хогвартс, стал безрассудным сорвиголовой? Почему Дурсли, ранее нормально относившиеся к своему племяннику, несмотря на магические выбросы (за них ругали, да, но только с точки зрения "как бы кто не узнал"), вдруг резко его невзлюбили?

— Гарри, ты не понимаешь...

— Я всё понимаю, директор. Политика — грязное дело. Да-да, не удивляйтесь. Если бы вы не травили ничего не подозревающего ребёнка зельями тупости, лояльности и прочими, он бы давно это понял. Вы же помните, что шляпа поначалу предлагала Слизерин?

— И ты жалеешь, что туда не попал?

— Жалеть о несбывшемся не в моих правилах, директор. Но да, я был бы рад учиться на другом факультете, Гриффиндор уж очень... шумный. Не представляю, как Гермиона справляется. Мне кажется, ей было бы лучше на Рейвенкло. Да и сам бы хотел там учиться, мне всегда нравилось узнавать новое, даже если это сразу не пригодится. Ну а почему маленький мальчик, довольно удобно встретившийся пару раз со снобом Драко, выбрал "только не Слизерин", думая при этом о Гриффиндоре — тут, как говорила одна умная ведьма, чистая головология.

— Можно попросить шляпу перераспределить тебя, если захочешь. Это допускается правилами в исключительных случаях, — предложил Дамби, посверкивая стёклами очков.

— Спасибо, директор. Но я не собираюсь возвращаться в Хогвартс, — твёрдо ответил я.

— Что ты такое говоришь, Гарри! Тебе надо сдать хотя бы СОВ, а они как раз в этом году!

— Вот именно поэтому, директор! Дементор, похоже, пожрал не только кусок души Волдеморта, но часть моих знаний. Или же эти знания были в той части сознания, которая считала себя Мальчиком-который-бежит-всех-спасать, и изчезли вместе с этой искусственной личностью. Я наверное смогу воспроизвести большинство базовых заклинаний, но только практически. Мне надо нагнать всю теорию за четыре года, а присутствие на занятиях для пятого курса этому вряд ли будет способствовать. И самое главное — я плохо помню Хогвартс. Только как какую-то каменную громаду, но ничего о внутреннем устройстве! А ведь, казалось бы, должен помнить кучу потайных ходов впридачу к основным! Кроме вызывающих какой-то иррациональный страх лестниц и мрачных подземелий Снейпа ничего не помню! Все счастливые воспоминания, связанные с Хогвартсом, уничтожены.

— Гарри, мы можем придумать что-то, ты не должен отрываться от своих друзей...

— Директор, не надо про друзей. Вы слышали такую максиму? "Настоящий друг — не тот, кто поднимет тебя из лужи, если ты в неё упал, а тот, кто упадёт рядом и обнимет тебя!" Если для этих так называемых "друзей" ваш авторитет, без обид, важнее, чем друг, то идут они Запретным лесом!

— Но без преподавателей...

— Директор, у меня будет Сириус. Я надеюсь, что он оклемается. И даже, если он больше никогда не сможет колдовать, он всегда сможет рассказать, как это правильно сделать. Я эмансипирован, так что никто не мешает мне нанять частных учителей и заниматься в том темпе, который будет удобен. Я вас уверяю, этот темп будет гораздо живее, чем в Хогвартсе, где всё рассчитано на самых тупых и ленивых, вроде тех же Крэбба с Гойлом или Рональда. Да и квиддич будет сжирать львиную долю моего времени, а профессор Макгонагл не слезет с меня. Пусть Джинни играет, из неё получится неплохой Ловец.

— Маль... Гарри, мне жаль, что ты так ко всему отнесся и что всё так получилось... — при этом директор уже в третий раз покосился в угол. Кричер молодец — постоянная бдительность! Может и не придётся "кнопку эвакуации" жать.

— Не надо, директор, вам не жаль. Ну разве что ваши планы пошли Мягколапу⁽¹⁾ под хвост, — плоско пошутил я. — Но я не думаю, что вам следует жалеть. Ответьте мне, что случится, когда все якоря Волдеморта будут уничтожены? Теперь, когда он снова в виде духа?

— Я думаю, — задумчиво протянул директор, — что он так и останется вечно скитаться неприкаянным. Но может и овладеть каким-нибудь несчастным, как беднягой Квиринусом. С тем же финалом.

Тут Дамблдор снова собрался.

— Гарри, а откуда тогда вот эта строчка? — он зачитал, — "Змея Нагини⁽²⁾ (предположительно), должна быть рядом с Т".

— Мысль о создании из неё... якоря уже была в голове у Волди, когда он шёл убивать потенциальную угрозу в лице маленького мальчика. Видимо, желание поместить часть своей души в живое существо сыграло свою роль в образовании якоря в шраме. К тому же, когда начались видения год назад, там был Волдеморт, Петтигрю, какой-то старик, которого убили, и змея. И она... она разговаривала с Волдемортом. Это было в письме Сириусу... Он вам рассказывал? — Дамблдор задумчиво покивал. — Если она успела сбежать, когда Волди снова "испарился", то это будет проблемой. Хотя, если действительно, — я выделил голосом, — задаться целью, то такая здоровая змеюка недолго будет оставаться незамеченной.

Дамблдор, по всей видимости, удовлетворился сказанным. Я мысленно погладил себя по голове.

— Ну что же, Гарри, ты сделал всё, что мог, и хотя я не могу тебя похвалить за содеянное, но, возможно, ты и прав, и так будет действительно лучше. Но ты понимаешь, что мне надо будет тщательно всё проверить? Кстати, почему ты не включил седьмой пункт в список? — он выразительно посмотрел на мой лоб.

— Конечно, директор, понимаю. Как и вы должны понимать причины того, что информации об этом, — я постучал себя по лбу, — не стоит выходить за пределы этой комнаты. Список, при всём уважении, может попасть не в те руки. И, пожалуйста, будьте осторожны — я не успел увидеть, что за заклятья охраняют эти якоря. Да даже если бы и успел — я же ничего из этой тёмной магии не знаю, что бы я там понял-то? Так что просто будьте предельно осторожны. И вот ещё что, — добавил я, — Кричер, медальон!

Кричер проявился и подал то, что осталось от медальона. Собственно, обе крышки почти не пострадали, а снаружи так и вообще выглядел нетронутым. Я протянул медальон директору.

— Чтобы открыть, вызовите змею и попросите её, — посоветовал я, не особо успешно скрывая веселье. — Почему-то эта магия в медальоне сохранилась. В отсутствие куска Волди в шраме я не могу говорить со змеями. Ну, то есть могу, — вот же моя въедливость, всегда хочу точно выразить мысль, — но они меня не понимают. Проверено.

— Да-да, Северус мне рассказал как раз перед обедом, — похоже, искренне рассмеялся Дамблдор. — Очень находчиво было попросить Северуса вызвать змею и взять её под Империо! Но не забывай, что Империо не только нельзя применять к разумным существам, но и просто его использование не одобряется и подлежит расследованию аврорами! Но мы же никому не скажем, а, Гарри? — подмигнул он. — И спасибо, Гарри, за предупреждение. Я буду крайне осторожен! — с отеческой улыбкой заверил меня он. — И ты всё же подумай о возвращении в Хогвартс в этом году. Как ты правильно заметил, ты признан совершеннолетним, и я не могу настаивать, но мы все будем очень рады видеть тебя.

Директор, притворно кряхтя, поднялся и покинул комнату. Я кивнул Кричеру, подумав о своей комнате. Мне не хотелось идти по коридорам и встречаться с Уизли. Кричер без слов перенёс меня.

"Похоже, не совсем гад", подумал я, вспоминая прошедший разговор. Или он просто усыпляет мою подозрительность? Ладно, девиз Муди всегда актуален. Постоянная бдительность!

1) Вот где, где в слове Padfoot переводчики увидели "Бродягу"? Вот Арагорн aka Strider — ещё куда ни шло! Хотя тоже не совсем точно. Здесь однозначное указание на мягкие подушечки лап. Это как с Косолапусом (Crookshanks) Гермионы, который почему-то вдруг стал "Живоглотом"!

Вернуться к тексту

2) Санскрит. наг — змей, жен. род — нагини. Сравним князь — княгиня, бог — богиня. Некогда продуктивный суффикс женского рода, см. немецкий. "Нагайна" — неправильное произношение, проникшее из переводов Киплинга.

Вернуться к тексту