Третий раз – окончательный (джен)

Ты не знаешь, как сходят с ума,

Как вода разольется точь-в-точь,

Самый звонкий крик — тишина,

Самый яркий свет — ночь.

Корусант, Храм Джедаев: нижние этажи

С незапамятных времён нижние, подземные этажи Храма служили джедаям как склад вроде бы ненужных вещей, которые вроде как и не нужны, но выкидывать жалко: такой себе склад ненужного. Как бы парадоксально это ни звучало, но они находились на одном уровне с Большой, или Главной, как её ещё называли, библиотекой и архивом. Но в первые недели войны Храм, как ни прискорбно это признавать, стал нуждаться в своем морге, ведь не всех раненых хоронили в братских могилах, если, конечно, вообще хоронили. Многие раненые джедаи и клоны умирали уже тут или по дороге, не дождавшись помощи от целителей-джедаев. Эти этажи прибрали, стерилизовали, отремонтировали, завезли всю необходимую технику — и стали использовать как морг. Да, несомненно, изначально военные пользовались городским моргом, но… слишком уж много в начале войны было потерь как среди клонов, так и среди джедаев… Потому и было решено отдать эти помещения под морг.

И именно в этом месте, по иронии судьбы, сейчас и сидел один из величайший джедаев своего времени, уставившись в противоположную стенку и нервно сжимая и разжимая свою механическую руку.

— Оби-Ван… — еле шевеля бледными губами прошептал Энакин. — Надо было не слушать тебя, как и всегда, и позвать Винду… и ещё кого-то, а не брать только попавшихся по дороге мастеров и рыцарей… Почему, почему я тебя послушался?! — уже чуть ли не крича, произнёс он, склонившись в кресле и запустив обе руки в свою и так уже изрядно потрепанную шевелюру. — Я же знал, на что способен этот ситх! Он всё-таки именно мне последние десять лет морочил голову… И знаешь, что самое страшное, мастер? Я бы поддался на его уговоры. Я бы перешёл на Темную Сторону, если бы… Если бы не… Не ваша смерть… — смотревший до этого куда-то в пол и пытавшийся выдрать свои волосы Скайуокер внезапно перестал все это делать и, подняв голову, внимательно вгляделся в такое умиротворённое сейчас лицо своего наставника. — Неужели?! — нахмурился он.

* * *

Несколько часов до этого. Храм Джедаев: летная площадка

— Энакин, как ты себя чувствуешь? — к молодому парню, сидевшему на ящике и безучастно наблюдавшему за разгрузкой транспортника с ранеными, подошёл обеспокоенный генерал Кеноби.

— Оби-Ван, я… — начал Энакин, переводя взгляд на друга и наставника. — Я знаю, кто ситх! — увереннее закончил он.

— Энакин? — нахмурился Оби-Ван, напрягшись. — Как? Откуда?..

— Он сам признался. Только что. Вернее, пару часов назад. — уточнил Энакин, скосив взгляд на свой комм. — Он думает, что… В общем, возможно, он считает, что… Оби-Ван, какая разница, почему и как я узнал?!

— Кто? — устало вздохнув, обречённо поинтересовался Кеноби.

— Канцлер, — выдохнул Энакин, сжав руки в кулаки.

— Что? — удивился мастер, невольно отступив от бывшего падавана на несколько шагов.

— Палпатин — ситх, — уверенно проговорил Скайуокер.

— Ты понимаешь, что тебе придется сказать, почему ты так считаешь, если не мне, то Совету и Сенату уж точно? — поинтересовался у него Оби-Ван. — Мы не можем просто так взять — и убить Канцлера Республики. Нам нужны доказательства…

— Сэр, простите, что вмешиваюсь, — услышали они внезапно голос Коди, который как-то незаметно подошёл к генералам, — но, кажется, я могу помочь вам… Генерал Скайуокер, помните слова Файвза о чипах и Кувалде?.. Мне Рекс рассказал… После смерти Файвза я лично попросил генерала Ти проверить, правду ли он говорил… — он перевел взгляд со Скайуокера на Кеноби. — И генерал согласилась, она извлекла мой чип, — клон дотронулся до правой стороны головы двумя пальцами правой руки, — и забрала его для изучения. После этого… — коммандер понизил голос, оглядевшись. — Генерал приказала в срочном порядке удалять чипы всем клонам-кадетам и клонам-солдатам, которые не находятся на миссиях… У нас целая подпольная лаборатория на нижних этажах Храма и, насколько я знаю, на Камино тоже… Может, вам следует поговорить с ней? Ей точно что-то известно.

— Не потому ли мастер Ти объявила о карантине на Камино — якобы из-за какого-то вируса? — ещё в середине речи Коди Энакин поднялся на ноги и теперь стоял, потирая подбородок типично Оби-Вановским жестом, и вопросительно смотрел на своего бывшего учителя. Уж лучше действовать, чем сидеть и горевать о том, чего не было и что могло бы быть, если бы они узнали раньше.

«А ведь это козырь Канцлера, — подумалось вдруг Энакину, — Если я не соглашусь на его условия, поступлю вопреки тому, что хочу, он может приказать клонам пойти против нас… Но ведь они не пойдут? Или пойдут, потому что приказ?..»

— Э, сэр? — услышал он немного взволнованный голос коммандера и только сейчас понял, что все это время стоял и смотрел на Коди, не мигая. — Генерал Скайуокер?

— Мастер Типли… «Убить джедая»? — озвучил свои мысли Энакин, проморгавшись и сфокусировав взгляд на клоне.

— Я не знаю, — показал головой Коди, — Генерал Ти ничего не объяснила, сказала только, что Файвз был прав и пострадал за правду, и что ей очень жаль, что она его не смогла защитить…

— Насколько я знаю, мастер Ти вроде должна быть сейчас где-то в Храме, — заметил Энакин, переведя взгляд на Оби-Вана. — Она прилетела буквально несколько часов назад с Камино. И кстати, когда я её встретил, предупредила меня о том, чтобы я ничего не планировал до конца дня, что она хочет поговорить со всеми членами Совета… Может, именно по поводу чипов?..

— Все может быть… — согласился с ним Кеноби. — Но мы должны знать наверняка. Надо найти Шаак. Сейчас.

— Не проще ли просто связаться? — поинтересовался Скайуокер, подняв руку с коммом. — Можно по нашей, джедайской частоте, если не доверяешь военной республиканской, — предложил он, видя, что наставник хочет что-то ему возразить.

— Хорошо, попробуем… Мастер Шаак Ти, вы меня слышите? Это Оби-Ван Кеноби, — что-то клацнув на коммуникаторе, проговорил Оби-Ван.

— О, мастер Кеноби, — явно обрадовалась Шаак. — Как хорошо, что вы нашли время связаться со мной! Я сама хотела, но боялась, что наврежу вашей миссии на Утапау. Кстати, как она?..

— Все хорошо, мастер Ти, — успокоил её Кеноби. — Мы уже в Храме, разгружаемся… Со мной рыцарь Скайуокер, и у него есть предположение о том, кто является ситхом… Но прежде, чем мы могли бы действовать, мне нужно знать, что вы узнали, исследовав чип-ингибитор коммандера Коди? Эта информация может нам понадобиться в скором времени, и мне бы хотелось знать, что именно узнали вы…

— Потом вы мне все расскажите, Оби-Ван, — предупредила его Шаак Ти. — Мне с помощью Ариса удалось узнать, что в этот чип помещено более ста разных приказов. В этих приказах много чего заложено, но для нас самые важные на данный момент — это Приказы Шестьдесят Шесть и Пятьдесят Семь: убить джедаев и расстрелять сенаторов, соответственно. На сколько мы поняли, эти чипы подключены непосредственно к той части мозга, которая отвечает за действия. И, скорее всего, их вживляют на стадии эмбриона, потому что ни одно медицинское устройство не «видит» чип: они воспринимают его как часть организма. Хотя я не очень понимаю, каким образом, — призналась в своей некомпетенции в этом вопросе мастер. — И из этого всего вытекает вот что: первое, клоны — это точно была не идея мастер Диаса; второе, есть кто-то, кто может отдать любой из приказов, и клоны его послушаются, несмотря ни на что: ни на свою принадлежность, ни на свое личное мнение и желание, ни на свои принципы, ни даже на приказы генералов…

— И тут вывод напрашивается сам собой: у кого сейчас в Республике неограниченные права? — задал риторический вопрос Скайуокер, хмурясь. Ему не нравилось то, что он услышал и до чего додумался сам.

— Это не обязательно Канцлер, — поняла мысль рыцаря Ти. — Это может быть кто угодно, по большому счету-то…

— Что-то мне подсказывает, что это таки Палпатин, — Оби-Ван перевел взгляд с комма на бывшего падавана, но произнёс, обращаясь к Шаак Ти: — Мастер, вы сможете приготовить обвинительную речь для Сената? Всю найденную вами информацию надо включить в речь… И ещё я вам скину на е-мейл все то, что мне удалось разузнать об этом всем до того, как началась война, — это тоже пригодится… Мы постараемся взять его живым, но не могу ничего обещать — у меня ну очень плохое предчувствие…

— Хорошо, Оби-Ван, — согласилась мастер Ти. — Будь осторожен. Возьми ещё кого-то из джедаев — кого найдешь, не иди в одиночку… Да прибудет с тобой Сила, Оби-Ван Кеноби…

— И с вами, мастер… Коди, собирай весь пятьсот первый. Всех, кто не ранен. Расскажи всем о чипе-ингибиторе, и всех, у кого его ещё не удалили, отправляйте в изоляцию на один из кораблей — без средств коммуникации, естественно. — распорядился Кеноби, отключив связь с Шаак Ти. — Мы с Энакином идём арестовывать ситха…

— Есть, генерал, — произнёс коммандер, став по струнке и отдав честь.

— И, Коди… — начал Энакин, внимательно посмотрю на клона.

— Да, сэр?

— Я знаю, что вы преданы нам, но все же… Скажи, пусть ребята сами выбирают: быть с нами или против нас… Подожди, дай договорить, — остановил его Скайуокер, видя, что Коди нахмурился и собирается что-то сказать. — Так же хочу сказать, что у них есть шанс просто уйти от этого всего. Я помогу. Думаю, как и большинство джедаев, — Энакин скосил взгляд на Оби-Вана.

— Я передам ваши слова братьям, — кивнул Коди. — Разрешите идти?

— Иди, — отпустил его Кеноби.

* * *

Сенат, кабинет Канцлера

Когда дверь кабинета открылась, к вошедшим, а это были мастера Оби-Ван Кеноби и Цин Драллиг с рыцарем Энакином Скайуокером, обернулся Канцлер Палпатин.

— О, магистр Кеноби! — улыбнулся он дежурной улыбкой. — Вы вернулись! Это значит, что я могу поздравить вас и всю Республику? Генерал Гривус уничтожен?

— Именем Галактического Сената Республики вы арестованы, Канцлер! — спокойно, отчётливо и громко произнёс Кеноби.

— Вы угрожаете мне, магистр Кеноби? — приподнял брови Палпатин, подходя ближе.

— Вы обвиняетесь в выдаче важной информации КНС, в дезинформации офицеров Великой Армии Республики. Вы — предатель, Канцлер. Вашу участь решит Сенат. — Оби-Ван профессионально сдерживал свой гнев, видя, насколько спокойно ведёт себя Палпатин.

— ЭТО Я — ВАШ СЕНАТ! — провозгласил ситх.

— Ещё нет, — спокойно возразил Оби-Ван, выходя вперёд.

— Это измена, магистр, — прошипел Палпатин и, достав из рукава клинок, активировал его и практически сразу же напал на Кеноби.

— Это вы предатель, Канцлер, — парировал Кеноби, отбивая удары ситха. — А теперь ещё, как оказалось, и ситх к тому же. Сдавайтесь, иначе мне придется вас убить! Чего мне как пацифисту не хотелось бы делать — и так слишком много крови у меня на руках, как для джедая…

«Сила, что я несу?» — пронеслась мысль в голове у Оби-Вана, когда он закрыл от удара клинка Сидиуса незащищенный бок Цина.

Битва продолжалась уже несколько минут, прежде чем Сидиус наконец-то почти сдался, использовав Молнии Силы — трюк, который был подвластен только сильным представителям Темной Стороны Силы.

— Энакин, у нас нет выбора, придется… — начал было Оби-Ван, но его перебил ситх:

— Я в силах спасти твою любимую! — отчаянно прокричал Палпатин. — Ты должен выбрать!

— Энакин, что с сенатором? — нахмурился ещё сильней Кеноби, на секунду отвлеклись, что чуть не стоило ему отсечённой руки — спасибо Драллигу, который решил притянуть свой клинок с помощью Силы. Ему это удалось, но встать он так и не смог, очевидно, что у него как минимум сильное сотрясение мозга. — Цин, не лезь! — проорал он соорденцу.

— Э-э, с каким сенатором? — не сразу уловил суть вопроса Энакин. — Мастер, вы знаете? — через несколько секунд все же дошло до него.

— То, что у тебя с сенатором очень даже не дружеские отношения? — уточнил, улыбаясь Кеноби, отбивая очередную молнию от Сидиуса. — Давно. Я же тебя знаю, возможно, даже лучше, чем себя самого, Эни… Вообще-то, я даже старался прикрыть ваши отношения перед проницательным Винду и Советом… Единственное, чего я не знаю точно, так это того, на сколько далеко все зашло…

— Дальше некуда, — признание Энакину далось довольно-таки легко.

— Этого следовало ожидать, — пожал плечами Кеноби, отбивая ещё одну атаку Канцлера и сразу же после этого закрывая Драллига собой и принимая Молнию Силы, которая предназначалась ему, на свой сейбер. — Ты всегда был своевольным…

— Я вам не мешаю? — насмешливо поинтересовался Сидиус.

— Есть немного, — признался Оби-Ван.

— Так, может, я пойду выйду, а вы тут поговорите? — предложил ситх. — Заодно, твой ученичок, возможно, расскажет тебе и о Татуине с тускенами?.. Энакин, ты действительно думаешь, что джедаи спасут твою девушку? А как же «Отпустить ты должен скорее всё то, что ты потерять боишься»? Они ничего не сделают, Энакин. Случится то, что случилось с твоей матерью. Только я могу помочь Падме…

— Энакин, — позвал его Оби-Ван, видя, что тот колеблется, переводя взгляд, который стал каким-то потерянным и отчаянным после слов Палпатина, с него, Оби-Вана, на Канцлера и обратно, и как при этом дрожит его клинок, чего раньше он не видел в Энакине, и возможно, именно это придало ему сил сделать следующий отчаянный шаг. — Мы об этом никогда откровенно не говорили, но… ты же знаешь, что… Ты мне как брат? Нет, не так… ты и есть мой брат. Всегда был и будешь, Эни. Несмотря ни на что… Я всегда за тебя и с тобой, что бы ты ни натворил… Хотя и могу при этом иногда… Эм… Высказаться не очень лестно. — при этих словах Кеноби посмотрел Скайуокеру в глаза, и этого отвлечения хватило Сидиусу, чтобы нанести смертельный удар клинком.

И вот Оби-Ван Кеноби, мастер-джедай, член Совета Джедаев, знаменитый Переговорщик, Идеальный Джедай, Победитель Ситха, генерал Великой Армии Республики — и ещё куча эпитетов — выронил свой сейбер, судорожно вздохнул, сморщился от боли и плавно осел на пол, зажимая обеими руками нанесённую ему рану, хотя знал, что она смертельна.

— МАСТЕР, НЕТ! — отчаянный крик Энакина слышал, наверное, весь Сенат, как и смех Палпатина. — Ты поплатишься за это, ситх!

И только тогда Палпатин понял, какую ошибку он только что совершил…

— Ты специально подставил себя под удар, — невнятно прошептал Энакин, неверяще смотря на тело наставника. — Ты дал себя убить, только чтобы я не перешёл на Тёмную Сторону и не стал тем, с кем поклялся бороться… Учитель, зачем?! Зачем… — простонал он, пряча лицо в ладони, всхлипывая.

— Он считал себя виноватым, — услышал вдруг Энакин хриплый голос за спиной и через мгновение почувствовал руку у себя на плече. — Перед тобой.

— Что?! Почему? — удивился он словам мастера Эйрин, ведь к нему подошла именно она, что Скайуокера не удивило: она была другом Оби-Вана ещё с ясельного возраста.

— Потому, что считал, что не смог дать тебе то, что смог бы дать Квай-Гон Джинн, — заметила она, грустно посмотрев на Энакина, который при виде подруги своего мастера сорвался с места.

— Что? — опешил от такого тот. — Да он был самым лучшим и самым терпеливым мастером! — возмутился он, неосознанно повысив голос.

— Я знаю, — губы мон-каламари дрогнули в еле заметной улыбке, когда она сквозь Силу почувствовала искреннее возмущение Энакина, — и говорила об этом Оби…

— Но этот «любитель самоистязания», — услышал Скайуокер другой голос, с противоположной стороны от койки, на которой лежало тело Оби-Вана, и, повернувшись, увидел того, кого ожидал тут увидеть меньше всего. Хотя в какой-то степени этот приход тоже был предсказуем, — не верил ни Бент, ни Гару, ни мне, ни даже Сири…

— Мастер Вос! — поражённо воскликнул Энакин, повернувшись на голос.

— Последний раз это обращение я слышал от Эйлы, — заметил Квинлан. — И давай это так и оставим? — предложил он. — Зови меня Квин… В крайнем случае, Квинлан.

На это замечание Энакин лишь кивнул.

— Я провела Квина, чтобы он смог попрощаться с Оби, — снова встряла в разговор с объяснениями Бент. — Все же они были друзьями, несмотря ни на что.

— К сожалению, на самом погребении я не смогу быть, — вздохнув, заметил Вос, выйдя под тусклый свет лампы.

— И неудивительно, — прозвучал ещё один голос от двери, которая скрипнула, открываясь. — Ты в курсе, что тебя ищут по всей Республике, морда ты ситхская?! — это прозвучало то ли возмущённо, то ли обрадованно, Энакин так и не понял до конца. — А ты тут, на Корусанте, в средоточии клонов и джедаев! Как, ситх возьми, тебя ещё не поймали?!

— Побежишь Совету жаловаться? — иронично вопросил Вос, выгнув бровь. — Или сам им меня притащишь?

— Кретин! — как-то слишком обиженно выдохнул Гарен Мульн, подойдя ближе к киффару и треснув его по затылку. — Я и так потерял сегодня одного друга и не хочу в этот же день потерять другого — по его же глупости!

— Гар, я… — смутился Квинлан, что Скайуокеру было видеть в новинку.

— Проехали, — качнул головой Мульн. — Мы тут не выяснять отношения собрались… Кто-то сообщил Тано? Она всё-таки была его гранд-падаваном…

— Я попросила мастера Пло связаться с Асокой, — ответила на его вопрос Бент.

— Зачем? — вздохнул Энакин, потерев и так красные воспалённые глаза. — Зачем вы ещё и Шпильку сюда впутываете…

— Думаю, она захочет тоже попрощаться с ним, — пояснила Эйрин, подойдя ближе к Энакину и положив руку ему на плечо, как бы пытаясь успокоить, ведь как целитель она видела, что тот уже на грани. — В любом случае, она бы узнала о смерти Оби-Вана…

Одна Сила знает, сколько бы продлился этот разговор, если бы не услышанные вовремя шаги.

— Вос, слейся с Тенью, — шепотом вдруг гаркнул Мульн, — и молись Силе, чтобы это был не мастер Толм или кто-то другой из ваших.

* * *

Почти в то же время. Где-то на просторах космоса, в звездолёте, летящем на Корусант.

— Мастер Пло? — сказать, что Асока Тано удивилась внезапному вызову с Корусанта, да ещё и из Храма Джедаев, — это не сказать ничего. — Что-то случилось? Энакин? Сенатор Амидала?..

— 'Сока, подожди, не спеши, — голографический Пло Кун поднял руки в останавливающем жесте и, когда Асока замолчала, продолжил: — Со Скайуокером и сенатором все в порядке… Дело в Оби-Ване Кеноби… Он умер, был убит ситхом.

Знал бы кто, как Пло Кун не любил приносить плохие вести, но кто-то же должен был? Тем более, что кроме Энакина, он, наверное, лучше всех знал Асоку, хотя по тому злополучному делу почти год назад и не скажешь… Но всё-таки он надеялся на это.

— Что? — как-то слишком флегматично отреагировала на эту весть Тано. — Это точно? Он не снова где-нибудь под прикрытием?

Кун понимал скепсис девушки, ведь Кеноби уже один раз «умирал», это если не считать того раза, на Джабииме, когда его считали мертвым все, кроме Энакина. Падаван надеялся до конца и в итоге оказался прав. Но Тано тогда была лишь юнлингом…

— Энакин в курсе? — в это время закидывала мастера вопросами тогрута. — В любом случае, мы уже летим на Корусант. Можете передать остальным советникам, что мы поймали Мола.

— Рыцарь Скайуокер был с ним в этот момент, как и мастер Драллиг, — пояснил ей Пло, — Подробности узнаешь уже по прибытии. Я сообщу о твоём удачном завершении миссии, хотя, думаю, им сейчас не до этого… До связи, да пребудет с тобой Сила, падаван 'Сока…

— И с вами, мастер Пло, — грустно кивнула на прощание Асока, даже не уточняя того, что она больше не является падаваном.

* * *

Корусант, Храм Джедаев.

«Оби-Ван, зачем ты сделал это? Зачем спас меня, подставив себя? Неужели настолько глубоко был уверен, что из тебя плохой наставник? Почему ты об этом не говорил со мной? А ведь я ещё и масла в огонь твоей неуверенности подливал…» — печально размышлял Энакин, поднимаясь с нижних этажей.

* * *

Почти семь лет назад. Корусант, Храм Джедаев, комнаты Кеноби-Скайуокер.

На диване в гостиной сидел подросток лет пятнадцати. Он хмурился и еле сдерживал злые слёзы. Его руки были сложены перед грудью в защитном жесте; он исподлобья посмотрел сначала на своего наставника, а потом в пол. Наставник же в это время стоял перед ним, уперев руки в бока. Тоже хмурый. И раздраженный. Оба молчали вот уже минуты две.

— Что скажешь в свое оправдание, молодой человек? — первым не выдержал учитель, который и без разборок со своим учеником был на взводе. Ученик это отлично чувствовал, но вместо того, чтобы как-то сгладить ситуацию, намеренно все только ухудшал.

— Вы о чем, мастер? — поинтересовался тот, подняв наконец-то свой взгляд от обуви и уверенно посмотрев на учителя.

— То есть ты не понимаешь? — прошипел порядком раздраженный нставник. — Издеваешься?

— Я. Не понимаю. О чем вы. Мастер Кеноби, — раздельно и твердо произнёс подросток.

— Энакин, я так много прошу? — поинтересовался устало Оби-Ван, потерев порядком уставшие глаза — миссия из легко-банальной внезапно превратилась в сложную. Впрочем, как всегда. Стоило ли надеяться на что-то иное с его-то везучестью? — Меня не было всего две недели, падаван. Две ситховых недели! И ты за это время успел достать всех преподавателей. Всех, Энакин, без исключения! Я только-только вернулся с задания, и ко мне тут же подбежали два твоих учителя, и это при том, что я только что сошел со звездолёта. И сразу же начали капать на мозг тем, какой ты неуравновешенный, неусидчивый, высокомерный… К тому же не выполняешь домашние задания, а если и выполняешь, то абы как. Энакин, что с тобой не так? Мы ведь это уже проходили, лет эдак пять назад!

— Шесть, — поправил его Энакин. — Подобный разговор у нас был шесть лет назад, в этом и проблема… Зачем вы взяли меня в падаваны, мастер? Я же вижу, что не особо вам нравлюсь… Тогда зачем? Могли бы с чистой совестью оставить меня на Набу. Обещание обучить меня давал Квай-Гон, а не вы. Зачем тогда вы взяли выполнение его обещания на себя? Вы — не он! — сказал как припечатал Скайуокер, даже не замечая того, что делает своими словами больно наставнику. — И никогда им не будете!

* * *

Два года до этого. Корусант, Храм Джедаев.

Падаван бежал по коридору храма, не обращая внимание на окрики своего учителя. Его глаза были полны невыплаканных слёз, которые мешали ему видеть, но мальчику сейчас было все равно, он стремился побыстрее закрыться в своей комнате и не слышать обидных слов от человека, которого считал как минимум своим другом, старшим товарищем.

— Энакин, стой! — уже вбежав в общую для них гостиную, услышал он. — Кому говорю, стой!!!

— Вы мне не хозяин и не отец, чтобы командовать мной, мастер! — крикнул в ответ Энакин перед тем, как захлопнуть дверь своей спальни чуть ли не перед носом наставника.

И уже не смог видеть, как возмутили и огорчили его слова молодого человека, так стремившегося дать мальчику то, что было у него с его учителем… И, конечно же, не слышал его слов, сказанных как бы самому себе:

— Прости, Эни… Очевидно, из меня плохой учитель, если я не могу тебе объяснить очевидного… Прости, Квай-Гон… Я правда стараюсь сдержать данное тебе слово… Но кто бы знал, как порой это трудно… — прошептав это, Оби-Ван ссутулившись, побрел в свою комнату — дописывать отчёт о миссии.

* * *

Корусант, Храм Джедаев. Наше время.

— Скайуокер, чтоб тебя!.. — внезапно прервал чей-то сердитый голос воспоминания Энакина, и он резко обернулся и чуть не впечатался лбом в лоб Феруса Одина, но тот успел затормозить, притом схватив Энакина за плечи, отчего тот еле заметно поморщился — у Феруса была довольно сильная хватка. — Прости, — извинился Олин, отпуская Скайуокера и отходя от него на несколько шагов. — Если бы я тебя не хватанул, то мы бы впечатались лбами. — объяснил он очевидное.

— Что ты хотел? — устало и не слишком приветливо спросил Энакин, не обратив внимание на извинения.

— Собственно, я хотел выразить тебе своё сочувствие, — не обидевшись на резкий тон Скайуокера, ответил Ферус. — Знаю, что тебе сейчас чьи-либо сочувствия на хрен не нужны, я ещё помню своё состояние после смерти мастера Сири… Но если тебе надо будет с кем-то об этом поговорить — я на пару дней остановился у сенатора Майи Тринс на Республиканской, пятьсот. Обещаю не бить и не затрагивать то прошлое, которое ты не захочешь, — пообещал Ферус, на что Энакин лишь раздражённо фыркнул.

— Олин, ты настоящая заноза в з… — начал он зло, но Ферус его перебил:

— Да-да, я в курсе, Скайуокер. — покивал он. — Я тебя так же очень «люблю», до встречи, — и, не обращая больше внимания на пыхтевшего в раздражении, как ёжик, джедая, направился прочь из храма.

* * *

Через несколько часов. Тот же Храм Джедаев на Корусанте.

Энакин Скайуокер одиноко сидел в позе для медитации посреди личной комнаты погибшего наставника, медленно вдыхая и выдыхая воздух. И пытаясь откинуть все мысли и воспоминания, но у него это не сильно получалось. Возможно, именно поэтому он почувствовал приход Асоки раньше, чем та постучалась в дверь и вошла.

— Так и знала, что найду тебя здесь, мастер, — охрипшим голосом произнесла тогрута, подойдя к открывшему глаза, наставнику. — Правда, сначала пришлось побывать у… В подвале. Там застать тебя сейчас было бы куда логичней, — заметила она.

— Я там и был, — не менее охрипшим голосом ответил ей Энакин, поднимаясь на ноги, — часов девять назад, — уточнил он, посмотрев на голочасы, висевшие напротив кровати.

— Я до сих пор не верю, — призналась Асока, — Хоть и видела буквально только что его тело…

— Я тоже, — признался Энакин бывшей падаванке, — Для меня сейчас как страшный сон… Постоянно ожидаю того, что он войдёт в комнату и поинтересуется, что я тут делаю.

Энакин стоял напротив Асоки и как-то слишком растерянно и расфокусировано смотрел на неё. Ей было непривычно видеть такой взгляд у этого человека. Даже тогда, когда Оби-Ван «умер» в прошлый раз, Энакин не выглядел настолько растерянным и подавленным. Безэмоциональным. Сломленным. Тогда в нем бурлили гнев и жажда мести, которые пугали Тано, а сейчас… А сейчас из него как будто высосали жизнь. Вернее, жажду к жизни. Желание жить. Дышать. Радоваться… Испытывать вообще какие бы то ни было эмоции. И это не на шутку пугало Асоку. Но она не знала, что делать.

В прошлый раз она говорила об этом с мастером Пло, что вряд ли сможет сделать сейчас. Нет, мастер, конечно, вряд ли будет прятаться от неё, но… Некая неловкость между ними будет. Да и самой Тано не сильно хотелось общаться с кем-то из Ордена, за исключением Энакина и, может быть, ещё пары-тройки разумных…

— Мастер Энакин, — выдала вдруг она, сама от себя не ожидая, что назовет его так. — Мне очень-очень жаль! — заканчивала предложение Асока уже со слезами в глазах.

— Шпилька… — прошептал Энакин, сфокусировав взгляд на ней и раскрыв объятия, которые девушка с удовольствием приняла. — Спасибо, что ты здесь…

— Всегда, мастер… — произнесла она в его плечо, но он расслышал ее слова, — Всегда, когда буду нужна, я буду рядом с тобой, Энакин. Обещаю.

* * *

Какая-то планета со средним климатом. Пляж.

— Серьезно? — удивилась Асока в голос, увидев идущих ей навстречу, и её губы разъехались в улыбке. — Признавайся, Падме, каким образом ты заставила Энакина всё-таки пойти на пляж? Он же ненавидит песок!

— И это ещё не всё новости, Аси². Папа решил наконец-то поддержать нашу спонтанную традицию, и полетит на Бунта Ив Классик, которые будут проходить в этом году, чтобы поддержать Джинна, — выдала отца Лея, обняв Асоку и девочку, стоявшую рядом с ней.

— Хо-хо, — прокомментировала донельзя удивлённая женщина. — Что вы ему пообещали взамен, скайкидс³? Просто так он бы ни за что не согласился. Проверено лично мной.

— Они не будут расспрашивать Феруса о падаванчестве Эни, — улыбаясь, к ним подошла Падме.

— О-о-о, — удивлению Асоки не было предела, — Скайкидс, а вы знаете, что во время между миссиями пятьсот первого, когда ваш отец занимался всякими разными нужными делами, Оби-Ван Кеноби рассказал мне очень много интересного о падаване Скайуокере?Просто так он бы ни за что не согласился. Проверено лично мной, — интригующе подвигав бровями, проинформировала младшее поколение Скайуокеров Асока.

— Шпилька… — предупреждающе произнёс Энакин, грозно смотря на подругу.

— Я уже почти тридцать лет «Шпилька», твоими стараниями, Скайгай, — хмыкнула Асока, никак не впечатлённая грозным видом названого брата. — И это твой взгляд а-ля «кто посмел?!» — на меня не действует, ты же в курсе? Никогда не действовал, на самом деле… — уточнила бывшая Тано.

Ответом ей был дружный смех всех присутствующих, кроме Скайуокера, который лишь устало покачал головой.

— Э-э-э… — озадачилась Асока, отстраняясь от него через какое-то время. — У меня сейчас было видение. Вроде, — она говорила как-то не слишком уверенно.

— Что ты видела? — насторожился Энакин, отпуская её.

— Эм-м-м… Тебя и Падме, только более… Более взрослых, что ли? — неуверенно предположила тогрута, вспоминая. — А ещё там была девушка… Две девушки: одна очень похожая на сенатора, а вторую я не видела. В видении она стояла сбоку, возле меня… Возле девушки, которую я видела, стоял ещё парень, он ничего не говорил… И ещё я почему-то, кажется, звала их «Скайкидс»… Энакин, ты ничего не хочешь рассказать? — прищурилась Тано, увидев, как Скайуокер напрягся ещё при словах о том, что одна из девушек была похожа на Амидалу.

— Это не только мой секрет, Шпилька, — вздохнул Скайуокер. — Если Падме даст добро, то мы тебе расскажем. В любом случае, ты узнаешь, — он вымученно улыбнулся. — Так или иначе… И спасибо тебе, у меня хотя бы груз ответственности за Падме свалился. Судя по твоему видению, она выживет, — как-то не очень внятно объяснился он.

— Понятно, что ничего не понятно, — нахмурились сильнее Асока, — В любом случае, ты мне все объяснишь, Скайгай, не увиливая! — и она ткнула кончиком указательного пальца ему в нос.

— Само собой, Заноза, — согласился Энакин, отклоняя её палец от собственного носа.

— Кстати, Скайгай, — вспомнила Асока, — по дороге к тебе я встретила рыцаря Мульна, и он попросил тебе передать, что они будут ждать тебя сегодня вечером у Декса. Он сказал, что ты поймёшь, о чем речь.

— Не меня, а нас, Асока, — поправил её Скайуокер. — Декс был другом Оби-Вана, думаю, он хочет устроить что-то вроде поминок. И потому собирает тех, кто хорошо его знал.

— Мы пойдем? — поинтересовалась у него Тано.

— Конечно, — пожал плечами Энакин, — Думаю, лучше вспоминать мастера с теми, кто его хоть немного знал, чем биться головой о стенку потому, что не смог предотвратить его смерть.

— Энакин… — протянула Асока, снова заключая его в объятия.

* * *

Корусант, закусочная Декса. Вечер того же дня.

Несмотря на то, что закусочная Декса была довольно популярным местом среди разного типа народа, её владелец и по совместительству главный шеф-повар сегодня на целый день закрылся. Причиной тому послужило его желание собрать вместе тех, кто был дорог Оби-Вану Кеноби, и тех, кому был дорог он сам. И закусочная, на удивление самого Оби-Вана, чей Дух присутствовал тут же, но не проявлял себя никак, была полна разного рода разумными: от криминально сброда до уважаемых сенаторов. Это уже не говоря о расовой разновидности присутствующих.

— Не вижу Энакина с Асокой, — прокомментировала Бент, держа в руке стакан с чем-то красным и немного дымящимся и оглядывая присутствующих, — Даже герцогиня Крайз тут, правда, не представляю почему. Они вроде пару раз только виделись…

— Думаю, что она тут скорее в память о своей кузине Сатин, предыдущей герцогине. Ведь она и Оби-Ван дружили. — заметил возникший из ниоткуда Вос, забирая стакан у Эйрин. Та не стала возмущаться, заказав себе такой же напиток ещё раз.

— Эни, дружище, мне так жаль! — в этот момент они услышали голос владельца закусочной, который, судя по всему, обращался к только что пришедшему Скайуокеру.

— Спасибо, Декс… — пробормотал джедай на это уже где-то в районе груди басилиска, потому что тот его обнял и прижал к себе.

— Сенатор Амидала, падаван Тано, рад видеть и вас. — приветствовал Декс и девушек, пришедших вместе с Энакином, отпуская его.

— Зови меня Асокой, — качнула головой Тано, — я давно уже не падаван… Я ушла из Ордена.

— О да, слышал я об этом деле… — понятливо кивнул Декстер. — Поделишься подробностями? Не сильно я верю официальным каналам… А Оби-Ван с Энакином не хотели обсуждать это.

— Я и сейчас не хочу, — открестился Скайуокер. — Не для этого тут мы.

— Эм-м, Эни? — услышали они напряжённый голос сбоку от Энакина.

— Падме, что?.. — начал Энакин, поворачиваясь к ней, но практически сразу остановился, заметив, что все разговоры стихли с их приходом и большинство смотрят на Падме. Ну, собственно, их можно было понять. Не каждый день увидишь в обычной закусочной сенатора, а тем более беременного сенатора…

— Ой, что сейчас будет… — протянула Шпилька, переходя от Энакина на другой бок и становясь немного за Амидалой — обычное место телохранителя, которого Падме оставила в сенатских апартаментах, правда предупредив, что она уходит с джедаями.

— Падме, рыцарь Скайуокер, Асока, рад видеть вас, — раздался из толпы мужской голос, который стал катализатором для того, чтобы продолжить прерванные разговоры. — Печально, что мы собрались здесь по такому поводу, — продолжил сенатор Органа уже тише, подойдя к вновь прибывшим. — Сожалею о такой потере. Оби-Ван был не только истинным джедаем, как окрестил его Совет, и не только потрясающим Переговорщиком, как говорят газеты, он был отличным другом и превосходным генералом.

«Оби-Ван ведь считал сенатора Органу другом, — вспомнил Энакин сказанные когда-то наставником, рассматривая Бейла, — Синяки под глазами, осунувшиеся лицо, общий усталый вид… Скорбит по другу или просто устал?» — задался он несвоевременным вопросом.

— Оби-Ван был мне другом, — как будто прочитав мысли Скайуокера, произнёс Бейл, — Настолько, насколько могут быть друзьями сенатор и джедай, — горько улыбнулся он.

**

Весь этот вечер в закусочной Декса вспоминали знаменитого Переговорщика, идеального Джедая, мастера Соресу, Верховного Генерала ВАР и просто хорошего друга и товарища, мастера-джедая Оби-Вана Кеноби.

За этот вечер Энакин узнал много нового о своем погибшем учителе. Многое из того, что он слышал, было предсказуемо и в стиле Оби-Вана. Но большая часть удивила молодого рыцаря. Особенно истории с агрокорпусом и про временный уход из Ордена, когда Оби-Ван не захотел улетать с Мелиды-Даан — рассказанные близкими друзьями мастера: мастерами Бент Эйрин и Квинланом Воссом и рыцарем Гареном Мульном. А ещё его очень удивило упоминание того, что будучи юнлингом, а потом и падаваном, Оби-Ван был очень эмоционален и импульсивен. И что только его друзья знали, насколько его учителю было сложно в тот период следить за своими эмоциями, и что у него был страх пасть на Тёмную Сторону, как это случилось с Ксанатосом, предыдущим учеником Квай-Гон Джинна. Это было то, из-за чего он был к себе слишком требователен, и порой его действия доходили до идиотизма. Такого, например, как после сложной миссии, где его серьезно ранили или не дай Сила, пытали, он намеревался пойти сдавать отчёт Совету или заняться проблемами легиона или его команды, которая всегда с ним на миссиях, хотя этим могли бы заняться и Энакин с Асокой…

С каждым рассказом Скайуокер все больше понимал, что никогда по-настоящему не знал своего наставника. И это его все больше расстраивало, ведь он думал, что хорошо знает Оби-Вана, а оказалось…

— Мне жаль, что мы с ним так и не узнали друг друга… — неожиданно за спиной Энакина, который только что вышел из закусочной, чтобы отдохнуть от её шума, раздался мужской голос. — Потому… Я Фимор О’Тейчи.⁴ — представился он, протянув руку для пожатия, когда Скайуокер повернулся на звук его голоса.

— Энакин Скайуокер, — представился в ответ молодой рыцарь, хотя и подозревал, что Фимор знает, кто он такой — впрочем, это было взаимно, — пожав протянутую руку. — Я знаю вас. В смысле, наслышан. От мастера… Своего мастера… От Оби-Вана, — зачем-то уточнял он.

— Оби-Ван интересовался мной? — старший рыцарь-джедай приподнял брови в удивлении, для него это было новостью.

— Будучи падаваном, я случайно подсл… эм… услышал разговор Оби-Вана с магистром Йодой. Он интересовался у магистра, не было ли у Квай-Гона ещё учеников, кроме него и Ксанатоса. Йода ответил, что был один, и назвал ваше имя, — рассказал Скайуокер. — А потом Оби-Ван рассказал об этом мне, когда я поинтересовался устройством Ордена после того, как услышал, как одна падаванка рассказывала нашей одногруппнице, что больше проводит время со своим гранд-мастером, чем с мастером.

— Ясно, — горько хмыкнул Фимор, неловко топчась на месте. — Жаль, что после того, как узнал это, он не подошёл ко мне… Знаешь, сначала мне было обидно, ну, когда Квай-Гон взял-таки Оби-Вана в ученики, после Ксанатоса, а со мной так и не разговаривал, как будто это я был виноват в том, что Ксанатос перешёл на Тёмную Сторону, — фыркнул он. — Но потом, смотря на своих друзей, которые общались не только со своими мастерами, гранд-мастерами и падаванами, но и с так называемым побочными линиями, то есть с другими учениками своих учителей… Я как-то затосковал, знаешь, — признался он.

— Но так и не подошли к Оби-Вану, как и он к вам, — подытожил Энакин, переведя взгляд с лица собеседника куда-то ему за плечо. — А вот это моя падаванка, которая вскоре станет рыцарем, Асока Тано, — представил ее Скайуокер, а Фимор в это время с удивлением полуобернулся к только что вышедшей девушке. — Шпилька, это мастер Фимор О’Тейчи. Он, как и Оби-Ван, был падаваном мастера Квай-Гон Джинна…

— Рыцарь, — поправил Фимор Энакина. — Я рыцарь. Так уж вышло, что я ещё ни разу не взял себе ученика. — объяснил он. — Рад знакомству, падаван Тано, — старший рыцарь чуть склонил голову.

— Мне тоже, мастер Фимор, — устало улыбнулась Асока. — Не знала, что у мастера Оби-Вана был брат…

— Поверь, Шпилька, Оби-Ван сам не знал до определенного момента, — хмыкнул Энакин.

— Почему «Шпилька»? — удивился Фимор, переводя взгляд с Асоки на Энакина и обратно.

— О-о-о, это повелось ещё с первой нашей встречи на Кристофсисе… — как-то очень уж воодушевлённо начал Скайуокер. — Тогда именно Оби-Ван жаждал нового падавана, а никак не я, и потому… — и Энакин рассказал ему о той миссии.

Естественно, без комментариев Тано не обошлось. А как же иначе?

"So let the light guide your way, yea

Так позволь же свету вести тебя, да,

Hold every memory as you go

Сохраняя все воспоминания по пути.

And every road you take

И каждая пересеченная тобою дорога

Will always lead you home

Всегда приведет тебя домой,

Hoooooome

Домооооой.»

Через двадцать лет после победы Республики в Войне Клонов: Набу. Озёрный край

— Дядя Оби, может все-таки покажешься папе? — попросил юноша, стоявший в это время на берегу одного из набуанских озёр и любуясь закатом. Его светлые волосы трепал лёгкий ветерок, потому Люку (а это был именно он — старший сын Энакина) приходилось периодически отплёвываться от собственных волос, и убирать их назад, левой, не забактеризованной рукой. — Мне кажется, что он до сих пор винит себя в твоей смерти, — заметил он.

— Эни… — тихо произнёс чей-то голос, слева от Скайуокера. — Я так надеялся, что со временем он свыкнется с тем, что это был мой осознанный выбор, но видимо мой падаван ещё упёртей, чем я думал.

— Папа рассказал мне о том, что тебя дважды до этого хоронили, — вдруг признался Люк, повернул голову влево, смотря в глаза своему, невидимому для остальных, наставнику, который призрачно мерцал. — О Джабииме и Рако Хардине. — уточнил молодой человек. — Возможно именно поэтому ему трудно принять твою смерть? — предположил он.

— Я поговорю с ним. — согласился Кеноби, прикрыв глаза, и по инерции проведя рукой по бородке. Он всегда так делал когда серьёзно о чём то задумывался, — и этого не смогла изменить даже смерть. — На самом деле, давно пора, но…

— Волнение — это нормально, — заметил Люк, улыбнувшись, И полностью повернувшись к Духу, — не каждый день ты кому-то появляешься, и говоришь: «Привет. Да, я знаю, что умер. Ну вот он я. Сила посчитала меня достойным для того, чтобы сделать Духом». — закатил глаза парень, попытавшись скрестить руки, но вовремя вспомнив, что пока это было было сделать затруднительно, точнее невозможно.

— С-Скайуокеры, — выдохнул Оби-Ван. — вы все просто до жути прямолинейные…

— Не все, — мотнул головой Люк, — Вот Мия — копия мамы. У Джина и меня тоже есть её черты — ты сам так говорил… да и, многие общие знакомые родителей это подтверждают при каждом удобном, и не очень, случае.

— Что есть, то есть. — согласился Дух.

* * *

Набу, Озёрный Край, вилла «Nova Espero», мастерская Энакина. Через несколько дней после последнего разговора Люка с Духом Силы Оби-Вана Кеноби

Энакин был в процессе совершенствования очередной звёздо-техники. На этот раз собираясь подарить этот под своему младшему сыну но ближайшее день рождения.

«Кажется он всерьёз собрался продвигаться в гонщики-ассы, — улыбнулся своей мысли бывший рыцарь-джедай, а ныне знаменитый техно изобретатель и меценат, продолжая тихонечко, себе под нос, напевать марш Великой Армии Республики, мелодия которого со временем стала гимном той же армии. — На самом деле иронично то, что никто из малышни не захотел становиться официально джедаем. Хотя Лея с Люком все-таки пошли по нашим стопам, в какой то степени. Лея стала сенатором от, как ни странно, Кареллии. Люк решил поступать в одну из новообразовавшихся, после войны, военных академий, и почему-то выбрал для этой цели… Татуин… До сих пор не знаю кому взбрело в голову основать там военную академию, но мысль была неплохой. Сейчас там определённо лучше, чем было двадцать лет назад… Офицеры-преподаватели хвалят его, — вспомнил свой последний разговор с адмиралом Юлареном, Энакин, — и вообще, приятно понимать, что вырастил «ответственных молодых людей», а не очередное пополнение в компанию «золотой» молодёжи. Мы с Падме — молодцы. хотя я не был уверен, что со своим характером и после всех тех кошмаров, снившихся мне о беременной Падме, я смогу быть не то, что хорошим отцом, а вообще хоть каким-то…»

— Ты не изменяешь себе, — внезапно вырвал Энакина из его мыслей мужской голос, — я так и знал, что найду тебя именно в мастерской, потому что никого из семьи больше в доме нет в данное время.

— Оби-Ван?! — изумлённо вскрикнул Скайуокер, и забыв, где находится — стукнулся лбом об какой-то шланг, торчащий с раскуроченного днища спидера. — …! — по привычке выругался на хаттэзе он, вылазя из-под днища, прижав левую «живую» ладонь ко лбу.

— Падаван! — возмутился Оби-Ван по поводу лексики Энакина, скорее по привычке.

— … ! — дополнительно выдал бывший падаван на мандало”а, ощутив ладонью что-то мокрое, и только потом, после того, как встал, он понял, что это была кровь.

— Таких оборотов даже я не знаю, — забывшись, восхищенно произнёс Кеноби, — А ведь я больше года провел на Мандалоре, общаясь на их языке…

— Ты реально хочешь сейчас поговорить со мной о моей лексике? — не поверил Энакин, удивлённо уставившись на призрачного Оби-Вана.

— Не каждый день удаётся удивить Энакина Скайуокера, генерала-джедая, Герой без Страха, отважного лидера пятьсот первого легиона, «что у всех девушек от пятнадцати до пятидесяти», героя клонических войн, мецената и знаменитого техноизобретателя. Я ничего не упустил? — иронично вздёрнув бровь, поинтересовался Кеноби.

— Ты забыл помянуть об «примере для подражания, отце и муже», — уточнил Скайуокер, вспомнив какими ещё эпитетами его награждала галактическая пресса, и то, как над этим всем ржала Асока и тонко улыбалась его Ангел. Дико ржать, как его названная сестра, Падме не позволял статус его жены. Ну она его должна, вроде как, поддерживать и вместе с ним возмущаться всем этим.

«Да, с такими близкими при всем желании не заболеешь «звездной» болезнью, — хмыкнул мужчина.»

— Ага, как же я мог забыть! Особенно два последних пункта, — закатил глаза Оби-Ван.

— Да, насчёт этого, мастер, — спохватился Энакин, став предельно серьезным.

— Я все понимаю, Эни, — отмахнулся от запоздалых объяснений падавана, мастер. — Вначале, когда я только узнал от Квай-Гона, мне была немного обидно, да. Но потом, вспомнив сколько раз я давал тебе повод не быть до конца со мной откровенным… В общем и целом я сам во всём виноват… в том числе, и в своей смерти. Если бы я видел дальше своего носа — ты бы не рос одиноким. Одиноким настолько, что бы поверить ситху: его речам и лести, которыми он дурил тебе голову. — взгляд Оби-Вана становился всё печальнее, пока он говорил. Настолько, а в итоге, Энакину захотелось обнять наставника. И он даже был готов это сделать, но вовремя вспомнил, что тот всего лишь дух — и опустил поднявшийся была руки, отступив на шаг назад, удивившись тому что он уже настолько близко подошёл.

— Что было, то прошло. — мотнул головой Скайуокер. — Не смотря ни на что — ты был самым лучшим, если и не мастером, в чем я в корне не согласен, то старшим товарищем… другом уж точно. — признание младшему мужчине далось нелегко, но он понимал, что сама Сила даёт ему шанс, — и что он определённо будет упертой бантой, если не воспользуется им по полной.

— Спасибо, — выдохнул Оби-Ван, тоже подавляя в себе порыв обнять бывшего ученика — и уже не потому что привязанности — это не очень хорошо, а потому что сейчас он этого не может сделать физически, — Знаешь, о чем я действительно сожалею так это о том, что всегда пытался быть сначала идеальным падаваном, потом таким же рыцарем и мастером… я стремился к этому, я считал это правильным. А в итоге потерял всё и всех. — Кеноби явно «прорвало». — Квай-Гона, Сатин, Сири, Квина… своим бездействием чуть не угробил своего гранд-падавана. Прислушавшись как всегда к разуму, а не к сердцу, как надо было бы. Как это сделал ты.

— Приятно услышать такие слова от гранд-мастера… даже спустя больше двадцати лет, — прокомментировал слова Оби-Вана женский голос, — Рада видеть вас, мастер Кеноби, хоть и несколько светящимся. — говорившая подошла ближе к мужчинам, которые синхронно повернулись в её сторону, услышав голос.