Римус Люпин. Право на надежду (джен)

…В соседней камере рыдали громко, навзрыд. Эти визгливые истончившиеся звуки, перекрывая доносящийся снаружи морской гул, вызвали у заключенного болезненную гримасу. Дементор, призрачно проплывая мимо тяжелой решетки, мысленно потянулся в его личную черноту. Липко, с голодной жадностью принялся прощупывать каждый уголок души…

Сириус, нервно поежившись, отвернулся и уставился на отблеск луны на влажной стене. Тот без труда прорвался сквозь узкую бойницу окна... «Полнолуние, что ли? Лунатику сейчас несладко…» Зацепился за эту мысль, мучительно-острую, ничуть не радостную, но наполнившую сердце до предела. «Римус… я такой идиот!»

Это признание не заинтересовало дементора.

«Да, вот так. Отвали…»

А не превратиться ли в собаку? Этот ничего не поймет, замрет на месте. Даже забавно. Сириус крепче обнял колени. Не надо. Будет совсем уж невмоготу, вот тогда…. А сейчас — кусочек луны с горьким привкусом воспоминаний о Люпине. «Прости меня, Римус…»

Этого хватит.

* * *

Вернувшись в свою лондонскую каморку, Римус, бледный и измотанный, уронив на пол чемодан, первым делом бросился к котлу. Зелье лениво пузырилось, равнодушное к его волнению, сохраняя ровный золотистый блеск. Не сильно парило и отвратительно пахло.

«Идеально!»

Люпин тихо улыбнулся.

Принялся выкладывать из чемодана вещи. Пальцы нащупали кожаную обложку дневника — он по-прежнему таскал его с собой туда-сюда, не вынимая. Тетрадка ощущалась теплой… как в тот самый день. Или ему так казалось?

«Кто же ты?»

Кто встряхнул его, когда это было нужней всего? Кто вернул право на надежду?

Возможно, когда-нибудь он узнает это. Но сейчас… сейчас важно сосредоточиться. Не проиграть. Сегодня он уже одержал маленькую победу.

* * *

Больше незачем было строго экономить, и Римус быстро привык к обедам в кафе «Медный чайник». При этом он все равно соблюдал чувство меры и, несмотря на волчье желание заглатывать порции целиком, ел спокойно и неторопливо, как благовоспитанный британец.

Каждый раз он садился за один и тот же столик, дублировал заказ и открывал одну и ту же магловскую книгу — «Историю Англии» Маколея. За несколько дней тихий «студент» сделался привычной частью интерьера. В отличие от Протта, кстати. К старику официантка Мэгги явно благоволила — возможно, он напоминал ей любимого дедушку. Незаметно прислушиваясь к их разговорам, Римус узнал, что архивариус — вдовец, обожает свою капризную старую кошку Милдред, редко видит детей и внуков, и все беды на свете списывает на лондонскую сырость.

Римус чувствовал себя актером, примеряющим образ. Медленно переворачивая страницы, он краем глаза наблюдал, как Протт поправляет очки или достает часы из внутреннего кармана, неукоснительно вытягивая на той же цепочке вожделенный министерский жетон. Как старик вздрагивает от резкого хлопка двери или начинает ворчать, потому что синти поп из приемника Мэгги орет слишком громко. Вот он подходит к кассе, расплачивается, мешкает у выхода…

Римус старался запоминать движения, мимику Протта, тональность старческого голоса, чтобы как следует порепетировать у себя дома перед сном.

Так проходил день за днем. Зелье приближалось к состоянию готовности. Отсчет завершался.

И Римус, выйдя однажды вечером из «Пыльного фолианта», вдруг подумал, что, может быть, туда уже не вернется… Бросил взгляд на витрину — теплый свет лампы, корешки старых книг, обтянутых потертой кожей. Хорошо, что он успел найти для миссис Райт старое издание «Крошки Доррит» с иллюстрациями Физа, о котором она так мечтала... Пора покидать магловский мир.

Январь чудил, выдавая необычное тепло. Над Темзой висел туман, пахнущий угольным дымом и мокрым камнем. Римус шел по влажному тротуару, всматриваясь в огни Ислингтона, невольно прислушиваясь к звучанию песни «European Female», доносившейся из какого-то окна. Мимо проехал двухэтажный красный автобус, обдавая волной теплого воздуха и запахом бензина… Римус настраивался на завтрашний день. Но не на проникновение в Министерство — перед этим нужно еще кое-что сделать. И волнение сжимало в жестоких тисках, потому что Римус понятия не имел, чем закончится то, что он наметил как следующий шаг…