Натуральный блондин (гет)

Снейп убавил огонь под котлом, перевернул песочные часы и стал нарезать корни мандрагоры.

Мордред знает что!

Никогда бы не подумал, что орденцы в самом деле рискнут оригинальным Поттером. Этот план был одним сплошным безумием, и проклятый Избранный выжил только чудом, Северус ему даже помочь ничем не мог. Но странно, когда Лорд наставил палочку на мальчишку, боли в сердце Снейп не ощутил. Только жгучую досаду от чужого идиотизма.

Не было смертельной угрозы? Или Избранный все же не Поттер? А кто? Лонгботтом?

А теперь Волдеморт, разочарованный неудачей, и вовсе исчез из Англии. Куда отправился, не сказал, у их лысого злодея возникла новая идея. Зато велел устроить переворот в Министерстве не позже, чем к первому августа.

Снейп, после отбытия Волдеморта, тут же свалил в лабораторию мэнора и заперся там. Он занят, варит секретные зелья, не беспокоить.

Остальные члены Ближнего круга первые пару дней отдыхали морально и аморально, а потом все же принялись за дело и стали думать, как убить Министра, не привлекая внимания санитаров Мунго аврората.

Если у Кингсли хватило мозгов объяснить Скримджеру весь расклад и передать зелье Живой Смерти, что поможет Министру разыграть свою смерть, то, может, еще не все потеряно.

С Лордом надо что-то делать. Пока он всю Британию не довел до кризиса. Или поздно уже?

Снейп давно бы его отравил, не чувствуя абсолютно никаких угрызений совести. Но, к его величайшему сожалению, на Волдеморта многие зелья не действовали, а остальные работали не так, как положено. Тело-то не человеческое. Да еще с кровью Поттера, что тоже было фактором нестабильности.

А все Петтигрю, его кривые руки, немытый котел и оценка Удовлетворительно по зельеварению! Сам Снейп за такого Волдеморта и Тролля бы не поставил.

Вот и приходилось изобретать, буквально на коленке, какие-то жуткие снадобья, что поддерживали его функционирование. Что-то работало, что-то нет. И в состав входили яды, которые прикончили бы кого угодно за пару минут. А Волдеморту хоть бы хны, он этим питается. Может, пойти от обратного и предложить ему молока? Так ведь пить откажется!

С черепом Лорда тоже сложности. Поттеровская сова, не к ночи будь помянута, натворила дел. Будь Волдеморт обычным человеком, Северус бы просто применил Кроветворное и Заживляющее. Но эти зелья не помогали вообще. Крови не было (куда она делась), а шрамы выглядели пугающе. И не затягивались.

Северус предложил воспользоваться экспериментальным методом. И смешал магловский театральный грим с Маскирующим зельем (им ведьмы прикрывали веснушки, прыщи и прочие несовершенства кожи). Ну, если не сильно приглядываться, то нормально получилось, и даже оттенок он подобрал. С утра втереть, вечером вытереть, ничего сложного.

Лорд забрал флакон и даже спасибо не сказал. Не то чтобы Снейп всерьез на благодарность рассчитывал, знал же, что Волдеморт из себя представляет, он и в первую войну вел себя точно так же.

С возрастом эгоизм и хамство у Лорда только прогрессировали. Весь в Поттера, сказывается кровное, кхм, родство.

Крестражи еще эти! Отравишь не вовремя, а он возродится.

Вот на змее, крестраж она там, как считал Дамблдор, или не совсем, Снейп бы с удовольствием пару ядов испытал. Увы, гадюка-переросток исчезла из Малфой-Мэнора вместе с Лордом и куда она делась — никто не знал. И по ней не скучали.

Снейпа беспокоил недостаток информации. Где оставшиеся крестражи и что они из себя представляют? Помнится, у Лорда с Поттером было прямое сообщение в мозгах, оно еще работает или Волдеморт отчаялся смотреть на тренировки по квиддичу? Вот если бы Поттер смог узнать про крестражи... Нет, это фантастика. И уж тем более не получится выяснить у самого Поттера, что и где заныкано.

Дамблдор, гриб бородатый, не мог нормально, без загадок, все объяснить?

И не нужно забывать о возможном нахождении осколка чужой души в черепушке Избранного Героя. Как его доставать теперь? Выполнит ли Шеклбот свое обещание? Или откажется разговаривать с убийцей Дамблдора? И не докажешь, куда он целился по приказу директора, все знают, что из этого вышло.

Подкаралить Поттера в Хогвартсе (ему еще год учиться) и спалить Адским пламенем? Нет, это уж слишком. Он, конечно, Поттер. Но убивать сына Лили Эванс как-то неправильно. Даже ради победы над Волдемортом.

Дамблдор упоминал в своих рассуждениях еще и яд василиска, но Снейп, как Мастер Зелий, вполне обоснованно сомневался. Крестраж где? Внутри. Значит, и яд должен попасть внутрь. Долго после этого Поттер не проживет, а слез феникса у него нет (огненная птичка скупа на слезы). Нагайне же такое подсовывать бессмысленно. Она сама змея, и не простая. А ну как мутирует, и что тогда?

И все же, где скрывается это избранное проклятие?

Драко окопался в библиотеке. Сюда Ближний круг Пожирателей заползал редко, а покидать мэнор и оставлять маму без поддержки он не хотел. Отец был занят попытками интриг с целью выполнить задание Лысого и не разориться в процессе окончательно. Остальные делали вид, что помогают и поддерживают. Все для славы Господина. Да уймись ты, дура, со своим Круцио!

Тетка Белла униматься отказывалась, чем только осложняла всем жизнь.

Плыть по течению Драко надоело. Он Малфой, в конце концов! С фига ли он должен класть на алтарь Лысого Хрена свою молодую жизнь и свою любимую девушку? А ничего не треснет у Крокодила? Мало ли, что Пожиратель, Метка-то бракованная.

В книгах Драко искал способ уничтожить гадские крестражи, но делал вид, что изучает проклятия просто так, для души. Текст Горпия он помнил не дословно, но хорошо. Там или пламя, или яд, выбирайте, что больше понравится.

И еще была проблема змеи, с которой непонятно, что делать.

Зато он, кажется, придумал, как ему все же связаться с Грейнджер. Монета передает цифры? Вот и прекрасно!

Драко вспомнил все, что читал в сборнике детективов, который ему миллион лет назад подарила Грейнджер. Больше всего ему нравилось про Шерлока Холмса, но и у Эдгара По рассказы были хороши. Идея с шифром ему особенно пришлась по душе.

Зачем изобретать котел и мешалку, когда умные люди уже все придумали?

Драко пронумеровал буквы в алфавите. И был очень горд собой. Грейнджер ведь догадается, правда? Она умная. А Поттер не поймет. И вообще никто не поймет.

Процесс шел не так быстро, как хотелось бы. Он сверялся со списком, путался от волнения то в буквах, то в цифрах, напряженно прислушивался и боялся, что обязательно кто-нибудь явится в самый неподходящий момент, но у него получилось и на ребре монеты загорелись цифры.

8.5.18.13.9.15.14.5.

Гермиона. Ее имя. Его сердце.

Галлеон нагрелся, но Грейнджер цифры не поменяла. Не поняла его задумку? Расшифровывает, что он написал? Хорошо, он чуть позже снова попробует.

Интересно, что там у нее происходит?

Гермиона только наутро после спасения Гарри осознала, в какую ловушку она попала. Кто ее за язык тянул?

Она не могла покинуть Нору. После того, как она во всеуслышание объявила, что стерла родителям память и отправила их в Австралию, миссис Уизли вцепилась в нее мертвой хваткой. Мама Рона утирала слезы, называла ее бедной девочкой каждый раз, как видела и ни в какую не хотела слушать, что Гермиона поедет домой. Да у нее, бедняжки, и дома больше нет! Теперь семья Уизли — ее семья, торжественно объявила Молли. Слабые возражения Гермионы никто слушать, конечно же, не стал.

Свадьба эта еще! Она была искренне рада за Билла и Флер, это Джинни пусть дуется, что у нее не будет розового платья. Но вся эта суета Гермиону здорово утомляла.

Молли Уизли, словно нарочно, начала подбрасывать им троим задания по подготовке к празднику. Через пару дней Гермиона кое-что поняла.

Во-первых, она не хочет замуж. Совсем. Если в магическом мире все свадьбы проходят так, то спасибо большое. Впрочем, ей никто пока и не предлагал, напомнила она сама себе.

Во-вторых, она теперь точно знала, почему у Снейпа такой паршивый характер.

Все дело было в мальчиках. Гарри и Рон совершенно ее не слушали! Это было привычно, но ведь сейчас речь шла вовсе не об уроках!

Более того, они вообще не хотели ничего планировать, как взрослые.

— Гарри, — спросила она, уперев руки в бока и загнав друга в комнату Рона, который лежал на кровати и слушал их перепалку. — Куда мы пойдем в первую очередь?

— Нуууу, — чесал в затылке Гарри. — Я думал, в Годрикову Лощину. Навестить могилы родителей и вообще осмотреться.

— А как же Р. А. Б., — напирала Гермиона. — Что ты о нем думаешь? Медальон у него.

— Да не знаю я, — возмутился Гарри. — Найдется же он когда-нибудь.

— Хорошо, — Гермиона зашла с другой стороны. — Допустим, мы аппарируем в Годрикову Лощину. Ты, кстати, координаты выучил? Я давала тебе путеводитель, где он? Почему он служит закладкой в "Квиддиче сквозь века"?

Гермиона, продолжая задавать вопросы, выдернула ценную брошюру и положила ее в стопку книг и тетрадей, которые собиралась взять с собой. В ее зачарованной сумочке еще много места, но таскать с собой лишнее она не планировала. Поэтому "Квиддич сквозь века" улетел на книжную полку, рядом с потрепанными учебниками Рона.

Гарри проводил его тоскливым вздохом. Ему нельзя было колдовать еще четыре дня из-за Надзора, заклинания, которое Министерство накладывало на несовершеннолетних волшебников. В волшебном доме это правило не действовало, но Гарри об этом не знал. Гермиона считала, что так лучше, учитывая что они с Роном последние месяцы вытворяли на том же ЗОТИ.

Рону запретила хвататься за палочку лично миссис Уизли. Потому что контроль у него так никуда и не годился, и его мама справедливо опасалась, что Рон уничтожит Нору прямо накануне свадьбы. А гости соберутся уже на пепелище.

Может, у них качественный скачок магии, обусловленный гормонами? Но серьезной медицинской литературы под рукой нет, только переписанный в библиотеке Блэков справочник целителя, который Гарри никак не найдет время изучить.

— А потом, Гарри? Где мы будем жить во время поисков? — не сдавалась Гермиона. — Даже летом спать под кустом не очень хорошая идея.

— Я попрошу у отца палатку, — оживился Рон. — Помните, с которой на Чемпионате мира были? Правда, запах от кошек так никуда и не исчез. Но папе ее насовсем отдали! Мы там легко поместимся.

Гермиона обреченно вздохнула.

— А есть мы что будем?

— Ты опять за свое здоровое питание? — Рон подпрыгнул на кровати. — Да сколько можно уже? Герми, ты реально достала со своей овсянкой и этой гадостью зелёной. Мы же на подвиги идем, ради спасения волшебной Британии!

И Гермиона поняла, что в картине мира Рона Уизли еда появляется сама. В шкафу с Охлаждающими чарами или сразу в духовке. А лучше на столе.

Ей оставалось только надеяться, что их поход за крестражами быстро закончится. Не мог же Дамблдор поручить такое важное дело одному Гарри? У него наверняка был запасной план, но ведь теперь и не спросишь.

— Ладно, — временно отступила она. — Гарри, что ты решил с Хогвартсом? Ты не можешь просто бросить школу, даже если ты герой. Все равно потом экзамены сдавать придется. Мы можем отправить профессору МакГонагалл заявления на предоставление нам академического отпуска до конца седьмого курса.

Мальчики смотрели на нее так, словно она говорила на японском.

— Это зачем еще? — с подозрением спросил Рон. — Если мы не приедем на Хогвартс-экспрессе, то все решат, что Гарри выполняет задание Дамблдора, а ты уехала с родителями, многие так делают.

— А ты? — спросила Гермиона

— Ха! — похвастался Рон. — Вот здесь как раз мы все спланировали, комар носа не подточит! Пошли со мной.

Рон привел их на чердак и показал упыря в прыщах, одетого в старую пижаму.

— Это я, — гордо сказал он.

— Не похож, — ответила Гермиона.

— Ты ничего не понимаешь, — обиделся Рон, пока Гарри внимательно разглядывал стонущего упыря. — Мы скажем, что я заболел лишаем и остался дома. Я уйду с вами, а этот будет жить в моей комнате. Здорово, да? Папа и близнецы его три дня заколдовывали.

— Мерзость какая, — проворчала Гермиона. И быстро ушла с чердака.

Конечно же, их тут же поймала миссис Уизли и нагрузила бестолковой работой. Гермиона никак не могла проникнуться важностью цвета бантиков и необходимостью перестелить постели для гостей, которые еще не приехали.

И общество Джинни, которая сохраняла скорбное и одновременно негодующее выражение лица, ей энтузиазма не прибавляло.

*Тысяча лет тому назад*

— Если вам интересно, то у простецов опять какая-то войнушка.

— Кто и с кем дерется, Салли? И за что?

— Я не спрашивал, Гриф. А причина стандартная.

— Люди гибнут за металл.

— Очень поэтично, Ровена. Всегда считал это чепухой. Золото, серебро... Добрая сталь — вот настоящий металл, за который стоит сражаться!

— Легко тебе говорить, Годрик, когда есть еда, одежда и укрепленный замок, Салазар сварит лечебные зелья, Ровена сделает нужные артефакты, а все остальное ты и сам можешь, маг ты не из последних.

— Деньги — это пыль, Хелли.

— Поэтому вы с Салазаром постоянно швыряете их на ветер.

*Тысяча лет тому вперед*

Заявления Гермиона все же написала. За себя и за Гарри, в двух экземплярах. Наложила на пергаменты Протеевы чары и пошла доставать Гарри дальше.

— Смотри, как только профессор МакГонагалл подпишет эти бумаги, на наших экземплярах ее подпись тоже скопируется. Это нужно, чтобы мы потом могли спокойно сдать экзамены. Я ссылаюсь на статью 33/16 Устава Хогвартса, — глаза Гарри остекленели. — Короче, подписывай и посылай Буклю.

Сова, сидящая на шкафу, ухнула и расправила крылья.

— Кстати, Гарри, ты уже решил, как быть с ней? — Гермиона скучала по Живоглоту, но брать свободолюбивого кота за крестражами было глупо. Вдруг им придется прятаться или сражаться? — Ты же не можешь взять ее с собой. Полярная сова в Англии очень приметная и по ней Пожиратели могут тебя выследить.

— Ты права, — огорчился Гарри. — Наверное, ей будет лучше остаться в совятне Хогвартса.

— Вот ты ей и объясни, куда лететь, — согласилась Гермиона. — А я выпрошу у Рона его Сычика и отправлю к Малпеперу. За Универсальной Аптечкой.

— Зачем нам аптечка? — вытаращился Гарри.

И знаете, что? Гермионе прямо сейчас очень хотелось снять баллы с Гриффиндора! За раздолбайство, несовместимое с жизнью! Нет, ее не покусал Снейп и она не превращается в летучую мышь! Сами вы скучные зануды! А если к ее словам не начнут относиться серьезно, она тоже кого-нибудь прибьет!

Почему она одна должна думать за всех?

Гарри даже трусы и носки свои сложить в одну кучу не может! Или не хочет. Про Рона и речи нет. А Гермиона столько раз ездила с родителями на горнолыжные курорты (и не только), что чемодан могла собрать с закрытыми глазами.

Джейн Грейнджер научила ее, что в путешествие надо брать с собой сменную одежду, белье, зубные щетки, шоколад и батончики с орехами (вдруг задержат самолет), экипировку (это им точно не надо) и обязательно аптечку. Чтобы не метаться среди ночи по незнакомой деревушке, если тебе вдруг понадобилось жаропонижающее.

Все это, с поправкой на магические реалии, она сейчас и претворяла в жизнь.

Сычик улетел в аптеку Малпепера. Гермиона решила не экономить и заказала универсальный набор зелий в расширенной комплектации, куда, помимо Кроветворного, Обезболиваюшего, Бодроперцового и еще десятка самых распространенных лечебных зелий входили настойка бадьяна, Противозачаточное и мазь от мозолей. Зато зелья были не в стандартных флаконах, а в больших. И защищены чарами, так что за их сохранность можно не беспокоиться.

Гарри упаковал в рюкзак свою мантию-невидимку, Карту Мародеров, кусок разбитого зеркала, с которым отказывался расставаться и медальон Р.А.Б. Самые нужные вещи, сказал он Гермионе. Подумал и добавил к этой коллекции снитч.

— А это откуда? — спросила Гермиона.

— Дамблдор подарил, — хмуро ответил Гарри. — В последний день, когда мы пошли за крестражем. Я с ним не расстанусь. Вдруг это что-то значит?

— Но зачем тебе старый снитч?

— У них телесная память, — ответил Гарри. — И вообще, это символ моей первой победы. В квиддиче. Помнишь тот матч?

Гермиона, если честно, очень бы хотела его забыть. Это был такой ужас, когда Гарри чуть не упал со взбесившейся метлы!

— А больше мне ничего не надо, — сказал друг.

Конечно, ему не надо! Потому что об остальном позаботится она! Пообещала сдуру, вот и помогает.

Есть еще кое-что. Очень важное. Папа всегда говорил, что в поездку надо брать с собой в два раза меньше вещей и в два раза больше денег.

— Гарри, — решилась Гермиона. Вопрос все же деликатный. — Я заказала аптечку и на это ушли остатки моих карманных денег, которые я меняла на галлеоны. У меня в сумке если только пара сиклей завалялась. А у тебя?

И она не врала, волшебных денег у Гермионы и правда не было. Зато были магловские фунты, да и при большой необходимости она могла получить доступ к счету, открытому на ее имя родителями. Но это на крайний случай!

Гарри старательно чесал затылок. Галлеонов от этого не прибавлялось.

Да что ж такое!

— У тебя есть сейф в Гринготтсе, верно? — медленно начала Гермиона. — Ты рассказывал, как ходил за покупками. А теперь вспоминай: где ключ?

— Ключ? — полное непонимание в глазах.

— Ключ. От сейфа, где деньги лежат. Нам понадобится еда, одежда, зелья, вдруг будут непредвиденные расходы. Жизнь не состоит из подвигов, Гарри.

— Ээээ...

— Гермиона, дорогая, не могла бы ты покормить кур? — прервала их миссис Уизли. — А ты, Гарри, помоги Чарли навести порядок в огороде.

На подходе к курятнику Гермиона почувствовала, что ее галлеон связи с Драко нагрелся. Она коснулась его палочкой, отзываясь, и вдруг заметила цифры на ребре.

Шифр? Драко что-то хочет ей сказать? Но что? Она обязательно разгадает, а куры подождут, их и так кормят все по три раза!

Гермиона широко и счастливо улыбнулась.

* * *

Сухогруз "Морская звезда", где-то средь соленой воды.

Собака-Блэк сидел в тесной каюте и наблюдал за двумя матросами, которые обсуждали что-то важное. Разговаривали Боширов и Петров на русском языке, а познания в нем Сириуса, благодаря общению с Долоховым, ограничивались матерщиной.

Юстас — это имя или название горы?

Впрочем, это не имело значения. Главное, что он сейчас с каждой минутой все ближе к Англии. Держись, Гарри, помощь уже близка!