Очередное попадание или как сломать канон... за пять минут (джен)

Эта работа появилась просто в порядке рассуждения о том, как на самом деле могла бы или скорее должна была произойти и чем закончится встреча с троллем на первом курсе.

* * *

Скажите, вы когда-нибудь верили в то, что написала мадам наша Ро про случившееся в туалете на Хэллоуин 1991-го? Ну, в том смысле, что всё происходило как она изобразила? Не знаю как вы, а как по мне, то поверить что всё так и было мог только тот, кто в подобных ситуациях не бывал ни разу в жизни или хотя бы не читал о том что могут испытывать люди оказавшиеся в них.

Поэтому, не верил я никогда что там всё так происходило. И как по мне, то вся эта история была, как говорится, высосана из пальца или шита белыми нитками. Причём, речь идёт совсем не о том, что рыжий Левиосу наколдовал. Это-то вообще полная хрень из области невозможного и невероятного. Нет, я о другом говорю. Но, давайте будем последовательны.

Прежде всего немного расскажу о себе. Я попаданец. И в этот раз я попал в Поттера. И это попадание у меня не первое, поэтому я не являлся полным неумехой в применении магии. Довелось, знаете ли, в прошлых жизнях как помагичить, так и мечом помахать. Но речь не совсем об этом, а о том, что я попал в Гарри и окончательно осознал я своё в него попадание, как раз в тот самый момент, когда толпа школьников вливалась в Большой зал, следуя на праздничный пир. Как раз на Хэллоуин девяносто первого года.

И первое, что бросилось мне в глаза, так это сотни наколдованных летучих мышей. Часть из них сидела на стенах и потолке, а ещё часть летала над столами, подобно низко опустившимся чёрным тучам. И, конечно, огромное количество тыкв с вырезанной сердцевиной и вставленными внутрь горящими свечами.

Следующее, на что я обратил внимание, были столы сервированные золотой посудой: тарелками и блюдами на которых вдруг, внезапно появились самые разнообразные яства. А ещё, чуть дальше, на небольшом возвышении, находился стол за которым сидели преподаватели. И всё это живо напомнило мне картину застолья в средневековом замке. Не хватало только шутов, менестрелей и охотничьих собак под столами, а так один в один было. Ну, сами прикиньте, вон, в середине, за преподавательским столом, на большом троноподобном кресле сидит Он. Дамблдор. Наш, типа, сюзерен и добрейшей души дедушка всея магической Британии. Рядом — его приближённые. Ну, и, уровнем пониже за общими столами располагается прочая замковая челядь. Роль которой в данном случае исполняли мы, ученики. Кстати, то что я попал в Поттера и, что сейчас произойдёт я понял, разумеется, не сразу. Нужно было время и, чтобы и память реципиента мной усвоилась, и, как говорится, разложилась по полочкам.

Но, когда я окончательно уяснил, куда и в кого меня переродило, я понял, что прямо сейчас, мне придётся мчаться в туалет и вытаскивать Гермиону из лап или даже зубов тролля.

И, вопрос спасать или нет, даже не возник. Разумеется, спасать. А кого ещё, если не её? Да и не было у Поттера других друзей на первом курсе. Рыжего, что ли, другом считать? Нет, если вспомнить канон, то именно Уизли, конечно, числился лучшим другом Поттера, а вся остальная рыжая семейка была его любимой семьёй. И именно поэтому, в каноне, Поттер отправился предупредить Гермиону насчёт тролля вместе с Уизелом. Ну, а я так никогда не считал, поэтому и тащить с собой рыжего не собирался. Зачем спрашивается мне этот балласт?

А дальше, почти сразу как вышесказанное промелькнуло у меня в голове, в зал вбежал Квирелл в сбившемся набок тюрбане. Который бросился к преподавательскому столу, а я помчался к выходу.

«Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить», — эта фраза была последней, которую я услышал выбегая из зала.

И очень хорошо было, что в коридорах пока никого не было, потому как, выскочил я до того как поднялась всеобщая паника и Дамблдор отдал свой идиотский приказ об эвакуации учеников в факультетские общежития. И всё же я не успел. Потому что, когда я влетел в туалет, то увидел спину тролля и его занесённую дубину. Вот её то я и перерубил почти возле самой тролличьей лапы и она упала ему за спину.

И, разумеется, я не стал прыгать ему на спину, как это было написано у мадам нашей Ро. Ну, сами-то подумайте, как одинадцатилетний мальчишка мог запрыгнуть на почти четырехметровую хрень? И, самое главное, как он мог там удержаться?

Вот представьте даже не трёх-, а четырёхстворчатый шкаф с антресолью. Возьмите штуки штуки три таких и поставьте один на другой, а потом попробуйте запрыгнуть на получившуюся конструкцию. Как думаете получится ли у вас? Да даже на один, хотя бы. Ну, разве, что в ваших мечтах. Так что, нет. Никаких прыжков, что в принципе невозможно. Только старые, добрые заклинания.

А как я её перерубил? Да очень просто. Было в моем арсенале заклинание «Порыв ветра». Вот одной из его модификаций я и воспользовался. Представьте себе небольшой объём воздуха который спрессовывается до толщины стального листа, превращаясь одновременно во вращающийся с огромной скоростью диск циркулярной пилы, и с силой направляется в цель. А когда тролль обернулся, чтобы посмотреть куда подевалась его дубина, я использовал ещё одну модификацию этого самого «Порыва». Только на сей раз воздух, после уплотнения, представлял из себя нечто вроде вращающегося сверла. Вот оно-то, это самое сверло и вошло в его глаз и разорвало на ошмётки то, что заменяло троллю мозги. Ну, я так думаю. Он, кстати, даже заорать не успел и упал плашмя на живот и, к счастью, головой в мою сторону.

И, только потом я увидел Гермиону. Подбежав к ней я попробовал её увести, но у меня, разумеется, ничего не вышло. Во-первых, потому что она была в шоке. Только не в том шоке, в котором периодически пребывают всякие там эстрадные звездунки. А В САМОМ! НАСТОЯЩЕМ! МАТЬ ЕГО! ШОКЕ! Том самом, который в своих трудах ещё Гиппократ описывал.

Движения, при этом, у неё были заторможены, кожный покров бледен. Я бы даже сказал мертвенно бледен. Дыхание было поверхностным и учащённым. А на мои вопросы она отвечала хоть и правильно, но говорила при этом медленным, тихим голосом.

Ну, а что вы хотите? Домашняя девочка из благополучной семьи, которая в жизни своей не видела никого страшней школьных хулиганов. И, вдруг, такая ситуация. Это, если помните, в фильме «Девятая рота», показали как молодёжь танками обкатывали, то тут примерно тоже самое было. Но, там-то пацанам было уже по восемнадцать, а не по одиннадцать. Поэтому, я и утверждаю, что мадам наша Ро написала в своей книге полнейшую хрень.

Так что, мне нужно было немедленно доставить её в больничное крыло. Вот только и сам я в это время тоже пребывал не в самом лучшем состоянии. И это было, во-вторых. Слышали выражение адреналиновый откат? Вот он-то у меня и начался, а ещё, помимо этого самого отката у меня было самое настоящее магическое истощение. А вы думаете колдовать так просто, когда магическое ядро и каналы к этому пока не слишком приспособлены? Да ещё и без палочки, которая в этом мире в роли концентратора выступает и значительно облегчает процесс колдовства. Я, кстати, про неё только потом вспомнил. А ещё, как назло, в моем пространственном кармане не осталось ни одного эликсира. Вообще ни одного.

И, что было делать? А делать что-то надо было, ведь если бы мы отправились к мадам Помфри сами, то боюсь, что не добрались бы. Свалились бы где-нибудь по дороге. И как скоро бы нас хватились? Так, что сейчас мне предстояло выяснить были ли правы некоторые фикрайтеры, для чего я достал палочку, три раза постучал по стене и позвал: «Домовики Хогвартса, кто-нибудь... Ученикам срочно нужна помощь... Пожалуйста».

К счастью, домовики откликнулись и доставили нас к мадам Помфри. Да и не хотелось мне, помимо всего прочего, прямо сейчас разговаривать с Маккошкой и подвергаться нападкам Снэйпотвари. Сил на это не было. Главным сейчас было вывести Гермиону из шокового состояния. А ещё меня возникла умная мысль и совсем не хотела покидать мою дурную голову. Как раз в тот момент, когда мадам Помфри занималась Гермионой, мне подумалось, что так просто всё может и не закончится.

И дело совсем не в физических последствиях, а перенесённом шоке. Тут-то, как говорится, ничего сложного, насчёт физических повреждений я имею в виду. В крайнем случае, я мог бы применить к Гермионе Большое Исцеление из моего ратеннского арсенала на пару с Регенерацией, ну, если бы у неё были серьёзные физические повреждения. Это так мир назывался откуда меня в Поттера переселило, так сказать. Но, после того как восстановится мой магический резерв.

Так вот, дело было совсем не в этом. А вот что было делать если бы у неё, после всего, появятся психологические или даже психические проблемы? Правда, тут я рассуждал даже не с точки зрения дилетанта, а с точки зрения человека где-то, что-то, когда-то слышавшего, причём, краем уха. Но, тем не менее, может же что-то такое произойти. Откат по возрасту, например. Или она на меня заякорится. Как-то так.

Блин! И, что мне в этом случае прикажете делать? Разве что разозлиться на мадам нашу Ро. Потому что хрень написала она, а, расхлёбывать, может быть, придётся теперь мне.

Нет, взять на себя ответственность за девочку я не боялся, ну, если у неё действительно такие проблемы появятся. Не в первый раз, как говорится. Но, я к чему хочу мысль, так сказать, подвести? А к тому, что если я попал в самый что ни на есть канон, то меня ведь склонять к чему будут? И всячески от неё отталкивать. Чтобы я ответственность, типа, за судьбы мира на себя взял, а Грэйнджер в данном случае мне только мешать будет. Так что, и нафиг её.

В общем, подумал я, подумал и решил, что наоборот я поступлю. И если кого и нафиг, то всех их. Не в этот раз, как говорится. Это в мире Ратенны у меня выбора не было, а здесь мне как-то не захотелось становиться рабочей лошадкой или, простите, дежурной задницей. Тут имеются Министерство, Аврорат, ДМП. Да тот же Дамби, в конце концов. Так что, пусть поднимает с трона свою старую морщинистую пятую точку и вперёд. А мне, в случае чего и Гермионы хватит. И пусть канон идёт полем или лесом, а я под чужую дудку плясать не буду.

В общем, после того как мадам Помфри наколдовала на нас какие-то заклинания и напоила какими-то зельями, мы с Гермионой уснули на соседних кроватях. А утром прискакала Маккошка и пусть уже не настолько разозлённая какой её описывала мадам наша Ро, но все ещё очень злая.

— О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — в голосе Маккошки все ещё ощущалась вчерашняя злость. — Вам просто повезло, что вы остались живы. И, почему вы не отправились в спальню, вместе со всеми?

Оправдываться я, разумеется, не собирался. Ещё чего. Поэтому я ей ответил:

— Разумеется, профессор, я всё вам объясню и расскажу, но только после того, как вы объясните мне, что делал в школе горный тролль-людоед. И если у вас нет объяснений прямо сейчас, то я вас... не задерживаю.

С этими словами я сполз с кровати и сделав шаг я оказался возле кровати Гермионы. Нужно было проверить как она.

— Нет, ты посмотри какая наглость, — говорил я, при этом, как бы сам себе, но, достаточно громко, — у неё чуть ученицу не сожрали, а она ещё и наезжает. Не удивлюсь если с нас ещё и баллы снимут.

Тем временем Гермиона проснулась и попыталась сесть.

-Тихо, тихо, моя хорошая, — я обнял Гермиону, — всё в порядке. Мы с тобой в больничном крыле, а этого большого и страшного больше нет. Я его... прогнал. Давай ты ляжешь, а я позову мадам Помфри. А потом, если ты сама ложку не удержишь, то я тебя покормлю. Всё будет хорошо, доверься мне.

А потом, пока я ходил за Помфри, Маккошка попробовала наехать на Гермиону, но, тут уж я не выдержал и вызверился. Знаете, имеется у меня заклинание под названием «Удар страха», и насколько я знал, действует оно на всех одинаково. В общем, вылетела она из больничного крыла, как ракета.

Потом был разговор с Дамби. Куда же без него-то? Во время которого я рассказал ему о хоркруксах и посоветовал не сидеть на попе ровно, а разыскать их и принести ко мне. Для очистки. И подсказал где примерно их искать, а когда он спросил откуда я всё это знаю, то услышал в ответ свои собственные слова, ну, те которые он Гаррику в конце первого курса сказал.

«Профессор, — сообщил я ему с глубокомысленным видом. — Правда это очень прекрасная, но, в тоже время, очень опасная вещь. И я вам всё расскажу, но, только тогда, когда вы будете к этому готовы. А если учесть ваш возраст, то получается — никогда».

Впрочем, последнюю фразу я вслух не произнёс.

Кстати, то что он был легилиментом особой роли не играло. Уж если я, перед попаданием сюда выдержал ментальную атаку от архидемона Скорна, то все попытки Дамби меня легилиментить, которые он предпринял, конечно, были для меня сродни комариным укусам. Да и от применения ко мне зелий я тоже подстраховался.

Так началось моё очередное попадание. Канон с первых мгновений был, что называется, похерен. Осколки волдемортовской душонки я, почти сразу, и из себя, и из диадемы извлёк, используя «Очищение». Как и остаток души Волди, которой был одержим Квиррелл. Остальные хоркруксы Дамби, кстати, разыскал, в течение года, а я их почистил. Но, на проклятие в перстне он, таки, нарвался, как и в каноне. Впрочем , меня это и не взволновало совершенно.

Кстати, Гермиона, таки, ПТСР после того случая заполучила и очень хорошо что в лёгкой форме. Так что пришлось нам с мадам Помфри усилия приложить чтобы её из него вывести.

Да, вот ещё о чём не упомянул. Наша, типа, дружба с Роном Уизли с тех пор сошла на нет. Во-первых, потому что я с ним и сам дружить не собирался, а, во-вторых, обиделся он на меня. Потому что Гермиону спасть я его с собой не взял.

— А зачем? — спросил я у него. — Чем бы ты мне помог? Тем что постоял бы, посмотрел, а потом рассказывать всем стал как ты тролля завалил? Ведь ты же у нас любишь приукрасить историю, выпятив, при этом, свою в ней роль.

— Да пошли вы все, — обиделся Рон.

Вот так и начался наш с ним разрыв, впрочем нам и вдвоём было неплохо.

В итоге, после летних каникул мы просто не вернулись в Хогвартс. Я когда рассказал родителям Гермионы о случае с троллем, они приняли решение забрать её из этой школы. Так, что первого сентября 1992 года мы с ней числились учениками австралийской магической школы под названием «Красный кенгуру».

Вот такая на этот раз получилась история с моим попаданием. Что будет дальше? Кто знает, но в любом случае это будет уже совсем другая история.