Шёпот отражения (гет)

— Не убивайте его! Не убивайте его! — слышал Драко в ушах собственный, перекошенный ужасом голос.

Дым и пыль перемешивались с выкриками заклинаний и запахом крови.

Он просчитался. Жестоко просчитался. Пока он искал ее знаки, ее послания в воде, замок взорвался войной — слизеринцев собрали в Большом зале, но Драко узнал об этом слишком поздно, когда уже началась эвакуация. Его поймали Крэбб и Гойл со своей идиотской, смертоносной авантюрой. Драко не мог не пойти с ними — это вызвало бы подозрение. Да и втайне надеялся — если Луна вернулась в Хогвартс с Поттером поддержать сопротивление, возможно, он сможет ее увидеть.

Но ее с ним не было, а Драко оказался втянут в стычку с пожаром из Адского пламени, разожженного его однокурсниками и раньше, казалось, верными соратниками. Но они больше не слышали его.

Он не хотел, чтобы кто-то погиб — ни его приятели, ни Поттер со своими друзьями. Он просто хотел, чтобы наконец можно было почувствовать себя в безопасности и не бояться за того, кто стал дороже воздуха.

И теперь, совершив один неверный шаг, он лишился не только своей, но и материнской палочки. Что он мог сделать в этой бойне без оружия? Только быть живой мишенью.

Драко покинул Выручай-комнату, но не вышел из состояния шока. Ещё несколько минут он брёл в полной дезориентации, будто его разум отстал от тела, застряв в только что пережитом кошмаре. Сознание, сжатое в комок ужасом, расправлялось медленно и неохотно, не давая миру обрести чёткие очертания.

Инстинктивно стараясь держаться ближе к стенам, не угодить под заклятие, Драко двигался по замку и осторожно сканировал пространство взглядом, желая обнаружить бледно-льняное сияние её волос в этой мешанине из людей.

Он заметил ее и еще нескольких ребят с Гриффиндора и Пуффендуя в проеме разрушенных дверей, ведущих во двор. Она бежала как раз в направлении его взгляда, и он видел лишь ее узкую спину и развевающиеся волосы, а справа, из темноты и клубов дыма, опускавшихся после чьего-то заклятия, к ним направлялась группа из троих Пожирателей. Они двигались бесшумно и не выкрикивали заклинаний, чтобы не привлекать внимания и накрыть обороняющих Хогвартс студентов молниеносной, неожиданной атакой.

А у него даже не было палочки — ни единого шанса чтобы попытаться прикрыть, защитить ее. Более жалким и беспомощным Драко не чувствовал себя, наверное, никогда.

Вдруг среди этой группы Пожирателей Драко заметил слишком знакомую фигуру: кружевная юбка и взмах гривы непослушных черных локонов — тетка Беллатриса. Мурашки побежали у него по коже... Если она доберется до них — не останется никого.

Инстинкт сработал раньше осознанной мысли.

— Северный флигель! — выкрикнул Драко, выбегая к Пожирателям. — Поттер направился к Северному флигелю! Он что-то ищет там! Я видел!

— Что? — Беллатриса выступила вперед, раздвигая высокие фигуры мужчин. Ее безумные глаза впились в него. — Ты не лжешь, мальчишка?

— Клянусь! — выдохнул Драко, и паника в его голосе звучала достаточно убедительно, потому что была настоящей. — Он с грязнокровкой и этим предателем Уизли! Им что-то нужно там!

И это сработало. Беллатриса с торжествующим визгом ринулась в другую сторону от Луны, в фанатичном желании выслужиться, быть первой. Он использовал против нее ее главный порок, понимая, что эта уловка была чрезмерно рискованной и могла стоить ему жизни, если все вскроется.

Но думать об этом было уже поздно, поэтому Драко, стараясь не привлекать к себе внимание, направился в ту сторону, где скрылись ее белокурые локоны. Ему нужна была палочка, хоть какая-то! Только сейчас он понял, что нужно поискать палочки рядом с теми, кто оказался поверженным на земле. Почему это не пришло ему в голову ещё в замке!

Драко заозирался вокруг в поисках того, у кого мог бы позаимствовать палочку, но так и не успел ничего предпринять, потому что земля под ним содрогнулась. Гулкий, звериный рев прошил пространство. Волшебники вокруг завизжали и бросились врассыпную — это великан норовил раздавить сопротивление. Топча всё на своем пути, чудовище целенаправленно двигалось к группе студентов, среди которых была и Луна.

"Вали от нее, вали", — мысленно приказывал великану Драко, но никто его не слышал. Похоже, что вся его удача сгорела где-то в недрах Выручай-комнаты.

Мысли Драко остановились. Что-то первобытное, животное, совершенно необдуманное подтолкнуло его выскочить из своего более выгодного укрытия на открытое пространство. Он поднял с земли огромный обломок замкового камня и бросил в могучего великана в надежде отвлечь его внимание. Огромное тело, казалось, ничего не ощутило, точно скала. Тогда Драко нашел еще больший булыжник и изо всех сил запустил в гигантскую спину.

Чудовище взревело, повернулось, и глаза его обнаружили нового раздражителя. Он сделал шаг в направлении Драко. Луна наконец обернулась, увидела его. В ее больших глазах мелькнула тень узнавания, а следом — ужаса. Но Драко теперь было не до этого — громадная ступня обрушилась буквально в паре дюймов от него, заставив потратить остатки сил, чтобы судорожно увернуться и отскочить, отступая.

— Беги! — прохрипел он Луне.

Но она не побежала. Она опустилась на колени у основания полуразрушенного фонтана, погрузила ладони в воду и... запела.

В песне не было слов — это было странное сочетание звуков, будто бы не из этого мира, извлекаемых из самой глубины ее естества. Чистая, пронзительная вибрация, идущая откуда-то из непознанной магии, чистой стихии. Вода из фонтана вздыбилась, забурлила, закипела живым серебром и поднялась в воздух. К ней потянулись струйки отовсюду: из луж, с мокрых камней, откуда-то из разбитых окон замка и даже из самого сырого ночного воздуха, сливаясь в единый, стремительный, бушующий поток. Драко не мог оторвать взгляд от происходящего угрожающего великолепия, пораженный до самого основания своего естества. Глаза Луны сверкали в темноте нечеловеческим светом — она выглядела пугающей и непостижимо прекрасной одновременно, будто внутри нее проснулся древний дух, вызванный из бездны.

Собрав гигантский поток, она одним плавным, но властным движением направила водяной смерч на великана. Стихия с ревом обхватила его колоссальные ноги. Луна взмахнула волшебной палочкой и превратила воду в ледяные кандалы. Раздался оглушительный треск, и огромная фигура великана, точно срубленный старый дуб, рухнула на землю, а его угрожающий рев сменился беспомощным воплем ярости.

Теперь он хаотично и бездумно греб по земле руками, пытаясь поймать хоть кого-то, но идти дальше не мог.

Все еще оглушенный грохотом упавшего великана, Драко пытался прийти в себя. Мир качался, в ушах звенело. Луна осела на землю и уперлась в нее дрожащими руками. Похоже, призыв стихии вытянул из нее все силы, оставив лишь хрупкую оболочку. И тогда, сквозь пелену в глазах он увидел это — у нее на пальце, точно маяк в кромешной тьме, сверкнуло кольцо с кристаллом. Тот самый осколок, который хранил его собственное тепло, сейчас будто пульсировал, отзываясь на ее слабость. Этот отблеск превратился в ориентир, за который можно зацепиться, чтобы собрать себя. Драко рванулся к Луне на помощь, но вдруг неподалеку услышал хриплый голос, полный алчного интереса.

— Что за диковинка?

Из-за обломков колоннады вышел Пожиратель, которого Драко знал — безжалостный, расчетливый и фанатичный Селвин; он мгновенно обезоружил обессиленную Луну. Его взгляд скользил по ней, будто не по человеку, а по невиданному, редкому артефакту, внезапно обнаруженному на поле боя.

Рядом с ним оказались еще несколько человек, Драко тоже приблизился к ним.

— Видал, что она вытворила с водой? — проговорил Селвин, обращаясь к своим соратникам, его палочка уже была направлена на девушку. — Это не обычная магия.

— Темному Лорду такое пригодится, — согласился с ним другой Пожиратель — Эйвери. В его глазах вспыхнул холодный огонь — интерес коллекционера к редкому экземпляру. И они двинулись в ее сторону быстро и слаженно. — Берем. Только надо заткнуть, чтобы не повторила свой фокус.

Селвин кивнул, и тут же в Луну было послано заклятие немоты — словно огромная невидимая рука сдавила ее горло и рот. Губы сомкнулись, а в широких глазах застыла чистая, немая ярость. Однако сил сопротивляться у нее не было, и уже через мгновение ее руки были связаны чарами за спиной.

— Давайте я доставлю ее к Темному Лорду, — подошел к ним ближе Драко, безоружно наблюдая, как хрупкую девичью фигуру подхватили и закинули на плечо, точно трофей.

— С какой радости это будешь ты, Малфоевский щенок? — усмехнулся Селвин. — Не ты ее поймал.

— Ему сейчас будет не до нее, а у нас в доме его штаб, я запру ее там, — проговорил Драко, стараясь, чтобы голос его звучал уверенно. — Ему так будет удобнее...

— Хочешь всю награду забрать себе, как любит делать твой скользкий папаша? Нет уж, мы сами найдем местечко, где ее придержать, — возразил Эйвери.

— Пошел вон. — Селвин презрительно отшвырнул Драко к стене замка. Воздух с шумом вырвался из легких.

— Что ж, разберемся из чего ты сделана, маленькая фройляйн, — издевательски прогоготал Эйвери, поправил Луну у себя на плече, точно мародер — мешок с награбленным, и зашагал прочь.

Драко остался стоять на своем месте, в висках стучало, в глазах темнело от боли и бессилия. Он понимал, что ничего не может сделать без палочки. Он снова проиграл. Похоже, что его жизнь — склон, усеянный чередой ошибок и поражений. Осталось лишь скатиться по нему в бездну.

Луна, беспомощно перекинутая через плечо Пожирателя, приподняла голову; ее ясные голубые глаза скользнули по Драко, их взгляды встретились, и видение из прошлого в ее материализовавшемся голосе пришло само собой. "Он хочет вернуться в тот день, когда ты мог сказать "Нет". Хочет исчезнуть в нём".

Призрак из будущего. Несчастный, сломленный, истерзанный своим бессилием, с удавкой из фатальных ошибок. Призрак, в который он превратится, если сдастся. Драко не видел его в этот момент, но как никогда чувствовал его присутствие. Этот призрак уже находился здесь, внутри его сущности, он становился им.

Тишина и пустота внутри взорвались — и лопнули.

— Нет, — сорвался с губ хриплый и незнакомый шепот. — Нет, — повторил он громче и тверже, вкладывая в это слово всю накопленную ярость, весь страх и всю отчаянную решимость, которой он сумел наполниться от нее, когда позволил свету проникнуть в себя. — Нет.

Он слишком долго торговался, извивался, продолжал ставить ее под угрозу из чувства беспомощности и попытки создать иллюзию контроля, холодной стратегии. Но это не работало — все стратегии с притворством привели лишь к ошибкам. Был ли в этом всем смысл? Теперь не осталось ничего. Ни власти Малфоев, ни покровительства, ни друзей, ни укрытия, ни оружия... Ничего, кроме того, что дала ему она...

Кристалл...

План сложился в голове мгновенно — четкий и безумный. Все зависело лишь от расстояния и силы рывка.

И Драко бросился обратно в замок, казалось, удаляясь от нее. Вокруг летели заклятия, содрогались стены, сыпались стекла, а Драко бежал на второй этаж, просчитывая — может, надо подняться и на третий, вглубь замка, взлетая по полуразрушенной лестнице. Он стремился рассчитать траекторию, чтобы и Пожиратели не смогли ее догнать, но при этом они оба оказались на этаже, а не в свободном полете, когда все случится.

Посчитав, что углубился достаточно, Драко остановился и обернулся. Где-то там внизу ее уносили — чтобы сработало, нужно торопиться. Его пальцы сомкнулись вокруг кристалла в кольце. Металл был холодным, а кристалл внутри него — теплым и, казалось, пульсирующим, как второе сердце. Поворот. Один, второй, третий...

Магия, которую он вложил в этот парный артефакт, пробудилась ярким, ослепительным белым светом, который на мгновение выжег все вокруг, оставляя после себя слепое пятно. Мгновенно возникла невидимая, чудовищная тяга, линия абсолютного притяжения, раздирающая, сминающая пространство.

Драко ощутил, как его отрывает от земли и швыряет вперед с нечеловеческой силой. Мир превратился в мелькание стен, арок, лиц.

Было ли виной тому его заклятие или магия разбитого на две части кристалла, но в этой мешанине из света и движения он вдруг почувствовал ее, Луну. Он ощущал, как за ее рванувшееся к нему тело ещё несколько мгновений цепляется ошеломлённый Эйвери, но наконец с криком разжимает пальцы и падает на щебень — Луна взмывала все выше.

Вспышка погасла, ментальная связь разорвалась, но они все еще неслись друг к другу, точно магические магниты через завалы и пыль. Окно — массивное, с остатками переплетов и цветного стекла — росло перед Драко с пугающей скоростью. Паника, острая и холодная, кольнула сознание — что, если он не рассчитал траекторию? Что, если ее успели унести дальше?

Драко попытался замедлить свой полет, цепляясь за выступы дверных проемов и стены, но магический импульс был слишком силен, он разбивал любые преграды на пути.

Они столкнулись не на полу третьего этажа, а в воздухе, прямо перед распахнутой оконной пустотой, с силой, выбившей воздух из груди. Драко успел обхватить ее рукой, на которой не было кольца, прижать к себе, почувствовать хрупкость ее костей сквозь одежду. Когда осколки кристаллов соединились, магия рухнула, сила притяжения земли снова стала главенствовать и потащила их вниз. Драко не знал точно — в замок или наружу с высоты третьего этажа.

Каблуки его ботинок скользнули по каменному подоконнику, сорвавшись на миг в пустоту. Ветер бил в лицо. Вниз, на снующие в разных направлениях фигуры людей, сыпались обломки рушащегося подоконника.

Он отклонился назад, изо всех сил напрягая каждый мускул, борясь с инерцией падения. Камни скрипели под его ногами. Они балансировали на самой грани, на острие между гибелью и спасением. Его рука, прижимающая Луну к себе, дрожала от напряжения. Их окольцованные пальцы сами сцепились меж собой, переплелись так крепко, что кости хрустнули, скованные в этом страшном объятии неизвестности.

Последнее отчаянное усилие — и он рухнул со своим драгоценным грузом на пол коридора, внутрь, подальше от края.

В ушах послышался звон, бок пронзила боль. Но она была здесь, в его объятиях. Живая. Далеко от тех, кто пытался снова похитить ее.

Чары, которые ограничивали ее, судя по всему не выдержали колоссального всплеска магии связи — руки Луны были свободны, а из груди вырвался шумный стон. Она судорожно выдохнула и оторвала лицо от его плеча. Кожа ее была бледной, измученной, под глазами — фиолетовые тени, но сами глаза... Они светились таким знакомым, глубоким блеском.

— Вот это да! Всегда мечтала полетать без метлы!

Драко захохотал сквозь сбившееся дыхание, сбрасывая бешеное напряжение — она просто неподражаема! За пару мгновений он пережил целую гамму чувств: облегчение от того, что они избежали гибели, счастье чувствовать ее в своих объятиях, восторг от понимания — она остается собой! Но спустя первые секунды после шока Драко понял, что все еще слышит заклятия, летящие в сторону замка, поэтому откатился вместе с ней в образовавшуюся от взрыва нишу и посмотрел на их сцепленные руки.

— Наверное нам придется их снять, — прошептал он, глядя на сплавившиеся в одно причудливой формы украшение кольца, — иначе не сможем разъединить руки.

В глазах ее мелькнул тихий, безрассудный вызов.

— Ты хочешь их разъединить? — вымученно улыбнулась Луна.

* * *

Коралловый закат пылал над Черным озером, заливая мир оттенками кровавого рубина и нежного персика. Огненный шар солнца растворялся в темной воде, создавая иллюзию, будто небо опускается, рождая второе такое же — перевернутое в отражении.

— Огонь соединяется с водой, — поговорила Луна, глядя на это волшебство света и тени. Ее голос звучал так, будто она видела в этом древнюю истину. — И они рождают такую... целостность. Разве это не удивительно?

Ее босые ноги были погружены в прохладную воду по щиколотку. Драко сидел рядом, прислонившись плечом к ее плечу. Их руки были сплетены — кольца отказались расцепиться и теперь соединяли их ладони. А снять свой экземпляр тоже никто из них двоих не пожелал.

— Ты призвала воду, — констатировал Драко. — Не чарами. Голосом.

У него до сих пор мурашки бежали по спине от воспоминаний о том, как величественно она смогла управиться со стихией.

— Да, — ответила Луна, и Драко почувствовал, как ее пальцы слегка дрогнули в его руке.

— В книге Скамандера написано, что русалки управляют водным потоком песней.

— Сирены тоже, — прошептала Луна.

— Значит, сирена? — Драко повернул к ней голову и заглянул в ее лицо.

Луна замерла. Казалось, даже вода у ее ног перестала шевелиться. Она смотрела прямо перед собой, а ее грудь взволновано вздымалась.

— Всего на четверть, — выдохнула она. Ее шепот будто сорвался с самой кромки губ. — Настоящие сирены голосом могут менять течение и вызывать шторм, а еще видят очень глубоко. Все зыбкие материи снов, мыслей, мечтаний. Они используют воду, как проводник тайных знаний... Она везде, и в ней есть всё. Мои способности — лишь слабое эхо.

— И ты скрываешь их, потому что...

— Мама велела никогда не раскрывать тайну моего дара. Она говорила, что обо мне станут судить, как о монстре.

— Монстр, — фыркнул Драко. — Моя семья, мой род... Так гордятся чистотой крови, но при этом служили монстру, который притворялся человеком и не брезговал никакими средствами ради достижения своих низменных целей. И ни капли крови фантастических существ не текло в его жилах, только страх и жестокость. — Он повернул ее руку в своей, чтобы сжать сильнее. — Если все "монстры" так же великолепны, как ты, я не прочь познакомиться с ними поближе и... пересмотреть научные классификации. — Драко улыбнулся.

Короткий вздох облегчения вырвался у нее из груди; напряжение, сковавшее плечи, медленно растворялось.

— Спасибо, — прошептала Луна. — Но я пойму, если ты теперь...

— Один вопрос, — прервал ее Драко. — Имея такую силу, ты могла в любой момент призвать всю воду из кувшина, который самовосполнялся, и даже из влажных коридоров подвала, собрать воедино и снести этим потоком любую дверь. Особенно когда ты уже знала тайный выход в сад.

— Могла.

— Почему же ты не сделала этого?

Еще один тяжелый вдох вырвался из груди Луны, она прикрыла на мгновение глаза.

— Мистер Олливандер был слишком слаб и нуждался в заботе, а без палочки я не смогла бы вынести его оттуда. Ещё я переживала за эльфа, что ты с ним сделаешь. И... Я не знала, что тогда будет с тобой. Не хотела, чтобы мой побег обрушил на тебя новую кару.

Драко смотрел на нее, и мир будто замер. Почти сотня дней в каменном мешке, в темноте и лишениях с больным стариком на руках и все ради...

— Ты просидела три месяца в темном подвале, не желая рисковать... мной?

— По-твоему, твоя жизнь не стоит такого маленького неудобства?

Он смотрел в ее глаза — ответных слов не находилось. Что он мог противопоставить такой самоотдаче? Он приблизился, и их губы встретились над темной водой, в которой пылало отражение заката. Этот поцелуй не походил ни на один предыдущий. Он был подобен слиянию двух стихий: его внутренний огонь — и глубокая, сияющая нежность ее сущности. Как два осколка одного кристалла, они нашли свое точное, правильное место.

Вода вокруг ног Луны слегка забурлила, подхваченная ее эмоциями, а по его коже побежали мурашки от ощущения, будто какая-то древняя гармония на мгновение восторжествовала.

Когда они оторвались друг от друга, их дыхание смешалось с вечерним воздухом.

— Драко, — проговорила Луна, и ее пальцы беспокойно зашевелились на его руке, — то, что я сделала, не накладывает на тебя никаких обязательств... — Она тяжело вздохнула, подбирая слова, которые, похоже, давались ей с трудом — это был чуждый язык простых, мирских объяснений, совсем не в ее стихии.

— Постой, Луна, — прервал ее Драко и прикоснулся пальцами к подбородку, заставляя посмотреть на себя. — У тебя есть сомнения в моих чувствах? Теперь? После всего?

Она заглянула в его глаза и некоторое время не отрывалась. А Драко ощущал, как его дыхание сбивается, он буквально тонул в этой глубине, осознавая, что никакая защита не выдержит такого бурного прилива.

— Значит... — тихо проговорила она. — Значит... твое ухо все еще настроено услышать шепот?

Драко фыркнул и притянул ее ближе к себе второй рукой.

— Лавгуд, это наверное самый странный и самый... великолепный способ спросить "Мы вместе?", который я когда либо слышал. — Он вздохнул, наблюдая за искрами солнца, тонущими в ее глазах. — Да. Настроено. Луна, я хочу... Хочу погрузиться в этот шепот навечно.

Она мягко улыбнулась; лицо ее еще больше посветлело, и она прижалась лбом к его лбу. Так они и сидели в тишине, под аккомпанемент последних всплесков солнца в воде.

— Луна, — продолжил Драко после недолгого размышления. Голос его стал серьезнее. — Признайся, то, что ты проделала со мной — это все твоя особая магия? Ты будто проникла в такие глубины, которые не способен познать человек. Увидела так много, отрезала лишнее и заполнила образовавшуюся пустоту собой и тем светом, который способен распространяться дальше. Который не может погаснуть.

— Ты видел еще своего призрака? — вдруг спросила Луна вместо ответа.

— Нет, — покачал головой Драко и поднял голову к небу, где загорались первые звезды. — Но я думаю, что я справился... Его не будет.

Она молча вытащила из кармана маленькое круглое зеркало и подбросила его легким движением руки. Оно зависло над водой, подхваченное магией ее палочки — они нашли ее среди руин, после того, как все закончилось этим утром.

Зеркало медленно двигалось и отражало воду, небо, их сплетенные фигуры, в нем не было больше ничего, кроме этого мгновения.

— Его правда не стало, — с тихой торжественностью проговорила Луна. — Значит, ему удалось вернуться в нужный момент и сказать "Нет".

— Удалось, — подтвердил Драко, проводя пальцами по волосам Луны, которые в наступающих сумерках казались сотканными из лунного света и водной ряби. — Теперь в отражении только шепот океана.