Занимательная рифмоплетика, или основы стиховодства (джен)

Я помню чудное мгновенье:

Вагон брусничного варенья

Явился мне на сон грядущий,

Мелькнув сквозь ветви райских кущей.

И несмотря на время года,

Готов я оды для комода

Зимой и летом сочинять,

Забыв о том, как есть и спать.

Едучи Ибицей на рикше,

Полулежа листаю Ницше;

В мечтах моих среди опилок

Следы от газонокосилок.

Я словно маршал Уайт Ирп,

Собратьям говорю — тевирп!

И обратить чтоб время вспять,

Готов хоть целый мир отдать.

По лесу катит Колобок,

Блестит на солнце жирный бок;

За ним — чеширский полисмен

С улыбкою на зависть всем.

Глаголет хлебобулке кот:

— Работай раб, плати налог!

Нужны нам новые налоги,

Чтобы прокладывать дороги!

«В том нет нужды у колобков,

Чтобы котам платить налоги.

Других ищите дураков,

Я ухожу!» — и был таков.

Сказав так, гордый Колобок

Затем улепетнул с дороги,

Подставив солнцу сальный бок

Подобно таксе Оги-Догги.

Стоял чеширский полисмен,

Хвостом обмахивая ноги

И думал: где же денег взять

Теперь на новые дороги?

Мораль поэмы такова,

Она проста, как дважды два:

Друзья, живите не по лжи —

Всегда пишите «ЖИ» и «ШИ».

Культур-мультур, тирьям-пам-пам,

Шнур, Бумбараш и Шарарам!

Культур-мультур, тирьям-пам-пам,

Шнур, Бумбараш и Шарарам!

ЦЕНОК

10.09.2019

Отсвет пентаграммы полнеба сожрал —

Страшись, грядёт Третий Интернационал!

Его пасть стозе́вна, от крови красна —

Лучших Русских людей он извёл несть числа…

Но где те герои, что спасут нас от бед —

Ужель в земле Русской витязей нет,

И Правда, и Честь захлебнутся в крови?

Восстань же, герой — сражайся или умри!

Но вот, в час беды поднялись казаки,

К бою готовы и духом крепки.

Они кровь свою в битвах пролили не зря,

С Верою в Бога за други своя!

Моло́х победил, но хвала казакам —

Им славу и честь воспоём сквозь века!

И правнуки наши услышат сквозь сон:

Молодость — Доблесть — Вандея — Дон.

24.01.2024

Senatus Populusque⁽¹⁾ и Urbi et orbi⁽²⁾ —

Сии слова я изрекаю гордо:

О Рим, священный Первый Рим —

На Тибре Вечный город!

Вельми прославленный в веках,

Стоит доселе на семи холмах

Град братьев Ромула и Рема,

Вскормленных волчицей.

Но с нашим — Третьим Римом

Ему всё же не сравниться!

11.05.2025

1) Первая часть латинской фразы «Сенат и народ Рима» (Senatus Populusque Romanus).

Вернуться к тексту

2) «К городу и миру» — латинское крылатое выражение, с которого в Древнем Риме начинались важные объявления.

Вернуться к тексту

Примечания:

Данное стихотворение — вольная переделка знаменитой считалочки о десяти негритятах из одноимённого романа Агаты Кристи.

Десять печенюшек готовились обедать,

Одна была надкушена — и их осталось девять.

Девять печенюшек в печи клевали носом,

Одна чуть подгорела — и их осталось восемь.

Восемь печенюшек к гостям несли затем,

Одну стащила кошка — и их осталось семь.

Семь печенюшек к столу подали вместе,

Одна размякла в молоке — и осталось шесть их.

Шесть печенюшек понесли на улицу гулять,

Одну склевали птицы — и их осталось пять.

Пятью печеньками с едою драку учинили,

Одна была раскрошена — осталось их четыре.

Четыре печенюшки ждал пикник у моря,

Одна упала на песок — и их осталось трое.

Трое печенюшек близ моря оказались,

Одну схватил ребёнок, и вдвоём они остались.

Двое печенюшек легли на солнцепёке,

Одна засохла — и одна осталась одинокой.

Последняя печенька на всё глянула устало,

Затем в море утопилась, и никого не стало.

01.07.2025

Примечания:

Как следует из названия, данная часть представляет из себя не полноценное стихотворение, а скорее набор связанных общей темой четверостиший.

Мы нитей судьбы

Плетём бесконечность,

Туда и обратно —

Отсюда и в вечность.

И если ты готов дерзнуть,

То сквозь хтоническую муть

И всю мистическую жуть

Ищи благословенный путь.

Блаженны те, кто в темноте

Без пламени узрели свет,

Ведь самый тёмный час

Перед рассветом ожидает нас.

Как и всегда — внезапно

Явлена милость Господня.

Будущее наступит завтра,

Но прошлое — не сегодня.

В присутствии Креста —

Как тополиный пух,

Упоминание Христа

Мне мой ласкает слух.

Во тьме безверия ночной,

При веры ярком свете дня —

Иисус Христос, о Боже мой,

Веди к спасению меня!

Мы с вами юны, и Господь ещё сподобит нас

Узреть Империи триумф и возрожденья час.

И Его Царство на земле, где смерти места нет —

Блаженны те, кто в темноте узрел Фаворский свет.

Отступило горе,

Спрятались невзгоды.

Мы сидим у моря

Под дождём погоды.

Ходит бесовичок по лесу,

Ищет семерых он злей себя.

Ходит бесовичок по лесу,

Муки душам грешников суля.

Уронил козлоногий сатир

В деревенский дощатый сортир

Золотой византийский статир,

Опрокинув вина перед этим потир.

Не блистав особой красотой,

Мнил, что зело я хорош собой.

Словно гусь хрустальный иль златой —

А на деле был обычный козодой.

Переполох и кутерьма,

Всегда их двое — свет и тьма.

Тралалело Тралала,

Каббала и Шангри-Ла.

Во тьме безверия ночной

И суете последних дней

Я знаю лишь — жираф большой

И верю, что ему видней.

Ох, и нелёгкая это работа —

Будучи сказочною Жар-птицей,

Из болота тащить бегемота,

Который не против в нём утопиться.

Радость — пламя неземное,

Райский дух, слетевший к нам!

Окрылённые любовью,

Мы вошли в твой звёздный храм.

Обнимитесь, все народы,

Слейтесь в радости одной!

И на краткий миг свободы

Станьте братья меж собой.

Скорбь отринь земной юдоли,

Взор подъемля к небесам.

Кандалы душевной боли

Сбросить можешь лишь ты сам.

Ах, какая была держава

Ах, какие в ней люди жили!

Как торжественно, величаво

Стяги Спаса по небу плыли!

«С нами Бог!» там повсюду звучало,

И народ жил в единстве со знатью.

И трёхцветные реяли флаги

С орлом чёрным в злачёном квадрате.

И по улицам стройным рядом

Шаг печатали чёрные сотни,

Воспевая своим парадом

Вездесущую Славу Господню!

* * *

Твой жребий — бремя Русских,

Ты с честью его неси,

Повторяя при каждом шаге:

«Господь, сохрани и спаси»!

Неси это гордое бремя,

К Победе тебя приведут

Три самые главные вещи —

Вера, Упорство и Труд!

Неси угнетённым собратьям

Свободу на Русском штыке!

Библию в левом кармане,

«Калашников» — в правой руке!