Натуральный блондин (гет)

*Тысяча лет тому назад*

— Три придурка.

— Согласен с тобой, Хелли.

— Да ладно вам, Певерелы прикольные ребята.

— И талантливые артефакторы, Годрик, это даже важнее.

— Точно, Ро. Слышал я про палочку, которую старший сделал. Говорят, сильнее меча.

— Шедевр. Я еще слышала, что средний брат изобрел артефакт для воскрешения мертвых, а младший сделал такую мантию-невидимку, что чары со временем только крепче становятся. Настоящие гении.

— Только чувство юмора у всех троих идиотское. Позорище всего Хогсмида. Тот, который с палочкой, задирается со всеми подряд. Средний на спор призраков вызывает, ежу понятно, что ни о каком воскрешении речи не идет. А этот, который с мантией, опять битый ходит. Повадился невидимый за девками у озера подглядывать, хоть бы уже женился наконец!

— Девки поймали, Хелли?

— Ага. Самого не видно, а кусты-то шуршат. А девки — это серьезно, Годрик. Особенно одна, дочка кузнеца из Лощины. У дядьки здесь гостит. Ух она его и отметелила.

— Теперь, небось, женится.

— А дураком так и останется, Годрик. У них семейное. Надо ж додуматься, все трое врут как сивые мерины, что им эти игрушки сама Смерть подарила. Хоть бы людей не смешили.

*Тысяча лет тому вперед*

То, что нафантазировал Дамблдор, это не план, а решето, думал Снейп, слушая разглагольствования директора. От любого пустяка все может пойти по.. бороде. И непременно пойдет!

Шкаф толком не отлажен, может заклинить в самый неподходящий момент. Драко может заупрямиться, перенервничать и вообще устроить что угодно. Поттер плюнет на Экспеллиармус и, вместо того, чтобы отобрать палочку, выкрикнет Левикорпус. Кто-то обязательно опоздает. Или забредет не туда. Змея останется дома. Некромантская ловушка не сработает. Бойцы из орденцев никакие. У него самого другая роль, остаются только Кингсли Шеклбот и Билл Уизли. И ни в коем случае нельзя выпускать в бой малолетних идиотов из этого кружка самодеятельности! А Грейнджер вообще надо запереть в кладовке! Чтоб под ногами не путалась! Нет, в чулане для метел, так будет безопасней для ценных ингредиентов.

Это не считая всего остального.

И не надо ему про благие намерения, он на расчетах производственных процессов в зельеварнях Медичи не одного фестрала съел! И знает, что если хоть что-то может пойти не так, оно обязательно так и случится!

Главное, что Снейпу не нравилось — это его собственная смерть. Легко Дамблдору считать данный факт чепухой, не стоящей внимания. Это же ради всеобщего блага, ради Лили, ради добра и света.

Но Снейп не собирался рисковать своей шкурой ради всех этих умозрительных материй. Ни ради Дамблдора, ни ради Лорда, ни ради Света, ни ради Тьмы...

У него свои планы, у него вилла в Италии не обжита, патенты не оформлены, линия зелий для стоматологии не запущена, письмо синьорите Лоренце не дописано... Баллы с Гриффиндора не все сняты!

Короче, некогда ему мир спасать.

Но он обещал помогать и охранять, так что, как только в лоб Поттера полетит Авада, он, Снейп, тут же и сдохнет. Быстро и болезненно.

Нет, его такой расклад не устраивает.

Значит, Поттера надо как-то вывести из-под удара. А Лорда, наоборот, подставить. Если получится.

Крестражи еще эти! Только все дело осложняют.

Снейп честно попытался донести до сбрендившего начальства свои соображения.

Дохлый номер.

— А как же пророчество, Дамблдор? То самое, которое вы с таким тщанием охраняли?

— Пророчество? — на Снейпа безмятежно смотрели ласковые голубые глаза. — Но ведь это не жесткий закон, а скорее... свод указаний. Направление.

— Так Поттер Избранный или нет?

— Эм. Северус, это очень тонкий вопрос. С одной стороны, конечно, да, а вот с другой... Но если он выживет снова, тогда можно будет сказать, что мы не ошиблись и пророчество исполнено, у Гарри хватит могущества победить Волдеморта. Даже посмертно.

Если бы последовавший за этим короткий, но выразительный ответ Снейпа кому-нибудь пришло в голову записать, пергамент бы почернел, скукожился и рассыпался пеплом. Приличными там были только пара предлогов.

Что не произвело на Дамблдора ни малейшего впечатления.

Собственно, Снейпу было уже все равно, задумал ли все это Дамблдор изначально или ему проклятие сожрало не только руку, но и мозги. Его дело не допытываться до причин, а разгребать последствия.

Может, в лимонные дольки все же что-то добавлено? С чего-то же директора так плющит.

— Северус, я думаю, что мы слишком рано проводим распределение. Ты был бы прекрасным гриффиндорцем, — вспомнив это заявление Дамблдора, Снейп от злости скрипнул зубами.

Надо же, этот интриган бородатый считает, что это он польстил своей марионетке! А вот хрен ему.

Северус — слизеринец!

И пойдет другим путем.

Итак, что он имеет? С одной стороны, крестражи. И самая большая проблема в том, что один из крестражей — вероятно, Поттер.

Обязательно ли убивать мальчишку ради избавления от, по факту, темной сущности в нем?

Гриффиндорец сказал бы, что да. Пожертвовать одним ради счастья всех, это ли не благородство?

Снейп считал это идиотизмом.

Если часть души Лорда, как уверяет Дамблдор, можно поместить отдельно (считать ли в этом случае Поттера неодушевленным предметом или нет, Северус еще не определился. Вот безмозглым — это вне всякого сомнения.), значит, можно проделать и обратный процесс. В Британии никто такое не умеет, а на некроманта с лицензией у него не хватит денег?

Надо подумать.

Вторая проблема — зреющий в Министерстве заговор.

Снейпу никогда не нравился Скримджер. Он и Министром-то стал как компромиссная фигура, которая более-менее всех устраивала и в надежде, что этот бывший аврор не сильно полезет в дела и финансы, которые его не касаются. Но Скримджер полез. Именно потому, что бывший аврор. Порядок он хотел навести, это в Министерстве-то!

Наивный.

Но за ним стоит аврорат. Стражи магического правопорядка, может, и невеликого ума, но большинство из них — опытные боевики. Кто-то должен разбираться с криминальной швалью из Лютного, егерями, оборотнями и наемниками, на которых Лорд спустил все, что выжал из сейфа Малфоя.

Если Скримджера убьют в результате переворота, то в силовых структурах будет бардак, а вот если он на время затаится в подполье и в нужный момент объявится — пожалуй, этот факт собьет всех с толку и увеличит его, Снейпа, личные шансы на выживание.

Северус принял решение. И отправил патронус Кингсли Шеклботу с требованием немедленной встречи. И что с того, что глубокая ночь? На том свете отоспятся.

Через пять минут прилетела сияющая рысь и, зевая во всю пасть, сначала послала его вниз по Темзе, а потом сказала адрес крошечной забегаловки в магловском Лондоне.

— А Дамблдор знает? — спросил хмурый чернокожий мужчина у своего собеседника, когда сонная официантка поставила перед ними две кружки паршивого кофе и уползла за барную стойку.

— Конечно, — ответил тот, кто сидел рядом и был в профиль похож на хищную птицу.

Снейп был абсолютно уверен, что про заговор в Министерстве Шеклбот и сам в курсе. Какие-то слухи должны были донестись. Но сделать ничего толком не может, потому что служит охранником и секретарем у магловского премьер-министра, не разорваться же ему. Да и слишком много народу в этом замешано, полный список участников хорошо если Люциус знает.

— Есть мнение, — осторожно начал Снейп. — Что при захвате Министерства стоит избежать гибели законного Министра. Любой ценой. Даже если придется сдать позиции и затаиться. Временно.

Он позволил себе усмешку.

— Дамблдор и его хитроумные планы, — проворчал Кингсли. — Что он предлагает?

— Многое должно проясниться в ближайшие пару недель, — понизил голос Снейп. — Если не сработает план "А", в дело вступит план "Б".

Он достал из кармана предусмотрительно ополовиненный флакон с круглыми капсулами.

— Живая Смерть, — сообщил Снейп аврору под прикрытием. — Дозы хватает на три часа. Полное подобие, не школьное варево, работа Севе́ро.

— Ничего себе, — уважительно кивнул Кингсли. — Дело серьезное, раз Дамблдор на такое раскошелился. Он хочет, чтобы поверили в смерть Скримджера, чтобы накрыть всех с поличным?

— Не знаю, меня он не предупреждает, — пожал плечами Снейп. — Задание было сохранить жизнь Министру. А вот способ и зелье — это на мое усмотрение.

Шеклбот молча смотрел на этого изворотливого двойного шпиона и ждал продолжения. То, что Снейп потребует ответной услуги, было ясно как день. Но зелье Живой Смерти, да еще и от Мастера, давало шанс отступить, перегруппироваться и вырвать победу. А Скримджера он убедит, главное, чтобы не было поздно.

— Мне нужна информация, — наконец сказал Снейп. — Или тот, кто может ее предоставить.

— По поводу заговора?

— Нет. Речь идёт о некоей темной магии, помещенной в предмет. Или в существо. В Англии с таким никто не работает. Это... Не совсем обычное проклятие.

— Почему ты обратился ко мне?

— Потому что меня интересуют знания и ритуалы твоих родственников по материнской линии, — ухмыльнулся Снейп.

Что-то в нем изменилось, но что именно, Шеклбот не понял. А потом до него дошло, чего хочет Снейп. Аврор тихо выругался.

Шеклботы были старым и уважаемым британским родом, который богатств никогда и не имел, зато с чистокровностью был полный порядок, даже входили в состав Священных Двадцати восьми семейств.

А потом Генри Шеклбота переклинило на экзотике и он насмерть влюбился в гаитянскую танцовщицу, черную, гибкую, страстную и яркую. Не женщина, а пантера. Ведьма из рода потомственных бокоров, что до ошалевшего от любви британца дошло не сразу.

Замуж Доминика выходить не захотела, но ребенка Шеклбот признал, сделал наследником и вырастил. Кингсли несколько раз свою родню навещал и кое о чем знал, а об остальном догадывался. Что матушка рассказала, что дед с бабкой, те еще затейники.

Конечно, с такой внешностью ему тяжеловато пришлось. Для Британии он был слишком черный, а для Гаити слишком белый. Но в итоге в аврорате карьера у Кингсли сложилась.

Если бы не политические игры Министерства и Дамблдора, в которые он поневоле втянулся, жизнь была бы совсем хорошей. Но выбирать не приходится.

И Кингсли, поразмыслив немного, решил, что жизнь Скримджера того стоит. Хочет Снейп избавить некий загадочный предмет от темной сущности и чтобы никто об этом не узнал — Шеклбот не возражает и поищет способ. Все же они в одной лодке.

Перед тем, как попрощаться, Кингсли вспомнил еще одно дело.

Письма. Анонимные письма, которые приходили в аврорат и, по большей части, пропадали в руках Тонкс. Странные письма, в которых постоянно упоминалась угроза жизни директору Хогвартса. А последнее послание он получил лично и стал немного беспокоиться.

Списать на студенческие шалости уже так просто не получалось. Может, Снейп что-то знает?

Бросив один только взгляд на протянутый ему Шеклботом пергамент, Снейп сразу понял, кто это писал. Так он и думал, что Грейнджер не успокоится! И выражения ему знакомы, значит, вдвоем сочиняли. Идиоты.

А если бы Лорд про это узнал? Или Дамблдор? Или оба сразу? Родители бы с горя умерли!

Вот же чокнутая парочка.

Северус не понимал, кому он больше сочувствует: чистокровным волшебникам Малфоям или магловским стоматологам Грейнджерам. Злился на обоих.

Нарожали-навоспитывали, а ему теперь отдувайся!

Но ситуацией, разумеется, воспользовался. Он и так планировал заморочить Шеклботу мозги и добиться все же участия аврората в авантюре Дамблдора. А тут такой случай подходящий.

И Снейп договорился, что при визите в Хогвартс непрошеных гостей он отправит патронус лично Кингсли, а тот будет держать в боевой готовности отряд быстрого реагирования.

Про Орден Феникса не вспомнил ни один из них. Не смешно. Кто там в драку полезет? Хромой оборотень, неуклюжая Тонкс или старый гриб Додж? У Грюма его лучшие годы давно позади, Артур вовсе не боец, а его старший сын в командировке.

Есть авроры, и это их прямая обязанность, вот пусть и ловят Лорда с компанией.

Драко получил из дома письмо. Мама была в ужасе, предупреждала, что Лысый настроен серьезно, хочет заявиться в Хогвартс и пусть Драко будет осторожен. Умоляла доверять Снейпу и не лезть на рожон. Северус все сделает, он обещал, заклинала леди Малфой, береги себя, сынок.

Драко мучился тяжёлыми предчувствиями. Напряжение было словно разлито в воздухе, и с каждым днем дышать становилось все тяжелее.

В коридорах школы он пару раз уже наткнулся на пьяную Трелони, которая, как всегда, предсказывала всякую гадость.

— Грядееет тот, кто низвергнется с Башни Молний! Ласточкой!— завывала она, и сопровождающие Драко Крэбб и Гойл втягивали головы в плечи. Сам он проходил мимо, не моргнув глазом. — Горе, горе! Страх, петля и яма! Как упал ты с неба, денница, сын зари... Ик! Слова забыла...

Достала.

Грейнджер пялилась на него издалека своими карамельными глазищами, и у Драко холодели руки, так хотелось ее обнять, прижать к себе и сказать, что все будет хорошо. Но она только смотрела с тоской и печалью, а в то, что все наладится — он уже и сам не верил.

Снейпу он тоже не верил. Мало ли что декан пообещал его матери в Непреложном Обете. Лучше бы честно сказал, за кого он на самом деле. Но честность на факультете Слизерин была не в почете.

И его очень беспокоили крестражи, которые так и лежали в шкатулке. Спрятать бы их в надежное место, чтобы никто лапы не наложил. Пригодятся. Или для уничтожения, или для переговоров, кто знает, как повернется его судьба.

Драко долго ломал голову над этой проблемой. Держать частицы души Лысого при себе, пусть и в шкатулке — да лонгботтомовское зелье выпить, и то безопаснее.

Поэтому в субботу с утра Драко отправился в Хогсмид. С охраной, забодай их фестал. Но хоть от Паркинсон улизнул, а то она в последнее время слишком уж навязчиво стала заботиться о его здоровье. Словно с сестрами Гринграсс соревнуется.

Студенты еще тянулись из Хогвартса, никуда не торопясь и наслаждаясь прогулкой и хорошей погодой, а Драко уже стоял у общественного почтамта и давал Крэббу с Гойлом ценные указания. Остолопы должны были ждать его на крыльце и смотреть в оба. Хорошо, что вопросы вассалы рода Малфой задавать не приучены, а корзина с пирожками, набранная на школьной кухне, заняла их надолго.

Драко убедился, что никто на него не смотрит и шагнул в камин.

Зеленое пламя выбросило его в полумраке "Дырявого котла", где он накинул капюшон мантии и, ни с кем не разговаривая, быстро пошел к выходу на Диагон-аллею.

До Гринготтса было недалеко.

Нет, прятать найденные крестражи в фамильное хранилище Драко не собирался. Он не идиот и детективы магловские читал.

Гоблинам было все равно. Наследник Малфой хочет простой железный сейф на верхнем уровне? На том этаже, где просто куча безликих ячеек? Куда ничего крупного не положить и которыми, в основном, пользуются маглокровки? С запасным ключом и паролем?

Наследник Малфой оплачивает и получает.

Для оплаты пришлось взять наличные из своего ученического сейфа, выписывать чек Драко не рискнул. Мало остается, подумал он. Если так дальше пойдет, он будет таким же нищебродом, как семейка Уизелов.

Если, конечно, выживет.

А то Волдеморт жаждет прийти в Хогвартс, посмотреть, как Драко будет директора убивать. А Дамблдор хочет им пожертвовать, как пешкой. "Мальчик должен умереть".

Куда ни повернись, везде страх и смерть, тут и у Трелони можно не спрашивать.

Один ключ будет у него, а другой он отдаст Грейнджер. Может, у нее получится что-то придумать с этими проклятыми крестражами, если он... Если все пойдет не так.

После получения оплаты гоблин выдал ему два ключа и проводил к сейфам.Стена ячеек впечатляла.

Он сухо кивнул банковскому служащему и, не торопясь, отправился в угол, где на железной дверце нашел номер своего хранилища.

Интересно, крестражи не будут на гоблинов влиять? Что-то такое он у Горпия читал. Но ведь лежала диадема в Выручай-комнате, и ничего страшного не произошло. Наверное.

Точно, книги тоже нужно спрятать.

Драко открыл шкатулку и, торопясь закончить побыстрее, призвал Акцио все, что там есть. Три тома Горпия стопкой легли в ячейку, сразу заняв половину места. Диадема. Чаша. Колдография мамы с сестрами и кубки Блэков.

Он подумал, что стоит убедиться, точно ли перед ним крестражи. Вдруг они с Грейнджер не так поняли?

И шепнул заклинание.

Диадема и чаша отреагировали как полагается, но, к удивлению Драко, багровым сиянием озарился и один из кубков. А это еще что такое? Быть не может.

Он осторожно подцепил палочкой и выудил старый медальон. Откуда он тут вообще взялся? Точно, это же та побрякушка, которую он у Розмерты купил. Ничего себе! Откуда она у Флетчера, если грабил он особняк Блэков, а не мэнор Малфоев? И уж точно не у Волдеморта из кармана стащил. У него и карманов нет...

Но проверочное заклинание показало, что ошибки нет и это тоже крестраж.

Тут Драко припомнил, что Грейнджер рассказывала про какой-то медальон, что упоминал Бородатый. Но тогда он был несколько отвлечен, да и понимал прекрасно, что в Британии медальонов — как в Бразилии диких обезьян, можно всю жизнь искать, все подряд не проверишь.

А оно вот как обернулось.

К дракклу все! Драко захлопнул сейф, забрав с собой только шкатулку. Остальное пусть лежит там, не до него сейчас. И почти бегом вернулся в 'Дырявый котел".

Значит, крестражей все-таки больше пяти.

Семь? Девять?

* * *

Австралия, Мельбурн. Порт.

— Дохрена, Сиря. И это ровно половина, — сказал человеческим голосом черный кот.

— Чего? — не понял пес, что сидел рядом.

— Отвечаю на твой вопрос. Сколько в мире маглов, если им нужны такие громадные корабли. Дохрена.

— Да я что? — собака-Блэк почесал лапой за ухом. — Так всего много. И всех. А мы такие маленькие. И как теперь быть?

— Надо пошастать по кабакам, разговоры послушать, — поразмыслив, кот-Долохов поднялся на ноги и зашагал. — У матросов языки без костей, рано или поздно ляпнут, откуда и куда направляются. А то заплывем в Балтимор вместо Бристоля, и все сначала.