Гарри, ты кореец! (джен)

"Под самым красивым хвостом павлина скрывается самая обычная куриная жопа.

Так что меньше пафоса, господа".

Фаина Раневская

— Да что ты за зверюга, Поттер? — подозрительно воззрился на Гарри наставник к исходу первого года попыток стать анимагом.

Полезная ведь штука для аврора, согласитесь. Палочки нет, а ты можешь удивить соперника. Даже если ты слон или носорог — эффект неожиданности и тупой горы мышц никто не отменял. А может и что-то полезное выпасть в этой почти лотерее — жук, крыса, собака, кот, любая птица, кроме павлинообразных... То, что его отец был оленем, не означало, что Гарри тоже им станет. Хватит ему и патронуса, ведь так?

К тому же, как сказал его тренер (на самом деле, не личный, просто тьютор для желающих освоить анимагию авроров), «был бы это олень, Поттер, ты бы уже скакал по министерству». А тут... Даже Томас Кирхе, наставник с двадцатилетним стажем, не выдерживал и выдавал такие вот восклицания. Зверюга!

Гарри цокнул языком. Знал он, спасибо Снейпу и Грюму, что ученик он не простой. Упрямый, точно баран. Вон Рон уже ушёл из профессии, выбрав поддержать семью и вредилки. А он всё продолжал жить по режиму и пытаться стать не просто мальчиком-который-выжил-и-прихлопнул-Волдеморта-почти-домиком, а хорошим аврором.

Какая-нибудь полезная или просто мощная анимагическая форма ему бы в этом деле ой как пригодилась. Придала бы уверенности, мощности и стала бы тузом в рукаве. Однако вместо этого стало ясно: Гарри — животное особенное. И это грозило стать проблемой.

Надоело ему быть особенным. Вот честно. Наелся уже. Хватало мероприятий, куда его Кингсли лично за ручку притаскивал... ленточку перерезать. А ведь не откажешь министру-то! Если и тут Поттер отличится... Но теперь заднюю не дашь.

Много ресурсов было потрачено. И временных, и министерских: он же не в частном порядке с Кирхе занимался. Учебно-методическая помощь, зелье, ингредиенты — всё от министерства. Поттер мог бы возместить... Но кто возместит ему репутацию?

Если отступит и откупится деньгами — поступит как какой-то Малфой. Нет уж. Надо идти до конца... И узнавать, что он за фантастическая тварь... Может, гиппогриф?

Конечно, Гарри иронизировал над собой. Как и его коллеги, что как-то прознали про восклицание Томаса и теперь подначивали, не феникс ли Поттер... Ну да, ну да. Мальчик-же-который-никак-не-умрёт! Но на самом деле просто никак не станет анимагом.

А ведь всего-то хотел хоть так приблизиться к отцу и его друзьям!

Впрочем, вскоре стало ясно: никакого пути для отступления у Гарри нет. Половина министерства сделала ставки на его аниформу. Тотализатор был подпольным. Мнения разделились. Сорок процентов сделавших ставки считали, что Поттер — обычное животное, но крупное: варианты от льва до кита; шестьдесят процентов — что магическое: впервые, да, в истории, как и выживание после Авады. Варианты от дракона и феникса до грифона и нюхлера. Последнее предположение в особенности заставляло Поттера биться в истерике. Ну да, он был ловцом, а снитч золотистый... Но чего сразу нюхлер? Впрочем, логика магов — потёмки: спасибо, что не соплохвост!

Да и разрешилась ситуация довольно быстро и нетривиально.

Вызов на семейную ссору. Обычная бытовуха. Соседи видели, как подозрительно сверкало в окнах. До этого пара была известна склоками. Поссорились. Заклинание удлинения языка против заклинания чесотки на пенисе — и понеслась.

Поттер уже не стажёр — аппарировал в магическую деревушку один. Победитель Волдеморта не справится с обычными гражданами?

Как оказалось, дело было не в самих гражданах. Симпсоны обнаружились мёртвыми в гостиной. Но позвать подкрепление патронусом Гарри не успел: преступник просто и банально оглушил его... горшком с кактусом по голове. Как некогда был побежден тролль в женском туалете, так и Поттер не устоял перед банальной левитацией.

Очнулся он привязанным к стулу в совершенно другом доме. Вот уж и правда попал. Мысли шестерёнками крутились в голове. Симпсоны — случайные жертвы, подвернувшиеся преступнику под руку, чтобы выманить... Поттера. Кто-то вызнал его дежурство и рассчитал порядок реагирования. При занятости остальных дежурный мог отреагировать на бытовые дела один.

Судя по знаменам Слизерина и картинам корчащихся маглов, его похититель — сторонник Волдеморта. Значит, месть.

Никого в этой гостиной со следами былой роскоши пока не было. Гарри попытался призвать палочку — остролист никак не откликнулся. Значит, остался на месте убийства Симпсонов... Попробовал ослабить путы — без толку.

Сейчас бы очень пригодилась анимагия. Очень-очень. Если Поттер не хотел стать фаршем в руках какого-то фанатичного психа. Это было бы обидно. Он едва успел жениться и отпраздновать двадцатилетие.

Как по заказу за окном бахнул гром... Август... Грозы. Гарри взбодрился. Он чёртов Гарри Поттер, и он не сдаётся. Мысленно он проговорил все последовательности — и плевать, что никакого зелья сейчас не было: столько выпил его за эти месяцы, оно точно сохранилось в его волосах и ногтях... Всё получится!

Он здесь не умрёт. Джинни не станет молодой вдовой. Миссис Уизли не будет рыдать над ещё одной могилой. А тотализатор всё же завершится распределением призовых, а не возвратом вложенного.

Что-то треснуло, и мир стал меняться. Или Гарри — меняться. Как после оборотного зелья. Его корёжило. Очень сильно... Но... на этот раз трансформация дошла до того, что стул, на котором он сидел, вспыхнул, а некогда изумрудный ковёр стал ближе... Как и нестерпимый запах затхлости и сырой пыли.

Зрение изменилось. Мир стал контрастнее, запахи — сильнее, а сам он с удивлением воззрился на слабо мерцающие золотистые пушистые лапы, напоминающие собачьи… «Всё-таки фантастическая тварь!» — упало у Поттера сердце.

Впрочем, не только оно ухнуло вниз, но и серебряное блюдо с ритуальным кинжалом, которым этот непойманный незнакомый Гарри Пожиратель хотел его прирезать… А может, и что поинтереснее заритуалить с кровью дважды пережившего Аваду!

— Что ты такое?! — воскликнул этот полуседой мужик, спешно вытаскивая палочку…

Гарри действовал на рефлексах. Прыгнул — в форме этого псового зверя вышло мягко и пружинисто — да повалил ублюдка на спину. После чего перекусил палочку — в пасти что-то слабо щекотнуло при этом, но Поттеру это не повредило… Он давил и давил лапами на грудь хрипящему Пожирателю, пока тот не потерял сознание.

После этого Гарри спрыгнул с обморочного тела и принюхался: ему повезло, подельников у гада не было. Другой вопрос: как ему теперь вернуть себе человеческий облик…

Простое мысленное усилие не помогало. Вскоре и Пожиратель мог очнуться. В результате Гарри тихонько взвыл и, опрокинув большим хвостищем чашу с летучим порохом, вобрал немного в пасть, отчаянно чихая, вступил в камин, выплюнул порох и отчаянно подумал о Норе…

Сегодня был точно его день, потому что у Поттера всё получилось. И вскоре его встречал уже взвизг миссис Уизли:

— Лиса!

«Лиса!» — крик Молли ещё долго стоял в больших ушах Гарри. В больших лисьих ушах Гарри Поттера. И ладно бы анимагической формой была простая лиса. Да даже полярный лис или тануки какой! Поттер как всегда отличился.

Пока Гарри осторожно выбирался из камина, думая, как бы не пришлось сейчас уворачиваться от проклятий, а то и от не менее страшной кухонной утвари, что до его появления спокойно мылась, а сейчас встревоженно зависла в воздухе, как вдруг миссис Уизли внезапно подалась вперёд, прищурилась, всмотрелась в него и дрожащим голосом спросила:

— Гарри?

Поттер обрадованно кивнул. Видимо, что-то в нём осталось прежним. Следы вокруг глаз вместо очков, как у МакГонагалл, шрам в виде молнии как подпалина в шерсти... Что-то позволило Молли его опознать.

— Что-то случилось? — миссис Уизли взяла себя в руки и уже не нервно теребила фартук, а подзывала Стрелку-2.

Гарри ещё раз кивнул, и она быстро черкнула послание... И, уже отпустив птицу, сказала ему:

— Я написала Артуру — он выяснит, в чём дело. А пока, дорогой, проходи внутрь... Нестрашно, что лапы грязные. Ты, наверное, голоден или хочешь пить... Сейчас! — и Молли засуетилась, пока Гарри осторожно, стараясь не наступать на ковры, прошёл дальше.

Вскоре перед ним поставили тарелку с водой и с едой. От второго Гарри воротило, сказывался недавний удар по голове, а вот первое с благодарностью вылакал.

— Что ты за зверь такой? — тем временем Молли приблизилась. — Вроде лис, но весь сияешь. И крупный такой... — она осторожно поднесла руку и погладила его по гудящей голове, а потом вдруг отдернула: — Ты ранен!

И точно... Кактус по голове... Миссис Уизли засуетилась, явно думая, как бы переправить его в Мунго, а Гарри даже сказать ничего не мог, чтобы успокоить... Сейчас его, неровен час, в камин до Мунго запихнут — и плакала возможность засадить ублюдка-Пожирателя! Тот очухается и сделает ноги, пока Гарри тут бессильно фырчит, скулит и лает. Ещё и тёщу пугает.

К счастью, ничего предпринять она не успела. На пороге показался взмыленный начальник:

— Поттер, твою налево! — встретил его он. — Симпсоны трупы, рядом твоя кровь и палочка — всех на ноги поднял! Даже министр порывался искать тебя! А ты... это что за лисья светящаяся морда?!

— Не орите! — загородила его миссис Уизли. — Он ранен.

— Дерьмо, — сплюнул на некогда чистые полы начальник. — И куда его теперь — в Мунго или к маговетеринарам?

Гарри от бешенства уже залаял. Есть же заклинание принудительного превращения... Чего ждут?!

— Конечно, в Мунго! — миссис Уизли была вне себя. — И может, сначала примените заклинание принудительного превращения?

— Оно болезненное, — покачал головой шеф. — Сперва пусть целители осмотрят. Прямо здесь. Тварь явно магическая... Такого ещё не было! Надо было мне не на льва ставить, — проворчал он, взмахивая полами плаща и выходя, чтобы аппарировать и привести помощь.

Гарри в очередной раз попробовал превратиться назад... Без толку. Застрял. Единственное, что он мог, — это добраться до миссис Уизли и уткнуться ей в ладонь носом. Молли тяжко вздохнула и рассеяно погладила его, приговаривая:

— Вот не можешь ты, милый, без приключений.

— Не говорите Джинни... — тихо пролаял Поттер. Жена на сборах. Впрочем, пока Молли в зоне его видимости, она её не потревожит. Может, к тому моменту его сумеют расколдовать.

Или нет.

Прибывший целитель присвистнул, подлатал его голову и дал добро на возвращение человеческого вида. На всякий случай, оставшись. Только вот ничего не произошло. Гарри от заклинания разве что щекотно стало.

А вот это уже было вообще не смешно... Где-то там Пожиратель очухивался, а он застрял. И ведь должно же было сработать! Угу, с обычной аниформой, а Гарри необычный. Он светился, чтоб вас всех!

Впрочем, начальство не было глупым. Пока пребывали в замешательстве, проверили, откуда он по сети прибыл — ублюдка взяли. Не успел очухаться. Хорошо его Поттер лапами придавил. Самого же Гарри осматривали и маго-зоологи, и целители, и спецы по проклятиям, и наставник Керхи, превратив Нору в проходной двор.

Вскоре и Гермиона прибежала, выпав в осадок. И Джинни примчалась... И Рон. В общем, все беспомощно выставились, глядя на чудо-юдо-лиса-Гарри. Ну, кроме Гермионы — она в библиотеку министерскую отправилась.

Через час прибыл сам Кингсли. Оценил обстановку и пообещал, что, если Скамандер не прояснит вопрос, сделает запрос в министерства магии азиатских стран, прикрепив фото. И это было хоть и выходом за грани, но... Как поддакнула вернувшаяся Гермиона, именно там чаще всего регистрировали магических существ, напоминавших лисиц. Кицунэ, кумихо... У Гарри хоть и не было девяти хвостов, но и лет ему было не тысяча, прямо скажем.

Скамандер прибыл через три часа, когда Поттера откровенно загладили, обфотали и обкормили. Честно — он поглядел на себя в зеркало — было отчего загладить. Животинка из него вышла... красивая. Стройная, большая, размером с волкодава лисица с золотисто-светящейся шерстью, яркими миндалевидными изумрудными глазами, ободками-очками и темным пятном-молнией на лбу. Уши у него были особенно пушисты.

Скамандер долго кружил вокруг него, чуть не нюхал. Хотя лучше б нюхал, чем шерсть драл… Пока в конечном итоге не вынес вердикт:

— Кумихо-полукровка, а никакой не анимаг ваш Поттер!

— Как такое может быть? — нахмурился Кингсли. — Лили и Джеймс не были кумихо!

— Или вы что-то о них не знали, — пожал плечами маго-зоолог.

— Поттеры — известная семья. Да и кумихо разве не из Кореи? — включалась Гермиона.

— Значит, Лили: маглорожденные порой таят сюрпризы. — Скамандер с любопытством посмотрел на пока ещё Грейнджер. — Что до кумихо, то они любители человеческой печени. И хотя с этим борются, некоторым нарушителям удавалось поесть маглов и сбежать, украв магловские личины. Некоторые для надежности бежали зарубеж.

— Вы лучше скажите, как вернуть ему человеческий облик! — вмешалась Джинни. Кажется, ее не так смущало, что ее муж оказался полулисом, как то, что он мог остаться таким мохнатым навсегда… Но зато рыжим, как и все Уизли. Гарри вздохнул, положив морду на вытянутые лапы. От новой информации и обилия запахов голову кружило. Вот как окажется, что никакого способа нет… для полукровки, что при смертельной опасности принял лисью форму.

Может, чтобы стать человеком, нужно, наоборот, успокоиться? Учитывая обилие причитающих над ним представителей семьи и друзей, дело безнадежное.

— Просто. Предельно просто. — Скамандер посмотрел с превосходством. — Расходитесь по своим делам. Не мешайте. Поттер — полукровка и не может находиться в таком облике долго. Сам обратится, как кончатся силы. Либо когда успокоится и уснёт. Быть человеком для него привычнее, лисом он остаётся исключительно из-за стресса.

Гарри едва заметно выдохнул через лисий нос и с благородностью подал маго-зоологу лапу. Вот и не надо никуда в азиатские министерства писать… Вскоре все, перешептываясь, разошлись. Кроме семьи Уизли и Гермионы, разумеется.

— У нас свадьба через три дня! — возмутилась его подруга. — Гарри, попробуй не обратиться!

— Естественно, он обратится! — зашипела Джинни. — Как ты себе представляешь не спать три дня?

Поттер честно многое б отдал, чтоб перенестись на тихую и спокойную площадь Гриммо, но, увы… Вызвать Кикимера сейчас он не мог. А Джинни не догадалась… Пришлось ночевать в Норе. В старой комнате Джинни, на ее тесноватой для неё самой и такого большого зверя кровати… Но зато в обнимку.

И да — Гарри уснул. Проснулся же, не сразу поняв, что изменилось, зато жена вот радостно его поцеловала в совершенно обычный рот.

— Хвоста и ушей не осталось? — с улыбкой спросил он.

— Если б только они… Я б была не против, — снова поцеловала его Джинни. А потом они немного пошалили на старой скрипучей кровати, не забыв о заглушающих и запирающих чарах…

А потом Гарри терпел подколы, свадьбу Рона и Гермионы, шутки Джинни про зверя в постели… Но нестерпимее всего его жгло собственное любопытство. Мама и правда была кумихо? И Эвансы из Кореи? Причем они проверили Петунью — та оказалась обычным человеком и… даже не родственницей Гарри. Не кровной, что подтверждало теорию с кражей личности.

Петунья — настоящая Эванс. Лили — нет. А магия крови сработала, потому что они верили в родство. Все. Видимо, даже мама Гарри.

Ему было очень любопытно выяснить. В итоге Поттер не выдержал и выбил отпуск, чтобы разобраться с корнями, и отправился в Корею, не взяв с собой ни Гермиону, ни Джинни, ни Рона, хотя беспроблемнее всего было поехать с ним последнему. Первым двум пришлось бы несколько пожертвовать карьерой. Но нет. Гарри хотел разобраться один.

И потому в аэропорт Инчхона он прибыл один. Портключ — хорошо, но разрешение выбивать долго. Быстрее купить билет и прилететь. Куда сложнее найти кумихо, кто может пролить хоть какой-то свет на его родню. Но Гарри упёртый. К тому же он хотел бы знать все возможные плюсы и минусы своей полукровности, потому что даже Скамандер затруднялся в его вопросе. Кумихо весьма скрытны.

Инчхон встретил Гарри температурой плюс сорок пять по Цельсию за бортом... Честно, решение взять в магловской части Сеула номер с кондиционером было не просто верным, а мудрым. В конце концов, в мире магов можно было все силы потратить на охлаждающие чары, а здесь... какой-никакой комфорт.

Конечно, среди маглов открыто не применишь заклинание перевода, но Гермиона сказала, что многие маглы там неплохо знают английский, так что Гарри отправлялся в незнакомую страну с палочкой, фунтами, святой уверенностью в универсальности английского языка и тремя корейскими фразами: «спасибо», «я заблудился» и «где тут консульство Британии?».

Таможню Гарри проходил с помощью Конфундуса. Было глупо полагать, что остролист и перо феникса иначе допустят с ним в салон. Всё-таки такой палочкой можно и глаз соседу выколоть. Да, рисковал. Причем на выпускающей его в Корею таможне куда как больше, чем в Лондоне.

В Британии он герой — от Азкабана бы как-нибудь, да отмазали, — а вот попадать под неизвестные ему законы... Рисковал, да. Но как-то прошёл. И, поменяв фунты на воны и следуя дублирующим Хангыль надписям на английском, дошёл до метро. Уже там немного поприставал к прохожим...

Немного природного обаяния, яркие зелёные глаза и желание попрактиковаться в английском — и вот уже ему две девушки, хихикая меж собой, подсказывают, куда и как лучше добраться до его гостиницы.

И о чудо — Поттер даже понял. И почти не заблудился.

Что по пути он спрашивал дорогу ещё с десяток раз — и ему помогали, в основном молодёжь, — мелочи. Дошёл же. Заселился. Номер был совсем небольшим, почти как его чулан под лестницей, но, в отличие от него, имел отдельный санузел (унитаз, душ и дырка в полу — слив, никакой кабинки!), довольно уютное наполнение и очень практичный шкафчик, маленький стол, стул и даже телевизор.

Включив наобум случайный развлекательный канал, Гарри опробовал заклинание перевода на какой-то костюмированной исторической дораме.

Заклинание работало — он даже успел присмотреться ко всем этим ванам (типа короля) и его жене, наложницам различного ранга и дворцовым интригам, которые даже Слизерину не снились... когда заурчал живот.

И Гарри решился спуститься вниз: где-то чуть дальше по улице он видел кафе, откуда тянуло вполне вкусными запахами. Да, вечер, да, незнакомая страна, но есть-то хочется!

Перед этим передал домой послание через зачарованный галлеон: он в порядке.

Улочка была тихой и чистенькой. Будто не почти исторический центр Сеула. Гарри снял номер именно там, потому что магический квартал был неподалёку. Если б не удушливая жара в сочетании с прелой влажностью... было б хорошо.

А так он еле дополз пару шагов к кафе «Чосон», где официантки сновали в... кажется, ханбоках. В очередной раз чуть сломав шею, выглядывая интересности, Поттер мимоходом подумал: а кто по национальности Чжоу? Китаянка? Или всё ж кореянка? Но не японка, это точно.

Да, хорошеньких женщин тут вокруг него вилось немало. Ну да, Поттер же отличался... Но, что приятно, не шрамом, а яркими глазами. Но Джинни волноваться не стоило. Она, конечно, отвадила всех чересчур ярых поклонниц в Британии, продемонстрировав силу своего сглаза, но в Корею Гарри прибыл с определённой целью.

Найти ответы на свои вопросы.

Но это завтра, сейчас он намеревался вкусно поесть.

С этим, правда, тоже вышла загвоздочка. Нет, Гарри отказывался понимать, как корейцы едят в такую жару столь острую пищу! И так ведь все горит? Или это другое?

В общем-то, умяв токпокки (такие рисовые клецки с сосисками и яйцом, плавающие в ну очень остром соусе из кочудяна), он почувствовал, что принял бодроперцовое зелье.

Официантка о таком повороте догадалась, поэтому принесла ему молока... Никогда ещё Гарри не пил его с таким удовольствием.

Потом он всё-таки распробовал закуски (не такие острые, да — видимо, специально под его европейское лицо принесли): слабо замаринованное кимчи, дайкон, морковь, а затем и корн-дог (вообще не острый), кимбап (почти не острый ролл), какой-то супчик с совершенно невыговариваемым названием, из которого торчали свиные рёбрышки, и... Да, Гарри перенёс эту остроту легче. Кажется, он привыкал.

Вон уже и официантки меньше прятали улыбки и больше смотрели с одобрением. А Поттер напоминал себе раздувшуюся тётушку Мардж... Шлифанув всё это дело айс-американо (а вкусно!), он отправился к себе.

Ночное освещение было... красивым. Сочетание фонарей в традиционном стиле, причудливых крыш домов и вывесок, кое-где их украшали красные бусы, или что-то подобное виднелось. Было неплохо и в то же время прохладнее. Значительно...

Лениво Поттер подумал, что, если завтра не найдёт, что ищет, — а такие дела за один день не делаются, — надо будет вечерком все равно прокатиться до моря. Хоть поглядеть на порт и набережную. Пока он только реку видел — как там бишь её название?.. А, всё равно.

Завтра главное — отыскать вход, магов и книги про кумихо. Но перед этим — банк.

* * *

А утро Гарри совершенно естественно проспал... Потому что часовой пояс разнился настолько диаметрально, что, пока Сеул вставал, в Лондоне только ложились. Девять часов. Девять! Но вчера его всё же вырубило. Господин аврор давно нормально не спал... А тут отоспался, будто реально в отпуск поехал. Больше десяти часов продрых без патронусов и экстренного вызова в Аврорат. Отдохнул! Кайф.

Был — пока Гарри не вымок до трусов в поисках входа в магический Сеул... Привык на магию полагаться и зонтик... Увы, купил, только когда с него уже ручьём стекать начало. А произошло это очень быстро — ливни тут были посолиднее Лондонских... Ну и теплее значительно. И тумана не было... По крайней мере, он пока не видел. Ещё и солнце шпарило, будто Поттера все же занесло в парилки чимчильбана...

Гарри успел почти высохнуть без магии, когда удача улыбнулась ему и он упёрся в подворотне в статую с затёртой лысой головой какого-то божества (кажется, богатства) — по инструкции (Гермиона всё вычитала) потёр лысую башку и легонько постучал трижды по носу... И тут же стена поплыла, открывая проход в совершенно иной Сеул...

Косой переулок в первое посещение поразил Гарри больше, но местный — как его там?.. — вроде бы Закрытый город тоже впечатлял.

Расхаживали тамошние маги в... традиционных корейских костюмах. Ну да, видимо, у всех волшебников страсть к халатам-полуплатьям... Чтобы ничего не прело и не сковывало внизу. Гарри, что под форменной аврорской мантией носил джинсы, было не понять.

Были, конечно, и тут прохожие в магловской одежде, и немало, но Поттер всё равно пришельцем казался из-за своей внешности. Впрочем, это решалось заклинанием затемнения на линзы очков... Волосы-то у него вполне массовые для этого места. По цвету.

Что Гарри и сделал, перестав так сильно резонировать с толпой. А там и с помощью Указуя до банка добрался. Им тоже заправляли гоблины, но выглядели они несколько иначе. Впрочем, поменяли его бумажные воны на тоже воны, но золотые, серебряные и бронзовые — и ладно. Поменял с запасом. Будет у него теперь ещё один прикольный сувенир. Магловские купюрки — тестю, магические вон Рон просил. А то, что у гоблинов-азиатов в банке было много красного декора и тихонько тлели благовония, — дело десятое.

С помощью Указуя Поттер добрался и до книжного. Перед этим кто-то пролетел над его головой прямо на мече... Гарри присвистнул невольно. Кажется, он сейчас не только книг про кумихо купит, но и про то, как оседлать не метлу, а пафосный меч! В мечтах Гарри уже зачитывался мудростью, уходил в монастырь в горах, медитировал, а возвращался оттуда Джеки Чаном. То, что тот, вообще-то, китаец, Поттера нисколько не смущало. Как и то, что на занятия восточными единоборствами, совмещающими духовные практики и физические упражнения, нужны годы... Дал себе на досуге зарок кассету или даже диск прикупить в магловской части. Аврору пригодится. А полулису и подавно медитация не повредит.

А потом провалился в изучение книжного. Вышел Гарри из Закрытого города в городе к вечеру. Весь взмыленный и с уменьшенной дюжиной томов... Заклинание перевода ему в помощь... Потому что обращаться прямо в местное министерство магии — или что там у них — он опасался.

Ещё зарегистрируют как опасную тварь, зачипируют — и всё, в Британию не въедешь. Поттер, конечно, утрировал. Но постоянная бдительность, ё-моё! Аластор Грюм в нём по мере продолжения службы в Аврорате говорил всё чаще и чаще.

Перед тем как заняться любимым делом Гермионы (но не его! Поэтому стопка дисков по боевому искусству и всяким там медитациям отправилась в рюкзак с заклинанием незримоего расширения — на Гриммо был только зачарованный Артуром видик, но он не терял надежды, что тесть справится с двд-плеером), Поттер снова пошёл в тот же ресторанчик. Там его уже знакомо поприветствовали, сразу щедро плеснули молока и поинтересовались, не хочет ли он отведать рамёнчику.

Про это блюдо Гарри слышал, а потому кивнул, а потом сильно удивился, когда зардевшаяся официантка запихала ему свой номер телефона... Уже в гостинице Поттер, терзаемый нехорошими опасениями, спросил у администратора, означает ли рамен только рамен — уже по расширившимся глазам понял, что попал и в кафе Чосон он больше ни ногой.

Секс! Да чтоб их! Зашифровать за островатым и вкусным мясным супчиком с лапшой, яйцом и водорослями секс! Больные, чтоб их!

Весь красный Гарри, прикупив пару бутылок соджу исключительно для успокоения, отправился читать про кумихо...

Так зачитался и немного переборщил с обманчиво некрепким напитком, что не заметил, как уже запускал слюнки по страничкам... И снилась Поттеру всякая муть! Дескать, убивался об него ещё не один Тёмный лорд, а много-много, потому что он и без камня философского пережил Фламеля, дотянул до тысячи лет, и выросло в результате у него аж девять огненных хвостов!

Потом почему-то начинался какой-то лютый кроссовер с японщиной и раз увиденным Гарри новым мультиком про улыбчивого пацана-лисёнка Наруто. По крайней мере, в том месте, где вся семья и друзья начинали Поттера бояться и кричать, что он демон, чудище и сейчас всех порешит, надо от него избавля... В общем-то, хуже, чем когда думали, что он наследник Слизерина и в Турнир нечестно попал — вместе взятые причём!

— Вообще-то, однажды чуть так и не случилось. Люди не постоянны. Сегодня ты их герой, кумир, бог, а завтра — презренный демон, ничтожество! — сказал ему на ухо вкрадчивый голос на чистом английском.

Поттер тут же очумело поднял отлёжанную на книге в неудобной позе голову, напрягая жалобно скрипящую шею, чтобы увидеть какого-то типа в элегантном костюме, с вьющимися и отдающими рыжиной волосами и с хитрым прищуром... Как он тут очутился? Гарри же ставил защитные и сигнальные чары! И вообще-то они у него довольно неплохие! Не то чтобы Волдеморт носу, но... обычные Пожиратели вряд ли бы вот так тихо проломили.

Окончательно проснувшись, Поттер резко вскочил, сжимая палочку.

— Хотел бы — давно убил, — пожал плечами его полночный незваный гость, поигрывая причудливым красным зонтом. У него там, как у Хагрида, осколки палочки?

— У меня там меч, — без труда прочёл его незнакомец...

Чёртов легилимент!

— Это не совсем то. И чары твои целы... Думай сам, кто я... Читал ведь только что! — наглый незнакомец, несколько веселясь, ткнул кончиком зонта в книгу.

— Ты кумихо? — поднял брови Гарри, потому что если повадки давали намеки, то сейчас его почти носом ткнули.

— Браво, аврор Поттер, а теперь скажите, что именно вы ищете в Корее? — сверкнул (реально сверкнул, почти вспыхнул!) очами этот тип. Очень дерзкий и деловой тип...

То, что Гарри немного (ладно, многовато для светской беседы) пьян, не значило, что он не сможет надрать одному высокомерному засранцу задницу.

— И покруче пытались, но из уважения к какому-никакому, а коллеге на первый раз прощу! — хмыкнул нахал, а потом...

Гарри хоть и ловец с превосходной реакцией, но и он едва успел заметить, как зонт сначала обратился в сверкающий меч, а потом пышущий магией жар остановился было над его макушкой, чтобы затем так же стремительно убраться.

— Ты из вашей магической полиции? — нахмурился, зацепившись за слова, Поттер.

А вообще — это удача, что кумихо сами его нашли. Не пришлось самому носом землю рыть и ходить с транспарантом по их магическому кварталу... Хотя кто знает, может, для местных лис он почти это и сделал, заявившись со своим поиском в книжный и скупив почти весь репертуар про кумихо. Стуканули, скорее всего, куда надо было. Надо было партиями... под маскировкой и разбавляя другой литературой... Но сработало ж!

— Почти, — уклончиво ответил Лис-мечник, деловито шерстя у него по столу в поисках, видимо, чая, но натыкаясь только на пустую стеклотару. Ну вот такой Поттер неправильный британец — решил пережить вечер без чая! — Я занимаюсь вопросами неправомерного магического воздействия фантастических существ на маглов. Не даю собратьям поживиться людской печенью, если так тебе понятнее, — пожал плечами типчик, отодвигаясь от столика с лёгким сожалением.

— Я от человеческой печени скорее сблевану, не интересует! — ощетинился Поттер. Ну вот что этот наглец позволял себе о нём думать, а?! Впрочем, ругаться было нельзя: международного скандала только не хватало. — Но ты всё же меня нашел. Значит, я правда полулис. Но как, если мои родители британцы? — впился он взглядом, мысленно упрашивая... Ну скажи, сволочь ты самодовольная! Скажи — и я свалю из твоей страны, не придётся из-за меня перерабатывать.

— Технически, — этот даже не представившийся гад оккупировал его подоконник. — А практически всё куда запутаннее. Лили хоть и не знала, но была лисой, и европейская внешность, украденная её родителями, частично передалась и ей... Но не эти глаза, — пришелец чуть подался вперёд. — У Эвансов таких ярких глаз не было. Это всё твоя бабушка... Она была хранительницей одного из давно вырубленных лесов. Девятихвостая, сильная и опасная. Люди уничтожили её лес — и она мстила им. Жестоко и беспощадно. Даже тем, кто уже был не при чём. Ненавидела и сторонилась людей, пока не встретила твоего деда. Пара лис нашла друг друга и решила завязать. Начать сначала. Подальше от родины. Много дальше. Слопала напоследок удачно подвернувшихся тяжелораненых в аварии маглов, но пощадила и спасла их маленькую дочь Петунью. Бывает. Не знали они, что правосудие находит и спустя двадцать, и десять лет... А прокололись они на Лили, да: яркая звездочка, безвинная, в отличие от них. — Лис испустил что-то похожее на вздох сожаления.

— Так это ты убил моих бабушку с дедушкой? — Поттер слабо соображал, но был рад, что всё ещё держится за стул. Он хоть и не знал их, только редкие фото у тёти видел, но... Он так спокойно во всём сознался! Месть, убитые люди, Эвансы... Неродные ему Петунья и Дадли! Да с каких?! Не похожи — факт, но защита-то действовала.

— Я, — коротко и спокойно ответил тот.

— И много они убили? — Поттеру было жутко, будто где-то рядом прохаживался дементор. Или то кондиционер сломался и охлаждал так, что он аж немного заледенел внутри.

— Он — только Эвансов. Она — больше сотни. Приговор был вынесен только бывшей хранительнице леса, но они разделили судьбу по своей воле, — на секунду Гарри показалось, что челюсть этого палача болезненно сжалась.

— Понятно. — Поттеру надо было это переварить.

Его ближайшие родственники — чудовища... Одумавшиеся. И любившие друг друга больше жизни. И Петунью они вырастили — она и не заметила. Наверное, не заметила. Порой тётку прорывало, что она недолюбленная... В отличие от Лили. Просто та... родная.

— А как же кровная защита на доме моей тёти? — насупился он.

— Сёстры не знали, что они не сёстры, ты считал их дом своим — этого хватило, — пожал плечами Лис.

— А мне как жить с тем, что я не совсем человек? — попытался отвлечься от мрачный дум Гарри. Но куда там. Мысли так и виляли к самой странной: я не человек, моя бабушка — раскаявшееся (возможно!) чудовище, у которой был целый лес.

— Ты скорее не человек, Поттер, — а вот сейчас точно не показалось: этот всё ещё не назвавшийся Лис вздохнул очень уж понимающе. — У тебя не вырастет девять хвостов, ты не проживешь тысячи лет, но вот лет пятьсот протянешь точно. Я зна... — он горьковато замолчал, так и не договорив. — Может, и больше. Но это не благо. Вскоре ты начнешь сожалеть: чужой и там, и тут. Не человек и не лиса. Нечто среднее. Это нелегко. Я тут с предупреждением: сорвёшься — я приду за тобой, герой. Как пришёл за твоей бабушкой, — в глазах у Лиса сверкнул огонь, а потом он резко поднялся и шагнул прямо в окно.

— Погоди! — Поттер метнулся было к улетевшему (да не напился он до такого!) лису, но тот уже был таков. Значительно быстрее раздувшейся шариком тети Мардж... А та тоже была довольно стремительна и драматично-комична в своём этюде. Мда.

И не помог ведь гад этакий — только запугал. Точнее, попытался. Уж кто-кто, а Гарри — парень не из робких.

Поттер прикусил губу. Лучше б ему таких семейных скелетов и вовсе не раскапывать. Ещё и предзнаменование мрачное... Впрочем, Фламель... тот ведь не превратился в чудище? Хотя они с женой долго жили. А Гарри такой... один, выходит что. По оговорке Лиса понял, что есть ему подобные, но кончили они нехорошо. Да уж.

Плюнув на всё, Поттер решил, что подумает о проблемах по мере их наступления. В конце концов, он пока и до тридцатника не дотянул, к чему про пятьсот лет думать? А пока просто насладится остатками отпуска в Корее. Желания покупать билет на пораньше и возвращаться в будни аврората пока не было. Тут хоть спокойно литературу о своей второй сущности можно почитать. И типу этому расслабиться не даст — да, в Гарри была некоторая мстительность.

Ещё и географию надо расширить по кафешкам и море посмотреть. И совместить завтра это всё с утра. Точно ж, есть на набережной заведения панорамные. Ему б на лес взглянуть погубленный — только ж не сказал гад! Впрочем, Поттеру хватило и беспокойных снов, где он был рыжей лисицей, за которой гнались охотники со стаей собак сквозь довольно буреломистый лес...

А наутро... Нет, случившееся сном не показалось. О реальности разговора напоминало прожжённое будто сигаретой пятно на книге — кончик зонта-меча... Тихо выругавшись, Гарри собрался и поехал к морюшку. Наслаждаться едой и поменьше думать. Проветрить мозги, да.

А там к нему взял и подсел какой-то насмешливый молодой парень (на вид: внутри что-то ощетинилось, подсказывая, что парню много лет, возможно, больше девяноста!), спросив прямо на хорошем английском:

— Ну что, бриташка, помог тебе Ли Ён?

А когда Гарри упёр тому под столом палочку в бедро, безумно рассмеялся, поднимая руки вверх:

— Расслабься, приятель! — второй встреченный им за неполные сутки обладатель неприлично дорого костюма продолжал ржать. Горько так и с... обидой. — Братец и мне-то не помог, хотя мог! Ладно... — щёлкнул он перед носом офигивающего Поттера пальцами. — Покажу тебе пару фокусов от такого же, как ты, лиса-полукровки! Запоминай! — на этих словах и в одном глазу его зажёгся огонь...

Только показать не успел. Совершенно бесшумно и будто из ниоткуда (не аппарация! И не портал!) явился вчерашний лис и давай скандалить, подбирая за грудки безумно лыбящегося, видимо, брательника.

Гарри семейные разборки были не нужны: своих, выходит, что хватало. Тем более не хотел он быть оружием в чьих-то хитреньких лисьих лапках, поэтому взял и под шумок свалил. В гостиницу за книгами и сувенирами, а там и в аэропорт.

Аврорат родной — вспомнил его почти сразу, как преступил порог площади Гриммо... Ну, пусть пашут. Зато и друзей увидит, и жену. Подольше побудет со всеми. А то ведь... Поттер поежился. Перспективы ему нарисовали! Одиночество...

К которому, увы, не привыкать. Впрочем, если его убьют раньше... что вполне реально на такой-то опасной работе... Да чтоб! Но тогда — да — думать о собственной долгоживучести не придется! Сомнительное утешение, да?

И Поттер вздохнул.

Из Кореи он привез не только многие печали от обрушившихся осколков знаний, но и сувениры, которые раздал обрадовавшимся его досрочному возвращению родным, друзья, коллегам. Особенно понравились местные сладости. Если рисовые пироженки в Лондоне ещё можно было отыскать, то вот засахаренный боярышник на палочке (откуда-то из Китая, кстати) произвёл фурор. Как и сладкие дракончики из фасоли, что ли, поддергивающие хвостами и с карточками с незнакомыми лоснящимися магами-айдолами.

Для себя Поттер привёз — почти контрабандой, разумеется, — крутой летающий меч, новенький телефончик Самсунг, музыкальный плеер, наушники, а ещё много дисков и книг, в одной из которой нашел всё же технику медитации, которая подарила ему возможность обращаться в лиса и обратно... Получается, не зря съездил, да?

Стал Гарри немного меломаном, слушая, впрочем, в основном The Beatles, Sex Pistols да Queen. Такой вот Поттер патриот оказался, поглядывая, впрочем, и в сторону Сэббатов и Ramones. Про свою проснувшуюся любовь к острому (и самую малость — к дорамам и к-попу, который он не стал удалять с предзакаченного плеера) Гарри молчал, но так и было. Теперь вот кочудян тихонько заказывал и добавлял в уже готовое, чем вызывал несказанное удивление окружающих... А мог и в азиатский ресторанчик зарулить и навернуть там кимчи. Чего Поттер никогда не заказывал, так это рамён. А когда Джинни, наворачивая отнюдь не кимбап, а рамен, вдруг взяла и спросила его почему... то густо покраснел от воспоминаний, а вовсе не от жгучего перчика.