Звёздные войны: Похищение в Сенате (джен)

Давным-давно в далёкой-далёкой галактике...

ЗВЁЗДНЫЕ ВОЙНЫ

Повесть

ПОХИЩЕНИЕ В СЕНАТЕ

Прошёл год после победы над Едиными ситхами. Война выявила слабости Республики, и ситхи решили воспользоваться этими слабостями. Авторитет Республики и канцлера ХАМАТО ЗИОНО стремительно падает в Галактике.

Колонисты небольшой пустынной планеты Амбрия требуют вхождение своего представителя в Галактический Сенат и угрожают присоединиться к Первому Порядку в случае отказа. Амбициозный ДРАТИЛ ТРЕН готовится занять место помощника сенатора Амбрии. Под личностью Дратила Трена скрывается коварный лорд ситхов Дарт Долос, противник Единых ситхов, следующий доктрине Правила двух.

А пока ситхи воплощают в жизнь свои планы, герой Сопротивления и Республики рыцарь-джедай ЛИУНБ КАЛЛАТ, пробывший год после битвы за Коррибан на планете Эч-То, постигая Силу, возвращается в Республику и готовится стать мастером, но он не знает, что его ждёт по возвращении...

40 ПБЯ

Нар-Шаддаа

Нар-Шаддаа, крупнейшая луна Нал-Хатты, во многом была похожа на Корусант. Как и Корусант, Нар-Шаддаа была экуменополисом, то есть вся её поверхность была покрыта городскими постройками. Заслужив репутацию пристанища преступников и контрабандистов, Нар-Шаддаа имела сильные различия с Корусантом.

Если на Корусанте верхние городские уровни были безопасны и цивилизованы, а нижние представляли из себя трущобы, многие из которых были непригодны для проживания из-за сильного загрязнения воздуха, то почти вся Нар-Шаддаа была охвачена трущобным городским ландшафтом и перегруженными, загрязнёнными территориями, из которых выделялись резиденции хаттов.

Городская поверхность Нар-Шаддаа состояла из док-башен, посадочных площадок, грузовых складов, фабрик, жилых зданий, преимущественно трущоб, променадов и торговых площадей. Здания неровной формы, некоторые цилиндрические, некоторые многоугольные, выглядели как стволы каких-то деревьев, а население вокруг них — как снующие насекомые.

Пейзаж города-луны был построен анархически, так как каждый, кто платил достаточную сумму кредитов правящим здесь кланам хаттов, мог строить нерегулируемые собственные платформы, шпили, мосты и знаки в любом удобном для него месте, создавая навигационные опасности для транспорта в виде аэроспидеров и челноков.

Республиканские законы и запреты, в том числе запрет на работорговлю, не распространялись на "Луне контрабандистов". Достаточно было заплатить нужную сумму, и тогда глаза закрывались на любое беззаконие.

В Кореллианском секторе Нар-Шаддаа, впрочем как и на всей луне, преступность процветала. Профессиональные охотники за головами здесь могли найти лёгкую и прибыльную работу, выслеживая разыскиваемых преступников. Многих охотников за головами заказчики нанимали именно в этом районе, заключая сделки в местных кантинах.

Кантина "Пьяный гунган" как раз была одним из таких мест, где охотники за головами выпивали по кружке эля, искали заказы по убийству как маловажных, так и важнейших персон и получали вознаграждение в виде галактических кредитов.

Хозяином кантины был не очень худой балосар среднего, по меркам балосаров, возраста Дава Нар'дес. Его нетипичное для балосаров тучное телосложение компенсировалось нравом, полностью совпадающим со стереотипом о расе балосаров. Он был слабовольным, саркастичным и циничным эгоистом. В своей кантине он часто закрывал глаза на перестрелки, если, конечно, стреляющие заплатили ему за испорченную мебель. Правда, бывали случаи, когда его жадность его подводила, и Дава был на волоске от смерти.

В кантине Давы, помимо охотников за головами, останавливались пилоты-кореллианцы, заключали сделки неймодианцы, торговались тойдарианцы, играли в сабакк дуросы и салластанцы, мандалорцы полировали свои доспехи и стреляли по мишеням из бластеров, и почти всегда биты-музыканты играли здесь на духовых инструментах, известных как доренианские бешникели.

Дава встречал самых разных посетителей в своей кантине, но однажды в кантину "Пьяный гунган" зашёл гость, который не был похож ни на одного посетителя, которого Дава видел раньше. Таинственный гость был высокого роста, одет он был в чёрную мантию, а его лицо было сокрыто просторным капюшоном. Часть лица, не скрытая капюшоном, была окрашена в агрессивный ярко-красный цвет и покрыта чёрным орнаментом.

Когда человек подошёл к барной стойке, Дава обнаружил своими головными антеннами сильные эмоциональные колебания, исходящие от таинственного незнакомца. Антенны никогда его не подводили, всегда предупреждая его об опасности.

— Сидр? Эль? — боязливо спросил балосар.

— Не надо. Знаешь ли ты, где тут можно найти охотника за головами? — ответил вопросом незнакомец.

— Я храню конфиденциальность своих посетителей, — осмелев, сказал Дава. — Но я могу намекнуть за пятьсот кредитов.

Балосар уловил антеннами сильную эмоцию незнакомца — гнев. Незнакомец сжал кулак, и у Давы сдавило горло. Он пытался вдохнуть ртом воздух, но не мог.

— Где охотник? — переспросил человек, ещё сильнее сжимая кулак.

— Я... знаю одного, — импровизировал балосар и вспомнил того охотника, который был по уши в долгах и был должен даже ему. — Бомзи Динридж.

— Так-то же. — сказал незнакомец и разжал кулак. — Где он?

— Он здесь каждый местный день бывает. Скоро придёт, если он ещё нового заказа не получил, — трусливо ответил балосар и добавил. — Может рома за счёт заведения?

Незнакомец ничего не ответил. Он отошёл к свободному столику и сел за него.

Дава догадался: "Это ситх". Он никогда раньше не встречал ситха. Считалось, что ситхи исчезли, пока в 39 ПБЯ, год назад, Орден Единых ситхов не возник из неоткуда и не попытался покорить Галактику, развязав кровопролитную войну, но и эти ситхи были повержены в боях с Республикой, Первым Порядком, Сопротивлением и Орденом джедаев. Дава слышал о мистических способностях джедаев и ситхов, но до этого дня считал эти рассказы выдумкой.

От мыслей о ситхе Даву выдернул новый посетитель — охотник за головами Бомзи Динридж.

Бомзи был полным человеком лет пятидесяти пяти. Ещё в юности он стал охотником за головами. За его талант попадать в передряги его все называли "Недотёпой". Лет в сорок он сумел получить большую денежную сумму за выполнение заказа Граккуса Хатта. На эту сумму Недотёпа купил себе большой особняк на Нал-Хатте, но за десять лет он истратил все свои накопления и был вынужден вернуться на старую работу.

Дава был очень рад тому, что Недотёпа пришёл рано, и надеялся, что ситх выместит ярость не на него, а на Динриджа.

— Привет, Недотёпа! Тебе как всегда? — сказал хозяин кантины.

— Да, а что ты такой взволнованный? — удивился беспокойству балосара Бомзи.

— Тут тебя один тип дожидается. Он сидит за тем столом, — сказал Дава. — Ситх, кажется.

— Ситх? — уточнил Бомзи. — Я думал, их перебили.

Как и Дава, Бомзи Динридж ни разу не видел ситхов и слышал о них только в легендах, ситхов всегда изображали беспощадными и алчными до власти тиранами. С опаской Бомзи подошёл к столику, за которым сидел ситх. Как только охотник сел за столик, ситх заговорил:

— У меня есть для тебя дело, если ты охотник за головами.

— Может выпьем? — спросил Бомзи. — Я сейчас куплю у Давы выпивку.

— Нет. У меня есть очень прибыльное дело.

— Сколько? — стремительно спросил Бомзи, его легкомысленное выражение лица сменилось серьёзным.

— Ты Бомзи Динридж? Охотник за головами?

— Да, это я. Так сколько кредитов?

— Четыре миллиона кредитов за голову одного человека. Дам сорок миллионов, если привезёте его живым.

У Бомзи отвисла челюсть, когда он услышал, какую сумму предлагает ситх. С такими деньгами Бомзи может больше никогда не работать и купить штук пять-шесть особняков на разных планетах.

— За кого Вы даёте такие деньги? — Динридж уважительно спросил, чтобы ни в коем случае заказчик не передумал платить такую сумму.

Ситх достал небольшой голопроектор и показал объёмное изображение человека лет тридцати в мантии с просторным капюшоном, по-видимому тоже ситха. Даже на крохотной голограмме можно было увидеть, что татуировок он не имел, а его лицо было очень бледным. Убрав голопроектор, ситх сказал:

— Дарт Долос. Нынешнее местоположение — Корусант.

— Он же ситх? — Бомзи, конечно, хотел получить сорок миллионов кредитов, но он слышал, насколько опасными бывают ситхи, и не хотел испытать на себе гнев тёмного владыки. Ему, человеку, нечувствительному к Силе ("обделённому мистическими способностями" по ограниченным знаниям Бомзи Динриджа о Силе), убить владыку ситхов представлялось нереальным, а уж взять ситха в плен он и представить не мог.

— Это твои проблемы, как ты убьёшь его или поймаешь. Я и не рассчитывал, что ты, столь жалкий индивид в сравнении с мощью тёмной стороны, будешь ловить Дарта Долоса в одиночку.

— Тогда добавьте денег. Например, шестьдесят миллионов, — сказал Динридж и тут же схватился за горло. Невидимая рука тёмной стороны сжала его шею, перекрыв доступ кислорода в лёгкие.

Ситх произнёс:

— Не задохнитесь в своей жадности, — после этой фразы он разжал кулак, и Бомзи снова смог дышать.

— Ладно, я согласен.

— Также я предлагаю ещё одно маленькое дело, оно входит в стоимость, которую я назвал, — неожиданно продолжил ситх.

— Что за дело? Надеюсь, это не ещё один ситх? — настороженно спросил Бомзи.

— Нет, мой трусливый наёмник, — ответил ситх и показал изображение сниввианки по голопроектору, а после добавил, — Кладмо Нарзи — пилот-ас Сопротивления. Живёт на Корусанте. Её необходимо убить, живой не брать. Только убить.

— Она не имеет каких-нибудь джедайских способностей?

— Нет, конечно. Только навыки пилота.

— Есть ограничения по срокам? — спросил Динридж, изобразив перед собеседником глубокую задумчивость.

— Максимум один стандартный месяц, иначе ты пожалеешь, что дожил до того дня, — сказал ситх. Бомзи уже пожалел, что задал этот вопрос. Помолчав минуту, он произнёс:

— Я согласен. Но Вы дадите мне аванс.

Ситх положил на стол мешок и сообщил:

— Здесь один миллион кредитов.

— Это мало, мне нужно десять миллионов в качестве аванса.

— Два миллиона, — ответил ситх и положил на стол ещё один мешок.

— Семь миллионов, — продолжил охотник.

— Два миллиона и не кредитом больше, иначе ты вновь начнёшь задыхаться, — предупредил ситх.

Долго не думая, Бомзи Динридж согласился. Ситх сразу встал из-за стола и молча вышел из кантины.

Внезапно Динридж понял, что, может быть, поспешил. Бомзи принялся размышлять о том, браться ли ему за это дело или залечь на дно вместе с двумя миллионами кредитов, выданных ситхом в качестве аванса, чтобы не рисковать своей жизнью. С одной стороны, дело, предложенное таинственным ситхом, являлось очень прибыльным, получив сорок миллионов галактических кредитов, он мог стать богаче некоторых кланов хаттов и обеспечить себе хорошую старость, которую он проведёт, купаясь в драгоценных металлах. С другой стороны, дело было очень опасным: тёмные повелители ситхов издавна славились своей беспощадностью к тем, кто вставал у них на пути. Поймать живого ситха и доставить его заказчику представлялось Динриджу невозможным. Но, если Бомзи откажется от этого дела, он испытает на себе гнев ситха, который его нанял, и этот ситх также вряд ли проявит милосердие. Тогда лучше залечь на дно с деньгами до тех пор, пока заказчик не забудет о его существовании. Правда, в таком случае он не заполучит сорок миллионов кредитов и не обеспечит себя на всю оставшуюся жизнь, даже не попытается...

После долгих раздумий жадность взяла верх над страхом в душе Динриджа. Дальнейшие размышления он посвятил проблеме поиска команды из достаточного для поимки ситха количества наёмников и с этой целью ушёл из кантины.

* * *

Найти команду охотников за головами у Бомзи Динриджа не составило большого труда. Уже через пару стандартных часов он нашёл команду из пятнадцати бывших штурмовиков, ранее служивших в Империи Дарта Крайта. Это был взвод, в котором из тридцати двух солдат во время войны с Едиными ситхами выжило лишь пятнадцать. После того, как войска Единых ситхов были расформированы, они продолжили работать вместе, но теперь стали охотниками за головами.

Лейтенанта взвода звали Лаак. Он был челвеком лет тридцати пяти, имел крепкое телосложение, и был ростом под два метра, в отличие от Динриджа, который не имел развитых мускулов, а имел довольно полный живот. Лицо лейтенанта было жизнерадостным. Даже сейчас, когда Бомзи Динридж предлагал ему новое дело, но ничего не рассказал о подробностях этого дела, кроме как о поимке живым какого-то человека и убийстве сниввианки, Лаак улыбался. Отсутствие информации и нежелание Динриджа больше рассказать начали раздражать Лаака, но он сохранял спокойствие. Команда не была так спокойна, как лейтенант.

— Мы не работаем вслепую, — прорычал мантелльский саврип, поддержав лейтенанта.

В этой команде охотников за головами было шестеро гуманоидов: один тви'лек, аквалиш, два брата-саврипа, калишец и деваронка. Остальные были представителями человеческой расы или рас, почти не отличимых от человеческой.

— Да. Нам нужны сведения о тех, кого надо ловить, а кого надо устранить, — поддержал саврипа калишец.

Второй саврип и остальные согласились с его возгласом.

— Мы, возможно, будем участвовать в этом деле, если узнаем, кто является целью, — добавила деваронка.

— А может, не будем, — заявил человек с седыми волосами.

— Видите, команда хочет получить больше информации, — сообщил лейтенант Лаак.

Бомзи уныло примолк, поняв, что они не будут работать до тех пор, пока он не расскажет всё о тех, на кого придётся охотиться.

Саврип подошёл к Динриджу и указал на него своим товарищам:

— Может мы уберём этого несговорчивого толстяка, — сказал он, достав из-за пояса длинный виброклинок.

— Нет! — крикнул Бомзи. — Я всё расскажу.

Эта сцена выглядела так, как будто его допрашивали. Бомзи, напуганный до смерти, промямлил:

— Это джедай. Падаван. Заказчик захотел взять его живым. Находится на Корусанте. Ещё заказчик приказал убить сниввианку-лётчицу Кладмо Нарзи. Она тоже на Корусанте.

Динридж, чтобы эта команда согласилась принять участие в деле и не сбежала в первую минуту, заменил правду о том, что целью является тёмный владыка ситхов, на ложь о джедайском падаване.

— Джедай?! — взревел саврип. — Ненавижу джедаев. Они уничтожили надежду и даже идею возрождения Империи.

— Я хочу собственноручно убить джедая! — воскликнул второй саврип.

— Считают себя посланцами мира и процветания, а на самом деле джедаи — это разрушители всего, как и ситхи, — подтвердила деваронка.

— Именно из-за джедаев мы потеряли так много сослуживцев, — сказал лейтенант.

— Более половины взвода полегло на Коррибане, — добавил калишец.

Взвод примолк, все вспомнили убитых братьев по оружию.

Тишину нарушил Лаак:

— Мы согласны? — спросил он у взвода.

Все согласились и Лаак заявил Динриджу:

— Мы согласны. Только пятьдесят тысяч кредитов каждому.

— Сорок тысяч, — сказал Динридж.

— Согласны. План изложишь на нашем корабле, на "Выстреле". Ждём в главном космопорте Нар-Шаддаа у шестьдесят восьмого дока.

Бомзи был рад, что так быстро нашёл пятнадцать охотников за головами, но всё же никто в этой группе наёмников не был профессионалом. Они как были штурмовиками, так ими же и остались. Это означало, что их тактика не сильно отличается от стандартной и предсказуемой тактики штурмовиков: окружай и стреляй. Этого будет недостаточно для взятия в плен повелителя ситхов. О могуществе ситхов слагали легенды, поэтому лучше всего было бы найти, помимо группы штурмовиков, кого-нибудь столь же опасного, как и ситхи, или почти столь опасного...

Из всех организаций, в которых можно было найти охотников за головами, одной из наиболее опасных были мандалорцы.

Мандалорцы были представителями самых разных рас со всех уголков Галактики. Они являются чем-то большим, чем организацией. Это религия, философия. Давным-давно они представляли собой грозную военную силу, которая чуть не уничтожила Республику, но древние воители Реван и Малак победили и разгромили мандалорцев. Теперь, после окончательного разрушения Мандалорской империи четыре тысячи лет назад, жажда мандалорцев самореализации через конфликт сделала их охотниками за головами, причём неплохими. Мандалорцы способны убить неопытного джедая, а также стать достойными противниками в бою для мастеров Высшего Совета. "Наверное, мандалорцы могут представлять угрозу для ситха", — подумал Бомзи.

* * *

Дворец Граккуса Джахибакти Тингай был роскошен и огромен. Многие залы в нём были отведены под коллекции артефактов джедаев, это было увлечение Граккуса — коллекционировать рукописи и голокроны джедаев. Данное увлечение делало его нетипичным среди хаттов.

Правда, архивы и летописи джедаев не интересовали Динриджа во дворце Граккуса. Они вообще его не интересовали, он всегда был равнодушен к истории и искусству. Его интересовали только деньги.

Конечно, во дворце Граккуса были и другие залы, показывающие его престиж для других хаттов, залы, в которых роскошь была в изобилии. Одним из таких залов была приёмная хатта, именно туда и явился Динридж.

В приёмной находились: охрана хатта, состоявшая из нескольких менее тучных, чем Граккус, хаттов, перемещавшихся, как и их хозяин, на кибернетических ногах подобно многоножке, рабы, беспрекословно подчинявшиеся господину, и аквариум, в котором плавали горги, любимое лакомство для многих хаттов. Всё это придавало высокий статус Граккусу. Тут всегда было влажно и душно, так как Граккус нуждался в воздухе, изобилующем влагой, для того, чтобы кожа хатта не пересыхала.

Бомзи склонился перед хаттом и вымолвил:

— О великий Граккус Джахибакти Тингай, позволь твоему верному слуге говорить и просить тебя, о великий, об услуге.

— Хо-хо-хо. А я подумал, что ты возвращать долги ко мне явился, Недотёпа, — громогласно квакнул хатт. — Говори, что ты просишь?

— О великий! Я пришёл к тебе, великий Граккус, узнать, где можно найти опытного бойца-мандалорца?

— Мандалорец? А зачем тебе мандалорец? Ты у них ещё в долг не брал, — удивился хатт.

— Я нашёл новое дело. Заказчик платит много. Хочу нанять мандалорца в качестве помощника. Без него я не справлюсь.

— Ты всё равно не справишься, жалкий червь, — презрительно сказал хатт, — Сколько ты можешь мне дать за информацию о мандалорце. Ах! Ха-ха! Ты же банкрот! А я забыл, что у тебя нет и одного кредита.

— Я верну долг. Обещаю. Клянусь!

— Пускай. Хотя я тебе не верю, но настроение у меня сегодня хорошее, благоволи судьбу. Я знаю мандалорца. Его зовут Вункс Зисс, в это время дня он бывает в кантине "Пьяный гунган".

— О великий, спасибо! Спасибо!

— Но, если не вернёшь долг до конца года, мы будем говорить иначе. Ты будешь иметь большие неприятности, ибо я найду тебя даже на какой-нибудь жалкой малоизвестной луне во Внешнем Кольце.

— Спасибо, великий! Я верну всё, верну весь долг, — не вставая с колен и не поднимая взора, благодарил Динридж хатта.

— Ступай, — пробурчал хатт, и Динридж покинул приёмные покои Граккуса.

* * *

Бомзи вернулся в кантину "Пьяный гунган". Поиски мандалорца были недолгими — он нашёл Вункса Зисса сидящим за столом около стены и бросавшим ножи в мишень, труп родианца, распластанный на стене. Он был одет в мандалорскую броню из бескара, окрашенную в медный оттенок, в кобурах на поясе у него было четыре бластера, на голове его был шлем, за которым лицо не было видно.

Мандалорец метнул очередной кинжал в мишень и обернулся к подошедшему к нему Динриджу.

— Я ждал тебя, Бомзи Динридж, — сообщил мандалорец, не снимая шлема. — Ты желаешь поймать ситха. Тебе нужна моя помощь.

— Всё так, — сказал Динридж, сетуя на то, что Вункс узнал о ситхе, значит, мандалорец затребует высокую цену за работу.

— Я согласен участвовать в этом деле по поимке ситха и убийству сниввианки Нарзи, но...

— Как ты узнал о ситхе и о сниввианке? — перебил его Динридж.

— Дава Нар'дес рассказал мне о повелителе ситхов, который нанял тебя, чтобы ты поймал повелителя ситхов Дарта Долоса и убил сниввианку Кладмо Нарзи.

— Так это Дава рассказал тебе? Ему же верить нельзя.

— Это тебе, как вижу, верить нельзя. Я уже разузнал о Дарте Долосе и о Кладмо Нарзи. Скажешь, что не их заказывал твой ситх-наниматель? — мандалорец достал из кобуры на поясе бластер.

— Нет. Именно их, — трусливо мямлил Динридж. — Я смогу обойтись без твоей помощи.

— Вряд ли, — усмехнулся мандалорец, не убирая бластер. — Кстати, я знаю, сколько тебе предложил ситх. Он предложил сорок миллионов за живого Дарта Долоса и за убитую Кладмо Нарзи. Я требую десять миллионов и один миллион в качестве аванса.

— Это грабёж среди бела дня! — крикнул Бомзи, но ни одно существо в кантине не обратило внимания на его возглас.

— Если не согласишься на мои условия, то я примусь за это дело без тебя и получу все сорок миллионов кредитов, — предупредил Вункс.

— Это моё дело. Ситх нанял меня, а не тебя. Только мне было дано это дело.

— С ситхом я и сам свяжусь, когда выполню твоё дело.

— Ты не посмеешь отнять у меня прибыль! — кричал Динридж.

— Ситх нанял тебя, но я могу выполнить всю работу и получить вознаграждение, — продолжил мандалорец. — Однако я могу сделать всё дело под твоим руководством и получить десять миллионов, а тебе достанется вся оставшаяся сумма — тридцать миллионов, не учитывая расходы на оружие.

— Тогда в чём твоя выгода от работы в команде со мной, мандалорец? — удивился Динридж.

— Не все ищут только прибыль. Мне будет достаточно десяти миллионов. Я ищу славы. Желаю испытать себя, проверить, смогу ли я победить лорда ситхов.

— Я не согласен отдать тебе десять миллионов. Если ты ищешь только славу победителя, то ты согласишься на пять миллионов. А если возьмёшься за моё дело, я схвачу ситха раньше тебя. Кто успел, тот и съел.

Мандалорец снял бластер с предохранителя и направил его на Динриджа.

— Ты знаешь, что происходит с теми, кто не соглашается на мои условия? — спросил мандалорец и указал бластером на чучело родианца. — Он тоже не был со мной согласен, — Вункс снова направил бластер на Динриджа.

— Это угроза? — спросил Бомзи Динридж.

— Предупреждение, — ответил Вункс.

Бомзи думал над предложением мандалорца о сделке и об угрозах пару секунд, но потом согласился взять Вункса в долю, естественно, на условиях Вункса.

Вункс убрал бластер и сообщил:

— Встретимся в Восточном космопорте Корусанта через сорок стандартных часов около моего корабля "Гордость Мандалора". План объясню там. И, конечно, аванс вперёд.

Динридж выложил мешок, в котором был один миллион кредитов.

— По рукам? — спросил Бомзи.

— По рукам, — ответил Вункс.

"Лучше бы я вообще не искал этого мандалорца. Еле живым остался. Хорошо только, что мандалорцы — отменные бойцы, такой, как Вункс, сможет изловить ситха", — подумал Динридж.

Динридж покинул кантину в надежде, что вернётся сюда снова.

"Выстрел" вышел из гиперпространства около орбиты Корусанта, столицы Республики.

На борту "Выстрела" находилось шестнадцать человек и гуманоидов. Бомзи Динридж был в их числе. Он не имел собственного корабля уже больше полугода из-за того, что продал его для погашения долгов. Долгов, правда, у него не убавилось, а летать на задания теперь приходилось либо на общественном транспорте, либо в качестве попутчика.

В данный момент он летел на корабле, принадлежавшем тем охотникам за головами, которых он нанял.

Пока корабль летел сквозь гиперпространство, Бомзи обдумывал план поимки Дарта Долоса и начал понимать, что эта миссия будет стоить жизни многим из тех, кого он нанял, ведь вся эта команда из бывших штурмовиков нужна лишь для того, чтобы отвлечь внимание ситха для того, чтобы мандалорец смог победить тёмного владыку. Многие, если не все, отвлекающие на себя Дарта Долоса охотники за головами скорее всего погибнут от клинка ситха или от мистической энергии, называемой Силой, которую может применить в бою Долос. Поимка ситха — дело нелёгкое. Эти бывшие штурмовики вряд ли согласились бы участвовать в этой миссии, если бы Бомзи рассказал им правду. На долю секунды он почувствовал укол совести.

Из неприятных мыслей его выдернул свет миллионов огней Корусанта; свет широких трасс, по которым мчались аэроспидеры, был виден даже с орбиты. Когда корабль вошёл в атмосферу, Бомзи увидел красоту планеты-города, которая не оставила даже его, человека, никогда не ценившего искусство, равнодушным. Небо Корусанта было испещрено шпилями башен гигантских зданий и пунктирами летающих спидеров. Здания-небоскрёбы здесь были прекрасными шедеврами архитектуры, в отличие от пыльных и уродливых построек на поверхности Нар-Шаддаа. Корусант можно по праву считать столицей галактической цивилизации. Динридж, ранее никогда не бывавший здесь, не мог скрыть восторга от увиденных им верхних уровней Корусанта. Бомзи не успел разглядеть Здание Сената, один из самых известных архитектурных шедевров Галактики, как "Выстрел" совершил посадку в одном из ангаров Восточного космопорта Корусанта.

Динридж, помня об уговоре с мандалорцем о встрече в Восточном космопорте, с командой наёмников начал искать Вункса Зисса, мандалорского охотника за головами.

* * *

Великая палата созыва, Здание Галактического Сената, Корусант

— Слово предоставляется делегации с Кадомай-Прайм, — заявил вице-канцлер Иитааб.

Иитааб был иторианцем, поэтому ростом он был выше канцлера Хамато Зионо почти на голову, а его голова, как и у всех иторианцев, напоминала молот. Обычно спокойный иторианец не мог скрыть своей взволнованности из-за проблемы, которая нависла над Республикой, проблемы, которую Сенату следует решить на этом заседании, иначе станет слишком поздно — Республика не оправится от очередного кризиса. Коррупция, поглотившая Сенат, будет серьёзным препятствием для решения этой проблемы. Иитааб понимал это.

Большинство разумных существ, особенно людей и гуманоидов, не смогло бы определить эмоции Иитааба, как и других иторианцев, но Дратил Трен, высокий немного бледный человек лет тридцати, сидевший в репульсорной гондоле, отведённой представителям планеты Амбрия, без труда ощущал весь эмоциональный спектр, исходивший от Иитааба. Сила позволяла ему чувствовать каждую эмоцию пожилого иторианца: страх, обеспокоенность текущим положением дел, осознание безысходности в желании искоренить коррупцию и понимание невозможности влияния на собравшихся в Великой палате созыва бюрократов, чьи интересы всегда были ограничены стремлением к личной выгоде, а не обеспечением развития Республики.

Такие же настроения можно было ощутить у многих из присутствующих, даже у канцлера Хамато Зионо, который сейчас изображал спокойствие и строгость, но, конечно, скрыть свои истинные эмоции от тёмного владыки ситхов он не мог.

Естественно, если бы в зале находились джедаи, Дратил не зондировал бы всех присутствующих Силой, ведь для всех он был лишь обычным нечувствительным к Силе человеком-поселенцем с планеты Амбрия. Но он не ощущал присутствия в Великой палате созыва чувствительных к Силе существ, за исключением нескольких Единых ситхов, которые, как и он, притворялись обычными сенаторами. Они пока не представляли ему угрозы, так как не желали быть обнаруженными.

Весь год Долос находился на планете Амбрия, маскируясь под вернувшегося после долгих странствий поселенца Дратила Трена, который по возвращении на родную планету⁽¹⁾ принял активное участие в обеспечении благополучия жителей Амбрии. Вскоре он продвинулся по карьерной лестнице, став заместителем лидера поселенцев. Теперь он сможет стать помощником сенатора Амбрии, если, конечно, сенаторы проголосуют за вхождение представителей этого мира в Сенат.

Помощником сенатора Дратил ещё не стал, но этот вопрос должен разрешиться именно на этом заседании Сената. Пока план Дратила исполнялся, как он и предвидел. Благодаря обширной сети информаторов и исполнителей своей воли Дарт Долос искусственно создал кризис на десяти планетах Внутреннего Кольца: на трёх фермерских планетах было выведено из строя оборудование для орошения сельскохозяйственных культур, что вызвало неурожай и голод, экспорт продукции пяти миров был прекращён из-за атак пиратов, огромная плотина на Тоне-3 была взорвана неизвестными, поэтому большинство поселений было затоплено, на Амбрию был прекращён импорт воды. Республика оказалась не в состоянии найти виновных и помочь этим планетам. Они были брошены на произвол судьбы, так как ни одна из этих несчастных планет не имела своих представителей в Сенате. Все эти бедствия планетарного масштаба не волновали Республику и погрязший в коррупции Сенат. Всё это было нужно Дарту Долосу лишь для одной цели — обрести власть.

Верховный Лидер Первого Порядка Сноук предложил этим планетам войти в состав Первого Порядка, Тон-3 и шесть других планет приняли предложение Сноука. Планеты Амбрия, Дил и Билсил пока оставались в составе Республики. Глава колонистов Амбрии Трексол Этил, худой человек лет семидесяти пяти, хотя и был предан идеалам Республики всю свою долгую жизнь, выдвинул, конечно, не без совета Дратила Трена, ультиматум Республике: либо представитель Амбрии войдёт в Галактический Сенат, либо Амбрия присоединится к Первому Порядку. Руководители планет Дил и Билсил выдвинули такие же требования. Именно это Дарту Долосу и было нужно: Амбрия должна вступить в Галактический Сенат, Трексол Этил станет сенатором Амбрии, а Долос под лицом Дратила Трена займёт место помощника сенатора.

Это был первый этап Великого плана Дарта Долоса по захвату абсолютной власти в Галактике, власти, которая разорвёт оковы навязанного джедаями ложного стремления к миру и гармонии, ведущего только к застою и регрессу. Правление ситхов приведёт Галактику к эпохе развития, эпохе прогресса. Даже конфликты будут служить лишь одной цели — обеспечить стремительное развитие галактической цивилизации. Тогда начнётся новая эра... Эра власти Ордена лордов ситхов.

Самой трудной частью данного этапа плана Долоса было то, что сборище бюрократов в Сенате очень редко приходило к соглашению. Постоянные разногласия коррумпированных сенаторов, неспособность принять важные для Республики решения в трудное время — вот то, что тревожило канцлера Хамато Зионо, вице-канцлера Иитааба, многих сенаторов, которые ещё не окончательно погрязли в коррупции, и Трексола Этила.

Если быть честным, Дратил тоже был крайне обеспокоен ситуацией. Пока что он не имел связей с сенаторами, поэтому не мог воздействовать на их решения. Естественно, воздействие Силой нельзя было использовать, так как эти ментальные техники могли влиять на разумы только на краткое время, не превышавшее нескольких часов.

Весь Великий план, все приготовления в течение целого года — всё сейчас могло пойти прахом из-за многочисленных сенаторов-бюрократов, не желавших делить прибыль с торговых гиперпространственных путей с сенаторами мелких планет, подле которых проходили эти пути. Многим из этих сенаторов-коррупционеров вообще было крайне не выгодно включать делегатов Амбрии в Галактический Сенат. Факт невозможности влиять на происходящее в здании Сената вызывал злость, кипевшую в душе тёмного владыки. Безудержная всепоглощающая злость, готовая в любой момент вырваться из-под контроля и задушить всех окружающих, подавить разумы слабовольных существ, сорваться с пальцев вихрем электрических разрядов, к сожалению для Долоса, не могла помочь ему заполучить кресло в Сенате. Это злило ещё больше.

"Страсть придаёт мне силы", — так гласит Кодекс ситхов. Единственным способом задействовать гнев в данной ситуации было использование этой эмоции для подпитки организма энергией.

Большинство представителей делегации с Кадомай-Прайм испытывали ту же тревогу относительно бюрократии, парализующей всю работу политического механизма Республики.

— Я поддерживаю вступление делегатов Амбрии, Дила и Билсила в Галактический Сенат. Эти планеты входили в состав ещё прежней Республики со времён Руусанской битвы, их представители своим трудом и кровью заслужили право войти в Сенат Республики, — заявила Кладмо Нарзи, которая, хотя и не являлась сенатором, была допущена к участию в заседании благодаря её подвигам в войне с Империей Крайта. Мнение Нарзи разделяли не все в делегации Кадомай-Прайм.

Дратил чувствовал неистовый гнев сниввианина, который занимал пост сенатора Кадомай-Прайм. Дратил узнал при помощи Силы и своих информаторов, что этот сниввианин состоял в Ордене Единых ситхов.

"Если бы Нарзи знала, что сенатор её родной планеты был тем, против кого она воевала, был ситхом. Забавно", — думал Дратил.

— Я прот'естую. Это возмут'ительно, — заявил сенатор Неймодии и Кошельковых миров Рутт Дод, внук Лотта Дода, сенатора-сепаратиста времён Войны клонов.

Делегация вуки с Кашиика, в отличие от делегатов Неймодии, поддержали предложение о вступлении представителей Амбрии, Дила и Билсила в Сенат Республики.

Сенаторы Чандрилы, Мон-Калы были того же мнения, что и сенатор Кашиика:

— Мы согласны с тем, что планеты Амбрия, Дил и Билсил должны иметь своих представителей в Галактическом Сенате.

— Слово предоставляется Трексолу Этилу, лидеру поселенцев Амбрии, действующему в интересах родной планеты, — сказал Иитааб.

Ложа представителей Амбрии поднялись в воздух и зависла около центра зала, Трексол начал свою речь, которая была составлена и подготовлена его помощником Дратилом Треном.

— Как представитель планеты Амбрия, моей родной планеты, я, Трексол Этил, клянусь, что действую в интересах Амбрии и Галактической Республики. Мой народ, уже давно не представляющий из себя небольшую группу поселенцев, непрерывно трудится на благо Республики уже почти одну тысячу лет. Амбрия всё это долгое время входила в состав Республики. Народ Амбрии никогда не предавал Республику. Однако в трудную минуту Республика не помогает народу Амбрии! То, что Амбрия не изобилует полезными ископаемыми... Кхе-кхе! — не успев завершить свою речь, Трексол закашлялся. Возраст уже брал своё, голоса на долгую речь ему не хватало.

Дратил, не теряя времени, продолжил речь старого лидера, к тому же, он знал речь гораздо лучше, чем Трексол:

— То, что Амбрия не изобилует полезными ископаемыми и не обладает новыми технологиями, не должно стать причиной отчуждения народа Амбрии от Республики. К сожалению, из-за отсутствия помощи Республики народу Амбрии мы будем вынуждены принять предложение Сноука присоединиться к Первому Порядку, если представители нашей планеты не войдут в Сенат.

— Сепаратисты! — крикнул сенатор планеты Скако. — Арестовать их!

— Тишина! Слово предоставляется представителям планет Дил и Билсил, — заявил Иитааб.

— Мы соглашаемся со всем, что было заявлено лидером Амбрии. Наши делегации должны войти в Сенат.

Сенаторы Набу и сектора Чоммель заявили о своей поддержке идеи о вхождении представителей Амбрии, Дила и Билсила в Сенат Республики.

Кладмо Нарзи продолжила:

— Нам необходимо дать представителям этих планет должности сенаторов. Если мы проигнорируем их просьбу, то мы рискуем лишиться союзников. Такова стратегия Первого Порядка. Первый Порядок желает уничтожить Республику, переводя всех наших союзников на свою сторону. Это холодная война!

— П'ервый Пор'ядок н'е ж'елает войны с Р'еспубликой. Уж'е год продолжается м'ир, — настаивал Дод.

— Но сколько будет продолжаться мир? Год? Два? Первый Порядок сейчас наращивает военную мощь, находит новых союзников в наших рядах, а затем нападёт на Республику! — воскликнула Нарзи.

— Вы думаете, что Первый Порядок развяжет войну? — спросил гран-сенатор с Маластара.

— Ваши слова могут послужить началу конфликта, о котором вы говорили, — сообщил сенатор Альсакана.

— Вопрос предотвращения конфликта с Первым Порядком не был в повестке заседания, — Иитааб прервал возгласы сенаторов и продолжил. — Верховный канцлер Республики предлагает решить поставленный вопрос о вхождении делегатов планет Амбрия, Дил и Билсил в Сенат при помощи голосования.

Сенаторы Набу, Чандрилы, Мон-Калы, Кашиика, Иридонии, Итора, Орд-Радамы, Тариса, Лотала и даже Корусанта были за вхождение делегатов этих трёх планет в Галактический Сенат. Сенаторы Неймодии, Маластара, Альсакана, Скако, Салличе и Брентаала были против. Большинство в Сенате проголосовало за вхождение в Сенат миров: Амбрии, Дила и Билсила.

Дратил Трен был назначен первым помощником сенатора Амбрии Трексола Этила. План Дарта Долоса сработал безупречно. Чувство триумфа и безудержной радости охватило Долоса, заполнило пространство в душе, которое всего несколько минут было занято гневом и злостью. Эмоции придали ему сил. Быть может, его эмоциональное состояние приблизилось к счастью, но тёмная сторона не давала ему полного удовлетворения даже по достижении цели.

* * *

Безымянная кантина, уровень 4322, Корусант

Кантина, в которой Вункс созвал всю команду охотников за головами, была небольшой и располагалась на одном из нижних уровней планеты-города, находясь прямо под Сенатским округом. Народу в кантине, помимо этой команды, не было в это время суток, поэтому Вункс разъяснял свой план, не боясь быть услышанным кем-то посторонним, кто мог бы сорвать всё дело, например, каким-нибудь телохранителем канцлера или джедаем.

Все собравшиеся внимательно слушали, что им говорил мандалорец, даже Бомзи Динридж прислушивался к его словам, а не увлекался, как обычно, спиртным.

— Мой план прост и понятен. Поимка ситха будет гораздо более трудным действием, чем убийство сниввианки, поэтому предлагаю сфокусировать внимание на тёмном владыке.

— Тёмный владыка? — удивился лейтенант Лаак. — К чему нам ловить тёмного владыку ситхов?

— Бомзи, ты не говорил, что мы охотимся на ситха, — калишец тоже удивился.

— Он обманул нас! — прорычал мантелльский саврип.

— Разве ты говорил не о джедайском падаване? — добавил Лаак.

Мандалорец вмешался:

— Значит, Бомзи обманул вас, как пытался обмануть меня.

— Кого мы ищем? — спросил у Динриджа Лаак.

— Дарта Долоса, лорда ситхов, — промолвил Динридж.

— Ты ничего не говорил о ситхе, — сказала деваронка.

— Расправимся со лжецом! — крикнул саврип. Второй саврип достал бластерную винтовку, снял её с предохранителя и направил на Динриджа.

Динридж в этот раз был предусмотрителен, он сразу вскинул два бластера: один бластер он направил на саврипа, второй — на мандалорца.

— Подождите, — вновь встрял Вункс. — Я знаю, как изловить ситха. Когда мы поймаем этого Дарта Долоса, каждый из вас получит по одному миллиону кредитов. Так ведь, Динридж?

— Пятьсот тысяч, — ответил Динридж, не убирая бластеры.

— Восемьсот, — объявил Лаак. — Договорились?

— Значит, договорились, — Бомзи решил уступить, на меньшую сумму кредитов они уже не согласятся.

Вункс Зисс достал из-за пояса два голопроектора. После нажатия кнопок голопроекторы вывели два изображения.

Первая голограмма изображала лорда ситхов Дарта Долоса, высокого худого человека лет тридцати, одетого в чёрную мантию из зейд-ткани с просторным капюшоном, лицо которого было мертвенно бледным, а глаза пылали жёлтым.

— Это Дарт Долос, — сообщил мандалорец.

Вторая голограмма показывала такого же тридцатилетнего высокого худого человека, он был одет в мантию сенатора или высокопоставленного республиканского чиновника, его лицо не было столь бледным, как у Долоса, была видна доброжелательная улыбка, а глаза были карими, а не жёлтыми, в остальном черты его лица совпадали с чертами лица Долоса.

— А это Дратил Трен, ставший сегодня помощником сенатора Амбрии, — Вункс указал на голограмму второго.

Бомзи хотел спросить:

— Ты хочешь сказать, что...

— Дратил Трен и Дарт Долос — это одно лицо. Дратил Трен — это псевдоним Долоса для захвата власти в Республике через Галактический Сенат, — объяснил Вункс.

— Но ведь Долос всегда воевал за Первый Порядок? — спросил Лаак.

— Значит, теперь он желает добиться абсолютной власти при помощи политических интриг, захватив власть в Республике и уничтожив Республику изнутри.

— Политика меня не интересует, — сказал Динридж. — Где сейчас он?

Мандалорец сообщил:

— Дратил Трен с сегодняшнего дня живёт на Корусанте в доме номер пятьсот по Республиканской улице.

Вункс переключил один голопроектор, показав трёхмерную схему дома №500 по Республиканской улице, одного из самых высоких зданий на Корусанте. Этот возвышающийся далеко над облаками элитный жилой комплекс был домом для самых богатых и известных людей и гуманоидов Республики, здесь жили бизнесмены, сенаторы и даже канцлер. Количество сотрудников службы безопасности в этом доме было сравнимо с небольшой армией. Правда, их количество в последние годы существенно сократилось, не превышая сорока, из которых на крыше непрерывно дежурило десять человек.

Для мандалорца десять вооружённых бластерами солдат не было проблемой. Специально для поимки ситха Вункс вооружился кинжалом и дротиками, пропитанными сенфлексом, нейротоксином, парализующим мышцы, кроме сердца и лёгких, и затуманивающим рассудок так, что жертва точно не сможет собраться с мыслями.

Первым этапом плана мандалорца было отключение голокамер наблюдения дроидом-астромехаником. Одновременно с этим Вункс парализует сенфлексом охрану на крыше здания, выстрелив из винтовки дротиками, пока охрана основного сектора дома будет сменяться. Когда все десять охранников на крыше будут парализованы, Вункс даст сигнал по комлинку всем остальным — команде охотников за головами. На аэроспидерах команда подлетает к крыше здания и высаживается там, а затем все головорезы на тросах спускаются к апартаментам Дратила Трена.

Пока штурмовики находятся на крыше здания, Бомзи Динридж будет должен войти туда в качестве гостя, пройти на аудиенцию к Дратилу Трену. Бомзи не будет интересовать охранников в здании, ведь они будут стараться решить проблему отключения всех голокамер и не смогут связаться с коллегами на крыше. Дальше Динридж войдёт в апартаменты Дратила и будет отвлекать его, угрожая бластером, до того момента, когда команда бывших штурмовиков и Вункс Зисс спустятся по тросам и, выбив стекло в панорамном окне и ворвавшись в апартаменты, вынудят ситха, скрывающегося под личностью помощника сенатора, сдаться. Если же ситх не признает поражение сразу, то кинжал, пропитанный сенфлексом, у Бомзи Динриджа и винтовка с дротиками с тем же нейротоксином у Вункса Зисса парализуют его.

"Главное — работать сообща и действовать стремительно. Тогда всё точно получится, наверное", — завершил разъяснение своего плана мандалорец.

1) Амбрия не была родной планетой Дарта Долоса. Ордол Рохтул родился в 10 ПБЯ на Корусанте, в 35 ПБЯ он случайно обнаружил у себя чувствительность к Силе, в последствии он стал тёмным владыкой ситхов, приняв имя Дарт Долос. Секреты прошлого Дарта Долоса будут раскрыты в следующих главах и повестях серии.

Вернуться к тексту

Дом №500 по Республиканской улице, Сенатский округ, Корусант

Дратил Трен в тот вечер после избрания его помощником сенатора Амбрии находился в своих новых апартаментах в доме №500 по Республиканской улице. Он стоял у огромного обзорного окна, смотря на прекрасные здания планеты-города и на постоянно движущиеся потоки аэроспидеров, и попивал из небольшой чашки его любимый гаталентский чай. Корусант был прекрасен, эта планета отражала великую истину: "Покой — это ложь. Есть только страсть".

Дюракритовые джунгли жили в любое время суток. Покой для экуменополиса был невозможен, всегда были те, кто мчался по своим делам, рассекая на аэроспидерах магистрали Корусанта.

Наконец-то он вернулся сюда, на Корусант, в этот прекрасный экуменополис. Давние воспоминания всплыли в голове владыки ситхов. Он был здесь раньше, ему также нравился Корусант, как и сейчас. Но он ли был здесь раньше? Нет. Это Ордол Рохтул здесь родился, прожил здесь всё своё детство и несколько раз бывал в юности. А Ордола Рохтула, глупца, стремившегося принести мир и порядок в Галактику, совсем не понимавшего путь тёмной стороны Силы и не знавшего философии ситхов, больше нет. Он погиб в 35 ПБЯ на планете Кореллия. Отныне есть только Дарт Долос, тёмный владыка ситхов. А для Дарта Долоса главное — обеспечить победу Ордена лордов ситхов, возродить Правило двух и захватить абсолютную власть в Галактике, что позволит Галактике войти в эру прогресса, подпитываемого конфликтом, находящимся в полном контроле ситхов.

Глядя на прекрасные высотные здания Корусанта, Долос не мог не вспомнить некоторые моменты из своей прежней жизни, моменты, которые он хранил в глубине своей души, несмотря на отречение от прошлого и преображение себя тёмной стороной.

Республика научила Ордола Рохтула умению ненавидеть. Родившись в семье бывших офицеров Галактической Империи, Ордол с детства проникся неприязнью к Новой Республике и верностью идеалам Империи, однако тогда он ещё не ненавидел Республику. В 31 ПБЯ, когда многочисленные миры, представляемые сенаторами-центристами, отделились от Республики и присоединились к Первому Порядку, Республика сочла офицеров Галактической Империи, выживших после Галактической гражданской войны, главной угрозой, и Доссеф Рохтул, отец Ордола, был расстрелян по приказу Высшего командования Новой Республики. Именно тогда Ордол возненавидел Республику. Через один стандартный год, окончив Корусантский университет, Ордол вступил в ряды армии Первого Порядка.

Благодаря быстрой реакции Ордол сразу стал пилотом СИД-истребителя, в Первом Порядке он обрёл боевых товарищей, объединённых высокой целью — борьбой с Республикой.

Будучи пилотом истребителя в Первом Порядке, Ордол встретился с той, с кем тогда готов был разделить всю жизнь, ради благополучия которой он был готов пожертвовать своей жизнью. Её звали Лузика Стинникс. Она служила лейтенантом на флагмане Первого Порядка "Превосходство", он был определён в корпус истребителей на тот же флагман. Их чувства были взаимны, стремление служить Первому Порядку объединяло их.

Воспоминания о Лузике согрели душу Долоса, напомнив ему о счастливых мгновениях его прошлого. Однако вместе с счастливыми воспоминаниями о его любви к Лузике в голове тёмного владыки вновь вспыхнул тот момент, когда война Первого Порядка с Сопротивлением разлучила его с возлюбленной, и он снова ощутил гнев.

После уничтожения "Превосходства" в битве при Крэйте Лузику перевели на звёздный разрушитель резервного флота, а Ордола — в корпус СИД-истребителей звёздного разрушителя "Порядок", находившегося на орбите Кореллии. Разлука с Лузикой и смерть многих боевых товарищей на "Превосходстве" усилили ненависть Ордола к Республике и Сопротивлению.

Ордол желал того, чтобы Первый Порядок как можно скорее уничтожил всё Сопротивление, тогда, как он думал, обязательно настанет долгожданный мир. В то время он не понимал, что именно конфликт закалял его волю, обострял его навыки, делал его сильнее.

Когда вся Галактика восстала против Первого Порядка в 35 ПБЯ, на Кореллии Ордол Рохтул погиб, его сменил Дарт Долос.

Теперь он понимал, что стремление к покою и миру ложно. Сущность Силы — это конфликт. Вечное противостояние тёмной и светлой сторон Силы — это прямое доказательство необходимости борьбы для существования мироздания. Галактике нужен конфликт. Но этот конфликт должен находиться под контролем Ордена ситхов, так как именно ситхи лучше всех познали ценность борьбы для развития цивилизации, постигли истинный путь Силы, путь тёмной стороны.

Когда со смертью Ордола появился Дарт Долос, его ненависть к Республике сохранилась, но она несколько изменилась. Ордол ненавидел Новую Республику за те страдания, которые ему причинила эта система. Долос ненавидел Новую Республику за несостоятельность, недееспособность и слабость этой сгнившей системы, где в Сенате невозможно было прийти к соглашению из-за многочисленных сенаторов-коррупционеров, а ложные убеждения джедаев принимались за незыблемую истину.

Долос уже мечтал о том времени, когда он сможет возродить Империю. Теперь он, правда, видел некоторые отрицательные стороны Галактической Империи и Первого Порядка, например, распространённую в Империи ксенофобию по отношению к представителям экзотических рас. Долос пообещал себе, что в его империи он искоренит подобные предрассудки. Великая Галактическая Империя, которой будет править Орден лордов ситхов, принесёт в Галактику прогресс и процветание, станет сильнейшей империей в Галактике со времён Империи ситхов Дарта Вишейта.

Как же долго он ждал этого момента. Первый этап его плана сработал безукоризненно — теперь Дратил Трен занял место в Сенате. Путь к уничтожению Республики, путь к безграничной власти, к освобождению от оков жизни обыкновенного человека, к полному раскрытию истинного потенциала в Силе начался. Уже лишь малое количество могущественных индивидов может ему помешать завладеть властью. Горе будет тем, кто вздумает встать на пути у Дарта Долоса.

По коммуникатору Дратилу сообщили, что к нему идёт посетитель — сниввианка Кладмо Нарзи. Он сам назначил ей встречу, чтобы обсудить политику Республики и внушить ей мысль о некомпетентности канцлера Хамато Зионо. Сниввианка пользуется уважением среди сенаторов, поэтому к её словам эти бюрократы-сенаторы прислушаются. Это будет идеальный способ подорвать доверие Галактического Сената к канцлеру Хамато Зионо. Долос быстро скрыл свои жёлтые радужки глаз, сделав их карими, и замаскировал тёмные круги около глаз и бледность лица, типичные следы проявления тёмной стороны, благодаря способности маскировки при помощи Силы. Натянув доброжелательную улыбку, Дратил вышел в кабинет.

— Приветствую вас, Кладмо Нарзи, — ровным тоном поприветствовал сниввианку Дратил.

— Здравствуйте, Дратил Трен. Поздравляю с избранием помощником сенатора! Вы правильно сделали, что помогли сенатору Трексолу закончить речь во время выступления. Вы и Трексол, хотя он уже стар, помогли планетам Амбрии, Дилу и Билсилу получить места в Сенате.

— Трексол, увы, стар, но он мудр. Он гораздо мудрее меня, именно поэтому он стал сенатором, а не я.

— Возможно. Он действительно мудр, — согласилась сниввианка. — Однако вы вряд ли назначили мне встречу, чтобы поведать мне о мудрости Трексола.

— Это правда. Я хотел поговорить с вами о делах в Галактическом Сенате. Я уверен в мудрости Трексола Этила, но не уверен в мудрости канцлера Хамато Зионо.

— А почему вы не уверены в канцлере Зионо? Ведь именно он восстановил Республику в крайне короткий срок после войны с Первым Порядком.

— Он создал возрождённую Республику, но не избавил её от коррупции. Всего за пять лет существования Новой Республики коррупция её поглотила больше, чем Галактическую Республику, существовавшую за тысячу лет до прихода к власти Палпатина, с момента принятия Руусанских реформ. Теперь Хамато Зионо превратился в безвольную марионетку бюрократов, заправляющих Сенатом.

— К сожалению, это правда. Хамато Зионо ничего не решает в Республике. Но если вместо Хамато Зионо постом канцлера завладеет такой, как Шив Палпатин? Это будет гораздо хуже!

— Это маловероятно. За тысячу лет ситх смог захватить власть лишь однажды. Думаю, что это не повторится снова.

"Ничего, ваша обеспокоенность обретением власти ситхом не делает вас менее слепыми".

— Но вдруг такой случай повторится?

— Не думаю, что восхождение нового Дарта Сидиуса произойдёт в ближайшую тысячу лет, — продолжил Дратил.

"Оно произойдёт гораздо раньше: уже через год или два".

— Гораздо более вероятно возникновение нового сепаратистского кризиса из-за роста коррупции в Сенате. Канцлер Зионо не может справиться с бюрократами, — добавил Дратил и слегка повлиял на разум сниввианки, направив её мысли в нужное ему русло. Он знал, что Кладмо не раз тревожила мысль о возникновении новых сепаратистских движений из-за коррупции в Сенате.

Внушение Силы не даёт долговременных результатов, через несколько часов жертва будет сильно удивляться своим мыслям и действиям, совершённым под влиянием Силы, но, если не внушать мысль, а при помощи Силы направить раздумья существа в нужное русло, помочь ему прийти к нужному выводу, можно достичь небывалых успехов: дать существу мыслить самостоятельно, но приходить к выводам, которые нужны тому, кто использует эту технику Силы.

— Да. Коррупция — это трясина, которая способна поглотить всё, что нам дорого, всю Республику. Я рада, что не являюсь единственной в Галактике, кто обеспокоен этой проблемой, — сказала Кладмо. — Увы, канцлер Зионо пока бездействует...

— Если канцлер продолжит бездействовать, необходимо будет вынести ему вотум недоверия.

— Наверное, так будет правильно. Только кто тогда станет новым канцлером?

— Кто-нибудь мудрый, тот кто сможет положить конец распрям в Сенате. Уверен, в Сенате есть такие личности.

— Помимо коррупции, которая стремительно растёт, Хамато Зионо не видит угрозы Первого Порядка. Он считает заслуги Сопротивления, движения, которое помогло уничтожить Единых ситхов и выстоять Республике в войне, незначительными, хотя его сын Казуда Зионо входит в войска Сопротивления, — заявила Кладмо. — Это может подорвать доверие общества к нему.

— Я согласен с вами, канцлер Зионо недооценивает заслуги Сопротивления. Я ведь тоже воевал в армии Сопротивления в тридцать пятом году после битвы при Явине, когда Дарт Сидиус вернулся со своей армадой и объединился с Первым Порядком. Я был пилотом истребителя X-wing.

— Никогда не знала, что вы были пилотом Сопротивления.

— Был, но теперь я полностью погрузился в политику. Теперь я посвятил себя не борьбе с внешним врагом, а борьбе с бюрократами в Сенате.

— Надеюсь, однажды коррупция сгинет как из Сената, так и из всей Республики.

— Было бы очень хорошо, — подтвердил Дратил.

— О, мне пора. Мне пора на урок в Академии, обучать новое поколение лётчиков-истребителей, — сказала Кладмо, взглянув на хронометр у себя на левой руке.

— Каждый из нас нашёл своё предназначение в служении Республике.

— Именно. Ещё раз поздравляю вас с избранием!

— Спасибо. Был рад поговорить с вами. До встречи.

— До новой встречи. Я передам ваши опасения по поводу канцлера Хамато Зионо и коррупции в Республике сенатору Кадомай-Прайм, — попрощалась Кладмо и отправилась к выходу из приёмной помощника сенатора. Дратил чувствовал в Силе, что этот разговор принёс сниввианке тревогу по поводу недееспособности канцлера Зионо в деле усмирения коррумпированных сенаторов, тревогу, которая поможет Дратилу получить власть в Сенате. Кладмо распространит сомнения среди сенаторов, пока все не начнут считать Хамато Зионо недостойным поста канцлера.

Когда Кладмо Нарзи уже покидала приёмную Дратила Трена, комлинк Дратила оповестил его:

— К вам посетитель. Говорит, что по секретному и неотложному делу.

— Пусть войдёт, — ответил Дратил и внезапно ощутил возмущение в Силе.

В помещение вошёл полный человек, который представился Бомзи Динриджем. Он обратился к Дратилу:

— Дарт Долос, сдавайся! — вся учтивость исчезла из его речи. — Ты проследуешь за мной добровольно или я заставлю тебя сдаться.

После угрозы Динриджа все панорамные окна в апартаментах были выбиты ворвавшимся в помещение отрядом головорезов.

Головорезы сразу заняли позиции по периметру кабинета, окружив Дратила и Кладмо. Оба казались абсолютно безоружными. Кладмо была сильно обеспокоена тем, что в этот момент у неё нет бластера, бластер бы сейчас пригодился. Дратил сохранял спокойствие, по крайней мере, так могло показаться. Он сосредоточенно осматривал охотников за головами и выглядел весьма уверенным в своих силах, будто не он попал в ловушку, а окружившие его и сниввианку головорезы.

— Сдавайся! Руки вверх! — повторил Динридж.

Глаза Дратила вспыхнули жёлтым, а лицо отобразило неистовый гнев и ярость. Теперь все сомнения Динриджа в том, что Дратил — это Долос, исчезли.

— Это угроза, — утвердительно сказал Дратил, глядя на Бомзи Динриджа.

Из широкого рукава сенаторской мантии в ладонь правой руки Дратила влетела чёрная рукоять светового меча, сделанная из бескара.

Дратил, а точнее Дарт Долос, нажал кнопку активации на рукояти, и мгновенно зажглось алое лезвие меча. Издав яростный боевой клич, Долос совершил прыжок через всю комнату и пронзил красным клинком одного из охотников за головами. Напарник этого охотника не успел направить на ситха бластерную винтовку, как был сражён режущим ударом клинка тёмного владыки.

Долос разрубил подоспевшего головореза прежде, чем тот смог нажать на курок. Повелитель ситхов спроецировал волну Силы, свалившую с ног Бомзи Динриджа, нескольких наёмников и стоявшую не очень далеко от Динриджа Кладмо Нарзи. Спустя мгновение ситх совершил ещё один прыжок через весь кабинет и, приземлившись за спиной саврипа, пронзил его насквозь клинком в спину. Двух головорезов, находившихся рядом с саврипом, он убил одним молниеносным косым режущим ударом.

От начала этого боя, пока что больше напоминавшего бойню, прошло менее десяти секунд, поэтому ни один головорез не успел за это время сделать и одного выстрела.

К смертельно раненному саврипу побежал второй саврип, он был вооружён двумя длинными виброклинками. Разъярённый саврип мчался к ситху, его разумом руководили ярость и жажда мести. Долос уловил, что первый саврип ещё не умер и готовился ударить ситху в спину ножом, пока тот развернулся ко второму. Долос не растерялся и активировал второй световой меч, рукоять которого была спрятана в левом рукаве мантии, вонзив красный клинок в сердце первому саврипу. Второй саврип уже подбежал к Долосу и был готов ударить виброклинками, но ситх сделал горизонтальный режущий выпад двумя световыми мечами: виброклинки саврипа были лишены лезвий. Ситх мгновенно скрестил световые клинки у горла саврипа и лишил его головы.

Наёмники открыли огонь. На реактивном ранце через разбитое окно в апартаменты влетел мандалорец. Ситху стало ясно, что самым опасным здесь был именно мандалорец.

Ситх перешёл к защите стиля Соресу, отклоняя выстрелы бластеров. Бывшие штурмовики давили числом, сжимая кольцо вокруг ситха, Долос деактивировал световой меч в левой руке и убрал его обратно в рукав. Другой меч он стал держать двумя руками, направляя бластерные заряды в тех, кто стрелял. Деваронка и два человека были убиты выстреленными из их же винтовок зарядами. Сейчас Долос благодарил свою предусмотрительность за то, что всегда носил в рукавах костюма помощника сенатора свои парные световые мечи.

Мандалорец, тви'лек и аквалиш зашли к ситху со спины и осыпали его выстрелами бластеров. Тёмный владыка откатился в сторону от выстрелов, выпрямился и вскинул левую руку на врагов, с его пальцев сорвалась лавина лилово-синих молний, которые зазмеились по телам жертв и выбросили их в разбитое окно. Какой-то глупец или смертник подобрался к Долосу справа, но уже через долю секунды красный меч взметнулся и обезглавил наёмника.

В помещении остались калишец, человек-лейтенант отряда и Динридж, не учитывая Нарзи, которая всё ещё лежала без сознания.

Долос подскочил к калишцу и лейтенанту, погасив свой клинок. Он вырвал Силой бластеры из их рук, ощущая их ужас, всепоглощающий страх, который подпитывал тёмную сторону Силы. Тёмная сторона питала ситха, придавала ему силы. Они были безоружны, беспомощны. Лорд ситхов медленно приближался к отступавшим к углу помещения калишцу и лейтенанту, позволяя Тьме насытиться каждым мгновением их страха, ужаса и отчаяния.

На лице ситха играла хитрая улыбка, жёлтые глаза отображали не только ярость и ненависть, но и коварство.

Когда калишцу и лейтенанту дальнейшее отступление стало невозможно, Долос выбросил вперёд обе руки. Ладони владыки заискрились холодным голубоватым свечением, волна криокинеза прошила тела наёмников, и жизнь начала покидать головорезов, их лица покрылись коркой льда. Они были не в силах сопротивляться могуществу тёмной стороны и вскоре стали безжизненными хладными трупами. Долос использовал на этих двух охотниках криокинез, приём Силы, о котором он узнал из трактата "Правило двух" Дарта Бейна.

Поглощённый своим триумфом, Долос не сразу заметил очнувшуюся Кладмо Нарзи. Она взяла винтовку у одного из убитых ситхом штурмовиков и выстрелила, Долос увидел бластерный заряд и, выставив ладонь перед зарядом, заставил его остановиться прямо в воздухе в паре сантиметров от своей руки. Затем он Силой отправил выстрел обратно, но не в сниввианку, а в её оружие. Кладмо лишилась бластера.

Такую технику Дарт Долос задействовал ещё тогда, когда не был Долосом, а был Ордолом Рохтулом, когда он ещё не знал о существовании Ордена ситхов, когда он ещё не принял преображение себя тёмной стороной. В тот день он понял, что рождён для жизни, гораздо более великой, чем жизнь обыкновенного пилота. Его окружили повстанцы на Кореллии и он был вынужден отстреливаться, пока не кончились заряды собственного бластера, он отразил выстрел рукой, лишив жизни лидера того отряда восставших. Тогда он узнал о своей чувствительности к Силе, тогда он стал ситхом, тогда он отправился путём тёмной стороны, путём разрушения, путём, который привёл его к могуществу тёмного повелителя ситхов, путём, который приведёт его к абсолютной власти и свободе, если он окажется достаточно силён, а если он проявит слабость, то погибнет, желая обрести мощь. Таков путь истинного ситха.

— Ты всё это время был лордом ситхов и лгал всей Республике и своему народу! — крикнула Нарзи.

— Конечно. Идеалы покоя и гармонии загубят Республику. Я желаю спасти Республику и всю Галактику, покой — это ложь, стагнация, ведущая к деградации. Только ситхи понимают эту истину. Только власть ситхов сможет спасти Галактику от деградации.

— Я тебе не позволю уничтожить Республику, Дарт Долос!

Угроза из уст нечувствительной к Силе сниввианки была смешна повелителю ситхов.

"Если есть хотя бы одно существо, которое верит в дальнейшее существование ситхов — убейте его", — так гласит трактат Дарта Бейна. Свидетели представляют угрозу исполнению планов Ордена ситхов. Кладмо Нарзи не должна рассказать никому об истинной личности Дратила Трена.

"Надо дать ей шанс. Если она не согласится участвовать в воплощении в жизнь Великого плана ситхов, она должна будет умереть".

— Я предлагаю тебе внести свой вклад в моё преображение Галактики к лучшему, — сказал Долос сниввианке. — Твои навыки в политике и в управлении истребителем могут мне пригодиться. Ты поможешь Галактике войти в эру процветания. Ты сама видела, что Сенат поглощён коррупцией. Для подобных нам личностей великая цель оправдывает средства. Кто спасёт Галактику от разложения и деградации, если не такие, как мы?

— Джедаи. Джедаи всегда были на страже мира и порядка в Галактике! — заявила Кладмо.

— Джедаи? — иронично произнёс Долос. — Джедаи слепы и глухи. Они не способны по-настоящему помогать Галактике. Помогая одному, они не могут помочь всем. В стремлении помочь каждому страждущему помощи, они делают слабее и тех, кому они помогают, и самих себя. Желая избавиться от конфликтов и поддерживать гармонию и баланс, они ослабляют Галактику, ведут её к застою и деградации. Великая Сила не стремится к покою и гармонии. Конфликт и борьба — вот инструменты Силы.

— Никогда. Я не стану тебе помогать! — крикнула Кладмо.

Кладмо так отвлеклась на спор с ситхом о пути Галактики, что не заметила, как Бомзи Динридж выстрелил в неё из бластерного пистолета. Опытный охотник за головами не мог промахнуться с расстояния в шесть метров, и Кладмо упала замертво.

На секунду Долос почувствовал проблеск жалости, но он не разобрал, была ли эта жалость к сниввианке или к тому, что его планы по распространению сомнений относительно канцлера Хамато Зионо с помощью Кладмо Нарзи потерпели крах. Тёмный повелитель быстро убедил себя в том, что это чувство было именно досадой из-за крушения планов. "Кладмо всё равно не стала бы помогать мне. Её всё равно пришлось бы убить", — полностью подавив это странное чувство жалости, ситх вновь призвал гнев, придавший ему сил для продолжения боя.

Динридж, увидев, что сниввианка мертва, выстрелил из того же пистолета в Долоса, но Долос активировал световой меч и отклонил заряд в стену. Динридж приготовился снова стрелять, но блок питания бластера вышел из строя, как и всегда, в самый ненужный момент. Динридж предпочёл скрыться за массивным столом. Это его, естественно, не спасло бы от разъярённого владыки ситхов, но Динриджу помог мандалорец, который выжил, благодаря реактивному ранцу вернулся к месту боя через разбитое окно и был снова готов к сражению.

Мандалорец снял со своей спины винтовку и приготовился выстрелить из неё дротиком, но новый поток молний выбил винтовку из его рук, правда, сам мандалорец выстоял, броня защитила его от смертоносных молний ситха.

Вункс Зисс, правда Долос не знал его имени, достал из-за спины длинную пику из бескара, данным жестом выразив желание сразиться с ситхом на дуэли. Долос уважал достойных противников, однако это не мешало ему испытывать к ним ненависть. Ненависть делает ситха сильнее.

Долос атаковал мандалорца одним клинком, черпая силы из своих эмоций. Он использовал ситхскую вариацию Джем Со, пятой формы боя на световых мечах. Вункс готовился к подобному бою всю свою жизнь, он контратаковал, мастерски обращаясь с пикой из бескара, несмотря на отсутствие чувствительности к Силе.

После первого столкновения светового меча с пикой мандалорца Долос перестал сомневаться в том, что пика была сделана из мандалорского железа, бескара, из этого же материала Долос сконструировал рукояти своих световых мечей. Оружие мандалорца не было разрезано световым мечом, удар энергетического лезвия меча ситха даже не оставил на пике царапины.

Мандалорец наносил стремительные точные удары, ситх применял стиль Джем Со, основанный на мощных ударах, сокрушающих защиту врага, но не отменяющих защитные приёмы и приёмы контратаки. Пятая форма боя требовала от ситха двуручного хвата рукояти, усиливавшего мощь ударов, подкрепляемую силой мышц и Силой. Мандалорец старался найти брешь в обороне владыки ситхов, но не мог.

Ситх стал постепенно уставать; его выпады стали менее мощными. Он понимал, что, если вскоре не найдёт брешь в броне мандалорца и не сокрушит его, может проиграть мандалорцу, противнику, не способному направлять Силу. Такая мысль заставляла Долоса ненавидеть мандалорца ещё сильнее. Ненависть к врагу и страх быть поверженным придавали Долосу силы, его организм работал далеко за пределами естественных человеческих возможностей.

Мандалорцу почти не нужно было защищаться: его броня тоже состояла из бескара. Конечно, в его броне были уязвимые места, например, шея, перчатки на ладонях, локтевые, плечевые, коленные суставы и обувь оставались без защиты мандалорского железа.

Долос приспособился к стилю ведения боя мандалорцем. Ситх стал наносить точные выпады, стремясь прожечь броню и нанести раны врагу. Долос продолжал использовать мощные режущие удары, целясь в одну и ту же точку на пике, на которой от непрерывных атак световым мечом появились царапины, местами пика оплавилась.

Могущество тёмной стороны, питаемое ненавистью к врагу и желанием победить любой ценой, давало Долосу преимущество, он позволил Силе направлять клинок. Тёмный владыка ситхов стал перехватывать инициативу. Сила подсказывала ему, какие действия совершит мандалорец до того, как он их совершал. Долос ощутил подкравшегося сзади Бомзи Динриджа, готовившегося вонзить кинжал в спину, и, накопив мощь Тьмы и вскинув левую руку в сторону Динриджа, спроецировал волну Силы, отбросившую Динриджа через всю комнату. Уже второй раз Бомзи испытал на себе удар Силы.

Вункс подумал, что в тот момент, когда Долос толкнул Динриджа, сможет ранить ситха и нанёс колющий удар. Ситх стремительно парировал выпад и, воспользовавшись самоуверенностью мандалорца, ранил его в плечо. Мандалорец успел снова сделать выпад пикой, целясь в сердце ситха, Долос не успел его парировать, но успел уклониться, отделавшись глубоким порезом левого предплечья.

Подавляя боль в руке Силой, владыка ситхов продолжил поединок. Долос понял, что потребуется время, дабы победить противника в обычной дуэли.

Ведь, как известно и ситхам, и джедаям, не боец, умело управляющий клинком, победит в бою, а тот, в ком сильнее проявляется мощь Силы. Ситхи понимают, что их эмоции даруют им силы для победы и преодоления своих ограничений.

"Покой — это ложь. Есть только страсть.

Страсть придаёт мне силы.

Сила дарует могущество.

Могущество приносит победу.

Победа срывает с меня оковы,

И Великая Сила освобождает меня."

Ситх толкнул мандалорца Силой, а затем сжал кулак свободной руки; противник взмыл в воздух и стал задыхаться, вскоре, когда в лёгких закончился воздух, он умер. Вункс Зисс так и не смог победить ситха. Это было его первое и последнее поражение.

"Слабый индивид в борьбе либо становится сильным, обретая могущество, побеждая врагов и освобождая себя от ограничений, либо погибает в попытке достичь величия. Таков путь тёмной стороны".

Долос обратил внимание на Динриджа, последнего выжившего в отряде головореза. Бомзи спрятал кинжал за спиной, думая, что сможет обмануть ситха и внезапно ранить его. Ситх неспешно шёл к Динриджу, зондируя его Силой. Используя Силу, Долос видел кинжал, спрятанный охотником за спиной, ощущал страх Динриджа, который уже не был таким храбрым, каким был, когда вошёл в кабинет и приказал Дратилу сдаться. Лорд ситхов усмехнулся: он мог бы сломать шею этому неудачнику щелчком пальцев, и кинжал ему бы не помог.

"Неужели этот глупец думает, что сможет застигнуть меня врасплох?"

Тёмный владыка подошёл к Динриджу. Ситх выглядел угрожающе, учитывая то, как быстро он перебил весь отряд, и Динридж, хотя был до смерти напуган, решил не медлить и не ждать, пока владыка ситхов уничтожит его своими сверхъестественными способностями. Бомзи сделал выпад кинжалом, надеясь ранить ситха, Долос выставил левую руку перед кинжалом, кинжал остановился в сантиметре от его ладони. Бомзи не мог пошевелить рукой с кинжалом. Владыка взглянул на кинжал и притянул его Силой, вырвав из руки наёмника. Кинжал завис в воздухе, это повергло Динриджа в ужас, его последний план, последняя надежда были разрушены. Теперь он безоружен. Ситх повертел холодным оружием наёмника в воздухе. Он почувствовал, что это оружие было пропитано каким-то веществом.

— Ты думал, что сможешь отравить меня? — узнал ситх. — Или парализовать?

Ответа его вопрос не требовал.

Ладонью левой руки ситх прикоснулся к лезвию кинжала и нарочно оцарапал себе ладонь. Затем он выбросил кинжал в окно. Долос чувствовал, как нейротоксин, сенфлекс, распространяется в кровеносной системе, и немедленно принялся выжигать токсин огнём тёмной стороны по методике, описанной в манускриптах Дарта Ревана и Дарта Бейна. Уже через минуту в организме тёмного владыки не осталось ни единого следа сенфлекса, весь нейротоксин был сожжён могуществом тёмной стороны Силы.

Динридж, увидев, что нейротоксин не оказывает воздействия на ситха, понял, что Долос какими-то мистическими способностями уничтожил сенфлекс в своей крови. Динридж был в отчаянии, его последние надежды были на то, что ситх пощадит его. Бомзи упал на колени и стал молить о пощаде:

— Прошу, пощади! Пощади! Я буду служить! Пощади!

Глаза Долоса вспыхнули яростью, он всегда ненавидел и презирал тех, кто молит о пощаде.

"Тот, кто молит о пощаде, слаб не только в бою, но и в душе, раз он не способен достойно принять своё поражение. Такое существо настолько жалко, что оно не заслуживает жизни".

— Тот, кто молит о пощаде, слишком слаб, чтобы её заслуживать, — сказал Долос Динриджу и, активировав алый клинок, занёс его для нанесения фатального удара.

— Пощади! Я знаю того, кто меня нанял. Это ситх.

Мольбы Динриджа, естественно, не разжалобили Долоса: "Динридж в бою и своими мольбами доказал, что он не стал сильнее. Значит, он должен умереть".

Единственным, что остановило руку Долоса, был тот факт, что Динридж остался последним из напавших на ситха головорезов и мог знать, кто заказал это нападение.

Долос приставил алый клинок к горлу Динриджа и спросил:

— Кто заказчик?

— Заказчик... Ситх нанял меня на Нар-Шаддаа.

— Ты сможешь его найти?

— Да, только пощади!

— Если будешь мне полезен, то, возможно, останешься жив, — сказал ситх. — Если попробуешь напасть на меня или обмануть, то испытаешь на себе всю убийственную мощь тёмной стороны.

— Я не подведу. Клянусь!

Клятве Динриджа ситх, конечно же, не верил. Он не собирался оставлять Динриджа в живых, но пока Бомзи мог быть полезен.

Для Долоса не было нужды скрывать следы этого нападения. Если Динриджа и других головорезов нанял ситх, то вполне логичным будет казаться тот факт, что ситх и наёмники ворвались в апартаменты, убили Нарзи и похитили Дратила Трена, а затем ситх устроил расправу над наёмниками, которые были свидетелями данного инцидента.

Перед тем, как уйти из своих апартаментов и отправиться на поиски таинственного ситха-заказчика, Долос окинул взглядом комнату, некогда представлявшую образец роскоши. Теперь в его апартаментах повсюду была разбросана мебель, шкафы и столы из дерева врошир, произраставшего на Кашиике, на коврах и гобеленах были следы бластерных выстрелов и подпалин от световых мечей, всюду лежали бездыханные тела тех, кто напал на тёмного владыку, панорамное окно было разбито, ветер трепал листы бумаги в папке, которая до схватки находилась на столе.

Ситх взглянул через раму разбитого панорамного окна. По воздушным трассам Корусанта мчались миллионы, а может быть, миллиарды аэроспидеров. Ничто в облике экуменополиса, кроме Силы, не выражало того, что всего несколько минут назад это здание стало местом смерти семнадцати живых существ. Эта прекрасная планета оставалась отражением философии Ордена ситхов. Смерть слабых не замечается остальными, в особенности, сильными индивидами, слабые умирают, их имена стираются со страниц истории.

Сколько аколитов, учеников и даже лордов ситхов за историю Ордена ситхов погибли ради достижения истинной свободы и обретения абсолютной власти, желая стать кем-то большим, чем они были, желая полностью раскрыть свой потенциал. Кто-то не смог избавиться от сомнений, страха и неуверенности, кто-то не смог контролировать свои эмоции и стал рабом Тьмы, кто-то не смог искоренить самоуверенность, кто-то не смог пожертвовать всем ради цели. Никто не вспомнит их имена...

Те немногие, кто смогли покорить свои эмоции, обуздать свой гнев и свою ярость, становились могущественнее и побеждали, освобождая себя от общественных и собственных ограничений. Дарт Долос прекрасно понимал, что путь ситхов — это постоянная борьба. Он понимал, что малейшая ошибка на этом пути будет для него смертным приговором. Тёмная сторона Силы не прощает ошибок... На пути к могуществу всегда будут появляться препятствия, которые служат ситху испытаниями.

Пока что Долос преодолевал все встреченные им на своём жизненном пути испытания, что доказывают убитые им головорезы. Ещё будучи Ордолом Рохтулом, он летал на СИД-истребителе и уже в первый год службы стал асом, на Кореллии он сумел справиться с окружившим его отрядом повстанцев. Когда он стал ситхом, Долос усердно тренировался, оттачивая боевые навыки как в области боя на световых мечах, познав основы каждой формы боя и обучившись сложному искусству Джар'Кай, так и в области способностей Силы: его молнии были гораздо сильнее молний его первого наставника, Сноука. Долос обучился способностям скрытности и маскировки, боевой медитации и внушения, познал философию Ордена ситхов и Правила двух Дарта Бейна, стал понимать путь тёмной стороны. В 38 ПБЯ он обнаружил Дарта Сидиуса на Экзеголе и стал учиться у него как у последнего представителя династии ситхов Дарта Бейна. Во время войны с Едиными ситхами Долос доказал своё право на статус тёмного лорда ситхов и титул "Дарт", участвуя в почти всех важных сражениях, не менее дюжины раз сражаясь с ситхами Крайта, три раза встретившись лицом к лицу с самим Дартом Крайтом и выстояв в бою против него. То, как Долос расправился с головорезами, ещё раз доказало его право на могущество тёмной стороны.

Но сейчас Долоса ждут новые испытания. Ему предстоит узнать, кто является тем таинственным ситхом, нанявшим отряд головорезов, и уничтожить эту новую угрозу его планам. Если Долос ошибётся и не сможет устранить эту угрозу, то он, скорее всего, будет убит этим таинственным ситхом, а значит, покажет то, что он недостоин наследия Ордена ситхов и права называться тёмным повелителем. Долос прекрасно понимал этот риск — отправиться в неизвестность, встретиться с противником, уровень могущества которого не представляешь, этим ситхом может быть как какой-нибудь аколит, выполняющий поручение Крайта, так и крайне могущественный владыка, возможно, ситх, который всё это время скрывался в тени, как и Долос. У Долоса нет права на ошибку. Только он сможет возродить Правило двух в том виде, в каком его сотворил владыка Бейн, только он сможет привести Орден ситхов к величию.

Долос всмотрелся в шпили небоскрёбов Корусанта и вдруг заметил, что изображение в глазах начало плыть. Взгляд окутала серая пелена, подобная густому туману. Ситх развернулся к Динриджу, осознав, что произошло: Динридж его перехитрил, кинжал был пропитан каким-то ещё токсином, помимо сенфлекса. "Как я мог быть столь самоуверенным!" — пронеслось в голове тёмного владыки. Долос повалился на пол, его тело охватил паралич, он попытался призвать могущество Силы, чтобы сжечь токсин, но было уже поздно. Глаза ситха закрылись, сознание поглотила тьма.

Яд миркрианского гриба⁽¹⁾ подействовал ровно через три минуты, как ему и сказали. По словам зелосианца, продававшего настойку этого токсина, соки этого гриба с планеты Миркр за три минуты полностью парализуют нервную систему любого живого существа. Зелосианец сказал, что этот яд почти не ощутим Силой, так как он вызывает временное нарушение связи нервных окончаний с мидихлорианами поражённой ядом области, но не убивая мидихлорианы, ибо смерть большого количества этих таинственных органел отделяет индивида от Силы, а смерть всех мидихлориан приводит к смерти. Также токсин отключает сознание жертвы и парализует мышцы, но не затрагивает работу лёгких и сердца, как и сенфлекс. Действие токсина может продлиться около пятнадцати часов; дальше сознание постепенно возвращается, паралич мышц исчезает, связь нервной системы с мидихлорианами полностью восстанавливается.

Бомзи был рад, что, решив подстраховаться, покрыл кинжал не только сенфлексом, но и ядом миркрианского гриба.

Динридж поднял комлинк, лежавший рядом с телом мандалорца, и вызвал дроида-астромеханика:

— Эй, как там тебя звать... R4-A33. Подгони аэроспидер к окну кабинета Дратила Трена.

Вскоре к окну подлетел управляемый астромехом аэроспидер. Дроид-астромех был совсем не новой модели, но он вполне умело водил аэроспидер, подключившись к автопилоту транспортного средства. R4-A33 раньше принадлежал мандалорцу, поэтому был оснащён новейшими технологиями, а его корпус цвета меди был покрыт тонким слоем бескара, защищавшим дроида от бластерных выстрелов.

R4-A33 издал серию вопросительных стандартных для дроидов-астромехаников свистов, похожих на щебет птиц.

Бомзи, немного понимавший двоичный язык дроидов по интонации свиста, понял, что дроид хотел узнать, выжил ли его хозяин, Вункс Зисс.

— Я один выжил в нашей команде, — ответил дроиду Динридж, указав руками на следы боя в кабинете.

Дроид издал печальный гул.

— Теперь я буду твоим хозяином, — добавил Динридж. Как Динриджу показалось, дроид немного обрадовался, хотя Динридж всё-таки не был знатоком эмоций дроидов.

Динридж погрузил Долоса на заднее сидение аэроспидера и, усевшись в кресло пилота, поспешил улететь подальше и побыстрее от этого злополучного места.

1) Миркрианский гриб — вид грибов с планеты Миркр. Грибы развили способность выделять токсин, временно нарушающий связь нервной системы существа, поглотившего гриб, с мидихлорианами в его клетках и вызывающий временный паралич. Учёными установлено, что гриб развил способность вырабатывать этот редкий токсин, чтобы избежать поглощения ящерицами-исаламири.

Этот вид гриба был придуман автором. В каноне и Расширенной Вселенной Звёздных войн его нет.

Планета Миркр и ящерицы-исаламири существуют во вселенной Звёздных войн.

Вернуться к тексту

Лиунб Каллат на своём корабле "Клинок надежды" летел сквозь гиперпространство. Наконец-то он покинул планету Эч-То, пребывание на которой ему уже сильно наскучило. Целый год ему приходилось жить в небольшой грубо сделанной каменной хижине на маленьком холмистом острове со скалистыми берегами, он ловил рыбу, жарил мясо поргов и по четырнадцать стандартных часов в день медитировал, постигая светлую сторону Силы, осознавая себя листиком, подхваченным ветром Силы, обретая покой и безмятежность, находясь в гармонии с собой и с окружавшей его природой. Сон ему заменяла медитация. Теперь он сможет вернуться к событиям галактического масштаба, сможет вновь проявить отвагу и героизм и, конечно, получит сан мастера, возвысившись над всеми рыцарями-джедаями, этим потешив своё честолюбие.

Именно за саном мастера Лиунб сейчас и летел на Оссус, в Храм джедаев. Высший Совет джедаев обещал дать ему сан мастера по возвращении с Эч-То. Ведь Лиунб за этот год полностью восстановил связь со светлой стороной и стал гораздо мудрее. Нет ни одной причины, почему ему не могут дать сан мастера, к тому же, Совет уже одобрил его кандидатуру, сама Рей Скайуокер, гранд-мастер Ордена джедаев, приняла решение сделать Лиунба мастером, и Совет с ней согласился.

Лиунб проводил время в медитации, пока корабль летел на автопилоте по древним гиперпространственным маршрутам, открытым первыми джедаями ещё во времена разрушения Ракатанской империи и образования Галактической Республики. Синеватое мерцание гиперпространства не мешало Лиунбу медитировать, пока "Клинок надежды" летел на Оссус. Наоборот, синева гиперпространства придавала джедаю чувство умиротворения и гармонии с Силой, способствовала погружению в мирные потоки светлой стороны.

Хотя джедаям всегда следовало отпускать свои эмоции, ничто не могло затмить радость и счастье Лиунба от предстоящего посвящения в мастера.

Коммуникатор запищал, оповестив джедая о новом сообщении. Джедай нажал на кнопку коммуникатора, высветилась голограмма канцлера Хамато Зионо. Странно, Хамато Зионо всегда недолюбливал джедаев. Поэтому было удивительно, что он захотел связаться с джедаем.

— Глубокоуважаемый Лиунб Каллат! — начал канцлер. От такого обращения Лиунбу стало не по себе — канцлер никогда не уважал джедаев и не скрывал своего неуважения, считая их фокусниками и колдунами.

Канцлер Хамато Зионо продолжил:

— Извиняюсь, что потревожил вас, глубокоуважаемый Лиунб Каллат. Я осведомлён, что вы направляетесь на Оссус, чтобы вам вручили сан мастера-джедая. Однако я не могу не попросить вас о срочной помощи во имя Республики. На Корусанте сегодня было совершено нападение на высокопоставленных политических деятелей Галактической Республики. Похищен помощник сенатора Амбрии. Убито несколько разумных существ. Это дело требует расследования. Без вашей помощи не обойтись. Необходимо найти виновных и привлечь их к ответственности.

— Это мой долг рыцаря-джедая. Уже лечу на Корусант, — согласился Лиунб.

Новый подвиг ему сейчас не повредил бы. Тогда даже самые косные и лицемерные представители Ордена джедаев не посмеют считать Лиунба недостойным повышения.

Лиунб вывел корабль из гиперпространства и вбил в навикомпьютер координаты Корусанта: "0; 0; 0", — и приготовился к новому гиперпрыжку.

* * *

Нижние уровни Кореллианского сектора, Нар-Шаддаа

"Гордость Мандалора" приземлилась на поверхность Нар-Шаддаа. Корабль пристыковался с одним из хаотически спроектированных доков на нижних уровнях Кореллианского сектора хаттской луны. Весь стыковочный док был покрыт слоем ржавчины, а район луны, в котором совершил посадку корабль, был окутан густым серым туманом, не позволявшим видеть существо размером с вуки в трёх метрах от носа. От пролетавших мимо кораблей и аэроспидеров стыковочная платформа трещала и содрогалась.

Для Динриджа трущобы Нар-Шаддаа были гораздо привычнее шикарных небоскрёбов Корусанта, хотя он всегда мечтал о роскошной жизни и даже некоторое время пожил в вилле на Нал-Хатте... Но он быстро растратил все средства, проиграл в сабакк виллу и был вынужден вернуться к работе охотника за головами. Когда он получит деньги от ситха, он снова купит особняк и будет окружён роскошью, но теперь будет беречь деньги, наверное...

Динридж взглянул на лежавшего в каюте Дарта Долоса, который всё ещё находился без сознания. Бомзи до сих пор не мог поверить своим глазам, что смог изловить ситха. Ни отряд бывших штурмовиков, ни опытный боец-мандалорец не смогли одолеть тёмного владыку, а он, Бомзи Динридж, обыкновенный охотник за головами, человек, которого другие охотники за головами всегда называли Недотёпой, смог победить могущественного ситха одной лишь смекалкой и кинжалом, покрытым токсином миркрианского гриба.

На поясе Динриджа находились два световых меча ситха, рукояти которых были сделаны из бескара. Эти клинки, сражаться которыми Динридж, конечно, не умел, станут доказательством для всех охотников за головами, что Динридж реально одолел повелителя ситхов.

Пока "Гордость Мандалора" летела в гиперпространстве, управляемая астромехаником R4-A33, Динриджу приходилось вводить ситху сенфлекс каждые четыре часа. Яд миркрианского гриба он не стал повторно задействовать, так как зелосианец, продавший ему настойку яда данного гриба, сообщил, что в больших концентрациях этот яд может крайне негативно сказаться на мидихлорианах жертвы, а передозировка вызовет необратимое нарушение связи мидихлориан с нервной системой организма, что может привести как к потере чувствительности к Силе, что может не удовлетворить ситха-нанимателя, так и к смерти. "Когда ситх находится без сознания, он не сможет сжечь сенфлекс мощью своего колдовства", — подумал Динридж. Вводить сенфлекс, конечно, надо чаще, чем яд гриба с планеты Миркр, но зато использование сенфлекса даже в больших дозах не приводит к летальному исходу.

Дело Динриджа почти сделано, скоро он получит вознаграждение от таинственного ситха-нанимателя. Осталось только найти этого ситха и доставить ему Долоса.

Бомзи сказал дроиду:

— Следи за ситхом. Вводи ему каждые четыре часа сенфлекс, если я скоро не вернусь.

R4-A33 издал щебет, обозначавший согласие с Динриджем.

Бомзи отправился в кантину "Пьяный гунган", ведь только там он видел таинственного нанимателя, и было бы логично, что ситх пожелает встретиться с ним именно там.

* * *

Посадочная площадка C145, Сенатский округ, Корусант

На репульсорной платформе, используемой для посадки и стоянки кораблей высокопоставленных чиновников Республики, стояло большое количество людей и других разумных существ, когда "Клинок надежды" совершил посадку на поверхность этой репульсорной платформы. Канцлер Хамато Зионо, его окружение и пресса ждали прибытия храброго рыцаря-джедая Лиунба Каллата, и вот он, наконец, прибыл.

По посадочной рампе "Клинка надежды" спустился невысокий, но широкоплечий человек крепкого телосложения. Его лицо, обрамлённое довольно густой каштановой бородкой и небольшими усиками, и светло-голубые глаза излучали уверенность в своих силах и готовность столкнуться лицом к лицу со всеми трудностями. Недлинные каштановые волосы гармонировали с одеянием джедая: выцветшим плащом цвета выжженной земли с откинутым на спину капюшоном, тёмно-коричневой, почти чёрной, туникой, подпоясанной широким ремнём из кожи ранкора. На поясе была закреплена массивная полированная рукоять светового меча.

Рыцаря сразу же попытались окружить многочисленные журналисты, но охранники канцлера выстроились стеной между прессой и джедаем, освободив канцлеру дорогу к джедаю. Лиунб был очень удивлён, увидев столько важных персон, ожидавших его прибытия. "Раз прибыл встречать сам канцлер, то задание будет важнее и труднее, чем казалось раньше".

Канцлер сразу вежливо поприветствовал рыцаря:

— Здравствуйте, глубокоуважаемый рыцарь Лиунб! Республика нуждается в вашей помощи, — даже просьбу канцлер выразил строгим официально-деловым тоном, сохраняя офицерскую выправку. Сколько Лиунб себя помнил, канцлер всегда говорил холодно, строго и бесстрастно. Лиунб не раз думал, что если бы Хамато умел чувствовать Силу, то, наверняка, был бы джедаем и уже давно бы вошёл в Высший Совет джедаев как один из самых уважаемых мастеров.

— Приветствую, Верховный канцлер Хамато Зионо! — ответил приветствием Лиунб. — Что здесь произошло? Как я могу помочь?

Еле сдерживаемая охраной канцлера толпа корреспондентов, желавших заполучить даже незначительные клочки информации об инциденте, чтобы сделать из них репортажи для всех каналов, газет и Голонета, старалась подобраться ближе к джедаю и канцлеру. Все хотели услышать и увидеть сенсационные новости. Однако журналистам в этот раз не особо повезло: Хамато, Лиунб и Иитааб, иторианец, занимающий пост вице-канцлера, проследовали к аэроспидеру и улетели.

В аэроспидере канцлер не раскрыл подробности покушения, сказав джедаю:

— Я объясню всё на месте преступления. Пожалуйста, не задавайте лишних вопросов.

— Вам всё объяснят, когда придёт время, — медленно и протяжно проговорил Иитааб.

Лиунбу ничего не оставалось, как ждать, пока спидер прибудет к назначенному канцлером месту.

Дом №500 по Республиканской улице, Сенатский округ, Корусант

Аэроспидер быстро долетел до места назначения — дома №500 по Республиканской улице, одного из прекраснейших зданий Корусанта. Турболифт в здании также быстро довёз джедая и канцлера на один из верхних этажей здания, к апартаментам помощника сенатора Амбрии. Не успев войти в апартаменты, Лиунб ощутил волну тёмной стороны, а точнее, след тёмной стороны.

— Я уже говорил вам, что в результате покушения убита Кладмо Нарзи. Шестнадцать нападавших были тоже убиты, двое из них были выброшены из окна. У большинства нападавших найдены следы ранения световым мечом. Трое были застрелены из бластерных винтовок. Двое неизвестным образом заморожены заживо.

— Эти двое ещё живы? — наивно уточнил Лиунб, надеясь отыскать зацепки к раскрытию этого дела.

— Нет, приборы показывают, что они мертвы.

— Жаль. Они могли бы сказать, что конкретно тут произошло.

Описание ранений и тот факт, что большая часть нападавших погибла от светового меча, дали Лиунбу ясно понять, что одним из нападавших был индивид, обладавший чувствительностью к Силе. Именно этот индивид приказал убить Кладмо, похитил помощника сенатора и перебил нанятых им головорезов как ненужных свидетелей. Как видно головорезы, пытались драться. Но Сила даёт преимущество в бою. Так как джедаи всегда были посланцами мира и справедливости в Галактике, джедай вряд ли совершил подобное нападение. Значит, этим чувствительным к Силе нападавшим был ситх. Тогда неудивительно, что Лиунб почувствовал в Силе след присутствия тёмной стороны.

— Одним из нападавших был ситх? Что сняли камеры?

— Скорее всего это нападение было совершено ситхом, но камеры в тот момент были отключены во всём здании. Эта диверсия была тщательно спланирована, — ответил Хамато Зионо. — Пройдёмте в кабинет помощника сенатора.

Они вошли в кабинет. Всё было оставлено нетронутым на месте преступления, поэтому всё выглядело именно так, как сказал канцлер. Всюду лежала разбросанная мебель, на коврах и гобеленах виднелись следы бластерных зарядов и лезвия светового меча, окно было разбито, тела охотников за головами в форме штурмовиков Империи Дарта Крайта находились в тех местах, где их застала смерть. Почти все они имели ранения и опалины, нанесённые световым мечом. Человек и калишец были заморожены, хотя в комнате не было холодно, их покрытые инеем лица выражали дикий ужас. Лиунб, подойдя к ним, ощутил могущественный след тёмной стороны, сохранившийся даже после смерти этих несчастных. Правда, лёд на них уже начал таять.

Джедай попытался узнать через Силу, что точно здесь произошло, но Тьма блокировала его восприятие, светлая сторона не могла помочь джедаю отбросить завесу тёмной стороны и узнать правду. Возможно, он узнал бы истину о произошедшем, если бы позволил тёмной стороне наполнить душу, если бы использовал свой гнев, позволял бы гневу придавать ему силы.

Но гнев всё равно вспыхнул в душе Лиунба, когда он увидел Кладмо Нарзи мёртвой. Её висок почернел от бластерного заряда.

Кладмо была для него другом, боевым товарищем. Лиунб не раз доверял ей свою жизнь и она не подводила. Он тоже её не раз выручал, возвращая долг товарища. В истребителе она была непобедимой, за войну с Едиными ситхами она уничтожила больше сотни СИД-истребителей Империи Крайта. Кладмо была такой же храброй, каким был Лиунб. Конечно, Лиунб и Кладмо были только друзьями, ведь Лиунб был джедаем и человеком по расе, а она была сниввианкой.

Привязанность — опасное чувство для джедая, даже если это привязанность к другу и товарищу по оружию. Джедаям не следует испытывать привязанность — так постановил Высший Совет. Привязанность ведёт к страху потери. Страх ведёт к гневу. Гнев ведёт к ярости и ненависти, ведёт на тёмную сторону Силы.

Теперь гнев не мог покинуть Лиунба, но джедай всё равно пытался его сдерживать, не поддавался гневу и не использовал его для подпитки сил.

Даже без возможности восстановить хронологию событий с помощью Силы Лиунб понимал, что нападавшим был ситх. Это был либо Дарт Долос, коварный лорд ситхов, воевавший за Первый Порядок, либо ситх-служитель Дарта Крайта, выживший и скрывшийся в тени после войны, желая отомстить врагам повелителя. Джедай думал, что этот ситх нанял команду охотников за головами для нападения, а потом сам убил их всех как свидетелей, знавших его в лицо. Этот таинственный ситх приказал головорезам застрелить Кладмо Нарзи в качестве мести за то, что сниввианка уничтожила множество истребителей Империи Крайта. Дальше ситх похитил помощника сенатора Амбрии и скрылся в пока неизвестном направлении.

Лиунб обратил внимание на то, как незаметно подошёл к нему канцлер. Сохраняя офицерскую осанку и бесстрастное выражение лица, Хамато, как и всегда, выглядел спокойным, а короткие седые волосы и многочисленные морщины на неулыбчивом лице придавали ему строгий и суровый вид. В его глазах можно было прочесть соболезнования джедаю по поводу гибели Кладмо, хотя он всё равно не выглядел сентиментально.

— Я должен найти убийцу? — спросил Лиунб.

Канцлер чётко ответил:

— Да. Но это не главная задача. Помощник сенатора Амбрии Дратил Трен, в чьих апартаментах мы сейчас находимся, был похищен. Вам следует его найти и спасти из плена у нападавших.

— Если он, конечно, ещё жив. Ситхи не славятся милосердием.

— Вы должны найти помощника сенатора Амбрии в кратчайшие сроки или официально доказать его смерть. Иначе Амбрия и целый ряд недовольных миров выйдут из состава Республики с заявлением, что Республика не способна предоставить защиту их делегатам на Корусанте, в столице Республики. Эти миры присоединятся к Первому Порядку, из-за этого может произойти конфликт галактического масштаба.

— А вдруг это именно Первый Порядок похитил Дратила Трена, чтобы Амбрия присоединилась к диктатуре Сноука? Может, Сноук отправил сюда Дарта Долоса для этого похищения? Долос достаточно могущественен в Силе, чтобы перебить этих головорезов, отправленных Едиными ситхами Крайта для убийства Кладмо, — осенило Лиунба, в это мгновение он оказался очень близок к правде.

— Это вряд ли. Долос сражался за Первый Порядок против Единых ситхов, а Первый Порядок временно объединил усилия с Республикой в борьбе с ситхами Крайта. Сейчас Первый Порядок сохраняет мир с Республикой, — сказал канцлер и после короткой паузы добавил. — Раньше Первому Порядку не требовался повод для начала войны с Республикой. К тому же, уже год никто в Галактике не видел Дарта Долоса. Он бесследно исчез после войны, неизвестно, жив ли он сейчас. Может быть, прислужники Крайта уже убили его.

— Возможно. Долос — могущественный тёмный владыка. Если бы он участвовал в этом нападении, ему вряд ли были бы необходимы помощники в виде отряда головорезов. Также это могут быть выжившие после войны ситхи Крайта, один из которых организовал убийство Кладмо и похищение помощника сенатора, — согласился Лиунб. — А может быть... Может быть, всё это похищение нужно Единым ситхам для того, чтобы организовать конфликт между Республикой и Первым Порядком, ослабив две державы. Затем, накопив силы, ситхи сокрушат и Республику, и Первый Порядок!

— Если это правда, то вам следует немедленно начать искать помощника сенатора, иначе может начаться война, — предупредил Хамато.

— Известно, откуда прибыли головорезы?

— Мы оставили всё нетронутым, чтобы вы, уважаемый рыцарь-джедай, смогли найти улики. Специалисты скоро начнут расследование.

Посмотрев на замёрзший из-за волны тёмной стороны труп человека, который некогда был лейтенантом Лааком, джедай сообщил:

— Большинство убитых головорезов одеты в броню штурмовиков Империи Дарта Крайта. Но, судя по вмятинам и грязи на броне, по разносортности вооружения, начиная с винтовок и заканчивая кривыми ножами, они уже долго не служили в регулярной армии. Они, наверное, как минимум год как дезертировали, став охотниками за головами.

"Если это был лорд ситхов, то зачем ему нужны были головорезы? Если он использовал головорезов для поимки помощника сенатора, убийства Кладмо и, возможно, для защиты себя, то это был какой-нибудь аколит или ученик. Но аколиту вряд ли по силам использовать такую технику, как криокинез Силы. На это способен не каждый мастер-ситх".

Взгляд Лиунба отмечал детали на броне убитых головорезов, детали типов оружия и видов ранений. Его взгляд остановился на человеке в мандалорской броне из бескара, имевшей медный отлив. Он не имел серьёзных ранений световым мечом, кроме следа раны на руке. Неудивительно, ведь бескар почти не подвергается изменениям при контакте с энергетическим лезвием светового меча. Около тела мандалорца лежала пика из бескара, покрытая многочисленными царапинами от столкновения с клинком ситха. Лиунб заметил, что мандалорец был убит не клинком. Скорее всего, он лишился жизни из-за того, что ситх использовал Силу. Ни мастерство дуэлянта, ни броня из бескара не смогли спасти его от смерти, от уничтожения тёмной стороной.

"Быть может, это нападение совершил лорд ситхов? Возможно, нанятые им головорезы убили Кладмо, а дальше ситх расправился со всеми наёмниками как с ненужными свидетелями. Они пытались бороться, но он их одолел, затем он похитил помощника сенатора, чтобы совершить провокацию конфликта Республики и Первого Порядка. Ведь делегаты Амбрии, вошедшие в Сенат, поставив ультиматум Республике, теперь пожелают присоединиться к Первому Порядку, где им, по их мнению, обеспечат безопасность. Это может послужить началу военных действий".

Джедай увидел тоненькую книжечку, выпавшую из кармана брони мандалорца. В эту книжечку он записывал имена тех, кто ему задолжал и суммы их задолженности. Свои долги мандалорец тоже заносил в книжечку. Правда, долгов у него оказалось немного: всего лишь четыре сотни кредитов одному клану хаттов. А таблица должников мандалорского головореза занимала значительное число страниц. Большинство существ, являвшихся его должниками, брали в долг лишь небольшие суммы, не превышавшие одной тысячи кредитов, однако существовала одна запись должника, сумма долга которого составляла десять миллионов кредитов. Этого должника звали Бомзи Динридж, он находился в конце списка должников. Рядом с именем Динриджа была написанная быстрым, несколько корявым почерком запись: "Связаться с Дартом Коллапаксом в крайних обстоятельствах, если Динридж будет мёртв".

"Всё сходится: ситх Дарт Коллапакс нанял Динриджа, руководителя бывших штурмовиков, а тот нанял, помимо своих головорезов, мандалорца, чтобы убить Кладмо и захватить в заложники помощника сенатора. Когда головорезы выполнили поручение, Коллапакс избавился от них, убив всех прямо в апартаментах политика. Захватив в заложники Дратила Трена, ситхи вынуждают Амбрию выйти из Республики и присоединиться к Первому Порядку, этим организуя полномасштабную войну Республики и Первого Порядка".

— Канцлер Зионо, скажите всем инстанциям найти сведения о Дарте Коллапаксе и о Бомзи Динридже.

— Ваше пожелание исполнят. Найдите убийцу и помощника сенатора.

— И подготовьте "Клинок надежды".

— Он уже готов.

* * *

Кантина "Пьяный гунган", Нар-Шаддаа

Бомзи Динридж сломя голову примчался в кантину "Пьяный гунган". Он был рад тому, что дожил до этой минуты и вновь вошёл в помещение этой кантины. Он был невероятно счастлив, что уцелел в той бойне, в которую превратилась охота на ситха, но ещё больше он был счастлив тому, что он смог изловить ситха живым. Вскоре он получит сорок миллионов кредитов, которые достанутся ему и только ему. Это согревало его душу. Ни мандалорец Вункс Зисс, ни отряд бывших штурмовиков не получат ни одного кредита. Только Бомзи Динридж станет единовластным владельцем всей суммы.

Динридж заметил, что экраны в кантине, транслирующие основные галактические новости, пестрили заголовками: "Похищение в Сенате! Похищен помощник сенатора Амбрии. Убита лётчица Сопротивления Кладмо Нарзи. Шестнадцать нападавших обнаружены мёртвыми. Дратил Трен пока не найден. Храбрый рыцарь-джедай Лиунб Каллат уже напал на след убийц и готовится отправиться спасать помощника сенатора Амбрии. К инциденту на Корусанте причастен ситх!"

Бомзи усмехнулся, ведь он был теперь, наверное, единственным, кто знал, что похищенный помощник сенатора — это тёмный владыка ситхов Дарт Долос.

"За такой секрет и Республика, и ситхи Крайта заплатят мне очень большое количество кредитов".

Но он отвлёкся. Ему нужно найти того ситха. Ему снова придётся говорить с ситхом. От этого кровь стыла в его жилах.

— Дава, привет!

— О, Недотёпа Динридж! Явился, — приветствовал его балосар. — Слыхал о событиях на Корусанте?

— Кто же не слышал, — ответил Динридж.

— Тот мандалорец, с которым ты на днях разговаривал, был среди нападавших на помощника сенатора. Он убит неизвестным. Весь Голонет пестрит только этой новостью. Ты случайно не участвовал в этом инциденте?

— Нет, конечно, я тут не при чём. А ты не встречал того ситха, с которым я беседовал до встречи с мандалорцем? — уточнил Динридж.

— О! Он сегодня здесь был и велел передать тебе этот лист флимсипласта, — сообщил Дава и передал листок Динриджу.

Бомзи быстро выхватил лист у балосара. На листе был на ауребеше записан адрес штаб-квартиры ситха и его имя — Дарт Коллапакс.

Динридж вернулся на "Гордость Мандалора". Происшествий на корабле за то время, пока Динридж был в кантине, не было, R4-A33 следил за пленником, а пленник всё ещё находился без сознания. Бомзи посмотрел на адрес, записанный на листе, и сказал дроиду найти схему здания, служившего, по-видимому, штаб-квартирой Дарта Коллапакса. Согласно схеме, спроецированной дроидом, на крыше этого здания располагалась посадочная площадка для небольших грузовых кораблей и шаттлов, поэтому Динридж повёл "Гордость Мандалора" прямиком к указанному Дартом Коллапаксом адресу.

* * *

Найти информацию о Дарте Коллапаксе Лиунбу оказалось гораздо труднее, чем о Бомзи Динридже. Сведений о Коллапаксе почти не было, кроме того, что это был ситх Империи Дарта Крайта, обучавший учеников и аколитов искусству владения световым мечом в возрождённой Акдемии ситхов на Коррибане. Судьба Коллапакса после битвы за Коррибан осталась неизвестной.

А вот информацией о Бомзи Динридже Голонет полнился. Бомзи Динридж — полный человек лет пятидесяти пяти, охотник за головами, разыскиваемый на Татуине, Апатросе, Рилоте, Батуу, Мон-Кале, Лотале, Бакуре, Беспине и в секторе Тапани. За его голову хатты Татуина назначили награду в тридцать тысяч кредитов. Помимо того, что Динридж находился в розыске, он был ещё весь в долгах. Возможно, именно из-за этого его разыскивали почти все преступные синдикаты Внешнего Кольца. Бомзи, как видно, даже был вынужден продать свой корабль, чтобы погасить часть своих долгов. Неудивительно, что Динридж задолжал мандалорцу, которого, как выяснилось, звали Вункс Зисс, целых десять миллионов кредитов, которых, конечно, у Динриджа не было. Ещё Динридж был должен четыреста тысяч кредитов хатту Граккусу, преступному авторитету Нар-Шаддаа, луны Нал-Хатты.

Сведения космопорта показали, что Динридж и пятнадцать человек и гуманоидов пару дней назад прибыли на судне "Выстрел" на Корусант. Даже банте ясно, что Динридж и пятнадцать головорезов прилетели на Корусант для нападения на помощника сенатора и Кладмо Нарзи.

Если Бомзи Динридж последний год не покидал Нар-Шаддаа до его поездки на Корусант, то он не смог бы получить заказ по поимке Дратила Трена и убийству Кладмо Нарзи от Дарта Коллапакса за пределами Нар-Шаддаа.

Лиунб, собрав досье на Динриджа, сразу отправился на "Клинке надежды" на Нар-Шаддаа. Если гипертрассы не будут перегружены, то уже очень скоро отважный джедай высадится на поверхность луны контрабандистов и продолжит идти по следу Дарта Коллапакса.

Штаб-квартира Дарта Коллапакса, Нар-Шаддаа

Местом, где в последнее время жил Дарт Коллапакс, был небоскрёб в престижном хаттском районе Нар-Шаддаа. Здание было построено относительно недавно и представляло собой шикарную дюракритовую высотную постройку, больше походившую на здания в Сенатском округе Корусанта, чем на трущобы Нар-Шаддаа. Здание полностью принадлежало Коллапаксу. Эта штаб-квартира была оснащена собственной площадкой для посадки звездолётов и аэроспидеров, где на случай экстренной эвакуации располагался шаттл и два аэроспидера. Конечно, такой особняк не был редкостью для правящих здесь кланов хаттов, и здание, уже год использованное Коллпаксом в качестве штаб-квартиры, раньше тоже принадлежало какому-то богатому хатту, но армия Крайта убила этого хатта во время последней войны, поэтому теперь Коллапакс, заплатив большую сумму клану Десилиджик, спокойно использовал это здание, не боясь возмездия со стороны хаттов.

Зал, в котором Коллапакс ждал посетителей, был олицетворением роскоши. Вдоль стен на пьедесталах стояли золотые чаши, стены украшали гобелены, на полу были ковры из шерсти вампы и нексу. Хатт, ранее владевший домом, как и почти все хатты, был любителем роскоши. Коллапакс роскошь никогда не любил, он всегда чувствовал себя комфортнее в тренировочном зале. Он стоял в центре зала, смотря на вошедшего головореза и его дроида. По периметру находилось шесть штурмовиков Империи Крайта.

Бомзи Динридж склонился перед Коллапаксом, выразив почтение, и проговорил:

— Владыка Коллапакс! Я привёз вам владыку Долоса живым. Он сейчас на моём корабле. Я ввёл ему сенфлекс, чтобы он находился без сознания.

— Ты отлично потрудился, Бомзи Динридж, — похвалил его Коллапакс. — Оставьте нас и поместите владыку Долоса в сдерживающее поле, — ситх обратился к стоявшим по периметру штурмовикам, они послушно покинули зал.

— Я жду вознаграждения. Сорок миллионов кредитов, — почтение Динриджа мгновенно испарилось. Он говорил, как и всегда, довольно наглым тоном.

— Ты желаешь получить награду за работу? — спокойно спросил Коллапакс.

Бомзи удивился нелепости вопроса:

— Конечно. Я хочу получить заслуженные мною сорок миллионов кредитов. Я доставил вам Дарта Долоса живым, а сниввианка мертва.

— Ты получишь свою награду, — сказал Коллапакс и протянул Динриджу мешок с кредитами.

Динридж жадно схватил мешок из протянутой руки ситха и пересчитал количество кредитов:

— Миллион?! — возмущённо воскликнул Бомзи Динридж. Значит, теперь у Динриджа есть два миллиона кредитов: ситх сейчас заплатил ему один миллион, два миллиона были получены им в качестве аванса ещё до выполнения миссии, один из которых был отдан мандалорцу. Ситх так и не отдал обещанные сорок миллионов.

Любой другой охотник за головами был бы несказанно рад тому, что получил два миллиона кредитов. Но не Бомзи Динридж. Бомзи Динриджу было недостаточно этой суммы для погашения долгов. Полученной им суммы не хватило бы даже для того, чтобы расплатиться с кланами хаттов: Десилиджик, Джахибакти и Бесадии — которым он в сумме был должен около семи миллионов; ни о каком особняке и речи теперь быть не могло.

— Здесь всего один миллион, — повторил Динридж, надеясь на то, что произошла какая-то ошибка, которая сейчас точно разрешится. — Владыка, вы обещали сорок миллионов!

— Я изменил условия нашей сделки. Молись, чтобы я не изменил их снова, — сказал Коллапакс, сверкнув жёлтыми глазами, что явно не предвещало Динриджу ничего хорошего. — Сила благоволит тебе, Динридж. Бери деньги и уходи, пока я в хорошем расположении духа.

Динриджу ничего не оставалось, кроме как, поклонившись ситху, выйти из зала и отправиться к своему кораблю, расположенному в ангаре на крыше здания.

Коллапакс ощущал вибрации недовольства и злости Динриджа, но прекрасно понимал, что Динридж не может представлять ему, повелителю ситхов и мастеру клинка, опасность. Ситх насыщал себя не только неудовлетворённостью Динриджа, но и его страхом перед тем, кто имеет значительное могущество в управлении клинком и Силой. Когда Бомзи и его дроид покинули это помещение, Коллапакс понял, что безрассудных действий на поводу у своей злости Динридж совершать не будет.

"Охота на Долоса не лишила его инстинкта самосохранения. Естественно, столь слабый человек не будет даже пытаться встать у меня на пути", — в этом Коллапакс был уверен.

* * *

Ненависть... Живая, пылающая, клокочущая и неутолимая ненависть. Ещё до того момента, как Долос открыл свои сверкающие цветом расплавленного золота глаза, он почувствовал ненависть. Ситх открыл глаза и оглядел помещение, в котором он находился. Он обнаружил себя заключённым в сдерживающее поле, ноги и руки не двигались, голову терзала сильнейшая боль. Долос попытался сфокусировать тёмную сторону Силы, чтобы перегрузить систему генератора поля, но не преуспел. Новая волна головной боли нахлынула на тёмного владыку, нарушив его концентрацию. Он сразу вспомнил, что сдерживающее поле часто применялось Конфедерацией независимых систем для пленения джедаев во времена Войн клонов, поле испускало заряд, нарушавший концентрацию пленника, не позволяя использовать Силу для освобождения.

Его ненависть стала сильнее. Долос испытывал ненависть к Бомзи Динриджу, сумевшему его перехитрить, покрыв кинжал не только сенфлексом, но и каким-то неизвестным токсином, к таиственному ситху, у которого он сейчас находился в плену, к генератору сдерживающего поля. Но гораздо более сильную ненависть Долос испытывал к самому себе, к своим слабостям: самоуверенности, из-за которой он теперь оказался в плену, из-за которой будущее Ордена лордов ситхов, следующего Правилу двух, находится под угрозой, как и будущее всей Галактики, и своей беспомощности в данный момент времени, невозможности уничтожить генератор поля и освободиться. Это чувство питало его.

Долос понимал, что это поле было специально спроектировано так, чтобы нарушать концентрацию чувствительных к Силе существ, головная боль, причиняемая полем, не позволяла джедаям сконцентрироваться.

Правда, Долос не сомневался в том, что ситхи сильнее джедаев. Джедаи ограничивают себя своим однобоким познанием Силы. Постигая только светлую сторону, они не могут полностью раскрыть свой потенциал, которым наделила их Сила. Тёмная сторона показывает, что способности Силы безграничны. Тёмная сторона сбрасывает оковы.

"Нет ничего более прочного, чем воля ситха. Ни дюрасталь, ни мандалорский бескар, ни вера джедаев — ничто не сравнится с ней. Ничто", — гласил древний фолиант Дарта Андедду, найденный Долосом на Коррибане в библиотеке Храма ситхов.

Долос читал в древних манускриптах о том, как тёмная сторона позволяла подчинять всё мироздание воле ситхов, искажая саму материю и пространственно-временную ткань. Долос прекрасно знал легенды о том, как древние ситхи-алхимики могли создавать плоть из пустоты, используя лишь гнев и ненависть к своим врагам. Согласно преданиям, Дарт Сион мог воскрешать себя, взывая к боли от полученных в многочисленных сражениях ранений, таким способом приблизившись к раскрытию тайны бессмертия. Используя мощь тёмной стороны, Дарт Малгус смог выжить после того, как джедайка Сатель Шан обрушила на него скалу во время их поединка на Альдераане. Дарт Гин не стала слабее из-за кибернетических протезов, которые она была вынуждена носить после дуэли с Дартом Гравидом. Дарт Плэгас мог продлевать свою жизнь, навязывая свою волю мидихлорианам.

Примеры древних повелителей ситхов доказывали то, что возможности Силы безграничны, необходимо лишь подчинить её своей воле.

Долос начал накапливать мощь тёмной стороны, концентрируясь на отчаянии, которое всего пару минут твердило ему о безысходности ситуации, ненависти, клокотавшей в душе тёмного владыки, и головной боли, которая становилась всё сильнее с повышением концентрации, и черпая из этих чувств энергию. Лицо владыки ситхов покрылось потом. Сфокусировав Силу, он обрушил всё разрушительное могущество тёмной стороны на генератор сдерживающего поля. Генератор, естественно, не смог выдержать воздействия на него тёмной стороной, и уже через пару секунд компьютер-индикатор работоспособности устройства оповестил: "Генератор неисправен". Долос был уже готов обрадоваться, но компьютер сообщил: "Переход на резервное питание", — поле так и не отключилось. Долос всё равно был рад, его губы скривились в искренней улыбке: он смог уничтожить основной генератор одной лишь силой своей воли, используя лишь тёмную сторону; если теперь разрушить сконцентрированной волной тёмной стороны резервный генератор, то можно освободиться, а дальше уже отомстить тому ситху-нанимателю и Динриджу. Это лишь вопрос времени.

* * *

— Обманщик! — крикнул Динридж в пустом коридоре. — Лжец! — его слышал только дроид R4-A33.

Дроид издал щебетание, похожее на сочувствие.

Динридж был вне себя от злости, охватившей его после того, как Коллапакс обманул его. Он не рискнул бы сказать эти слова в лицо Коллапаксу, но теперь, идя по пустым коридорам штаб-квартиры ситха, он позволил себе излить свою злость самому себе и своему дроиду.

— Так дело оставлять нельзя. Я рискую своей шкурой, нанимаю отряд головорезов, ищу этого Дарта Долоса, сражаюсь с ним в том бою, ставшем бойней, в которой по счастливой случайности или по воле судьбы выживаю. Убиваю сниввианку и доставляю этому обманщику Долоса живым! А он мне даёт всего один миллион кредитов, когда обещал сорок! Снаряжение для этого дела стоило дороже! Я этого так не оставлю!

Дроид снова издал гудок понимания.

— А что я могу сделать? — спросил сам себя Динридж. — Если я попытаюсь расправиться с Коллапаксом, он просто убьёт меня. Нет. На это я не согласен. Я видел могущество ситхов и теперь не желаю его увидеть снова, тем более испытать на себе. Я ещё жить хочу.

Страх Динриджа боролся с его желанием отомстить Коллапаксу. Бомзи стремился убедить себя в том, что он не сможет расквитаться с Коллапаксом за обман, но его ущемлённая гордость и неудовлетворённая жадность говорили ему о том, что надо найти способ отомстить.

— А если не я буду мстить Коллапаксу? — вдруг осенило Динриджа. — Если кто-то столь же могущественный отомстит Коллапаксу? Например, другой ситх? Например, Долос? R4-A33, где сейчас находится Долос? Покажи схему здания.

R4-A33 спроецировал голограмму, на которой была представлена схема здания. Красной точкой на голубоватой голосхеме было отмечено единственное помещение с генератором сдерживающего поля. Помещение находилось у самого основания здания. Долос мог находиться только там.

— R4-A33, отключи все камеры наблюдения и сигнализацию. Затем отправляйся на "Гордость Мандалора" и жди меня там.

Дроид сразу же подключился к системе защиты здания, чтобы выполнить поручение Динриджа. Бомзи отправился на нижние уровни здания к камере, где находился Дарт Долос.

К тому моменту, как Динридж подошёл к камере Долоса, сигнализация уже была отключена. Двое штурмовиков, охранявших Долоса, мирно спали после того, как опустошили несколько бутылок кортигского бренди.

R4-A33 заполучил все пароли для открытия всех помещений штаб-квартиры и теперь по комлинку передал Динриджу нужный для открытия камеры код. Динридж открыл дверь камеры. Долос парил в сдерживающем поле. Его глаза были закрыты, но было видно, что он не спал и не был без сознания, он явно был сильно сконцентрирован: он либо фокусировал таинственную энергию, называемую Силой, либо медитировал. Это несколько удивило Динриджа, ведь всем было известно, что сдерживающее поле рассчитано на то, чтобы нарушать концентрацию пленника.

Динридж достал из кобуры на поясе бластер и выстрелил в расположенный на стене камеры пульт управления генератором поля, поле сразу отключилось, ситх приземлился на пол. Не успел Динридж глазом моргнуть, как ситх преодолел расстояние между ним и Динриджем и схватил головореза за шею, подняв его в воздух. Бомзи цеплялся руками за своё горло, пытаясь оторвать руки ситха от глотки, и начал задыхаться. Он видел выражение лица Долоса, отражавшее его неистовую ненависть к нему.

Долос желал задушить Динриджа голыми руками, голос тёмной стороны: ненависти, ярости и жажды мести — шептал ему: "Он был свидетелем твоей слабости. Он перехитрил тебя. Теперь он слаб и уязвим. Отомсти. Убей его. Убей его сейчас".

Тем не менее слепая ярость, которая была нужна Долосу для того, чтобы уничтожить остатки токсина в организме и разрушить генератор поля, ярость, которая в трудный момент помогла ему выжить, начала постепенно отступать. В голове пронеслось, что именно Динридж отключил поле. Значит, именно Динридж помог ему освободиться.

Долос заглушил шёпот тёмной стороны мыслью: "Я — не раб Тьмы! Я — Дарт Долос, тёмный повелитель ситхов. Я служу тёмной стороне. Но и тёмная сторона должна служить мне".

"Динридж смог перехитрить меня, тёмного повелителя ситхов. Покрыл кинжал каким-то неизвестным мне токсином, помимо сенфлекса. Динридж хитёр. Он может быть очень полезен. Всегда лучше иметь компетентного слугу. Такой, как Динридж, может стать личным охотником за головами, — подумал Долос и вспомнил цитату Дарта Бейна. — Глупо уничтожать всех, кто слабее тебя. Убийство без причины — жалкое удовольствие жестоких дураков".

Тёмный владыка отпустил Динриджа, тот повалился на пол, пытаясь восстановить дыхание.

— Что тебе нужно, Динридж? — спросил Долос. — Зачем ты помог мне освободиться?

— Владыка, я желаю расквитаться с Дартом Коллапаксом.

— Дартом Коллапаксом?

— Да. Именно он нанял меня поймать вас и доставить вас сюда, на Нар-Шаддаа, живым.

— Вот как.

— Он обманул меня! Вы, наверное, хотите ему отомстить. Я тоже хочу мести.

Динридж не лгал. Хотя связь Долоса с Силой после токсина ещё не вернулась в норму, он легко уловил гнев Динриджа, направленный на Коллапакса.

— Каким токсином ты смог лишить меня сознания? — голос Долоса стал неожиданно мягким, как у помощника сенатора Дратила Трена. Динридж даже стал надеяться, что злость ситха начала утихать.

— Ядом миркрианского гриба, владыка. Он временно нарушает связь нервной системы с этими как их... миди... милихлоринами.

— Мидихлорианами, — мягко поправил Долос.

"Тогда всё понятно. Этот токсин быстро нарушает связь головного мозга с мидихлорианами, препятствуя обнаружению токсина Силой и его последующего сжигания мощью тёмной стороны. Как я мог быть столь самоуверенным! Я думал, что это только слабость владыки Сидиуса — самоуверенность. А это и моя слабость тоже. Это парадоксальная слабость каждого, кто открыл для себя могущество тёмной стороны".

— Это ты разработал план с использованием яда миркрианского гриба?

— Да. Мандалорец предложил использовать только сенфлекс. А я решил подстраховаться на всякий случай.

— Чудно. Ты хорошо справился с порученным тебе делом. Я вижу, ты неплохой охотник за головами. В своём деле знаешь толк.

— Спасибо, владыка.

— Так как же Коллапакс обманул тебя?

— Он обещал мне сорок миллионов. Но дал лишь два. Мне недостаточно этой суммы для погашения долгов.

— А не желаешь ли ты, Динридж, сразу погасить все свои долги? Я предлагаю тебе игру на моей стороне. Ты станешь моим личным охотником за головами и будешь отчитываться только перед мной. Это большие деньги и большое доверие.

— Я могу поразмыслить? — на самом деле Динридж уже не хотел ввязываться в эту ситхскую вражду. Он уже пожалел, что согласился ловить Дарта Долоса, и даже пожалел, что теперь освободил Долоса. Теперь главное для Динриджа — выжить в предстоящем бою между двумя ситхами и вовремя скрыться, улетев на край Галактики, где ни ситхи, ни хатты, ни джедаи не смогут его найти.

— Да. До момента, когда я уничтожу Коллапакса, что я сейчас и намереваюсь сделать. Кстати, Динридж, верни мне мои световые мечи.

— Какие мечи? — решил прикинуться дурачком Динридж, чтобы сохранить свои трофеи.

— Мои мечи, — объявил ситх и угрожающе взглянул на Динриджа своими ярко-жёлтыми глазами и, выдержав недолгую паузу, мягко продолжил. — Или, возможно, ты желаешь, чтобы с новыми трофеями все принимали тебя за ситха или джедая, даже другие ситхи и джедаи? Думаю, они не станут разбираться в том, кто ты есть, и решат быстро расправиться с тобой.

— Ладно. Вот ваши мечи, владыка, — Бомзи отдал ситху две чёрные рукояти световых мечей. Ситх сразу убрал их в широкие рукава своей потрёпаной в бою с мандалорцем и головорезами мантии помощника сенатора.

Динридж, вспомнив о джедае, решил предупредить Долоса:

— Владыка Долос, в Республике ваше похищение принимают за похищение помощника сенатора Дратила Трена.

Долос широко улыбнулся, он реально был рад этому известию. Пока он находился в сдерживающем поле, он думал, что после инцидента в апартаментах на Корусанте все в Сенате и вообще в Республике узнали альтер-эго Дратила Трена. Долос думал, что весь его план по внедрению в Сенат под личностью Дратила потерпел крах, поэтому сейчас он был несказанно рад тому факту, что его Великий план не был раскрыт.

— Ты знаешь, что гонца, принёсшего плохие вести, в Ракатанской Империи было принято казнить? — сообщил Долос и, выдержав небольшую паузу, добавил. — А гонца, принёсшего повелителю хорошие новости, я считаю, следует награждать. Один миллион кредитов станет твоей наградой, когда я вернусь на Корусант, — Долос, всегда хорошо разбиравшийся в характерах людей и других разумных видов, легко понял, что Динриджа интересуют только деньги.

Долос никогда не ставил деньги своей целью, его целью была власть, абсолютное освобождение от ограничений, сдерживающих могущество, достижение вершины своего потенциала, а деньги для него были лишь средством осуществления этой цели. Но Долос часто видел разумных существ, которые рассматривали деньги и их получение в качестве цели и смысла жизни. Такими были многие сенаторы, таким является и Динридж. Меркантильность — это слабость Динриджа, способная его же и погубить.

— Ещё на ваши поиски, владыка Долос, вернее сказать, на поиски Дратила Трена, отправили джедая Лиунба Каллата, — добавил Динридж.

— Значит, Лиунб Каллат был отправлен на поиски помощника сенатора, — задумчиво сказал Долос.

В том, что Лиунб уже летел на Нар-Шаддаа, Долос не сомневался. Из всех современных джедаев Лиунб был самым находчивым и, несмотря на воздействие на него джедайских учений, довольно амбициозным, даже слишком амбициозным для джедая.

— Надо обезвредить Коллапакса до того, как Лиунб прибудет сюда, — изрёк Долос и покинул камеру. За ним из камеры вышел Бомзи Динридж.

Как только ситх и головорез вышли из камеры, их окружили восемь штурмовиков. Как видно, двое штурмовиков, стороживших камеру, несколько протрезвели после бренди и вызвали подмогу для задержания ситха. Бомзи достал бластер и приготовился отстреливаться, но Долос казался очень спокойным.

"Это дар Силы. Они станут жертвой тёмной стороне. Тогда и только тогда тёмная сторона даст мне сил для победы над Коллапаксом".

— Сдавайся! — крикнул сержант взвода штурмовиков. За его кажущейся смелостью легко было разглядеть страх.

"Их страх питает тёмную сторону, делая меня сильнее".

— Готовьсь! Цельсь! — все штурмовики направили свои винтовки на Долоса и Динриджа.

Лицо ситха не выражало страха. Долос вскинул руки, и, когда сержант приказал стрелять, штурмовики медленно направили винтовки друг на друга. В их глазах отражался ужас существ, осознавших свою обречённость. Ситх пальцами изобразил нажатие курка — штурмовики нажали на курки своих винтовок, тишину нарушили шум и свет восьми бластерных зарядов.

Их смерть питала тёмную сторону, и тёмная сторона вновь согласилась служить Дарту Долосу, вновь признав его истинным тёмным владыкой.

Динридж, хотя и был впечатлён могуществом ситха ещё на Корусанте, был в ужасе от того, насколько разрушительной могла быть энергия, называемая ситхами тёмной стороной Силы.

Ситх и головорез продолжили путь к владыке Коллапаксу.

* * *

Гибель охранников около камеры, где находился Долос, негромким эхом отозвалась в Силе. Дарт Коллапакс, медитировавший в центре того зала, где он принимал Динриджа, почувствовал едва заметное колебание тёмной стороны, не предвещавшее для него ничего хорошего. Мастер-ситх понял, что Долос выбрался из камеры, и, значит, сейчас направляется к нему.

Коллапакс быстро поднялся на ноги и схватился за длинную рукоять своего двухклинкового меча, всегда висевшую на его поясе.

Массивная позолоченная дверь стремительно открылась от удара Силой, в помещение неспешно вошёл Дарт Долос, за ним брёл Бомзи Динридж. Шесть охранявших зал штурмовиков, стоявших по периметру, направили бластерные винтовки на вошедших, солдаты были готовы стрелять, как только Коллапакс им прикажет.

Жёлтые глаза Коллапакса, сверкающие на фоне красного татуированного лица, покрытого чёрными символами, сверлили Долоса, который, хотя и был одет в мантию сенатора, будто обыкновенный нечувствительный к Силе политик, не скрывал своей ситхской сущности, в свою очередь сверля Коллапакса глазами, радужки которых были также жёлтыми с красно-оранжевой каймой. Бледное лицо Долоса с тёмными кругами под глазами, проявлением тёмной стороны, отображало глубокую ненависть к Коллапаксу.

Мастер клинка был одет в робу чёрного цвета с табардом из кожи крайт-дракона, табард состоял из двух кожаных полосок, сшитых у пояса. На робу был одет плащ такого же чёрного цвета, что и роба, лицо ситха закрывал просторный капюшон. Долос заметил, что одежда Коллапакса явно была более приспособлена к бою, чем его сенаторское одеяние с высоким воротником и просторными рукавами с манжетами в старинном стиле.

Долос взглянул на охранявших зал штурмовиков, которые уже нацелили винтовки в его сторону. Они не могли представлять угрозу тёмному владыке.

"Насколько я знаю, Коллапакс был мастером клинка в Академии ситхов на Коррибане. Мои силы ещё не полностью восстановились после нейротоксина и сдерживающего поля. Надо восполнить потери энергии, поглотив их жизненные силы", — думал Долос.

Динридж нацелил бластер на Коллапакса.

Коллапакс снял с пояса рукоять светового посоха⁽¹⁾ и приказал штурмовикам:

— Взять живым.

Штурмовики не успели начать стрельбу из оглушающих винтовок, как Долос вскинул руки: мощный импульс Силы выбил винтовки из рук солдат, все штурмовики одновременно повалились на колени не в силах пошевелиться под воздействием тёмной стороны, паралич сковал их мышцы, их обвили невидимые нити тёмной стороны. В этот момент Долос ощутил в каждом из них пламя жизненной энергии, он потянулся Силой к огню жизни каждого из штурмовиков. Коснувшись через нити Тьмы источников их жизней, колотившихся непрерывно и синхронно с их сердцами, владыка ситхов почувствовал, как поток их энергии, подобно реке, прорвавшей плотину, хлынул по его жилам, вся усталость и головная боль мгновенно исчезли, запасы силы стремительно восстанавливались, тёмная сторона придавала ситху мощь. Он поглощал их энергию так жадно, с какой только человек с нижних уровней Корусанта способен вдыхать свежий воздух бескрайних равнин Набу.

Вокруг Долоса клубилась тёмная энергия, воздух потрескивал от электрических разрядов, от жертв к рукам ситха тянулось множество почти прозрачных нитей Силы, через которые ситх иссушал их жизнь. Сила их жизней струилась по всем кровеносным сосудам, по всем капиллярам ситха, пронизывала и насыщала каждую клетку его организма. Остатки яда миркрианского гриба и сенфлекса испарялись под воздействием вновь разгоревшегося огня Тьмы, головную боль от воздействия разрядов сдерживающего поля как рукой сняло. Через минуту процесс поглощения Силы был завершён и все штурмовики рухнули замертво. Теперь Долос был готов к схватке с достойным противником.

Динридж наблюдал за действием этой способности ситха, находясь в тихом ужасе. За последнюю неделю он узнал о возможностях таинственной энергии, называемой Силой, больше, чем за всю жизнь. И эти возможности его пугали. Меньше всего ему хотелось почувствовать на себе гнев тёмного владыки ситхов, который способен испускать молнии, замораживать противников криокинезом, высасывать жизненную энергию врагов, душить их, сжимая пальцы в кулак.

"Никакие деньги не смогут вернуть мне жизнь. Лучше я пару лет побуду где-нибудь на Бакуре с двумя миллионами, чем мне свернёт шею своей тёмной стороной один из этих психопатов, — Динридж был уже уверен, что для него правильнее сейчас будет сбежать и улететь на Внешнее Кольцо. — Зря я вообще согласился на это дело по поимке ситха. Теперь главное — выжить и улететь отсюда подальше". Динридж стал думать о том, как быстрее выбраться из этого зала живым и добраться до "Гордости Мандалора", желательно тоже живым...

Пока ситхи глядели друг на друга и, как можно догадаться, готовились к дуэли, Динридж выбежал из зала. Он бежал без оглядки, надеясь лишь на то, что сейчас тёмным владыкам не до него. Он добежал до ближайшего турболифта, который быстро поднял его на крышу здания, где находился ангар для стыковки шаттлов и других кораблей. Динридж вбежал по трапу на борт "Гордости Мандалора" и крикнул R4-A33:

— Быстрей! Взлетаем!

Дроид сразу запустил ионные двигатели корабля, и уже через пару минут "Гордость Мандалора" поднялась в воздух и покинула Луну контрабандистов. Бомзи ввёл координаты Бакуры, планеты на Внешнем Кольце, где его не сможет найти ни один отправленный хаттами головорез.

Коллапакс был ошеломлён тем, как легко Долос управлял потоками тёмной стороны, использовав эту технику древних ситхов. Это многое меняло. Правда, мастер светового меча сейчас не испытывал страха, эту эмоцию он вообще ощущал крайне редко. Но теперь он понимал, что Долос — крайне опасный противник.

С одной стороны, Коллапакс всем сердцем желал сразиться с Долосом, в очередной раз доказать себе, повелителю Крайту и всей Галактике, что он достоин доверия Крайта и звания мастера клинка. Он всегда считал, что искусное мастерство во владении световым клинком превосходит управление Силой, хотя Дарт Крайт, как и многие ситхи древности, всегда был уверен в обратном.

С другой стороны, владыка Крайт поручил Коллапаксу сделать Долоса союзником Единых ситхов. Дарт Нил и Дарт Малади ещё во время войны с Республикой и Первым Порядком стали думать, что Крайт желает сделать Долоса своим преемником. Если Долос не осознает истинность пути Нового Ордена ситхов, пути ситхов Дарта Крайта, то Коллапакс будет должен убить Долоса. Таков был приказ Дарта Крайта.

"Воля повелителя — закон", — Коллапакс прогнал из головы желание немедленно сразиться с Долосом, закрепил световой меч на своём поясе и, натянув доброжелательную улыбку, конечно, настолько доброжелательную, насколько может выглядеть доброжелательно улыбка человека, чьё лицо полностью покрыто красно-чёрными татуировками, обратился к Долосу:

— Видишь, владыка Долос? Все ситхи похожи друг на друга. Каждый из нас желает обрести могущество. Каждый из нас не придаёт значения жизням слабых существ.

— Такова философия ситхов, — сказал Долос.

— Повелитель Крайт познал, что междуусобной борьбы между ситхами можно избежать.

— Неужели? — усмехнулся Долос.

— Путь повелителя Крайта — это новый путь Ордена ситхов. Всех нас объединяет стремление навязать свою волю Галактике и Силе, истребить джедаев и обрести свободу через власть и победу. Для этого необходимо забыть мелкие разногласия и сплотиться. Тогда мы станем непобедимы.

— Если Крайт верит, что сможет сплотить ситхов ради общей цели, то он слеп или глуп. Дарт Бейн уже нашёл выход для Ордена ситхов. Правило двух способно привести ситхов к триумфу.

— Правило двух изжило себя, — сказал Коллапакс. — Оно было лишь временной необходимостью после Новых войн ситхов, когда каждый стремился вонзить меч в спину своего "союзника". Лорд Каан был близок к истине, но он не понимал, что равенство — это ложь. Ситхам нужен лидер, нужен незыблемый авторитет.

— И то хорошо, что Крайт понимает ложность равенства.

— Надвигается Тьма, — подняв руки, будто дотронувшись до потоков энергии Силы, заявил Коллапакс. — Тёмная сторона набирает мощь... Ты чувствуешь это, владыка Долос?

— Да, — на мгновение закрыв глаза и коснувшись Силы, но не теряя концентрации на происходившем в зале, сказал Долос. — После стольких побед Света триумф Тьмы неизбежен. Такова воля Силы.

— Владыка Крайт предвидел это. Только он сможет обеспечить победу тёмной стороны.

— А вот в этом Крайт снова ошибается. К триумфу тёмную сторону приведёт не Крайт, а именно мо́й Орден лордов ситхов, основанный на Правиле двух.

— Нет, это ты ошибаешься. Орден повелителя Крайта — это настоящее и будущее ситхов. Повелитель Крайт желает, чтобы ты стал его учеником. Тогда и только тогда ты сможешь обрести власть, которую так жаждешь, — сказал мастер клинка.

— И ты для этого организовал моё похищение, владыка Коллапакс, не так ли?

— Дарт Крайт приказал доставить тебя к нему живым, чтобы ты стал его союзником и учеником.

Долос усмехнулся:

— Похищение — это не лучший способ сделать из врага союзника.

— Увы, я не располагал временем, чтобы найти тебя на Корусанте и организовать с тобой официальную встречу, помощник сенатора Дратил Трен, — иронизировал Коллапакс. — Крайт даёт тебе шанс присоединиться к Новому Ордену ситхов. Присоединяйся к нам.

— Нет! — отрезал Долос. — Среди всего вашего Ордена амбициозным является только Дарт Крайт. Только он у вас имеет власть, вы же довольствуетесь ролью слуг.

— Ты сам являешься слугой Сноука, который даже не является ситхом.

— Я не служу Сноуку. Я Дарт Долос, тёмный владыка ситхов. Я служу только себе, своему Ордену лордов ситхов и тёмной стороне Силы. А Сноук — лишь моя марионетка в Первом Порядке. Он пока нужен мне, хотя и гораздо слабее меня.

Злость Долоса усилилась, когда стало ясно, что Коллапакс узнал об альтернативной личности Долоса в виде Дратила Трена. Эти знания Коллапакс мог применить против него, в любой момент оповестив республиканские средства массовой информации о том, кто скрывался под личиной Дратила Трена.

"Коллапакс не должен уйти отсюда живым".

Долос продолжил:

— Еретические учения Крайта противоречат истинам древних тёмных повелителей. Ваши Единые ситхи теперь убивают своих учителей не в поединке насмерть, в котором они смогли бы доказать своё превосходство над мастерами, доказать, что они достойны занять их места, а мастера сами позволяют их убить и не сражаются со своими учениками, отдают свою власть и своё могущество тем, кто, возможно, не оказался достойным преемником. Такое учение — ересь!

— Мастер видит, что ученик готов занять его место. Если он увидит, что ученик пока не стал достойным, то отразит атаку ученика. Это новый путь.

— Это та же ложь, что мне говорила Дарт Талон в Храме ситхов на Коррибане. Мастер может ошибаться. Он может думать, что ученик уже стал достойным преемником, когда ученик ещё не готов. Этот путь делает ваш Орден слабым.

— В подобных случаях владыка Крайт решит, кто достоин могущества и власти.

— А владыка Крайт идеален?! Ваша система, ваша доктрина — это ложь, ересь. Вы все беспрекословно подчиняетесь Крайту, считая его самым мудрым и сильным! Ради единства вы забыли о том, что всегда делало ситхов ситхами! Вы забыли о собственных амбициях!

— Ситхи должны быть едины! Крайт мудр, он понял, что ситхов вечно губили распри и предательства, пока джедаи были едины, работали сообща на общее благо. Теперь Орден ситхов свободен от бессмысленных интриг и предательств. Теперь наш гнев и наша ненависть сфокусированы против общего врага — Республики и джедаев.

— Вы ещё начните использовать светлую сторону Силы, чтобы быть едиными и находиться в гармонии, как джедаи! — презрительно сказал Долос. — Суть тёмной стороны — вражда! Тёмная сторона поощряет вражду, интриги и предательства. Таков путь тёмной стороны. Дарт Бейн ещё тысячу лет назад понял, что слабость ситхов в виде бесконечных распрей можно обратить в силу, в наше преимущество. Ситхов должно быть двое. Не больше и не меньше. Один воплощает могущество. Второй к нему стремится. Поединок насмерть доказывает превосходство ученика над учителем, доказывает, что ученик достоин власти ситха-мастера.

— Фиаско Дарта Сидиуса доказало несостоятельность введённой Бейном системы. Крайт создал лучшую систему.

— Поражение Дарта Сидиуса произошло не от недостатков Правила двух, а от желания Сидиуса жить и править вечно, — ответил Долос. — Система Крайта противоречит тёмной стороне. Тёмная сторона отвернётся от вашего Ордена ситхов-еретиков, как отвернулась от Братства Тьмы повелителя Каана.

— Ты ошибаешься. Если ты, владыка Долос, не осознал верность нового пути ситхов, Единых ситхов, то ты обречён! Владыка Крайт даёт тебе последний шанс присоединиться к нему.

— Я никогда не войду в ваши ряды! Я останусь верен учению Дарта Бейна и его Правила двух, сохраню верность тёмной стороне.

— Значит, таково твоё решение, — Коллапакс скинул с себя плащ с капюшоном, снял с пояса рукоять своего меча и, выставив горизонтально впереди себя рукоять своего оружия, активировал два алых лезвия по противоположным сторонам рукояти. — Если ты не с нами, то ты наш враг!

— Тогда ты умрёшь, Дарт Коллапакс! — Долос спроецировал волну Силы, амфоры полетели с пьедесталов и разбились, сами пьедесталы потрескались и рухнули. Этот толчок Силы мог бы сломать кости любому нечувствительному к Силе человеку или гуманоиду, но Коллапакс был лордом ситхов. Мастер клинка вовремя окружил себя защищающей энергией Силы, поэтому он всего лишь откатился на пару шагов.

Не дожидаясь, пока Коллапакс начнёт атаку, Долос активировал оба своих световых меча и, перепрыгнув через весь зал, осыпал Коллапакса многочисленными непредсказуемыми выпадами. Коллапакс парировал все удары Долоса, отклоняя его клинки в сторону. Шипение красных лезвий, слившихся в яростный красный вихрь, не прекращалось ни на долю секунды.

Долос не прекращал атаки, что вынудило Коллапакса перейти в глухую оборону формы Соресу, третьей формы боя, самому защитному и оборонительному стилю. Коллапакс закрутил "мельницу", воздвигнув вокруг себя непроницаемую защиту.

Гнев, ненависть к Единым ситхам и Коллапаксу росли в душе Долоса. Он перенаправлял их в необходимое для дуэли русло, делал свои эмоции оружием, не менее смертоносным, чем световые мечи. Ситх не позволял эмоциям затуманить его разум, он умело контролировал свой огонь тёмной стороны.

Он непрерывно наносил непредсказуемые выпады и режущие удары обоими мечами, подпитывая Тьму своими эмоциями. Долос использовал вариацию седьмой формы боя — Джуйо, стиля, основанного на непрерывных атаках, подпитываемых тёмными эмоциями, атаках, которые из-за быстроты и непредсказуемости не давали противнику возможности контратаковать. Этот агрессивный стиль боя, присущий ситхам, но отвергнутый большинством джедаев, требовал предельной концентрации, умелой работы с клинком и эмоций, направленных на разжигание могущества Тьмы и придававших силы для превосходства над врагом. Тем не менее адепт формы Джуйо не мог долго фехтовать — этот стиль выматывал бойца. А оборонительная форма Соресу, используемая Коллапаксом, позволяла сберечь энергию для последующего возобновления атак.

Долос понял, что пока оборону Коллапакса не разрушить, и, деактивировав один меч, сам перешёл к оборонительным техникам, требовавшим двуручного хвата рукояти, а значит, использования только одного светового меча. Тёмный повелитель отступил к углу зала, сохранив пространство в несколько шагов для манёвров возможного отступления или, возможно, даже атак. Мастер клинка перешёл к молниеносным выпадам двухклинковым мечом, сочетая яростные и непредсказуемые нападения Джуйо, мощные удары стиля Джем Со и акробатические прыжки формы Атару. Однако защита ситха-бейнита⁽²⁾ не оставляла уязвимых зон для атак служителя Крайта. Долос позволил Силе направлять руки с клинком, не концентрируясь на конкретных атаках Коллапакса.

Коллапакс, желая нарушить концентрацию противника, попытался отвлечь Долоса:

— Используешь форму Соресу? Не ожидал, что ты так хорошо обучен этому пассивному джедайскому стилю, — Коллапакс уважал достойных противников и был реально удивлён, что кто-то из ситхов, кроме него и тех, кто раньше были джедаями, изучал Соресу. Хотя Долос никогда не был джедаем, он посвятил часть времени своих тренировок с клинком изучению этого стиля.

— Чтобы иметь право называть себя истинным повелителем ситхов, необходимо уметь не только нападать, но и защищаться, — не отводя внимание от мечей, промолвил Долос.

Даже при использовании защитного стиля боя, которого джедаи всегда считали олицетворением покоя и гармонии в центре бури, пламя ненависти и злости в душе ситха не затухло. Фокусируя эмоции, Долос берёг накопленную после поглощения Силы, использованного на слугах Коллапакса, энергию для фатального выпада, который оборвёт жизнь врага.

Мощь Тьмы текла по жилам владыки Дарта Долоса. Огонь тёмной стороны набирал силы и ждал, когда сможет обрушиться на мастера клинка.

Накопив энергию Силы, Долос совершил прыжок, перелетев через голову Коллапакса и приземлившись за его спиной. Коллапакс рассёк воздух алым лезвием светового посоха там, где секунду назад стоял ситх-бейнит, надеясь отрубить тому ноги.

Долос сразу после того, как приземлился, вскинул руку, и с его пальцев полетели слепящие глаза сине-фиолетовые молнии. Мастер клинка успел развернуться к Долосу и закрыться посохом от шквала молний, уже подпаливших дорогой ковёр из шерсти нексу. Клинки Коллапакса поглотили электрический заряд, но Долос, не медля, обрушил на врага серию режущих ударов. Мастер меча успел поставить прямые блоки лезвиями посоха. Коллапакс был вынужден вновь уйти в глухую оборону, чтобы защититься от лавины атак Долоса.

Когда яростные выпады агрессивного стиля Джуйо и мощные режущие удары Джем Со вновь стали изматывать Долоса, а Коллапакс опять перешёл в нападение, ситх-бейнит зажёг второй меч и начал задействовать вариацию шестой формы Ниман, сочетавшую в себе преимущества всех семи форм, точнее, к стилю двуручного фехтования, называемого Джар'Кай. Этот стиль, как и Соресу, позволял адепту сохранить силы в продолжительном поединке.

Коллапакс превосходно познал и изучил все семь форм боя на световых мечах, поэтому понимал, что опытный адепт боевой, а не той консульской, что использовали многие джедаи времён Войн клонов, вариации формы Ниман, может долго противостоять дуэлянтам, использующим более агрессивные стили. Именно поэтому служитель Крайта решил не тратить драгоценную в пылу сражения энергию и тоже применить шестую форму, и двухклинковый меч совсем не мешал ему применять данный стиль.

Зал заполняло шипение кроваво-красных клинков. Их клинки могли бы показаться наблюдателю, если бы такой сейчас существовал, размытыми алыми пятнами и полосами, стремительно менявшими свою траекторию. Оба ситха вошли в подвижную медитацию, чтобы продолжать схватку и не терять силы во время боя. В таком медитационном состоянии сражение могло продолжаться часами.

Во время подвижной медитации способности ощущения Силы Долоса обострились, в один миг он ощутил странное колебание в "ткани" тёмной стороны, будто отдалённый луч Света немного притеснил господство Тьмы. Возмущение не было очень сильным, но при погружении в бесконечный поток Силы через медитацию можно было понять, что этим волнением Тьма предупреждает его о приближении сильного джедая.

Тёмный владыка сразу вспомнил, что за ним, точнее, за Дратилом Треном, отправился рыцарь-джедай Лиунб Каллат, который, как подсказала ситху Сила, уже прибыл на Нар-Шаддаа. Если он застигнет двух ситхов во время дуэли, то сохранение в тайне от него и Республики того факта, что Дарт Долос и Дратил Трен — это один человек, станет невозможным. Весь высокофункциональный план Долоса будет разрушен окончательно и бесповоротно. Путь к власти Ордену лордов ситхов в ближайшую сотню лет станет недоступным, как другие галактики.

"Нужно выйти из этого затяжного поединка любой ценой, чтобы сохранить в тайне от джедаев своё альтер-эго. К сожалению, быстро убить Коллапакса не получится. Тогда пусть Лиунб убьёт Коллапакса, ослабленного этой дуэлью".

Долос отскочил к дальней от противника стене и деактивировал световые мечи. Он накопил могущество тёмной стороны и спроецировал волну Силы. Весь зал содрогнулся, по стенам пошли трещины, и... произошло обрушение половины зала и потолка. Коллапакс защитился от плиты, отколовшейся от потолка и с грохотом рухнувшей на него, закрутив "мельницу" двухклинковым мечом над головой.

Когда пыль, едко коловшая глаза, рассеялась, Коллапакс увидел, что обрушение затронуло четыре этажа. Он же стоял на уцелевшем остатке зала-приёмной. Этот сегмент, где находился Коллапакс, уцелел от удара Силой, созданного Долосом, благодаря тому, что мастер меча оградил себя элементарным барьером Силы, а не только клинками своего посоха.

Дарт Долос исчез... Коллапакс не видел его глазами, слезившимися от взвеси пыли, стоявшей в воздухе. Он стал прощупывать небоскрёб Силой, но так и не смог обнаружить Долоса. Мастер клинка не чувствовал присутствия Долоса в Силе.

"Дарт Долос погиб? Или сбежал через трещины в стене здания и теперь находится уже очень далеко? Или умело скрыл своё присутствие, использовав тёмную сторону?" — на эти вопросы у мастера клинка не было ответов. Пока не было...

1) Световой посох — двухклинковый световой меч, также известный как двухлезвийный световой меч или сдвоенный световой меч, тип светового меча, разработанный Экзаром Куном.

Вернуться к тексту

2) Ситхи-бейниты — это представители Ордена лордов ситхов, династии ситхов, основанной Дартом Бейном в 1000 ДБЯ, следующей Правилу Двух.

Вернуться к тексту

Штаб-квартира Дарта Коллапакса, Нар-Шаддаа

Штаб-квартира Дарта Коллапакса, помимо высокотехнологического оборудования и роскошных залов с ауродиевыми амфорами и коврами из шерсти вампы и нексу, оставшихся от прежних владельцев особняка — хаттов, имела гарнизон солдат Империи Дарта Крайта, сравнимый по численности с небольшой армией.

Когда Долос исчез в разгар дуэли с Коллапаксом, мастер клинка приказал своим солдатам-штурмовикам обследовать всё здание и найти Долоса любой ценой, выставить бойцов у всех входов и выходов здания, чтобы блокировать отступление ситху-бейниту или хотя бы задержать его на некоторое время.

Из-за того, что здание было достаточно большим, штурмовикам пришлось разделиться на группы, чтобы обследовать каждый зал, каждую комнату. Ни один из них не желал отправляться в этот патруль, так как среди солдат гарнизона уже распространился слух о том, что произошло с их сослуживцами в зале, где происходила дуэль двух ситхов.

"Шесть человек, защищавших лорда Коллапакса, не успели сделать даже одного выстрела, как Долос, использовав свою таинственную тёмную магию, парализовал их и заставил их моментально умереть", — твердили одни. Другие перешёптывались: "Долос иссушил их, поглотил их жизни с помощью тёмной стороны. Никто из них не смог ни защититься, ни выжить". Подобные разговоры не способствовали появлению желания у штурмовиков искать Долоса. Смелости это тоже не добавляло. Но приказ есть приказ. Никто и помыслить не мог о том, чтобы не выполнить приказ лорда Коллапакса.

Теб и Бет были братьями-близнецами. Это были крепкие светловолосые люди лет двадцати пяти. Теб имел светлую бородку, а Бет отпустил такие же светлые усы. Других отличий между собой у них не имелось. Оба уже шесть лет служили в Корпусе штурмовиков Империи Дарта Крайта. В войне, разразившейся на территории всей Галактики в 39 ПБЯ, они особо не принимали участия. Их послужной список ограничивался тремя стычками на захолустных мирах Внешнего Кольца. Когда все войска Империи Крайта были расформированы, их, как и многих бойцов резервных частей армии, отправили на Зигулу. На этой отравленной едкими испарениями планете с редкими, но долгими кислотными дождями и ещё более продолжительными засухами Тебу и Бету пришлось пробыть больше полугода.

Условия жизни там, конечно, были не очень хорошими, поэтому братья-штурмовики несказанно обрадовались, когда несколько отрядов, в один из которых они входили, были отправлены на Нар-Шаддаа для обеспечения безопасности владыки Дарта Коллапакса и здания, ставшего его штаб-квартирой. Любой штурмовик, конечно же, обрадовался бы переводу с планеты Зигула, на поверхности которой осадки крайне редки, а в некоторых регионах осадки представляют собой кислотные дожди, где человека или гуманоида всегда мучает жажда, а воды почти нет, а продуктовый паёк и флягу воды выдают в казармах лишь два раза в день, на густо заселённую луну Нар-Шаддаа, поверхность которой изобилует кантинами на любой кошелёк. Правда, единственным минусом пребывания на Нар-Шаддаа было руководство Дарта Коллапакса. Многие солдаты-штурмовики армии Крайта не питали симпатии к ситхам, приказам которых все они были вынуждены следовать беспрекословно. Никто не смел возражать ситхам, ибо тот штурмовик или офицер, кто возразил тёмному повелителю, больше никому не мог возразить, так как был уничтожен.

Каждый в этом гарнизоне боялся их руководителя — повелителя Коллапакса. Теперь повелитель поручил искать Долоса, другого ситха, который сейчас мог находиться в этом здании.

Из всех залов, порученных Тебу и Бету обследовать в поисках Дарта Долоса, им осталось осмотреть только одно помещение. Одновременно боясь встретить Долоса и испытать на себе гнев Коллапакса, они хотели завершить этот патруль побыстрее.

— Видимо, ситха здесь нет, — сказал Бет.

— Да ситх уже давно скрылся в местных трущобах, — ответил Теб. — Зачем ему здесь оставаться?

— Странно, что этот Дарт Долос не поладил с владыкой Коллапаксом. Они же оба ситхи. Должны быть заодно, а не враждовать.

— Кто их знает? Сейчас посмотрим зал для голосовещаний и вернёмся к остальным. Они тоже, наверное, уже закончили эти поиски.

— Самое главное — эти поиски не имеют смысла. Даже если мы найдём этого лорда ситхов, как мы сможем его привести к владыке Коллапаксу? Мы не сможем выжить в схватке с ситхом. Это безумство!

— Коллапаксу до нас нет дела. Он приказал, и ему всё равно, останемся мы в живых или нет.

— Порой мне кажется, что он специально даёт нам, солдатам, невыполнимые миссии, будто получает удовольствие от всех смертей наших товарищей.

— А что ты думал? Это ситх. У них в головах витает какая-то тёмная энергия...

— Это ты прав. Осмотрим зал и отчитаемся перед владыкой, что никого не нашли.

Зал для коммуникаций находился на самом высоком уровне здания и имел выход на крышу к шаттлу для эвакуации. Мебели в этом зале не было, как и роскошных ковров из шкур редких и опасных зверей, вроде нексу, вампы и ворнскра. Единственным предметом, показывавшим достаток хозяина здания, в этом зале были роскошные красные портьеры, полностью закрывавшие широкие транспаристиловые окна. В центре зала располагался огромный голопроектор-коммуникатор.

Штурмовики зашли в зал, освещение в котором в тот момент включено не было. В помещении царила темнота, которая, как могло показаться, подобно чёрной дыре втягивала в себя весь свет, всю жизнь. Теб и Бет ничего подозрительного не заметили. Правда, сами они не остались незамеченными.

Около голопроектора на полу, скрестив ноги, сидел Дарт Долос. Глаза ситха были закрыты, он погрузился в пучину Силы, но не ослаблял концентрации на происходящем вокруг него.

В течение нескольких часов после схватки с Коллапаксом Долос искусно скрывал своё присутствие в Силе, сделавшись полностью невидимым как для невооружённого глаза обыкновенного человека или гуманоида, так и для чувствительного к Силе индивида. Особых усилий для Долоса используемый в данный момент вид маскировки не требовал, поэтому ситх позволил себе погрузиться в медитацию и даже не потерял возможность зондировать Силой окружающее его пространство.

Солдаты-штурмовики появились как раз вовремя, как и желал Долос. Чтобы джедай поверил в то, что обыкновенный похищенный политик смог спастись из плена могущественного лорда ситхов, Долосу нужен был бластер. В такую легенду джедай точно поверит. Можно было раскрыть себя штурмовикам, материализоваться перед ними и обрушить на них всю мощь тёмной стороны... Но это в план Долоса не входило. Долосу были не нужны лишние жертвы. Ради поставленных целей в своей жизни Долос был готов пожертвовать всем, но сейчас можно было обойтись без жертв. Истинному повелителю ситхов не составит труда забрать бластер у штурмовиков без применения разрушительных и смертоносных техник Силы. В их смерти нет ни пользы, ни смысла.

Тёмный владыка аккуратно прикоснулся Силой разумов Теба и Бета. На секунду он стал видеть их глазами и слышать их ушами. Особого отпора их сознаний ситх не почувствовал и сразу отправил небольшой импульс в разум Теба: "Возьми бластер из кобуры на поясе и положи на голопроектор". Теб послушно исполнил ментальный приказ невидимого кукловода. Бет неожиданно для себя стал всматриваться в красоту портьер, закрывавших окна, и не заметил, как Теб добровольно выложил бластерный пистолет на голопроектор. Как только бластер оказался на поверхности голопроектора, ситх спроецировал в голову Теба мысль, которую тот сразу высказал Бету:

— Здесь никого нет. Пойдём отсюда, — Бет согласился, и, выходя из зала, ни один из штурмовиков не заметил потерянного бластера.

Ситх знал, что через несколько часов воздействие убеждения Силы на разумы этих двух слабовольных людей прекратится, и оба штурмовика будут крайне удивляться тому, как нелепо один из них потерял свой бластер, но ни один из них не сможет вспомнить, где видел в последний раз этот злополучный бластер.

Долос ещё в самом начале своего обучения понял, что Сила наделила его природным талантом к способностям скрытности. Вспомнив тот случай на Хар-Дельбе, когда в разрушенную цитадель, где ситх-ученик искал свитки и фолианты тёмных владык древности, явились пятеро мастеров-джедаев, чтобы обрести те же рукописи и забрать их себе в Храм джедаев на Оссусе, Долос улыбнулся. Когда джедаи зашли в архив цитадели, Долос неосознанно окутал себя и заполученные им манускрипты невидимым туманом тёмной стороны. Тогда джедаи не смогли не только увидеть, но и почувствовать молодого ситха сквозь Силу. Немного позже Долос понял, что скрытность — это его особый дар Великой Силы.

К сожалению для Долоса, Сноук, его учитель, так и не стал обучать своего ученика приёмам скрытности и маскировки. Сноук вообще крайне редко учил Долоса, если, конечно, не считать за уроки удары молниями... Все мощные приёмы тёмной стороны Долос познал из ситхских манускриптов, свитков и фолиантов. Только из древних архивов он изучил философию ситхов, истинных ситхов. Для того чтобы изготовить в специальной печи тёмно-красные синтетические кристаллы для своих световых мечей, молодой ситх проштудировал труды Дарта Бейна.

Мысли о Сноуке вновь пробудили в Долосе гнев. Всё, что он узнал о ситхах и Силе, даже стили боя на световых мечах, он выведал через книги, а не через наставника. Тренировался ситх тоже чаще самостоятельно.

За пять лет тренировок он в превосходстве изучил способность скрытности Силы, в том числе освоив такие техники, как камуфляж и невидимость. Для того чтобы спокойно занять пост помощника сенатора и начать своё продвижение по "лестнице" политической карьеры, он научился скрывать следы тёмной стороны на своём лице и коже, скрывая желтизну радужек глаз, неестественную бледность, а также тёмные круги под глазами и проступавшие сквозь кожу вены.

Долос никогда не обладал врождённым талантом к прорицанию, подобным способностям повелительницы ситхов Дарт Когнус, однако сразу после сражения с Дартом Коллапаксом здесь, в штаб-квартире служителя Крайта, Долоса неожиданно посетило видение.

Багряные лучи заходящего солнца озаряли устремлённые ввысь шпили небоскрёбов и монад Корусанта, отражались в транспаристиле, из которого были сделаны окна большинства зданий, однако пространство за высотными зданиями, как и нижние уровни планеты-города, уже поглотила тень наступающей ночи. В этих переливах город выглядел так, будто был сотворён из ауродия, и каждый уровень: от нижних ярусов до пентхаусов элит — играл свою роль в грандиозной симфонии света и тьмы.

На просторный балкон огромной пирамиды Императорского дворца, построенного по проекту, разработанному культистами с Экзегола, на месте разрушенного Храма джедаев, вышел Дарт Долос, несколькими минутами раньше навсегда покончивший с прежним императором и своим наставником Дартом Сидиусом.

Одетый в ярко-красную тунику и чёрную мантию с просторным капюшоном, накинутым на голову, Долос, тёмный владыка ситхов и новый правитель Империи, предстал перед своими подданными, столпившимися на балконе и внизу, у входа во дворец. Владыка ситхов, словно сосуд, вмещал в себя всю мощь Тьмы, стремившуюся в любой момент выплеснуться наружу и, подобно вулканической лаве, поглотить всё и всех.

Позади Долоса по левую руку брела излучающая мощные импульсы тёмной стороны фигура, укутанная в плащ из зейд-ткани, капюшон плотно закрывал его или её лицо. Его ученик или ученица. Тот или та, кто однажды бросит ему вызов и победит его в поединке не на жизнь, а на смерть, подобно тому как сейчас он победил Сидиуса.

По правую руку шагали несколько имперских офицеров в чёрной военной форме с красными вкраплениями. Среди них были адепт-генерал Энрик Прайд, адмирал Фрэнтис Грисс, капитаны Моден Кенеди и Эдрисон Пивей и лейтенант Лузика Стинникс, та самая Лузика Стинникс, в которую был влюблён Ордол Рохтул, когда он ещё не стал Дартом Долосом.

Ситх, переплетя бледные, почти белые, пальцы рук перед собой, заявил:

— Император Дарт Сидиус умер, — голос тёмного владыки был низким и скрипучим.

— Да здравствует Дарт Долос, тёмный повелитель ситхов! Да здравствует император Великой Галактической Империи! — одновременно выкрикнули все окружающие.

Стоявшие на балконе аколиты, не полноценные ученики, а лишь послушники, тёмные служители, обладающие лишь крупицей того могущества, которым обладал Долос и сокрытая Тьмой личность, идущая за ним, склонились перед истинным владыкой.

"Эпоха конфликта, целью которого было уничтожение тех, кто привёл Галактику к застою, особенно джедаев, завершилась. Теперь Империи необходим период мира".

Долос, подойдя к перилам балкона, развёл руки и произнёс:

— Граждане Империи! Благодаря вашей верной службе, благодаря тому, что все вы не жалели своих жизней ради блага государства, мы входим в новую эру — эру порядка, прогресса и процветания. Период трудностей и гражданских войн прошёл. Мы не только победили, но и стали гораздо сильнее, чем когда-либо были. Наступила эпоха мира и развития, которую все мы так долго ждали. Да продлится она до скончания времён! — толпа разразилась бурными аплодисментами.

В сохранившихся отрывках дневника лорда Калифо, жившего в Империи ситхов Дарта Вишейта, Долос прочитал, что самые точные видения являются на грани жизни и смерти. Может, отравление токсином миркрианского гриба и сражение с Дартом Коллапаксом, выдернувшие его из цепочки политических событий, происходивших на Корусанте, и поставившие его на грань, где он должен был бороться за свою жизнь и за весь Орден ситхов, привели к тому, что он смог ненадолго заглянуть в будущее? Если это так, то его планам суждено сбыться: однажды он в бою победит Дарта Сидиуса, возглавит Великую Империю и приведёт её к процветанию, найдёт себе достойного преемника. Но будущее никогда не являлось постоянным. Будущее всегда изменчиво, и Сила не прощает ошибок. Ещё больше Долос был поражён, что в своём видении он встретил Лузику Стинникс. Он не думал, что когда-нибудь в будущем встретит кого-то, кто был связан с его прежней жизнью. Быть может, всё это видение было лишь плодом воображения, которое предоставило ему лишь самые сокровенные мечты его сердца? Может, какая-то частичка личности Ордола Рохтула, сохранившаяся в глубинах его сознания, желала того, чтобы Лузика была с ним во время его триумфа? Однако сейчас, не понимая, было ли видение истиной или же всего лишь игрой воображения, во время медитации ситх позволил своим мыслям унести себя в море воспоминаний.

СИД-истребитель Ордола Рохтула плавно приземлился в ангаре флагмана Первого Порядка "Превосходство", находившегося на орбите небольшой планеты Скааф, расположенной на границе Неизведанных Регионов.

Ангар, в котором обычно постоянно сновали механики, сейчас был пуст. Все истребители эскадрильи "Бета" уже вернулись в ангар более получаса назад, Ордол вернулся последним.

— Вы припозднились, лейтенант Рохтул, — сказал ему техник, когда Ордол выпрыгнул из кабины истребителя.

— Я немного задержался, Кем, — сообщил Ордол технику, похлопав его по плечу. — Я слетал на планету, чтобы собрать цветы для Лузики. Сегодня Новый Год по общегалактическому календарю, и я хочу сделать ей подарок.

На Скаафе не было постоянных поселений, однако там были живописные горные ландшафты с огромным разнообразием флоры и фауны. Найти цветы на горных плато на этой планете не составляло труда: алые и фиолетовые соцветия в избытке росли на лугах.

— Эх, любовь, любовь... Будь осторожен, Ордол. За подобные самовольные действия тебя могут разжаловать в рядовые или даже в штурмовики.

— Но ты ведь никому не скажешь?

— Ни единой живой душе. Кстати, поспеши, сейчас в ангар явится внеплановая инспекция.

Ордол, прижав к себе цветы, выбежал из ангара и побежал к каюте Лузики. Но, только он покинул ангар, как увидел двух генералов в окружении нескольких штурмовиков, идущих ему навстречу. Всё. Если его обнаружат возле ангара спустя столько времени после официального окончания учебных полётов, то к нему появится множество вопросов. В условиях холодной войны с Сопротивлением его могут отдать под трибунал или, как минимум, разжалуют. В этот момент Ордол всем сердцем желал скрыться, слиться с тенями или стать единым целым со стенами коридора. Но неожиданно генералы и штурмовики прошли мимо Ордола в полуметре от него и не обратили на него никакого внимания, будто вообще не заметили его. Ордол был сильно этому удивлён. Он немедленно продолжил свой путь, ускорив шаг.

В каюту Лузики Ордол вошёл без стука, у него уже давно был кодовый ключ. Увидев Ордола, Лузика, сидевшая за столом с голограммами тактических схем, стремительно поднялась, и Ордол заключил её в свои объятия, подняв её на треть метра над феррокритовым полом каюты. Спустя миг, казавшийся вечностью, он протянул ей цветы.

— Они с той планеты, моя любимая, — произнёс он, указав на иллюминатор, в котором была видна эта живописная планета. — С Новым Годом!

Её голубые глаза, прекрасные, как кристальные озёра ледяного Майгито, расширились, когда она взяла букет.

— Спасибо, Ордол! Они прекрасны, — сказала она. — Но ты же знаешь, что не следует нарушать приказы командования.

— Мне не было запрещено приказом посещать эту планету, — ответил Ордол, немного наклонив голову.

— Но и не было разрешено. Ты рискуешь из-за этого? — в её голосе была тревога, а не упрёк.

— Не больше, чем на Альзоке, — ответил Ордол.

— Я так за тебя боялась, когда ты вёл переговоры с теми талзами.

— А я боялся за тебя. Я в любой момент отдам жизнь ради тебя и твоей безопасности.

— Всё-таки тогда ты проявил чудеса дипломатии, — она поднесла букет к лицу. — Ты мог бы стать хорошим политиком.

— Ты знаешь, что сейчас полезнее быть пилотом. Нам надо построить новую эпоху — эпоху мира и порядка.

— Давай сейчас не будем говорить о политике. Всё-таки сейчас Новый Год по общегалактическому календарю. У меня тоже есть для тебя подарок, — Лузика показала звуковую капсулу, находившуюся на столике. — Я знаю, как ты любишь классическую музыку. Корусантскую, набуанскую, альдераанскую.

Лузика нажала на клавишу на звуковой капсуле. Комната наполнилась нежными, переливающимися звуками старинной набуанской мелодии, и Ордол с Лузикой закружились в медленном танце. Их движения были осторожными, почти робкими — словно они боялись нарушить хрупкую магию момента. Ордол держал её бережно, будто она могла рассыпаться от неосторожного прикосновения. Лузика прижалась к нему, закрыв глаза, отдаваясь музыке и теплу его рук.

Мелодия текла, как ручей, пробуждая в памяти картины далёких миров, где не было ни приказов, ни тревог.

— Представь, что мы сейчас на той планете, где растут эти цветы, — прошептала Лузика. — Или на Набу.

— Однажды война с Республикой и Сопротивлением закончится, и мы улетим на Набу, — тихо произнёс Ордол. — Мы поселимся в небольшом домике где-нибудь в Озёрном краю. Там прекрасные равнины, свежий воздух, горы, озёра и водопады.

— Ты думаешь, это может произойти? — спросила она, в её глазах можно было увидеть и сомнения, и надежду.

— А почему бы и нет. Когда мы победим Сопротивление, я, быть может, стану обучать новых пилотов на Корусанте, а ты станешь генералом. Но не боевым, а миротворческим. Ты станешь той, кто будет строить новый порядок, но без страха и жертв.

— Это будет ещё не скоро, — улыбнулась она, но в улыбке сквозила горечь.

— Лето мы станем проводить на Набу. В тишине и покое, — Ордол осторожно провёл рукой по её волосам, затем приподнял её подбородок, встретившись с её взглядом. В этих глазах он увидел надежду. Не ту, что живёт в докладах и приказах, не ту, что рождается из расчётов и стратегий, а настоящую, хрупкую, как лепестки принесённых им цветов, но такую же стойкую.

— Как я мечтаю о том, чтобы мы поскорее отправились на эту тихую и прекрасную планету!

— Может, это уже случится в Новом Году?

— Надеюсь. С Новым Годом, любимый!

— С Новым Годом, любимая! — Ордол обнял её крепче, стараясь запомнить ощущение её тепла, её дыхания, её присутствия. Он знал, что впереди его ждут опасные задания, но мысль о том, что где‑то есть место, куда он сможет вернуться к ней, придавала ему сил.

Когда музыка подошла к концу, они замерли, прижавшись друг к другу. За дверью снова взвыла тревога, но теперь она звучала где‑то далеко, как шум прибоя за стеной уютного дома.

Но тревога есть тревога, долг есть долг. Когда Ордол выходил из каюты, Лузика взяла его за руку и произнесла:

— Будь осторожен. Я не переживу, если с тобой что-то случится, — её пальцы дрожали, когда она сжимала его ладонь. Она хотела сказать больше: признаться, как сильно боится потерять его, как каждый раз, когда он уходит на задание, её сердце замирает в ожидании новостей. Но слова застряли в горле, и она смогла произнести лишь эту простую просьбу.

— Я люблю тебя и буду любить вечно, — нежно проговорил Ордол. Он заглянул в её глаза, стараясь вложить в этот взгляд всё, что не мог выразить словами. — Мне нужно идти.

Они страстно поцеловались на прощание, и Ордол помчался к ангару. Пока он бежал по однообразным коридорам "Превосходства", он позволил себе мечтать о том дне, когда они с Лузикой смогут тихо жить в Озёрном краю на Набу, там, где не будет постоянных тревог и опасностей.

Долос очнулся от воспоминаний. Он редко поднимал на поверхность сознания эти моменты своей прежней жизни. Они не могли помочь ему в бою или в политических интригах. Однако эти воспоминания тёмный владыка считал наиболее ценными и прекрасными страницами жизни Ордола Рохтула.

С одной стороны, память той встречи с Лузикой согревала его сердце. С другой стороны, Ордол был слепцом в вопросах мечтаний, как сейчас понимал Долос. Сейчас он просто не мог себе представить то, что он способен жить тихо и умиротворённо. Такая жизнь казалась крайне пресной, ибо умиротворение ведёт лишь к застою и регрессу.

"Покой — это ложь. Есть только страсть.

Страсть придаёт мне силы".

Теперь Долос понимал истину. Жизнь в покое не даёт саморазвития и самосовершенствования, которых так жаждало сердце Долоса. Тёмный повелитель ни за что бы не променял бы многочасовые тренировки во владении клинком и Силой, изучение ситхских текстов долгими и бессонными ночами, сражения с достойными противниками и многочисленные политические интриги в Сенате, где каждый союзник в любой момент мог стать злейшим врагом и нанести внезапный удар в спину, на безопасную жизнь на окраинах Галактики. Долос понимал, что его нынешняя беспокойная жизнь — его родная стихия. Быть тёмным владыкой — это его призвание, его судьба.

* * *

Сразу по прибытии на Нар-Шаддаа Лиунб Каллат отправился к Граккусу Хатту. Тучный хатт-коллекционер мог быть одним из тех, кто знал о Бомзи Динридже и о том, где он мог находиться.

Джедай был уверен в том, что Сила на его стороне. Он не сомневался, что найдёт и Бомзи Динриджа, и его нанимателя — Дарта Коллапакса, победит ситха и вызволит Дратила Трена. Правда, его боевой настрой омрачала смерть Кладмо Нарзи. В войне с Едиными ситхами Кладмо не раз спасала Лиунба, защищая его маломанёвренный корабль от врагов орудиями своего истребителя, а он не смог отплатить ей тем же. Он не смог спасти её от смерти. В этом он винил себя. Если бы он почувствовал возмущение в Силе и прилетел бы на Корусант раньше, если бы он разгадал планы врагов, то жертв можно было бы избежать. Если бы он был достаточно силён в использовании Силы, подобно джедаям времён Ревана, то он бы смог уже уничтожить Дарта Крайта, лидера Единых ситхов, и таким образом раз и навсегда избавить Галактику от ситхов, которые без сильного лидера начнут междуусобную борьбу и перебьют друг друга. Это завершит вечный конфликт между джедаями и ситхами, приведёт Орден джедаев и Республику в новую эру — эру мира и развития.

Сейчас джедай предвкушал свою месть Дарту Коллапаксу.

"Желание мести ставит цель — вернуть в мир справедливость. Только жаль, что Совет не одобряет желание мести. Они думают, что месть ведёт на тёмную сторону. Поэтому лучше не сообщать Совету о своих эмоциях. Пусть лучше эти консерваторы думают, что я уже подавил свои эмоции".

Раньше Лиунб старательно пытался подавить свои эмоции, как и велело учение Ордена джедаев, но очень часто избавляться от эмоций, отрицать их ради гармонии с Силой было крайне трудно. Особенно трудно Лиунбу было, когда погиб его учитель, а через пять лет и Кииб, брат Лиунба. Теперь Лиунб понимал, что не следует отрицать все свои эмоции, как это делает большинство джедаев, но, конечно, подобные мысли он не осмелился озвучивать другим джедаям. Он очень хотел стать мастером, а эти мысли могли бы разрушить его репутацию образцового рыцаря-джедая в глазах Высшего Совета.

Если Лиунб победит Дарта Коллапакса и спасёт помощника сенатора Амбрии, то у Совета не останется сомнений в его мудрости и доблести, и ему дадут сан мастера.

Но, чтобы одолеть Коллапакса, Лиунбу надо найти его, а для этого надо навестить Граккуса.

Во дворце Граккуса Джахибакти Тингай царила атмосфера показной роскоши. Гигантские колонны из полированного чёрного камня, украшенные резными узорами, поддерживали сводчатый потолок, усеянный мерцающими кристаллами, имитирующими звёздное небо. По периметру зала стояли вооружённые стражники — крепкие трандошане и клатуинцы с бластерами и силовыми пиками наготове.

Воздух был наполнен влагой и тяжёлым ароматом благовоний и экзотической пищи. В центре зала, на возвышении, располагался массивный трон из цельного куска адеганского кристалла. На нём восседал Граккус Хатт — его тучное тело на кибернетических ногах едва умещалось на огромном троне. Около трона находился аквариум с горгами. Огромные зеленовато-бурые глаза Граккуса внимательно следили за входом, ожидая гостя. Хатт был предупреждён о визите джедая. Граккус всегда был ценителем джедайских артефактов, за полвека он собрал обширную коллекцию джедайских книг и голокронов, многие из которых были вывезены из Храма джедаев на Корусанте после того, как Палпатин стал императором и приказал истребить выживших джедаев. Хатт подозревал, что рано или поздно настанет день, когда Высший Совет возрождённого Ордена джедаев потребует вернуть все артефакты и отправит на данную миссию какого-нибудь рыцаря-джедая.

Узнав о визите джедая, хатт сразу приказал спрятать все артефакты в подвалах и скрытых залах особняка, а также подготовиться воинам-никто к возможному сражению. В смежных комнатах десять вооружённых до зубов никто, готовых в любой момент атаковать гостя, скрылись от взора джедая, но не от зрения, даруемого Силой.

Лиунб Каллат вошёл без сопровождения. Его тёмно-коричневые джедайские одеяния контрастировали с пышным убранством дворца. Он двигался неспешно, но уверенно, прислушиваясь к вибрациям Силы в этом месте. Лёгкий ветерок от его шагов колыхал пламя десятков свечей, расставленных вдоль стен.

— Приветствую вас, глубокоуважаемый мастер Лиунб! — громогласно произнёс Граккус. Хатт знал о биографии Лиунба многое: факты о том, что Лиунб стал героем Республики в войне с Едиными ситхами, одолел морского левиафана на Мон-Кале, участвовал в сражении на Оссусе и Кашиике, а также тот факт, что Лиунб был не мастером, а рыцарем. Хатт намеренно польстил джедаю, чтобы джедай поверил в ложное чувство безопасности, находясь в зале хитрого хатта.

Губы джедая дрогнули в улыбке. Лесть была приятна рыцарю, но он попытался это скрыть.

— Великий Граккус! — поприветствовал Лиунб хатта. — Я прибыл к вам с целью обсудить дело, затрагивающее безопасность Республики. Благодарю за то, что приняли меня.

— Мастер-джедай, чувствуйте себя здесь как дома. В моих владениях вы найдёте всё, чего только может пожелать ваша душа, — Граккус опустил свою пухлую коротенькую руку в аквариум, стоявший рядом с троном, выловил крупного горга, который продолжал попытки извиваться в руке хатта, и проглотил его. Хатт щёлкнул пальцами, и две тви'леки внесли в зал подносы с разнообразными яствами. — Не желаете ли отведать андоанского вина? — спросил хатт.

— Я ценю ваше гостеприимство, но я прибыл по неотложному делу государственной важности.

— Ах, дела, дела! — пророкотал хатт. — Вы, джедаи, твердите о покое, а сами покоя никогда не имеете. Вечно куда-то спешите. Вечно стараетесь спасти вашу драгоценную Республику. Мне, хатту, спешить некуда. Хатты живут сотни лет. Мы наблюдаем за взлётами и падениями империй и республик, за вечной войной Света и Тьмы, джедаев и ситхов, находясь в покое и обладая властью, — хатт закрыл глаза, будто задремал, и через минуту добавил. — Так какое же дело привело вас ко мне?

— На Корусанте убита Кладмо Нарзи и похищен помощник сенатора планеты Амбрия. Имеются сведения, что вы можете знать, кто стоит за этим преступлением.

Хатт тяжело вздохнул, но на самом деле он был рад тому, что джедай пришёл не за артефактами Ордена.

— Надеюсь, вы не думаете, что я причастен к этому нападению?! — возмущённо спросил у него хатт.

— Я не в коем случае не хочу обвинять вас, но я желаю знать, кто такой Бомзи Динридж и где его найти? Информация в Голонете говорит, что он задолжал вам большую сумму кредитов.

— Недотёпа? — удивился Граккус. — Зачем вам недотёпа Динридж? Думаете, Динридж участвовал в этом покушении?

— Именно, — объявил Лиунб. — Динридж точно был участником покушения. О других участниках и об организаторе я очень скоро узнаю.

— В вашем тоне я слышу подозрение. Вы подозреваете меня в организации этого покушения.

— Мне надо найти нанимателя и, что гораздо важнее, похищенного помощника сенатора. Его похищение может привести к тому, что Амбрия может выйти из состава Республики. Вы понимаете, к каким это может привести последствиям?

— Последствия... Они есть всегда. Но кто сказал, что они будут плохими для всех? Это может стать шансом для новых игроков на политической арене.

— Джедаи не позволят использовать похищение в качестве инструмента для обретения власти и нарушения порядка в Республике. Помните, что Республике хватит власти отправить вас снова за решётку. Если вы что-то знаете о похищении, то говорите. Это в ваших интересах, Граккус.

Джедай почувствовал, как за стеной, скрытой гобеленом, готовятся к атаке слуги хатта.

— В моих интересах? — медленно протянул хатт. — Я знаю, где искать Динриджа. Но эти сведения стоят дорого. Что вы можете мне предложить?

— Ваше имя не окажется в списке причастных к преступлению. А вы не окажетесь в тюрьме на Мегалокс-Бета... Или на Кесселе.

— Вы не сможете меня запугать, — расхохотался хатт. — Моя криминальная империя переживёт вашу Республику и продолжит своё существование, когда все забудут о вас. Отправив меня в тюрьму, вы только обеспечите мне полную безопасность. Мои конкуренты не смогут дотянуть до меня свои алчные руки. А через пару лет, когда ваша ничтожная Республика зачахнет и умрёт, я выйду на свободу и вновь займусь делами своего картеля. Даже десять лет — один миг в долгой жизни хатта.

Гнев зародился в сердце джедая. Неспособность развязать язык какому-то хатту злила Лиунба даже больше, чем оскорбления и насмешки в адрес Республики. От затянувшейся беседы джедай стал выходить из себя. Поддавшись злости, джедай крикнул:

— А если твоя жизнь не будет столь долгой, какой ты себе её представляешь, подлый хатт! — и сжал пальцы в кулак. Граккус почувствовал, как невидимая удавка стягивается вокруг его толстой шеи. Его зеленовато-жёлтое лицо начало багроветь.

Услышав, что джедай стал угрожать Граккусу, никто выскочили из скрытого гобеленом проёма, соединявшего приёмную хатта с другим залом, и накинулись на джедая с вибротопорами и силовыми пиками. Лиунб вытянул руку в сторону нападавших и толкнул Силой пятерых никто. Концентрация Лиунба на удушении хатта была нарушена, и Граккус громко закричал:

— Мои слуги, схватить его!

До того, как бойцы-никто успели опомниться после контратаки Лиунба Силой, джедай снял с пояса меч и активировал его. Ярко-синее лезвие с шипением вырвалось из рукояти клинка. Лиунб принял традиционную стойку стиля Атару, держа меч двумя руками и направляя лезвие вверх.

"Давно я не участвовал в хорошей драке", — улыбнулся Лиунб.

Две тви'леки и аквалиш-дворецкий в ужасе выбежали из зала. Пять никто подобрались к джедаю и набросились на гостя. Джедай попытался разрубить клинком их пики и секиры, но, как вскоре ему стало ясно, они были сделаны из кортозиса, материала, способного выдержать удары световым мечом. Джедайский меч деактивировался при соприкосновении с одной из кортозисных пик. Значит, хатт был готов к подобному исходу встречи ещё до того, как принял джедая в своих покоях.

Лиунб был окружён. Но даже в столь невыгодном положении он не желал сдаваться. Был лишь один способ спастись и одолеть хитрого хатта. Лиунб выпрыгнул из кольца окруживших егр противников и приземлился прямо за головой Граккуса. Рыцарь стремительно приставил рукоять светового меча к виску тучного хатта.

— Шевельнёшься, и я активирую клинок, — предупредил Лиунб.

Такого исхода хатт и предположить не мог.

— Прикажи им уйти из зала, — добавил джедай.

— Уйдите все! Вон! — приказал хатт своим охранникам.

Не убирая меча от виска Граккуса, Лиунб спросил:

— Где Динридж? Где Дарт Коллапакс? Где помощник сенатора?

— Какой Коллапакс? Я его не знаю. Но о Динридже всё скажу, — в голосе хатта читался страх. — Только пощади... Прошу.

— Говори о Динридже, — приказал рыцарь-джедай.

— Пощади! Я точно не знаю, где сейчас Бомзи Динридж. Знаю только то, что Динридж часто бывает в кантине "Пьяный гунган".

— Где искать помощника сенатора?

— Я не знаю.

— Говори! — сурово сказал джедай, ткнув рукоятью светового меча в голову хатта.

— Честное слово! Не знаю!

Джедай понял, что хатт мог реально мало знать о похищении. Злость стала постепенно покидать Лиунба, и он убрал меч от головы Граккуса.

— Только попробуй помешать мне в моей миссии, — угрожающе произнёс Лиунб и выбежал из зала, ускоряя себя Силой. Уже через минуту он сел в стоявший рядом с парадным входом в дворец хатта спидер и отправился на нём к кантине "Пьяный гунган".

Хатт мог лишь наблюдать, как Лиунб покинул его покои, а его головорезы даже не смогли задержать джедая. Граккус был готов ко многому, что могла бы принести ему встреча с джедаем, но не к такому повороту событий.

— Вергал, Фурог, Фашу! Подойдите ко мне, — позвал трёх головорезов хатт.

К нему сразу подбежали два клатуинца и один никто.

Вергал был высоким мускулистым клатуинцем. Его лицо, напоминавшее морду пса, выражало крайнюю недоброжелательность ко всем окружающим. В руках он держал вибротопор, а за спиной у него была винтовка. У Фурога, клатуинца, который ростом был на голову ниже Вергала, на поясе находились два бластера, а к перевязи были прикреплены штук десять термальных детонаторов. Фашу, представитель каджайн'са'никто, одного из подвидов расы никто, населявшей негостеприимную планету Кинтан, держал двухметровую силовую пику, используя её как посох.

Все трое преклонили колени в знак почтения господину.

Граккус обратился к ним:

— Вы отправитесь следом за джедаем. Не спускайте с него глаз. Но и не показывайтесь на глаза ему. Когда он найдёт похищенного помощника сенатора, если, конечно, он его найдёт, сделайте так, чтобы и джедай, и этот помощник навсегда покинули этот бренный мир, — распорядился хатт, хитро сощурив глаза. — Если обнаружите Динриджа, то избавьтесь и от него. Мне не нужны слуги, которые не возвращают мне деньги, но доставляют мне неприятности. Вам понятно?

— Будет исполнено, господин Граккус, — одновременно сказали головорезы и, поднявшись с колен, вышли из зала.

* * *

Лиунб вернулся на свой корабль. Недолгие поиски привели его к кантине "Пьяный гунган", которая предстала перед рыцарем в крайне удручающем состоянии. Не то, что джедай никогда не бывал в мелких кантинах на захолустных планетах. Совсем нет, за время своего обучения у мастера-наутоланина Нола Ранресса Лиунб и его брат Кииб постоянно путешествовали по Галактике, в особенности, по Внешнему Кольцу, где подобные кантины встречались очень часто. Состояние кантины "Пьяный гунган" можно было назвать удручающим лишь по одной причине: кантина была разгромлена и сожжена. Никаких улик, ведущих к убежищу Дарта Коллапакса, найти там было невозможно, и Лиунбу пришлось возвращаться на "Клинок надежды" без единой зацепки, без малейшей надежды найти Коллапакса.

Джедай не мог сдержать злости на то, что опоздал, что никого, кто мог бы рассказать о нынешнем местоположении Дарта Коллапакса или хотя бы дать ему какой-нибудь намёк, не осталось в живых. Бессилие раздражало его. Если бы он был сильнее и быстрее, то и в этой ситуации он смог бы стать победителем. Он обязательно достиг бы правды и нашёл бы Коллапакса. Если бы он только знал какие-нибудь редкие и мощные способности Силы. Если бы он только был мастером-джедаем. Лиунб стал терять последнюю надежду, сердце окутал туман глубочайшего отчаяния.

Лиунб закрылся в своей каюте, ранее являвшейся каютой его учителя, и попытался медитировать, чтобы собраться с мыслями и продумать свои дальнейшие действия.

Лиунб парил в метре от каменистой поверхности земли, покрытой тонкой коркой льда. Лёгкий снег падал на его мантию, хлопья оседали на его коротких волосах с заплетённой за правым ухом падаванской косичкой, таяли на его лице, на котором читалась глубокая задумчивость и концентрация. Глаза юного падавана были закрыты, а перед его носом летали компоненты его будущего светового меча. Нужно было погрузиться в потоки Силы и находиться в медитативном трансе долгие часы и даже дни. Планета Илум идеально подходила для единения будущего джедая со светлой стороной.

Лиунбу было всего одиннадцать лет. Учитель решил, что Лиунб и Кииб достигли возраста посвящения в падаваны, и сообщил, что им пора сконструировать собственные световые мечи. Для этого учитель и привёз обоих учеников на Илум.

Потребовалось много часов, чтобы выстроить все необходимые компоненты вокруг искрящегося ярким, но мягким синим светом кристалла, который был найден Лиунбом в ледяных пещерах Илума, полных адеганскими кристаллами синих, зелёных, фиолетовых и даже жёлтых цветов. Рукоять, сделанная из грилового дерева и дюрастали, подобная той, какую ранее сконструировал Кииб, аккуратно легла в вытянутую ладонь падавана. Лиунб нажал на кнопку, ожидая, что теперь, после столь усердной сборки, энергетическое лезвие меча активируется.

Но клинок так и не зажёгся. Хорошо, что хотя бы рукоять не взорвалась, как происходило последние шесть раз. При первой попытке создания меча рукоять взорвалась так, что осколки сильно порезали пальцы Лиунба. После этого ему пришлось неделю носить на руках бинты, пропитанные раствором бакты, в то время как Кииб собрал меч с первой попытки. Последние несколько недель учитель уже начал обучать Кииба владению его новым клинком, лезвие которого излучало спокойный зелёный свет.

Лиунба охватил гнев. Он спроецировал волну энергии Силы, и рукоять разлетелась на куски, целым остался только сверкающий кристалл. Когда гнев утих, наступило отчаяние. Он не понимал, почему не получается сконструировать световой меч, и думал, что дальнейшие попытки будут столь же бессмысленны, как и предыдущие.

Кииб вышел из расположенной рядом с кораблём палатки, в которой они жили весь последний месяц, и, увидев неудачу брата, принёс ему тарелку с мясом порга, приправленным зеленью с Дантуина.

— Не переживай так, — Кииб попытался взбодрить Лиунба. — Нет эмоций — есть покой.

— Тебе легко постоянно оставаться спокойным! Ты сделал меч с первого раза. Тебе всегда было легко усваивать принципы нашего Ордена, — раздражённо сказал Лиунб и, оглядев местность, добавил. — Мне же всегда было трудно отречься от эмоций. Может, мне вообще не суждено стать джедаем!

— Ты ошибаешься, Лиунб. Ты гораздо лучше понимаешь принципы джедаев, чем я. Ты гораздо лучше освоил форму Шии-Чо во время наших упражнений с тренировочными мечами.

— Однако я не могу сконструировать настоящий меч!

— Мастер Нол не раз говорил, что ты гораздо способнее его. Ты станешь великим джедаем!

— К сожалению, я не великий джедай и вряд ли им когда-нибудь стану. В "Пути джедая" сказано, что юнлинги, которые не прошли испытания, уходят в сельскохозяйственные корпуса. Так было до разрушения Храма на Корусанте. Видимо, мой потенциал ограничивается выращиванием овощей.

— И снова ошибаешься! Великая Сила проявляется в тебе. Великим мастером-джедаем стать ты сможешь.

— Как можно стать великим джедаем без светового меча?

— У мастера Нола в своё время получилось создать свой первый световой меч только с одиннадцатой попытки. Он пытался сконструировать меч ещё здесь, на Илуме, где и нашёл кристалл, а потом на Корусанте. Только на планете Оссус он смог сделать меч.

— Что ему тогда помогло? Как он смог его создать?

— Мастер Нол рассказал мне о том, что ему поведал мастер Йода в те давние времена.

— Что это за мудрость, которую мне не суждено понять? — не скрывая иронии, сказал Лиунб.

Кииб спокойно ответил:

— Познать себя самих падаванам следует, прежде чем мечи свои создавать, — Кииб протянул Лиунбу ящик, в котором лежала груда различных компонентов для сборки светового меча: кольца эмиттера из дюрастали, толстые ветви дерева врошир, энергоблоки, микросхемы из электрума, линзы — и добавил:

— Не следует пытаться найти такую же гармонию в Силе, как у мастера Нола. Найди свой собственный отклик в Силе, свою частоту, позволяющую обрести покой и гармонию. Ты пытаешься внести мудрость мастера Нола и мой покой в процесс создания клинка, но ты не вкладываешь в него свою сущность: храбрость, отвагу, самоотверженность. Выбери из этих компонентов те, что отражают тебя самого. Никогда не сдавайся. Не теряй надежды. Мы верим в тебя.

Лицо Лиунба вновь озарил блеск надежды. Лиунб взял ящик и обнял брата, этот жест лучше любых слов мог выразить его благодарность.

Компонентов в ящике было гораздо больше, чем требовалось для создания одного светового меча. По несколько часов Лиунб прислушивался к каждой детали, искал в них отражение себя самого через Силу. Куски дерева врошир, демонстрировавшие глубокую связь джедая с природой, изящные детали из электрума, отражающие точность и элегантность стиля боя владельца, не нашли отклика в душе Лиунба.

Когда он выбрал необходимые для сборки компоненты, он снова вошёл в медитацию и принялся силой мысли выстраивать детали вокруг того же синего фокусировочного кристалла, вкладывая отпечаток своей индивидуальности: своих мыслей и суждений — в процесс сборки. Через два дня непрерывной медитации меч был готов. Раньше на этом этапе он боялся неудач, сопровождавших его все предыдущие попытки. Теперь его страх исчез. Коснувшись Силой рукояти созданного им меча, он ощутил отклик в себе, будто меч был его отражением.

Ребристая рукоять меча была цилиндрической формы. Стабилизирующее кольцо надевалось поверх эмиттера, а на противоположном эмиттеру конце было закреплено металлическое кольцо для крепления меча на поясе. Лиунб нажал на панель активации, расположенную у основания рукояти, и, наконец, яркое синее лезвие зажглось.

Юный джедай был несказанно рад тому, что смог создать свой меч, и благодарил Кииба, мастера Нола и саму Силу за помощь, за то, что не дали ему потерять надежду.

Медитация была прервана назойливым писком коммуникатора: сигналом того, что получено новое сообщение по голосвязи. Джедай взял со столика свой световой меч, на секунду вновь коснувшись воспоминаний детства, и выбежал из каюты к круглому коммуникатору. Он включил голопроектор, и сразу появилась голограмма канцлера Хамато Зионо. Канцлер заговорил строго, как и во время их последней встречи на Корусанте.

— Рыцарь Лиунб Каллат, Галактический Сенат сегодня получил сообщение с Нар-Шаддаа. Помощник сенатора Амбрии Дратил Трен вышел на связь и передал свои точные координаты. Есть вероятность, что это сообщение — подстроенная лордом Коллапаксом ловушка. Сейчас вы с ним можете ознакомиться и обдумать план дальнейших действий, — изображение канцлера исчезло.

Теперь голопроектор отобразил одетого в мантию сенатора человека лет тридцати. Человек начал говорить спокойно и уверенно, на его лице не было видно ни тени страха.

— Уважаемые сенаторы Галактической Республики! Глубокоуважаемый канцлер Хамато Зионо! Все, кто смог получить это сообщение! Я, Дратил Трен, помощник сенатора планеты Амбрия, официально заявляю, что вероломное убийство Кладмо Нарзи и моё похищение, произошедшие на Корусанте, были организованы лордом ситхов Дартом Коллапаксом, действующим по указаниям Дарта Крайта, предводителя Единых ситхов, выжившего после сражения за Коррибан. Всё это было спланировано Едиными ситхами, чтобы нарушить мирное соглашение между Республикой и Первым Порядком, дабы организовать вооружённый конфликт и посеять хаос в Галактике. Несмотря на угрозы Коллапакса, я сохраняю верность Республике и демократии. Я узнал о планах Коллапакса слишком много, чтобы меня оставили в живых. Однако я не боюсь смерти. Великая честь — умереть за идеалы Республики. Сейчас я смог спастись из плена, но я не могу покинуть штаб-квартиру Коллапакса из-за патрулей штурмовиков. Я не знаю, сколько времени ещё могу остаться незамеченным. У меня мало времени, поэтому я сразу передаю свои координаты. Прошу, поторопитесь, пока меня не обнаружили, а Коллапакс ещё не скрылся, — изображение Дратила Трена замерцало и сменилось изображением ландшафта Нар-Шаддаа, где жирной точкой было указано местоположение штаб-квартиры ситха.

Сначала Лиунб подумал, что это ловушка. Ведь сообщение Дратила Трена мог подделать Дарт Коллапакс, чтобы пустить джедая по ложному следу, а самому скрыться, или расправиться с джедаем, когда тот попадёт в засаду. Но какое-то странное чувство твердило рыцарю, что это не обман и не ловушка. Неужели сама Сила явила ему свою волю. Лиунб Каллат, недолго подумав, пришёл к выводу, что это сообщение — помощь Силы, надежда в минуту отчаяния, и, сев на спидер, помчался к указанному на голосхеме зданию.