Очередное попадание или как сломать канон... за пять минут (джен)

Всем здравствуйте. Позвольте представиться. Я попаданец.

Правда, попадаю я в чужие тела, так что, скорее, перерожденец или подселенец. Впрочем, называйте как вам удобнее. Мне слово «попаданец» всё-таки привычнее.

Также хочу сразу проинформировать, что начиная с первого попадания мне стало подвластно волшебство. И дополню, что хоть я за это время и не стал крутым, матёрым супер-пупер архимагом, всё-таки попаданий у меня пока было немного, тем не менее кое-каких высот в этом деле я всё же достиг. Впрочем, давайте по порядку.

Моя первая жизнь, по крайней мере та, о которой я помню, прошла в мире, где магия либо считалась выдумкой, либо была засекречена. Жизнь была самой обычной. Ничего особо выдающегося. Родился, крестился, учился, женился. Семья: жена, дети, внуки. Всё как у всех, почти. Разве что довелось мне в своё время послужить в «горячей» точке. Но в остальном ничего примечательного.

Единственное, что хочу добавить: я всегда любил читать, особенно фантастику. Со временем, разумеется, в сферу моих интересов вошли и книги в жанре фэнтези, попаданческая литература и, конечно же, фанфики. В частности, больше всего я любил читать работы по миру Поттерианы.

Сразу поясню, что читал я только «зелёные» и «коричневые» произведения, то есть тексты в жанрах гет и джен. И, разумеется, за всё это время у меня не могло не сформироваться собственное отношение как к героям Поттерианы в целом, так и к различного рода пейрингам в частности.

Хочу пояснить свою точку зрения, если это кому-то интересно.

Во-первых, пейринги с Гермионой Грэйнджер. Тут я был целиком и полностью согласен с Irinel-rr. Действительно, лучше А. Балакина об этом, пожалуй, не скажешь. Достаточно прочесть начало его работы «Все они просто неотёсанные грубияны», и сразу становится понятно, о чём идёт речь.

Во-вторых, отдельное и, скажем так, особое отношение у меня всегда было к Драмионе. Я считал и считаю, что настоящая, неподдельная, стопроцентная, истинная Драмиона была показана в работе Филина Тьмы «Виражи мрака», в самом её начале. А ещё в работе автора под ником Grey-black «Unforgivable». Правда, там, прошу прощения, была уже даже не Драмиона, а самая настоящая Дерьмиона. По-другому и не скажешь. И переубедить меня в обратном, увы, не получится.

В итоге со временем я пришёл к простому выводу: хороший Драко Малфой — это мёртвый Малфой. А хороший Рон Уизли — это Уизли, пролетевший, как фанера над Парижем. Потому что слишком уж хорошо он устроился. И самую умную и красивую ведьмочку захомутал, и лучший друг героя. А сам при этом палец о палец не ударил. Ну, почти.

Иногда мне также приходила в голову мысль, почему мадам наша Ро вообще свела вместе Рона и Гермиону. Скорее всего потому, что Грэйнджер она писала, по сути, с себя, а её первый муж был, мягко говоря, далеко не самым лучшим супругом. Так почему бы в таком случае не свести Грэйнджер с рыжим абьюзером? Помнится, в каком-то из интервью она говорила, что сделала это исключительно по своим личным причинам.

Впрочем, это моя личная точка зрения, которую я никому не навязываю.

Но давайте о себе продолжу.

Итак, когда моя первая жизнь подошла к своему завершению, я полагал, что моя душа, или сознание, или энерго-информационная матрица, называйте как хотите, должна будет отправиться на перерождение. Ну или туда, куда вообще отправляются души после смерти. Но не тут-то было.

Возможно, сама душа как раз и отправилась по назначению. А вот сознание, или так называемое моё внутреннее «Я», или «Эго», начало путешествовать по мирам. Выдуманным и фэнтезийным. И почему-то в первую очередь по мирам «меча и магии».

Сначала моё «Я» оказалось в мире ведьмака, описанном в произведениях А. Сапковского. Кстати, насколько я помню, общего названия у этого мира вроде бы не было. Ну, в смысле такого, как Земля, Марс, Тедас, Ратенна или вообще какой-нибудь Юпитер. И, что самое интересное, этим вопросом почему-то никто особо и не заморачивался. Впрочем, речь сейчас не об этом.

Важно то, что очутился я там в теле мальчика по имени Леонард, или просто Лео, ученика ведьмачьей школы Грифона. Произошло это во время Испытания Травами. Что-то там пошло не так, и в результате моё сознание в него и вселилось.

Кстати, почему я вообще попадаю именно в выдуманные миры, где существует магия? Не спрашивайте. Я и сам до сих пор не могу ответить на этот вопрос, соответствующих знаний у меня просто нет. Разве что могу предположить, что где-то в глубине души мне всегда хотелось самому ощутить, каково это быть магом или псайкером.

Также хочу отметить, что во время своих перерождений я никого не встречал. Я имею в виду каких-нибудь высших сущностей или, если угодно, сущностей с большой буквы. Магию, Смерть, Жизнь, каких-нибудь Жнецов или демонов варпа. Да что там говорить, если я до сих пор даже не знаю, отличается ли астрал от варпа, или же это одно и то же.

Впрочем, не буду пытаться объять необъятное и отвлекаться на то, что не относится напрямую к теме моего повествования, а продолжу рассказ о предыдущих жизнях.

Итак, там, в школе Грифона, в теле Лео я прожил около двух лет. Впоследствии мне удалось успешно пройти Испытание Снами, а вот Испытание Медальона пережить уже не удалось.

Хочу добавить, что, несмотря на то, что гоняли нас как новобранцев в армии, наставники прекрасно понимали: мы всего лишь дети, к тому же сироты. Поэтому на многое они смотрели сквозь пальцы. В целом детство у меня там было не самым плохим.

Также стоит отметить, что в школе Грифона больше внимания уделялось именно магическим практикам. И лично у меня лучше всего получалось задействовать знаки Аард и Сомн.

Для тех, кто не в курсе, поясню, что это за знаки, поскольку про ведьмака не все читали. Ведьмачьи знаки, это особый вид элементарной, как правило боевой, магии. Визуально они выглядят как мгновенное магическое действие, производимое за счёт силы воли ведьмака и не требующее длительной концентрации, а также вербальных и материальных компонентов.

Обычно для сотворения знака было достаточно движения руки и особого положения пальцев, реже требовалось прикосновение. Знаки особенно эффективны в бою, поскольку на их создание уходит минимальное количество времени. Также отмечу, что выполнялись они, как правило, не основной рукой, то есть не той, в которой держали меч.

Всего наиболее известных и востребованных знаков было восемь. Перечислять их я не буду, скажу лишь, что знак Сомн заставлял любое живое существо уснуть, а знак Аард задействовал телекинетическую энергию. Концентрированный заряд Аарда был способен сбить противника с ног, оглушить его или оттолкнуть предметы.

Впрочем, вернусь к рассказу о себе и подробнее остановлюсь на втором попадании, которое оказалось значительно более продолжительным.

На этот раз я попал не в какого-то второстепенного персонажа, а в главного героя старой, доброй, однопользовательской RPG, вышедшей ещё в 2000 году. Называлась она «Soulbringer. Build. 2000» или «Ловец душ», если по-русски. И, как говорится, соответствовать пришлось.

Вы, возможно, спросите, почему я вообще вписался и взвалил на себя обязанности главного героя, даже несмотря на то, что именно в него и попал. Ведь теоретически можно было махнуть рукой на сюжет и прожить жизнь так, как самому хотелось.

Но дело в том, что в этот мир, называвшийся Ратенна, уже протоптали тропинку демоны. А заканчивать жизнь в качестве демонского бутерброда мне совершенно не улыбалось, поскольку договориться с ними было невозможно. Да и сам сценарий игры не оставлял пространства для манёвра. Так что пришлось раскорячиваться, потому что жить хотелось.

В итоге одиннадцать лет я провёл в этом мире. И если кто-то думает, что моя жизнь там проходила по принципу «пришёл, увидел, всех нагнул», то вынужден разочаровать. Ничего подобного. Только хардкор и никак иначе.

Через многое мне пришлось пройти. Особенно в начале неоднократно приходилось совершать «тактические отступления», прижигать укусы ядовитых пауков, штопать раны и отлёживаться после серьёзных лупцеваний, когда тело превращалось в сплошной кровоподтёк.

Параллельно пришлось учиться владеть мечом и местной магией, создавать артефакты и алхимические эликсиры, изучать руны. И это далеко не всё.

Кстати, параллельно я осваивал некоторые умения, которыми обладали маги из прочитанных мною книг и фанфиков. Например, учился телепортации и левитации различных предметов, а также пытался применять аппарацию, как в книгах про Гарри Поттера. А почему бы и нет? Им можно, а мне нельзя, что ли?

Не скажу, что всё было легко и просто, но со временем многое начало получаться. Что-то лучше, что-то хуже, но стало.

В итоге, после одиннадцати лет в Ратенне, я стал хорошо подготовленным магом-универсалом и вполне неплохим мечником.

Также отмечу, что в том мире использовалась в основном магия жеста, и потому она была значительно более манозатратной, чем махание палочкой в мире Поттерианы. В чём я позже лично убедился, когда наконец туда попал.

Поэтому в Ратенне места силы и магические источники, где запас маны можно было пополнить почти мгновенно, а также эликсиры маны, были, что называется, нашим всем.

Об эликсирах маны стоит сказать отдельно. Они были как боеприпасы для спецназовца. То есть патронов бывает очень мало, просто мало и маловато, но больше не унести. Поэтому часто приходилось полагаться на меч и соблюдать жёсткий режим экономии.

Экономить ману приходилось прежде всего потому, что действовать обычно приходилось вдали от мест силы, а ингредиенты для изготовления эликсиров были невероятной редкостью и ценились дороже золота.

Почему я сказал «нахимичить»? Потому что это были не зелья в классическом понимании. Для их изготовления требовались не только котёл, вода и травы, но и пробирки, мензурки, колбы, реторты, змеевики и прочее оборудование. То есть использовалась именно алхимия, а не зельеварение. Хотя и зельеварением мне тоже пришлось заниматься, так что полным профаном я не был.

Кроме того, в Ратенне мне досталась одна весьма жирная плюшка, или, если угодно, рояль в кустах. Пространственный карман. Точнее, скорее под- или надпространственный.

Помните палатку с расширением из «Кубка огня» или бисерную сумочку Грэйнджер? Так вот, по сравнению с моим карманчиком это была ерунда. Маги Поттерианы могли видеть сам предмет и заглядывать внутрь. А вот заглянуть в мой карман не получилось ни разу, ни мне, ни кому-либо ещё и, если честно, я вообще не знаю, где он находится и в каком измерении.

Именно в этом и был главный плюс. Если этого не знаю я, то не знает никто.

Единственное, что я знаю точно, что карман существует и что в нём находится. Я когда задумывался об этом, перед глазами возникала некая голограмма или виртуальная страница со списком содержимого. Видел которую, разумеется, только я.

Кстати, извлекать или помещать в него предметы можно было, просто подумав об этом, но, самое главное, что этот карман оказался намертво привязан к моей душе.

И вот с таким багажом в конце моего пребывания в Ратенне мне довелось схлестнуться с главным гадом, вражиной и просто мерзопакостным существом, архидемонюгой по имени Скорн.

Но, не зря говорится: «Не спорьте с демоном, всё равно проспорите». Так как, несмотря на то, что в итоге я его победил, он имел все шансы меня переиграть. В общем, предусмотрел он этот момент и после уничтожения его физического тела душа, или то, что у демонов её заменяет, вселилась в моё тело и попыталась либо поглотить мою сущность, либо вытеснить её.

Но у него ничего не вышло.

Почему? В подробности вдаваться не буду. Скажу лишь, что с помощью одного местного артефакта мне удалось, по сути, распылить собственное тело на атомы, разделить наши сущности и удалить их из того плана существования.

Куда в итоге отправился Скорн, я так и не узнал. Больше мы с ним пока не встречались.

А меня в этот раз вселило в Поттера.

Дальше рассказ пойдёт о том, как мой герой действовал попав в Поттера прямо перед Хогвартсом.

* * *

Часть первая

В общем, сразу после того как я осознал себя Поттером, то, для начала, извлёк я из своего пространственного кармана всё что там находилось, рассортировал и сложил обратно. Эта работа позволила мне успокоиться. А зачем мне было это нужно нужно, я имею в виду успокаиваться? Да потому, что попадание в Поттера это уже стресс, само по себе. А если ещё учесть, что это самый почти стопроцентный канон, то, думаю вы меня поймёте. И ещё, наверное, то что я сейчас пока ещё ребёнок тоже сыграло не самую последнюю роль.

Кстати, почему я решил, что канон стопроцентный только почти? А потому, что кое о чём мадам наша Ро в своих книгах взяла, да и умолчала. Во-первых, она ни слова не сказала о том что тётушка Петуния никогда не стеснялась дополнительно замотивировать Поттера с помощью живительного пенделя. Особенно, если ей казалось, что Гарри недостаточно быстро выполняет её распоряжения или отлынивает, а казалось так ей довольно часто. И, во-вторых, дядюшка Вернон, пусть и редко, но очень и очень метко его поколачивал. А в остальном всё было как в каноне. И выражалось это, конечно, не только в безразличие большинства взрослых или же постоянном моральном прессинге со стороны некоторых из них. Кстати, фамилия родственничков Поттера, а теперь уже моих, была не Дурсль, а Дарсли. Это как Харли, который был другом и компаньоном Дэвидсона, только Дарсли.

Так вот, помимо перечисленного имели место и отсутствие друзей, и роль боксёрской груши для кузенчика и его дружков, и жизнь в чулане под лестницей и, разумеется, обноски от «кутюрье» Дадли. Как и содержание на скудном продовольственном пайке, чтобы мальчик, как говорится, ноги с голоду не протянул. В общем, всё как в каноне.

Кстати, шрам на лбу у меня тоже был, но старый и почти невидный. Впрочем, не об этом были мои мысли, после того как я успокоился.. А о том, что поразмышлял я, подумал да и решил, что если я всё-таки попал в самый что ни на есть канон, то и сломаю я его нафиг. Потому что не нравился он мне никогда. От слова «Совсем».

И если бы кто-нибудь спросил меня, зачем его ломать, то я так ответил бы. Хотя бы, потому что могу. Есть у меня такое ощущение. Но не только потому что могу, а ещё и потому что хочу. А желаю я этого из-за того что, ввязываться в канонные приключения у меня нет никакого желания. А уж то, что Поттер называл себя человеком Дамблдора, по моему скромному мнению, это вообще ни в какие ворота не лезло. Следовательно, я всё сделаю для того чтобы меня так назвать не мог никто. Да и вообще, если порассуждать, то почему Поттер должен быть человеком Дамблдора? С чего бы это? Не знаю, может я и недопонимаю как подобное возможно в силу особенностей своего собственного мировоззрения, но неясно мне как можно считать себя чьим-то человеком. Поэтому, думается мне, что если Поттер, будет себя считать, прежде всего, своим собственным человеком, то это гораздо приемлемей будет. Вот поэтому-то, канон и нужно сломать и переиначить, что ли, для своей пользы.

Тут, кстати, я вот ещё чем руководствовался. Когда попадаешь в RPG-ку, особенно если в главного героя, то там хочешь или не хочешь, но приходится следовать сценарию игры. Я, например, пробовал там что-нибудь кардинально изменить, но, не получилось у меня это. Потому что игра, насколько я понял, была образованием жёстким и статичным, а вот поттериана, как мне представлялось, это нечто пластичное и изменчивое. Или, если говорить иными словами, то я решил написать свой собственный фанфик по этому самому канону. Нет, ну а чего? Другие же пишут, а я чем хуже?

И ещё вот о чём хочу я сказать. Не хочу обижать фанатов, но, подумайте сами о том, что такое канон? Это же страна непуганых идиотов, который по другому и назовёшь. А маги там кто? Это вообще какие-то фокусники. Эдакие члены ассоциации имени Копперфилда или гильдии имени Акопяна. Ну, ИМХО у меня такое сложилось ещё при чтении этого самого канона. И уподобляться им у меня никого желания не было.

И, если бы кто меня спросил, а как, собственно, я собираюсь ломать канон, то я бы предложил на рассмотрение два варианта. В первом из них, я, конечно же, не собирался сразу же выставлять напоказ свои возможности и мериться размерами причиндалов с сильными мира сего, по возможности, разумеется. В том смысле, что я не собирался демонстрировать окружающим, что я умею считать до десяти, а показать им что считать-то я умею, конечно, но, до скольки именно пусть они сами гадают.

То есть, сразу нагибать я никого не собираюсь, хоть и могу это сделать не особо, при этом, напрягаясь. Напротив, в идеальном варианте я хочу сыграть роль Техника Эндрю Харлана.

Поясню кто это такой, для тех кто не в курсе. Есть такое замечательное произведение не менее замечательного автора Айзека Азимова, под названием «Конец вечности». А слово «Вечность» в данном названии обозначает название одной хитрой конторы, которая существует вне времени и пространства и активно вмешивается в жизнь остального человечества. Разумеется, ради всеобщего блага. А как же иначе, не для собственной же выгоды? Нет, нет. Только для всеобщего блага.

Само собой не может не возникнуть вопрос, а каким образом персонал данной конторы это делал? Ведь делали же они это как-то? Так вот, если объяснять на пальцах, то сначала, конечно же, проводилось множество наблюдений, затем полученные сведения обобщались, анализировались и проводилась целая куча математических расчётов. По результатам которых, в свою очередь, определяли кучу вариантов, и уже из них затем выбиралось несколько наиболее приемлемых. А дальше, на заключительном этапе, в дело вступали Техники, которые выходили в реальный мир, чтобы совершить МНВ, которое, в итоге, приводило к МОР. Они же, кстати, на месте и определяли по какому именно из этих нескольких наиболее приемлемых вариантов действовать.

МНВ расшифровывалось как минимальное необходимое воздействие, в результате совершения которого срабатывал «эффект бабочки», после чего наступали изменения, которые в свою очередь приводили к МОР. А МОР расшифровывалось как максимальная ожидаемая реакция, которая должна была наступить после того как закончил бы действовать этот самый эффект вызванный взмахом крыльев какой-нибудь одной конкретной бабочки и череда последовавших за этим событий привела бы к нужному результату. Разумеется период между МНВ и МОР не измерялся секундами, часами или сутками. Нет, на это уходило не менее нескольких десятков, а то и сотен лет.

Или, если говорить ещё проще, то получалось как в песенке про гвоздь. Ну, если кто её помнит, конечно. Пелось в которой: «...Враг заходит в город, пленных не щадя, потому, что в кузнице не было гвоздя». В общем получалось то же самое, только для того чтобы в кузнице на самом деле не оказалось гвоздя, нужно было его оттуда изъять. Чем, по сути и занимались Техники этой конторы.

А так же, именно Техник оказавшись на месте принимал окончательное решение. То есть, именно он определял, выражаясь фигурально, воровать ли этот самый гвоздь или лучше будет заменить его каким-нибудь шурупом. Ну, или, если всё-таки воровать, то из какой именно кузницы.

А Техник Эндрю Харлан, о котором я упомянул выше, был в этих делах первоклассным специалистом. Как же там сказано-то было у Азимова? Что-то вроде, что хороший Техник ошибается крайне редко, а первоклассный — никогда. Так вот, Харлан никогда не ошибался.

Но, для этого, разумеется, нужно будет подсобрать информацию и определиться как именно мне действовать. Вот её то я собирать и буду. Ну, и выжидать нужного момента, конечно.

Правда, может получиться и так что возможности поступить как я только что долго и нудно рассказывал мне может и не представиться. Поэтому, если действовать так не выйдет, то всегда можно будет пойти по пути Александра Македонского, как в случае с Гордиевым узлом. То есть, взять в руки меч и разрубить его нафиг. Такой вариант я тоже учитывал. Нет, ну а чего? Ломать-то, не строить.

«Но, — думалось мне, при этом — будет лучше, если мне пришлось воспользоваться всё же первым вариантом. Так будет приемлемей для всех нас». А подумалось мне так вот почему. Потому что, попал я в Гарри как раз вечером, 31 августа 1991 года, когда сидел он на кровати в самой маленькой спальне. Спальня, как вы, наверное, уже догадались, находилась в доме номер четыре, по улице Прайвет Драйв, в небольшом городке под названием Литтл Уингинг, в Англии. Ну, и убедился, заодно, в том, что канон, так сказать, процветает.

Но, пока я убедился, что так, как было написано у мадам нашей Ро было здесь, в обычном мире. А вот что творится в мире магическом я, разумеется, ещё не знал. Вполне возможно, что там всё будет повёрнуто на сто восемьдесят градусов, несмотря на то, что здесь, в обычном мире всё по канону идёт.

Например, Малфой тут может оказаться скромной магглорождённой девочкой, а Грэйнджер — мальчиком-мажором из чистокровной семейки. Том Риддл, что вполне возможно, так и не станет Волдемортом, а вместо этого будет весьма успешно трудиться Министром магии или Главным целителем Мунго. Ну, а те же Дамблдор с Гриндевальдом будут тут всего лишь парой безобидных педиков, которые не будут играть никакой роли в как жизни магической Британии в частности, так и всего остального мира вообще. Так же, может случиться что у Уизли будет шесть девочек и один мальчик или вообще ни одного ребёнка. Да и я, вполне возможно, могу не оказаться Мальчиком-Который-Выжил, а этим «почётным» званием будет награждён Невилл Лонгботтом. Поэтому-то, мне было предпочтительней действовать всё же по первому варианту. То есть, как говаривал один мой знакомый, сначала разобраться как следует, чтобы потом наказать... кого попало. «Впрочем, — подумалось мне перед тем как уснуть, — завтра я об этом узнаю».

Кстати, помимо всего прочего, вот какой момент мне ещё был непонятен. Почему сведения о посещении Диагон Аллеи, сохранились в памяти Гарри только частично. Например, воспоминание о толпе в «Дырявом котле», которая чуть не разобрала его на сувениры имело место, как и воспоминание о посещении Гинготтса. Затем, в его памяти, была встреча с каким-то белобрысым хлыщом, который, своим надменным видом, был очень похож на его кузена Дадли, разве что не был таким же толстым. Ну, я-то знал что это был Драко Малфой, а вот сам Гарри об этом пока не догадывался. И это давало повод подумать, что и магическом мире всё как в каноне. Но от наблюдений отказываться я не собирался, конечно. Так же Поттер чётко помнил затянувшуюся покупку палочки и подаренную ему сову. А вот всё остальное было как в тумане, и рассеялся этот туман только вечером, в спальне. Перед кратким периодом тьмы.

Последнее о чём он помнил перед тем как подняться в комнатку и усесться на кровать был разговор с Верноном, насчёт подвезти его завтра на вокзал. Тот согласился, а дальше Гарри поднялся к себе и... всё. Темнота. Кстати, может этот самый туман и был... предпосылкой, что ли, к моему в него вселению. После чего уже я стал Поттером, а сведения о его жизни дополнили информацию о всех моих предыдущих.

Часть вторая

А дальше, пока меня везли на вокзал я подумал вот ещё о чём. Почему бы мне, прямо сейчас, не начать вносить в канон незначительные изменения. И начать, например с ответа дядюшке Вернону сразу после того как он отвезёт на платформу мой чемоданчик. Что я и сделал, как только он остановился, огляделся по сторонам и произнёс, издевательски усмехнувшись.

— Ну что ж, мальчишка, вот ты и на месте. Вот платформа девять, а вот платформа десять. Твоя платформа, по идее, должна быть где-то посередине. Но, судя по всему, её ещё не успели построить. Так что, счастливой учёбы, — тут улыбка на его лице стала ещё злораднее.

— А знаете что, дядя? — задал я ему вопрос. — Вам, всё-таки, лучше считать что она построена и молиться всем богам, чтобы я на ней оказался и уехал навсегда из вашей жизни. — И добавил с угрозой в голосе. — А то, я ведь вернусь и спрошу за моё «счастливое» детство.

На что, он мне ничего не ответил, почему-то, а повернулся и ушёл, не говоря ни слова. А дальше подумал я, подумал да и решил, что если я решил начать вносить незначительные изменения, то и дальше продолжу. В том смысле, что даже если я и собрался произвести МНВ, то от простых-то житейских удобств отказываться я почему должен?

Поэтому, прежде всего я отправил своим ходом сову Хедвиг в школу, поместил чемодан в пространственный карман и обратился к первому встреченному полисмену, чтобы уточнить в какой стороне находится станция метро Лестер-сквер. После чего я отправился в «Дырявый котёл». Зачем? А чтобы не ехать в школу в дадликовских обносках. Да и вообще, когда Поттер с Хагридом посетили Дагон-аллею, то они приобрели только мантии и ничего более. А вот про остальное речь даже и не заходила. Ну, всякие там трусы, носки, футболки, рубашки, парочку свитеров, ботинки какие-нибудь. И, если Гарри об этом не подумал, то я-то не он, поэтому и учёл, что не в древний Рим мне предстоит ехать, где жара круглый год, а в Шотландию, в которой, временами, бывает совсем нежарко. К тому же, если вспомнить канон, то замок всеми ветрами продувался и холодина временами в нём та ещё стояла. Да и непродуктивно было много магии на утепление тратить, если есть возможность сделать себе жизнь комфортней естественными, так сказать, способами.

А так же надо было ещё учесть, что, если за годы прожитые в Ратенне, я привык к поддоспешнику, тардолинским стальным поножам, эльфийской кольчуге и, опять же эльфийским, сапогам-скороходам, то сейчас, без этой экипировки, я чувствовал себя голым. Тут, кстати, перед моим внутренним взором нарисовался старичок с Чемпионата мира по квиддичу. Ну, помните персонажа в женской ночной сорочке, который ещё восхищался тем как замечательно ему снизу поддувает?

Так вот, я ему уподобляться не собирался. И пусть я не могу ходить тут в доспехах, потому как не поймут, всё-таки здесь не мир «Меча и магии», но уж как минимум жилет из драконьей кожи, парочку крепких штанов и высокие ботинки я себе приобрету. Не говоря уже о прочих аксессуарах. Что я и сделал. А ещё, результатом моего посещения Диагон Аллеи помимо новой одежды стали, чековая книжка из Гринготтса и метла «Нимбус 1800».

Кстати, с гоблином-операционистом мы вполне мирно побеседовали. Как оказалось, с коротышками можно было всё решить, особенно, если ты платишь деньги. Вполне возможным оказалось и ключ заменить, и заблокировать доступ к хранилищу всяким рыжим и бородатым, и получить на руки ту самую чековую книжку о которой я уже упомянул. А знаете, что самое интересное? Что мой возраст совсем не оказал на наше общение никакого влияния.

Метлу «Нимбус 2000» я, разумеется, покупать не стал, тем более, что на «Нимбус 1800» была существенная скидка. Кстати, летать на ней оказалось совсем несложно. Это как ездить на велосипеде, только в трёх плоскостях. К тому же, мне, ещё в моей первой жизни, глядя как лихо, в фильмах, Поттер рассекает на этом, ну, пусть будет, летательном аппарате, самому захотелось попробовать. И ещё я обратил внимание, что в отличие от канона, на мётлы и сиденье устанавливались, и подставки для ног, и нечто вроде мотоциклетного руля. Правда эти дополнения в стоимость метлы не входили и их нужно было приобретать за отдельные деньги, но тем не менее они имели место. И, разумеется, я их прикупил.

В общем, когда до прибытия Хогвартс-экспресса в Хогсмид оставалось часов около пяти, я переместился камином в бар «Три метлы», хозяйка которого, мадам Розмерта, как я себе почему-то и представлял, оказалась женщиной... э-э-э... монументальных, наверное, пропорций. Да, именно, что монументальных. Вот, представьте себе рубенсовских женщин. Представили? Так вот, мадам Розмерта примерно так же и выглядела. То есть, была она большая но, симпатичная. И сразу становилось понятным почему в её заведении всегда были и железный порядок, и полное отсутствие любителей похулиганить или пьяный дебош учинить. И это даже без магии.

Ну, а дальше, уже в Хогсмиде, для начала немного потренировавшись, я уселся на метлу и вылетел вдоль путей навстречу поезду. Пора было познакомится с будущими соучениками и отделить, что называется, ангцев от ко́злищ.

В поезде я оказался часа через три. Летел я, кстати, не слишком быстро, привыкая постепенно к данному... э-э-э... ну, пусть будет виду транспорта. Так же, попасть в поезд на ходу оказалось не очень сложно, если учесть его маленькую скорость. В общем, я просто уравнял скорости метлы и паровоза, колданул в дверь предпоследнего вагона, открыл её и влетел в него. Потом спрятал метёлку в пространственный карман и отправился на поиски. А кого я отправился искать? Разумеется, Гермиону и Невилла. Именно с них я решил начать знакомство с будущими соучениками.

А кого мне ещё было искать? Рыжего, что ли? Зачем, чтобы слушать всю оставшуюся дорогу про квиддич? Так я никогда и не любил командные виды спорта, и болельщиков не понимал. Да и вообще, не хочу я с ним иметь что-либо общее, а вот посмотреть на то, что из себя представляют Гермиона и Невилл, будет совсем не лишним.

Когда же я их нашёл, познакомился и расположился вместе с ними, своё веское слово, всё-таки, сказал канон. Двери в купе открылись и вошли трое мальчишек, в одном из которых я сразу узнал Малфоя. Ну, и решил выслушать эту бледную немочь.

— Это правда? — с порога спросил бледнолицый. — По всему поезду говорят, что в этом купе едет Гарри Поттер. Значит, это ты, верно?

— Прямо, таки, по всему? — ухмыльнулся я в ответ. — Интересно, когда они успели про это узнать-то? Впрочем, неважно. Да, это я, а ты кто такой?

— А я Малфой. Драко Малфой.

— Ну, и чего же ты хочешь, Драко Малфой? — уточнил я у него.

— Ты скоро узнаешь, Поттер, — типа, просветил он меня, — что в нашем мире есть несколько династий волшебников, которые куда круче всех остальных. Тебе ни к чему дружить с теми, кто этого не достоин. Я помогу тебе во всем разобраться. — Он протянул руку для рукопожатия, а я... пожал ее.

Вот только, при этом, я не промолчал. «Ну, дружелюбие-то изобразить можно, — сказал я, пожимая ему руку, — а вот с умом, боюсь, такая штука не получится».

Мне, кстати, всегда хотелось ввернуть в разговор эту фразу. Пусть в данном случае она была и не совсем, так сказать, в тему. А затем ещё и добавил.

— И что ты мне тут пытаешься рассказать, Малфой? — спросил я, после того как отпустил его руку и демонстративно принялся вытирать свою платком. — Может, ты хочешь убедить меня в том, что те династии главы которых на задних лапках перед полукровкой вытанцовывали, крутые? Тем самым полукровкой который самоубился об меня десять лет назад? Ну, ты и сказанул!

После моего ответа, на бледных щеках Малфоя появились розовые пятна.

— На твоём месте я был бы поосторожней, Поттер, — медленно произнёс он.

— На моём месте, Малфой, — не дал я ему возможности продлить его речь, — ты бы сдох от Авады десять лет назад. А теперь, пошёл вон.

А дальше я поступил так, чтобы постараться его от себя отвадить. Хотя бы в ближайшем будущем, я имею в виду. Имелось в моем арсенале заклинание «Удар страха», которое воздействует на человека, ну... примерно как инфразвук. Главное, в данном случае, было не переборщить с дозировкой. Но, к счастью опыт его применения у меня имелся, поэтому Малфой со товарищи усвистали из нашего купе без особых внешних признаков. Ну, всяких там мокрых штанов, я имею в виду, и всего такого.

Знаете, ещё читая канон, мне откровенно говоря было непонятно, чего хотел Малфой от Поттера. Может он хотел подружиться? Но, простите, как-то неправильно он дружбу предлагать начал. Или он хотел подмять его под себя, в надежде, что Поттер поступив на Слизерин, станет для него третьим мальчиком на побегушках, присоединившись к Крэббу и Гойлу? Чёрт его знает? Всё-таки статус-то у Поттера полукровный был.

— Да уж, нечего сказать. Ещё не доехали до школы, а уж попали в неприятную историю, — начала было Гермиона, но я её перебил.

— Гермиона, пожалуйста, не лезь в чужой монастырь со своим уставом. Смотри, слушай, запоминай, спрашивай у меня или лучше у Невилла, если что будет непонятно, — тут я улыбнулся. — Дороти, мы больше не в Канзасе.

Оставшаяся дорога прошла спокойно. Я угостил ребят бутербродами, купленными в «Трёх мётлах» и мы спокойно продолжили наш разговор. Ещё, я выразил Невиллу своё соболезнование, когда мы вышли из купе дав Гермионе возможность переодеться. «Знаешь, Невилл, ещё неизвестно, кому из нас было хуже все эти годы, сказал я ему. — Мне, не имеющему родителей вообще, или тебе. Ну, ты понимаешь о чём я. Так что, предлагаю держаться вместе. И за Гермионой присматривать будем. А то, чувствую, наломает она дров. Ох, наломает».

А дальше, когда мы оказались на пристани, я увидел одно из самых величественных зрелищ в своей жизни. Или, правильнее сказать в своих жизнях. Даже Каэр Серен, замок в котором располагалась школа Грифона, не вызывал у меня того восхищения, которое я почувствовал взглянув на Хогвартс. Вот уж действительно, волшебное было зрелище.

Дальше мы сели в лодку и четвёртым к нам присоединился Он. Величайший из рыжих и рыжейший из величайших, Рональд Биллиус Уизли, собственной персоной.

— Ты действительно Гарри Поттер? — выпалил Рон, и сразу стало понятно, что его распирало от желания задать этот вопрос. Он, кстати, ради этого-то и подсел в поезде, в купе к Гарри, хотя в вагоне была куча свободных мест. И заметьте, не я это сказал. Это было написано лично мадам нашей Ро в её первой книге. — И у тебя действительно есть... ну, ты знаешь...

Тут он вытянул палец, едва не ткнув им в мой лоб.

— Нет, не знаю, — ответил я ему. — А что я по твоему должен знать? Ты, вообще кто такой?

— А я Уизли. Рон Уизли. Я хотел узнать есть ли у тебя шрам?

— И какая тебе разница, Рон Уизли, есть у меня шрам или нет у меня шрама? — уточнил я у него. После чего принялся возмущаться. — А если его нет, то что? Может я из-за этого перестану быть Поттером, так, что ли? Да вы тут охренели совсем? Один с претензиями заявляется, что я дружу не с теми с кем ему хочется, другой немытым пальцем в лоб тычет. Нет, ну что за народ?! Невилл, это что, у британских магов так принято? Гермиона, а может ну её нафиг эту школу? Я имею в виду Хогвартс. Есть же, наверное, школы в Америке? В Австралии должна быть, скорее всего, как и в Канаде. Может там народ немного покультурней?

В общем, Рон обиделся на весь белый свет вообще и на меня в частности так что, оставшийся путь прошёл без его глупых вопросов.

А дальше я с нетерпением ожидал ещё одного канонного момента. И сейчас вы поймёте о чем я. Помните, в самом начале Макгонагалл завела первачков к какое-то маленькое помещение, толкнула небольшую речь и ушла, дав время на приведение себя в порядок.

Так вот, когда она вернулась и скомандовала нам построиться в шеренгу, я не выдержал и начал даже не смеяться а ржать, самым натуральным образом.

— В чем дело, мистер Поттер, я что сказала что-то смешное? — спросила Макгонагалл, — Так расскажите нам, может мы тоже посмеёмся, вместе с вами.

— Нет, нет, профессор, я просто представил, как мы сначала попытаемся построиться здесь в шеренгу, а потом, если нам это всё же это удастся, будем пытаться протиснуться сквозь эти узкие двери, — не удержавшись, я ещё немного посмеялся.

Знаете, меня всегда добивал этот момент в каноне. Построиться в шеренгу. Как это? Нет, так-то я прекрасно знаю что это означает, просто я имею в виду как это можно было сделать в той маленькой комнатке куда нас завели перед тем как мы все в Большом зале оказались. Что, мадам наша Ро не посещала в школе уроков физкультуры, чтобы такое написать? Да тут даже в армии служить не нужно, что бы научиться отличать построение в шеренгу от построения в колонну. Нет, блин, в шеренгу мы должны построиться. Ну, полный... восторг. Или это переводчик так прикололся?

Дальше было распределение. Нас троих: меня, Гермиону и Невилла, распределили на Гриффиндор. Дамблдор, после ужина, выдал запрет на посещение коридора на третьем этаже и мы отправились в наше общежитие.

Единственное, на что ещё можно было обратить внимание, так это на мою беседу с Пивзом. Ну, помните когда он, по дороге в башню над гриффиндорскими первачками шутки шутить попробовал, а Перси Уизли пригрозил что пожалуется Кровавому Барону? В общем, после того, как я пригрозил ему развоплощением, он просочился сквозь стену и улетел по свои полтергейстским делам, безусловно, очень и очень важным. Видимо, он как-то почувствовал, что я отнюдь не блефую и, кстати, он нас потом больше не трогал, ни меня, ни тех кто в это время рядом со мной находился. А развоплотить я его мог запросто, потому что были у меня, после Ратенны, в арсенале заклинания «Очищение» и «Изгнание». Так что, привести свою угрозу в действие для меня было не просто, а очень просто.

Вот так я оказался в школе чародейства и волшебства Хогвартс.

Часть третья

Знаете, когда тот суматошный день закончился и я, наконец, добрался до кровати то подумалось, что мне в этот раз повезло. В том смысле, что у меня было время оценить обстановку, обдумать своё положение, составить предварительные планы, наметить первые шаги.

Вот, для сравнения, в Ратенне было совсем не так. Там, парень в которого я попал, простудился когда возвращался домой после похорон своего отца. Сначала он попал под сильный дождь, потом его продуло, а затем у него были повышенная температура, горячка и бред. В общем, заболел он, а окончательно выздоравливал уже я и всё что происходило после того, как я пришёл в себя, мне помнится только урывками. Сначала я куда-то шёл, потом мы плыли на лодке. А может так было ещё и потому, что так в этот раз моя адаптация в новом мире проходила. В общем, окончательно, я себя осознал уже на причале, когда добрался до места назначения, в город Мадригал. Всё ещё не очень хорошо соображая и ощущая общую слабость.

И, как вы думаете, что случилось сразу после того как мы с лодочником выбрались на причал? А первым делом я увидел, что на нас несётся какой-то придурок, который, при этом, размахивал ножом, брызгал слюной и что-то бессвязно орал. Испугать хотел, наверное. Хорошо, что я сообразил пропустить его мимо себя и колдануть ему в спину ведьмачий знак Аард. Почему я так поступил? Ну, думаю, что вопросов тут возникнуть не должно. Ясно же было что не с добрыми намерениями он к нам подбегает. В результате бандюган, получив толчок в спину, перелетел через лодку и нырнул в речку, а там его подхватило течение и больше мы его не видели.

Поэтому-то я и говорю, что повезло мне, потому что не пришлось с первых секунд попадания хвататься за оружие или применять магию, чтобы не оказаться проданным в рабство, быть убитым или просто избитым и ограбленным. И всё, что мне теперь оставалось, так это удалить Волди с этого плана существования и отправить его в следующее большое приключение. Для начала, конечно. А потом ещё с двумя деятелями разобраться. С Дамби и Снэйпи, если кто не понял.

А почему я уверен, что у меня это получится? Потому что, когда мы уже здесь двигались от перрона к пристани я взял, да и использовал как несколько свитков «Светлячка», так и одноимённое заклинание, которое по своему действию было как здешний «Люмос», но только более эффективное. А свитки эти, вообще-то, были одноразовыми артефактами. Но, самое главное, что они сработали так, как будто бы были созданы здесь, а не в Ратенне. Так что, подействует магия из другого мира здесь когда мне это понадобится и противодействовать которой не смогут ни Дамби, ни Снэйпи, ни Волди. Вот к такому выводу я пришёл.

Кстати, там в Ратенне, свитки тоже очень хорошо помогали экономить эликсиры маны и таких артефактов у меня до сих пор было много, да и не только свитков «Светлячка». И, если понадобится, то и новых здесь наклепать у меня проблем не возникнет, и сработают они как должно.

Поэтому, когда я буду совершать МНВ, то и воспользуюсь ими. А применю я для этого свитки «Изгнания». Кстати, если спросить как это заклинание работает, то получается следующее. По сути своей, оно действует, как тот же самый экзорцизм, только является, при этом, более универсальным, что ли, и более мощным. И воздействует одинаково на одержимых, привидения, полтергейстов, зомби, вампиров и личей, а так же на низших и средних демонов. Только, воздействует оно не на сам объект, а на те связи которые удерживают его в этом мире.

А если объяснять ещё проще, как говорится, на пальцах, то представьте схему: корабль — якорный канат — якорь. И, если удалить из этой схемы канат, то корабль, в данном случае остаток волдемортовской души, отправится в свой порт приписки. То есть, он отправится на перерождение или куда-то там ещё. И, при этом, неважно будет сколько якорных канатов будет удерживать такой вот... кораблик. Перережет все.

И вот ещё что тут можно добавить. Когда «Изгнание» воздействовало на одержимого, а в данном случае Квиринус Квиррелл, на которого я буду воздействовать именно что одержимый и есть, то его душа останется на месте, а то, что его... одерживает, наверное... не знаю как правильно сказать, изгонится. Такой вот парадокс.

Применить же «Изгнание» я решил на нашем первом уроке по ЗОТИ. Было у меня время оценить обстановку и убедиться что вокруг меня самый что ни на есть настоящий канон. А раз так, то и ждать всяких там троллей, спасений Норбертов и прочих походов в Запретный лес, как и рукопашной с этим самым Квирреллом в конце года, смысла не имело. Поэтому, когда он запустил нас в класс, то я уселся за первую парту, достал учебник и несколько листов чистого пергамента, которыми замаскировал свои свитки. А минут через пять после начала занятия, я подмигнул Квиринусу и активировал их. Вот так, внаглую, на глазах у всех.

Применил я, для надёжности, сразу два свитка. В общем, Квирелл, как и ожидалось упал в обморок, на сей раз в настоящий, а не как в каноне на Хэллоуин, набежали преподаватели, прискакал из своей башни Дамблдор, нас отправили в общежитие и уроков в тот день больше не было. А ещё через две недели Квирелл окончательно снял свой тюрбан, перестал заикаться и проводимые им уроки стали гораздо интереснее. Следовательно мои действия имели успех. Кстати, помните в каноне над ним близнецы Уизли прикалывались? Ну, когда он ещё тюрбан носил. Так вот, здесь они снова попробовали, но, уже после того как он его снял, только, в этот раз, неудачно, потому как Квиррелл над ними сам... прикололся. И не просто, а так что они в больничное крыло загремели. Хоть это и не совсем по-учительски было.

Боялся ли я того, что Дамби, что-то узнает? Совершенно не боялся. Потому что ученики так ничего и не поняли, и в дальнейшем ими высказывалось множество версий произошедшего, но, ни одной правильной так никто и не выдвинул. Так что, даже если Дамби будет применять к ним легилименцию, то и не узнает он ничего. Как впрочем и от меня, потому как, уж если я, в своё время, ментальную схватку с архидемоном выдержал и не дал ему поглотить моё «Я», то его попытки для меня сродни комариным укусам будут.

Впрочем, бог с ним, с Дамби. Не он сейчас не был моим приоритетом. Следующим пунктом моего плана был Снэйп. Помните, я говорил, что не собираюсь высовываться? А я и не думал этого делать, но, не было у меня желания его нападки терпеть. Для чего я собирался воспользоваться славой Мальчика-который-выжил. Помните, как заявил Снэйп Поттеру на самом первом занятии? Что, дескать, известность это ещё не всё. Да, не всё, но очень многое, особенно, если знаешь как воспользоваться плодами этой самой известности.

В общем, на нашем первом занятии по зельеварению, которое, кстати, через два дня после того урока ЗОТИ состоялось, мы со Снэйпом поговорили, сразу после того как он меня своими вопросами засыпал про всякие там Напитки живой смерти, безоары и прочие акониты. Сразу после чего заявил я ему что задавать такие вопросы первокурснику на самом первом занятии может только некомпетентный идиот, либо предвзятая личность.

— Впрочем, — закончил я свою небольшую речь, — я, всё же, больше склоняюсь к первому варианту.

— Что-о?! — разозлился в ответ Снэйп. — Десять баллов с Гриффиндора и отработка у меня до конца месяца.

— Да хоть тысячу сто десять, — ответил я на это. — Рано или поздно, но Гриффиндор эти баллы отобьёт, а вот вы, как были некомпетентным идиотом, так им и сдохнете. И на отработки назначенные вами я тоже ходить не буду.

Уроки, разумеется, в тот день опять были сорваны, как и после первого занятия по ЗОТИ, а в кабинете у директора собрались деканы и я. Ваш якобы покорный слуга. Началось наше собрание, конечно, с воплей Снэйпа и рассерженного шипения Макгонагалл. Я же, посидев пару минут, достал из кармана обычный маггловский блокнот, выдрал из него листок и сложил самолётик. А потом достал палочку и используя левитацию принялся им управлять.

— Да он нас совсем не слушает! — возмутилась Макгонагалл.

— Гарри, мальчик мой, — Дамблдор взял на себя роль миротворца, — что ты можешь сказать в своё оправдание?

— Оправдание? А в чем я по вашему должен оправдываться? -удивился я в ответ.

— Как в чем? Твоё вызывающее поведение на уроке у профессора Снэйпа...

— Стоп, стоп, стоп, директор, подождите, — тут я даже руками замахал. — Вот сидит профессор Флитвик, вот — профессор Спраут, а вот — профессор Макгонагалл. Их я знаю. А профессор Снэйп это кто такой? Первый раз про него слышу.

— Что-о-о?!

В общем, вонь, что называется, поднялась до небес. Снэйп бесновался, Макгоннагал возмущалась, а Флитвик и Спраут потихоньку посмеивались. А уж когда Снэйп заговорил об отчислении, я сказал ему, что с удовольствием покину стены этой школы и сегодня же отправлюсь обратно.

— А вот этого ты не можешь, Гарри, мальчик мой, — выдал мне Дамблдор с доброй дедушкиной улыбкой, — твои родители заключили контракт...

— Контракт? Возможно таковой действительно имеет место, только покажите мне его, а то, знаете ли, языком болтать, это не мешки ворочать, — не стал я верить ему на слово.

И знаете, контракт действительно был и мне его даже показали. Правда, должного эффекта на меня это не произвело. Я просто указал на то, что в нём не оговорена форма обучения.

— Знаете, директор, я точно так же могу снять себе дом в Хогсмиде, нанять репетиторов и через пять лет сдать министерской комиссии СОВ и ЖАБА одновременно. А ещё я могу раздуть скандал, через прессу, после чего вас так завалят громковещателями что вы из-под них не выкопаетесь. А что будет, если я ещё вдруг вспомню, благодаря кому Волдеморту стало известно о пророчестве? А, директор? Да, и не надо пытаться меня обливиэйтить. Потому как, если я вдруг забуду сегодняшний разговор, то тогда вы точно закончите свою жизнь в Азкабане. Меры к этому приняты. Но, мы же с вами этого не хотим, не так ли?

— Э-э-э... Гарри, а откуда ты знаешь о том, как Волдеморту стало о пророчестве известно? Да и вообще о самом пророчестве? — уточнил у меня удивлённый Дамблдор.

На что я ему ответил его же словами, ну помните как он Гаррику в конце первого курса насчёт правды втирал? Что, дескать, правда очень прекрасная, но в то же время и очень опасная вещь. И добавил, что сейчас я не готов ему её открыть, а он — её услышать.

Вот такой вот состоялся у нас разговор. Могу добавить, что Снэйпа изрядно поприжали. Нет, он конечно продолжал гадить, но уже по мелочам. И это были действительно мелочи, на которые можно было пока не обращать внимание. Но только до поры, до времени, разумеется. Малфой, после этого тоже ощутил на себе, что время безнаказанности для него закончилось, как, впрочем, и не начавшись, потому что, Дамби провёл какую-то свою многоходовку и его папашу выперли из Совета попечителей.

Таким образом, на данном этапе, мне оставалось только пообщаться с родственничками, в не таком уж далёком будущем. И их, так сказать, курощением я занялся на летних каникулах. Всё-таки, подумал я, подумал да и решил что «счастливое» детство Поттера не должно остаться безнаказанным. Поэтому, когда после первого курса я оказался в Литтл Уингинге, то, для начала заявил Вернону: «Помните, дядя, о чём я вас предупредил перед отъездом в школу? Что я могу вернуться и спросить с вас. Вот я и вернулся. Ненадолго».

А дальше, я начертил на стенах их дома нужные руны. Ну, сами понимаете, чтобы криков слышно не было. Но, только после того, как я применил к родственничкам заклинание «Мир», без палочки, конечно, которое было из моего ратеннского арсенала. А те, к кому оно применялось становились на некоторое время этакими благодушными идиотами. Можно было, при этом, человека хоть на куски порезать, а он всё равно продолжал бы улыбаться. Что-то вроде местного Империо.

В общем, когда его воздействие на родственничков закончилось, то они оказались плотноупакованными с помощью старого доброго скотча. Петуния располагалась на диване, а Вернон и Дадли были зафиксирована на подготовленных для этого стульях, с которых были удалены сидушки. Ещё с них были сняты штаны и трусы и они восседали на стульях как будто бы на унитазах. Их колени и лодыжки, при этом, были разведены и зафиксированы, а я уселся перед ними на табуретке с наполовину укроченными ножками и ковровыбивалкой в руке. После чего я стал с ними... беседовать. А чтобы они мне не хамили и их ответы на мои вопросы были правдивыми, я сопровождал их периодическими похлопываниями по гениталиям и Вернона, и Дадлика. А вы думаете, для чего ещё мне понадобилась ковровыбивалка? Очень, я вам скажу, нужная в доме вещь.

В общем, огребли они за «счастливое» Гаррино детство, после чего я их ещё и предупредил, что в следующий раз, столь благосклонным и сентиментальным я не буду.

Вот такие основные события произошли во время первого курса и сразу после его окончания. Вы конечно, можете мне не поверить и сказать, что все это полная хрень и бред больного разума. И я бы с вами согласился, если бы это был не канон. А канон, как я уже говорил, это страна непуганых идиотов. Поэтому, у меня все получилось.

А так же, на всякий случай, если дальше этот самый канон скажет своё слово и Добби попытается перехватывать мою корреспонденцию, то мы с Гермионой обменялись номерами телефонов и во всю звонили друг другу. А с Невиллом мы через его домовика связь поддерживали.

Ну, а затем, если предположить, что домовик, всё-таки, навестит меня на каникулах, а у Джинни в руках окажется дневник Риддла, то я уже знал что мне делать. Были у меня на этот случай, так сказать, домашние заготовки. Ведь канон-то я хоть и сломал, но не должны были в нём сразу наступить настолько глобальные изменения. К тому же в кармане у Рона Уизли по прежнему обретался Питер Петтигрю в своей анимагической форме, который так же требовал к себе самого пристального внимания. Впрочем, пусть живёт пока в неведении о том что я знаю кто он такой. Слона-то, обычно, по кусочкам кушают.

Так что, проблемы всё равно будут и их придётся решать хочу я того или нет. По мере их поступления, а так же по возможности решения, конечно. Но, это будет уже совсем другая поттериана.

На сей раз попадание происходит из той же, так сказать, исходной точки, по той же схеме, но уже перед вторым курсом.

* * *

Гарри растерянно взглянул на горшок, потом на хозяев, явно что-то от него ожидавших.

— А… а что надо сделать? — спросил он, заикаясь.

— Он никогда ещё не летал при помощи «Летучего пороха», — сказал Рон. — Прости, Гарри, я совсем об этом забыл.

— Никогда? — изумился мистер Уизли. — А как же ты в прошлом году покупал школьные принадлежности? На чем добрался до Диагон Аллеи?

— Приехал на метро.

Гарри Поттер и Тайная комната.

Такой разговор состоялся в доме рыжего семейства по фамилии Уизли, который назывался «Нора». Но, незадолго до этого я вспомнил о том, что Гарри сразу после этого переместился в магазинчик «Борджин и Бёрк» и уже там, спрятавшись в Исчезательном шкафу, подслушал разговор самого Борджина и Люциуса Малфоя, при котором присутствовал ещё и Драко, его сын. Люциуса, а не Борджина, конечно.

Так вот, когда я об этом вспомнил, то подумалось мне: «Хм-м... А не заняться ли мне импровизацией? Нет, ну а чего, момент-то, весьма подходящий. И не нужно будет ждать пока мы в Хогвартсе окажемся».

А кто я такой и почему я так подумал? Ну, слушайте. Вообще-то я попаданец, но, прямо сейчас я этот самый Гарри Поттер и есть, о котором выше говорилось. Хотя, конечно, раньше у меня были другие имена, но перечислять их сейчас я не вижу никакого смысла, да и значения в данном случае это никакого не имеет. Значение имеет лишь то, что не первое это у меня попадание, так что и некоторый опыт этих самых попаданий в других персонажей, как, собственно, и владения мечом совместно с применением магии у меня имеется. И, что в данном случае имеет огромнейшее значение, так это то, что инсайдерской информацией я владею, считай что в полном объёме. Я имею в виду, что и книги про приключения Поттера в своей первой жизни читать мне довелось, и фильмы смотреть. И ещё я точно знаю, что исполнять роль канонного Гарри у меня нет никакого желания. Ну, а раз так, то нужно будет сотворить что-нибудь эдакое, после чего весь канон медным тазом накроется. Что-нибудь незначительное, вроде как камешек ногой пнуть. Только не любой, а тот самый который спровоцирует сход горной лавины.

А начать вносить изменения в канон я решил когда мы все вместе отправимся за покупками к школе, туда, на Диагон Аллею. И ещё я подумал, что этот день весьма подходящим будет, выражаясь фигурально, чтобы застрелить несколько зайцев или уток всего лишь одним выстрелом. Я имею в виду, что можно будет сразу несколько дел провернуть, пусть и не одновременно, потому как, обстановка для этого весьма благоприятная складывается.

Но, разумеется, основной задачей, выполнение которой я для себя наметил было изъятие дневника Тома Риддла-младшего у Люциуса Малфоя. И даже если у меня получится только это одно, то и тогда этот день уже можно будет считать очень удачным и прожитым не зря.

Ну, а если ещё попутно получится помешать Гилдерою Локхарту попасть в Хогвартс в качестве преподавателя, то это вообще здорово будет. Впрочем, эта задача, на данном этапе, была второстепенной и её выполнению особого значения я не придавал. Получится и хорошо, а если нет, то я его и в школе прищучу. Уж кого-кого, а его-то на чистую воду вывести и в Азкабан отправить будет совсем не сложно.

Кстати, в Поттера меня подселило через некоторое время как его близнецы вместе с Рончиком из Дурслеевского плена вызволили и к себе в «Нору» привезли. А если ещё точнее, то окончательно в его теле я, так сказать, обосновался как раз накануне того дня, когда от Гермионы письмо пришло. То самое в котором она предлагала встретиться на Диагон Алее. Так что, было у меня время и на адаптацию, и на осознание текущей ситуации, как, впрочем, и на принятие решения. Решил же я, не много, ни мало сломать канон к чёртовой матери. Как-то не хотелось мне, будучи двенадцатилетним пацаном вступать в рукопашную схватку с тысячелетней змеюкой и испытывать на себе последствия отравления её же ядом. Как, впрочем, и во всех остальных приключениях участвовать и под дудку Дамби плясать.

Так же, хочу сказать что даже если бы я сейчас был на пике своей формы, как в предыдущем мире, то я и тогда бы постарался схватки с василиском избежать. Потому как, утверждать, что она безоговорочно завершиться моей над ним победой я бы не решился даже в самых смелых прогнозах. Ибо, непредсказуемо это было.

Тем не менее загадывать, я не стал, конечно. Не знал никто как тут события разворачиваться будут, и не придётся ли мне всё-таки стойко преодолевать, в конце учебного года, тяготы и лишения учёбы в Хогвартсе. Но, если получится, для начала, обеспечить хотя бы спокойный второй курс, как самому себе так и прочим ученикам, то почему бы и не попробовать? Вот такую я перед собой поставил задачу и принялся за её выполнение.

В общем, когда подошла моя очередь перемещаться по каминной сети, кинул я в огонь щепотку Летучего пороха, подождал пока огонь станет зелёным и вступив в него, проговорил, слегка исковеркав нужные слова: «Дигонлея». А дальше меня понесло к пункту моего назначения и всё что мне оставалось, так это надеяться что я окажусь в магазинчике Борджина, а не где-нибудь ещё. Скажу, заодно, что перемещение по каминной сети мне совершенно не понравилось и добавлю, что я был рад когда оно завершилось.

«Ну, вроде бы попал я куда нужно», — подумалось мне после того как я огляделся в том месте где оказался. Кстати, вот чему я ещё удивился, что мистер Борджин, хозяин магазинчика, никак не отреагировал на моё там появление. Ведь должно было же его как-то оповестить, что у него камин сработал, но, не оповестило, почему-то. Впрочем, не стал я из-за этого огорчаться.

А дальше, осмотревшись, я убедился что оказался в нужное время и в нужном месте. И подтверждало мою уверенность то, что в витрине под стеклом красовались сушёная рука, заляпанная кровью колода карт и пристально смотревший на окружающее хрустальный глаз, со стен таращились зловещие маски и на прилавке были разложены человеческие кости разных форм и размеров.

Но, самое главное что указывало на то, что я на оказался там где нужно была тёмная, узкая улочка, которая виднелась сквозь пыльное окно и, которая явно не была Диагон Аллеей, а так же то, что по этой самой улочке двигались двое блондинов, направляясь прямо в этот магазинчик, где я и находился. Разумеется, одним из них был тот самый Люциус Малфой, на встречу с которым я и рассчитывал, а вторым — его сын Драко, который был школьным недругом Гарри, но в данном случае его присутствие особой роли не играло. «Вот и славно», — мелькнула у меня мысль, когда я их увидел. И добавил, что это я удачно зашёл.

А дальше я спрятался в Исчезательный шкаф, набросив на себя, дополнительно мою мантию-невидимку, которую я заблаговременно прихватил с собой и дождался пока Люциус с Драко войдут в магазинчик, где старший заведёт разговор с мистером Борджином, хозяином данного заведения. После чего я взял, да и усыпил всех троих используя, всего навсего, ведьмачий знак Сомн. Затем поискал у Люциуса в карманах, извлёк из них дневник Тома Риддла и найдя какой-то металлический поддон, спалил его нафиг. Заодно, кстати, и проверил, есть ли возможность уничтожать хоркруксы имеющимися в моём распоряжении средствами, для чего я использовал огненный меч Гаргоса. Сначала я разогрел, так сказать, его лезвие до нужной мне температуры и, взявшись обратным хватом за его рукоятку, не торопясь всадил меч в тетрадку.

Кстати, температура до которой разгревалось лезвие меча явно превышала тысячу градусов по Цельсию и как оно, при этом, схраняло свои свойства и форму было совершенно непонятно. Но вот была у этого меча такая... фишка.

А почему я сделал именно так? В смысле медленно это сделал? Так ведь защита там какая-то помнится была. Вот я её потихонечку и продавил, для начала, после чего воткнул лезвие в тетрадку и принялся наблюдать как сначала во все стороны полились чернила, а затем над ней поднялось чёрное облачко, которое начало развеиваться и орать нечеловеческих голосом. Ну, и затем, когда всё это закончилось, я просто спалил тетрадку снова использовав ведьмачий знак, только на сей раз Игни.

Так же хочу уточнить почему я в данном случае я использовал меч, а не магию, несмотря на то, что соответствующие заклинания у меня в арсенале имеются и которые, как мне думается сработают на раз-два. Да потому что диадема ещё в школе имеется и когда я её отыщу, то заклинанием и очищу от той гадости, которая сейчас из себя душонка Волди представляет.

И, разумеется, хочу ещё покаяться в том, что не удержался я и прикололся над Люциком, правда, немного жёстко.

В общем, вспомнились мне работы Морроувинда под общим названием «Путь тёмного» и я поступил я точно так же как в них написано было. Для чего я обчистил его карманы, а на лбу написал слово «Dork». Что, по сути, являлось синонимом слова «Лох», но, его, так сказать, более лёгкой версией, которое можно использовать для описания немного глупого или неуклюжего человека.

А дальше я вытряхнул пепел на улицу, водрузил на место поддон и выйдя из магазинчика отправился на поиски старушки, которая, если я правильно помню, торговала человеческими ногтями. Вроде бы именно в то время и в том месте произошла в каноне встреча Поттера с Харгидом. Я ей ещё цацки хотел скинуть, те что у Малфоя экспроприировал. Ну, пару колечек, ещё кое-какие мелочи, предупредив чьи они, но потом решил не делать этого чтобы след не оставлять. А там, и Хагрид нарисовался, разве что не стал я оправдываться, когда он произнёс укоризненно, что мол нефиг по Лютному переулку шляться, типа, опасное здесь место.

«Блин, Хагрид! — ответил я ему. — Ну, хоть ты-то дурака не включай. А то тебя послушать, то встал я сегодня утром и подумал, а не прогуляться ли мне по Лютному. Ну, конечно, везде я уже побывал, а вот здесь я ещё не был. Дружище, да даже тебе должно быть понятно, что не по своей воле я тут оказался».

Вот так, беседуя мы покинули это переулок, хотя какой там нафиг переулок, самая полноценная улица это была и, как бы не побольше Диагон Аллеи. А дальше мы оказались у Гринготтса, где я встретил, наконец-то Гермиону Грэйнджер, ну, и прочие Уизли вскоре подтянулись. После чего, по плану, я хотел немного развлечься и начал я с опускания с небес на землю Артура Уизли.

Если кто не понял что я имею в виду, так это я о встрече со старшими Грэйнджерами.

- Здравствуйте, друзья! - восторженно, я бы даже сказал чересчур восторженно, и очень громко, приветствовал их мистер Уизли. - Магглы! Вы - настоящие магглы! Наше знакомство нужно отметить! Пришли поменять деньги, да? Смотри, Молли, настоящие фунты. - И он показал на десятифунтовую банкноту в руке мистера Грэйнджера.

— Мистер Уизли! — спросил я у него, тоже не сдерживая голос, — а почему когда вы приходите в банк, то не кричите восторженно: «Гоблины! Вы — настоящие гоблины!»? Вам, кстати, не интересно, а как бы здешние служащие на это отреагировали?

После чего понизив голос до громкого шёпота, прошипел на него:

— Вы чего, блин, нахрен, никогда живых магглов, не видели, что ли? И не понимаете что прямо сейчас вы заставляете Гермиону, пусть и невольно, но, начать стесняться своих родителей?

— Э-э-э... — протянул ошарашенный Артур. — Н-да, не подумал.

Так же хочу заметить, что отвечая на мой вопрос он оглядывался, причём с некоторой опаской, потому как, присутствующие в зале гоблины стали посматривать на него не очень дружелюбно и порыкивать что-то на своём языке. Впрочем, дальше рычания и недобрых взглядов дело не зашло.

А затем я извинился перед старшими Грэйнджерами за то что Артурчик невольно поставил их в глупое положение, съездил в своё хранилище, отдельно от Уизли и мы с Грэйнджерами прогулялись до того самого момента когда должна была начаться распродажа книг Локхарта, с одновременной раздачей его автографов. Не допустить которую и было ещё одной моей задачей на сегодня, пусть и второстепенной. В общем, они вошли в магазин с главного входа, а мне, зная начало данного мероприятия, удалось оказаться рядом со столом за которым расположился этот... писатель, пробравшись через служебный вход и используя мантию-невидимку. После чего я приложил его заклинанием «Мир», как раз перед тем как началась его презентация. Было такое заклинание в моём арсенале и представляло из себя что-то вроде здешнего Империо. И задал ему вопрос.

— Мистер Локхарт, — спросил я его, — скажите, а кто на самом деле совершил все подвиги описанные в ваших книгах? Ведь это же были не вы?

— Конечно, нет, — ответил он и пояснил. — Я всего лишь вызнавал подробности у тех кто их совершил, а потом их обливиэйтил и выдавал их за свои.

В общем, сделал я гадость, чтобы сердце своё порадовать. Нет, ну а чего? Нельзя что ли? А дальше я, выражаясь фигурально, сделал ноги используя то, что я условно называл «Шаг». Чтобы понять что это за «Шаг» такой и особо в объяснения не вдаваться, то вспомните одного из персонажей фильма «Люди Х» по имени Курт Вагнер, который был чернокожим и на чёрта похож. В том смысле что и рожки у него были, и хвост. А так же, заодно, вспомните его умение мгновенно перемещаться в зоне прямой видимости. Вот точно так же работал мой «Шаг».

В общем, я переместился к Грэйнджерам и вытащил их из магазина, как и остальных Уизли, кроме мамы Молли, которую я вытаскивать не стал, да и не смог бы, потому что она в общую свалку ринулась. А для чего я это сделал? Так ведь чтобы не пострадали они. Ну, сами представьте что началось в магазине, в котором оказалась толпа обманутых поклонниц этого... обладателя лучшей улыбки по версии журнала «Ведьмаполитен».

И это ему ещё повезло, относительно, конечно, что в толпе находились авроры. Это так здешних полицейских называли. В общем, смогли они предотвратить и самосуд, и погром самого книжного магазина. Хоть и не без потерь это получилось, конечно.

Забегая вперёд, хочу сказать, что по результатам аврорского расследования, к ответственности привлекли не только самого Локхарта, но и Люциуса Малфоя. Да и добрейшей души дедушку Дамби тоже в аврорат тягали, потому как, не могла быть данная афера затеяна без их ведома. Я имею в виду продажу его книг в качестве учебников, да ещё и всем курсам подрял.

В общем, их тоже зацепило. А дальше, уж не знаю кто там на какие рычаги и кнопки нажал и во сколько кому чего обошлось, но в Азкабан отправился только Локхарт. Впрочем, для Люцика так просто тоже всё не закончилось, здорово его прижали. Появились после этого в Хогвартсе и новые теплицы, и новые мётлы, да и ремонт в школе был проведён и зимой больше не продувался замок всеми ветрами. А ЗОТИ на нашем втором курсе преподавал отставной аврор.

Кстати, самого Люциуса, я совершенно случайно перехватил в школе, когда он там в одиночестве появился и используя всё то же заклинание «Мир», договорился, так сказать, о передаче мне прав на его домовика по имени Добби. Ну, того самого кто Поттера на каникулах подставил. После чего объяснил домовику, что Злая вещь, из-за которой в школе сыр-бор должен был начаться уничтожена и что спасать меня теперь ненужно. Да и вообще, да здравствует Гарри Поттер, сэр, самый лучший друг всех домовиков во всём мире.

Сразу хочу сказать, что для Добби я стал кем-то вроде младшего брата о котором нужно заботиться, что он потом и делал. А ещё я его с Гермионой познакомил, чтобы у неё даже идеи не возникло о создании общества с неаппетитным названием, ну, сами помните как оно называлось.

И, само собой, что не могло моё пребывание в Хогвартсе обойтись без столкновения со Снэйпом. Началось всё с того что я просто не стал ходить к нему на занятия. Категорически отказался. Что, естественно не могло не заинтересовать Альбуса нашего Дамблдора. И когда мы наконец оказались у него в кабинете, я спросил, а зачем мне ходить к нему на занятия.

— Как зачем? — удивился Дамблдор.

— А вот так, — не дал я ему разразиться пояснениями. — Ведь всё что, так сказать, преподаёт этот профессор, так это рассказывает мне о том что папа мой был самовлюблённым, беспринципным, плюющим на правила и всё такое. А всё остальное мне приходится учить самому. Ну и зачем мне тогда ходить на его уроки? В общем, даже не уговаривайте.

Нет, Дамблдор попытался, конечно, выступить в роли миротворца, а я спросил за какой хрен мои родители жизни свои отдали? Что, может для того, чтобы вот эта сальноволосая мразь меня вместе с ними дерьмом поливала? И чем тогда он лучше Снэйпа если он ему потворствует? А потом ещё добавил что и сам Дамби не лучше Волди, потому что тот меня хоть сразу убить собирался он меня на жизнь с родственничками обрёк, где если бы не моя магия, то убили бы меня. Рано или поздно.

«Нет, я понимаю, конечно, что дисциплину среди учеников не только можно, но и нужно как-то поддерживать, — заметил я в процессе разговора. — Только и справедливость хоть какая-то должна иметь место. А то, что демонстрирует этот... называется предвзятость к одному конкретному ученику по имени Гарри Джеймс Поттер. То есть по отношению ко мне».

А под конец нашего с ними разговора я предупредил, что если он не уймётся, то я найду к кому обратиться, чтобы напомнить ему что люди отнюдь не бессмертны. Причём, умирают они, почему-то, всегда внезапно.

В общем, не знаю на чём там сошлись, в итоге, Дамблдор и Снэйп, но он меня больше не трогал. Вообще не трогал, а я для него с тех пор стал как пустое место.

Ну, а в остальном пребывание моё в Хогвартсе без проблем проходило, так как и никой василиск по школе не ползал, и никакие Снэйпы с Локхартами жить не мешали. Дамби, кстати, в этом году тоже не сильно до меня было, потому как, то одно, то другое требовало его внимания. Так что, моей основной задачей, ну помимо учёбы, конечно, было периодическое опускание Дракусика, чуть ниже плинтуса. Особенно его бесило, когда я его лохом называл и объяснял, что лох он потому что от лоха родился, намекая тем самым на происшествие в магазинчике Борджина и Бёрка. Нет, знаете, если бы я попал в более взрослую версию Поттера, то тогда, наверное, я бы так тупо над ним не прикалывался. Ну, а раз уж я пока всё ещё ребёнок то и нормально было.

Так же я перестал общаться только с Роном и Гермионой и расширил круг своих знакомств, включив в него представителей и других факультетов. А ещё я ненавязчиво старался снять с Грэйнджер розовые очки, особенно касательно Дамбика. Нет, ну серьёзно, если вспомнить как она о нём чуть ли не с подобострастием говорила начиная с того момента как они у Сириуса в доме кантовались, то я чуть ли не «Испанский стыд» начинал испытывать.

Да, вот ещё о чём забыл рассказать. В тот день когда мы ехали в школу, я отыскал в поезде Луну Лавгуд и уговорил её попросить Шляпу распределить её к нам, на Гриффиндор.

«Послушай, Луна, — обосновал я свою просьбу, что ли. — У меня было видение, что на Рейвенкло тебе будет не очень уютно учиться. Ну, всякие там нарглы твои ботиночки воровать будут и другие вещи, так что давай к нам, а я и за тобой, и за ними присмотрю. По возможности. И если они попробуют озорничать, то я им... Э-э-э... выражу своё неудовольствие».

В общем, в этом году к нам на Гриффиндор поступило на одну девочку больше чем в каноне. И несмотря на то что Рончик поначалу кривился из-за того, что я взял над дней шефство, да и Гермиона особого удовольствия не испытывала, но я их быстро научил принимать её такой какая она есть. Так что нормально у неё жизнь и учёба двигались.

Вот так и проходил наш второй курс, потому что теперь я Поттером работаю. Ну, а как там дальше будет кто ж его знает-то? Будущее покажет.

Что прежде всего должен был бы сделать наш герой, если бы стал Поттером перед третьим курсом? Ну, как по мне, то следующее.

* * *

Как-то вечером Гарри Поттер сидел на кровати в комнате, которая находилась на втором этаже бара «Дырявый котёл» и думал что ему делать дальше. Хотя, на самом деле он только выглядел как Гарри, но, таковым уже не являлся, что, безусловно, вызвало бы удивление какого-нибудь здешнего легилимента. Ну, если бы он смог, конечно, заглянуть в мысли парня выглядевшего как Поттер и, если не знал бы бы всей подоплёки. Потому что теперь в теле Гарри было моё сознание, а вот куда подевалось его, я вам сказать не могу, при всём моём желании, по той простой причине что неведомо мне сие. И чем мне ещё повезло, так это тем, что мне память его досталась, почти в полном объёме, за исключением, разве что последнего дня, в течение которого, видимо, и происходил процесс подселения в него моего и отправки его сознания, ну, куда бы оно не отправилось.

В любом случае, пожелал я ему удачи и задумался о том, а мне-то что теперь делать? Кстати, дата, когда произошло моё, так сказать, в него вселение была двадцать седьмое августа тысяча девятьсот девяносто третьего года. До конца летних каникул оставалось несколько дней и вскоре Гарри предстояло ехать на третий курс в школу чародейства и волшебства. Так же, на вопрос кто я такой ответ был бы весьма прост, попаданец я, разумеется. Причём побывавший до этого в парочке миров, которые можно назвать мирами «Меча и магии» и имеющий определённый опыт как в применении магии, так и в махании мечом. Ну, и ещё хочу сказать, что про так называемый канон я тоже в курсе был и он мне решительно не нравился.

В общем, подумал я, подумал, да и решил, что в Хогвартс я поеду, пожалуй, чтобы подбросить им там, так сказать дерьма в вентилятор или, иными словами, постараться сделать так чтобы канон шёл полем и лесом. А зачем, спрашивается, мне это надо? Ну, канон полем и лесом отправлять? Да потому что не хочу я изображать канонного Гаррика, как, впрочем, и не смогу. Ну, и повеселюсь, заодно. Но, прямо перед отъездом в школу я решил провернуть одну штуку, чтобы облегчить свою дальнейшую жизнь.

А сделать я это запланировал как раз в тот момент когда кот по кличке Живоглот окажется у Гермионы Грэйнджер. И как только это случилось, я и начал приводить мой план в действие. А сигналом к его началу послужил её разговора с Роном Уизли. Тот самый, когда он на Гермиону из-за крысёныша наехал и который начался с его вопроса:

— Ты купила этого урода?!

— Смотрите, какая лапочка! — восхищалась Гермиона.

— Твоя лапочка чуть с меня скальп не сняла! — вспыхнул Рон.

— Глотик не нарочно, — заступилась за кота Гермиона.

— А ты о Коросте подумала? — Рон похлопал по карману. — Он нуждается в тишине и покое. А с этим котярой ему никакого покоя не будет!

— А вот не таскал бы крыс в карманах и никто бы с тебя скальп снимать не захотел бы. И даже я, но пока только только на данном этапе, — подумалось мне при этом, но вслух я сказал другое. — Да ладно, Рон, ты чего возмущаешься-то? — Задал я ему вопрос. — Ведь проблема же яйца выеденного не стоит. И, если её не можешь решить ты, то давай это сделаю я.

— И как ты это сделаешь? — уточнил рыжий.

— Да очень просто. Держи, — с этими словами я вытащил из кармана деньги и всучил их ему, а сам натянул перчатки и забрал у него крысёныша. И пояснил. — Я у тебя его купил и избавил тебя от этой проблемы. Да, чтобы ты знал, то средняя цена на крыс в зоомагазине от десяти до двенадцати сиклей, а я заплатил тебе за него десять галлеонов. Так что, можешь либо купить себе новую крысу, либо сову, либо жабу. Ну, или просто обновить свой гардероб. В общем, всё что угодно, в пределах разумного, конечно.

А затем я забежал за угол и спрятал Крысу в пространственный карман. Имелся у меня такой в наличии, одной из особенностей которого было то, что в него нельзя было помещать живые объекты, так как умирали они при этом. А поместил я его туда ещё и потому, что, заодно, решил так же одну теорию проверить, которая в общем-то и подтвердилась, когда я его оттуда обратно извлёк через пару секунд но, уже мёртвым. Ну, и ещё чтобы лишнюю кровь не проливать, конечно. Не люблю я этого.

Теория же эта гласила, что анимаги умирая в своей звериной форме, через некоторое время принимали свой человеческий облик. И, так оно и оказалось. А дальше не стал я шум поднимать, вместо чего потихоньку подошёл к мистеру Фортескью, владельцу кафе и шепнул ему что в переулке, рядом с его заведением непонятный мужик валяется. Тут я прикололся употребив одну всплывшую откуда-то в памяти фразу. Сказал я ему что валяющийся там мужичок очень уж напоминает дохлый труп мёртвого человека.

Кстати, хочу ещё заметить что Рончик так про крысёныша больше и не вспомнил, ну, после того как у него в кармане денюжки забренчали. А Гермиона меня поблагодарила, за то я их с котом от вероятных проблем избавил.

А дальше мы отправились в «Дырявый котёл», где произошла моя встреча с остальными Уизли. Затем, следующим утром мы с Гермионой пережили их суету и панику, перед тем как, все вместе, отправились на вокзал Кинг-Кросс, где, наконец Артур, как и в каноне стал уговаривать меня дать ему клятву не охотиться на Сириуса Блэка. В ответ на что я процитировал его собственные слова.

«Мистер Уизли, скажите, вы помните что вы сказали вчера вашему сыну? — уточнил я у него. — Потому что если нет, то я напомню: «Рон, не говори ерунды. Куда тринадцатилетним волшебникам до Блэка!» Вот, что вы сказали. И почему тогда вы такую клятву требуете с меня, а не с него? Ведь это именно он выразил желание на Блэка поохотиться, а не я. Или вы думаете что я дурнее не только вашего сына, но и паровоза?»

В общем, дальше Хогвартс-экспресс дал гудок и тронулся, я на ходу заскочил в тамбур, после чего присоединился к Рону и Гермионе в купе, в котором уже находился спящий Римус Люпин. А дальше появился школьный враг Поттера, по имени Драко Малфой, которому я собирался продемонстрировать, что времена безнаказанности для него прошли.

- Кого я вижу? — по обыкновению лениво протянул Малфой, шире открыв дверь. А Крэбб и Гойл, без которых он и шага ступить не мог дружно заржали. - Слышал, твой отец в кои-то веки разжился кучей золота, — начал Малфой, обратившись к Рону. — А что, твоя мамочка, случаем, на радостях не померла?

— Да кого волнует что ты там слышал или чего ты не слышал, Дракусик? — заметил я ему. — Твоё мнение вообще никого не волнует, как, впрочем, и мнение твоего скользкого папаши.

— Не смей так говорить о моём отце! — взвился Малфой.

— А ты меня на дуэль вызови, — предложил я ему. — Только в этот раз на неё явиться не забудь. А то знаю я вас, Малфоев, что тебя, что твоего папашу. Одни понты, а как до дела доходит, то пшик получается.

После чего, сразу же, Малфоя вынесло из нашего купе вместе со стоящими за его спиной Крэббом и Гойлом. С моей помощью, конечно, для чего мне даже палочку доставать не пришлось. Оказалось достаточно простого ведьмачьего знака Аард. Главное силы в него чуть побольше вложить было.

А дальше я решил подождать старину дементора. Вот не верилось мне что неубиваемые эти «ребята» были. Ну, не бывает такого в природе и даже если бы они обладали почти мгновенной регенерацией, как какой-нибудь Росомаха из «Людей Х» или же были живучими как та же Лернейская гидра, то и тогда завалить их можно было бы. Так что, тут мадам наша Ро хрень какую-то написала, которую я и собирался опровергнуть. У меня и заклинание соответствующее было наготове. И уж если я во время своего предыдущего попадания, с его помощью, умудрялся даже средних демонов на их план существования отправлять, то с дементором-то я был уверен что справлюсь.

К тому же вот ещё какой момент мне всегда был интересен, когда я канон читал, который иначе как бредом я снова назвать не могу. Вот, смотрите. Дементоры, по словам мадам нашей Ро, неубиваемы и разумны. Ну, и почему, в таком случае, они довольствовались всё это время охраной Азкабана, а не начали экспансию? Или, почему они всё это время подчинялись каким-то министерским бюрократам? Ну, ерунда же получается. И, если следовать логике, то либо были они не такие уж неубиваемые, либо имелось что-то, что заставляло их подчиняться. Например, управляющие артефакты. Так что, этот момент, когда они сами, по собственной инициативе, остановили поезд и принялись его обыскивать это даже не бред, а бредятина полнейшая.

В общем, когда поезд остановился, и погас свет, то я выскочил в коридор. И как только я заметил, что возле входа в вагон появилось что-то ещё более чёрное чем окружавшая нас темнота, то и долбанул туда заклинанием «Изгнание». И что вы думаете произошло? А то, что нихрена не бессмертным дементор оказался. Осыпался он то ли пеплом, то ли прахом, да ещё и с визгом. А в другого, который появился с противоположной стороны вагона я засандалил так называемым «Святым присутствием», которое воздействовало на него как самый натуральный горячий пар на обычного человека. Только я имею в виду не тот пар что в сауне, а тот что сразу же вызывает термические ожоги. В общем, удрал он.

И ещё я подумал, что теперь нужно будет так же и меч на них испробовать. Имелся он у меня в пространственном кармане, потому что мир из которого меня сюда перекинули был, всё-таки, миром «Меча и магии» и, разумеется, что меч у меня не мог там не появиться. Кстати, был он не простым, а из тех которые собственные имена имеют. Галдоба он назывался. Впрочем, неважно было имелось у него имя или нет, главное было то, что мне им удалось архидемона завалить. Поэтому я был почти уверен, что и дементоров я им чикать буду за милую душу. А почему уверен только почти? Да потому что проверить на практике нужно было. Привык я так.

А потом, когда поезд тронулся и вновь загорелся свет, я вернулся в купе, которое пополнилось Джинни и Невиллом, и пояснил что был в туалете. Люпин, кстати, как и в каноне уже проснулся и потчевал всех шоколадом. И ещё через некоторое время мимо нашего купе прошёл незнакомый маг с озадаченным выражением на лице и плащом дементора в руках. Так что, судя по всему прав я оказался. Ну, что есть у дементоров те кто ими командует.

Так же в оставшееся до Хогвартса время мелькнула у меня мысль, что с остальными соучениками надо бы общаться побольше начать. А то невольно вспомнилось мне, как в начале пятой книги у Поттера размолвка с Финниганом произошла, которая, откровенно говоря, неправдоподобно, что ли, смотрелась. В том смысле, что Гарри тогда ни с того, ни с сего вдруг поинтересовался у Шеймуса как лето прошло. Нет, ну действительно, если канон вспомнить, то странно это со стороны смотрелось, так как до этого он ни разу с ним и словом не перемолвился, а тут вдруг взял, да и поинтересовался. Впрочем, это дело будущего было.

А сейчас, когда мы наконец-то доехали до школы, кстати, фестралов тянущих наши кареты я видел, конечно, меня, почему-то пригласила к себе в кабинет Макгонагалл.

«Хм-м, не понял, — подумалось мне при этом, — в честь чего это меня Маккошка дёрнула? Я же в обморок, в отличие от канонного Гарри не падал».

Но, вскоре это выяснилось, когда я увидел там ещё и Снэйпа. «Так вот оно чё, Михалыч, — сообразил я зачем меня пригласили. — Видимо Дракусик, с вероятностью девяносто девять процентов подсуетиться успел. Ну, что ж, значит придётся вступить в открытую конфронтацию чуть пораньше».

Оставался, правда, один процент, что Снэйп здесь по другой причине, но, увы... Снова прав я оказался. В общем, он начал на меня орать, при поддержке Макгонагалл, что я, мол, на учеников нападаю, а когда он проорался я ему сообщил, что отныне время безнаказанности для Малфоя прошло и что теперь ему никто не поможет. Ни Снэйп, ни его папаша Люциус, ни Дамблдор, ни Министр магии Корнелиус Фадж, ни сам Мерлин. А ещё я добавил, что мне откровенно надоели предвзятость и фаворитизм самого Снэйпа и если он не прекратит их открытое проявление, то для него это тоже хорошо не закончится. Я и на него управу найду.

Разумеется, после ужина меня потащили к Дамблдору. Тут даже и сомневаться не приходилось что мою эскападу без внимания не оставят. И, конечно же, на меня сначала снова стали орать, а после Дамби изобразил из себя миротворца и попытался мне по ушам поездить. Вот только в этот раз я ему как и Снэйпушке до этого, заявил что больше мириться с предвзятостью этого индивида по отношению ко мне больше не намерен, несмотря на полнейшее к нему доверие со стороны самого Дамблдора. И снова предупредил, что Дракусику его выходки с рук больше сходить будут. А так же добавил, что если кому-то что-то не нравится, то я и другое место учёбы поискать могу.

— Но, ты не можешь этого сделать, Гарри, — заверил меня Дамблдор. — Потому что твои родители заключили контракт на обучение.

— В который, я больше чем уверен, — ответил я ему, заодно указывая на Снэйпа, — не входит пункт о том, что я обязан терпеть нападки и предвзятость этого... деятеля. И, вот что я ещё хочу сказать лично вам, профессор. — Дополнил я свою речь, персонально для Дамблдора. — Помимо зельеварения существует такая наука как алхимия, в которой я хоть хоть и не обладаю званием Мастера, но уровень подмастерья могу хоть сейчас продемонстрировать. И нафига мне тогда учиться зельеварению и лицезреть на уроках этого... — Я снова ткнул пальцем в направлении Снэйпа. — Ну, не будем уточнять кем именно я его считаю. Поэтому на его занятия я ходить не буду.

После чего я помолчал немного, давая им возможность осмыслить мои слова и добавил.

— В общем, вы подумайте, а я пока к себе пойду. Да, и вот что ещё. Благодаря воздействию дементоров, мне совершенно отчётливо вспомнилось, что когда Волди мою маму заавадил, то вот этот... индивидуум, — я снова указал на Снэйпа, — прискакал туда и принялся её оплакивать, скотина, вместо того чтобы раненому ребёнку медицинскую помощь оказать. Так что, оградите меня от общения с ним, а то я быстро ему напомню кто из нас Мальчик-Который-Выжил, а кто, типа, раскаявшийся Пожиратель. И взять его на поруки у вас, профессор Дамблдор, больше не получится. Это я вам точно могу пообещать, причём вполне официально.

Ну, и добивать их перед уходом я пока не стал, хотя и можно было заявить Макгонагалл, что мне тут птичка кое-что на хвосте принесла.

Что, Гермионе Грэйнджер либо уже вручили Вращатель времени, либо вот-вот собираются. И что когда я об этом узнаю, а я узнаю, то я смогу такой шкандаль закатить, что мало никому не будет. А если, при этом ещё добавить, что, мол, она магглорождённая и её в случае чего не жалко, то представьте какой мог хай подняться. Особенно если одной Бриташкой не ограничиться, а сразу на международную арену выйти.

И, разумеется, Снэйп не мог не удержаться, чтобы не заявить:

— Ты такой же наглый, самовлюблённый и плюющий на правила как и твой отец, Поттер.

— Прежде чем говорить про моего, вспомни кем был твой, — ответил я Снэйпу. — А то ишь ты, манеру взял с отцом меня сравнивать.

В общем, вот так и поговорили мы. А дальше я отправился в гриффиндорскую башню и принялся рассуждать, по дороге, подводя предварительные итоги.

«Ну, — думал я, рассматривая ситуацию, — так называемый гвоздь из кузницы я украл, в том смысле что Петтигрю из расклада удалил. Нет, может, конечно, и вместо него кто-нибудь за Волдиком в Албанию сунуться, но вероятность данного события весьма мала. Впрочем, не будем пока загадывать, а будем, как говрится, слона по кусочкам кушать. Например, пока так и остался открытым вопрос с Блэком, которого нужно будет отловить и по голове ему настучать, чтобы он за неё взялся наконец-то. И ряд других, конечно. Тот же квиддич, в который играть у меня нет никакого желания. Гермиона с её Вращателем времени. А то она личность увлекающаяся, вот и нужно будет её энтузиазм придержать немного и в нужное русло направить. Впрочем, посмотрим как оно дальше будет. В любом случае, периодически устраивать «похохотать» некоторым индивидуумам мне никто не помешает. Особенно, если если до этих некоторых с первого раза не дойдёт».

Вот так произошло моё очередное попадание. На сей раз в Поттера перед его третьим курсом.

Ну, а потом я учился и развлекался. Учился я, например, трансфигурации потому что раньше понятия не имел о том, что такое и которой потом, совершенно неожиданно для себя, взял да и увлёкся. Уговорил Гермиону поправить верхние зубы. Придержал, как и планировал её энтузиазм в использовании Вращателя. Договорился с Вудом, капитаном нашей квиддичной команды насчёт одной, двух тренировок в месяц. Да и то, потому что летать мне всё-таки понравилось и ещё потому что к народу я поближе решил держаться. А так же я стал чаще общаться не только с остальными софакультетниками но и представителями других домов. И на зельеварение я не ходил. Домовики помогли мне оборудовать алхимическую лабораторию и некоторое время я проводил в ней.

Так же на уроке УЗМС, когда Хагрид познакомил нас с гиппогрифом, а я на нём ещё и полетал, то помня канон лично предупредил Малфоя, что если он сотворит какую-либо хрень, то я своими руками обеспечу ему посещение больничного крыла. И чтобы до него лучше дошло сопроводил своё внушение толикой «Удара страха». Было такое в моём арсенале такое заклинание которое воздействовало на человека как инфразвук. Так что, никто даже и не пытался ни судить гиппогрифа, ни, тем более, отрубить ему голову .

Ну, и напоследок, мне, таки, удалось отловить Сириуса и настучать ему по башке, выражаясь фигурально, конечно, после чего он отправился в Швейцарию на лечение. А канон, как мне и хотелось тоже отправился, только не в Швейцарию или Америку какую-нибудь, а полем и лесом.

Нет, оставались, конечно, Снэйпушка с Дамбушкой, которые попробуют меня не раз ещё, так сказать, на излом взять, но этими деятелями и попозже заняться можно будет. Впрочем то, что они свои подарки получат и никто обиженным не останется, это я точно знал. Вот такая получилась история.

Что делать если попал на четвёртый курс?

* * *

31 октября 1994 года, вечером, в школе чародейства и волшебства Хогвартс происходил выбор чемпионов Турнира трёх волшебников. О том, что он состоится было объявлено ещё первого сентября. И сегодня наконец, после ужина, станут известны имена участников.

Гарри Поттер и Кубок огня.

* * *

После того как Кубок неожиданно «выплюнул» четвёртый кусочек пергамента, Дамблдор не раздумывая протянул руку и схватил его, поднёс его к свету и воззрился на написанное на нём имя. Повисла длинная пауза. Он смотрел на пергамент, а весь зал смотрел на него. Наконец он кашлянул и прочитал: «Гарри Поттер!»

Сразу после чего Рон Уизли с Гермионой Грэйнджер уставились на Поттера растерянными взглядами. Что при этом заметил Рон было неизвестно, но Гермиона вдруг увидела, что Гарри, выглядевший только что абсолютно потерянным и каким-то пришибленным, что ли, неожиданно вздрогнул. После чего уставился на свои руки. Он покрутил кистями, рассматривая ладони и на их тыльные стороны. Посжимал и поразжимал кулаки, осмотрел и ощупал себя. Потом ощупал своё лицо, снял очки и секунду или две рассматривал их, после чего водрузил их обратно на нос и дотронулся пальцами правой руки до своего шрама на лбу. В общем, Гарри вёл себя как человек заполучивший себе новое тело и теперь его опробует. Видела такое Гермиона по телевизору в фантастических фильмах, но не могла поверить, что что-то подобное может произойти наяву.

«Гарри Поттер!» — вновь раздался голос Дамблдора. На этот раз он выражал как нетерпение, так и желание быстрее разобраться в возникшей ситуации. Однако Гарри снова не обратил на Дамблдора никакого внимания. Он огляделся вокруг и его взгляд задержался на Грэйнджер.

«Гермиона?» — спросил он. Тон его, при этом, был как у человека, который много знает о своём собеседнике, но никогда, до этого, раньше его не видел.

Грэйнджер лишь удивлённо кивнула головой. А Гарри облегчённо выдохнул, улыбнулся и... обнял девушку.

«Гермиона, пожалуйста, — прошептал он ей на ухо, — поверь. Я всё ещё твой лучший друг Гарри Поттер. И я всё тебе объясню, как только у нас будет время. А ещё, я даю тебе слово, что не бросал в Кубок бумажку со своим именем, так что, не удивляйся тому, что дальше, в последующем, произойдёт и не говори ни о чём существенном с другими. Особенно с нашим рыжим другом, очень тебя прошу. Пожалуйста».

Он отстранился от Гермины и подмигнул ей.

— Гарри Поттер, — в третий раз произнёс его имя Дамблдор. В этот раз в его голосе слышалось не только нетерпение, но и раздражение.

— Да здесь, я. Здесь, — отозвался наконец-то Гарри. — Я прекрасно услышал свою фамилию ещё в первый раз и нечего так шуметь. Чего вы хотите, профессор?

— Гарри Поттер, — сказал Дамблдор, — подойдите, пожалуйста, сюда.

— Иди, — шепнула Гермиона, слегка подтолкнув.

И Гарри не торопясь двинулся к столу преподавателей. А Гермиона обратила внимание ещё и на то, что у него даже походка изменилась. Не стало вдруг той суетливой поспешности, которая была присуща ему ранее. Напротив, создавалось впечатление, что к Дамблдору приближается взрослый человек, точно знающий себе цену и не собирающийся идти ни у кого на поводу. Как-то так оно со стороны выглядело.

И она была права, потому что к директору, не торопясь, приближался уже не тот канонный Гарри про чьи приключения целых семь книг было написано, а я, попавший в его тело. И у меня сейчас появилось немного времени, чтобы оценить обстановку и принять решение. « Да, уж, попал в... Поттера, — дальше я не сдержался и выругался матом. Про себя, конечно. — Всю жизнь мечтал. Хотя... хорошо, что в Поттера, а не в Уизела или какого-нибудь Хорька. Всегда терпеть ненавидел этих персонажей. Кстати, если судить по тому, что подбрасывает мне память реципиента, то это самый, что ни на есть голимый канон. Но, почему меня закинуло в живого парня? Ведь прошлые разы меня подселяло в чужие тела в момент когда их покидали души предыдущих владельцев? Впрочем, сейчас это не в приоритете. Главное, это от Турнира отмазаться. А как это сделать, я уже представляю себе, в общих чертах».

Так, рассуждая, я неторопясь двигался по Большому залу.

«Ну, ладно», — думалось мне дальше. «Канон я сломаю, от Турнира отмажусь, а после-то что? Как мне себя вести? Может все бросить и свалить из этой школы и магической Британии вообще? Залечь на дно, затихариться, отдохнуть некоторое время, а то, устал я, если быть до конца откровенным. Одиннадцать лет почти непрерывных схваток кого угодно вымотают. Но, сначала нужно понять куда мне сваливать. А если ещё учесть, что там куда я таки свалю, ну, если свалю, конечно, я могу оказаться никому не нужен. И есть ли тогда смысл куда-то валить, и не поменяю ли я шило на мыло? Н-да. Проблема. Так что — решено. Останусь и побуду просто учеником, для разнообразия».

А затем я двинулся вдоль стола, прямо в комнату на которую указал Дамблдор и в которой уже находились Виктор Крам, Седрик Диггори и Флёр Делакур. И когда я вошёл, то Флёр, откинув назад волну белокурых волос, повернулась ко мне. «В чём дело? — спросила она. — Надо вернуться в зал?»

Она, видно, подумала, что меня за ними послали судьи. Ну, и пусть думает, а в мои обязанности объяснять ей что-то не входит. Поэтому я, не проронив ни слова, прошёл в ближайший угол комнаты. И уже там достал из кармана медный кнат и трансфигурировал его в удобный стул на который и уселся. Кстати, памятью Гарри я теперь обладал в полном объёме, поэтому и трансфигурация для меня труда не составила. И только после этого обратился к Флёр со словами: «А я, что похож на мальчика на побегушках? Сейчас вы всё узнаете».

Затем послышался дробный стук шагов, и в комнату вбежал Людо Бэгмен с сообщением о том, что количество участников только что увеличилось на одного человека.

Разумеется, данное известие не было воспринято благосклонно и избранные ранее чемпионы стали смотреть на меня как... ну, пусть будет на неутённый фактор внёсший сумятицу в их размеренную жизнь. А Флёр начала ещё и возмущаться. И продолжила, конечно, даже после того как в комнатку ворвались Дамблдор, Крауч-старший, Каркаров с Максим, Макгонагалл и, разумеется, Снэйп, а в открытую дверь на какую-то секунду из зала ворвался гул возбуждённых голосов. «Мадам Максим! — негодующе воскликнула Флёр. — Они говорят, что этот пти гарсон тоже примет участие».

А дальше я смотрел на то, что замечательно показал в одной из своих песен В.С. Высоцкий. «В жёлтой, жаркой Африке» она называется. Как же там было-то? Вроде бы: «... тут поднялся галдёж и лай, и, только старый попугай громко крикнул из ветвей...». Впрочем, вспомнить о том, что именно крикнул попугай мне не позволили слова Снэйпа.

— Каркаров, это всё проделки Поттера, — вкрадчиво произнёс он. При этом его чёрные глаза зло поблёскивали. — Вины Дамблдора нет в том, что Поттер нарушил правила Турнира. Этот негодный мальчишка с первого дня появления в школе только и делает, что нарушает правила.

— Профессор Дамблдор, сэр! — тут мне пришлось повысить голос, чтобы обратить на себя внимание, — при всем уважении, но, что он здесь делает? — я указал пальцем на Снэйпа. — Только не говорите мне, что вы ему всецело доверяете, так как ваше доверие или недоверие не играет сейчас никакой роли. Он не является ни моим деканом, ни вашим заместителем и не имеет никакого отношения к организации турнира. Ну и какого Мордреда он сюда заявился? Может, для того, чтобы пожаловаться своему другу Игорьку, на моё поведение? Так этим можно заняться потом, наедине, за рюмочкой виски. И, может мы, вместо того чтобы слушать его, — я снова ткнул пальцем в сторону Снэйпа, — наконец, поставим, так сказать, точки над «i»? Потому что, меня тут в какой-то блудняк, в очередной раз, втянуть пытаются, в котором я, лично, участвовать не собираюсь .

Кстати, имя Каркарова, как и слово «блудняк» я произнёс по-русски. Мне было просто интересно, смогу ли я говорить без английского акцента и у меня почти получилось.

— Да, давайте определимся, — подхватил мои слова этот самый Каркаров, то ли действительно не расслышав как я его назвал, то ли сделав вид что не расслышал. — Мистер Крауч, мистер Бэгмен. — В голосе у него вдруг появились льстивые нотки. — Вы, наши беспристрастные судьи. И вы, конечно, согласны, что происшедшее противоречит правилам Турнира?

Бэгмен вытер носовым платком круглое мальчишеское лицо и глянул на Крауча, который стоял в тени, в нескольких шагах от камина.

— Мы должны строго следовать правилам, — безапелляционно заявил он своим брюзгливым голосом. — А в них написано чёрным по белому: тот, чьё имя выпало из Кубка, обязан безоговорочно участвовать в турнире.

— Даже если он сам не бросал бумажку с именем в Кубок? — уточнил я у него.

— Да. У такого мага с Кубком заключается контракт и он обязан участвовать, — всё также брюзгливо ответил Крауч.

— В таком случае покажите мне его, — потребовал я.

После чего в комнате наступила тишина и все находящиеся там уставились на меня. Включая присоединившегося в самый последний момент, Барти Крауча-младшего, который Аластора Муди изображал.

— О чём таком ты говоришь, Гарри? — спросил от имени всех Дамблдор.

— Как о чём? — выразил я ему своё, типа, удивление. — О контракте, разумеется. Знаете, берётся лист пергамента и на нем, чёрным по белому пишется, что один участников соглашения, находясь в трезвой памяти и здравом уме, и не находясь под принуждением, добровольно, подчёркиваю, до-бро-воль-но, захотел стать участником Турнира. А второй — не возражает. Да, и ещё должно быть приложение с перечнем прав и обязанностей чемпиона Турнира, — заявил им я.

А дальше на меня опять уставились все, но, уже кто с удивлением, кто с раздражением, а кто и со злостью.

«Вы, что, — мне снова пришлось изображать удивление, — хотите сказать, что даже не подумали об этом? Да любое серьёзное соглашение должно иметь своё отображение на пергаменте. Сделка, женитьба, принятие закона и всё такое. Поэтому и участие в Турнире должно быть оформлено документально».

Откровенно говоря, я блефовал. Чёрт его знает, должен быть, на самом деле, такой контракт или нет. В каноне, у мадам нашей Ро, ни слова об этом не было сказано. Но у неё, если разбираться, то вообще о многом не говорилось. Так что, почему бы и нет? Но, в любом случае, как говорится в таких случаях, дерьма в вентилятор я им подбросил.

«Значит так, — продолжил я, — вы мне показываете мой экземпляр контракта, и только тогда я, может быть, соглашусь поучаствовать в Турнире. Да и то, не ранее чем после его внимательного изучения. А до тех пор забудьте фамилию Поттер».

С этими словами я не торопясь стал выходить из комнаты. Но взявшись за ручку двери, я повернулся и сказал им ещё кое-что: «К тому же, мистер Крауч, не нужно забывать и о том, что из любого правила всегда имеется исключение. Повторяю, лю-бо-го! А мой случай, как раз таковым и относится». И только после этого я покинул комнату.

«Вот, пусть теперь думают, что им делать, — рассуждал я, — и даже если никаких таких письменных контрактов в природе существовать не должно, то участвовать в Турнире я всё равно не намерен. А если не пройдёт сегодняшний демарш, то есть у меня в запасе ещё пара мыслей как отмазаться. Или, в самом крайнем случае, если меня всё-таки вынудят участвовать, то я им «Итальянскую забастовку» устрою».

А все эти сказки, про то что я, мол, магии лишусь, то это так называемые разговоры в пользу бедных. Магия, хоть и не разумна, но её законы чётко работают в любом из миров. Так, что, в случае чего, добро пожаловать в сквибы, мистер Барти Крауч-младший, который в каноне подкинул в Кубок имя Поттера.

«Впрочем, — подумалось мне, — помартисьюшничать мне прямо сейчас придётся, пожалуй». А подумал я так потому, что возникла у меня мысль, дескать, чего у моря погоды-то ждать, ведь старину Томми вместе с его змеюкой прямо сейчас удалить из расклада можно. Не отходя, так сказать, от кассы, пока все думают что я в гриффиндорскую башню отправился. К тому же и способы для этого у меня имеются».

Дальше я позвал Добби. Домовики были классными ребятами и отказываться от их помощи я не собирался. Мы с ним выбрались в Хогсмид через подземный ход, а там я вызвал «Ночного рыцаря» и через пятнадцать минут оказавшись в нужном мне населённом пункте, снова вызвал Добби, который оставался в Хогсмиде ожидая моего вызова. Кстати, он же мне и внешность слегка подправил перед вызовом автобуса, а то кондуктор там, помнится, слишком любопытный и разговорчивый был. И ещё домовик должен был мне помочь обратно добраться, потому как, ехать на «Ночном рыцаре» тем ещё испытанием было. Мне и одного раза хватило.

А дальше было дело техники. Мы пробрались незамеченными в дом Риддлов и там я наложил два заклинания: Очищение и Изгнание в змеюку и гомункула. Жаль только что Петтигрю в тот момент в доме Риддлов не было. Повезло ему. После чего мы сели в засаду на Крауча-младшего. Не мог он не примчаться с докладом о том, что план по вовлечению Поттера в Турнир пересмотреть нужно. Правда, тут был риск что он может меня опередить, но к счастью мои опасения оказались напрасными. Появился он, через некоторое время. Так что, как только он заявился то я колданул ему под ноги «Золотую обманку». Это заклинание создавало что-то вроде голограммы изображавшую золотые монеты, одновременно вызывая непреодолимое желание нагнуться и подобрать их. И как только он нагнулся, я огрел его мечом, извлечённым мной из пространственного кармана. И прямо по шее. Затем Добби доставил меня в Хогвартс, там мы извлекли из заточения настоящего Аластора Муди и переправили его в больничное крыло. После чего, я, наконец-то, отправился спать с чувством глубокого удовлетворения.

Конечно, мне предстояло ещё кое-какие дела уладить. Поговорить с Гермионой. Подружиться с Невиллом и Луной, оградить её от травли со стороны Чанг и Эджкомб, а так же ещё некоторые мелочи. Например, послать в пешее эротическое путешествие семейство рыжих и продемонстрировать Дамби, что отныне на меня где сядешь, там и слезешь. Приструнить Хорька и Нюниуса. Снэйпа, в идеале, вообще нужно было бы отправить в Азкабан, хотя, зачистить его, пожалуй, понадёжней будет. Но, это были уже те задачи, которые можно выполнять как по мере как их поступления, так и по возможности их решения. Но, главное я проделал. Канон я сломал, так что история теперь совсем по другому пути пойдёт.

Часть первая

Всем, здравствуйте. Позвольте представиться, попаданец в чужие тела, ныне — Поттер. Гарри Поттер. Да, да, почти как Бонд, который Джеймс Бонд, но, только Гарри Поттер. Вся жизнь, блин, мечтал. Но, давайте по порядку.

Попал я сюда из мира под названием Ратенна, в котором мне пришлось, так сказать, стать исполняющим обязанности главного героя. Мир этот, как и Поттериана, был, в своё время, придуман сценаристами одной компьютерной игрушки. А ещё он был из серии тех, которые объединяет название «Миры меча и магии». Прожил я там целых одиннадцать лет и сейчас меня переместило сюда. Кстати, перемещение прошло не совсем безболезненно. И как же это произошло? А вот слушайте.

В самую первую секунду, как только я себя осознал в новом теле, но ещё не понял, что я теперь Поттер, в мою скулу влетел кулак. Хороший такой, увесистый кулачище, сбивший меня с ног и выключивший из реальности на несколько секунд. А когда я очухался и смог, всё-таки, оглядеться вокруг, то понял сразу несколько вещей. Во-первых, кругом стоит темень, хоть глаз выколи, во-вторых, холодно было, настолько, что пар изо рта шёл, и, в-третьих, настроение было такое, что хотелось лечь и умереть, прямо здесь, не сходя с места.

Вот, это-то меня и разозлило больше всего и заставило обратиться к невидимым собеседникам. «Я что, по вашему, чуть не потерял свою личность позволив развеять её и захватить моё тело демонюге в предыдущем мире, чтобы здесь вот так бездарно сдохнуть?! Да ещё и в первую же секунду?! — мысленно заорал я, — Нет уж! Как там, в таких случаях, говаривал незабвенный Рабинович? Не дождётесь», — вот что они могли бы услышать, если бы, конечно, присутствовали тут в этот самый момент.

Поэтому, первым делом, я извлёк из пространственного кармана Огненный меч Гаргоса. И если кто спросит, а что это за карман такой и откуда он у меня взялся, то объясню, конечно. Это, почти как предмет с расширенным внутренним пространством, только его не видит никто, включая меня. И его, судя по всему смогли привязать к моей душе, чтобы при перемещении в другой мир он всегда со мной оставался. А было у меня там много чего, включая тот самый меч о котором я уже упомянул.

Был он коротким и по форме напоминал греческий ксифос, а так же имел одну особенность. Если подать магию в руну вырезанную на рукояти меча, то лезвие начинало ярко светиться и нагреваться. Настолько сильно, что всем кто находился рядом становилось очень жарко и приходилось зажмуриваться из-за яркого света. И всё потому, что температура, до которой нагревалось в этот момент лезвие, достигала температуры плавления металла и как оно само, при этом, сохраняло свою форму и свойства мне было непонятно. Одно слово. Магия. Ну, и свечение распространялось на добрых пятнадцать метров. А вот тому у кого меч находился в руках было нормально, не доставляло ему это никаких неудобств.

Впрочем, не буду утомлять подробностями, да и не об этом сейчас речь. Скажу только одно. Мне совершенно не понравилось то, что я увидел.

Во-первых, тот парень, который судя по всему меня стукнул, успел отойти шагов на десять. Но, сейчас он, почему-то, валялся на земле и над ним склонился... кто-то непонятный. Он, она или оно, одетое в длинный, чёрный, рваный балахон с капюшоном на голове, наклонилось над ним и собиралось сделать... что-то. Не знаю, что именно, но судя по всему ничего хорошего. А второе такое же существо находились рядом со мной и собиралось своими руками схватить меня.

А дальше моё нынешнее тело действовало на рефлексах, вбитых в подсознание ещё в предыдущем мире. Я сделал «Шаг», чтобы через мгновение появиться радом с тем парнем и первым существом. Оказавшись рядом с которым, я, одновременно, извлёк из пространственного кармана ещё один меч, на этот раз полутораручный, и рубанул существо по шее. И, разумеется, снёс ему голову. Затем — «Шаг» в обратную сторону и ещё один удар мечом, но, на сей раз по шее второго существа. После чего я замер на месте, оглядываясь и прислушиваясь. Ведь там где двое, могут быть ещё. Но, было тихо и больше никаких врагов вокруг не было.

Поясню, заодно, что такое «Шаг». Это такой способ мгновенного перемещения в пределах прямой видимости, что-то вроде телепортации. Если кто читал фанфик Клоу Рида «Расхититель гробниц», то понимает о чём я говорю, описывался там подобный способ. Только там он «Блинком» назывался и с аппарацией, насколько я понял, не имел ничего общего, потому как действовал совсем по другим принципам. Как, собственно, и мой «Шаг».

После чего я спрятал мечи обратно в пространственный карман и направился к парню, до сих пор не пришедшему в себя и продолжающему валяться на земле, и которого я собирался привести в порядок, и расспросить. Ведь нужно же было понять куда я попал и что за хрень тут творится.

Кстати, после того как я уничтожил этих существ стало не так темно. На небе появились звезды и здешняя... Луна, наверное. Не знаю, пока, как её называют местные. Даже уличные фонари загорелись. А дальше, прежде чем я успел дойти до парня, который все ещё лежал на земле скрюченный, за спиной вдруг раздался громкий топот чьих-то бегущих ног. Я оглянулся и увидел как пыхтя и отдуваясь, к нам торопилась какая-то неряшливо одетая старушка.

— Где твоя волшебная палочка, Гарри! — заорала она, — достань и не убирай её, глупый мальчишка! Может, здесь и другие рыщут! Я просто растерзать его готова, этого Мундунгуса Флетчера!

— Кого? — спросил я, чтобы выиграть немного времени и попытаться что-то понять в окружающей обстановке.

— Отлучился! — кричала старушка, заламывая руки как будто бы не услышав моего вопроса. — У него, видите ли, встреча с кем-то насчёт котлов, которые свалились с чьей-то метлы! А я ему говорила, что шкуру с него спущу, если он отправится, и вот пожалуйста! Дементоры! Хорошо еще, я мистера Лапку привлекла! Но, нам тут некогда стоять и разговаривать! Пошли скорей, я должна отвести тебя обратно! Какая беда, какая беда! Убью его, точно тебе говорю!

«Так куда же это я попал-то? — подумалось мне. — Мундунгус Флетчер, мистер Лапка, какие-то чуваки в балахонах, Гарри... Что-то мне всё это напоминает. Стоп! Она назвала меня Гарри. ГАРРИ?! Хм, это, что... я теперь Гарри Поттер, что ли? Ну, да, судя по всему я это он теперь и есть. И, если я, это — Гарри, то всё ещё лежащий на земле парень, это — кузен Дадли, а орущая старушка, это — миссис Фигг. И это значит что место, в котором я сейчас нахожусь, это — Англия, север графства Суррей, городок Литтл Уингинг, практически пригород Лондона, улица Магнолий. Время и дата — чуть позже двадцати одного часа второго августа тысяча девятьсот девяносто четвёртого года. А так же, я только что завалил двух дементоров».

Кстати, помнилось мне, ещё когда читал книги про Поттера, в моей первой жизни, я всё никак не мог поверить, что дементоров невозможно убить. Ну, бред же, самый натуральный, не бывает такого. Да и вообще, кто они, что они? Мадам наша Ро, как обычно, прошлась по верхам, ничего не объясняя и думайте что хотите. В общем, после размышлений, я ещё тогда пришёл к выводу, что это искусственно созданные существа, которых, судя по всему, сотворил на стыке некромантии и демонологии, сумасшедший гений по имени Экриздис.

Нет, так же были, вроде бы, устные предания или сказки, про какого-то Разидиана, что ли, и деревню, в которой каждый житель мог наколдовывать Патронуса. Не помню чем там всё закончилось, а помню, только, что первые официальные сообщения о дементорах появились в пятнадцатом веке и были они связаны с именем этого самого Экриздиса и замком Азкабан.

Так что, если дементоры, это искусственно созданные некромагические конструкты, с подселёнными в них демоническими сущностями, то завалить их можно. Нужно просто знать как или чем. Например моим полутораручником, который, кстати, для этого был и предназначен, чтобы убивать всякую нечисть, нежить и прочих демонов. Что, в принципе, я только что и продемонстрировал. Или можно было ещё применить заклинание Изгнания. Уж если оно средних демонов возвращало на их план существования, то вряд ли его воздействию какие-то дементоры окажутся неподверженными.

Но, это так. Информация к размышлению. А прямо сейчас, мне предстояло тащить, чуть ли не на себе, тушу моего китообразного кузена и, так же, слушать по дороге причитания миссис Фигг. Только сначала ещё палочку и очки Поттера найти нужно было. А то, помнится у них с Дадли перед этим небольшая размолвка приключилась, во время которой она была у Поттера в руке, а потом куда-то улетела. Как и очки. Поэтому я засветил «Светлячка», есть у меня в арсенале и такое заклинание и принялся осматривать землю в том месте где я очнулся после удара Дадли. Ну, и нашёл, конечно. И её, и их. Кстати, видеть в очках я стал хуже чем без них, поэтому на следующий день, что называется, раскрутил тётушку на новые.

«Держи палочку наготове, — тараторила бабулька по дороге. — Забудь про «Статут о секретности», так и так придётся расплачиваться, семь бед — один ответ. Вот тебе и разумное ограничение волшебства несовершеннолетних... Этого-то Дамблдор и боялся... Что это там, в конце улицы? А, всего-навсего мистер Прентис... Не убирай палочку, не убирай, сколько можно повторять, что от меня пользы никакой».

А я рассуждал, пока тащил на себе Дадлика.

«О чём она болтает? — думалось мне. — Я же почти не применял магию. Поэтому, весьма сомнительно, что министерская аппаратура или, что там у них, настолько чувствительна что засечёт всего лишь такой незначительный всплеск магии как мой «Светлячок»? А если и засечёт, то, будет ли понятно, что именно она засекла?»

Тут я как рассуждал? Что магия она и в Африке магия, конечно. Вот только... э-э-э... принципы её выявления в каждом мире немного разные, что ли. И, если это так, то получается, что здешние артефакты просто определить не смогут что конкретно я намагичил. Ну, разве что сам факт колдовства. А если понять что именно наколдовалось никто не сможет, то и кто магичил тоже понятно не будет.

Вот какие мысли появились в моей голове, прямо перед тем как раздался громкий хлопок, и сильно запахло алкоголем и застарелым табаком. И прямо перед нами возник мужичок в драном пальто, коренастый и небритый, с короткими кривыми ногами и длинными спутанными рыжими волосами, который, судя по всему и был тем самым Флетчером о котором говорила миссис Фигг. На которого она тут же замахнулась и съездила сумкой по лицу и шее.

— Ох-х... Кончай... Кончай, ты, старая летучая мышь! Кто-то должен сказать Дамблдору о том, что тут случилось! — запричитал Флетчер.

— Да, кто-то должен! — вопила миссис Фигг, охаживая его сумкой по всем местам, до которых могла достать. — И пусть этот кто-то будешь ты! Скажешь ему, почему тебя не было на месте!

— У тебя сетка падает с головы! — крикнул Мундунгус, пригибаясь и защищая руками макушку. — Иду, иду! — И с новым громким хлопком он исчез.

— Очень надеюсь, что Дамблдор его прикончит! — яростно воскликнула миссис Фигг. — Ну, пошли дальше, Гарри, чего ты ждёшь?!

Так мы и двигались к дому номер четыре, по улице Прайвет Драйв, в прихожей которого горел свет. А когда мы добрались, то я убрал волшебную палочку в пространственный карман и позвонил в дверной звонок. Двери нам открыла Петуния и тут же запричитала:

«Дидди! Пора, пора уже было тебе, я начала вол... что... Дидди, что с тобой?»

А я скосил глаза на Дадли и вынырнул из-под его руки. И очень даже вовремя, потому что он покачнулся на месте, а потом открыл рот, и его обильно вытошнило на коврик у двери.

«Дидди! Дидди, что с тобой? Вернон! ВЕРНОН!» — продолжила причитать Петуния.

«Вот же ж, — подумалось мне. — Сейчас ещё этого моржа Вернона на место придется ставить. Блин! Дадут мне сегодня спокойно присесть и немного передохнуть?!»

А подумалось мне так потому, что день закончившийся моим попаданием в Поттера суматошный был. Ну, там в Ратенне, откуда меня в него переместило. Довелось мне, знаете ли, сегодня и мечом помахать и помагичить, весьма изрядно, причём с самого утра и почти без передышки. И, знаете что мне ещё непонятно было когда я канон читал. Гаррику сейчас пятнадцать, а это самый, что ни на есть пубертат. А где в таком случае бушующие гормоны, подростковый бунт какой-нибудь? Где все это? Почему он вёл себя, как..? Даже не знаю как кто. «Ну, ничего, — подумалось мне, — я вам не Поттер, я вас сейчас быстро научу «Родину любить».

— А ну-ка иди сюда! — раздался крик Вернона. — Что ты сделал моему сыну? — грозно зарычал он.

— Всего лишь спас его трижды никому ненужную жизнь, — ответил я ему, не сойдя, впрочем, с места.

— Что-о?!

— То! Ты что тупой или глухой, дядя? — уточнил я у него. — Или до тебя с первого раза не доходит?

А ещё я слегка придавил Вернона «Ударом страха». Было в моем арсенале такое заклинание. Вот, не было у меня сейчас никого желания разбираться ещё и с ним. Потому как, сейчас, скорее всего, ко мне совы прилетят, а я ещё и с дядюшкой должен общаться. Да, пошёл он.

Так что, отправился я в самую маленькую спальню, предоставив разбираться с Дадликом его родителям. Ну, а дальше совы, таки, начали прилетать. Хоть и не столько, сколько в каноне, а всего одна, от Артура Уизли. «Гарри! — было написано в его записке, — Дамблдор только что убыл в Министерство и попытается всё уладить. НЕ ПОКИДАЙ ДОМА ДЯДИ И ТЁТИ, НЕ СОВЕРШАЙ БОЛЬШЕ НИКАКОГО ВОЛШЕБСТВА И НЕ ОТДАВАЙ ВОЛШЕБНУЮ ПАЛОЧКУ. Артур Уизли».

«Да они там, чего, вообще охренели? — подумалось мне. — Что именно пытается уладить Дамби? О каком таком волшебстве идёт речь? А впрочем, пошли они все... полями, лесами, степями, горами и морями. Лягу я лучше посплю, пожалуй. Утро вечера хоть и не мудренее, но, с утра думается более продуктивно».

Так я и сделал, а когда я уже почти заснул, то снизу из гостиной послышался очень громкий и даже немного жуткий голос Дамблдора произнёсший: «Не забывай мой наказ, Петуния!

Впрочем, это не помешало мне погрузиться в сон и спокойно проспать до самого утра.

Часть вторая

Проснувшись, я решил ещё некоторое время поваляться в постели. Раз уж представилась такая возможность, то почему бы ей не воспользоваться. Тем более, что не нужно было куда-то бежать, кого-то спасать, решать какие-то проблемы. «Н-да, дружок, ну вот ты и поттериане, — подумалось мне. — Странный мир. Совершенно невозможный, нелогичный и, временами совершенно бредовый. Да он, по большому счёту и существовать-то не должен, однако, вот же он. Выгляни в окно и ты его увидишь. А я в нём одна из ключевых фигур».

Почему — бредовый? Приведу всего один пример, поясняющий это.

Тут считается, что Поттер — полукровка. Вот объясните мне каким таким боком он полукровка? Отец — волшебник? Да. Мать? Тоже. И, при всём, при этом оба они люди. Но, тем не менее он полукровка. Ну, бред же. Самый натуральный. Полукровки, это — Хагрид и Флитвик. Да, даже если взять Риддла и Снэйпа, то и они нифига не такие. Тут, если разбираться, то и слова-то такого нет в словаре. Разве что, полумаги или полумагглы, какие-нибудь, но уж никак не полукровки. Вот, поэтому и бред. Хотя, может, это потому, что они волшебники и у них все должно быть через тазобедренный сустав? Кто их знает?

Впрочем, неважно. Хочется им считать Поттера полукровкой? Пусть считают, мне не жалко. Вперёд и с песней. Мне сейчас интересно, что будут делать Дамби и Ко? Совы-то министерские так и не прилетели, ни первая, ни вторая. Так, что суда не будет, скорее всего. Ну, а если его не будет, то захотят ли переправлять Поттера на Гриммо, 12? Вот в чём вопрос. Хотя и не главный.

Кстати, появилась у меня вот ещё какая мысль. Точнее, даже не мысль, а целая теория заговора. Что вся эта фигня с дементорами без нашего добрейшей души дедушки не обошлась. Ну, если подумать, то нафига он отправился в министерство чего-то там улаживать? Разве что, подговорил он мадам нашу Амбридж дементоров к Поттеру отправить, используя доброе слово и волшебную палочку. Ожидая, при этом, что когда они вблизи от Поттера появятся, то он либо их Патронусом пуганёт, либо же они его поцелуют. А Флетчер должен был его оповестить о том что в итоге случится, поэтому-то его и на месте не было. И появиться он должен был в строго выверенное время. Вот такая у меня теория заговора появилась, на истинность которой я, впрочем, не претендую. Да и если вдуматься, то в некоторых моментах она логики лишена. Впрочем, как я уже сказал, на истину в последней инстанции она не претендует, да и неважно это, а важно то, что обломались в этот раз и Дамби, и Фадж, и Амбридж.

Разве что, в свете вышеизложенного можно вот какой вопрос задать. А в министерство он почему отправился? Ну, и что на него ответить. Если логике следовать, то ничем иным, кроме как Патронусом Поттер дементоров погнать не мог, вот Дамби и отправился в Министерство, типа, проблемку разрулить. Пребывая при этом в абсолютной в абсолютной уверенности, что всё произошло по его плану. В связи с чем остаётся только представить себе его удивление, когда он в Министерство прибыл, а его спросили о каком, таком Патронусе применённом Гарри Поттером речь идёт, если их аппаратура ничего подобного не засекла? Ведь не мог же он знать, что вместо Гаррика я на месте окажусь и сработаю совсем по другому.

Вот такая у меня родилась теория заговора. Впрочем, как я уже сказал, на её истинность я не претендовал, да и не волновало меня как там на самом деле всё было. А интересовало будут ли Поттеру, хотя пора перестать различать себя и Гаррика, так вот, будут ли мне теперь сниться сны про склад с пророчествами? И если будут, то тогда хорошо. А вот если не будут, то придётся что-нибудь выдумывать, чтобы попасть в Министерство в нужное время. Змеемордого-то завалить в любом случае нужно будет, причём, однозначно. Он же на Поттере, то есть теперь на мне уже, зациклился и в покое не оставит. А нужно ли это мне? Ну, бодаться с ним через пару лет? Нет, не нужно. Значит надо его завалить сейчас, чтобы он, в дальнейше жить мне не мешал. Вот только сделать это нужно не на его условиях, а на моих и Министерство для этого как раз подойдёт. А то, бегать еще я за ним буду. Ага, молодого нашёл.

А там, глядишь, и до бородатого очередь дойдёт, с которым, конечно, тоже разобраться нужно будет, как и с сальноволосым, но об этом можно будет и потом подумать. Ну, и насчёт рыжих прикинуть тоже не помешает. Впрочем, всё это не к спеху пока.

Тут главное что было? А то, что завалить Волди мне со стопроцентной гарантией нужно, а для этого надо подготовиться. Вот этим я и займусь в первую очередь.

Ну, а дальше, через три дня меня, всё-таки, переправили на Гриммо. И прибыла за мной целая толпа, как и каноне. Потом был перелёт на мётлах, и наконец встреча с друзьями Поттера. Именно Поттера, потому что мне они, конечно, друзьями не были и прямо сейчас мне предстояло узнать их поближе. Ну и решить, заодно, а стоит ли нам дальше общаться.

Оставшееся, до первого сентября, время прошло, как говорится ни шатко, ни валко. Я до одури тренировался с мечами и отрабатывал движения палочкой и жесты, которые применялись мной в мире Ратенны. С портретом мадам Вальбурги контакт к сожалению наладить так и не удалось, зато удалось завоевать уважительное отношение со стороны Кричера. Ещё бы, не удалось, если мы с ним на пару хоркрукс уничтожили. Так же я ему посоветовал следить за Флетчером и бить его чем-нибудь всякий раз когда он попробует что-нибудь украсть. Например, сковородкой. И, разумеется, я вдрызг разругался с миссис Уизли. Впрочем, я и так собирался держаться подальше от этой семейки, а то слишком уж большое влияние у них на кононного Поттера было.

Началось всё с разговора когда Молли попыталась ограничить меня в информации и, что называется, наехать на Сириуса.

— Что-то ты меня удивляешь, Гарри, — начал он разговор. — Я думал, первое, что ты примешься тут делать, — это задавать вопросы про Волдеморта.

— Ну, если ты хочешь поделиться со мной информацией, — сказал я ему, — то я готов её выслушать. Особенно, если учесть, что последний месяц я пребывал в информационном вакууме. А то я задавал вопросы Рону и Гермионе, но они сказали, что мы не состоим в Ордене и...

— И они совершенно правы, — заметила миссис Уизли. — Ты ещё слишком юн.

— Кто?! Я?! Слушайте, а ведь действительно. И как же я мог об этом забыть-то?! — воскликнул я в ответ. — Вот ведь незадача! Знаешь, Сириус, наверное, когда я сталкиваюсь с Волдемортом лицом к лицу, то в это время становлюсь взрослым, ненадолго. А потом, сразу после этого, тут же снова становлюсь юным и ничего не понимающим мальчиком. Поэтому, разумеется, ненужно мне ничего рассказывать.

— С каких это пор, чтобы задавать вопросы, надо быть членом Ордена Феникса? — спросил Сириус. — Гарри целый месяц проторчал в маггловском доме. Он имеет право знать, что проис...

— А ты не вправе самостоятельно решать, что нужно Гарри, а что нет! — резко оборвала его миссис Уизли. Её обычно доброе лицо вдруг стало чуть ли не угрожающим. — Надеюсь, ты не забыл слова Дамблдора?

— Дамблдора!!! — заорал я в ответ, не давая открыть рот Сириусу и привлекая к себе внимание. — А какое он имеет право решать, что что мне разрешать, а что мне запрещать?! Кто он такой, мать его?! Папа мой родный?! И если вы так сильно перед ним преклоняетесь, то и целуйте его в старую морщинистую задницу.

С этими словами я выскочил из кухни и хлопнул со всей дури дверью.

Конечно, будь на её мечте кто-то другая то можно было бы найти и привести аргументы в этом споре, но пытаться убедить Молли Уизли, что Дамблдор не бог и даже не второй Мерлин было бессмысленно. Да и зачем мне это? Тем более, что с рыжими я собирался порвать. Так, почему бы и не таким образом, изобразив из себя бунтующего подростка?

Единственное, что мне оставалось ещё, так это поговорить с Сириусом и Гермионой. Пора им было начать думать своей головой а не заглядывать в рот старому, бородатому чудаку на букву «Д». Точнее, на букву «М».

С Гермионой мы поговорили через день. Она сама пришла ко мне в комнату, когда поняла, что мириться с миссис Уизли я не собираюсь, как и общаться с остальными рыжими. Особенно, если учесть, что я наотрез отказался участвовать в уборке дома.

— Гарри... — начала было она, однако я не дал ей продолжить.

— Гермиона! — воскликнул я. И засыпал её вопросами. — Это хорошо, что ты зашла, а то я уже и сам собирался с тобой поговорить. Что с тобой происходит? Почему я перестал узнавать ту Гермиону, которую знал на протяжении четырёх лет? Это как так получилось, что всего за месяц ты из Грэйнджер превратилась в ещё одну Уизли? А может ты вообще здесь для того, что бы снимать чьё-то сексуальное напряжение? Обливиэйт-то никто не отменял. Так что, ты проверься у мадам Помфри, когда мы в Хогвартс приедем.

— Гарри, — покраснела Гермиона, — как ты можешь так говорить?

— Обыкновенным английским языком, как же ещё? Но, самое главное знаешь что? Мне непонятно, почему ты уподобилась остальным и сотворила себе кумира в лице нашего добрейшей души дедушки Альбуса? Почему ты перестала использовать по прямому назначению свою замечательную голову? И, что ещё важнее, в возникшей ситуации, я теперь не знаю, а могу ли я тебе доверять в дальнейшем?

В общем, много чего я ей ещё наговорил и ушла она от меня глубоко задумавшись. А еще я поговорил с Сириусом. Разговор с ним тоже был длинным и надеюсь продуктивным.

В общем, подумалось мне, что на данном этапе я сделал всё что смог, чтобы канон сломать. А там дальше видно будет.

Так и закончились эти каникулы. Единственное, что ещё можно добавить, так это про обгадившегося Малфоя. Причём, в самом прямом смысле этого слова. Когда он, в своей обычной манере, завалился в наше купе и попытался продемонстрировать своё превосходство, я просто колданул в него всё тем же «Ударом страха». Только в этот раз силы в заклинание немного побольше вложил, настолько, что хватило не только ему, но и его сопровождающим. После чего, кстати, в течении года он больше ко мне не подходил. Хватило, видимо, одного раза.

Уроков по окклюменции со Снэйпом у меня, разумеется, не было. С ним, кстати, я вообще свёл общение к минимуму. На уроках зельеварения я просто отключался, так сказать, от внешнего мира и варил очередное зелье в своё удовольствие. А так как варил я их получше чем канонный Гарри — был у меня соответствующий опыт — то и претензий ко мне особых не было.

С Амбридж тоже особых проблем не возникало. Просто, я старался каждый раз, при личной встрече, воздействовать на неё заклинанием «Мир». Ну, когда в этом возникала необходимость. А вот сны про склад пророчеств мне снились. Почему? Не знаю. Может быть из-за того, что я долгое время был хоркруксом и были из-за этого какие-то последствия, а может и потому что в ритуале возрождения Змеемордого была использована моя кровь? Только я о них никому не рассказывал. Да и не доставляли мне они особых неудобств.

А ещё я близко сошёлся с Гермионой. Знаете, канон каноном, а в жизни она оказалась не совсем такой какой её описывала мадам наша Ро. Для начала она, таки, сходила к мадам Помфри по приезду в школу. И, что вы думаете? А то, что оказалось правдой о чём писали в своих произведениях фикрайтеры. Нет, девственность-то её нарушенной не была, но вот зельицами на её сознание влияние оказывалось, чтобы на Рона её, в итоге, переключить. В общем, бедный, бедный Рон. Как же он бегал от разъярённой Гермионы по всему замку. Как собственно и попробовавшая вступиться за него Джинни. Она тоже заработала свою порцию жалящих и никакой летучемышиный сглаз не помог. А вот близнецы, при этом, благоразумно держались подальше от этих разборок, потому и не пострадали.

Так, что с младшими Уизли мы больше не общались. Да и со старшими тоже. Окончательный же разрыв с Уизли произошёл после того, как Молли прислала нам с Гермионой громковещатель, в котором она выразила недовольство нашим поведением. А мы, в ответ, отправили ей свой, со встречным предложением свой нос не совать куда не просят. Особенно в чужую... э-э-э... ну, сами понимаете куда именно.

И наконец главное событие, к которому я морально готовился весь год, произошло, как и в каноне, на экзамене по истории магии. Я действительно заснул на некоторое время и увидел во сне как Волди круциатит Сириуса. Вот только я не стал дёргаться. Вместо этого после экзамена мы с Гермионой связались с Бродягой по сквозному зеркалу и узнали, что он дома и никто ни в какой плен его не брал. И, конечно, Кричер мне врать ничего не стал, потому что отношения у нас с ним весьма приемлемые сложились.

Так что, дождался я вечера и пройдя по подземному ходу в Хогсмид вызвал «Ночного Рыцаря». А ещё через полчаса, стоя в телефонной будке набирал на диске аппарата: шесть, два, четыре, четыре, два. Атриум, как и в каноне, оказался пустым. Затем, на лифте, я спустился на этаж где располагался Отдел тайн и уже там, на складе с пророчествами, используя ратеннское заклинаний «Поиск души», я вычислил место засады. После чего, накинув на себя мантию-невидимку, подкрался к ним, повязал их всех, оглушил, на всякий случай и переправил в комнату с Аркой смерти.

А в комнате с Аркой я привёл их в сознание и одного за другим забросил в неё. Вы спросите, зачем было приводить их в сознание? А помните, как было в каноне, когда Беллатрикс гоняла Поттера по всему атриуму? Волди-то откуда-то появился. А вот как? То ли он был там изначально, находясь под невидимостью, то ли Белла как-то отправила ему вызов. Вот этот момент был мне непонятен. Нет, если его там не будет, то был у меня на этот случай план «Б», но, не хотелось бы затягивать.

И не пришлось, слава богу. Волди оказался там где и ожидался, а я, особо не мудрствуя, просто сделал «Шаг» и оказавшись у него за спиной, отрубил ему голову мечом. Пусть его душонка или то, что от неё осталось, побудет пока в Албании. Так закончился первый этап моего плана. После этого я вызвал Добби.

Или вы думаете, что я про него забыл? Ничего подобного. Вот нравились мне эти ушастые ребята, а уж когда мы с Гермионой заходили на кухню Хогвартса, то это вообще была песня. Так, что когда Добби переправился со мной к поместью Малфоев, то там меня уже ожидал подарок в виде змеюки и крысы. Его, подарок этот, мне здешние домовики подогнали, так сказать. Змеюку я зарубил на месте, а крысу переправил в Блэк-хаус. Ну, вы поняли, надеюсь, о какой крысе речь идёт.

И, поскольку, Лестрэнджей больше не осталось, то на следующий день, к гоблинам отправилась Андромеда Тонкс, как одна из ближайших родственниц покойной Беллатрикс. По моей просьбе, конечно. Со старшими Тонксами у меня, через Сириуса, к тому времени установились очень даже хорошие отношения. Так в моих руках оказалась ещё и чаша Хельги. Кстати, диадему Ровенны, я, к тому времени уже почистил от всякой гадости и передал Флитвику. Но, вот чашу, после её очистки я оставил Андромеде, всё-таки, она работала целителем и чаша была ей нужнее. Каким же образом я их почистил? Да есть у меня в арсенале такое заклинание. «Очищение» называется. Тоже из мира Ратенны. Оно, конечно, послабее чем «Изгнание», но для таких случаев, как говорится, то, что доктор прописал.

А вот медальон пришлось именно уничтожить, в противном случае с Кричером было бы не договориться. Таким образом, оставался только перстень. Впрочем, ненадолго. На каникулах мы с Гермионой отправились в Литтл Хэнглтон и благополучно завершили эту эпопею. А так как якорей удерживающих остаток души Волди больше не осталось, то про него смело можно было забыть. Был, конечно, ещё Дамби со своими непонятными планами, но, как говорится: «Будет день, будет пища». Разборки с ним можно было пока отложить, тем более, что нас ожидали Французская Ривьера, солнечные пляжи и ласковое море.

Самое главное что и канон был сломан, и опасность заполучить Аваду от сумасшедшего маньяка в ближайшее время была устранена. А, что будет дальше? Да кто ж его знает? Поживем-увидим. Впрочем, это будет уже совсем другая история.

Что делать если попал в Поттера перед шестым курсом?

* * *

Всем здравствуйте. Сразу представлюсь, теперь меня зовут Гарри Поттер. А почему теперь? Да потому что в этой жизни меня в него вселило. Единственное что я не знаю, почему вселило именно в Гарри, этого я вам не расскажу, так как, подсказать некому. А раньше меня, конечно, по другому звали и, если кто спросит, как, мол, так получилось, то объясню. Всё дело в том, что попаданец я и это у меня не первый случай когда мне чужую жизнь проживать приходится. Точнее, жизнью-то я живу своей, конечно, но выгляжу, при этом как человек в которого меня вселяет и имя моё, соответственно, тоже меняется. И само собой, что имена в тех, прочих жизнях у меня другие были. Впрочем, не буду вдаваться в подробности, скажу только, что опыт как жизни, так и выживания в мирах «Меча и магии» у меня имеется. И, смею заметить, весьма солидный.

Поэтому, попав Гарри Поттера и фактически став им, я собирался и дальше руководствоваться своими принципами и поступать именно так, как считаю приемлемым для себя и не делать то, что мне таковым не кажется. И этот самый опыт мне в этом поможет. Иными словами, я не собираюсь действовать так как от меня этого ожидают всякие там Дамблдоры, Уизли и прочие Макгонагалл со Снэйпами.

Особенно, я не собираюсь изображать из себя марионетку Дамби, заявлять во всеуслышание о себе как о его человеке и терпеть чьи-то нападки. А если у кого-то из-за этого ко мне появятся претензии то я быстро объясню им всю глубину их заблуждений.

Вот такие рассуждения появились в моей голове когда я полностью осознал я себя как Поттера. Случилось же это как раз в тот самый момент когда мы в Хогвартс ехали, на шестой курс. А дальше, после того как я себя осознал и принял решение, о котором я сказал выше, то принялся вспоминать, что мне было известно про этот их учебный год. И сразу скажу, мне совершенно не понравилось то, что всплыло у меня в памяти.

Для начала, мне вспомнилось что Поттер на шестом курсе вёл себя как будто бы он всё ещё маленький, ничего не знающий о жизни, да ещё и глуповатый а, временами, даже и наивный мальчик. Нет, ну ей богу. Бегал, суетился, ёрзал, поляну не сёк если выразиться совсем не по-литературному. Да одно только его приключение в поезде, когда он Малфою подставился, уже говорит о том что с головой у него в тот момент не всё в порядке было. Ну, сами подумайте, вот зачем ему прямо тогда нужно было выяснять что замышляет Малфой? Да и как он это мог узнать в тот момент? Может быть Гаррик рассчитывал на то, что Дракусик начнёт на каждом шагу рассказывать всем что он теперь Пожиратель и делиться своими планами со всеми подряд?

Нет, было, конечно, у Гарри пару моментов на шестом курсе, когда он дважды спас Рончика от последствий отравления и один раз Кетти Белл от проклятого ожерелья, но в остальном его поведение не вызывали у меня вообще никакого уважения. И, в связи с этим, невольно напрашивается вывод что прав был Дамби, пусть даже и частично, когда заявил Поттеру что он всё ещё никто и звать его никак. Ну, помните, когда они с Гарриком в пещеру за медальоном Салазара сунулись. Правда Альбус и сам в тот момент продемонстрировал, так сказать, всю глубину собственной маразматичности, заявив что это, мол, потому что у Поттера диплома нету. Но речь сейчас не столько об этом, сколько о том, что общая ситуация описанная в книге, если говорить откровенно, вызывала у меня определённое недоумение. Если порассуждать, конечно.

Вот, сами подумайте. Возрождение Волди официально, наконец, признано, но что-то сделать с этим сделать никто ничего не желает. Ни Министерство, ни Дамблдор. А Поттер так и вообще, знай себе в квиддич поигрывает. В общем, создавалось ощущение будто бы все просто надеялись, что ситуация рассосётся сама собой, но никто, при этом, предпринимать ничего не собирался. Ведь если посмотреть со стороны, то выходит что весь этот год народ, как говорится, тупил в небо и только после смерти Дамби начал что-то делать, поступая, при этом, не только не лучшим, но, порой, даже не оптимальным образом.

Отсюда возникал вопрос, а мне-то что теперь делать? И пришла мне в голову вот какая мысль. Задал я себе вопрос, а почему я сам должен что-то там делать и суетиться? Ведь есть же, типа, умные взрослые, вот пусть они и займутся тем, что обычно эти самые взрослые и ответственные должны делать. Нет, если у них не получится, то тогда самому придётся вписаться, конечно. Но, пока я попробую взрослых напрячь. Для чего я создам условия когда у них другого выхода не останется, кроме как действовать. Для чего информацию к руководству подкину, ну и помогу, в случае чего. Немного, если попросят.

Разумеется, стопроцентной уверенности, что Дамби, даже если я ему, что называется, «разжую и в рот положу», действовать начнёт вообще, или, если всё-таки начнёт, то не облажается при этом у меня не было, но... Какого спрашивается чёрта я должен позволить дедушке сначала сдохнуть от Авады Снэйпа, а потом по лесам и болотам шляться? Нет уж, нафиг. Пусть он хоть немного пошевелится, в противном случае я его сам завалю, вместе со Снэйпом. Причём, совсем небезболезненно.

Поэтому, в конце первого, так называемого занятия, которые он сбирался проводить с Поттером в течение года, я задал ему вопросы. Кстати, если кто не помнит о чём там шла речь, то позвольте я освежу вашу память. Тогда Дамби показал ему в Омуте памяти воспоминания Боба Огдена в котором Гарри познакомился с семейкой Гонтов: дедом Тома Марволо, его дядей Морфином и мамой Меропой. И ещё, в том же воспоминании Марволо продемонстрировал Огдену реликвии подтверждающие их родство с Салазаром Слизерином и Кадмом Певереллом: медальон и перстень с Воскрешающим камнем. Ну, и напоследок Гарри узнал что Меропа опоила Тома Риддла-старшего Приворотным зельем. И что самое интересное, он даже не поинтересовался, а как такое стало возможно. Так вот, после того как я посмотрел эти воспоминания, то и задал свои вопросы.

Во-первых, я спросил, а не видит ли он в этой информации некоторую нестыковку и, во-вторых, уточнил, для чего он это мне показал.

— О чём ты, Гарри? — не понял Дамблдор. — О какой нестыковке идёт речь?

— Да всё о той же, профессор, — ответил я ему. — Об Амортенции которой Меропа якобы опоила Тома Риддла-старшего. Взяла-то она её где? Купила? А на какие шиши? Сама приготовила? Не смешите мою волшебную палочку. Ведь это же не какое-нибудь Зелье от фурункулов, которое мы на самом первом занятии по зельеварению готовили. Да и как она могла это сделать не имея ни малейшего понятия о том из чего оно состоит, ни ингредиентов для его варки, ни опыта в его приготовлении? Ведь даже для мастеров-зельеваров это не так просто.

Услышав это Дамблдор задумался, но я не стал дальше акцентировать на этом его внимание, чтобы не отвлекаться и продолжил говорить чтобы он сосредоточился на, так сказать, основном вопросе.

— Впрочем, сейчас не это важно по большому счёту, — сообщил я ему. — На данном этапе как там оно было на самом деле представляет скорее академический интерес. Меня, вообще-то, другое интересует. Вы зачем мне это показали? Как данные знания помогут нам в противостоянии с Волдемортом? Точнее, вам?

— Мне-е?! — удивился он.

— Ну, а кому же ещё? Не мне же, — ухмыльнулся я ему в ответ и пояснил. — Конечно, вам. Ведь это вы же у нас единственный маг которого боится старина Томми. Впрочем, знаете что? Мне тут по странному стечению обстоятельств стало кое-что известно. Некоторые сведения которые помогут вам нанести превентивный удар и отправить его в следующее большое путешествие, не прикладывая для этого каких-то неимоверных и запредельных усилий. И я этими сведениями с вами поделюсь, если у вас, конечно, есть желание меня послушать.

Разумеется, Дамблдора заинтересовало, но прежде всего ему, конечно, захотелось выяснить не столько что именно, сколько откуда мне стало что-то там известно. На что, я ответил ему что, мол, поделюсь я с ним и этим, но только когда время придёт, а пока пусть он меня послушает. И продолжил.

— Так вот, сэр, — принялся я его просвещать, — прежде всего нужно остановиться на том, как Тому удалось не умереть окончательно тогда в восемьдесят первом, когда он лишился своего тела долбанув по мне Авадрой. И ответ на этот вопрос достаточно прост, на самом деле. Всего лишь... хоркруксы.

— Что-о-о?! — на сей раз удивление Дамблдора, как показалось, заполнило весь его кабинет. — Но, откуда ты об этом знаешь, Гарри?! Ведь это же самая Чёрная магия, да и сведения о них ты никак не смог бы найти в общем доступе!

— Да вам-то какая разница откуда я это знаю? — оветил я ему вопросом на вопрос. — Главное тут не то, откуда я это знаю, а что знаю я про то, что это за фигня такая. Но ещё главнее, я знаю сколько старина Томи их наделал и где их искать. И что один из них мы можем найти даже не выходя не только из школы, но даже из вашего кабинета. Прямо сейчас.

Разумеется я имел в виду диадему Рейвенкло, которую к тому временя я уже отыскал, завернул в кусок драконьей кожи и спрятал в свой пространственный карман. Найти её, кстати, оказалось не так уж и сложно. Для чего я отправился в выручайку, а там наколдовал заклинание «Поиск души». Ну, если исходить из названия, то понятно что оно используется для поиска душ или объектов обладающих разумом. А осколок души Волди, помещённый в диадему, как раз и подходил под данное определение. В общем, колданул я этот самый «Поиск» и отправился вслед за летящими звёздочками указывающими направление куда двигаться. Ну, а там и диадема обнаружилась.

А дальше я опустил руку под стол, за которым сидел и извлёк её из пространственного кармана, завёрнутую в кусок драконьей кожи.

— Вот он, кстати, — сообщил я ему, положив свёрток на стол и разворачивая его.

— Что-о-о?! — воскликнул Дамби узнав что он видит. — Да это же...

— Диадема Рейвенкло, совершенно верно, — согласился я с ним. И пояснил. — А находилась она в школе, в выручай-комнате. Её там Том спрятал, скорее всего когда ЗОТИ преподавать приходил устраиваться. Впрочем, неважно, сейчас мы с вами её почистим. Точнее, я почищу.

А дальше я сразу же колданул на неё заклинание «Очищение», которое для таких штук было самое то. После чего над ней поднялось чёрное облачко, которое и развеялось с воплями.

— Ну вот и всё, профессор, даже мечом махать не пришлось, — обратился я Дамблдору. — Итого, на сегодняшний день их осталось два. А всего он наклепал их семь штук.

— Семь?! — снова воскликнул Дамблдор, — Но это же...

— Да какая разница что это? — опять перебил я его. — Вселенское зло, катастрофа мирового масштаба или ещё что-то в этом же роде. Не это сейчас главное. А главное то, что есть способ разобраться с этой дрянью и отправить старину Томми в следующее большое путешествие не прикладывая к этому особых усилий. Кстати, знаете что он использовал для создания хоркруксов помимо диадемы и перстня?

— Дневник, — ответил Дамби, — но... Это всего три.

— Правильно. Четвёртым был был медальон Слизерина, который находился в доме Блэков, до недавнего времени.

Разумеется, медальон я к этому времени тоже успел почистить. Нет, ну а чего, на попе ровно сидеть, что ли, было? Вызвал я Кричера, обрисовал ему ситуацию и он мне его притащил. А ещё я дал ему команду на возвращение в дом всего разворованного, после чего Кричер сообщил мне что не такой уж я плохой хозяин, хоть и не совсем чистокровный. Ну, и Добби я к себе привязал, разумеется. И очень сожалел что Винки до этого времени не дотянула.

А если кто спросит, мол, не противоречу ли я самому себе, ведь я вроде как особо суетиться не собирался, то я так объясню. Во-первых, для того чтобы Дамби стал действовать нужно было создать условия и подтолкнуть его к этому. И, во-вторых, потому, что уезжая из Британии нельзя было оставлять за спиной маньячеллу нацеленного на моё убийство. Нашёл бы он меня, рано или поздно. Нет, я бы его грохнул, конечно, но ждать-то зачем? Поэтому-то я и подсуетился, не особо, впрочем, напрягаясь. Пока. А вот остальную работу пусть Дамби и выполняет, потому что, как, например, разговаривать с гоблинами я-то и не знаю. И если я с этой целью в Гринготтс сунусь, то это может закончиться геноцидом отдельно взятого волшебного народа магической Британии. С вероятностью процентов восемьдесят. Так же, как и соваться в Малфой-манор у меня особого желания нет. Нет, если он меня об этом попросит, то я помогу конечно. Но, опять же, в пределах разумного.

— А пятым что было? — уточнил Дамби. — Ты сказал что уничтожено было пять.

— А то вы не знаете, профессор? — я ухмыльнулся ему в ответ. Эдак ехидненько.

— Но, откуда я по твоему могу знать? — он сделал вид что удивился.

— Как откуда? — тут я, типа, удивился в ответ. — Да вы же сами сказали мне об этом прямым текстом, только я тогда не понял в силу малого возраста. Помните, что вы сообщили мне после похода в Тайную комнату в кабинете у профессора Макгонагалл? А сказали вы мне тогда, что Том вложил в меня частичку самого себя. И какой, по-вашему, из этого следует вывод?

Я ненадолго замолчал, давая ему осмыслить мои слова, после чего закончил.

— Или вы думали я не смогу сложить два и два и мне придётся под Томовскую Аваду подставляться? А вот хрен вы угадали, нашёл я как себя очистить. Так что не хоркрукс я больше, поэтому вам, как говорится, и карты в руки. В общем так, завершая сегодняшнее, с позволения сказать, занятие я вот что вам ещё скажу. Чаша Хаффлпафф находится в хранилище Беллатрикс Лестрендж, в Гринготтсе, с вероятностью девяносто девять процентов. А змеюка — в Малфой-маноре, который Волди своей штаб-квартирой избрал. И дам ещё вам совет. Если с гоблинами договориться не получится, то соберите народ, устройте налёт на Малфоев, завалите змеюку и плените старину Томми. А дальше напоите его каким-нибудь Напитком живой смерти и спрячьте так, чтобы его при всём желании найти никто не смог. Впрочем, — тут я снова ухмыльнулся, — вас учить, только портить. Так что, вы думайте, а я спать пошёл.

После чего я отправился в нашу общагу, а то действительно поздно уже было.

Кстати, если кто спросит, а как у меня тут вообще жизнь шла, то я вот что расскажу. Во-первых, я сразу забил на квиддич. А когда меня пробовали, типа, совестить и на слабо брать, то я объяснил что мне в ближайшем будущем встреча со стариной Томми предстоит, которого мои успехи в квиддиче как-то совсем не интересуют и, соответственно, скидку на это он мне делать не будет. Я же, не какой-нибудь там Людо Бэгмен которому успехи в квиддиче помогли в Азкабан не попасть, так что, не до этого мне сейчас. Из-за чего, разумеется, мы вдрызг разругались с Роном Уизли. Ну, оно и понятно, что по другому и быть не могло. А так как я поругался с Роном, то и Гермиона от меня в этом году потихоньку отдаляться стала. Да ещё и учебник Принца-полукровки этому поспособствовал.

Нет, я, конечно, попробовал поговорить с ней пару раз, но она, что называется гласу разума внять не захотела. Ну, а раз так, то кто я такой чтобы пытаться её на «путь истинный» наставлять?

Во-вторых, всё общение со Снэйпом я свёл к двум фразам. «Да, сэр» и «Нет, сэр». Да и на уроках я ему повода придираться особого не давал, потому что колдовать невербально для меня труда не составляло. И ещё я исходил из того, что поддерживать жизнь Дамби, скорее всего, помогает Снэйпи. Ну, там зелья какие-то ему, например, варит. Так что пусть живут, пока. Оба.

И, в-третьих, я просто морально отдыхал после мира Ратенны, где я провёл предыдущие одиннадцать лет. Которые, по своей сути, были годами непрерывных схваток, как с использованием магии, так и холодного оружия. Иными словами, жизнь моя там была сплошным хардкором и никак не иначе. Так что, ситуация когда мне не надо было куда-то нестись сломя голову, чтобы кого-то спасти или не дать кому-то возможности завладеть тем, что самому очень пригодится мне очень даже импонировала. Настолько, что я буквально наслаждался каждым прожитым мною мирным днём.

А в идеале я хотел спокойно закончить Хогвартс и покинуть магическую Британию. Для чего Дамби я информацию-то и подкинул. Ну, а если он, всё-таки, облажается, то тогда уже самому придётся завалить нафиг Волдика с его прихвостнями, благо опыт такой у меня имелся. Но, седьмой курс я намеревался проучиться именно в этой школе и я очень не завидовал тому кто попробует мне в этом помешать.

Вот такие планы были у меня на ближайшее будущее. Ну, а осуществятся они или нет, как говорится, будем посмотреть. Ведь оно, это самое будущее, пока ещё не наступило.

В этот раз момент попадания будет не перед седьмым курсом, на который ни Гарри, ни Рон, ни Гермиона не поехали, а попозже. Во время разговора про табу.

* * *

— … имя сглазили, Гарри», — объяснил Рон. — Вот как они выслеживают людей! Использование его имени разрушает защитные чары, вызывает какое-то магическое возмущение — именно так они нашли нас на Тоттенхэм Корт Роуд!

— Потому что мы назвали его имя ?

— Точно! Надо отдать им должное, это имеет смысл. Единственные люди, которые серьёзно относились к противостоянию ему, например Дамблдор, осмелились использовать это. Теперь они наложили на это табу, любого, кто говорит его можно отследить — быстрый и простой способ найти членов Ордена. Они почти поймали Кингсли…

— Ты шутишь?

— Да, банда Пожирателей Смерти загнала его в угол, — сказал Билл, — но он вырвался наружу. Сейчас он в бегах, как и мы.

Рон задумчиво почесал подбородок кончиком палочки.

Гарри Поттер и Дары Смерти.

Примерно такой разговор состоялся в палатке, сразу по возвращении Рона Уизли, после того как Гарри нырнул за мечом старины Годрика. Он тогда откровенно затупил и нырнул с медальоном Салазара на шее и вышло так, что вместо него вынырнул уже я. Вот такая получилась ситуация с моим нынешним попаданием, чему я, говоря откровенно не очень-то и обрадовался. В частности тому, что переместило меня в этот раз в поттериану, а не в какой-нибудь мир «Меча и магии», всё-таки в этих мирах мне нравилось больше, и ещё тому что в этот раз меня вселило в самого шрамоголового очкарика. Впрочем, не особо я возмущался, да и недолго. Не зря же говорится что даренному коню в зубы не смотрят. Да и чего вомущаться-то? Ведь не перенесёт же меня ещё в кого-нибудь ещё по щучьему веленью, по моему хотенью. Ну, а раз так, то будем работать с тем что имеем.

Но, прежде чем продолжить рассказ о текущих событиях, сообщу в двух словах о себе. О том кто я такой. Так вот, попаданец я quotidianus или попаданец обыкновенный, если не слишком умничать и латынь в разговор не вставлять. И это попадание у меня не первое, так что есть у меня опыт и как намагичить что-то убойное, и как мечом помахать. И подумалось мне, когда я Рончика слушал, что прямо сейчас этот самый опыт мне и пригодится. Ну, не прямо сию минуту, конечно, а в ближайшем будущем. Только прежде чем воспользоваться своими умениями мне время нужно. А то тело-то у меня сейчас новое и нужно его под эти самые умения адаптировать.

Да, вот что ещё хочу сказать. Канон я читал, в своё время, и помнил его хоть и не до самой последней мелочи, но основные события знал. Поэтому ясно представлял себе то, что должно было произойти на берегу озера в которое Гарри за мечом нырял. И, разумеется, предоставлять Рончику возможность ощутить себя триумфатором я не собирался. Это, если кто вдруг забыл, то в каноне рыжий в тот момент хоркркус мечом почикал, хоть и с горем пополам. Да и то я всё время удивлялся, когда канон читал, как ему это удалось и почему он не почикал самого Гарри, после всех тех видений что наслал медальон. Поэтому, не стал я рисковать, а после того как оделся и отдышался, то и долбанул по нему заклинанием «Очищение». Было такое в моём распоряжении как раз для таких случаев. Правда получилось только со второго раза. А меч Годрика я в пространственный карман спрятал.

А дальше мы вернулись в палатку, где в это время Гермиона была и Рон сообщил нам последние новости. Включая то, что теперь на имя Волди табу наложено. Вот, услышав это я и задумался. Нет, так-то что мне делать я уже себе представлял в общих чертах, успел, что называется прикинуть пока мы в палатку возвращались. Но, как я уже сказал, мне нужно было время на адаптацию. Ведь не получилось же у меня заклинание из прежнего мира с первого раза. Поэтому-то мне и было нужно хотя бы несколько дней.

И если бы кто у меня спросил, чего я такого задумал, то я вот что ответил бы. Что задумал я, не много ни мало, а раздолбать Малфой-манор со всеми его обитателями в пух и прах. Ну и пленных освободить, конечно. Помнится, там сейчас и Луна Лагуд, и Гаррик Олливандер, и ещё кто-то, кого я не помню в их подвалах томятся. Причём сделать это я собирался в одиночку. А почему я был уверен что у меня это получится? Да потому, что уже приходилось мне это делать в прошлой жизни. Я имею в виду брать штурмом хорошо охраняемые дворцы, как, например дворец тардолинской императрицы Церебеллы.

И, если учесть, что охранялся он солдатами лучшей в том мире армии, то было это отнюдь не легко. А в следующий раз мне пришлось брать штурмом ещё и замок Чёрного Хекса. И если в Тардолине мне противостояли, пусть и элитные, но всё же обычные, не владеющие магией, солдаты, то в последнем замке мне противостояли в основном демоны каждый из которых обладал, помимо всего прочего, ещё и магическим даром.

Тем не менее я справился. Поэтому была у меня уверенность что если я справился там, то и здесь не облажаюсь. Не имею такого права. К тому же, сейчас, мою задачу облегчало то, что мне и штурмовать никого не надо будет. Достаточно попросить знакомого домовика по имени Добби переместить меня поближе к Малфой-манору и сказать слух всего одно слово заветное. После чего меня туда проводят и, может быть, даже почти любезно. А вот как только я окажусь внутри, то... То тогда живые позавидуют мёртвым.

Но, в любом случае мне, как я уже сказал, нужно время чтобы подготовиться. Да и не только время, но и место где я мог бы и потренироваться, и пропить курс кое-каких эликсиров, которые помогут мне подогнать физические и магические кондиции данного тела под нужные мне. Благо, что они, эти самые эликсиры, у меня с собой были в пространственном кармане, который как я уже выяснил оказался намертво привязан к моей душе. И, порассуждав, я остановил свой выбор на Тайной комнате. Ну, оно и понятно почему. Выручайка занята, а что сейчас творится в Блэк-хаусе мне неизвестно. Ведь вполне вероятно, что там сейчас засада нас ожидает. А друзей Поттера нужно будет обратно в «Ракушку» отправить, чтобы они под ногами не путались и не мешали мне задуманное выполнить. К тому же, одному мне проще будет. Оставалось только проверить единственный момент, а смогу ли я туда опасть, в эту самую комнату. И я тут же это проверил, для чего использовал медальон старины Салазара. Его-то я не повредил, а только очистил.

Кстати, вот ещё какой момент мне был непонятен, если вспомнить канон. Дамби сказал Гаррику, что тот говорит на парселтанге потому что на нём разговаривает Волди. Но он ничего не сказал о том, останется ли этот дар при нём, когда Гарри перестанет быть хоркруксом. Как-то упустила этот момент мадам наша Ро в каноне. Нет, может она что-то такое и говорила в каком-нибудь своём интервью, но я об этом ничего не знал. И моё ИМХО было таково, что даром разговаривать со змеями Поттера мог наделить Волди, например, в качестве виры за попытку его убить. Впрочем, тут гадать можно было долго, поэтому я просто взял, да и попробовал пошипеть на медальон. А он взял, да и открылся.

Да, и вот что ещё хочу добавить по этому поводу. Я никогда, повторяю ни-ко-гда не верил в то, что Рончик смог воспроизвести слово «Откройся» на парселтанге просто услышав как Гарри шипит во сне. Почему? Да тут всё очень просто. Ведь даже если Рон услышал как Гарри шипит, то как он понял что именно в этот момент прошипел Поттер? Ведь мог же Гарри, именно в этот момент, например, восхищаться ароматом какого-нибудь цветка или называть нехорошими словами того же Волдеморта. Так что, написанное мадам нашей Ро, это бред, причём чистейшей воды. Впрочем, опять же это моё мнение.

И ещё я немного дополню свои мысли рассуждениями о том зачем это нужно было автору поттерианы. Совершенно очевидно, что ей кровь из носа нужно было «подтянуть», так сказать, Рончика чтобы сделать его достойным получения тех плюшек, которыми в итоге она его наделила. Поэтому она и написала в последних главах что именно рыжий взял на себя руководство их немногочисленной экспедицией, а так же достиг определённого уровня крутизны и всё такое. Впрочем, это опять же ИМХО моё, да и неважно это теперь стало, потому что я совсем не канонный Гарри и не собираюсь по этому самому канону действовать.

Ну, а дальше мне пришлось убеждать Гермиону и Рона отправиться обратно в «Ракушку» и пожить там ещё некоторое время. Но, в конце концов мне это удалось и я позвал Добби. А дальше было дело техники, ну, я имею в виду в тайную комнату попасть. Впрочем, имея в своём распоряжении мантию-невидимку, Карту мародёров и соблюдая меры предосторожности это оказалось не столь сложно. И уже там я и приступил к задуманному.

Кстати, временным жильём и пропитанием меня тоже Добби обеспечил. Он мне для проживания такую же палатку с расширенным внутренним пространством притащил. Правда она не как палатка, а как небольшой шатёр выглядела, но это роли не играло. Так что на бытовые нужды я мог время не тратить.

Дальше не буду особо вдаваться в подробности, которые кроме меня никому не интересны, скажу только что благодаря эликсирам и тренировкам я подправил и свой физическое состояние, и магическую систему. Настолько, что теперь колдовство без палочки стало для меня не столь манозатратно, как в момент моего сюда переноса. Да и навыки махания мечом я восстановил почти в полном объёме. Ну, и диадему Рейвенкло я тоже почистил. Пришлось, правда, Невилла и всех кто там в это время от Кэрроу прятались попросить выйти ненадолго, но так как из памяти Гарри мне было известно где она находится, то быстро всё прошло. И без проблем.

В итоге, через шесть дней я приступил к выполнению своего плана. Для чего я попросил Добби перенести меня поближе к Малфой-манору. Отправился я туда, разумеется, совсем не «в чём мама родила». Был у меня соответствующий лёгкий доспех сделанный из драконьей кожи который мне Добби откуда-то притаранил и сапоги-скороходы, из моего прежнего мира, которые позволяли двигаться с гораздо большей скоростью чем обычно. Уменьшая, тем самым, вероятному противнику возможность попасть в меня чем-нибудь убойным. И ещё их особенностью было то, что в них я спокойно, не боясь заполучить ожоги, мог бегать по раскалённой лаве. Потому как сделаны они были из кожи магических саламандр для которых магма была домом родным.

А действовать я собирался используя не только магию, но и свой меч. Полутораручник имеющий, к тому же, собственное им. Ну, я имею в виду, как легендарные мечи древности: Куртана, Дюрандаль, Эскалибур. А у моего меча имя было Галдоба. Ну и, само собой, я собирался взять с собой Добби. Ведь вариант что в последний момент всё может пойти не по плану тоже нужно было учитывать, поэтому мне нужен был надёжный способ эвакуации из Малфой-манора. И что, скажите мне, в подобном случае может быть лучше старого, доброго и надёжного домовик-экспресса? Только другой домовик-экспресс. Я бы, кстати, и Феликс фелицис перед этим выпил, но чего у меня не было, того не было.

В общем, вечером шестого дня я оказался вблизи нужного мне поместья и произнёс: «Волдеморт». Разумеется, сразу же раздались хлопки аппараций и меня окружили егеря. И, что самое смешное, среди них оказался так же и Фенрир Грейбэк. Ну, прямо как в каноне. И так же как и в каноне он произнёс:

— Так, так, так. Кто тут у нас треплет всуе имя нашего Повелителя?

— А ты глаза-то разуй, дядя, — ответил я ему. — Глядишь и дойдёт до тебя на третий день кто перед тобой.

— Ты-ы-ы?! — удивился оборотень, рассмотрев меня получше.

— Ага, — не стал я спорить.

— Но, почему ты один?

— А ты что, целую толпу гаррипоттеров вместе со мной хотел увидеть, что ли? Типа, чем больше, тем лучше? — я ухмыльнулся глядя ему в глаза. — Ну, извини. Впрочем, хватит разговоров, веди давай прямо к вашему этому. Не видишь, что ли, я сдаваться пришёл. Бегать надоело.

— Да ты я смотрю смелый, — буркнул кто-то из егерей.

— А кого мне бояться-то, вас что ли?

Вот так я в Малфой-маноре и оказался. А там, как и в каноне меня встретила Беллатрикс Лестрендж и тоже удивилась. Мол, как так-то, что такое случилось чтобы Гарри Поттер сам, по своей воле пришёл и сдался? Но с ней я церемониться особо не стал и тут же её заклинанием «Мир» обработал, а то кто эту дуру сумасшедшую знает? Вдруг возьмёт и круциатить начнёт сразу? В общем, выяснив что Волди сейчас на месте пока отсутствует, отправился я в камеру. Только пред этим я у неё ещё и ключик от хранилища выпросил и предложил об этом забыть.

К счастью ждать долго не пришлось, явился следующим утром его змеемордое величество и сразу же затребовал меня к себе.

А по дороге к нему, я очень надеялся, что Волди поступит как я от него ожидаю. Тут я как рассчитывал? Что не сможет он без понтов, потому что очень любит это дело. И без какой-нибудь, пафосной речи, подчёркивающей его значимость он тоже не сможет. Что-то, типа, что он велик и могуч, настолько, что даже Поттер это осознал. И, что теперь он, может быть, как и в предыдущие разы предложит мне встать под его руку. Только пару раз откруциатит, для начала, но потом сменит гнев на милость и, всё-таки, позволит.

В итоге получилось как я и рассчитывал. Войдя в зал я увидел длинный стол за которым сидели члены Ближнего круга, а сам Змеемордый восседал на троне во главе его, в готовности произнести пафосную речь. Змеюка лежала возле него свернувшись кольцами, только голову подняла и наблюдала за вошедшими. Ну, а я не стал ждать чтобы о чём-то с ним поговорить, незачем это было. И поэтому, я как только вошёл, то сразу же активировал два магических свитка: «Очищения» и «Изгнания». Первым я, так сказать, приголубил змеюку, а вторым её хозяина и сразу же отпрыгнул в сторону. Кстати, эти заклинания когда воздействовали на цели, то те в это время превращались... ну пусть будет в куски дерева выжигаемого изнутри и о них можно было забыть.

И как только я отпрыгнул, то сразу же, не давая сидящим в зале опомниться наколдовал ещё и заклинание «Магма». Хотя правильнее было «Лава» его назвать, потому как, магма это, всё-таки та расплавленная порода которая под землёй пребывает, а вот когда она прорывается на поверхность то уже — лава. Но, не я это заклинание так назвал, так что и вопросы не ко мне.

А колданул я так, чтобы раскалённая порода заменила пол в том зале куда меня, так сказать, любезно пригласили побеседовать. И всё, что мне оставалось, так это немного подождать, пока сидящие в зале не повторят путь киношного Терминатора из второй части фильма. Ну, помните, когда в конце он пригнул в ёмкость с расплавленным металлом. Вот такая же фигня случилась и здесь. И если кто-то думает, что в таких условиях кто-либо из находящихся в зале мог аппарировать или заклинанием в меня пальнуть, то уверяю вас ничего бы у них не вышло. Не тот случай.

А дальше я дочистил поместье от оставшихся в живых прихвостней Волди, вывел из подвала пленных и отведя их подальше долбанул по зданию «Землетрясением». Ведь хотел же я его по камешку разнести, вот для этого данное заклинание очень даже подходящим и оказалось. И ещё я устроил «Камнепад». Во время действия которого, после как его наколдуешь, сверху валуны падать начинают. Разумеется, падают они пореже чем капли во время дождя, но тоже довольно часто. Так что, через некоторое время от Малфой-манора остались только развалины.

И если кто спросит почему я поступил именно так, не проще ли было всё бросить и свалить куда подальше, то ответов на этот вопрос у меня целых два.

Во-первых, отвечу вопросами на вопрос, а почему я должен был убегать от Змеемордого, а не наоборот? Вот, кто он такой чтобы я от него бегал?

Ну, и, во-вторых, есть такое выражение: «Не бегай от снайпера, умрёшь уставшим». Не то чтобы оно подходило к данному случаю на все сто процентов, но и жить в постоянном ожидании что в тебя из-за какого-то угла Авада прилетит никаких нервов не хватит. А если ещё учесть что у здешних магов напрочь отсутствует понятие о том, что такое погранично-таможенная служба, то нашли бы меня, рано или поздно. А оно мне надо?

Так же, в момент когда я рассматривал развалины Малфой-манора, у меня невольно возникла мысль, что я всего лишь немного ускорил кончину Малфоев. И, если бы этого не сделал я, то чуть позже их бы прикончил Волди. А всё потому, что не простил он Люциусу его неудачу в Министерстве, когда Пожиратели под его руководством не смогли у Поттера пророчество отжать. Правда, перед этим он над ними ещё поглумился изрядно, превратив их из хозяев своего собственного дома в квартирантов. Впрочем, это так, к слову пришлось.

Дальше мы с Добби переправили в «Ракушку» Луну и Олливандера и я отправился пообщаться с нынешним министром. Не то чтобы мне это нужно было лично мне, но продолжать числиться самым разыскиваемым магом на территории Британии как-то не улыбалось. Неудобство это создавало. Опять же не буду вдаваться в подробности о том как мне удалось к нему попасть и как его в этом убедить, но вечером в экстренном выпуске «Пророка», на первой полосе был напечатан указ, в котором мы с Гермионой и прочими объявленными ранее вне закона перестали быть таковыми.

А ещё на следующий день я сходил в Гринготтс и предъявив им ключик Беллатрикс попал в её хранилище и чашу очистил.

В итоге, я выполнил то, что было мной запланировано и теперь меня больше тут ничего не держало. Чем я поделился с Роном, Гермионой и остальными, когда мы с ними сидели в «Ракушке».

— И что ты собираешься делать дальше? — спросила Гермиона.

— Как что? — переспросил я. — Прежде всего сменить место жительства. А то холодно здесь и сыро, так что, я лучше куда-нибудь в Южное полушарие переселюсь. Только я пока не решил ещё где именно остановиться. То ли в Новой Зеландии, то ли в Новой Каледонии. Нет, ну чего? Тепло, светло и Волдеморты с Дамблдорами не летают.

— Дружище, ты что, серьёзно? — удивлённо уставился на меня Рон.

— А я что, по твоему похож на кого-то из твоих шутников-братьев, Рон? Да и зовут меня не Сириус.

— Но... А как же мы? — продолжил он спрашивать.

— Вы? А что с вами такое? — спросил я в ответ. — К тому же, насколько я понял вы с Гермионой нашли друг друга, так что я, в данном случае становлюсь третьим лишним. Всё закономерно.

— А Джинни?

— А с Джинни мы в конце прошлого года расстались, так что меня точно ничего и никто тут больше не держит. Я и сейчас-то зашёл вас просто предупредить и попрощаться.

А вот дальше в каноне появилось ещё одно изменение. Ну, по идее оно и должно было наступить, потому что изменения, которые я внёс, стали расходиться как круги по вода после того как в неё камень упадёт. И одно цепляло за собой другое. Только я не ожидал что произойдёт именно это.

— Нет, — заявила вдруг Гермиона. — Мы с Роном не нашли друг друга. Его уход от нас после вашей ссоры я простить ему не могу. Поэтому, Гарри, если тебя не затруднит, то не мог бы ты сначала помочь отыскать моих родителей.

Вот такая получилась история, эпилог которой был совсем другим. И ни я, и ни она не провожали своих детей в Хогвартс девятнадцать лет спустя. Я имею в виду наших с ней детей, но от от других супругов. Нет, дети-то у нас были, но только общие. А учились они совсем не в Хогвартсе, а австралийской магической школе под названием «Красный кенгуру». А получилось как? Мы пока её родителей разыскивали, кстати, не очень долго, то закрутилось у нас. Ну и как-то так обратно и не раскрутилось до сих пор. И, если ещё учесть, что залетела в этот момент Гермиона, несмотря на то что мы предохранялись всеми способами которые нам были известны, то, как честный человек я просто обязан был на ней жениться. О чём впрочем и не жалею. И такой эпилог нравился мне гораздо больше.

Что делать, если попал почти перед самым финалом, да ещё и на призрачный Кингс-Кросс?

* * *

В этот раз с моим попаданием всё было по другому, не так, как в предыдущие разы, потому как, очнулся я в абсолютной тишине. Рядом никого не было. Я даже не вполне был уверен, что в этот раз у меня тело есть.

О чем я говорю? Да всё о том же. Я попаданец в чужие тела. Но, если в предыдущие разы я сразу начинал ощущать свою, так сказать, телесность, то в этот раз всё было не так. Моё сознание как будто плавало в какой-то пустоте. Некоторое время.

Но, затем я понял, что тело у меня все таки имеется, потому как ощутил я, что лежу ничком. На чём-то. Абсолютно голый и с закрытыми глазами.

Открыв их, я обнаружил, что нахожусь в каком-то белом тумане, на какой-то поверхности или площадке. По крайней мере, можно было так назвать то, что мне удалось разглядеть. И данная ситуация что-то мне напомнила. Но, не успел я понять что именно, как сквозь окружающую меня бесформенность донёсся звук: тихие, глухие удары, как будто кто-то стонал и бился в судорогах. Ну, или корчился в конвульсиях как при эпилепсии.

А ещё, мне почему-то вдруг захотелось стать одетым. И тут же рядом появилась одежда, которая оказалась мягкой, чистой и тёплой.

«Ну, что ж, — подумалось мне, — пора, наверное, уточнить где и в ком я в этот раз оказался. Что это за место? Кто там скулит? И смогу ли ему как-то помочь? Да и вообще. Что-то мне это напоминает. Вот только, что именно? Не могу пока понять». И я отправился в сторону откуда звуки доносились.

Дальше, пока я шёл, с каждым новым шагом пространство обретало свою форму. Постепенно оно превратилось в огромный зал, с прозрачным стеклянным куполообразным потолком.

Наконец я достиг источника шума. На полу лежало сжавшись в комок существо похожее на маленького голого ребёнка с грубой, шершавой, как будто ободранной кожей. И именно этот ребёнок издавал те звуки, которые привлекли моё внимание. А рядом стоял парень в очках-велосипедах и смотрел на существо с отвращением и интересом.

«Ба, — подумалось мне, — да это, похоже старая, добрая поттериана. И если я прав, то место это — призрачный вокзал Кингс-Кросс, парень, это — Поттер, а существо — Волди. Дамби только не хватает. Ну, раз он ещё не появился, то почему-бы не пообщаться с Поттером. Если, это действительно он. А я тогда, получается, попал, типа, в самого себя, что ли? Или же мне ещё только предстоит попасть в Поттера, а я, просто пока ещё... наверное, недопопал? Впрочем, разберёмся».

— Гарри Поттер? — задал я вопрос.

Парень вздрогнул и резко обернулся.

— Э-э-э... Да. Я Гарри Поттер. А вы кто? И откуда вы меня знаете?

— Ну, моё имя тебе ни о чем не скажет, Гарри. А, кто я такой? — я улыбнулся. — Всего лишь путешественник. Помнишь, как говорил Дамблдор? Что-то вроде, что для высокоорганизованного разума смерть всего лишь новое большое приключение. Вот я и попадаю, каждый раз в такое новое приключение.

Я на некоторое время прервался, давая собеседнику осмыслить информацию.

— А откуда я тебя знаю? — продолжил после паузы. — Так я знаю не тебя, а про тебя. Ну, если ты понимаешь разницу. Про тебя, про Хогвартс и твои ежегодные приключения. Про твоих друзей, Волдеморта и Дамблдора. Про то, что твоё тело прямо сейчас лежит на лесной поляне, после Авады. И про то, что сейчас здесь должен находиться Дамблдор, но, его я что-то не наблюдаю. Наверное, задерживается.

— А он что, тоже должен быть здесь? Так ведь он же умер. Но, тогда получается, что я тоже умер? — начал спрашивать Поттер.

— Не совсем, Гарри, — пояснил я ему. — В твоём случае сложилась уникальная ситуация, когда душа может вернуться обратно. Там что-то связано с тем, что Волди использовал твою кровь в ритуале на кладбище. Точнее сказать тебе не могу, не в моей компетенции. Вот если бы тебе нужно было кого-нибудь завалить, то тут, как говорится, только попроси...

— Поясните пожалуйста, о чём это вы? — попросил меня Гарри.

— О том, в своей последней жизни, я был как неплохим боевым магом, так и не самым худшим мечником. Не хочу хвастаться, но такого урода как ваш Волдеморт, я бы завалил даже не запыхавшись. Тоже мне, «Величайший» тёмный всех времён и народов.

— Подождите! — вдруг воскликнул Гарри, — подождите... А... вы можете попасть в моё тело и закончить эту войну?

— Разумеется, я могу попасть в твоё тело, — ответил я ему. — Ты-то здесь, значит тело твоё сейчас бесхозное. В конце концов, пока существует магия, то это очень даже запросто. Но ты, Гарри, в таком случае отправишься дальше и вернуться обратно ты уже не сможешь. Потому, что я, — тут я ткнул себя в грудь пальцем, — займу твоё тело. Подумай, хорошо подумай, что ты мне сейчас предлагаешь. Ты, в этом уверен?

Вот уж чего, чего, а такого я от Поттера не ожидал. Он, что совсем не хочет обратно? Или он действительно такой... алень, ну, или какой-нибудь... оладух? Что происходит-то? Нет, я, конечно, не был бы против, тем более, что я знаю о том, что сейчас творится на той поляне, где осталось его тело и, как бы я в этом случае действовал. Прикинул я уже. Но, Поттера я просто не понимаю. Ну, не понимаю я его и хоть ты меня расстреляй.

Плечи голова Поттера опустились и он тихо проговорил:

— Слишком многие из-за меня погибли. Я не смогу дальше с этим жить. А вы сможете закончить войну прямо там, на лесной поляне. Пожалуйста, соглашайтесь.

— Гарри, ты соображаешь, что ты сейчас делаешь? — уставился я на него с огромнейшим удивлением. — Ты, хоть понимешь, что сейчас пытаешься примерить на себе роль Христа. Но тот-то, хотя бы сыном божьим был, потому и взял на себя грехи человеческие. А ты кто такой?! Ты кем себя возомнил?! Вот же ж знатно тебе мозги-то засрали. Ну, сука бородатая. Урыл бы козла.

Спор наш длился долго, но переубедить мне его так и не удалось.

— Ладно, Гарри, — махнул я рукой, устав его уговаривать, — проживу я, так и быть, твою оставшуюся жизнь. А, ты, просто пожелай оказаться в том месте, в котором хочешь. Только для начала передай мне свои магические навыки и умения.

Тут я как прикинул? Раз уж мы здесь, то почему бы не попробовать что-то типа ментального обмена информацией. Получится — хорошо, ну а если нет, то... на нет и суда нет. Впрочем, получилось у нас всё. Так что, сразу после того как он их передал, а я их усвоил, то попрощался я с ним и подумал о том, что пора мне в его теле оказаться. Ну, и очутился на лесной поляне.

Тело его, а теперь уже моё, тоже лежало на земле ничком. И попав в него, я тут же почувствовал под щекой и холодную твёрдую землю, и что дужка очков, съехавших набок, впивалась в висок. Как и то, что всё тело болело, а место, куда ударило Авадой, так и вообще саднило. Впрочем, это были мелочи. Самым приятным было вновь ощутить себя живым и почти здоровым.

— Повелитель… мой повелитель… — раздался голос Беллатрикс.

— Ага, — подумалось мне, — всё как в каноне. Вокруг змеемордого собрались. Ну, тогда не обессудьте.

Дальше, вскочив сначала на ноги я окинул взглядом, так сказать, поле предстоящей деятельности. Затем, опустился на правое колено и развёл руки в стороны, и согнув их в локтях резко соединил ладони. С хлопком.

Ну, а дальше, у пожиранцев под ногами, как обычно пишут в книгах, разверзся ад. Иными словами, земля под их ногами расплавилась и превратилась на время в лаву, которая образуется при извержении вулкана. А сверху, одновременно, начали падать камни. Точнее, большие камни. Валуны. И если, кто-то думает, что в таких условиях можно было бы аппарировать, чтобы спастись, то вынужден их разочаровать. Совершенно невозможно.

После чего я тут же запустил Изгнанием в змеемордого и Очищением в Нагини. И, тут же, Шагом подскочил к Хагриду, по прежнему привязанному к дереву и перерубил магией верёвки. Это, чтобы он мог отойти и случайно не угодить под действие моих заклинаний. А затем принялся добивать оставшихся в живых ПС-ов вместе с великанами.

— Эй, Хагрид! — крикнул я когда все было закончено, — пошли в школу. Нужно народ успокоить.

— А это чего, Гарри, это всё уже, что ли? — спросил Хагрид, глядя на маленькую каменистую пустыню, которая незадолго до этого была зелёной лесной поляной.

— Ну, да. Как видишь. Ну, пошли, пошли. Сейчас мы кое-что ещё сделаем, по дороге, и останутся только акромантулы. Наверное. А остальные сами разбегутся.

А дальше я подобрал три камешка и трансфигурировал их. Один из них я превратил в мешок. А остальные два... Ну, узнаете, чуть позже.

Дальше, когда мы приблизились к опушке леса, я попросил Хагрида немного задержаться чтобы оглядеться. А то, по канону, тут где-то рядом должны были летать дементоры. Однако сейчас их небыло.

Вот, тоже ещё один из косяков или парадоксов в книгах мадам нашей Ро. Это я насчёт дементоров, если что. Сами подумайте. Они, по своей природе хищники, причём не просто хищники, а хищники разумные. Так почему они не начали экспансию? Почему они тихо, мирно всё это время сидели на острове, где располагается Азкабан? Почему у мадам Ро они чуть ли не ещё одна разумная раса, которая добровольно легла под Волди. Вот, зачем бы, спрашивается, им это надо было? Поцеловали бы его, да и вся недолга. А раз этого не произошло, то либо мог он их чем-то прижать, либо ещё какая-то причина была, о которой никто не догадывался. И, это если учесть, что их, типа, уничтожить нельзя. В общем, фигню она написала.

Впрочем, не буду утверждать, что моя теория единственно правильная, главное что сейчас дементоров на опушке не было. Мы, кстати, больше их так и не встретили. Зато вспомнилось мне, по дороге, ещё о некоторых обитателях леса.

«Ронан! Бэйн! — заорал я, — или кто там ещё!. Что, так и будете сидеть на своих лошадиных задницах и смотреть, как расплодившиеся акромантулы сожрут сначала ваших жеребят, потом самок и стариков, а потом и вас самих?! Сейчас самое время проредить их поголовье! Тем более, что Марс сегодня очень яркий!»

Ответа на мою проникновенную, в кавычках, речь, разумеется, не последовало. Но, помнится в каноне, кентавры пришли на помощь ученикам. Поэтому оставалась надежда, что и в этот раз они помогут.

«Пошли дальше, Хагрид, тут мы сделали, всё что могли», — предложил я великану.

А на подходе к замку я оставил Хагрида в тылу, а сам, прикрывшись мантией-невидимкой прокрался ко входу в замок, где в дверном проёме толпились уцелевшие защитники замка. И посмотрел во двор с точки где они находились.

Ну, и увидел, что по двору замка болтались егеря и прочий сброд который нагнали из Лютного переулка. Отдельно, порыкивая на окружающих, находились оборотни. И, ещё в одном отдельном, шевелящемся клубке сгрудились акромантулы.

После чего я дёрнул за рука Лонгботтома.

— Невилл, тихо, это я, Гарри. Я под мантией. Слушай, минуты через три, четыре я подам сигнал и мы начнём, а ты, пока, построй народ в две шеренги. В первой размести тех кто будет атаковать, а во второй тех кто в это время щиты держать будет. Кстати, скажи атакующим чтобы применяли Бомбарды, Секо, Редкуто и никаких Ступефаев или Флиппендо. Ну, не мне тебя учить. Сам знаешь что к чему. А я, перемещусь им в в тыл, чтобы ударить в спину, и оттуда уже сигнал подам. Давай действуй.

— А какой будет сигнал, Гарри? — спросил Невилл.

— Не беспокойся, ты его ни с чем не спутаешь.

Я подождал ещё две минуты и снова переместившись в тыл нападавшим, снял с себя мантию-невидимку и, так сказать, обратил на себя их внимание.

«Эй, придурки! — я усилил свой голос Сонорусом, обращаясь к ним, — вам обещали, что прийдя сюда, вы сможете безнаказанно убивать, насиловать, грабить и издеваться над слабыми! Так, вот! Вас нагло обманули! Здесь, в этом мешке, — я поднял повыше то, что раньше натрансфигурировал, — находятся правая рука и голова существа, которое называло себя Лорд Волдеморт».

Кстати, идея была не моя, видел я что-то подобное в каком-то старом фильме, ещё в первой жизни. Только там, в мешке, были рука и голова какого-то древнего царя. Децебал вроде бы его звали. ⁽¹⁾

С этими словами я вытряс из мешка, то что издали напоминало голову и руку. Нападающие застыли, но я не дал им времени осознать мои слова.

— МОЧИ КОЗЛОВ!!! — заорал я, что есть мочи, и колданул в нападавших чем-то убойным. А вслед за мной в них начали палить защитники школы.

Так, через некоторое время, закончилось событие, которое в последующем назвали Битвой за Хогвартс. Не буду утомлять подробностями, скажу только, что замок не подвергся таким разрушениям как в каноне и погибших было существенно меньше. Остались в живых Дора и Римус, Колин Криви и некоторые другие. Лаванда Браун не столь сильно пострадала от когтей оборотня. А вот семейство Уизли, как и в каноне, потеряло Фреда.

На этом, как я посчитал, моё дело было сделано. Своё обещание Гарри Поттеру я выполнил, змеемордого завалил, битву за Хогвартс выиграть помог и теперь меня тут больше ничего не держало. Оставалось только одно.

Поэтому, на следующий день я нашёл Гермиону Грэйнджер и отвёл её в сторону.

— Скажи, Гермиона, — начал я разговор, — ты действительно отправила родителей в Австралию? И, если да, то под какими именами?

— Моника и Вэнделл Уилкинс. И, да, я действительно отправила их в Австралию. А что такое, Гарри, зачем ты спрашиваешь? Ведь сейчас мы должны оказать всяческую помощь и поддержку семье Уизли. Ты что не знаешь, что они потеряли сына и брата?

— Ну, почему же, я прекрасно об этом осведомлен. И, разумеется, я им сочувствую. Но, давай мы сейчас с тобой... подожди, слово вылетело из головы... а вот, вспомнил. Абстрагируемся. Так вот, давай мы с тобой абстрагируемся от эмоций и просто... посчитаем.

— Посчитаем? — удивленно уставилась на меня Гермиона.

— Да, посчитаем. Вот смотри, — я поднял вверх указательный палец левой руки, — с одной стороны имеется семья Уизли. Девять человек, которые потеряли одного. И, с другой стороны, — я поднял указательный палец правой руки, — имеется семья Поттеров. Один человек, который потерял, как минимум, пятерых. Тебе не кажется, что счёт не в мою пользу? Или, возьмём тебя. Ты тоже осталась одна и ты тоже нуждаешься в поддержке и помощи.

Я на секунду прервался.

— Почему, в таком случае, ты не отправляешься в Австралию, на розыски родителей? Почему ты зациклилась на Уизли?

— Я... ну-у... э-э-э... — Гермиона вдруг как-то засмущалась и опустила голову.

— Ах вот оно что, — я внимательно посмотрел на неё, — Ну, что ж, ты приняла решение, и переубеждать тебя бесполезно. Да, и не получалось у меня никогда. Ну, тогда, до встречи.

А ещё через два дня я покинул территорию магической Британии, что бы никогда больше туда не возвращаться.

А что было дальше? Во всяком случае совсем не так как мадам нашей Ро. Ну, если помните канонный эпилог, то как там было? «Шрам не болел девятнадцать лет. Всё было хорошо».

Так, вот. В этот раз всё все было по другому. Начать с того, что дело было не 1 сентября в Лондоне, на платформе 9 и 3/4. На этот раз дело происходило одним субботним июльским вечером в городе Перт, на западном побережье Австралии.

А самым главным отличием от канона было то, что прошло всего семнадцать лет, а не девятнадцать и я не совсем Гарри Поттер. Точнее, я совсем не Поттер и уж тем более не Гарри.

Нет, изначально-то я попал в него, точнее в его тело, сразу после разговора на призрачном Кингс-Кроссе. Но, вот дальше жить его жизнью, жениться на Джинни, идти работать в авротрат, называть сына Альбус Северус, становиться знаменем, чего-то вроде «Добра» и вести за собой магов Британии в какое-нибудь «Светлое» будущее я не собирался.

Да и не нужно мне это было. Совершенно и абсолютно. Хотя бы потому, что я ни в коем случае не отношусь к числу тех высокомотивированных попаданцев которые только и знают, что причинять добро и наносить справедливость. Нет, нет. Как говорится, живи сам и давай жить другим. Тем более, что не война, не сорок первый. Так что, не нужно мне было во что-то ввязываться и совершать подвиги.

Поэтому 7 мая 1998 года я исчез из магической Британии и появился в Австралии.

Исчез из Британии как Гарри Джеймс Поттер, а в Австралии объявился как Герберт Джонатан Паркер. Ну, сами знаете. Если в одном месте что-то убыло, то в другом должно было прибыть. Как-то так. Кстати всё, что завещал Гарри Сириус, я оставил Тедди Люпину. Мне и поттеровского капитала хватило.

И первым делом я отыскал Монику и Венделла Уилкинсов. Бывших Грэйнджеров. Разумеется, не по щелчку пальцев это случилось, но, в итоге, нашёл я их. Зачем? Сам не знаю. Может быть, когда я понял, что Гермиона не собирается немедленно отправляться на их поиски, я почувствовал за них какую-то ответственность. А может ещё что-то этому поспособствовало. С одной стороны, мне они были никто, а с другой... Нужно же мне было где-то устраиваться, чем-то начать заниматься, тем более, что воевать на данный момент мне было не с кем. И потом они же не виноваты, что так получилось. Так, что если я могу им помочь, то почему бы и нет?

Обнаружились они в городе Перт, на западной оконечности Австралии. Для начала, магия мне в помощь, поселился я рядом с ними. Нет, вы не подумайте, что я тихонечко прикопал их бывших соседей на заднем дворе, а всех убедил в том, что они куда-то уехали. Разумеется, нет. Я просто внушил им мысль, что они хотят переехать. Потом помог найти им новый дом, выкупил у них старый и даже помог с переездом. Ну, а затем уже познакомился с Уилкинсами.

Так началась наша с ними дружба, которая, со временем, переросла практически в родственные отношения.

И, само собой, разумеется, что я не стал, как говорится, лихим кавалерийским наскоком лезть в голову бывшим Эмме и Дэниелу. Тем более, что настолько крутым специалистом я в этом деле не был и, что там наворотила Гермиона понятия не имел. Кстати, воспоминания о прежней жизни вернуть им так и не удалось. Правы оказались те фикрайтеры которые считали, что подобное воздействие на магглов необратимо.

Но, об этом я узнал несколько позже, когда пообщался с менталистами из здешнего магического госпиталя. А ещё я решил, что стать целителем будет не самым плохим вариантом. Тем более, что боевиком я уже был. Да и навоевался в предыдущей жизни.

Нет, у меня были, конечно, в арсенале несколько целительских заклинаний. Но это было все равно, что уметь ездить на автомобиле, не зная, почему он собственно это делает. Так, что, если мне придётся переродиться ещё и в следующей жизни, то знания целителя лишними не будут.

Начал я санитаром. Не было в здешнем госпитале домовиков, поэтому всю, так называемую, грязную работу выполняли люди. Затем, через некоторое время местные целители обратили внимание на то, что я обладаю неплохими навыками оказания первой помощи и замечательно умею усмирять буйных пациентов. Предложили обучение. Вот так, от простого к сложному, я постепенно и достиг своего нынешнего положения. В общем, сейчас я являясь одним из ведущих специалистов местного магического госпиталя, работаю в отделении по устранению последствий темномагических проклятий.

Далее, лет, через пять, после того как я приобрёл профессию и более-менее встал на ноги появились мысли о семье. Вот, только, не объявилась в моей жизни та единственная, с кем мне хотелось бы провести остаток этой жизни. Девочки в моей жизни конечно были, но вот женится как-то не тянуло. Впрочем, когда отсутствие жены мешало появлению детей. Являлось, так сказать, препятствием. Для этого существует такая вещь, как контракт на вынашивание или суррогатное материнство. В общем, сначала, на свет божий, появилась Оливия Паркер, затем через два года Вайолет Паркер, а ещё через год Вильям. Разумеется, тоже Паркер.

Нельзя сказать, что жизнь, всё это время, протекала гладко и безболезненно. Всякое бывало. Например, был момент, когда мне пришлось вытаскивать Монику и Венделла, буквально с того света, после серьёзнейшей аварии. Потом долго их реабилитировать. А ещё ставить на место уродов, которые в этот момент попытались отжать их бизнес. Связываться с Кричером, и через него искать бесхозного домовика, который согласился бы переселиться в Австралию. Потому что, как раз в тот момент, когда Уилкинсы попали в аварию у меня родилась вторая дочь. А то один бы я не справился. Кстати, Кричер оставался единственным живым существом, которое знало о том где я и моё нынешнее имя. Он, по моей просьбе присматривал за Тедди Люпином и должен был дать мне знать, если что-то случится.

В общем, всякое было. Но, если подвести итоги моей жизни, то сейчас, на данный момент, у меня действительно было всё хорошо. Две красавицы дочери и сын. Немного раздолбай, конечно, но куда ж без этого. Мальчишки, они и в Африке мальчишки. А ещё, классные соседи Уилкинсы, для которых, за эти годы, я стал не только хорошим другом, но и кем-то вроде приёмного сына. Ну, а мои дети, соответственно, внуками.

В общем, так мы и жили. Пока одним субботним июльским вечером кто-то не позвонил в двери их дома. Так в нашей жизни вновь появилась Гермиона. Свалилась нам, как снег на голову, который в Австралии бывает только на юге. Мы, как раз, находились у Уилкинсов, на заднем дворе и занимались готовкой шашлыка. Да именно шашлыка, а не барбекю, как это тут принято. Мне шашлык всегда больше нравился и со временем я и Уилкинсов к нему приучил. А то барбекю-шмарбекю какое-то.

В общем, когда раздался звонок в дверь, то заодно сработала и сигналка, которая определила, что у входа стоят маги. Поэтому я сам отправился посмотреть кого там принесла нелегкая.

Поначалу я её даже не узнал. Видел-то я её только пару раз да и то мельком. Ну, ещё поговорил с ней один раз. Так что, я и забыть-то про неё успел. А вот она меня, точнее Гарри, узнала. И это несмотря на то, что я давно удалил шрам со лба, перестал носить очки и стал несколько поплотнее.

В мгновение ока я оказался стиснут в её фирменных костедробильных объятиях и с ней случилась форменная истерика. Ну, и что мне оставалось делать? Пришлось отвести их к себе, напоить успокоительным и уложить спать. Почему я сказал их? Да потому, что она была не одна а с дочерью. Ну, а кем ещё может оказаться девочка лет двенадцати, к тому же рыжеволосая. Только дочерью.

Ну, спать то я уложил только Гермиону, а девочку пришлось взять к Уилкинсам и познакомить с остальными. Так мы узнали, что зовут её Роза и, что они с мамой больше не Уизли, а снова Грэйнджеры.

А поздно вечером, когда все уже спали, а Гермиона проснулась, состоялся у нас разговор.

— Гарри, прости, прости, — причитала Гермиона заламывая руки.

— Да мне-то за что тебя прощать, Гермиона? — сказал я ей в ответ. — Это у своих родителей ты должна попросить прощения. Жаль не получится, потому что они так и не вспомнили о том, что были когда-то Грэйнджерами. Просто семнадцать лет назад ты сделала свой выбор...

— Да в том то и дело, что не я его сделала! — закричала Гермиона, — это за меня его сделали! И знаешь, кто? Дамблдор, мать его. Сука бородатая... — а дальше последовала речь в которой Гермиона сравнивала его с совокупляющимся козлом. Но, не просто так, а который совокупляется с различными животными, в самой извращённой форме, будучи при этом пассивным участником данного действия.

— Подожди, стой, Гермиона, ты хочешь сказать, что в твоём разуме целых восемнадцать лет была ментальная закладка? Да, как ты нормальной-то осталась после этого? Это ж сколько дури в неё надо было вложить, чтобы она столько продержалась.

— Немного, Гарри, — ответила она, — в том то и дело, что немного. Но, он сделал её самоподдерживающейся.

— И как же тебе удалось её сломать?

— А мне и не удалось. Если бы этого рыжего идиота, который до недавнего времени был моим мужем, три месяца назад не зарезали в пьяной кабацкой драке, то ни меня, ни Розы сегодня здесь не было бы.

Разговор наш длился ещё долго. Выяснилось, что закладка была внедрена столь хитро, что у Гермионы, практически не было шансов. Да даже если бы они с Гарри устроили секс-марафон во время шляния по лесам то это всё-равно не помогло бы и она оказалась бы замужем за Рончиком. Очень тонкая была проделана работа. Это рассказал ей молодой, «дикорастущий» талант из Мунго, к которому она обратилась после смерти Рона.

А ещё она рассказала, что ей пришлось в течении ряда лет терпеть нападки Рона, придирки Молли и откровенную неприязнь со стороны Джинни. Рыжего не устраивало, что больше внимания уделялось не ему, а работе и это несмотря на то, что всё это время он сидел на шее у жены. Молли постоянно шпыняла её за то, что Роза пошла не в их уизлевско-прюэттовскую породу. А Джинни вбила себе в голову, что Гарри, то есть я, не стал продолжать с ней отношения после нашего с Гермионой разговора. Того, через день после битвы. Правда, после рождения второго ребёнка, Гермиона начала, наконец-то, огрызаться и при нужде бралась за палочку, но отношения к ней это не изменило.

— Да я бы давно от него ушла, если бы не закладка, — объяснила дальше Гермиона. — Хоть и нехорошо так говорить, но я счастлива, что этот идиот погиб. Знаешь, Гарри, люди всё-таки помнят благодаря кому они могут сейчас спокойно жить. А, Рон, особенно в последние годы совсем... потерялся в своих пьяных фантазиях. По его словам, именно он был главным борцом с Волдемортом. И если бы ты не успел его убить, чисто случайно, разумеется, то уж он-то всем показал бы. И из-за этого он частенько и приходил домой с разбитой мордой. А в последний раз видимо чаша терпения у кого-то переполнилась.

— А как его зарезали-то? Какой-никакой, но маг все таки, — уточнил я.

— Да как, как? Скорее всего сломали ему палочку в первые секунды драки, потом пырнули ножом и вышвырнули на улицу. А порт-ключ он, как всегда, дома забыл.

— Ну хорошо, бог с ним, с Роном. А почему ты только с дочерью? Ты же сказала, что у вас еще сын родился.

Тут Гермиона задумалась.

— Знаешь, Гарри, — сказала она разъясняя ситуацию, — есть кое-что, чего я никак не могу объяснить. Вот смотри. Роза совершенно непохожа ни на кого из Уизли и, если бы я совершенно точно не знала кто её отец, то можно было бы подумать, что я её нагуляла. Молли, кстати, сама потом провела анализ на родство, чтобы удостовериться, что она дочь Рона. Да и характером она ни кого из них совершенно непохожа. А вот Хьюго получился истинным Уизли. Причём самым худшим из всех кого я знаю. Если Рон, когда-то, хотя бы в шахматы играл, то этого кроме квиддича и жратвы вообще ничего не интересует. И меня он на дух не переносит. Но, зато у Молли он любимый внук. Поэтому, мы только вдвоем.

— Так, стоп, — остановил я её.

В голове у меня, как будто что-то щёлкнуло.

— Ну-ка, подожди-ка. Кажется я кое-что понял, — сбегал я за альбомом с колдографиями. Тем самым подарком от Хагрида в конце их первого курса. Дальше я его полистал и найдя нужное фото протянул его Гермионе, — вот смотри.

— Но, как? Это же Лили, твоя мама. А Роза почти точная её копия.

— Ну, да. Я думаю, тут свою роль сыграло то, что магия, это — желание, прежде всего. Может быть, когда ты вынашивала Розу, ты подсознательно хотела иметь хоть что-то, что напоминало бы обо мне. А когда ты носила Хьюго, то наоборот, ты очень сильно не хотела ни женой Рона быть, ни больше иметь от него детей. Вот, поэтому так и получилось. Но, это всего лишь гипотеза.

После чего мы помолчали немного и я спросил.

— Ладно. Всё это хорошо, но что ты дальше собираешься делать? — уточнил я у нее.

— Не знаю, — ответила Гермиона. — Раньше я хотела попробовать вернуть родителям память, кинуться им в ноги и вымолить прощение. Не ради себя. Ради Розы. То теперь я просто не знаю.

— Но, ты в любом случае не собираешься возвращаться в Англию?

— Да.

— Ну так оставайся и живи здесь. Хочешь, живи со мной. Не хочешь, давай построим тебе дом, благо и место позволяет, и пространство расширить не проблема. Дети наши поладили. Школа магическая прямо тут, недалеко от города имеется, так что, интернат никакой не нужен. С работой проблем быть не должно. Ты же вроде в министерстве работала? Так, что устроишься в здешнем. Ну, или у нас в Хопкинсе можно устроиться. Это так госпиталь называется. Сначала учеником зельевара, например. Да и в школе мы неплохо ладили. Так что, дружбу можно попробовать возобновить.

В общем, через год Гермиона стала миссис Паркер. А еще через год у нас родились двойня. Мальчик и девочка, которых мы назвали Дэниел и Эмма.

Кстати, если кто-то вдруг скажет, что, мол, после Уизела подбирать... Типа, фу, все дела, то я так скажу. Я в своей первой жизни женат был два раза. Причём второй раз на женщине у которой я был вторым мужем. Там вообще как получилось? Сначала подружились наши дети, а потом уже и у нас закрутилось. Так что, я к этим делам отношусь более по-философски, что ли. Как-то так. К тому же, все мы люди взрослые и знаем чем периодически занимаются супруги, как по ночам так и в светлое время суток, а девственность в нашем возрасте уже не является каким-то показателем, что ли. Ну, и ещё сели мы и посчитали все плюсы с минусами и определили, что вместе у нас шансов на нормальную жизнь больше будет. Поэтому, брак наш, в первую очередь, всё-таки, по-расчёту был.

В общем, вот такой вот получился неканонный эпилог. В итоге, шрам не болел уже девятнадцать лет и всё было хорошо. Ну, а если быть до конца точным, то самого шрама тоже небыло. Так что, и болеть было бы нечему, если бы не такая штука, как фантомная боль. Но, и она меня тоже не беспокоила. Поэтому, всё, на самом деле, было хорошо.

1) Такой царь действительно был. В начале первого тысячелетия на территории современных Румынии и Молдавии жил народ под названием даки. А Децебал был их последним свободным царём. А потом их римляне завоевали.

Вернуться к тексту

Эта работа появилась просто в порядке рассуждения о том, как на самом деле могла бы или скорее должна была произойти и чем закончится встреча с троллем на первом курсе.

* * *

Скажите, вы когда-нибудь верили в то, что написала мадам наша Ро про случившееся в туалете на Хэллоуин 1991-го? Ну, в том смысле, что всё происходило как она изобразила? Не знаю как вы, а как по мне, то поверить что всё так и было мог только тот, кто в подобных ситуациях не бывал ни разу в жизни или хотя бы не читал о том что могут испытывать люди оказавшиеся в них.

Поэтому, не верил я никогда что там всё так происходило. И как по мне, то вся эта история была, как говорится, высосана из пальца или шита белыми нитками. Причём, речь идёт совсем не о том, что рыжий Левиосу наколдовал. Это-то вообще полная хрень из области невозможного и невероятного. Нет, я о другом говорю. Но, давайте будем последовательны.

Прежде всего немного расскажу о себе. Я попаданец. И в этот раз я попал в Поттера. И это попадание у меня не первое, поэтому я не являлся полным неумехой в применении магии. Довелось, знаете ли, в прошлых жизнях как помагичить, так и мечом помахать. Но речь не совсем об этом, а о том, что я попал в Гарри и окончательно осознал я своё в него попадание, как раз в тот самый момент, когда толпа школьников вливалась в Большой зал, следуя на праздничный пир. Как раз на Хэллоуин девяносто первого года.

И первое, что бросилось мне в глаза, так это сотни наколдованных летучих мышей. Часть из них сидела на стенах и потолке, а ещё часть летала над столами, подобно низко опустившимся чёрным тучам. И, конечно, огромное количество тыкв с вырезанной сердцевиной и вставленными внутрь горящими свечами.

Следующее, на что я обратил внимание, были столы сервированные золотой посудой: тарелками и блюдами на которых вдруг, внезапно появились самые разнообразные яства. А ещё, чуть дальше, на небольшом возвышении, находился стол за которым сидели преподаватели. И всё это живо напомнило мне картину застолья в средневековом замке. Не хватало только шутов, менестрелей и охотничьих собак под столами, а так один в один было. Ну, сами прикиньте, вон, в середине, за преподавательским столом, на большом троноподобном кресле сидит Он. Дамблдор. Наш, типа, сюзерен и добрейшей души дедушка всея магической Британии. Рядом — его приближённые. Ну, и, уровнем пониже за общими столами располагается прочая замковая челядь. Роль которой в данном случае исполняли мы, ученики. Кстати, то что я попал в Поттера и, что сейчас произойдёт я понял, разумеется, не сразу. Нужно было время и, чтобы и память реципиента мной усвоилась, и, как говорится, разложилась по полочкам.

Но, когда я окончательно уяснил, куда и в кого меня переродило, я понял, что прямо сейчас, мне придётся мчаться в туалет и вытаскивать Гермиону из лап или даже зубов тролля.

И, вопрос спасать или нет, даже не возник. Разумеется, спасать. А кого ещё, если не её? Да и не было у Поттера других друзей на первом курсе. Рыжего, что ли, другом считать? Нет, если вспомнить канон, то именно Уизли, конечно, числился лучшим другом Поттера, а вся остальная рыжая семейка была его любимой семьёй. И именно поэтому, в каноне, Поттер отправился предупредить Гермиону насчёт тролля вместе с Уизелом. Ну, а я так никогда не считал, поэтому и тащить с собой рыжего не собирался. Зачем спрашивается мне этот балласт?

А дальше, почти сразу как вышесказанное промелькнуло у меня в голове, в зал вбежал Квирелл в сбившемся набок тюрбане. Который бросился к преподавательскому столу, а я помчался к выходу.

«Тролль! Тролль... в подземелье... спешил вам сообщить», — эта фраза была последней, которую я услышал выбегая из зала.

И очень хорошо было, что в коридорах пока никого не было, потому как, выскочил я до того как поднялась всеобщая паника и Дамблдор отдал свой идиотский приказ об эвакуации учеников в факультетские общежития. И всё же я не успел. Потому что, когда я влетел в туалет, то увидел спину тролля и его занесённую дубину. Вот её то я и перерубил почти возле самой тролличьей лапы и она упала ему за спину.

И, разумеется, я не стал прыгать ему на спину, как это было написано у мадам нашей Ро. Ну, сами-то подумайте, как одинадцатилетний мальчишка мог запрыгнуть на почти четырехметровую хрень? И, самое главное, как он мог там удержаться?

Вот представьте даже не трёх-, а четырёхстворчатый шкаф с антресолью. Возьмите штуки штуки три таких и поставьте один на другой, а потом попробуйте запрыгнуть на получившуюся конструкцию. Как думаете получится ли у вас? Да даже на один, хотя бы. Ну, разве, что в ваших мечтах. Так что, нет. Никаких прыжков, что в принципе невозможно. Только старые, добрые заклинания.

А как я её перерубил? Да очень просто. Было в моем арсенале заклинание «Порыв ветра». Вот одной из его модификаций я и воспользовался. Представьте себе небольшой объём воздуха который спрессовывается до толщины стального листа, превращаясь одновременно во вращающийся с огромной скоростью диск циркулярной пилы, и с силой направляется в цель. А когда тролль обернулся, чтобы посмотреть куда подевалась его дубина, я использовал ещё одну модификацию этого самого «Порыва». Только на сей раз воздух, после уплотнения, представлял из себя нечто вроде вращающегося сверла. Вот оно-то, это самое сверло и вошло в его глаз и разорвало на ошмётки то, что заменяло троллю мозги. Ну, я так думаю. Он, кстати, даже заорать не успел и упал плашмя на живот и, к счастью, головой в мою сторону.

И, только потом я увидел Гермиону. Подбежав к ней я попробовал её увести, но у меня, разумеется, ничего не вышло. Во-первых, потому что она была в шоке. Только не в том шоке, в котором периодически пребывают всякие там эстрадные звездунки. А В САМОМ! НАСТОЯЩЕМ! МАТЬ ЕГО! ШОКЕ! Том самом, который в своих трудах ещё Гиппократ описывал.

Движения, при этом, у неё были заторможены, кожный покров бледен. Я бы даже сказал мертвенно бледен. Дыхание было поверхностным и учащённым. А на мои вопросы она отвечала хоть и правильно, но говорила при этом медленным, тихим голосом.

Ну, а что вы хотите? Домашняя девочка из благополучной семьи, которая в жизни своей не видела никого страшней школьных хулиганов. И, вдруг, такая ситуация. Это, если помните, в фильме «Девятая рота», показали как молодёжь танками обкатывали, то тут примерно тоже самое было. Но, там-то пацанам было уже по восемнадцать, а не по одиннадцать. Поэтому, я и утверждаю, что мадам наша Ро написала в своей книге полнейшую хрень.

Так что, мне нужно было немедленно доставить её в больничное крыло. Вот только и сам я в это время тоже пребывал не в самом лучшем состоянии. И это было, во-вторых. Слышали выражение адреналиновый откат? Вот он-то у меня и начался, а ещё, помимо этого самого отката у меня было самое настоящее магическое истощение. А вы думаете колдовать так просто, когда магическое ядро и каналы к этому пока не слишком приспособлены? Да ещё и без палочки, которая в этом мире в роли концентратора выступает и значительно облегчает процесс колдовства. Я, кстати, про неё только потом вспомнил. А ещё, как назло, в моем пространственном кармане не осталось ни одного эликсира. Вообще ни одного.

И, что было делать? А делать что-то надо было, ведь если бы мы отправились к мадам Помфри сами, то боюсь, что не добрались бы. Свалились бы где-нибудь по дороге. И как скоро бы нас хватились? Так, что сейчас мне предстояло выяснить были ли правы некоторые фикрайтеры, для чего я достал палочку, три раза постучал по стене и позвал: «Домовики Хогвартса, кто-нибудь... Ученикам срочно нужна помощь... Пожалуйста».

К счастью, домовики откликнулись и доставили нас к мадам Помфри. Да и не хотелось мне, помимо всего прочего, прямо сейчас разговаривать с Маккошкой и подвергаться нападкам Снэйпотвари. Сил на это не было. Главным сейчас было вывести Гермиону из шокового состояния. А ещё меня возникла умная мысль и совсем не хотела покидать мою дурную голову. Как раз в тот момент, когда мадам Помфри занималась Гермионой, мне подумалось, что так просто всё может и не закончится.

И дело совсем не в физических последствиях, а перенесённом шоке. Тут-то, как говорится, ничего сложного, насчёт физических повреждений я имею в виду. В крайнем случае, я мог бы применить к Гермионе Большое Исцеление из моего ратеннского арсенала на пару с Регенерацией, ну, если бы у неё были серьёзные физические повреждения. Это так мир назывался откуда меня в Поттера переселило, так сказать. Но, после того как восстановится мой магический резерв.

Так вот, дело было совсем не в этом. А вот что было делать если бы у неё, после всего, появятся психологические или даже психические проблемы? Правда, тут я рассуждал даже не с точки зрения дилетанта, а с точки зрения человека где-то, что-то, когда-то слышавшего, причём, краем уха. Но, тем не менее, может же что-то такое произойти. Откат по возрасту, например. Или она на меня заякорится. Как-то так.

Блин! И, что мне в этом случае прикажете делать? Разве что разозлиться на мадам нашу Ро. Потому что хрень написала она, а, расхлёбывать, может быть, придётся теперь мне.

Нет, взять на себя ответственность за девочку я не боялся, ну, если у неё действительно такие проблемы появятся. Не в первый раз, как говорится. Но, я к чему хочу мысль, так сказать, подвести? А к тому, что если я попал в самый что ни на есть канон, то меня ведь склонять к чему будут? И всячески от неё отталкивать. Чтобы я ответственность, типа, за судьбы мира на себя взял, а Грэйнджер в данном случае мне только мешать будет. Так что, и нафиг её.

В общем, подумал я, подумал и решил, что наоборот я поступлю. И если кого и нафиг, то всех их. Не в этот раз, как говорится. Это в мире Ратенны у меня выбора не было, а здесь мне как-то не захотелось становиться рабочей лошадкой или, простите, дежурной задницей. Тут имеются Министерство, Аврорат, ДМП. Да тот же Дамби, в конце концов. Так что, пусть поднимает с трона свою старую морщинистую пятую точку и вперёд. А мне, в случае чего и Гермионы хватит. И пусть канон идёт полем или лесом, а я под чужую дудку плясать не буду.

В общем, после того как мадам Помфри наколдовала на нас какие-то заклинания и напоила какими-то зельями, мы с Гермионой уснули на соседних кроватях. А утром прискакала Маккошка и пусть уже не настолько разозлённая какой её описывала мадам наша Ро, но все ещё очень злая.

— О чем, позвольте вас спросить, вы думали? — в голосе Маккошки все ещё ощущалась вчерашняя злость. — Вам просто повезло, что вы остались живы. И, почему вы не отправились в спальню, вместе со всеми?

Оправдываться я, разумеется, не собирался. Ещё чего. Поэтому я ей ответил:

— Разумеется, профессор, я всё вам объясню и расскажу, но только после того, как вы объясните мне, что делал в школе горный тролль-людоед. И если у вас нет объяснений прямо сейчас, то я вас... не задерживаю.

С этими словами я сполз с кровати и сделав шаг я оказался возле кровати Гермионы. Нужно было проверить как она.

— Нет, ты посмотри какая наглость, — говорил я, при этом, как бы сам себе, но, достаточно громко, — у неё чуть ученицу не сожрали, а она ещё и наезжает. Не удивлюсь если с нас ещё и баллы снимут.

Тем временем Гермиона проснулась и попыталась сесть.

-Тихо, тихо, моя хорошая, — я обнял Гермиону, — всё в порядке. Мы с тобой в больничном крыле, а этого большого и страшного больше нет. Я его... прогнал. Давай ты ляжешь, а я позову мадам Помфри. А потом, если ты сама ложку не удержишь, то я тебя покормлю. Всё будет хорошо, доверься мне.

А потом, пока я ходил за Помфри, Маккошка попробовала наехать на Гермиону, но, тут уж я не выдержал и вызверился. Знаете, имеется у меня заклинание под названием «Удар страха», и насколько я знал, действует оно на всех одинаково. В общем, вылетела она из больничного крыла, как ракета.

Потом был разговор с Дамби. Куда же без него-то? Во время которого я рассказал ему о хоркруксах и посоветовал не сидеть на попе ровно, а разыскать их и принести ко мне. Для очистки. И подсказал где примерно их искать, а когда он спросил откуда я всё это знаю, то услышал в ответ свои собственные слова, ну, те которые он Гаррику в конце первого курса сказал.

«Профессор, — сообщил я ему с глубокомысленным видом. — Правда это очень прекрасная, но, в тоже время, очень опасная вещь. И я вам всё расскажу, но, только тогда, когда вы будете к этому готовы. А если учесть ваш возраст, то получается — никогда».

Впрочем, последнюю фразу я вслух не произнёс.

Кстати, то что он был легилиментом особой роли не играло. Уж если я, перед попаданием сюда выдержал ментальную атаку от архидемона Скорна, то все попытки Дамби меня легилиментить, которые он предпринял, конечно, были для меня сродни комариным укусам. Да и от применения ко мне зелий я тоже подстраховался.

Так началось моё очередное попадание. Канон с первых мгновений был, что называется, похерен. Осколки волдемортовской душонки я, почти сразу, и из себя, и из диадемы извлёк, используя «Очищение». Как и остаток души Волди, которой был одержим Квиррелл. Остальные хоркруксы Дамби, кстати, разыскал, в течение года, а я их почистил. Но, на проклятие в перстне он, таки, нарвался, как и в каноне. Впрочем , меня это и не взволновало совершенно.

Кстати, Гермиона, таки, ПТСР после того случая заполучила и очень хорошо что в лёгкой форме. Так что пришлось нам с мадам Помфри усилия приложить чтобы её из него вывести.

Да, вот ещё о чём не упомянул. Наша, типа, дружба с Роном Уизли с тех пор сошла на нет. Во-первых, потому что я с ним и сам дружить не собирался, а, во-вторых, обиделся он на меня. Потому что Гермиону спасть я его с собой не взял.

— А зачем? — спросил я у него. — Чем бы ты мне помог? Тем что постоял бы, посмотрел, а потом рассказывать всем стал как ты тролля завалил? Ведь ты же у нас любишь приукрасить историю, выпятив, при этом, свою в ней роль.

— Да пошли вы все, — обиделся Рон.

Вот так и начался наш с ним разрыв, впрочем нам и вдвоём было неплохо.

В итоге, после летних каникул мы просто не вернулись в Хогвартс. Я когда рассказал родителям Гермионы о случае с троллем, они приняли решение забрать её из этой школы. Так, что первого сентября 1992 года мы с ней числились учениками австралийской магической школы под названием «Красный кенгуру».

Вот такая на этот раз получилась история с моим попаданием. Что будет дальше? Кто знает, но в любом случае это будет уже совсем другая история.