Взаимный интерес к мороженому (гет)

− Это неправда.

Отрицание Драко звучит слабо даже для его собственных ушей, но ведь это не может быть правдой.

Тео прищелкивает языком, качая головой, и выкидывает из композиции увядший цветок.

− Я уверен, что ты не специально вел себя как мудак; я лишь хочу сказать, что за все годы нашего знакомства ты ни разу не встречался с магглорожденной.

Разматывая ленту, Драко обдумывает вопрос, сузив глаза.

− Конечно, встречался.

− С кем?

В другом конце комнаты Панси указывает куда нести цветочные композиции, и внимание Драко на мгновение задерживается на ней, прежде чем он говорит:

− Была одна такая после Хогвартса. В “Дырявом”.

− Пьяные перепихоны не считаются, − проворчал Тео.

− Тогда тебе нужно быть более четким в своих критериях.

Они хмуро смотрят друг на друга, прежде чем Тео выхватывает ленту из рук Драко и начинает обматывать ее вокруг цветочных стеблей.

− Я до сих пор не могу поверить, что Панси заставляет нас вручную делать украшения для ее свадьбы.

− Точно, − фыркнул Драко. − Она могла бы все это сделать за час с помощью магии.

− Дружба, − насмешливо произносит Тео высоким голосом. − Сотрудничество.

Они оба смеются, даже когда Драко колет палец о ножницы.

− Ты же понимаешь, что это все влияние Грейнджер.

Тео начинает выбирать цветы для следующей композиции, проявляя большую осмотрительность для того, кто утверждает, что его это не волнует.

− Иногда мне кажется, что Панси больше любит Грейнджер, чем Поттера. В последнее время они очень близки.

Драко, прищурившись, бросает взгляд через комнату, где две женщины разговаривают. Все были удивлены, когда Панси попросила Грейнджер быть подружкой невесты; Драко даже подозревал, что Поттер попытается убедить её быть среди друзей жениха.

Но свадебный банкет был достаточно большим, и Панси уговорила Поттера включить в него Драко и Тео.

− Что ж, − наконец, говорит он, − по крайней мере, у Панси стало больше друзей.

− Кстати говоря, − замечает Драко, − на восьмом курсе был случай во время игры “Правда или Действие”...

− Это точно не считается, − смеется Тео, качая головой. − Если ты в тот момент по уши был залит огневиски, то это не считается. И, кроме того, я сказал ”встречаться”, а не “поцелуй в чулане для метел”.

Драко хмурится, глядя на серебряную ленту в своих руках, и затем обрезает ее чуть более агрессивно, чем необходимо.

Тео выхватывает ленту, когда она сворачивается.

− Послушай, приятель, я же не говорю, что ты брезгуешь. По крайней мере, не после войны.

Даже мысль о том, что какие-то давние предрассудки все еще преследуют его решения, неожиданно болезненно уколола Драко.

− Я не знаю, − говорит Драко, переводя дыхание. − Может, ты и прав.

− Как насчет этого: у тебя нет пары на свадьбе Панси, верно? − Тео не поднимает глаз, уделяя пристальное внимание замысловатому банту, который он завязывает вокруг следующей композиции. − Пригласи магглорожденную. Это будет здорово.

− Это будет не очень здорово, − насмешливо произносит Драко. − В каком мире было бы здорово пригласить женщину, которую я едва знаю, на свадьбу одной из моих лучших друзей? Я лучше пойду один и буду просто наслаждаться праздником.

В следующее мгновение, когда озорная ухмылка искривляет губы Тео, и он украдкой бросает взгляд через комнату, Драко сразу понимает, что он хочет сказать.

− Нет.

− Да ладно.

Драко скрежещет челюстями.

− Я не...

− Сделай это.

− Даже если бы не было противно обманывать ее, − говорит Драко. − Панси сдерет с меня кожу живьем.

Тео смотрит на Грейнджер, стоящую рядом с Панси, и по его лицу расползается медленная ухмылка.

− Тогда пригласи ее как друга. Я это тоже засчитаю.

− Мы с Грейнджер не друзья.

Но он знает, что это проигрышная битва, и они могли бы спорить об этом всю ночь. Драко слишком хорошо знает Тео и не удивляется, когда его друг говорит:

− Я выбираю действие.

И Мерлин побери все это, но Драко никогда не был из тех, кто отказывается от вызова.

− Панси, − говорит Гермиона, не отрывая глаз от планшета, который держит в руках, − что ты думаешь о… − Она поворачивается и замирает, оказавшись лицом к лицу с Драко Малфоем. Поморщившись, Гермиона произносит: − Ты не Панси.

− Нет, − тянет Малфой.

Гермиона вежливо отступает в сторону, позволяя ему пройти. Но он пристально смотрит на нее, засунув руки в карманы и сжав рот в тонкую линию.

Она опускает свой планшет и спрашивает:

− Тебе что-то нужно?

− Нет, − отрывисто произносит он, затем прочищает горло. − Да. Я не знаю. Да.

Приподняв бровь, она устремляет на него тяжелый взгляд.

− Малфой, я очень занята. В чем дело?

Он корчит гримасу, которая наводит на мысль, что он предпочел бы быть где угодно, заниматься чем угодно в любой другой компании, а затем на его лице появляется легкое и спокойное выражение, что Гермиона едва его узнает.

− С кем ты идешь на свадьбу?

Если она и могла предположить, что он мог сказать, то ни за что на свете не предположила бы этого.

− Ни с кем, − говорит она, нахмурившись. − Большую часть дня я буду занята, помогая Панси.

Малфой прислоняется к стене, скрещивает руки на груди и изображает на лице нечто похожее на улыбку. Все это выглядит неправильно.

Не то чтобы они с Малфоем до сих пор питали вражду, которая была характерна для их юности, но во взрослом возрасте их мало что связывало друг с другом. Они оба дружили с Панси, Панси собиралась выйти замуж за Гарри, но Гермиона и Малфой просто никогда не достигали точки, выходящей за рамки вежливого принятия присутствия друг друга.

− Ты все еще можешь найти кого-то с кем пойти на ее свадьбу, − говорит он, и что-то вспыхивает в его серых глазах.

Она сужает глаза.

− Даже если бы я и хотела с кем-то пойти, зачем мне идти с тобой?

Малфой прижимает руку к груди, притворяясь, будто она нанесла ему смертельный удар.

− А почему нет? У нас есть общая подруга по имени Панси Паркинсон, и тебе не кажется, что она была бы рада, если бы мы нашли общий язык?

Гермиона еще мгновение оценивает это предложение, взвешивая странность обстоятельств. Она уже много лет знала, что Малфой − объективно привлекательный парень, но никогда не забывала о его характере настолько, чтобы заинтересоваться. И Гермиона знала, что это чувство взаимно. Может быть, они повзрослели, но друзьями так и не стали.

− Кто тебя на это надоумил? − спрашивает она наконец. − Это какой-то розыгрыш, да? − Эта мысль могла бы ее обидеть, если бы не тот, с кем она разговаривает. Окинув взглядом комнату, Гермиона обнаруживает, что Тео Нотт наблюдает за ними с хищным, нескрываемым интересом. Гермиона раздраженно вздыхает. − Тео.

Малфой морщится.

− Никто не хочет тебя обидеть, я клянусь.

Перенеся вес тела на одно бедро, Гермиона прижимает к груди свой планшет.

− Каковы условия?

− Тео считает, что я никогда не встречался с магглорожденной.

Если бы это произошло несколько лет назад, она сочла бы озвученную мысль оскорбительной. Теперь она распознает в его нейтральном тоне то, чем это является на самом деле: констатация факта.

− Не встречался?

Он как-то странно пожимает плечами.

− Формально нет.

− Значит, ты решил, что я подходящий выбор. В день свадьбы наших ближайших друзей, когда мы оба будем заняты другими делами, − когда она обдумывает эту мысль, то видит в ней больше смысла.

− Да, − он проводит рукой по своим светлым волосам. − Знаешь, забудь. Надо было просто послать Тео к драклам. Панси все равно убьет нас, если узнает.

Гермиона хмыкает при этой мысли.

− Возможно, ты прав.

Малфой отталкивается от стены, собираясь уйти. Если она что-то и знает о Малфое и Нотте, так это то, что они всегда слишком серьезно относятся к своим вызовам. И она невольно тянется к его руке, но опускает ее прежде, чем успевает коснуться.

− Подожди. Что ты получишь, если меня уговоришь?

Малфой крепко сжав губы, говорит:

− Килограмм мороженого "Фортескью".

Они смотрят друг на друга мучительно долгое мгновение.

Затем Гермиона осторожно встречается с ним взглядом и говорит:

− Я люблю мороженое.

− Любишь? − он вскидывает бровь, и Гермиона кивает. Выражение его лица становится напряженным, как будто он о чем-то размышляет. − Я поделюсь им с тобой. − Прежде чем она успевает ответить, он добавляет: − Нет, я куплю тебе твой собственный килограмм.

Сложив руки на груди, она говорит:

− Шоколадно-арахисовое.

− Договорились.

Это самые странные переговоры в ее жизни. Но она одаривает его ухмылкой и говорит:

− Увидимся в субботу.

Малфой ухмыляется в ответ, и в его серых глазах появляется тот самый блеск.

− Это свидание.

Присутствие Грейнджер рядом с ним столь же непривычно, сколь и тревожно, но все это стоит того, чтобы увидеть шок на лице Тео, когда Драко сообщил ему, что она согласилась пойти с ним на свадьбу.

− Я ожидал, что она откажет тебе, − признается Тео.

Драко насмешливо хмыкает.

− Ну, она не отказалась.

Но Тео лишь пожимает плечами.

− Ладно. Переживи эту ночь, и ты выиграл.

Она одета в нежно-зеленое платье, облегающее изгибы, о которых Драко даже не подозревал. Ее шоколадные локоны закручены в замысловатую прическу на макушке, на щеках играет легкий румянец, а глаза подведены, подчеркивая красоту черт, что Драко не может этого не заметить.

Теоретически Грейнджер красива. В детстве она была немного угловатой и неуклюжей, но и он был таким же, даже если и пытался показать иное. И ничто не мешает ему признать это сейчас − кроме того факта, что это шарада, вызвана взаимным желанием съесть мороженое, а не чем-то иным, вроде чувств.

Его галстук подходит к ее платью, гладкий зеленый шелк дополняет корсаж, приколотый к его груди, и он достаточно тщеславен, чтобы считать, что в паре они смотрятся очень элегантно.

Выражение лица Панси, когда она видит их вместе перед церемонией, само по себе является достаточной наградой. Но, к счастью, им удается раствориться в толпе прежде, чем Панси успевает засыпать кого-либо из них вопросами.

С этого момента день превращается в вихрь активности, и, к облегчению Драко, очень мало времени он проводит в компании Грейнджер наедине.

После ужина Грейнджер сидит рядом с ним за главным столом, потягивая коктейль и бросая украдкой взгляды в другой конец зала, где многие гости либо пьяны, либо танцуют. Драко не собирается становиться ни тем, ни другим, хотя подозревает, что еще один бокал шампанского мог бы помочь вечеру пройти более гладко.

− Итак, − отваживается он, вертя в руках пустой стакан для воды. − Как дела на работе?

Выражение ее лица остается равнодушным.

− С работой все в порядке, спасибо. Не скучаю.

Ему становится неловко, когда он понимает, что не знает, в каком отделе она работает. Но спросить сейчас он не может, поэтому кивает и говорит:

− Это хорошо.

Грейнджер откидывает голову на спинку кресла, на мгновение закрывает глаза, как будто собираясь с духом, и говорит:

− Что-то мне подсказывает, что Тео не даст тебе выиграть в твоем споре, если ты будешь выглядеть так, будто предпочел бы быть где угодно, только не на свидании со мной.

− Это не так, − отвечает он, но когда она бросает на него взгляд, в животе у него закипает стыд. Хотя она выглядит почти так же, как и прежде, он вздыхает. − Ладно. Давай потанцуем что ли.

− Хорошо, − говорит она, хотя в ее голосе нет особого энтузиазма.

Драко поднимается со своего места и предлагает ей руку, и ее взгляд настороженно встречается с его. Затем она протягивает ему свою маленькую ладошку, и, рискнув, Драко переплетает их пальцы. Их руки легли друг на друга с легкостью, большей, чем он ожидал.

Когда она делает шаг вперед, позволяя ему повести себя на танцпол, ее плечо задевает его плечо. Драко чувствует, как по телу пробегает волна тепла, но продолжает смотреть вперед. Последнее, что ему нужно, − это ставить ее в неловкое положение, когда, по сути дела, она оказывает ему услугу.

Он ничего не может поделать с тем, что испытывает к ней влечение, но это не ее проблема.

Однако ситуация не улучшается, когда они выходят на танцпол и оркестр сразу же меняет настроение, исполняя более медленную мелодию, чем предыдущая. Грейнджер издает немного неловкий смешок, становясь перед ним.

Драко больше не может игнорировать ее − не сейчас, когда ее широко раскрытые глаза смотрят прямо на него.

− Полагаю, ты умеешь танцевать, − произносит он, проводя рукой по ее спине. Ткань платья тонкая, и тепло ее кожи покалывает кончики его пальцев.

− Да, − говорит она, − хотя, возможно, это и не соответствует тому уровню, которого ты ожидаешь.

Слова прозвучали жестко − вся ночь была довольно напряженной. Если бы не тот факт, что он твердо намерен довести дело до конца, и не тот щедрый побочный эффект, что Тео наблюдает за ними с недоуменным выражением лица всю ночь, он мог бы вообще пожалеть, что спросил ее.

− Я ничего не жду, − отвечает он. − Это свадьба. Мы здесь, чтобы повеселиться.

К его удивлению, она немного расслабляется и даже одаривает его немного самоуничижительной улыбкой.

− Полагаю, ты прав. И в самом деле... в этом нет ничего ужасного.

− Я польщен, Грейнджер.

Она негромко смеется, легко попадая в такт, когда они начинают двигаться.

− Я просто имею в виду обстоятельства того, как мы оказались здесь вместе. Я думала, что это будет гораздо более неудобно, чем оказалось на самом деле.

Он хочет признать, что эта ситуация и вправду кажется ему довольно неудобной, но не хочет знать, насколько неудобна она по ее мнению.

− Возможно, − говорит он, − мы просто повзрослели. И в любом случае пришло время оставить все это в прошлом.

Она поднимает взгляд, который похож на расплавленный шоколад в золотом свете, заливающем комнату, глядя прямо в его глаза, и Драко надеется, что она сможет уловить искренность произнесенных им слов.

− Думаю, ты прав, − бормочет она, придвигаясь ближе. − И будем честными − с сегодняшнего вечера наши друзья неразрывно связаны. − Гермиона переводит взгляд в другой конец зала, где рядышком сидят Панси и Поттер. − Она прекрасно выглядит.

Драко отводит взгляд от Грейнджер.

− Панси? Да. Да, она такая, − тепло разливается по его щекам, когда он борется с желанием сказать, что, по его мнению, она тоже выглядит прекрасно. − Хотя мне кажется, мы уже давно стали одной компанией. Вы с Панси тому доказательство.

Она мягко улыбается.

− Полагаю, да. Забавно, как все меняется, учитывая, что мы с ней совсем не ладили в Хогвартсе.

Что-то внутри него борется, желая спросить, есть ли в ее словах более глубокий смысл. Может быть когда-нибудь она захочет дать ему такой же шанс. Шанс начать все сначала.

Но он не осмеливается спросить. Не после стольких лет издевательств. Поэтому он лишь притягивает ее ближе и говорит:

− Забавно.

Они продолжают танцевать, пока музыканты почти плавно переходят от одной песни к другой. Грейнджер оказалась более умелым партнером, чем сама о себе отзывалась.

Когда он опускает взгляд, отвлекаясь от своих мыслей, то почти с удивлением обнаруживает, что пространство между ними сократилось. Грейнджер обхватывает его затылок одной рукой, пальцы лениво перебирают волосы на его затылке, и ее тело прижимается к нему вплотную.

Драко расслабляется, с его плеч спадает напряжение, и он проводит рукой по ее позвоночнику, между лопаток.

Если он не ошибается, с ее губ срывается тихий довольный вздох.

− Знаешь, − говорит она, нарушая молчание, и он чуть не вздрагивает от неожиданности. − Как бы я ни любила Гарри и Панси, я рада, что подготовка к свадьбе закончилась.

В словах звучит хорошо знакомый ему смешок, и он усмехается, хотя она на него не смотрит.

− Я знаю, что ты имеешь в виду. Панси... требовательная.

− Весьма требовательная.

С улыбкой на губах она поднимает голову от его груди и на мгновение просто смотрит на него. Его сердце колотится в груди, а пульс отчетливо бьется за ушами. Несмотря на то, что он был достаточно близко, чтобы не заметить этого, он задается вопросом, чувствует ли она это.

И тут Драко с болью осознает их близость и то, что цель этого свидания − просто выманить у Тео несколько галеонов на мороженое. И следом понимает, что хотел бы, чтобы это было не так.

Грейнджер словно осознав их близость, отводит взгляд. Он слышит, как она сглатывает.

− Тео наблюдает за нами.

Драко не отводит взгляда, не желая, чтобы его друг понял, что они говорят о нем.

− Я не удивлен. Он вообще не мог поверить, что ты согласилась.

Когда она снова поворачивается к нему лицом, уголок ее рта кривится.

− Тебе следовало попытаться повысить ставки.

− В каком смысле?

Она пожимает плечами, как будто выражение ее лица не говорит о том, что именно у нее на уме.

− Я не знаю. Учитывая, что я подыгрываю тебе, ты, наверное, мог бы попытаться добиться от него большего. Сказать ему, что попытаешься поцеловать меня или отвезти домой, или еще что-нибудь.

Драко изумленно смотрит на нее.

− Не ожидал услышать от тебя подобного. Когда ты набралась слизеринской хитрости?

− Панси, − просто говорит она.

− Кроме того, − продолжает Драко, пытаясь прогнать эту мысль, − я не собираюсь пытаться воспользоваться тобой, чтобы съесть мороженое.

− Ты мной не пользуешься, если я добровольно участвую, − хмыкает она и качает головой. − И кроме того, тебя совершенно не смущает использовать Тео в своих интересах.

− Не смущает, − отвечает он с ухмылкой. − Тем более у него столько галеонов, что даже от покупки килограмма мороженого он не обеднеет.

− А ты?

Когда она вскидывает бровь, Драко колеблется. Ему интересно, знает ли она, каков размер финансовых компенсаций, выплаченных поместьем Малфоев после войны. Поэтому он тщательно подбирает слова, когда говорит:

− Я тоже, но суть пари не в этом.

Он не может избавиться от ее слов. То, как непринужденно, почти бесцеремонно она намекнула, что согласится на его поцелуй. И, возможно, Драко должен быть раздражен ее предположением, что он вообще хочет ее поцеловать. Это вообще сомнительная мораль.

Но сейчас он хочет только одного − поцеловать ее.

Наедине.

Клиническое обсуждение этого вопроса выбило его из колеи, и он ничего не может поделать с тем, что его взгляд, лишь на мгновение, но скользит по ее губам.

Это ничуть не помогает. Не помогает и то, как она придвигается к нему, прижимаясь своими изгибами к его груди. Он проводит рукой по ее бедру, борясь с отчаянным желанием притянуть ее еще ближе.

Он слышит, как в ее горле замирает дыхание.

Тогда он говорит:

− Что ты имела ввиду? Возможно, я смогу... убедить его.

Грейнджер хмыкает, запуская пальцы в волосы на его затылке, отчего по его венам разливается тепло. Затем ее глаза загораются тем же беспокойным блеском, которому, как ему начинает казаться, он бы отдался.

− Возможно, дорогой Тео хотел бы профинансировать нашу экскурсию во "Флориш и Блоттс".

Сам того не желая, он громко смеется.

− Возможно, он захочет.

Дерзость этой мысли отвлекает его от мыслей о поцелуе, но он тут же переключается на мысль о том, чтобы отвести ее в книжный магазин.

Снова прижавшись к нему, она тоже смеется.

− Я, конечно, шучу.

Эти слова обрушиваются на него, как ведро ледяной воды.

− Конечно.

Он не имеет права даже предаваться подобным мыслям о ней. Они оба на этой свадьбе только из-за Панси, и, насколько он знает, она положила глаз на кого-то другого. Ему хочется верить, что она ни с кем не встречается, иначе не согласилась бы прийти на свадьбу в качестве его спутницы − но это не значит, что он имеет на неё какие-то права.

Что она даже может подумать о том, чтобы пойти с ним на настоящее свидание.

− Я имею в виду, − тихо говорит она, − что мне не нужно, чтобы кто-то другой покупал для меня книги.

Ее чертовы пальцы на его затылке так отвлекают, что на мгновение ее слова перестают восприниматься. Он хочет сказать, что был бы счастлив наблюдать, как она тратит значительную часть сбережений его семьи на книги, если это заставит ее улыбнуться.

Но это наверняка отпугнет ее.

И после сегодняшнего вечера они вернутся в состояние, когда едва ли признают существование друг друга. По какой-то причине от этой мысли ему становится холодно.

− Верно, − запоздало произносит он, и это слово звучит жестко и холодно даже для его собственных ушей.

Он чувствует, как она мгновенно напрягается. Драко не знает, что именно он сделал не так, но догадывается. А может быть, она только сейчас поняла, что между ними нет никакой истинной связи и что все это − тщательно продуманная шутка.

− Хочешь пить? − спрашивает она, тихо и столь же холодно, и отстраняется. − Мне бы не помешало немного передохнуть.

− Конечно, − он совершенно опустошен потерей, когда она вырывается из его объятий. − Что тебе принести?

Ее глаза блестят, но он уже не чувствует того тепла, которое было всего несколько мгновений назад.

− Удиви меня. Мне нужно в туалет, а потом давай встретимся у бара.

Прежде чем он успевает ответить, она уходит.

Пока он просматривает меню напитков, рядом с Драко появился Тео с виски в руке.

− Похоже, вы с Грейнджер неплохо проводите время.

− Да, − соглашается Драко, не отрывая взгляда от меню. Он заказывает что-то, что, как он надеется, понравится Грейнджер, и виски для себя. Затем он снова обращается к Тео. − На самом деле, даже больше, чем я ожидал. Полагаю, я должен поблагодарить тебя.

Тео с невинным видом делает глоток из своего стакана.

− И ты собираешься пригласить ее на второе свидание?

Драко мгновение колеблется, прежде чем ответить.

− Возможно, − он делает глоток своего напитка, чувствуя, как жидкость обжигает горло. И вспоминает об искре озорства на лице Грейнджер. − А что хочешь поспорить?

Пожав плечами, Тео обдумывает эту мысль; Драко изо всех сил старается сохранить невозмутимое выражение лица, представляя себе выражение лица Грейнджер.

− Отлично, − говорит Тео. − Если ты уговоришь ее пойти на другое свидание − у меня даже есть пара билетов на балет, которые я тебе подарю.

Драко усмехается.

− Ты же просто хочешь от них избавиться.

− Отлично. Это правда. Их подарил мне один коллега, и я не хочу чтобы они пропали впустую, но и сам идти не хочу, − Тео поднимает палец. − Но я случайно узнал, что Грейнджер нравится балет.

Драко не очень нравится балет.

Но в данный момент он совершенно уверен, что сделал бы любое количество крайне неприятных вещей, если бы это означало, что он сможет снова увидеть Грейнджер на нормальном свидании.

− Ладно, − говорит он, пожимая плечами. − Пожалуй, я спрошу ее.

Желудок скручивает при одной лишь мысли об этом. Одно дело, когда они вдвоем объединяют усилия, чтобы обмануть Тео, но совсем другое − если он сам поставит себя на кон. Он и не осознавал, как сильно хотел узнать Грейнджер получше, пока ему не представился такой шанс.

Тео ухмыляется и опрокидывает в себя остатки своего напитка.

− Хорошо.

Гермиона задерживается у стены, наблюдая за беседой Малфоя и Нотта, затем проскальзывает рядом с ним, как будто только что вернулась.

Вся эта ситуация становилась все более запутанной по мере развития вечера, и в данный момент она даже не уверена, хочет ли она, чтобы эта шарада продолжалась. Малфой оказался на удивление хорошей компанией, и, если честно, ей было приятно проводить с ним время. Она могла бы танцевать в его объятиях всю ночь, если бы не заставила себя отстраниться.

Она даже немного жалеет, что он не пригласил ее на свадьбу из искреннего интереса. Мысль о том, что это было всего лишь на спор, не оставляет ее. И после того, как ночь закончится, они вновь вернутся к своим жизням, где их ничего не связывает.

− Привет, − задумчиво произносит она, когда Нотт отходит, и принимая предложенный Малфоем розовый коктейль. Она смотрит на него лишь мгновение, прежде чем сделать глоток, и, хотя она готова к тому, что напиток будет чрезмерно сладким, он восхитителен. − Спасибо.

Малфой поворачивается к ней лицом, и в его глазах появляется тот самый завораживающий блеск, который она уже успела узнать.

− Не за что.

− Что вы обсуждали с Ноттом? − она прислоняется к стене рядом с ним, их плечи соприкасаются, но ни один из них не отстраняется от этого контакта. Гермиона полагает, что они уже полночи провели, прижавшись друг к другу на танцполе. Ей повезло только, что Панси не обратила на них никакого внимания, иначе Гермионе пришлось бы отвечать на множество вопросов.

− Наше свидание, − он произносит это слово так, словно оно его забавляет. − Тео удивлен, что мы ладим.

Гермиона сжимает губы в тонкую линию, надеясь, что это похоже на искреннюю улыбку.

− Если бы он только знал правду.

Между ними воцаряется молчание, пока Малфой оценивает ее, медленно отпивая из своего бокала.

− Если честно, − говорит он наконец, когда напряжение становится невыносимым, − я думал, что мы поладили, независимо от того, настоящее это свидание или нет. Но, возможно, я ошибся.

− Нет, − шепчет она, потягивая свой напиток. Она не может оторвать взгляд от его лица. − Я тоже так думала.

Дразнящий намек на ухмылку искривляет его рот.

− Тео подбил меня пригласить тебя на другое свидание.

С ее губ срывается смешок.

− И что ты ответил?

Малфой допивает остатки своего виски.

− Я сказал ему, что могу, − он долго смотрит на нее ничего не выражающим взглядом, и Гермиона жалеет, что не знает его достаточно хорошо, чтобы понять о чем он думает. − Однако, только между нами, если я приглашу тебя на другое свидание... может быть, нам нет необходимости притворяться.

Гермиона втягивает в себя воздух.

− Если будем только мы вдвоем, то нет. Думаю, нет.

− Что ж, − он ставит пустой бокал на ближайший столик и расправляет плечи. Вечеринка уже подходит к концу, и никто не обращает на них внимания. − Не хочешь ли ты пойти на еще одно свидание?

− Притворное или настоящее?

− Настоящее.

Внезапный прилив энергии охватывает ее, сердце стучит быстрее.

− Да, − выдыхает она, − хочу.

Когда на его лице медленно появляется улыбка, теплая и ленивая, Гермиона приподнимается на цыпочки и быстро целует его в губы. Может быть, это из-за выпитого коктейля, а может быть, из-за адреналина бурлящего в венах.

Или, может быть, из-за радости, вызванной чем-то, чего она не ожидала.

Она застает его врасплох, но он смотрит на нее всего секунду прежде чем целует ее в ответ, нежно касаясь губами ее губ, одной рукой сжимая ее бедро, прижимая своим телом к стене.

Спустя слишком короткое время они отрываются друг от друга, с ее губ срывается резкий вздох, и она смотрит на него.

Малфой ухмыляется, наматывая на палец локон, выбившийся из ее прически.

− Зачем это было нужно? − негромко спрашивает он. − За поцелуй ничего не полагается.

Она улыбается, проводя кончиками пальцев по острой линии его челюсти.

− Тем лучше.

Она не хочет поцелуя ради выгоды. Только ради тепла и обещания.

− Хорошо, − бормочет он, понизив голос. − Но для ясности: если я снова приглашу тебя на свидание, мы кое-что получим. Неважно настоящее оно или нет.

− Помимо мороженого?

Он кивает, прикусывая нижнюю губу.

− Помимо мороженого. Мне сказали, − говорит он, − что ты любишь балет.

Гермиона, раскрыв рот от удивления, думает, что это будет лучшее свидание, которое у нее было.