Натуральный блондин (гет)

Все как-то очень быстро случилось. Они даже испугаться толком не успели, а Пожирателей уже забрали полицейские. И быстро их не выпустят.

— Мистер Дэнни, — сказала Гермиона боксеру, который собрался уходить. — Спасибо вам большое. Если мы можем чем-то отблагодарить или помочь, то вы скажите.

Тренер пожал могучими плечами.

— Да я вообще шел баннер снимать, но услышал голоса из этой подворотни, — сказал он. — Не стоит благодарности.

Они остановились перед входом в спортивный зал. Гермиона грозно посмотрела на растерявшихся мальчиков, намекая, что неплохо бы и помочь хорошему человеку с баннером, и заодно давая понять, чтобы палочки вытаскивать не смели. Здесь вам не Хогвартс!

А потом взглянула на рекламу.

— Студия аэробики? — удивилась она.

— Да, — вздохнул Джек Дэнни. — Рядом с моим залом освободилось помещение. И Мира убедила меня попробовать. Завтра должны были открываться, уже и группу набрали из ближайших офисов. А вчера она на своем мотоцикле попала в аварию и сломала ногу. Теперь пару месяцев точно никакого спорта. А замену Мире на такой короткий срок так сразу не найдешь. Жаль.

С плаката улыбалась коротко стриженная блондинка в гетрах и купальнике.

Гермиона кусала губы. А потом все же решилась. Им же нужны деньги, верно? Надо где-то жить и что-то есть. Так почему бы и нет?

— Мистер Дэнни, — решительно сказала она. — Я могу вам помочь. Правда, могу. У меня, может, опыта немного, но я вела в школе кружок аэробики. И все равно хотела искать подработку.

Боксер посмотрел на нее с интересом, Гарри и Рон с тревогой. Она потом друзьям все объяснит!

— Можно попробовать, почему бы и нет, — наконец сказал тренер. — На два месяца, пока Мира не вылечится. Приходите завтра к трем часам дня. Насчет оплаты договоримся.

— Я приду, — пообещала Гермиона.

Она попрощалась с тренером и сказала друзьям, что им нужно идти.

Боевая девчонка, подумал Джек Дэнни. Молодец Дерек, хорошую выбрал. И ее предложение очень кстати, им с Мирой нужны деньги. Может, и свадьбу откладывать не придется.

— Гермиона, ты серьезно? — набросился на нее Рон, как только они отошли подальше. — А как же мы? Как же крестражи?

— Рон, давай потом, — устало сказала она. — Нам срочно нужно где-то спрятаться. Пока Гарри опять не нашли.

— Я, кажется, понял, — сказал Рон. — Это наверняка заклинание Надзора, его просто не сняли, как положено. Но это незаконно.

Гермиона была почти уверена, что дело в Табу, но не переписываться же с Драко на людной улице и на глазах у друзей. Да и кто знает, что у него там сейчас.

— Тогда мы пойдем на Гриммо, — решил Гарри. — Там старый дом, и он хорошо защищен.

— Там же Снейп, — уперся Рон.

— Отец Рона сказал, что там против него наведены чары. Но даже если они уже не действуют, — сказал Гарри, не дав им возразить, — так и что с того? Клянусь, ничего приятнее встречи со Снейпом я и представить себе не могу.*

Гарри даже в голову не приходит, что бывший профессор Снейп несколько умнее его. И намного опытнее. И встреча с ним может закончиться плохо вовсе не для Снейпа.

А как она сама относится к мрачному и несправедливому зельевару, Гермиона еще не решила. Дамблдор Дамблдором, а Драко он Лысому не выдал.

До Гриммо они поехали на метро. Потом на автобусе. Потом долго шли пешком, украдкой проверяя палочкой направление. Потому что, сказала Гермиона, аппарировать надо в нормальном состоянии, а не после такой передряги. Нацеленно, неспешно и неотвратимо, как учил мистер Двукрест! Иначе порванной одеждой не обойдется.

Устали как собаки.

Да еще и Гарри по дороге чуть сознание не потерял. Хватался за голову, бледнел и закатывал глаза. Но упорно отрицал, что связь с Лысым у него сохранилась. Гермиона чувствовала, что друг ей врет и злилась. Как он не понимает?

Пока ехали, Гермиона почувствовала, что у нее нагрелась монета. Но как она могла ответить? Палочка лежит в сумке, а Рон прилип к ней, как цыпленок к матери, и не желает отцепляться. Его можно понять, он в метро и вообще в такой толпе первый раз оказался. Но Драко же волнуется!

Драко не просто волновался, а извелся уже вконец.

Лысый козел зацепился за внешность девушки, которая утащила Поттера из-под носа его верных слуг. Сначала допрашивал его самого, но Драко уверенно отвечал, что вокруг Поттера крутятся всякие грязнокровки и лично он никогда не мог отличить одну от другой. А в голову ему Лысый не полез. Только смотрел с легким отвращением.

Настал черед Снейпа. И тот равнодушно сказал, что Поттер дружит с гриффиндоркой по фамилии Грейнджер. И даже показал Лорду, как она выглядит.

У Драко в этот момент чуть сердце не остановилось от ужаса!

— Ее особая примета, мой Лорд, лохматая голова, — сказал Снейп и непроницаемыми черными глазами посмотрел прямо на Драко. — Поймать будет легко.

Собравшиеся Пожиратели угодливо захихикали.

Северус очень надеялся, что какой-то способ связи у этих двоих идиотов есть. Потому что Драко слишком часто теребит рукав и иногда прикасается к нему палочкой, а это подозрительно.

Ну и Грейнджер не совсем же дура, догадается внешность изменить.

Но катастрофу, которая случилась дальше, Северус никак не ожидал.

Волдеморт решил его наказать. Его! Ладно, остальным досталось за дело, но его за что? Да это всегда найдется, но Лорд снизошёл до объяснений. За то, что план по убийству Дамблдора сработал не так, как хотелось, за то, что Поттера не поймали во время побега с Тисовой улицы, за магловский грим, который раздражает, за невкусные зелья, ну и за неучастие в захвате Министерства. А зачем там Снейп нужен был? Да какая разница, Лорду лишь бы придраться.

И теперь этот Лысый Глист торжественно объявил, что Снейп будет новым директором Хогвартса! Чтобы он караулил там Поттера и воспитывал новое поколение Пожирателей! А ведь знал, скот безносый, что Северус мечтает уволиться! Знал прекрасно!

Но Волдеморту было наплевать.

Сам Снейп предпочел бы Круцио. Или Аваду в лоб. Но выбора у него не было.

Зато были Кэрроу, две штуки, которых Лорд ему навязал в качестве новых учителей, мол, сам подумай, куда их приспособить. На тебе, Северус, самых бесполезных и бездарных членов Ближнего круга, и ни в чем себе не отказывай.

Еще и благодари. И кланяйся пониже.

*Тысяча лет тому назад*

— Я правильно понимаю? Участвовали в этом побоище на метлах все, а отдувается в итоге один Поттер? Годрик, тебя ничего не смущает?

— Конечно, нет, Хельга. Это, можно сказать, освященный веками армейский принцип.

— Один за всех и все на одного?

— Наказание невиновных и награждение непричастных. Как в Римской империи.

— Ты еще Александра Македонского вспомни, Гриф.

— А я читала про Велизария, вот с ним совсем нехорошо получилось, Годрик. Может, стоит принципы пересмотреть?

— Ты что, Ро, это же боевые маги. Им только на пользу такое, да, Гриф?

— Отвали, Салли.

*Тысяча лет тому вперед*

Старый особняк Блэков встретил троих гриффиндорцев пустотой, грязью, воплями с портрета и привидением Дамблдора, которое всплыло из пыльного ковра.

Очень смешно, подумала Гермиона. Это и есть знаменитые чары Грюма, способные остановить Снейпа? Он серьезно думал, что профессор не справится с заклятием косноязычия и призраком, который и вовсе не призрак, а так, пугало?

Да настоящий Снейп, увидев это позорище, первым делом снял бы баллы с Гриффиндора! И никакое косноязычие ему бы не помешало.

Честное слово, лучше бы заряженный арбалет подготовил. Или еще что-то бронебойное. Похоже, перед смертью Грюм окончательно выжил из ума. Или это со всеми магами так?

— Миона, нам надо поговорить, — прицепился к ней Рон. — Прямо сейчас.

Сто раз ему говорила, чтобы не сокращал ее имя! И это только за последние три дня! Мало ли что он там хочет, ей не нравится ни Герми, ни Миона, ни что он там еще придумает.

А Драко называет ее "Грейнджер", и очень редко по имени, но почему-то она не возражает.

— Рон, я устала, хочу есть и спать, — ответила она. — И в туалет тоже хочу. Отстань от меня с разговорами. Лучше посмотрите, что тут есть на ужин.

Гермиона, сердито топая, ушла наверх. Ей срочно нужно было остаться одной.

Но она еще успела услышать, как Рон недовольно пыхтит в холле:

— Нет, ну ты глянь, Гарри! Я думал, у нас все на мази, и мама с Джинни мне говорили, а она! С маглом встречается, и нам ни словечка не сказала. Это как ваще?

— Ну это как бы ее личное, — ответил Гарри. — Бывает и хуже. Главное, что не со слизеринцем.

Тут мальчики закрыли за собой дверь в кухню.

Вот сейчас Гермиона очень жалела, что не превращается в дракона и не может плеваться огнем!

Закрывшись в туалете, она первым делом коснулась галлеона палочкой. И он нагрелся, словно Драко ее ждал. Теперь надо задать вопрос, и это важно. Но Гермиона не успела.

На ребре монеты стали появляться цифры, которые она уже привыкла быстро расшифровывать.

"Спрячь волосы", написал Драко.

Эта идея ей тоже в голову приходила. Значит, Лысый про нее все же узнал.

"Хорошо", ответила она.

И тут же спросила про Табу.

"Да." И это все объяснило.

Осталось убедить в этом Гарри и Рона. И решить, что делать дальше.

Спустившись в кухню, Гермиона нашла друзей уныло смотрящими в кухонные шкафы. Не сказать, что там было совсем пусто, но запасы состояли из соли, перца и дешёвого огневиски. Сделать из этого ужин было проблематично.

В конце концов Гермиона нашла в угловом шкафчике пачку овсянки, которую сама же сюда и привезла, когда они разбирали дом после четвертого курса. Все лучше, чем совсем ничего.

С очагом она связываться не стала, но древнюю плиту им кое-как удалось включить. Когда здесь готовила миссис Уизли, этот агрегат горел почти постоянно. Гермиона к таким конструкциям не привыкла, но сварить овсянку на воде у нее получилось.

Сероватую кашу разложили по тарелкам.

— Фу, гадость какая, — возмутился Рон, попробовав первую ложку. — Она даже не сладкая! Опять твоя здоровая еда? Вот у мамы всегда вкусно получается, тебе бы поучиться.

Гермиона хотела врезать ему по лбу половником, но тянуться было далеко.

— Иди к маме, — сказала она. Рон надулся. Гарри молча жевал овсянку.

Прилетел патронус от мистера Уизли, который сообщил, что все хорошо и все живы. Услышав голос отца, Рон сменил гнев на милость, улыбнулся и даже кашу доел. Хоть и с трудом.

На ночлег они устроились в гостиной, спать на затхлом белье никто не хотел. И Гермиона, зевая, трансфигурировала диванные подушки в спальные мешки.

Завтра, сказала она мальчикам. Все разговоры завтра. Уснули они мгновенно.

А утром они разругались.

— Ты что, хочешь нас бросить? — возмущался Рон. Может, он орал бы и потише, но на завтрак была все та же овсянка без ничего и надо было срочно что-то делать. — А как же наша миссия? Крестражи? Волдеморт?

Половником по лбу Рон все же получил.

— Я просто нашла подработку, — отрезала Гермиона. — Вам бы тоже не помешало. Иначе нам нечего будет есть. Много мы крестражей найдем голодные? И прекратите уже так называть... Эээ... Его. Я уверена, что Табу действует, и Гарри будут искать!

— Вот именно, нас будут искать, — не сдавался Рон. — Гарри нельзя выходить из дома без мантии-невидимки.

— Зато ты можешь найти работу без проблем, — доказывала Гермиона. — А Гарри будет разбираться с книгой Горпия и этими сказками. Может, там указания, которые откроются только ему?

— Работать? На маглов? Ты еще скажи — без магии! — Рон просто захлебывался возмущением. Гермионе на его вопли было начхать.

— Да прекратите вы орать! — Гарри стукнул кулаком по столу. — Вы мне не даете сказать, что я нашел этого самого Р.А.Б., который забрал медальон. И это Регулус Артурус Блэк, на втором этаже комната с его именем!

Рон и Гермиона замолчали и уставились на друга.

А потом мальчики, перебивая друг друга стали вспоминать, что они видели медальон, который лежал прямо тут, и он не открывался, и Гарри утверждал, что эта побрякушка была очень похожа на то, что ему показывал Дамблдор в Омуте Памяти.

И где он теперь? Как выбросили?

Вот тут Гермиона ничего сказать не могла, потому что во время затеянной уборки она сидела в библиотеке и переписывала книги. А стремление Сириуса выкидывать золото и серебро сразу считала идиотизмом. Если самому не надо, так мог бы и продать, только от проклятий надо было очистить, но гоблины такое делали, ей Драко рассказывал. А могут ли гоблины справиться с крестражем?

Может, и могут, но сколько они за это возьмут? Или они принципиально в такое не вмешиваются, говоря, что это дела волшебников? Но если бы могли, Драко не стал бы прятать крестражи в сейф.

Устав метаться по дому в поисках медальона и переворошив чулан, в котором когда-то спал Кричер, Гарри наконец остановился и громко позвал домового эльфа Блэков.

И Кричер тут же появился.

— Дрянной мальчишка хочет видеть старого Кричера? — проскрипел он. — Дом Блэков совсем в упадке, а несчастный Кричер льет горькие слезы. Ох, бедная моя госпожа...

Тут эльф посмотрел на них исподлобья и шмыгнул длинным носом. А потом уставился на Гермиону в упор.

— Напрасно госпожа грязнокровка возится с паршивым мальчишкой и предателем крови, — сообщил Кричер. — Что скажет об этом внук госпожи Друэллы? А он бы разозлился, ох, разозлился бы, если бы не знал, что от них нет никакого проку. Но он знает.

Гермиона ничего не поняла, а мальчики смотрели на наглого эльфа со злостью. Но деваться им было некуда и Гарри стал спрашивать Кричера про медальон. Предварительно, конечно, снова запретив называть Гермиону грязнокровкой.

От услышанного Гермиона пришла в ужас. Бедный Регулус Блэк, какая страшная судьба! А ведь он был их ровесником.

Даже мальчики приуныли.

Кричер, под конец своего повествования, уже почти выл от горя и Гермионе было его очень жалко. Но как успокоить эльфа, который не хочет, чтобы к нему прикасались?

А что медальон украл Флетчер, который тащил из дома все, что не приколочено, так это для нее сюрпризом не стало. И она Гарри, между прочим, говорила!

Гарри тоже взбесился, хотя это и нелогично. Сириус все выбрасывал — это хорошо, а воровство Флетчера — это плохо. Что-то она запуталась.

И ей пора было идти, пусть мальчики останутся и подумают, что им делать дальше.

— Ты всё-таки уходишь? — насупился Рон.

— Нам нужны деньги. И еда сама не появляется, если ты выучил все же законы Гэмпа, то должен помнить, — ответила Гермиона, разглаживая чарами свою одежду.

— У Гарри есть сейф, — отмахнулся Рон.

— Только нет ключа, — ехидно напомнила Гермиона. — Потому что кое-кто, не будем говорить, кто, его Гарри не вернул. Хотя не имел на это права!

— Дамблдор хотел как лучше, — Гарри не смог промолчать. — И в Гринготтсе наверняка засада, если Волдеморт теперь командует Министерством.

Гермиона закатила глаза в потолок, но спорить не стала. Зато выдала флакон с Маскирующим зельем и велела смазывать шрам на лбу Гарри, если они соберутся куда-то выйти. И даже оставила немного денег для покупки еды, должен же быть в окрестностях хоть какой-то магазин.

— Да зачем нам это, — упирался Рон. — Есть же домовик, пусть он и готовит. Так и должно быть.

— Кричер не умеет варить воздух, — прокомментировал эльф, который уже пришел в себя и разглядывал подаренный ему Гарри медальон Регулуса Блэка.

— Но мама же здесь готовила на весь Орден!

— Все припасы сожрали рыжие предатели крови и осквернители дома Блэков, — ответил Кричер. — Ничего не приносили в дом, только жрали и пили. Недостойный хозяин Сириус их привечал, дрянной мальчишка их не прогнал. Кладовые пусты. Давно пусты.

Гарри задумался.

— Кричер, — ахнула Гермиона. — А что же ты сам ел?

Старый эльф ухмыльнулся, обнажив треугольные зубы.

— Кричер ел грибы, — ответил он.

Мальчики позеленели и чуть не рухнули в обморок.

* * *

Сухогруз "Морская звезда", Красное море.

— Жарища даже ночью, — сказал Петров, разглядывая яркие звезды в черном бархатном небе.

— Ну а что ты от Египта хотел? — спросил Боширов. — На проход канала здесь очередь, вот и стоим на якоре.

— Эх, сейчас бы домой, — вздохнул Петров. — На речку, окуньков половить. Или в лес за грибами. Да, Рекс?

Он потрепал собаку-Блэка по ушам. Блэк ничего не понял, но, на всякий случай, негромко гавкнул.