Натуральный блондин (гет)

Обратно в замок Драко не торопился. Он погулял по надоевшему за эти годы Хогсмиду, слушая сопение Крэбба и Гойла за спиной. Поглазел на витрины, зашел в "Сладкое королевство", два часа провел в книжном магазине, перелистывая новинки и вздрагивая от каждого звона колокольчика на входной двери.

Он искал Грейнджер. Но не нашел.

Даже в "Три метлы", где Драко долго сидел вместе со всеми слизеринцами, она не пришла.

Потому что в Хогсмид Гермиона и вовсе идти не планировала. Гарри наказан и весь день будет в подземельях, а Рона туда утащила Лаванда, в надежде, что романтическая обстановка у мадам Паддифут вернет их былые чувства.

Джинни ее тоже утомила.

Гермиона дружила с Гарри и Роном с первого курса. Она помогала им в учебе, утешала, тренировала и поддерживала. Но это не значит, что она должна разгребать их проблемы в личной жизни! Или на них данная ею клятва тоже распространяется? Но это же неправильно!

И вообще, лучшая помощь в данном случае — не мешать. Со своими девушками пускай сами разбираются.

Ей вон тоже несладко приходится, она же не жалуется.

Гермиона на минуту представила, как спрашивает у Гарри совета на тему: что подарить Малфою, у него день рождения через две недели, а у нее никаких идей, одни дурные предчувствия. И невесело хмыкнула, представив реакцию доузей

Сделав вид, что она погружена в книгу и не слышит, как ее зовет Джинни, Гермиона вышла из замка и устроилась на берегу Черного озера, скрывшись от посторонних глаз.

Где и просидела почти до вечера. Грустная и меланхоличная.

Зато Северусу Снейпу сидеть и страдать было некогда. Даже просто сидеть!

Утренняя чашка кофе была единственным хорошим событием за весь день. Но это он понял потом.

После завтрака к нему приперся Поттер. Для отбытия наказания. Не успел гриффиндорский идиот разложить картотеку, которую должен переписывать, как Снейп почувствовал адское пламя в левой руке. Лорд вызывает, и это срочно.

Пришлось взять мальчишку за шиворот и сдать на поруки Филчу. Не оставлять же одного в своем кабинете, Поттер замок по камешку разнесет.

Филч обрадовался дармовой силе и заверил Снейпа, что у него есть для Поттера по-настоящему грязная работа.

— Весь пол изгадили, мерзавцы, — бухтел завхоз, доставая ведро и швабру. — И мелом, и углем, и ещё какой-то едкой дрянью. Вот пусть попробует отмыть, чтоб неповадно было!

Снейп эту тираду пропустил мимо ушей. Ему было все равно, где будет пахать Поттер, лишь бы под присмотром.

Явившись в Малфой-Мэнор, Северус с порога понял, что проблемы на этот раз серьезные.

Волдеморт трясся от злости, швырялся Круцио и требовал всех убить. И Скитер, и Поттера, и редакцию "Ежедневного пророка", и всех читателей. Три раза. И Дамблдора тоже!

Ближний круг изображал соляные столпы. Нагайны нигде видно не было.

Северус рядом с собой увидел на полу вырванный и смятый газетный лист. И натренированным на ученических работах глазом быстро выхватил основную мысль.

Ну, Скитер! Вот же стерва!

Неудивительно, что Лорд в таком бешенстве.

Предательство крови — не говоря прямо эти слова, Скитер, не сильно завуалировав, обвиняла в нехорошем деянии и темного, и светлого магов.

Она рассуждала о том, почему волшебники считают неприемлемым убивать детей, что родных, что чужих. Это неправильно.

Приводила примеры, на взгляд Снейпа, натянутые за уши. Старое суеверие, говорите? Или вековые традиции?

А в центре повествования был, конечно же, Избранный Герой Гарри Поттер. Которого в год с небольшим пытался убить Сами-знаете-кто. А кончилось это сами-знаете-чем. Покушение на убийство ребенка имело место быть и расплате не стоит удивляться, дорогие читатели.

Знали ли вы, дорогие читатели, что в природе лев, победивший старого вожака, убивает его потомство? Что с него возьмешь, он просто животное, хотя и символ. Сами-знаете-чей. Но мы-то люди. Маги. Местами даже разумные.

И это еще не все. Мало кто знает, что чудом выживший младенец пережил еще одно покушение на свою юную жизнь.

Да-да, дорогие читатели, Гарри Поттер был цинично брошен в одиночестве на крыльце, как дырявое ведро. В ноябре, когда по ночам уже заморозки. Прямо на пороге своих родственников, как утверждает свидетельница его детских лет, достопочтенная миссис Ф.

Что это, как не оставление в опасности, которое даже черствые душой маглы классифицируют как преступление? Так ли это отличается от прямого убийства?

А кто это сделал? Скажите, как его зовут? Кто подбросил ребенка-волшебника маглам, которые понятия не имеют, как справиться даже с такой ерундой, как детские магические выбросы? Кто ничему не научил и ничем не поддержал? По чьей вине Избранный вырос недоучкой, не помнящим родства?

Даже сквибов в Средневековье не бросали на крыльце. В дверь стучали и следили, чтобы ребенка все же забрали.

Интересно, Дамблдор уже прочитал или сюрприз впереди, подумал Снейп. Но тут Волдеморт обратил на него внимание и обрадовал, что в Хогвартс он идет сегодня. Сейчас. Сию секунду!

Вот только речь пафосную договорит.

С большим трудом (и только после вытерпленного Круцио) Снейпу удалось добиться переноса визита на поздний вечер. Основным аргументом было именно наличие в школе толпы детей не только противников, но и сторонников. А это как-то не очень будет выглядеть в свете неминуемого прихода к власти в Британии.

Волдеморт в последний момент даже объявил, что не будет убивать Поттера до его совершеннолетия. Вот как только мальчишке стукнет семнадцать — то сразу же!

Снейп на это не сильно надеялся. Лорд своему слову был полный хозяин, захотел — дал, захотел — обратно взял. Но куда деваться, поклонился и пошел выполнять задание.

Люциус перехватил его на пороге. Но останавливаться и слушать причитания и отчаянные просьбы Снейп не стал. Только молча кивнул, оставляя старого приятеля наедине с его страхами.

В Хогвартсе Северус сразу направился в кабинет директора. Прочитал, с удовлетворением отметил Снейп, наблюдая, как бледный директор трясущимися руками прячет газету в складки мантии.

А как он хотел? Сколько можно прикрывать сомнительные поступки благими помыслами? Рано или поздно найдется Скитер, которая сорвет покровы, да еще и заработает на этом.

— Пробил час, Северус! — поднял на него глаза Дамблдор. И Снейп заметил, что директор совсем сдал. Постарел, осунулся, да и про́клятая рука почти перестала слушаться.

— Сегодня после отбоя мы с Гарри идем за крестражем! Как раз и ловушка на Астрономической башне готова, и руны, и знаки, все нарисовано и размечено.

— Почему не прямо сейчас? — спросил Снейп. — Волдеморт тоже хочет посетить Хогвартс сегодня, разумнее оставить время для подготовки торжественной встречи.

— То место, где спрятан крестраж, можно открыть только после захода солнца, — пожевав губами, признался Дамблдор. — Все пойдет по плану.

Снейп посмотрел на него матом и ушел. У него было много дел.

Для начала он отправил патронус Кингсли. Но ответа не получил. Странно, может Шеклбот на задании? Или что-то случилось?

Потом он пошел искать деканов факультетов. Спросил у портретов, они подсказали. Обнаружил Флитвика и Спраут в учительской и предупредил обоих, что сегодня после отбоя в школе будет проходить секретная операция аврората. Поэтому двери в гостиных закрыть, всех впускать, никого не выпускать, сидеть тихо. Филлиус и Помона переглянулись и обещали все сделать. Вопросов не задавали.

С МакГонагалл этот фокус не прокатил. Снейп встретил ее в коридоре, и декан Гриффиндора даже не стала слушать декана Слизерина. Ей Дамблдор никаких указаний не давал, и точка.

Ладно. Эльфам Хогвартса в очередной раз пришлось пережить шантаж и угрозы. Не закроете своими задницами после отбоя гриффиндорскую дверь — натравлю Грейнджер, пообещал ушастым Снейп. Спорт, диета и никакого сливочного пива. И не падать мне тут в обмороки, без вас забот по уши!

Старый морщинистый эльф, который при этих словах скалился на него из угла, показался Снейпу смутно знакомым, но сейчас точно было не до него.

Где Малфой шляется, хотелось бы знать?

Снейп решил немного подправить план директора. Поттер будет а этой своей мантию-невидимке? Вот и чудесно. Значит, его надо просто обездвижить. И время потянуть. Лорд Поттера не увидит, есть надежда, что отвлечется на падение Дамблдора с башни, а дальше посмотрим. Вдруг и правда в некромантскую ловушку попадет, а если нет, то пусть воскресший Дамблдор с ним сам разбирается.

А то придумал — камень он мальчишке даст. Лучше бы пулемет.

*Тысяча лет тому назад*

— Как же он достал.

— Кто, Салли?

— Средний придурок Певерел. Все время забываю, как его зовут.

— Кадмус.

— Считай, что я опять забыл, Гриф.

— А что не так?

— Задолбал со своим камнем. Духов вызывает, они такую чушь несут, местные недовольны. Вчера в Хогсмиде Блоттсы передрались со всем семейством Флориш, потому что этот кретин вызвал общего прадеда, а тот не помнит, кому на самом деле завещал свой топор. Сто лет мирно жили, и вот, пожалуйста.

— Может, его мечом ткнуть? Чтоб поумнел?

— Вряд ли это поможет.

*Тысяча лет тому вперед*

Крестраж из Поттера и потом извлечь можно. Если уж гаитянские бокоры могут целую душу своровать,(он тоже кое-что читал!), то с осколком как-нибудь справятся. Попытка не пытка, все лучше, чем пихать этого дурака под Аваду...

— Вот, профессор Снейп, получите штрафника, — проскрипел Филч, который спускался с лестницы и ругал Поттера, тащившего швабру, ведро и тряпки. — Отработал в лучшем виде. Всю пакость с площадки Астрономической башни своими руками-крюками убрал, теперь чистота и порядок. Еще бы выпороть для закрепления, совсем было бы хорошо.

Снейп на секунду прикрыл глаза. Что скажет Дамблдор, когда узнает, что его драгоценный Избранный отмыл с камней некромантскую ловушку и тем похерил его же тщательно разработанный план? А Северус говорил!

— Спасибо, Аргус, — сказал он. — Директор обрадуется.

Взлохмаченный и уставший Поттер смотрел на него исподлобья.

За ужином первокурсник Пинс принес Гарри записку от Дамблдора.

— Вот послушайте, что он пишет, — Поттер дернул за рукав Гермиону, витавшую в облаках и Рона, который с раздраженным видом уминал дополнительную порцию пирога. — Дамблдор приглашает к себе нас троих. Сегодня, за полчаса до отбоя. Это точно будет то, что я говорил! Мы отправляемся за кре... Ай, Гермиона! Больно же!

Гермиона, наступившая другу на ногу со всей силы, извиняться не торопилась. Наоборот, посмотрела строго и приказала закрыть рот. Гарри тяжко вздохнул и исподтишка стал наблюдать за Джинни, с которой последнее время творилось что-то не то, а что именно, он не понимал. Она на него точно обижалась. Но за что?

Вечером они втроем осторожно выскользнули из гостинрй. Живоглот увязался с ними, путался у Гермионы в ногах и громко мурлыкал, а когда Рон захотел его отпихинуть, чтобы пройти, то вцепился рыжему гриффиндорцу когтями в ногу.

Рон взвыл и затряс ногой, а полукнизл упал на пол, закрыл глаза и слабо, почти по-человечески, застонал.

— Глотик! — бросилась к нему хозяйка. — Рон! Как ты мог! Ему же больно!

— Да что я сделал-то? — возмутился друг. — Ничего с ним не случится! Брось ты его, нас Дамблдор ждет.

— Десять минут подождет, — отрезала разозлившаяся Гермиона и подняла своего кота на руки. — Идите, я отнесу Глотика мадам Помфри и догоню вас. А с тобой, Рональд Уизли, я потом серьезно поговорю!

Мальчики скрылись за поворотом. Гермиона поспешила в Больничное крыло, но стоило ей ступить на лестницу, как полукнизл подпрыгнул и понесся вверх.

— Глотик, вернись! — закричала она и побежала следом.

За пятнадцать минут до отбоя Драко с тяжелым сердцем пошел на восьмой этаж. Снейп его уже предупредил, что Волдеморт идет. Он должен открыть этот проклятый шкаф! Хорошо хоть Кребба с Гойлом декан запер в подземельях вместе с остальными.

И вдруг в коридоре раздались быстрые шаги.

— Глотик! — позвал встревоженный голос и Драко остолбенел.

Грейнджер!

Это его шанс!

Она не заметила Малфоя, скрытого в нише. Отвлеклась на поиски кота и панику.

И как так получилось, что они с Драко оказались в тесной нише вдвоем — тоже не поняла. Все слишком быстро.

Как же она по нему соскучилась!

— Грейнджер! — зашептал слизеринец, схватив ее за плечи и почти касаясь губами губ. — Сегодня, слышишь? Лорд придет сегодня! Ты должна мне пообещать!

Гермиона ахнула от неожиданности, а потом до нее дошло.

— Сегодня? Но мы же... Все же... Драко! Что теперь будет?

— Я не знаю, что будет, — Драко с трудом выталкивал слова, а сердце, кажется, колотилось в горле. — Пообещай мне! Что ты выживешь! Что ты будешь спасать не Поттера, а себя! Поклянись!

— Нет! — глаза Грейнджер налились слезами. — Нет! Драко! Не ходи! Он убьет тебя! Ты не можешь!

Она вцепилась а его мантию, как в последнюю надежду. Нет!

— Поздно, — усмехнулся он. — Запомни: они в Гринготтсе. Сейф номер двадцать четыре восемнадцать, пароль "Живоглот". Найди способ. Или передай тому, кто сможет уничтожить.

Он силком всунул в дрожащую руку маленький железный ключ.

— Если все будет плохо, беги из Англии. Уезжай, Грейнджер. Обещаешь?

— Нет! — она захлебывалась слезами и держала его так крепко, что трещала ткань. — Я с тобой! Я тебя не брошу. Нет!

— Ты должна! — Драко не мог ее убедить, никак не мог, а время утекало сквозь пальцы, вот-вот все случится! — Обещай мне. Что пошлешь Поттера в жопу и будешь думать только о себе, поняла?

— Мисс Грейнджер. Отбой уже был. Двадцать баллов с Гриффиндора, — с этими словами рядом возник Снейп, чьих шагов они с Малфоем не услышали.

И он был очень зол. Очень.

Да чтоб им лопнуть, этим малолетним засранцам, возмутился он про себя. Только планы портят. Из-за этой бестолочи Грейнджер теперь Уизли сидит в засаде один, вооруженный Распределяющей Шляпой и семейным идиотизмом. Кто ему подскажет и поможет?

У него нет времени объяснять! Нет времени даже искать этого дебила, Дамблдор так и не сказал, где рыжий смертник будет ждать змею! Одна надежда, что отвлечется и не заметит, это же Уизли.

Собственно, хрен с ним, с Уизли. Их и так дофига, одним больше, одним меньше. А чтобы Драко не наделал глупостей, лохматую заразу необходимо закрыть в безопасном месте. На факультет возвращать нельзя, она всех переполошит.

— Липпи! — злобно гаркнул Снейп, не обращая внимания на прижавшихся друг к другу несчастных студентов.

Когда перед ним появился домовик, Снейп приказал доставить мисс Грейнджер туда, где сейчас мисс Лавгуд (еще одна любительница ночных прогулок, которую он лично пять минут назад запер в подсобке). И не выпускать до утра.

Гермиона и рот открыть не успела, как оказалась в каком-то тесном чулане, освещенном тусклым Люмосом.

На перевернутом ведре сидела Лавгуд и читала "Придиру", держа журнал вверх ногами.

— А вот и ты, Гермиона, — сказала блондинка, даже не удивившись. — Интересная сегодня будет ночь.

Гермиона подскочила, попробовала сначала открыть дверь заклинанием, потом пинала ее, стучала кулаками и звала на помощь.

Бесполезно.

Дверь не поддавалась.

— Это проделки бундимунов, — сообщила Лавгуд, переворачивая страницу. — Наверное, у них брачный сезон. К утру он закончится.

Обессиленная Гермиона опустилась на пол и разжала кулак.

На ее ладони лежал ключ. От сейфа, где теперь находятся крестражи.

Все, что у нее осталось.

* * *

Австралия, Мельбурн. Порт.

— А что нам остается? Вся надежда, что кто-то из матросов заберет с собой такую умную псину. Не знаю, правда, зачем. Но вдруг отыщется дурак.

— А ты? — даже остановился собака-Блэк. — Я что, один в Англию поплыву?

Кот-Долохов посмотрел на него свысока.

— Да ты один собственный хвост без карты не найдешь. Мне проще. Коту на корабле всегда местечко будет. В отличие от всяких бродячих псов.

— А разве в этом хаосе есть приличный бар?

— Нам приличный и не нужен. А забегаловка какая-нибудь точно есть. Везде, где есть матросы, грузчики и воры, само собой возникает место с дрянной жратвой и паршивой выпивкой. Всегда. Это закон природы. Да вот и оно.

Кот и пес остановились перед небольшим одноэтажным зданием, на котором висела облезлая вывеска.

"На краю земли", гласила она.

— Туда и пойдем, для начала, — решил кот-Долохов. — Где у них тут черный вход?