Попадание с плюшками (джен)

Здравствуйте, я — попаданец. Попало мной, в Гарри нашего Поттера за пару дней до его избрания четвёртым чемпионом Турнира трёх волшебников. А почему в этот раз я именно Поттером оказался я так и не понял. Как, собственно, до сих пор я не понял почему вообще попадать в кого-то стал. То в одного, то в другого. И хорошо ещё, что сначала мне довелось приобрести некоторый опыт ещё до того как я Поттером оказался. Но почему меня вдруг угораздило начать жить жизнями других людей, этого я вам и не скажу ибо... тайна сие великая есть. И ведь вроде жил себе, никого не трогал, но, взяли да и в попаданцы меня определили. Ну, да, как будто бы я всю жизнь об этом мечтал.

Разве что, если предположить в качестве бреда, то какая-то высшая то ли сущность, то ли сучность, эксперименты проводит и много у неё таких как я качестве подопытных задействовано. А может и ещё какие-то факторы этому поспособствовали, кто ж его знает-то? А насчёт того что я, в этот раз, именно в момент предшествующий выбору чемпионов Поттером оказался, то вот какая мысль у меня появилась. Например, здешний Гарри мог элементарно не выдержать общешкольной травли и вскрылся. Вот меня в него и впихнули чтобы предотвратить подобный исход.

Кстати, вот какая мысль ещё у меня появилась. Что не зря меня сначала через парочку попаданий, так сказать, пропустили. Скорее всего, чтобы не выглядел я почти полным нубом, как в старой, доброй ММORPG. А то канон, как говорится, каноном, но ведь абсолютно всех нюансов он учесть не может.

Впрочем не об этом речь, а о том, что благодаря предыдущим попаданиям имеется у меня некоторый опыт в этом деле, хоть и небольшой совсем. Но, давайте всё же сначала я немного о об этих самых попаданиях расскажу.

Первое из них было в мир придуманный А. Сапковским, в ученика ведьмаческой школы. Не буду на этом подробно останавливаться, потому как довольно много и почти правдоподобно всё это описано в фентезийной литературе. Скажу только, что моё сознание внедрилось в одного из учеников ведьмаческой школы. И совсем неважно, как эта школа называлась и как там меня звали, а важно то, что пробыл я там достаточное время для того, чтобы научиться и магию применять и узнать с какого конца за меч браться. Кстати, магия которой овладевали будущие ведьмаки была хоть и простейшей, но весьма эффективной. Для её применения пальцы руки складывались в определённую фигуру, в сторону цели делался взмах рукой и одновременно с магическим импульсом на неё оказывалось воздействие.

Каждая такая фигура из пальцев совместно с магическим воздействием называлась Знаком. И у каждого из них было своё название, а всего за время пребывания там я успел овладеть в достаточной мере пятью из них. Аард, Аксий, Сомн, Квен и Игни, вот как они назывались. А если говорить коротко, то Аард и Квен были Знаками нападения и защиты, с помощью Игни цель поражалась огнём, Аксий был сродни здешнему Конфундусу, а Сомн погружал цель в сон.

А закончилось моя жизнь там в момент, когда я не пережил приём какого-то нового декокта, которыми нас периодически поили чтобы подвергнуть наши тела очередной мутации. После чего я попал во-второй раз.

Второе попадание было хоть и коротким, относительно, но далеко не самым лучшим, потому как, рабом мне побыть довелось. Но, и плюшку я, при этом, тоже заимел. А получилось вот как. ⁽¹⁾

После пребывания в теле будущего ведьмака, я сначала осознал себя в теле какого-то парня или точнее молодого мужчины, лет тридцати от роду, если судить по ощущениям. Находился я возле речки, а невдалеке от меня сидел на берегу мой будущий товарищ по несчастью с удочкой в руках. На которую он, судя по всему, пытался поймать, как говорилось в одном старом фильме, простого русского окунька. ⁽²⁾Почему я так подумал в тот момент мне было непонятно, но вот подумалось, почему-то, именно так. И я направился к нему. Ну, и чтобы сориентироваться, и уточнить где я, а там, глядишь и понять кто я теперь. Но увы, ничего у меня не получилось, потому что с каждым мои шагом небо все больше и больше вдруг начало затягивать самыми натуральными грозовыми тучами и как только я к нему приблизился начали лупить молнии. Причём не гдето там вдалеке, а прямо по нам и, разумеется, хоть одна из них не могла не попасть либо в меня, либо в него. Ну, и когда молнией в меня, таки, попало, то я потерял сознание и состоялся перенос. Только в этот раз меня перенесло всего, так сказать, вместе с телом в которое внедрилось моё сознание.

Сколько длился период беспамятства я вам не скажу, конечно, поведаю только, что в себя я пришёл когда нас стали вроде как будить. А почему вроде как? Ну, согласитесь, что если это делается пинками, да ещё и с явным желание просто-напросто забить нас ногами до смерти, то иначе и не скажешь. Причём, делал это явно не человек. Нет, так-то у него и две руки, и две ноги было, да и в целом он был... гуманоидного типа, но вот рожа его... Да, именно рожа, а не лицо, по другому не скажешь, у этого полузверя-получеловека могла бы и в шок повергнуть, не будь я личностью закалённой, в своё время, голливудской продукцией.

Лоб у него был низкий, глаза с вертикальными зрачками, приплюснутый нос как у гориллы, верхняя и нижняя челюсть по бульдожьи выдавались вперёд, при этом изо рта торчали такие же бульдожьи клыки. Вот так он выглядел и что-то ревел в наш адрес. А так как ни я, ни тот второй парень, который на берегу с удочкой сидел, а сейчас рядом со мной оказался, ничего из его рёва не поняли, то он принялся нас пинать. И быть бы нам забитыми, если бы не прискакал ещё один такой же гуманоид на каком-то звере, который, судя по всему, был вроде местной лошади.

Он вырубил того который нас пинал, напоил нас водой и поманил за собой. Ну, а мы пошли, конечно, потому как выбора не было из-за того что очнулись мы в пустыне, да ещё и совершенно голые. Ну, и состояние у нас тогда было как с самого сильнейшего похмелья. Разумеется, сделал он это не из какого-то там альтруизма, им в данном случае и не пахло. А дело всё было в том, что он оказался хозяином рабского каравана, который направлялся в какое-то место, а уже там он собирался нас продать и заработать на этом денег. Но, вышло так что рабов у него не хватало. Там партия должна была состоять не менее чем из двенадцати разумных, в противном случае цена на них, почему-то, снижалась, что, как по мне было странно, ведь опт был всегда дешевле розницы. Впрочем, не стал я пытаться логику их поступков выяснять. Да и не об этом пойдёт речь, а о том, что как только мы добрались до стоянки, нам на шеи тут же нацепили ошейники.

Так мы стали рабами. После чего нас прикрепили к общей цепи, затем кое-как о нас позаботились, смазав ожоги и ссадины с синяками какой-то вонючей мазью, выдали что-то типа набедренных повязок и загрузив в клетку на колёсах куда-то повезли. А осознали всё это мы с моим, так сказать, попутчиком, только дней через пять. Ну, когда оклемались более или менее. Тогда же я и плюшку заполучил.

А получилось как? Увидел я как один из наших друзей по несчастью впился в моего соотечественника взглядом, как будто бы мысленно с ним разговаривал. Ну, а мне, почему-то, захотелось узнать о чём именно разговор идёт, если он действительно имеет место. И как только я этого захотел, то услышал:

— Ингар, ты меня слышишиь? — обратился он к моему товарищу по попаданию.

Так-то, Игорем его звали, Столяровым, познакомились мы к тому времени, но, видимо, здешние жители могли произнести только Ингар.

— Слышу, — ответил он ему. И уточнил. — Только я не понял, как ты со мной разговариваешь?

— Ингар у тебя есть «Сила», — объяснил он, — поэтому я мысленно могу говорить с теми, кто ей обладает.

— А как ты определил что она у меня есть, эта самая «Сила»? — продолжил уточнять Игорь.

— Увидел, — дальше пояснил его собеседник и посоветовал. — А что бы это смог и ты, то закрой глаза, успокойся, посмотри в глубину себя и тоже её увидишь.

И я, конечно же, тоже решил последовать его совету. Нет, ну а чего? Ведь если я их услышал, мысленно, то и у меня получается эта самая «Сила» тоже есть, ну, если логике следовать. Так что, я тоже попробовал и, пусть, не сразу, конечно, но мне это удалось. И увидел я, разумеется, темноту внутри себя, сначала, но, через некоторое время она стала понемногу приобретать голубой цвет, а затем на этом фоне стали проявляться разноцветные, довольно размытые силуэты, которые, постепенно становились более чёткими. И как только они эту саму чёткость обрели, то я стал узнавать в них предметы, людей и животных, в общем, всё то что окружало нас.

Вот так я заимел ещё одну плюшку в дополнение к тому, чему раньше научился. Скажу ещё, хорошо что видел я эту, так сказать, энергетическую картину мира не всё время, а только когда у меня такое желание возникало, потому как крыша могла бы поехать далеко и надолго. Очень даже запросто.

Ещё странным, при этом, было то, что «Силу» в Игоре он рассмотрел, а во мне почему-то нет. Разве что потому, что сидели мы с ним в противоположных углах нашей прямоугольной клетки, поэтому так вышло что Игорь мог меня просто прикрыть собой от его взгляда. Потому как, и здоровее меня был, и его энерготело поярче светилось. Впрочем, почему так случилось я так и не узнал, как, собственно, не успел понять каким образом использовать эту самую «Силу». Потому что вскоре нас довезли то ли, до моря, то ли до большущего озера, типа, нашего Байкала и погрузили на парусный корабль, который так и не доплыл до порта назначения. И всё из-за того, что по дороге начался шторм, кораблик налетел на рифы, а моё пребывание в том мире на этом и закончилось.

И вот что ещё я хочу рассказать про свою плюшку из второго мира. Сначала, конечно, чтобы переключиться с одного вида зрения на другой мне требовалось некоторое время и чтобы его задействовать нужно было закрыть глаза, потом расслабиться и внутрь себя посмотреть. Поэтому, как только я этому научился, то стал тренировать возможность делать это мгновенно, автоматически и без особых усилий. Тем более, что в тот момент и делать больше нечего было.

А так же, ещё и потому, что переход на другое зрение сначала не получался без больших затрат моей внутренней энергии. Тяжко это было и приходилось часто отдыхать, ожидая пока она восполнится. Но чем чаще я это проделывал, тем быстрее это происходило и становилось уже не столь обременительно. В общем, научился я и делать это и быстро, и практически при этом не уставать.

Правда, получаться так у меня стало только к тому моменту как наш кораблик в шторм попал, но умение это тоже со мной осталось. А это второе зрения, для себя, я обозвал энергетическим или, просто, энергозрением.

Так вот, когда я оказался уже здесь и осознал себя Поттером, то посмотрел, конечно, не только внутрь себя, но и на окружающих. Ну и увидел я что энергетические тела человеческих магов окрашены в оранжевый цвет. И, степень их... окрашенности, что ли, была неодинаковой. У кого-то бледнее, у кого-то ярче. Тут всё от личной магической силы зависело. При этом, если приглядеться, то чуть повыше солнечного сплетения у магов находился шар, он же магическое ядро. Оно, кстати, по своему цвету не очень сильно выделялось на общем фоне, поэтому чтобы его увидеть нужно было приглядываться.

И ещё хочу добавить, что когда я смотрел на других своим энергозрением, то при этом у меня, почему-то, возникали разные чувства и ассоциации. Например, при взгляде на Дамблдора невольно возникало чувство опасности и думалось, что лучше до него не дотрагиваться, а то током долбанёт. Причём, напряжением не в двести двадцать вольт, а сразу в две тысячи двести двадцать. А вот все Уизли выглядели как будто бы поверхность их энерготел была покрыта эдаким абразивным слоем. При этом, если у близнецов и Персиваля, с которым я гораздо позже познакомился... зернистость, что ли, их энерготел была поменьше, то у Рона и Джинни она была очень крупной. В общем, не очень приятно это смотрелось.

Но, особое отвращение и омерзение, что ли, почему-то, испытал я когда на метки, на руках у Каркарова и Снэйпа глянул. Не могу объяснить почему, но именно отвращение взгляд на них и вызывал, почти до тошноты.

Да, вот о чём ещё хочу рассказать. Как я уже заметил, попало мной в Гаррика, за пару дней его избрания, вечером, поэтому с утра, проснувшись, я первым делом захотел узнать, а остались ли со мной умения, полученные в предыдущих мирах. И для начала я долбанул Аардом по чьему-то ботинку. Ботинок, разумеется унесло и даже впечатало в стену, а я сходил за ним и вернул его обратно. После чего я сосредоточился, заглянул в себя и не увидел я ничего чужеродного. А значит можно было предположить, с полным на то основанием, что я совсем не канонный Гарри — носитель части чужой души.

А дальше мне предстояло усвоить его память и хочу сообщить, что процесс этот хоть и не был болезненным, но заметным для окружающих и затратным по времени. Поэтому-то в течении этих дней я ходил как, простите, пыльным мешком из-за угла пришибленный и всё из-за того, что память Гарри мне досталась в самом что ни на есть заархивированном виде. В общем, всё это время, пока она разархивировалась и по полочкам раскладывалась, то я и на вопросы отвечал невпопад, и ходил как полупьяный, уцепившись за Гермиону Грэйнджер. Причём, заметьте, именно за неё, а не за Рона Уизли. Почему так? Понятия не имею, может инстинкты мои так сработали. Кстати, она мне потом сказала, что с ней такая же история была, ну, в том смысле что её тоже в тот день ко мне как бы приклеило или примагнитило. И пока мною окончательно память Гарри не усвоилась, то нас друг от друга ничто отлепить не могло.

Что ещё хочу сказать насчёт нашего с ней сближения. Если быть до конца откровенным то неожиданно это вышло и получилось по принципу: «Мы не хотели, оно само как-то». Честное слово. Ведь если вспомнить канон то можно сделать вывод, что временами она была далеко не самой приятной в общении личностью, а порой и совсем неприятной, особенно на их шестом курсе, поэтому и не собирался я с ней настолько сближаться. Но, как говорится, если хочешь рассмешить богов, то расскажи им о своих планах. Вот и нас так получилось. Мы с ней когда утром увиделись, в мой первый раз, то нас как током прострелило. Настолько, что копна на её голове превратилась в причёску афро, да и мои волосы дыбом встали. Только в нашем случае, я думаю, это не ток был, а магия.

Ну, а дальше всё как-то само собой происходило. И почему так вышло, тут я могу только теории строить. Например, могло быть, что когда Поттера вместе с пиявкой от Волди из тела вышибло, а мной, так сказать, заселило, то некоторые параметры магической сигнатуры, которую до этого излучал Гарри взяли, да и поменялись. И не спрашивайте почему, этого я вам не скажу при всём желании.

Но, как только они поменялись, то могло оказаться, что они стали аналогичны некоторым параметрам сигнатуры Грэйнджер. Частота их совпала и получилось то, что называется резонанс, поэтому-то нас с ней в первый день друг к другу как магнитом притянуло. Ну, а дальше наши с ней магии стали друг под друга подстраиваться. Как-то так. Хотя, конечно, это всего лишь предположение, но наиболее вероятное, как мне кажется. На истинность которого я, конечно, не претендую, потому что в итоге, всё может оказаться совсем не так.

Впрочем, как бы оно там ни было, дело тем не менее двигалось, память Гаррика мной усваивалась и ближе к вечеру, когда должен был состояться отбор, я, наконец-то, почувствовал себя способным к самостоятельным действиям. Да и соображалка у меня включилась. Поэтому, когда на ужин мы с ней пришли, то я не стал суетиться и ёрзать в нетерпении, потому как знал, что раньше чем поужинает Дамблдор отбор всё равно не начнётся, а значит и дёргаться нечего. Ну, а раз нечего, то я поухаживал за Гермионой, и сам спокойно поел, ожидая когда начнётся... ну, пусть будет световое шоу со спецэффектами, которое, признаюсь довольно эффектно выглядело.

Заодно, кстати, я решил узнать права ли была мадам наша Ро, придумавшая что с Кубком заключается магический контракт, а так же, что если отказаться от участия в турнире то можно потерять магию. И оказалось, что это действительно так. А делалось это вот каким образом, в тот самый момент, когда Дамби зачитывал очередное имя, то от Кубка в сторону чемпиона выстреливал луч... ну пусть будет магии, который попадая в их магические ядра ставил на них метку, что ли. Пятно, которое, в свою очередь, светилось совершенно другим цветом, абсолютно не таким как ядро самого участника. Алого цвета оно было.

И что, как вы думаете случилось со мной когда Дамби зачитал моё нынешнее имя? А то, чего я никак не ожидал, потому что, точно такая же метка появилась и на моём магическом ядре. Вот как так-то, скажите мне? Логика где? Ведь ни Поттер до меня, ни я сам, как говорится, пальцем не пошевелил чтобы участие в Турнире принять. Тем не менее Кубок меня пометил и мне теперь придётся, так сказать, и соответствовать, и усилия определённые приложить.

Разумеется, когда это свершилось, то я в первое мгновение, даже не удивился, а обалдел, самым натуральными образом. И уставился на Гермиону, со словами:

— Но я же этого не делал, мы же с тобой все эти дни вместе были. Как так-то?

— Это ты меня спрашиваешь? — ответила она мне вопросом на вопрос. — Я сама в шоке.

А дальше я перестал удивляться и начал злиться. В процессе чего принялся возмущаться и ругаться матом. Про себя, конечно. Да и кто бы не стал на моём месте? Поминая, при этом, и Христа, и апостолов, и Мордреда с Морганой. А так же грёбаный артефакт, и не менее грёбаного Крауча-младшего, не забыв, при этом, включить в этот список магическую Британию вообще и Хогвартс с Дамблдором и Волдемортом в частности.

А потом, конечно, я подошёл к Дамблдору и поблагодарил его. В кавычках, разумеется. И ещё хорошо ещё, что смог я в руках себя удержать несмотря на подростковые гормоны, а то очень уж хотелось в тот момент схватить дедушку за бороду и и об стену его головой, об стену.

— Ну, спасибо вам за вот это, профессор, — сказал я ему поднеся к его носу кусочек пергамента зажав его двумя пальцами. — Большое, человеческое спасибо.

— Десять баллов с Гриффиндора за твоё хамство, Поттер, — не преминул влезть Снэйп.

А дальше, что называется Остапа понесло.

— Бедный Годрик! — воскликнул я в ответ с некоторой долей пафоса и приняв соответствующую позу. — Уж помер как тыщу лет, а всё за косяки с него спрашивают. Причём, за чужие.

— Что-о-о?! Месяц отработок с Филчем, — не смог не оставить за собой последнего слова Снэйп.

— И сколько мне за это заплатят? — поинтересовался я у него.

— Что-о-о? — снова взбеленился Снэйп.

— Тихо! — рявкнул Дамблдор. — Гарри, о чём таком ты говоришь?

— Ну, как же? — я, типа, удивился и объяснил я ему. — Что непонятного-то? Я же здесь на мага обучаюсь, а не на уборщика и если вы меня на это подписываете, то платите. Я, знаете ли, бесплатно не работаю.

— Ладно, с этим потом разберёмся, а сейчас тебе туда, — с этими словами Дамблдор отправил к остальным чемпионам.

А дальше поднялся хай. Ну, после того как в комнате куда меня Дамби направил все перечисленные в каноне оказались. Впрочем закончилось всё фразой Крауча-старшего о том, что если уж чьё-то имя из Кубка вылетело, то участвовать ему придётся. Хочет он того или нет. И тут я спорить не стал, потому что и так знал об этом, но вот несколько вопросов я ему задал.

— Скажите, мистер Крауч, — уточнил я у него, — а как в данном случае должно разрешиться то маленькое противоречие, которое я вижу?

— О чём вы, мистер Поттер? — спросил он.

— Разумеется, о своём статусе, — пояснил я. — Ведь если Кубок, решил что я достаточно взрослый чтобы участвовать в Турнире, то не делает ли это меня эмансипированным? А то, как-то неправильно получается, типа, как участвовать наравне со взрослыми, так давай Гарри, вперёд и с песней, и сколько мне лет никого не интересует. Но, если на каникулах мне вдруг случайно колдануть придётся, а мне скорее всего придётся, причём может так статься, что совсем неслучайно, то мне тут же предъявлять начнут. Поэтому, данное противоречие надо бы как-то разрешить, тем или иным образом.

Задавая этот вопрос я, заодно, выяснял для себя насколько были правы те фикрайтеры, которые считали, что факт избрание Поттера участником Турнира автоматически делает его совершеннолетним, пусть даже и с некоторыми ограничениями. И ещё я уточнил, а обязан ли я теперь посещать занятия и распространяются ли на меня всякие там снятия баллов и отработки, как и остаюсь ли я всё ещё после всего случившегося учеником Хогвартса. В общем, уточнил я все те вопросы, которые обычно задаются в фанфиках.

И знаете что выяснилось? Что я теперь действительно эмансипирован, и насчёт занятий, снятия баллов и отработок я тоже прав оказался. Ну, что не обязан я все занятия посещать и наказать теперь меня никто не может. Но вот учеником Хогвартса я, почему-то, так и остался. И где, спрашивается, логика? «Ну, что ж, — подумалось мне, когда я это выяснил, — придётся работать с тем что есть. А самое главное теперь к встрече с Томми подготовиться». После чего спросил ещё кое о чём.

— Скажите, мистер Крауч, — спросил я у него, — а что будет, если какой-нибудь альтернативно одарённый, вроде того же Малфоя или какого-нибудь Уизли-младшего, попробует сделать так, что я на задание выйти не смогу? Ну, там, травмирует меня перед этим или траванёт чем-то? Кто понесёт ответственность?

— Разумеется, тот кто эту ситуацию создал, мистер Поттер, — пояснил Крауч. — Вплоть до лишения магии.

— Н-да, — огорчился я в ответ. — Очень жаль что не распространяется это на того, кто меня во всё это втравил. А то одним сквибом в этом мире стало бы больше.

А дальше Крауч-старший, типа, рассказал нам про первое задание, не сказав при этом ничего существенного, назвал дату его проведения и на этом пока всё закончилось. Но, сразу в гриффиндорскую башню я не отправился, конечно. Вспомнилось мне, что Гермиона вроде бы сразу после всего этого в библиотеку должна была умчаться. Вот туда я и отправился и, как выяснилось не прогадал, там она оказалась. А по дороге мне вот что ещё подумалось: «Ну, могло быть и хуже. И хоть стать Поттером никогда не было, так сказать, вершиной моих стремлений и мечтаний, но, в целом, всё не так уж плохо. Даже несмотря на то, что в Турнире участвовать придётся».

Хотя, если разбираться то хрен редьки, конечно, не слаще оказался. Потому что там, в мире под названием Геон, где я рабом побыл некоторое время, нас везли в какой-то храм где мы должны были выступить в роли гладиаторов, во славу какой-то богини в честь которой этот самый храм был построен. «Впрочем, — подумалось мне прямо перед тем как я библиотеку вошёл, — то, что я не в рабстве оказался, это всё же хорошо. А с Краучем-младшим я попозже разберусь. Не останется он без подарка. Но трогать его я пока не буду, потому как, насколько я помню, преподавал он весьма... недурственно».

А дальше я вошёл в библиотеку и увидел, так сказать, объект своих поисков.

— Привет ещё раз, Гермиона, — заговорил я с ней. — Ты не ищи как меня от Турнира отмазать можно, бесполезно это. Участвовать мне придётся, хочу я того или нет. Нужно знаешь что выяснить, если ты не против, конечно? А должен ли я приложить все силы к выполнению заданий или можно только попытаться их выполнять. И будет ли такая попытка засчитана? А то мне, как-то, с драконами бодаться не хочется.

— С драконами? — Гермиона даже рот прикрыла ладошкой от удивления и... испуга, наверное. — Но, откуда ты знаешь?

— Да я и не знаю, наверняка, — пояснил ей я. — Это всего лишь предположение, но очень и очень вероятное. Помнишь что сказал Чарли Уизли когда нас в школу провожали? Впрочем, пошли к себе. Выпьем по бокалу сливочного пива и спать уляжемся. Ты у себя, а я у себя. А с утра, глядишь и идеи какие-нибудь и появятся.

— Гарри Джеймс Поттер...

— Да ладно, Гермиона, — тут я улыбнулся, потому как слишком уж озабочено она выглядела. — Ты же знаешь что я шучу. Но, вообще-то, будь проще и люди к тебе потянутся.

1) Ситуация со вторым попаданием взята из книг И.Чужина с общим названием «Странник».

Вернуться к тексту

2) Фильм этот называется "Ошибка резидента",1968 года выпуска.

Вернуться к тексту

Да, вот ещё о чём я рассказать забыл. О том, что когда я в библиотеку шёл, то мелькнула у меня мысль обзавестись парочкой дополнительных плюшек. Нет, ну а чего, уж если есть такая возможность, то почему от неё отказываться? Как говорится, попаданец я или погулять вышел? Поэтому я завернул в первый попавшийся пустой класс и позвал сначала Добби, а он по моей просьбе пригласил на нашу встречу ещё и Винки. А руководствовался я, в данном случае, одной из поговорок любителей сыграть в преферанс. Только они в таких случаях говорят: «Две дамы, не одна дама», ну, а я немного переиначил и решил, что два домовика, всяко лучше чем один. В общем, привязал я их к себе и мне даже, как-то веселее, что ли, в тот момент стало. Даже, как будто бы создало в моей душе что-то вроде оптимистичного настроя.

Тут я как ещё подумал? Что моё попадание в канон — а если судить по воспоминаниям предыдущего обитателя этого тела, то именно в канон я и попал — уже внесло в него изменения. И не канон он больше. Ну, а раз он таковым больше не является, то и перекрою я его как мне нужно.

Кстати, насчёт домовиков. Их энерготела по цвету отличались от человеческих, конечно. Окрашены они были эдакой смесью оранжевого и тёмнокрасного. А магических ядер у них своих не было, поэтому и нужна им была связь либо с хозяином, либо с источником. Но, при этом, магии от хозяина или источника они потребляли самую малость, примерно, одну двадцатую моего резерва единовременно, которой, после поглощения, почему-то, им хватало очень и очень надолго. То ли, преобразователь в них какой-то встроен был, то ли генератор магии, а может и ещё что-то этому способствовало. Но, подпитывать их нужно было только раз в месяц, хотя магичили они, что называется, только в путь. И почему эта система работала именно так, было не очень понятно и с чем я решил разобраться, конечно. Только не прямо сейчас, а попозже. Поэтому, связь сразу с двумя домовиками не стала для меня чем-то неподъёмным.

И ещё Добби объяснил мне, что среди самих домовиков связь с магом считается более... престижной, что ли, чем когда домовик привязан к источнику магии. Потому что такая связь... хм-м... как сказать-то, чтобы понятно было... делает его пользователем премиум-класса, так, наверное. Да и функционал у них становится более расширенным. И в школе они свободно могут находиться, хоть это и не приветствовалось, но, прямого запрета на это не было.

Вот это-то я и сделал по дороге в библиотеку, а ещё, уже после того как я оттуда Гермиону выдернул и мы шли к себе в башню, то вызрела у меня подспудно мысль, что не хочется мне с Волди в конце Турнира на кладбище встречаться и в его возрождении участвовать. Ведь, если порассуждать, то зачем оно мне было нужно? А незачем совершенно. Мне бы сейчас Турнир без потерь пройти.

Да и в последующих канонных событиях участвовать мне тоже не хотелось. К тому же не Поттер я, в том смысле, что везло ему в такие вот моменты, а повезёт ли так же и мне неизвестно было. Это, как говорится, бабушка надвое сказала. Вот и появилась у меня мысль, что пока суд да дело надо бы старину Томми из расклада взять, да и исключить. Для чего нанести по нему превентивный удар, ведь война от обороны не выигрывается, тем более, что прямо сейчас он находится в относительно беспомощном состоянии, а это существенно облегчает задачу.

Вот, такая мысль у меня появилась когда мы с Гермионой из библиотеки к нам в общагу шли, разговаривая о том, о сём. Но, не только о всякой ерунде, конечно, так же заручился я её предварительным согласием пригласив на бал. Подумал я, да и решил, что фиг всяким там Крумам. Как говорится, такая ко... э-э-э... Гермиона нужна самому. Я, кстати, и танцевать в своей первой жизни умел и любил. Так что бал, в случае чего, мы неплохо проведём.

Так же я предупредил её насчёт того, что Рончик может взбрыкнуть.

— А почему ты вдруг так про Рона подумал, Гарри? — уточнила она у меня, удивившись. — Что-то раньше за тобой такого не замечалось. Да и Уизли всегда были твоей любимой семьёй.

— Просто я стал более реально смотреть на некоторые вещи, — пояснил я. — К тому же ты его прекрасно знаешь. Возьмёт обидится сейчас что я с лучшим другом секретом не поделился и претензии выскажет.

— Каким ещё секретом? — снова уточнила Грэйнджер.

— Хм-м... ну... видишь ли, Гермиона, это тебе абсолютно ясно, что я для своего избрания никаких усилий прикладывать и не хотел, и не стал, потому как участвовать не собирался. Но, я больше чем уверен, — пояснил я ей, — что почти все остальные, в том числе и Рон, считают будто бы я решил себе нервы пощекотать, для чего смошенничал и что мне как-то удалось попасть в число участников Турнира.

— Ну, в том что так считает большинство я уже убедилась, когда тебя в ту комнату направили, — согласилась она со мной. — Успела, знаешь ли, наслушаться. Но, Рон-то тебе что предъявит?

— Ну... например, что я ему, лучшему другу, об этом не рассказал. Ни о том как, типа, у меня меня это получилось, ни о том, что я вообще это сделать собирался. А вот о том, что это полный бред он, разумеется, не подумает, несмотря на то, что было уже такое. Вспомни второй курс и то, как про меня тогда распускали слухи всякие там Эрни Макмилланы и прочие Джастины Финч-Флетчли, когда выяснилось что я змееуст.

— Ну... Пожалуй, да, — согласилась Гермиона. — Если рассуждать с этой точки зрения то почему бы тогда Рончику сейчас и не заявить что ты мошенник и всё такое. А ещё он за тролля предъявить может. Типа, мы ему теперь должны по жизни, и ты просто обязан был его пригласить с собой в этом приключении поучаствовать.

— Ну, попробовать-то предъявить он может, конечно. Но, только попробовать. И если он это сделает, то я ему быстро напомню кто именно тогда ту ситуацию спровоцировал, — успокоил я Грэйнджер. — Поэтому-то ничего мы ему не должны, а он тогда всего лишь за свой косяк рассчитался. Да и вообще, единственный раз когда он реально помог, так это когда в шахматы сыграл, а со всем остальным мы сами справлялись. Начиная с момента как Норберта на башню вдвоём тащили.

И ещё я сказал ей, что проступки Рона отныне будут рассматриваться самым тщательным образом и если он ещё хоть раз накосячит, то дружить с ним я больше не буду. Да и вообще, если вспомнить как он вёл себя начиная с первого курса вообще и весь прошлый год в частности, но так и не извинился за свои косяки, то я начинаю думать что продолжение нашей дружбы в этом году было ошибкой.

Впрочем, рыжий для для меня и так был тем, кого я, со временем, собирался из разряда лучших друзей перевести в категорию просто знакомых, одного их многих, а то и вообще исключить из круга общения. Не знаю, может я и предвзят по отношению к нему, но не нравился он мне. Ни он, ни его родня. И сейчас, как раз, был очень подходящий момент окончательно разорвать с ними отношения.

Вот и получалось, что сегодняшний выбрык Рон мне наоборот поможет в дальнейшем планы свои осуществить. К тому же, будучи неплохо знакомым с каноном, в своё время, я всегда считал, что рыжий не тот человек с кем без раздумий можно было бы пойти в разведку, как впрочем и с остальными членами их семьи, начиная с мамы Молли, их матриарха. А ещё, помимо всего прочего, я не то чтобы ненавидел Дамблдора, но трезво оценивая написанное про него мадам нашей Ро, небезосновательно считал его гадом. И это даже не принимая во внимание всякие там фанонные теории заговора и прочее.

Почему я так считал? Ну, сами вспомните всего лишь одну фразу, сказанную Дамби Снэйпу когда он уже портретом был и которая перечёркивает всё то хорошее что пыталась о нём рассказывать мадам наша Ро. Да она даже не перечёркивает, а закрашивает всё чёрной краской сразу в два, а то и три слоя. А сказал он тогда что-то вроде, мол, разве пошёл бы Гарри на смерть добровольно, если бы мы его так не воспитали. И «Воспитали», как мне думаться тут было ключевое слово. А если ещё учесть какое именно воспитание получал канонный Поттер, то назвать Дамби хорошим парнем я точно не могу. При всём желании. Однозначно. Ведь было-то как? Сначала его «воспитывали» родственнички на протяжении десяти тёмных и трудных лет, а в Хогвартсе их эстафету подхватил Снэйп,

В общем, как по мне, то готовил дедушка из Гаррика обыкновенного шахида и делал это вполне целенаправленно, без каких-либо угрызений совести. Поэтому Дамби для меня априори был гадом. Ну, а если он гад, то и Уизли тоже недалеко от него ушли, по крайней мере, в моём понимании. Так как, повязаны они были как сиамские близнецы и одни без другого существовать не могли.

И всё это промелькнуло у меня в голове, пока мы до нашей башни добирались. А дальше мы, таки, оказались в нашей гостиной, где меня весьма восторженно встретили и усадили во главе стола. Ну а я, после того как выпил пару бокалов сливочного пива, забрался на стул, поблагодарил за поддержку и отправился спать. Кстати, сливочное пиво тем ещё напитком оказалось, который сугубо на любителя, как и тыквенный сок.

Но, перед тем как я улёгся, своё веское слово, таки, сказал канон, а выразилось это в том, что Рончик, выразил мне своё неудовольствие, назвал меня предателем и сравнил с Петтигрю. После чего, почему-то, выскочил из комнаты и, скорее всего, насыщаться отправился. Ну, да, типа, стресс закушать. А я, в ответ на его наезд, не стал ему особо ничего объяснять или как-то перед ним оправдываться. Мне этот его «бросок на дальность» наоборот на руку был. Но, присмотреться к нему я всё же решил, а то как-то не совсем по канону он себя сегодня повёл.

Так что, улёгся я, выспался, а с утра у меня вот ещё какая мысль появилась И когда мы встретились с Грэйнджер, то сделал я ей предложение, которое, подумав, она решила принять.

— Слушай, Гермиона, — сказал я ей, — Рончик-то, как я и предвидел, своё неудовольствие мне, таки, высказал и теперь со мной не разговаривает. Поэтому, давай ты не будешь метаться от одного к другому в тщетных попытках нас помирить. А лучше мы с тобой попробуем какое-то время побыть, так сказать, вдали от Рона. Сравним как нам с ним и как без него. Глядишь, такая жизнь нам больше понравится. Как ты на это смотришь?

— Да я, в общем-то, и не собиралась, но знаешь, что Гарри? А я и непротив, — сначала слегка огорошила, а потом согласилась со мной Гермиона. — Нет, ну честное слово, как прошлый год вспомнишь, так и убить его хочется. Временами. — И добавила ещё два слова, совершенно неожиданно. — Каз-з-зёл рыжий.

Поэтому дальше мы тусовались вдвоём, всячески избегая почти любого контакта с Рончиком. И предприняли некоторые шаги в процессе подготовки к Турниру. В частности, выяснили насчёт, так сказать, качества выполнения заданий. Для этого мы отловили Седрика Диггори и он нам даже «Правила» дал почитать. Неплохим, кстати, пареньком он оказался. И по всему выходило, что выполнять их, всё-таки, нужно со всем старанием и никакая «Итальянская забастовка» в данном случае не прокатит. Но, сразу после их прочтения, понял я, так же, что имеется у меня лазейка на этот счёт. Потому как, написано там было, что участник должен выполнить задание любыми, доступными ему способами. И ключевое слово тут было «Любыми». Вот это-то и была та лазейка сквозь которую я собирался проскользнуть.

Так же не обошлось без Малфоя, с которым в первый раз я пересёкся на уроке УЗМС. Не удержался он и попробовал, как и в каноне, типа, поглумиться надо мной.

— Эй, парни, — обратился он к стоявшим рядом Крэббу и Гойлу. — Смотрите, кто тут у нас. Целый чемпион. Спешите взять автограф, а то ведь потом возможности не будет. Гибнут на Турнире участники. Кто-то сразу, кто-то чуть позже. Держу пари что ты, Поттер и десяти минут не продержишься.

— Ага, спешите, — согласился я с ним. И добавил. — Только учтите, что я их бесплатно не раздаю, но, сегодня у меня скидка, всего по одному галлеону. А пари, Малфой, если хочешь, я могу и поддержать. Давай забьёмся на тысячу галлеонов, что я либо продержусь больше десяти минут, либо выполню задание раньше.

Разумеется, он не согласился. Ответил что, мол, делать ему больше нечего потому как если я проиграю — а я проиграю — то кто ему деньги отдаст потом. Но пробовать глумиться больше не стал в тот раз. Ну и ещё стычка с ним произошла когда он со значками подсуетился. Он когда мне его продемонстрировал, то улыбнулся ехидно и спросил:

— Ну что, Поттер, нравится?

— Нет, конечно, — ответил я ему, — но от тебя неудачника и сына неудачника я другого и не ожидал.

— Да как ты смеешь?! — возмутился Малфой.

А я ухмыльнулся ему в ответ и предложил позвать Добби. И уточнил, а не хочет ли Дракусик, чтобы домовик сейчас в цветах и красках расписал присутствующим почему он больше их семейке не служит. И добавил, что ещё я могу ему прошлый год напомнить, как его Гермиона на пятую точку посадила без всякой магии, после чего убегал он с мокрыми штанами. И не помогли, при этом, ни чистокровность, ни папашины денежки, ни Крэбб с Гойлом. В общем, не получилось у Малфоя позлорадствовать. Так что, особого распространения его значки не получили.

И так длилось до пятнадцатого ноября. Тогда как раз драконих в Хогвартс доставили, а момент этот домовики вычислили и проводили нас с Гермионой вечером посмотреть на них. И если кто-то думает что я не испугался, то хочу их разочаровать. Ага, щаз-з. Нет, до мокрых штанов не дошло, конечно, но близок я был к этому. Очень близок. Нет, ну а чего, сами представьте себе какую-нибудь Годзиллу или Грамазилу размером в тепловоз, да ещё и поливающую всё огнём, к тому же ещё в живую, а не на экране телевизора.

Кстати, насчёт домовиков. Когда Гермиона узнала, что Винки теперь не бесхозная, а я взял на себя за неё ответственность то похвалила меня. А я, при этом выразил сожаление, что додумался до этого только недавно, а не тогда когда её Крауч выгнал.

— Но, знаешь, что меня больше всего бесит? — спросил я у неё. — То, что даже взрослый человек, Артур Уизли, не придумал ничего лучше как бросить Винки на произвол судьбы. Ведь мог же хоть что-то посоветовать, но фиг вам, как говорится. И думается мне тут, что просто дать домовикам свободу будет не совсем правильно, ведь если к ним так относятся даже вроде как лучшие из магов — ну, по крайней мере до недавнего времени я таким Артура считал — то нужно ломать систему. Только, боюсь что нам это сделать не удастся. Не сейчас, по крайней мере.

— Да поняла я теперь, — согласилась Гермиона. — Но жалко же их и хочется хоть чем-то помочь.

— Ну, если ты поможешь кому-то одному, для начала, то это уже будет неплохо, — сказал я ей.

А дальше меня отловил Крауч-младший, который нам в этом году ЗОТИ преподавал по видом Аластора Муди и посоветовал использовать свои сильные стороны, которых, как вы помните, у канонного Поттера было совсем немного, а точнее всего одна — полёты на метле.

— Гарри, ты что, действительно собираешься последовать его совету?! — вцепилась в меня не на шутку обеспокоившаяся и даже, наверное, испугавшаяся Гермиона, когда я ей про это рассказал. — А если ты её разозлишь настолько что она вдруг цепь порвёт?! Или если если ты под её пламя попадёшь?! А вдруг...

— Тише, тише, моя хорошая, — успокоил я её, приобняв за плечи. — Я вообще не собираюсь к ней подходить. Ну, если всё получится, конечно.

— А что же ты собираешься делать? — уточнила она, немного успокоившись и уставившись на меня с интересом и некоторым подозрением.

— Жульничать, — ответил я ей.

— Что-о?!

— Жульничать. Нет, ну а чего, зря мне, что ли, Шляпа Слизерин предлагала? Хотя, конечно, парочку запасных планов мы с тобой составим на всякий случай.

Так что, появились они у нас, через некоторое время. И план «Б», и план «В», и даже план «Г».

И само собой не обошлось без знакомства с Ритой Скитер. Но её я прямо предупредил когда мы в кладовке для мётел оказались, что мне известно про её жучиную анимаформу и если она не хочет неприятностей, то пусть её статьи меня не касаются. В плане опускания моей репутации. И пусть она подальше от меня держится тоже, а то ведь если увижу где жука, то просто сниму ботинок и пришибу нафиг. Или сразу Боунс сдам, а у неё в ведомстве многие работают чьим друзьям или родственникам она репутацию испортила. «Но, вообще-то, от общения с прессой я не отказываюсь, — подсластил я ей пилюлю, — и против парочки эксклюзивных интервью я ничего не имею». Так что, договорились мы с ней. Нет, ну а чего, логично же?

Встреча с Ритой случилась, как и в каноне, во время взвешивания волшебных палочек и я тогда, заодно, поинтересовался у Олливандера, что происходит с палочкой мага, когда его признают эмансипированным. Кстати, документы об эмансипации я себе через Министерство вытребовал.

— Как что? — удивлённо уставился на меня старый мастер. — С неё автоматически удалаяется блок контроля за магией несовершеннолетних.

— То есть на моей палочке его больше нет? — уточнил я ещё раз на всякий случай.

— Разумеется, мистер Поттер, разумеется, — подтвердил он.

— Тогда у меня ещё такой вопрос, мастер, — наклонился я к нему поближе и понизил голос, — а правда ли, что в месте под Фиделиусом никакой надзор колдовство несовершеннолетнего не засечёт? А та я как-то далёк от мысли что родители чистокровных детишек, живущие в манорах, не научились обходить данное препятствие.

— А вот это я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть, — улыбнулся в ответ мастер, давая понять что я прав оказался.

А вот дальше случилось то, чего никто не ожидал. Я, услышав ответ мастера, обрадовался, настолько что еле сдержался, чтобы не начать прыгать, выкрикивая «Йес! Йес!» и делать руками соответствующие жесты. Но, при этом, мелькнула у меня мысль: «Ух ты, а ведь пожалуй в этом моём состояние и Патронус наколдовать можно. Ну-ка... Попробовать что ли?»

И я попробовал. Вот только вместо вместо Сохатого у меня наколдовался самый настоящий грифон.

— Упс! — сказал я на это, удивлённо на него посмотрев. — Вот это поворот. Профессор Дамблдор, а чего это за дела такие? Ведь у меня же олень был до этого. Что, разве такое возможно? — уточнил я у нашего директора сделав вид что не в курсе про смену формы Патронуса.

— Да, мальчик мой, такое случается, — ответил он пребывая в задумчивости. — Но, почему грифон? Ведь это же магическое существо.

— А у вас у самого-то кто? — уточнил я.

— Феникс.

— Ну, вот вам и ответ.

После чего мы уставились друг на друга. А я, зная о его страстишке к легилименции, не удержался и буквально толкнул ему мысль: «Это потому что мы с вами великие маги. Правда, мне только предстоит им стать, но ведь начинать-то с чего-то надо». И думается мне, что обалдел слегка наш дедушка, когда понял ту мысль что я до него донести попытался. Хотя, наверняка утверждать я не буду, конечно, не интересовался.

Так же, разумеется, мысль о нанесении по Волди превентивного удара в дальний угол я не задвинул и принялся за её реализацию. И у меня всё получилось, в итоге, но действовал я, конечно же не один. Сразу скажу, что без помощи домовиков я бы не справился. Да и будь я, так сказать, прежним Гарри Поттером, то, скорее всего, и не решился бы на эту авантюру. В общем, рискнул я, предварительно, правда, хорошо просчитав этот самый риск.

А дело вот как было. Дамблдору, накануне первого этапа Турнира, в его лимонные дольки домовиками было подмешано снотворное, чтобы он не проснулся и свой сломанный нос совать куда не просят не начал, а его фениксу — в тыквенные семечки. А когда они уснули, то пробрались они в его кабинет, как-то заморозили портреты и заменили копией меч старины Годрика, после чего мы отправились в Литтл Хэнглтон. Благо аппарацию никто не отменял и переместились мы туда практически мгновенно. Разве что, для конспирации, пришлось нам по подземному ходу в Хогсмид выбраться.

Ну, а дальше было дело техники. Я посмотрел своим вторым зрением на дом Риддлов, определил где находятся ловушки и сигналки, чтобы их не потревожить и беспрепятственно пробрался в комнату где ночевали гомункул Томми и змеюка Нагини. Питер ночевал отдельно. А чтобы ничего не помешало, то Добби и Винки предварительно на меня наложили кучу маскирующих заклинаний. Ну, всяких там Невидимости, Неслышимости, Неосязаемости и так далее.

И, уже оказавшись в комнате, сначала я воткнул змеюке в голову меч, чтобы вызвать временную слабость у Тома из-за разрыва связи с фамилиаром и беспрепятственно влил в него Напиток живой смерти. А домовики в это время заблокировали Крысу и притащили его ко мне. В него я тоже снотворное влил. После чего мы вернулись в Хогвартс, где спрятали гомункула и Крысу в Тайной комнате, за статуей Слизерина, в том самом логове где василиск спал до этого. При этом не просто так мы их там бросили, а соорудили предварительно пару саркофагов, в которые их и законопатили. После чего домовики вернули меч на место, а я отправился поспать пару часов. Кстати, от трупа василиска, на тот момент только скелет остался. Так что, с продажей его на ингредиенты я пролетел.

Но зато у меня остался Парселтанг, точнее перешёл по наследству от прежнего владельца. И это, как мне думается, был ещё один момент подтверждающий гадство Дамби, ну, или не гадство, а попытку выдать себя за всеведущего, всё знающего и везде побывавшего. Он-то, что говорил? Что Поттер разговаривает на нём потому что на нём разговаривает Волди. Намекая, что это получилось из-за его хоркрукснутости. Отсюда было бы логично предположить, что когда Гарри перестал быть таковым, то и дар разговаривать со змеями у него исчезнуть был должен, а если бы это было действительно так, то и у меня теперь его быть не должно было, потому что я-то точно не хоркрукс. Но, тут рассуждать долго можно было почему этого не произошло и в данный момент значения это не имело. Поэтому, мы просто воспользовались данным бонусом, чтобы спрятать Волди и Питера в Тайной комнате и не стали пока сосредотачиваться на этом вопросе.

К сведению, этот самый Напиток живой смерти погружал тело принявшего его во что-то вроде анабиоза. При этом жизненные процессы очень сильно замедлялись, дыхание становилось поверхностным и редким, настолько, что увидеть как человек дышит становилось почти невозможно. Ну, и всё в таком же духе, поэтому-то и применение его строго контролировалось, как и применение Веритасерума, да и изготовить его было делом нелёгким. Ведь это только если мадам нашу Ро послушать, то там ничего сложного, типа, добавить в настойку полыни корень асфоделя и... вуаля. А на самом деле было там ещё несколько хитрых, редких ингредиентов, которые нужно было добавлять в строго определённом порядке. В общем, не всё с ним было так просто, с этим Напитком.

Ну, а затем наступил День Великого Жульничества. Пришлось, правда, Гермиону сначала к мадам Помфри отвести и влить в неё Успокаивающее, а то мандраж у неё начался, похлеще чем перед экзаменами. Да я и сам немного волновался, ведь в последнюю секунду всё задуманное могло сорваться и пришлось бы переходить к одному из запасных планов, чего нам с ней очень не хотелось. Но, так как задействовать их всё же не пришлось, то и останавливаться на них подробно я не буду, а расскажу как, не приближаясь к драконихе я яйцо из её гнезда заполучил.

В общем, после того как я остался один в палатке чемпионов, то отодвину в сторону входной полог и позвал Добби.

— Ну что дружище, всё в порядке? — уточнил я у него.

— Да, Гарри Поттер, сэр, всё хорошо, — подтвердил он.

— Тогда ждём нашего вызова на арену.

Кстати, визит к Волди мы нанесли в ночь предшествующую дню, когда первое задание Турнира проходило. И, конечно же, не было всё ни легко, и не просто, как я это рассказал. Точнее, прошло-то всё без сучка и задоринки, но для этого была проделана большая предварительная работа. Во-первых, нужно было выяснить где находится этот самый Литтл Хэнглтон, который нам предстояло посетить, а то ведь могло оказаться что населённых пунктов с таким названием несколько имеется. Во-вторых, мне нужно было узнать как в энергозрении выглядят ловушки и сигналки и научиться либо обходить их, либо перекидывать на что-то другое. Как, например со входа в Тайную комнату и туалет Плаксы Миртл. В-третьих, оказалось что Напиток живой смерти, как и Веритасерум, так просто не только не сваришь, но и не купишь, поэтому, чтобы его достать пришлось делать заказ через гоблинов. Ну, и много ещё чего. Кстати, Веритасерум я тоже прикупил, на всякий случай.

Но это так, к слову пришлось. А первое задание Турнира я вот как выполнил. После того как я позвал Добби и он подтвердил что всё идёт по плану, то мы стали ждать. И когда меня на арену позвали то не остался он в палатке, а отправился со мной, разумеется, будучи невидимым. А дальше, оказавшись на арене, я слегка усилил голос и обратился к хвостороге: «Ну что, подруга, — спросил я у неё, — яичко выкатишь?» В ответ на что — вот ей богу, я так и не понял как у неё это получилось, но ухмыльнулась она мне и уселась в своё гнездо. Вот как, скажите, смогла она меня понять и ухмыльнуться своей драконьей мордой? Но... как-то умудрилась. Ещё и ощущение появилось, что вроде мысль от неё мне передалась. Как будто бы спросила она, эдак ехидно, мол, а что я теперь делать буду?

А я в ответ даже и с места сходить не стал. Вместо этого я стал махать палочкой и изображать из себя фокусника Акопяна. Тот, если его кто помнит, то знает что свои фокусы он сопровождал всякими разными словами, типа: сим-сим-селябим, ахалай-махалай-бахалай, ляськи-масяськи, сиськи-масиськи и всё в таком же духе. Хотя, последнее это по моему совсем из другой области. В общем, я выкрикивал, а Добби колдовал. Разумеется, что именно колдовать мы с ним заранее обговорили и потренировали.

А наколдовывал он вокруг себя четыре узких, высоких ширмы, которые образовали что-то вроде туалетной кабинки, только без крыши. А дальше я произнёс контрольную фразу: «Раз! Два! Три! Ёлочка... гори!». Добби снова колданул, внутри кабинки вспыхнуло, он аппарировал, раздался громкий хлопок разметавший ширмочки и перед зрителями, на подставке, выросшей из земли, оказалось то самое яйцо, которое мне нужно было извлечь из драконьего гнезда.

И если кто спросит, как это мне удалось, то поделюсь секретом, конечно. Идея на самом деле была проста, как всё гениальное. Нужно было всего лишь подменить яйцо на копию сразу после того, когда его вместе с настоящими вынесут на арену и уложат в гнездо. Ведь по условиям фальшивое яйцо именно из гнезда достать нужно было, но никто не уточнил, что делать это нужно непременно в тот момент когда там ещё и дракониха присутствует. Разве что в руки его взять находясь на арене.

К тому же я тут вот как ещё рассуждал. Помнится в каких-то фэнтезийных книгах попадалась мне понятие «Рука короля». Иными словами это был кто-то, наделённый королём правом действовать в определённых обстоятельствах от его имени. А я взял да и назначил Добби и Винки «руками Гарри Поттера» на время проведения первого задания. Так что, формально я был в своём праве.

Подмену, кстати, они и провели. Для чего, не очень далеко от судейского стола, за спинами у всех была взорвана петарда и пока все отвлеклись яйцо заменили наколдованной копией. Она, конечно, была недолговечная и как только дракониха уселась в гнездо, то и развеялась. А оригинал всё это время был в руках у Добби, завёрнутый в мою мантию-невидимку.

Ну, и ещё мы предположили, что всевидящее око Аластора Муди видит, конечно многое, но и у него имеется свой предел дальности и, как потом выяснилось, оказались правы. Но, в тот момент, решили мы, что даже если бы он и увидел, что я жульничаю, то не в интересах Крауча-младшего, который в это время Муди изображал, было мне палки в колёса вставлять.

В общем, как всё закончилось, то взял я яйцо в руки, поднял его над головой, демонстрируя зрителям, а сам заглянул внутрь себя. Ну, и увидел что то алое пятно, которое Кубок впечатал в поверхность моего магического ядра уменьшилось примерно на треть. И это позволило мне, в свою очередь, сделать вывод, что задание я выполнил, пусть даже и таким не совсем честным способом.

После повернулся я к драконихе и, знаете, снова появилось у меня ощущение что она мне мысль свою как-то передала. Только в этот раз ехидство сменилось на благодарность, за то, наверное, что я вреда ни ей, ни её будущим детям не причинил. И подумалось мне, что может не такие уж они и зверюги неразумные живущие только инстинктами, какими их мадам наша Ро изобразила.

В общем, помахал я ей рукой на прощанье, поклонился и на выход с арены отправился. А пока шёл, то вопрос у меня появился о том, что сейчас Рончик делать будет. Примчится он мириться или нет, а то ведь выступление-то моё совсем неэффектным было. Ну, сами вспомните, как в каноне было: Поттер вокруг драконихи круги на метле нарезает, она рычит, беснуется и всё вокруг заливает пламенем, уровень адреналина у Гарри, да и не только у него, зашкаливает, все дела. А если фильм вспомнить, то там она вообще цепь оборвала и гоняла его по всей школе.

Поэтому и закономерно было, что после того как всё закончилось, а он живой и почти здоровый в палатке у мадам Помфри завис, то начался у Гаррика отходняк, как у любого на его месте. Во время которого он, так сказать, на расслабоне впал в эйфорию, и в этот самый момент начал любить как мир в котором живёт, так и всех его обитателей. Поэтому, ничего удивительного в том, что он тогда Рончика простил и не было.

Вот только сейчас-то всё по другому получилось и что предпримет Рон было не очень понятно. Не должен он был, по идее, мнение своё обо мне поменять. Наоборот, он ещё и трусом меня теперь посчитать обязан, учитывая способ каким я задание выполнил. И, кстати, я больше чем уверен, что отношение ко мне других учеников после моего выступления вряд ли изменится. Как считали они меня жуликом и аферистом, так и продолжат, а всё потому что незрелищно я выступил и не оправдал их ожиданий. Впрочем, в мои задачи это и не входило, так что мнение большинства мне было неинтересно. Да и на место в общем зачёте, как и на количество заработанных очков, мне, говоря откровенно, тоже наплевать было. То, что место, будет четвёртое и так было понятно, а баллов за выполнение пусть хоть вообще не присуждают. Хотя, нет, хоть один да присудят, яйцо-то вот оно.

Главное тут было, что я Гермиону сильно переживать не заставил и это перевешивало всё остальное. Да и вообще, как я уже говорил, неожиданно у нас с ней как-то всё получилось. И, наверное, потому что нас с ней, типа, как магнитом друг к другу притянуло,то у нас за этот месяц установился... как сказать-то... новый уровень взаимопонимания, что ли? В общем, стал я ощущать её как часть себя и подумалось мне что может и правы были те фикрайтеры которые про всяких там соулмейтов и прочие совпадения магических векторов в своих работах писали. Не знаю, так оно или не так, но лично у меня такого раньше не было. И тут нужно было разбираться, ведь если это действительно так, то получается что связаны мы на всю оставшуюся жизнь и даже крепче чем сиамские близнецы. И как мне думается, это даже и не любовь неземная, а что-то, что покруче будет.

Поэтому, увидев её на выходе с арены, я помахал ей рукой, потом ткнул указательным в яйцо и показал ей большой палец. Дескать, в порядке всё. А она в ответ мне сразу два показала и улыбались мы при этом оба, до ушей. Но потом она кивнула немного вбок и я увидел что чуть поодаль ещё и Рончик стоит.

Стоял он насупившись и переминаясь с ноги на ногу, а вид его выражал одновременно непонимание, досаду и злость. Вот, ей богу, как я это почувствовал сам не знаю, может во мне эмпатия пробудилась, но как-то почувствовал. И с одной стороны это было неплохо, насчёт эмпатии, а вот с другой если начать чувствовать эмоции от всех и сразу, то это наверняка вредно скажется на психическом самочувствии. Впрочем, может получиться и как с энергозрением. То есть, захотел — включил, захотел — выключил. И это будет самым лучшим вариантом, так что будем посмотреть, а пока, глядя на рыжего я понять пытался что он сейчас предпримет. «Ну, и что ты мне хочешь сейчас поведать, «друг» мой рыжий?», — задал я мысленно ему вопрос, глядя на Рона.

А Рон, тем временем принял вид человека который на что-то решился и сообщил мне, не отступив, впрочем, от канона.

-Хм-м... Гарри, — сказал он с глубокомысленным видом. — Я наконец понял что тебя подставили и кто бы это не сделал он хочет тебя убить.

— Понял, говоришь? — посмотрел я на него. — Ну тогда давай пообщаемся на эту тему после ужина. Я попрошу знакомого домовика, он принесёт нам пару пива, а мы сядем рядком да и поговорим ладком. А сейчас у нас Гермионой есть ещё дела, которые мы не можем не выполнить.

— Так может и я чем помогу?

— Нет, Рон. Тебя придётся слишком долго вводить в курс, а делать нужно быстро и сразу. Поэтому не в этот раз.

И после подведения итогов первого задания мы этим делом и занялись. Точнее мы и домовики. Кстати, место в общем зачёте у меня было четвёртое, как я и предполагал, а вот очков мне целых десять присудили, по два каждый судья. Хотя, если честно, то я на меньшее рассчитывал, так что даже удивился их поразительной «щедрости».

А дело о котором я выше сказал, если кто не понял, имело кодовое название «Барти Крауч-младший». Причём, я не сомневался что мне с ним удастся справиться. И если бы мне кто сказал что я, мол, фантазёр и всё такое, потому как он взрослый маг, а я тут пока ещё подросток, то привёл бы я им несколько примеров известных мне ещё по первой жизни. Например, рассказывали мне как обычный гопник зарезал мастера ножевого боя. Вдумайтесь — ножом зарезал мастера ножевого боя. Или как опытные, прошедшие не одну битву ветераны погибали из-за недооценки противника, особенно в лице какого-нибудь десятилетнего мальчика. Да что там далеко ходить, если даже настоящего Аластора Муди, несмотря на всю его паранойю подловили и посадили в собственный сундук. И сделали это никто иные как Барти-младший вместе с Питером Петтигрю, если мне память не изменяет. Вот и не мог он после этого не зазвездиться, пусть даже и самую малость и не начать недооценивать окружающих, чем я и воспользуюсь. Так что, не сомневался я. Да и не собирался я в одиночку действовать.

В общем, когда Крауч сразу после подведения итогов первого задания отправился на выход с территории школы, к начальству на доклад, то Добби аппарировал меня к входным воротам и там его и встретил.

— О, профессор, вы-то мне и нужны, — якобы обрадовался я увидев его.

— Не до тебе мне сейчас, Поттер, некогда мне, спешу я, — начал ворчать он в ответ.

Впрочем, недолго, потому что сложив нужную фигуру из пальцев я колданул в него ведьмачьим знаком под названием Аксий. Который, по своей сути, был чем-то вроде здешнего Конфундуса и позволял некоторое время управлять разумом того к кому его применили и ещё Сомном добавил, чтобы его усыпить. Затем я позвал Добби и он тут же лишил Барти-младшего всех магических прибамбасов, и мы забросили его в гнездо к акромантулам. Нет, ну а чего, официально-то он мёртв уже более десяти лет поэтому и искать его никто не будет.

А после мы с Добби извлекли из сундука настоящего Аластора и переместили его в больничное крыло, тоже сначала его усыпив. И всё это было сделано, разумеется под чарами невидимости, наколдованных домовиком, а провернули мы это вдвоём с Добби потому, что Винки я решил не привлекать. Ну, чтобы не наносить ей новую моральную травму из-за того что в семье Краучей она прожила много лет. Её и Гермиону я попросил подготовить нам место встречи с Роном, припрятать на некоторое время золотое яйцо и ещё кое-что.

В общем, после того как дела были сделаны мы с Гермионой отправились на прогулку вокруг Чёрного озера, а когда нагулялись, то остановились в одном укромном местечке и устроили небольшой пикник, во время которого решили что Рончика на всякий случай проверить нужно будет. А то Гермиона в тот момент когда они меня у входа на арену ждали, обменялась с ним несколькими словами и почувствовала от него какое-то злорадное предвкушение, что ли, которое, впрочем, он очень быстро в себе задавил. Вот поэтому я и попросил её вместе с Винки сделать ещё кое-что, а именно «зарядить» Веритасерумом пару бутылочек пива.

В общем, после ужина мы вдвоём с Роном отправились в заранее подготовленный класс, потому как вечеринку в мою честь гриффиндорцы не устраивали. Вдвоём же мы отправились потому, что Гермионе бальное платье родители прислали и они с Винки решили заняться его подгонкой и так далее.

А вечеринку устраивать наши соученики не стали из-за того что, как я и предполагал, остались они недовольны моим выступлением и посчитали меня недостойным. Впрочем, огорчения мне это не доставило. Так что, отправились мы в класс, а там я сначала отвлёк внимание Рона вопросом о своём выступлении. Типа, как оно ему? А сам в это время откупорил «заряженную» бутылку и вручил её рыжему. Кстати, Веритасерума Винки накапала не три, а только две капли, чтобы у Рона эмоции сохранились и не выглядел он как автоответчик. Да, и рановато ему было сразу такую дозу вливать. И ещё одной особенностью у этого зелья было то, что у принявшего его на некоторое время подавлялась всякая агрессия, что тоже способствовало ослаблению естественной защиты разума.

— Как я оцениваю твоё выступление? — вопросом на вопрос ответил он. — Плохо, не эффектно. И ещё, мне совершенно непонятно, почему ты не задействовал метлу?

— Хм-м, — мелькнула у меня мысль, — а он-то про метлу откуда знает, ведь мы с Гермионой про этот способ не говорили никому? Да и от мысли, что Крауч с ним этим мнением поделился я тоже весьма далёк. — Но вслух я уточнил. — А для чего я её по-твоему должен был использовать, Рон? Чтобы перелетать на ней хвосторгу?

— Ну, а для чего же ещё?

— Хвосторогу?! На метле?! Перелетать?! У меня по твоему что, «гриффиндор» головного мозга что ли?

— А ты откуда это выражение знаешь? — удивился он и уставился на меня во все глаза.

— А ты сам-то откуда знаешь? — и в Рона, как ранее в Крауча незаметно полетел Аксий. — Давай ты сначала ответишь на мои вопросы, а потом я на твои. Так знаешь-то откуда?

— Как откуда? Из фанфиков, конечно.

— Так ты попаданец, что ли?!

Тут я по гаррипоттеровской привычке ухватился за волосы на макушке. И от удивления, и от попытки осознать как такое возможно стало, чтобы в Хогвартсе оказалось сразу двое попаданцев. Сразу! Двое! Одновременно! И второй из них попал не в кого-нибудь, а в этого самого Рональда Уизли, второе имя которого было Биллиус и который сейчас прямо передо мной сидит.

Вообще-то, в своё время, я и фэнтези, и попаданческую литературу почитывал, поэтому не очень удивился, что Рон теперь не Рон, а вообще какой-то левый чувак. Но вот то, что двое нас таких, причём попавших практически одновременно, признаться, изрядно меня ошеломило. Настолько, что я даже подзавис на некоторое время. Ну, и задумался, конечно, а как так произойти-то могло, что он тоже попаданцем оказался.

Впрочем, подумав, понял я что отвечать, конечно, на этот вопрос никто мне не будет. А причин, почему это произошло, много быть может. Например, потому, что звёзды так выстроились на небосводе, а может и потому что Марс всё это время был необычайно ярким. Или может быть это были происки каких-то Высших сущностей или точнее сучностей. Тем более, что читал я про таких, в своё время. К примеру, что-то подобное мог бы сотворить один весьма продвинутый хитрован по имени Тзинч, тот самый, что был одним из четырёх Верховных демонов варпа, которого называли так же: Архитектором судеб, Изменяющим пути, Великим интриганом и многими другими именами. Но был ли он, или кто-нибудь по его поручению, действительно причастен к произошедшему, в этой истории, мне так и осталось неизвестно, так что не стал я слишком этим заморачиваться. Потому что ответа на этот вопрос, как уже было сказано, скорее всего я не получу никогда. Поэтому я спросил, а как он себя чувствует попав в рыжего.

— Как я себя чувствую Роном? — переспросил он. — Отлично. Но было бы ещё лучше если всё по канону шло. Ведь если разбираться, то фактически Рон и есть главный герой эпопеи, а Гарри Поттер всего лишь тайное орудие так называемого «Света». Не герой, а одноразовый инструмент. И сделать что-то сверх того что дедушка директор, в смысле автор, прописал ему совсем не светит. А вот я, будучи Роном, обладаю определённой свободой воли и манёвра! Потому как в каноне именно шестой Уизли, в итоге, заполучил главные призы от квестов. Ну, а то что Рон неприятен окружающим, так мне к этому не привыкать. Меня и в предыдущей жизни тоже не очень приятным человеком считали, но я совершенно не ощущал из-за этого какого-либо дискомфорта.

А я слушал его и, признаться офигевал от его признаний. Знаете, мне, например, было совершенно непонятно, как это хотеть попасть в рыжего или того же Хорька. Как по мне, то лучше уж было попасть в какого-нибудь нового мужского персонажа. Впрочем, сколько людей столько и мнений и если кому-то хочется быть Роном, то кто я такой чтобы навязывать им свою точку зрения? И ещё, слушая его, я понял что он, почти дословно цитирует одного фикрайтера по имени Андрей Балакин и его работу «Рониана». ⁽¹⁾Ну и спросил его, конечно, когда степень моего офигения уменьшилась:

— А как ты видишь свою тут жизнь, и чего ты от неё хочешь, в итоге?

— Ну, — продолжил он почти дословно цитировать Балакина, — если принять во внимание моё стремление к комфорту и то, что я люблю попить, а так же много и вкусно покушать, то попасть в кого-то другого, кроме как в Рона мне и желать было нечего. Уизли наш король! И этим всё сказано. И ещё, если так же учесть, что до сих пор канон был нетронутым — а он был нетронутым — то я мог бы заранее быть готовым к возникающим проблемам и неплохо контролировать ситуацию. Ну и, конечно, я не собрался ничего в нём менять.

— То есть иными словами, ты просто собирался сидеть на печи, трескать калачи и ждать пока тебе всё на блюдечке с голубой каёмочкой принесут? — уточнил я у него. — И орден Мерлина первой степени, и Гермиону впридачу?

— Ну, да. Так я и хотел, — согласился Рон. — Только получилось как в старом анекдоте, в котором пришёл поручик Ржевский и сразу всё опошлил, или, если в нашем случае, то ты, Поттер, повёл себя совершенно не по канону. Вот кто тебя об этом просил и кто ты вообще такой, чтобы его менять?

— Кто я такой? — переспросил я его. — А я тебе объясню. Прежде всего, я человек тоже знакомый с каноном, вот кто я такой. И который совершенно точно не собирается ни подставляться под Аваду Змеемордого, ни плясать под дудку старого бородатого козла — нашего добрейшей души дедушки. И уж тем более я не собираюсь плясать под твою дудку, жениться на твоей сестре и называть сына Альбус Северус. Вот кто я такой.

А дальше я ненадолго прервался, сделав глоток пива и продолжил:

— К тому же, как по мне, то канонный Поттер, по сути, как только на него положила глаз одна большая, дружная, рыжая семейка, то тут же Поттером быть перестал и сразу в Уизли превратился.

А дальше я заметил, что взгляд Рона стал более осмысленным, что ли. А раз так получилось, то и действие Веритасерума скорее всего закончилось и надо было снова в него его влить, а то у меня ещё парочка вопросов к нему имелась. И я снова незаметно приложил его Аксием. Так что, отхлебнул Рон из следующей «заряженной» бутылки и поведал что в пиве, которое он с собой принёс, содержатся лёгкое зелья симпатии. К нему, к рыжему. Ну, чтобы подтолкнуть меня к нашему примирению, а то ведь, если разбираться, то и повода к этому не было. Имеется в виду после моего неэффектного выступления.

— Вот значит как? — уставился я на него и спросил. — Ну, и что мне теперь с тобой делать? Только не говори, что ты предлагаешь понять тебя и простить. А знаешь что? Не дать ли тебе Нерушимую клятву? В общем, ты подумай Рон и прими правильное решение. Только учти, что если ты вдруг захочешь за палочку схватиться и стать хозяином положения, то не выйдет у тебя ничего.

— С чего это? — уточнил Рон. — Ты что такой крутой теперь, что скрутишь меня в два счёта?

— Нет, — пояснил я ему. — Это потому что ты всё это время на прицеле у домовика находишься. Добби, покажись не секунду. И учти, Рон, что в лучшем случае альтернативой для тебя будет отдельная палата в Мунго рядом с родителями Невилла и Гилдероем Локхартом, — дополнил я свою мысль.

Ну и ещё кое что я ему объяснил. Всплыли эти мысли в голове в процессе разговора.

— К тому же, Рон, надеяться на неизменность канона, в нашем с тобой случае, это не самое разумное решение, точнее совсем неразумное. Ты же слышал, наверное, песенку в которой пелось: «Земля не может не вращаться, пилот не может не летать»? — и после того как он кивнул, то пояснил свою мысль. — Ну, а в нашем случае, если немного перефразировать, то получится: «Канон не может не меняться, как только в него стали попадать». Чему ты сам свидетелем и стал, во время первого задания.

— Вот ведь, — выказал досаду Рон. — И что мне теперь делать? Вы-то с Грэйнджер, насколько я понял, бортануть меня решили? В управдомы разве что переквалифицироваться?

— Ну, почему же? Можно воспользоваться ещё одним выходом из этого положения. Например...

— Например, каким? — уточнил он.

— Отправить тебя дальше, — пояснил я ему. — Ведь если у тебя получилось переродиться сохранив воспоминания один раз, то велика вероятность что это произойдёт снова. И может быть опять Роном станешь, и даже на сей раз попадёшь только ты один, но, сам понимаешь что для этого придётся сделать. Впрочем, если захочешь, то ты только скажи, а рука у меня, в случае чего не дрогнет. Это тебе Крауч-младший подтвердит.

— А он где?

— В гостях у Арагога.

— Где?! У Арагога?! — удивлённо воскликнул он. — Ну... у меня может и нет такой арахнофобии как моего нынешнего носителя, но что-то мне не хочется у него в гостях оказаться.

После чего он замолчал и задумался, а подумав сообщил о том, о чём надумалось ему.

— Нет, уж нафиг, — решил он. — А раз уж канон приказал долго жить, то мне больше смысла нет изображать из себя того Рона, каким он раньше был. Лучше я здесь попробую устроиться, причём как мне это удобно, а не всяким там Дамблдорам и прочим... э-э-э... ну ты понимаешь о ком я. Да и не хочется мне куда-то дальше, пока, во всяком случае. К тому же где гарантия что я снова в действительно в Рона попаду, а не в какого-нибудь Фродо Беггинса или... Горлума? А то и совсем ни в кого?

В общем, согласился Рон поклясться жизнью и магией в том, в чём я ему... порекомендовал и по своим делам отправился.

1) https://samlib.ru/b/balakin_andrej_w/405.shtml Это ссылка на эту самую "Рониану", ну, если заинтересует кого.

Вернуться к тексту

Так же, вот ещё о чём я не успел рассказать. Впрочем, это и невозможно было, я имею в виду обо всём сразу проинформировать. Так вот, из-за того, что некоторые параметры моей магической сигнатуры изменились, то мне стало не совсем... комфортно, что ли, колдовать старой волшебной палочкой. Нет, так-то магичилось ей нормально, но чувствовалось что не наилучшим образом и приходилось некоторые дополнительные усилия для этого прикладывать. И с этим надо было что-то делать.

Особенно это ощутилось, когда я на радостях Патронуса наколдовал, а значит волшебную палочку мне нужно было поменять. Поэтому я, почти сразу же, после взвешивания палочек, в магазинчик к Джимми Кидделлу смотался и новую прикупил. Кстати, дерево из которого она было сделана так и осталось остролистом, а сердцевиной в ней перо грифона стало теперь. Вот такие дела получились. К тому же, разрешение на свободный вход-выход из школы я себе сразу выбил, на всякий случай. А на вопрос зачем мне это, я так пояснил: «Потому что, Турнир, — объяснил я. — И может так случиться что мне для успешного выполнения задания что-то понадобится. Причём нужно оно будет ещё вчера, а его под руками не окажется и очередное задание я выполнить не смогу». В общем, убедил я Дамблдора, пообещав, впрочем, не слишком этим делом злоупотреблять.

И ещё хочу добавить, просто для информации, что благодаря нашему с Гермионой сближению Патронус у неё тоже неканонным оказался. Я её этому заклинанию сейчас научил и у неё, что самое интересное, взяло да и получилось. Только её Патронусом не выдра стала, а вполне себе симпатичная виверна. А виверны, если кто не в курсе, это, вообще-то, разновидность драконов такая. Только, если нормальные драконы имеют четыре лапы и два крыла, то виверны — рукокрылые, как летучие мыши или птеродактили. А здешние драконы это, по сути, они и есть.

Так же хочу рассказать, чем ещё наше сближение нам обоим на пользу пошло. В частности, Гермиона перестала быть слишком непримиримой к окружающим, большой любительницей покомандовать и сотрудничать со школьной администрацией. Так же, она не стала дальше бороться за свободу домовиков да и её отношение к Луне Лавгуд перестало быть столь категоричным и не совсем благожелательным. Напротив, мы после того как с ней познакомились, и увидели как она босиком разгуливает, то попросили домовиков вещи её вернуть и за ней приглядывать, чтобы всякие нарглы её ботиночки не воровали. Ну, и защищали её по мере возможности. А ещё, во время посещения Хогсмида, мы отловили Невилла Лонгботтома и буквально отконвоировали его в магазин того же Джимми Кидделла за новой палочкой. Тогда-то я с этим мастером, кстати, и познакомился. А к нему мы за палочкой пошли потому что он как и целители предпочитал конфиденциальность. Иными словами он тайну покупателя соблюдал, так же как они тайну пациента, а то ведь узнала бы бабушка Августа что Невилл уже не отцовской палочкой колдует и скандал бы ему закатила.

Я, при этом, тоже немного помягче стал, что ли. Хотя бы потому, что мне сейчас почти постоянно за свою жизнь опасаться не приходится, да и свободу тоже. Как-то стал я её побольше ценить после того как в рабстве у нелюдей побывал. Был правда момент, когда я Рончика вычислил и очень уж хотелось его завалить тогда, на месте, сразу, потому что его действия иначе как покушением на мою личную свободу и не назовёшь. Да и не только на мою, но, всё же сдержался.

Нет, ну а чего, позволять ему на дудке поигрывать и, чтобы мы под неё отплясывали, что ли? Чтобы ему родимому комфорт обеспечить? А вот балалайку ему. И сделать это можно было бы очень просто, подстроив что-то, типа, несчастного случая. Например, обработать тем же Аксием, посадить на метлу и отправить на встречу с Драчливой ивой.

Ещё хочу рассказать про Сириса Блэка, который, кстати, той ещё занозой в филейной части оказался. И хоть я помнил, что в каноне он не был тем с кого пример брать хотелось, но не думал что всё настолько запущено. И ведь за тридцатник же уже мужику, а ведёт он себя порой как мальчик лет десяти или даже пяти отроду. Ей богу. Мы когда ему сообщили, что меня к Турниру припрягли, то примчался он и в пещере поселился, вот и пришлось нам ему по голове настучать, чтобы он за неё взялся наконец-то. А то ведь как бомжара натуральный выглядел, честное слово. И одет был до сих пор чуть ли не в тюремную робу, и питался с помоек бегая по Хогсмиду в своей собачьей анимаформе. Так что, пришлось ещё и за ним через домовиков приглядывать. И из страны он уезжать отказался, пока Турнир не закончится. Ну да, как будто мы без него не справились бы? Впрочем, парочку ценных советов он нам подбросил, не без этого. Но, менталистам его показать, всё-таки, надо будет, а то что-то у него с головой точно не в порядке.

Но это так, к слову пришлось. А в отношении Рончика я сдержался и дать мне клятву его всё-таки вынудил, которая была о том, чтобы он от нас и держался подальше, и интриги плести за нашей спиной не вздумал. В общем, всё в таком духе. А так же, чтобы об этом нашем разговоре он никому не рассказывал. И чтобы, особенно к дедушке Дамби он не помчался с криками, что, дескать, Поттер-то, ненастоящий.

А после как он ушёл, то понял я, что снова повезло мне. Ну, с тем что догадался в него Веритасерум влить и планы его выяснить. И ещё мне подумалось, что при прочих условиях у него могло бы всё получиться, если бы в Гаррика я не попал и не был бы с самого начала против него настроен. И кроме того я вот ещё на что обратил внимание, что когда я ему про Добби сказал, ну, что тот меня страхует, то от него на мгновение сильной злобой пыхнуло. В связи с чем появилась у меня мысль, что не мог он не попробовать кого-нибудь из их братии к себе привязать, только не получилось у него. Ведь халяву-то, судя по его заявлению, он любит, а наличие домовика значительно облегчает, так сказать, процесс её получения. Особенно в бытовых вопросах.

Поэтому, уточнил я этот момент у Добби и Винки и оказалось, что такую попытку он предпринял, только никто из домовиков связываться с ним не захотел. Как они объяснили, магия Уизли действует на них как отрава или радиация какая-нибудь. Видимо не зря их, всё-таки, Предателями крови называют. Поэтому и энерготело их выглядит внешне как самый натуральный абразив.

Вот такая ситуация получилась с Рончиком. Кстати, когда я рассказал Гермионе что с ним вопрос закрыт, как минимум временно, она подробностями интересоваться не стала, что тоже на неё прежнюю весьма непохоже было. Но, вообще, пусть я временно и нейтрализовал его в дальнейшем оставлять его без внимания было неправильно. Хоть у него и первое попадание и он сейчас проигрывает мне как маг, но это только пока. Главное, при этом было то, что он дураком не был и понимал, простите за тавтологию, что халяву, на халяву не заимеешь. А значит для этого придётся потрудиться, а работы, судя по всему он не боялся. Так что, нужно будет за ним приглядывать, а то клятва клятвой, но вдруг он научится и как-то её обойдёт. Ведь возможно же, из-за того что я его поклясться вынудил он на меня зло затаит и в будущем отомстить за это попытается.

Хотя, конечно, разборки с Роном, если до этого дойдёт, конечно, не первоочередная задача. А сейчас я вот что ещё хочу рассказать. Что Гермиона перестала теперь считать Дамби кем-то вроде апостола Светлой магии. Кстати, вывод о том, что он не очень хороший парень она сама сделал, через некоторое время как у нас про него речь зашла. А она не могла не зайти, когда мы с ней порассуждали о том, почему ни с того, ни с сего они с Поттер его чуть ли самым близким для себя человеком считать начали. Да и не только они, но и многие другие. Впрочем, это всё я рассказал, просто для информации, как я уже говорил. А прямо сейчас нам проблему с яйцом решить нужно было. Поэтому, на следующий день мне Гермиона так и заявила.

— Думаю, что прямо сегодня нам нужно на втором задании Турнира сосредоточиться, — сказала она мне. — А то пока совсем непонятно ни что за задание будет, ни где оно будет проходить.

— А вот тут, ты не совсем права, — сообщил я ей. — Кое-что нам о нём известно. В частности, что инструкции ко второму заданию мы выясним когда разберёмся что с золотым яйцом делать.

— Ну, давай тогда на него посмотрим сегодня вечером, — предложила Гермиона.

Дальше, не откладывая это дело на завтра, этим же вечером, мы отправились в тот же класс где с Рончиком беседа у нас была и она попросила Винки принести яйцо. А там мы его открыли и заполучили... Слышали же как действует свето-шумовая граната? Так вот эффект был почти такой же, только без света, но самый настоящий шумовой удар по ушам мы заимели. Только мне подумалось, что такая граната не одна при этом взорвалась, а потом до меня дошло, что так и должно быть. Ведь по канону-то песню русалочий хор исполнял, а хор всегда громче поёт чем одиночка, почти. И если ещё учесть, что в этом самом шуме присутствовали и визги, и вопли, и скрежет металла по стеклу, и всё такое, то и понятно было почему нас так по ушам долбануло.

А так же, при этом, мне вспомнился вот ещё какой момент из канона, когда Дамби с русалками разговаривал. Как он...

сидел на корточках у края воды, беседуя с особенно дикой и свирепой на вид русалкой, которая, видимо, была предводительницей. Он издавал те же самые визгливые звуки, что и русалы; было ясно, что Дамблдор умеет говорить на их языке.

Гарри Поттер и Кубок огня.

Но, что, при этом, мне было непонятно, как, Дамблдор мог вычленять в этом хаосе звуков какие-то фразы или хотя бы отдельные слова. И как ему самому, при этом, удавалось визжать и скрипеть как несмазанная телега? Ведь горло-то человеческое к такому совсем не приспособлено.

Впрочем, с этим моментом и потом можно было определиться, а я, в своих рассуждениях немного дальше пошёл и задал себе вопрос. А как интересно с русалками общаются представители здешнего министерства? Ведь они-то по их классификации получаются магической расой или популяцией и целый отдел имеется который их учётом и контролем занимается, в котором, кстати, работает папа Седрика нашего, Диггори. А уточнить это нужно прежде всего у Винки, вдруг опять повезёт. Ведь старый хозяин-то её, который Барти-старший, знал около двухсот языков и далеко не все из них были человеческими, причём, с некоторыми из этих нелюдей он общался, так сказать, в живую. Поэтому, мог быть момент в её жизни когда она сопровождала его на таких переговорах.

И, кстати, подумалось мне вот ещё о чём, не совсем правда к месту, что теперь на Рождественском балу не будет присутствовать Перси Уизли, потому что Крауча-старшего держать под Империо больше некому и ментальное воздействие на него спадёт, рано или поздно. А значит и на работу он вернётся.

Впрочем, это у меня, как я уже сказал, попутно в голове промелькнуло, а пока я об этом рассуждал, Гермиона взяла, да и спросила у Винки, а не напоминает ли ей ничего этот скрежет. И тоже про старого хозяина упомянула, а так же уточнила, не могла ли домовушка где-то, когда-то что-то подобное слышать. Был такой шанс. Ну, оно и понятно, ведь говорил же я что нам с Гермионой частенько стали одни и те же мысли в голову приходить, поэтому я её вопросу не удивился. А Винки и рассказала, что то, что мы слышали, это русалочий язык. Причём слышится он так, когда они из воды высовываются, но, если самому погрузиться под воду, то звучит он совсем по другому.

Сам я, кстати, умничать не стал, по этому поводу, хоть и в курсе был, что это за звуки. Но, знал-то я только это, да и то без особых подробностей, а Винки нас просветила и мы узнали много нового. В общем, не стал я из себя умника изображать.

А рассказала нам Винки, что имеются специальные амулеты-переводчики. И, заодно, объяснила, что у каждой магической расы имеется свой собственный язык. Что у русалок, что у гоблинов, что у кентавров, что у прочих разных. Даже у домовиков. Поэтому люди, обычно, общаются с ними на их языке с помощью таких вот амулетов, когда хотят, типа, уважение собеседнику выказать, а всё из-за того, что выучить язык какой-либо нечеловеческой расы дано далеко не каждому. Это только у её бывшего хозяина как бы само собой получалось, потому что магический дар у него такой был. Кстати, у Барти-младшего он тоже имелся, только он внимание этому делу не уделял.

И подумав, я пришёл к выводу, что Дамблдор, вполне вероятно, разговаривал с русалкой на их родном языке, как раз, таки, используя подобный амулет. А сам он нифига их языка не знает. А так же, добавила она ещё, что у магических народов своя фишка имеется, и что умение с людьми на человеческом языке разговаривать им от рождения дано.

Впрочем, это я опять же, для информации рассказал. А мы, после того как скрежет и прочую какофонию из яйца услышали, то вывод сделали, что это информация о втором задании. Точнее вывод Гермиона сделала, а я, как уже говорилось, умничать не стал и инсайдерской информацией делиться о том как эту информацию канонный Гарри узнал. И в то же время мне подумалось вот ещё о чём. Что оправляться, да ещё и ночью, в ванную старост это был не лучший вариант, чтобы узнать что там яйцо сказать нам хочет.

Как по мне, то незачем было в воду с головой погружаться, чтобы песенку послушать. А ещё мне вспомнилось, что когда Гаррик в ванну отправился у него всё через тазобедренный сустав получилось. Его тогда вроде бы Миссис Норрис засекла, а там и Филч подтянулся, и Снэйп, и Крауч-младший. В общем, было там что-то такое, а оно мне надо?

А на самом деле можно было проще всё сделать, чтобы после отбоя по школе не шарашиться, для чего я решил завтра всё того же Джимми Кидделла навестить, который не только палочки делал, но и артефакторикой увлекался. И узнать, а не сможет ли он создать простейший гидрофон. Это, если кто не в курсе микрофон такой, специальный. Ты его под воду опускаешь, а сам, в это время, себе на бережке посиживаешь и что там под водой творится прослушиваешь.

Нет, ну а чего, если такими устройствами ещё во время Первой мировой пользовались? Причём обычные, немагические люди. А мы что, хуже, что ли? А то магия-шмагия. Нет, магия, конечно, штука крутая, но и головой-то тоже думать нужно, а не только в неё есть. Так что, смотался я с утра к Кидделлу, объяснил ему принцип и он мне его соорудил, буквально за час, на коленке. Как сам гидрофон, так и записывающее устройство. И ещё я в аптеку к Малпперу заглянул и жаброслями разжился.

В общем, плодотворно я провёл время, так что, снова ближе к вечеру, когда у Гермионы уже уроков не было, мы с ней всё в том же классе прослушали песенку русалок, но уже записанную на магический кристалл.

А дальше, после непродолжительного мозгового штурма, мы подумали и решили, что если предотвратить не получится, то почему бы и не возглавить. Для чего мы пригласили опять же в тот самый класс остальных участников. И ещё, когда мы с Гермионой отправились на эту встречу, у меня мелькнула мысль, тоже не совсем вовремя и к месту, что всё в жизни приходится платить, тем или иным способом. Например сейчас, пусть мне и повезло закрыть вопрос с Рончиком, но зато нас с Грэйнджер взяло, да и связало. И так крепко, что никуда и не дёрнёшься. Нет, так-то я совсем против не был, но мне решительно не нравилось, что нам выбора не оставили. Типа, увидели друг друга и сразу... трах-бах! Поздравляем, отныне вы родственные души и быть вам вместе до скончания века. Но, что самое поганое, претензии предъявить некому.

Впрочем, не стал я сильно на этот счёт заморачиваться. Как в таких случаях говаривал один мой знакомый: «Поздно пить «Боржоми», когда почки отказывают», а сосредоточился на предстоящей встрече.

«Мадмуазель, джентльмены, — начал я её, — вы, надеюсь, уже поняли что все эти визги, писки, вопли и прочий скрежет издаваемый яйцом это язык русалок? — И дождавшись утвердительных кивков, продолжил. — В таком случае предлагаю послушать вот это». И я включил им воспроизведение. А после того как они прослушали запись, то уставились на меня и спросили, к чему я призвать-то их хочу. Ведь не зря же была затеяна эта встреча.

— Что ты предлагаешь? — спросила Флёр от имени всех.

— Объединиться на данном этапе, — сообщил им я. — Ведь ясно же, что если в деле замешаны русалки, то нам придётся нырять. И что для некоторых из нас это может закончиться не самым благоприятным образом, если принять во внимание их наследие. Особенно, если каждый сам по себе действовать будем.

Это, если кто не понял я так Флёр намекнул, что она пусть и всего на четверть, но всё же вейла. То есть существо огня и соваться под воду в одиночку для неё мало того что нецелесообразно, так и закончиться может фатально. И ещё, для погружения под воду, я предложил воспользоваться жаброслями. В общем, договорились мы и составили план. Флёр с Гермионой занялись, так сказать, приведением жаброслей в удобожевательное состояние, чтобы ерундой не заниматься и действительно не есть их. В итоге жабросли превратились в порошок, помещённый в быстрорастворимые капсулы. Седрик занялся расчётами. Ну, доза-то получившегося порошка каждому индивидуальная нужна была. Виктор занялся подборкой заклинаний, которые нам под водой помогут, а я, задействовав Выручайку, предоставил место для тренировок, а так же занялся разведкой маршрута к русалочьей деревушке. Для чего привлёк Плаксу Миртл.

И вот ещё к какому выводу мы пришли, что если в деле замешаны русалки, то и спрятать то, что у нас позаимствуют, должны в месте где у этого позаимствованного наилучшая охрана будет. А то ведь в озере не только русалки водятся, но и всякие гриндилоу и прочие враждебные для нас существа. Поэтому надёжнее всего наше самое ценное спрятать в их деревне будет. И опять же я не стал умничать и гения из себя изображать. Мы к этому решению коллективно пришли.

И как только план был составлен, мы приступили к его реализации. В итоге, к Рождеству мы уже были готовы к выполнению задания, поэтому отправились на бал с чистой совестью и лёгким сердцем. Ну, если можно так выразиться.

Бал прошёл великолепно. Мы с Гермионой веселились от всей души и ни на что особо не обращали внимание. Танцевали, шутили, я делал ей комплименты и ухаживал за ней. В общем, всё что на подобных мероприятиях делается. Кстати, зубы мы ей к тому времени поправили и Гермиона во всю блистала улыбкой, да и не только ей. Выглядела она... Ну, не силён я в описании, поэтому, чтобы далеко не ходить, предлагаю посмотреть картины Томаса Гейнсборо. Вот, как одна из моделей его картин она и выглядела. Её и узнали-то не сразу когда она в бальном платье на виду у всех появилась.

Рончик, кстати, тоже от нас не отствал. Он ангажировал Лаванду Браун и они, как говорится, зажигали во всю, не по-детски. Кстати, то, что Рон теперь не тот Рон, каким он был до этого сказалось, так же, и на его имидже. И неряхой он быть перестал, и за столом Жрона не изображал, и чистоплотным стал. И не попахивало от него теперь. Ну, и насколько я понял, что когда он осознал, насчёт того что халаява ему не обломится, то поднапрягся он и как-то денюжками разжился, потому как одежда у него новая появилась. Учится он тоже стал гораздо лучше, да и на квиддич подзабил. Ну, это если вкратце. Но, самое главное, он, как и я, на все попытки Малфоя самоутвердиться за наш счёт, перестал ограничиваться дежурной фразой: «Заткнись, Малфой». Теперь его ответы блондинчику стали гораздо остроумнее, так что Дракусик зачастую сам, сидящим в луже оказывался. А так же, стала сглаживаться, что ли, зернистость его энерготела. Понял он, видимо, что Предателями крови их не просто так называют и стал меры принимать, чтобы, так сказать, эффект нивелировать. А могло быть ещё и так, что по жизни он хоть и был любителем халявы, но как человек всё же получше канонного Рона был. Кто его знает?

Ещё, как я и предполагал, на балу появился Барти Крауч-старший. Выздоровел, типа. Единственный момент о котором я не хотел участвовать, это подслушивать разговор Хагрида и мадам Максим, насчёт родни. Тем не менее стали мы с Гермионой его невольными свидетелями и как только она возмутилась что, мол, она просто в кости широка и никаких великанов у неё в родне нет, то я и вмешался. Потому что и возмутила она меня, и ещё я немного развлёкся заодно.

— Мадам Максим, простите, что я встреваю, но мы случайно услышали ваш разговор. Так вот, вы возмущаетесь-то чего? — спросил я у неё. — Подумаешь, великаны. У нас вон в прошлом году вообще оборотень преподавал, а так же, правда по непроверенным данным, среди учителей вампир имеется. И ничего. Живём, как видите.

— Вампир?! — уставилась она на меня в полном ошеломлении. — И кто это по вашему может быть?

— Как кто? Снэйп, конечно, кто же ещё?

— Профессор Снэйп, — привычно поправила меня Гермиона.

— Нет, Гарри, точно тебе говорю, — не преминул влезть Хагрид, — не вампир Снэйп.

— Да? Жаль, конечно. Но, насчёт Люпина ты, надеюсь, отрицать не будешь? И что именно как учитель, — слово «Учитель» я выделил интонацией, — он был выше всяческих похвал?

— Не буду, — согласился Хагрид.

— Ну, вот видите, мадам Максим, — снова обратился я к француженке, — великан там или оборотень это неважно. Главное чтобы человек был хороший. А Хагрид ещё и как учитель весьма неплох, помимо всего прочего. Но, Снэйпа я бы, всё-таки, проверил, а то вдруг он очень хорошо маскируется.

А затеял я этот разговор потому что Рита Скитер поблизости крутилась в свой анимаформе. И, разумеется, не удержалась она и статейку в свою газетёнку тиснула. Но внимание, как я рассчитывал, она в ней больше Снэйпу уделила, а про Хагрида она совсем мельком упомянула. Так что, заполучил Северус наш свою Минуту славы, а так же свою долю как Писем Гнева, так и громковещателей. Да и Дамблдор без вопросов на этот счёт не остался.

Тут, кстати, припомнили Дамби его любимую фразу насчёт Снэйпа, что он ему всецело доверяет и задали вопрос: «А почему, собственно?». Не воздействует ли Снэйп на него свои вампирским шармом, отсюда и доверие такое. В общем, долго эту тему потом мусолили.

Вот так мы и дожили до второго этапа Турнира. День, когда он проводился выдался солнечным и морозным. Мы, вчетвером стояли у судейского стола и ждали пока Бэгмен закончит нас инструктировать. И как только он закончил я решил возмутиться. Нет, так-то я знал, что нам со дна придётся людей вытаскивать, и чтобы не впутывать в это дело Гермиону мы её спрятали ещё вчера вечером в Визжащей хижине, оставив с ней Винки и Живоглота. А прямо сейчас она сидела на трибуне с остальными гриффиндорцами, но почему бы и не повозбухать было.

— То есть, вы сейчас что?! — возмущенно воскликнул я, — хотите мне сказать, что там, под водой живые люди?! И в чью же светлейшую голову такая идея пришла?!

— Ну, вообще-то, это я придумал, а остальные поддержали, — сознался Бэгмен.

— Ну, тогда молитесь Мерлину чтобы с ними там ничего не случилось, — заявил я ему и пригрозил, — в противном случае вы не только вспомните значение слова «бладвак», но и и до конца вашей недолгой жизни с ней не расстанетесь.

— Ну что ты, Гарри, — попытался успокоить меня Дамблдор. — Ваши заложники в полной безопасности.

— Верю, — ответил я ему на это. — Как и в то что по школе полной детей никак не может разгуливать тролль-людоед с дубиной в лапах.

— А что такое «бладвак»? — уточнил Крум, а то у них своих гоблинов там не было и мне пришлось пояснить что по-гоблински это кирка и для чего она может понадобиться Бэгмену.

В общем, высказал я им своё возмущение, сердце порадовал, после чего, наконец-то, была дана команда на старт. Затем мы сбросили верхнюю одежду, оставшись в гидрокостюмах и проглотив капсулы с порошком двинулись в воду. А дальше, когда жабросли сделали своё дело, мы выстроившись эдаким журавлиным клином отправились за нашими заложниками. Во главе которого плыла Плакса Миртл, решившая составить нам компанию. Мы с Крумом расположились слева от неё, а справа плыли Делакур и Диггори.

Заложниками нашими оказались те же люди что и в каноне, разве что Виктору определили девочку с которой он на бал ходил. А мне, как и в каноне, достался Рончик. Кстати, спросил я у него потом, как он согласился на это. С ним-то мы, несмотря на данную им клятву совсем общаться не перестали, конечно. Да и невозможно это было, потому как, долгое время рядом, в одной комнате проводить приходилось. И выяснилось, что и не соглашался он, а подловили его, долбанули чем-то в спину и очнулся он только на берегу, после того как я его из воды вытащил.

Но, это так, к слову пришлось. А задание выполнить у нас совсем просто получилось. Видимо, когда увидели гриндилоу и прочие подводные обитатели, что плывёт что-то большое и наверняка опасное, то смекнули что лучше к нам не соваться. Так что, добрались мы спокойно до русалочьей деревни, освободили заложников и обратно вернулись, без происшествий.

Так мы выполнили задание второго этапа и диаметр красной метки на моём ядре снова уменьшился. Но, вообще-то без последствий он не закончился. Устроили похохотать британскому министерству магии и болгары и французы, да и не только они. Вся европейская общественность возмутилась и завалила наше министерство нотами протеста. В общем, долго это ещё аукалось. Но, это было там, за пределами Хогвартса, а нам предстоял ещё третий и расслабляться было рано.

Через пару дней после второго задания, я выполнив положенные вечерние процедуры, улёгся в кровать и решил, что можно, пожалуй, подвести некоторые итоги, а так же проанализировать всё что произошло со мной за время этого моего попадания. И получалось, что всё не так-то уж и плохо, по крайней мере на данный момент. В первую очередь потому, что помимо возникновения нашей с Гермионой связи, мы с Рончиком к консенсусу пришли. Мы ведь потом поговорили с ним ещё раз. Только в этот раз я притащил нормального, а не сливочного пива и заряжать его ничем не стал. Так что, сели мы и поговорили. Ну и пришли к выводу, что наше дальнейшее сотрудничество или взаимодействие, не говоря уже про дружбу, увы, не представляется возможным. Потому что мы с ним, выражаясь языком спортсменов, не только выступали в разных лигах и весовых категориях, так ещё и разными видами спорта занимались. Разве что, могли бы кратковременно сотрудничать, изредка, если совпадут наши интересы. Но, не более.

— Знаешь чего я не могу понять, — сказал он мне в конце нашего разговора. — Так это на что он, она или они рассчитывали?

— Кто? — уточнил у него я. — Те кто наше попадание устроил?

— Ну, да, — согласился Рон. — Про них-то я и говорю. Может быть они рассчитывали, что мы с тобой устроим... как это называется? Какой-то показательный, эпический баттл, призом по итогам которого Гермиона станет?

— Скорее всего, — согласился я, — но, может быть и так что он или они приветствуют ереси.

— Это в смысле, что если тебя не устраивает предложенный путь, то выбери свой и двигайся по нему? И он понадеялся, что мы, таки, последуем по своему пути, так, что ли?

В итоге мы с ним решили, но уже без всякого принуждения с моей стороны, что он к нам не лезет и не пытается нас использовать или как-то нами манипулировать. Ни прямо, ни опосредствованно. А ещё мы договорились, что если мама Молли вздумает меры принимать, чтобы диктовать как нам жить и с кем дело иметь, то предупредит он нас, но только если сам об этом узнает, конечно. И ещё договорились, что мы с Гермионой в его жизнь тоже вмешиваться не будем.

Вторым моментом, на который можно было обратить внимание, был тот, что никто, кроме нескольких человек не знал, что нам почти три месяца ЗОТИ преподавал самозванец. Потому как, настоящий Муди, по сути, мало чем от него отличался и если не приглядываться, то и разницы особой видно не было. Он, точно так же кричал на каждом шагу: «Постоянная бдительность!» и был большим любителем подкрасться незаметно, чтобы шмальнуть в филейные части учеников лёгким Жалящим. Но, в чём надо отдать ему должное, преподавал он тоже очень хорошо, как и самозванец.

Только, что мне было непонятно, при этом, почему Дамби не смог распознать подмену. Ведь даже я видел совершенно отчётливо, что это были разные люди, потому что у каждого из них были свои, присущие только им жесты и слова. И если с теми кто видел их первый раз подобный номер и проходил, то того кто хорошо знал хотя бы одного из них подобным было не обмануть. Поэтому-то и непонятно было, что же такого произошло. То ли старого параноика Муди, действительно подловили и он просидел полгода в собственном сундуке совершенно сам того не желая, то ли он сознательно подставился в соответствии с их совместным планом. Совместным с Дамби, конечно. И если это так, то тогда нужно ожидать что третий этап Турнира почти по канону пройдёт, и возрождение Пугала всея магической Британии состоится. Ну, а то, что оно будет ненастоящее, Пугало я имею в виду, никого волновать не будет.

Но, что мне было самым непонятным, так это откуда на дне озера взялась сестрёнка Флёр, хотя бы потому, что её не было в составе французской делегации прибывшей в Хогвартс. Да и не могло её в ней быть, потому что в её составе прибыли только ученики имеющие потенциальную возможность принять участие в Турнире. Иными словами ни одного несовершеннолетнего подростка и уж тем более ребёнка среди них не было и я не помню чтобы Габриэль, одна или вместе со старшими Делакурами, присутствовала среди зрителей во время первого задания. Но, как тогда она вдруг могла оказаться здесь, да ещё и на дне Чёрного озера? И знают ли об этом их родители?

Кстати, хорошо так же было то, что нам не сказали кого именно мы спасать будем, типа, сами увидите, а то думается мне, что судейская комиссия кое-кого не досчиталась бы ещё до начала соревнований. Потому что, когда мы доставили спасаемых на берег, то потребовались огромнейшие усилия с нашей стороны чтобы успокоить Флёр и не дать ей устроить самосуд. Ведь она-то хоть и была вейлой всего на четверть, но это не помешало ей начать превращаться в свою птичью ипостась чтобы устроить «бомбометание». Вот ей богу. Честное слово. И только усилия Габриэль, той девочки которую спасал Витя Крум и примчавшейся Гермионы смогли её успокоить. Ну и мы помогли, как смогли.

Заодно, кстати, выяснили мы у Габриэль, как она вообще тут оказалась. В общем, соскучилась она по сестре, поговорила с родителями, а те организовали ей портключ и переправили в Хогсмид. Где её встретила мадам Максим и отправила родителям Патронуса, что девочка благополучно добралась до места и они пошли к их карете. А вот затем, что дальше было она ничего и не помнила. Помнила только что вроде бы по дороге встретились им двое. И указала на Дамблдора и Бэгмена.

И остальные наши спасаемые сказали что с ними было точно так же. Резкая потеря сознания, когда никто из них этого не ожидал, а в себя они все пришли уже на берегу, после того как мы их из под воды извлекли. А это был уже беспредел за который должен был кое-кто ответить, поэтому, после того как Флёр немного успокоилась я спросил, а есть ли у её родителей выходы на МКМ или хорошие знакомые у которых такие выходы имеются.

— Гарри дело говорит, — заметил Рон. — Было бы совсем неплохо чтобы нашему дедушке там задали пару неприятных вопросов.

— Слушайте, а ведь идея действительно неплохая, — согласился Крум. — Пожалуй, я своих тоже напрягу.

— Мне только непонятно, как на это мадам Максим согласилась, — добавила Гермиона.

— Хм-м... — протянул я задумчиво. — А соглашалась ли? И не проверить ли её на ментальное воздействие?

— Только не у нашей мадам Помфри, — выдал ещё одну правильную мысль Рон.

— Тут я с вами соглашусь, — заметила Флёр. — И так же я думаю, что кое-кому придётся несладко, после того как наши родители узнают.

— Ну, да, — мелькнула у меня меж тем мысль, — ведь должен же канон хоть в чём-то, да соблюстись. Вылетел же после Турнира Дамби из МКМ, как пробка из бутылки с шампанским. А смерть Седрика, видимо поспособствовала тому что его и из Визенгамота выперли. Правда, допускать смерти Диггори я сейчас не собираюсь, но кто его знает как дело пойдёт.

И ещё у меня, в процессе размышлений вот какая мысль всплыла. Что возрождение Страшилища всея магической Британии вопрос практически решённый. Тут я как рассуждал? Вот, смотрите. Есть выражение о том, что запоминается последняя фраза. И именно эту самую фразу в данном, так сказать разговоре, Дамби и произнёс. А начался он, этот, типа, разговор с того что Британия облажалась на международной арене. В первый раз во время Чемпионата мира по квиддичу, а второй — сейчас, на Турнире, данный этап которого был этому живым подтверждением. А так как Турнир проводится в Хогвартсе, то и виноват во всём кто? Правильно, Дамблдор. И Фадж наизнанку вывернется, но всё сделает, чтобы дедушку нашего ниже плинтуса опустить и стрелки на него перевести.

А что в свою очередь Дамби сделает? А он, как и в каноне, сначала, типа, уйдёт опозоренный со всех постов, чтобы когда всем невмоготу станет под гнётом Страшилища, вернуться в сиянии и лучах славы его победителем. Правда, только в том случае если Поттер в процессе всего этого погибнет, конечно, а вот если тому снова повезёт и он выживет, то как главный организатор и вдохновитель всех наших побед. Ну и мудрый учитель, конечно, который Гаррика и выучил всему, и на подвиг его вдохновил.

Вот только, человек предполагает, а бог располагает. Кто же знал, что Поттером теперь я работаю и что нынешний Рон Уизли тоже совсем не та рыжая скотина, которая «старый, белый, русский эмигрант». И что он, в случе чего в роли «Пятой колонны» поработает. Так что, пообломаем мы ему планы. Ох, пообломаем. Вот такие появились у меня мысли, когда я промежуточные итоги своего попадания подводил. И, кстати, хочу сказать, что не у меня одного они появились, а ещё и у Рончика. Ведь не зря же я его упомянул.

А выразилось это в том, что подошёл он ко мне незадолго до третьего задания и спросил есть ли у меня план.

— Есть ли у вас план, мистер Фикс? — ответил я ему старой шуткой из времён моей молодости.

— Да, да. Я знаю что у вас есть два мешка «Плана», — подыграл мне Рон. — А если серьёзно?

— А ты с какой целью интересуешься? — переспросил я.

Вообще-то, если кто не знает, то «План» это одно из жаргонных названий марихуаны, отсюда и шутка такая. А мистер Фикс, это сыщик такой был в мультике «Вокруг света за восемьдесят дней». И, разумеется, почему Рон заинтересовался, как я собираюсь третий этап проходить, то объяснил он. Во-первых, он почти дословно привёл мне мои же рассуждения, в большей их части и, во-вторых, он уточнил что не хочет проводить лето вкалывая в доме у Блэков.

— Знаешь, — сказал он, когда заканчивал свою речь, — пусть со стороны это и звучит так, как будто я меркантильная сволочь, но какого чёрта... Я что всю жизнь об этом мечтал? Да и у тебя, я больше чем уверен, нет желания тратить время на бесполезный труд убирая дом, который этого не совершенно не хочет.

— Ну, тут я с тобой соглашусь, — ответил я ему. — И у меня есть, конечно же домашние заготовки на этот случай, только я пока их озвучивать не буду, а то сам знаешь что говорят про один из способов богов рассмешить.

— Тогда я буду за тебя болеть и кулаки держать, — сказал он перед тем как мы разошлись. — И вот что ещё. Подумай насчёт Гермионы, а то если бы на месте нашего Змеемордого оказался я, то включил бы её в расклады и подумал насчёт использования её в качестве заложницы.

И это тоже указало на то, что мыслим мы с ним примерно одинаково. И пусть даже он и не знал, что вопрос с Волдиком давно решился, но предложение его здравое было. Впрочем, этот момент с Гермионой давно обговорён был и даже определились мы где её в этот раз спрячем, чтобы её действительно в заложницы не взяли. В Тайной комнате мы решили её спрятать в этот раз, со всеми удобствами и мерами предосторожности, конечно. И насчёт прохождения лабиринта, мы вот что придумали. Ведь проходить-то его без дураков придётся, не получится сейчас сжульничать. Ну и родилось у нас решение с которым мы остальных ознакомили.

Для чего мы снова собрали всех участников и я, так сказать, слегка приоткрыл им карты. «Как вы думает, почему в этом Турнире появился незапланированный участник в моём лице? — спросил я для начала. — Ведь я-то недоучка и по сравнению с вами шанс погибнуть у меня выше чем у вас». А дальше я рассказал о двух попытках Змеемордого доделать то, что у него не получилось в восемьдесят первом и о том, что на кубок, которого должен первым коснуться победитель, скорее всего, сверху наложат заклинание портключа. Но, не к выходу из лабиринта, а к чёрту на кулички. Туда, откуда победитель Турнира может живым и не вернуться. И сообщил ещё, что если меня планируют похитить, то и на них тоже будет магическое воздействие оказано, чтобы дать мне возможность первому до кубка добраться.

— Например? — спросил Витя Крум.

— Например, — пояснил я, — возьмут тебя и заимперят, чтобы ты Флёр круциатить начал и из строя её вывел, а потом ещё и Седрика. Или заимперят кого-то из них. Всякое возможно.

— И что ты сам думаешь на этот счёт?

— Во-первых, подготовиться как следует чтобы никто сторонний вмешаться не мог. И, во-вторых, есть у меня предложение, пусть первый кто достигнет поляны с кубком не хватается за него, а меня подождёт.

— А как тут быть если нас, скорее всего, перед лабиринтом проверят на наличие всяких сторонних артефактов? — уточнила Флёр.

— А вам и не нужно входить в лабиринт увешавшись защитой. Входите, как и положено с одной волшебной палочкой в руках, а вот дальше... — тут не удержался и театральную паузу сделал.

— И что дальше? — снова Флёр не выдержала. — Ну, не томи.

— А дальше вы позовёте Добби, самого лучшего домовика и он доставит вам заранее приготовленную защитную экипировку. Кстати, Добби, покажись.

Добби показался, я его познакомил с остальными и он заверил что доставить для каждого из них нужное не проблема совсем.

— Ну, хорошо, — снова взяла на себя разговор Флёр. — А как ты определишь, что на кубке дополнительно заклинание есть, о котором ты нам рассказал?

— Да есть у меня один эффективный способ выяснить прав ли я окажусь, — ответил я ей. — Только не спрашивайте какой, всё равно не скажу, но определить есть ли на кубке дополнительное заклинание я смогу. Как и перекинуть его куда-нибудь. И чтобы не быть голословным...

В общем, предложил я эксперимент. Для чего я из класса выйду, а они в это время на какой-нибудь... ну пусть будет стул наложат два заклинания. После чего я гляну и скажу им что сверху, а что снизу и какие они заклинания наложили. Они согласились и после того как я снова изобразил фокусника Акопяна и определил что ими было наколдовано и в какой очерёдности, они мне окончательно поверили. А так же, чтобы подсластить пилюлю, я предложил пришедшему вторым и третьим премию, по пятьсот галлеонов, чтобы у кубка жадность их не обуяла. А деньги мы решили у Сириуса взять, ведь должен же и от него хоть какой-то прок быть.

Нет, делая им такое предложение я понимал, конечно, что люди есть люди и жадность в них может вдруг проявиться, да и честолюбие со счетов сбрасывать не нужно было, поэтому мы составили договор и подписали его, заверив подписи магией, на всякий случай. Ну и насчёт акромантула я их предупредил, который может у кубка в засаде сидеть.

А дальше наступил день заключительно этапа и я провёл половину его с мамой Молли и братцем Билли, чтобы лишний раз убедиться что с этой семейкой мне не по дороге. Особенно с мамой Молли. После чего мы спустились с Гермионой в Тайную комнату, где и устроили её со всеми удобствами. И снова компанию ей составили Винки и Живоглот. А затем, как время подошло, мы с Добби отправились к месту старта где и стали ждать моей очереди в лабиринт войти, только по дороге мы ещё и меч старины Годрика на всякий случай прихватили.

Заходил в лабиринт я самым последним, конечно, ведь очков-то у меня по итогам заданий меньше всех было, поэтому и добрался я к кубку тоже последним, где меня уже ждали, как остальные участники, так и акромантул в засаде. Его, правда, Добби обездвижил, а домовика я туда сразу отправил. Так что, поздравил я Седрика с победой, потому как он первым до поляны добрался, вручил Флёр и Виктору обещанные деньги и занялся проверкой кубка. И что вы думаете? А то что прав я оказался. Поэтому я перекинул верхнее заклинание на камешек какой-то и левитацией впечатал его в акромантула, а Добби обездвижение с него снял. А дальше я попросил остальных подождать ещё десять минут, а мы, вместе с Добби в Литтл Хэнглтон отправились. Ну и ещё попросил я ребят сказать что не видели они меня, если я задержусь.

На кладбище в Литтл Хэнглтон мы, конечно, переместились ближе к его окраине, чтобы на глаза никому не попасться и увидели, что акромантул туда, таки, благополучно добрался. А так же, что прямо сейчас он проигрывает схватку какому-то магу, но, так как я болел за акромантула, то сжульничать мне, всё-таки, пришлось. Замедлил я движения этого мага, а паук его ухватил своими жвалами и впрыснул яд. А дальше Добби снова обездвижил паука, а я, подскочив к нему, обезглавил его. Ну, меч-то я не зря прихватил. А затем и самого мага. И только потом поинтересовался в Добби знает ли он его.

— Это Атарактус Гиббон, — просветил он меня.

— Гиббон, говоришь? — ухмыльнулся я в ответ. — Ну раз Гиббон, то пусть тогда спасибо скажет что не Орангутанер какой-нибудь или Макакер-Резусов.

А дальше Добби доставил сначала меня на поляну с кубком, потом он переместился в Тайную комнату, сообщить Гермионе что всё удачно закончилось, и обратно на кладбище, чтобы все следы удалить. После чего Седрик взялся, наконец, за кубок и Турнир трёх волшебников официально был завершён. А я глянул внутрь себя и убедился что в этот раз метка поставленная на ядро окончательно исчезла. После чего я для начала на глаза народу показался, а потом удрал потихонечку, прямо в Тайную комнату, к Герионе под крылышко. Подальше от нашего добрейшей души дедушки.

Так что, если даже Дамби прямо сейчас и захочет выяснить почему его план не исполнился, то и фигвам ему. На корабль Дурмстранга и в карету Шармбатона у него допуска-то и нету, а к Седрику он и сам не сунется, по той простой причине, что хаффы сегодня, чуть ли не прямо сейчас, затеют грандиозную пьянку. И так же мне ещё думалось, что это для нас Турнир закончился, а вот для Дамби обо всём, пока, не могло быть и речи. Потому как заслушивать его начнут, везде и всюду, простите за тавтологию, причём в МКМ, в самую первую очередь и, может быть, даже прямо завтра с утра. Что, в общем-то и получилось, так что не до меня ему в эти дни было.

А на следующий день мы распрощались с Виктором и Флёр и они отправились к себе, но предварительно Флёр и Габриэль познакомили нас со своими родителями и через них мы вышли на одного француза, проживающего в Швейцарии и работающего адвокатом. Который был старым, опытным и имеющим в сфере своей деятельности определённый авторитет. Зачем, он мне понадобился? Ну, тут ничего нового я вам не скажу, всего лишь для того чтобы с Сириусом вопросы разрешить, наконец. Потому как меня, в отличие от него, не устраивало что он как бомжара последний в свой собачьей форме скитался и питался объедками с помоек.

Так что, как только начались каникулы, то я для начала в Литтл Уингинг на денёк заглянул и запугал родственничков до мокрых штанов. Тем более, что я сейчас эмансипирован уже был и колдовать на каникулах мне никто теперь запретить не мог. А на следующий день я оказался в Швейцарии и встерился с Шарлем Вердье, тем самым адвокатом, которого Делакуры порекомендовали. А он, когда узнал что по носу англичан щёлкнуть нужно, то ухватился за это дело и руками, и ногами и пообещал что всё будет в лучшем виде. Но появилась у меня мысль, что надо бы, пожалуй не только Сириуса реабилитировать, но и Альбусика зацепить. Для чего обвинить его и в похищении ребёнка, и пренебрежении его воспитанием, и помещением его, то есть Гарри, в условия как вредные для его здоровья, так, временами, и опасные для для его жизни. А ещё я уточнил у Шарля как тут, в Европе, оценивают победу Альбуса над Гриндевальдом, и нельзя ли для этого подтянуть дедушку Геллерта в качестве свидетеля.

В общем, отправился я на следующий день в Англию, чтобы прихватить с собой Сириуса и Питера, который всё это время благополучно пролежал в анабиозе, в Тайной комнате и обратно вернулся. Ну, а дальше мы с Шарлем оформили все нужные документы, передал я ему на руки Петтигрю и в лучшую клинику обратился, чтобы Сириуса подлечили. При этом, я снова не стал придумывать ничего нового и попросил чтобы медсёстрами к нему были назначены несколько суровых немецких фройляйн, а то ведь Сириус тем ещё был... Сириусом. Ну и предупредил его, что если он школьные времена вспомнит и шутки шутить начнёт, то я его сам воспитывать начну.

И только после этого я к Гермионе отправился. Она с родителями, как раз, тут недалеко на горнолыжном курорте отдыхали, где я к ним и присоединился. А дальше у меня были самые лучшие каникулы за все мои жизни. Сначала мы тут потусили, а потом на ещё на пляжике позагорали и в море поплавали. В общем, отлично отдохнуть получилось.

После чего, уже в августе мы с Гермионой в Швейцарию вернулись, потому что именно на этот месяц был назначен суд над Сириусом, на который Дамблдор был вызван в качестве свидетеля. А почему только в августе? Да потому что весь июль дедушку нашего сначала МКМ мехом во внутрь вворачивала, а потом этим ещё и родной британский Визенгамот занимался. Только его уже мехом наружу выворачивали. В результате вылетел старичок и из МКМ, и из Визенгамота его попёрли. И вроде бы только он после всего расслабился и даже обрадовался, наверное, что в директорах Хогвартса он пока задержался на неопределённый срок, как его в Швейцарию пригласили. Причём сделали это весьма настойчиво, настолько что отказаться у него никак не получилось.

И оттуда он уже не вернулся. А получилось как? Началось всё с Сириуса, потом суд продолжился, но Альбусу уже вопросы насчёт Поттера задавать стали, и по Волдеморту прошлись, а потом ещё и насчёт Турнира. Но, на этом обвинители не остановились и спросили у него: «Альбус, старина, ведь если ты такую дичь сейчас творишь, причём совершенно сознательно, то как дело в сорок пятом было? Действительно ли твоэя дуэль с Гриндевальдом так проходила как все об этом знают?».

И вытащили на свет божий ещё одного дедушку, только уже Гриндевальда, которому тоже вопросы задали. Ну, а тому что? Его спрашивают, он отвечает, к тому же ему сейчас и смысла врать никакого было. И знаете что выяснилось? Что Альбус-то наш, хоть формально в войне участия не принимал, но тем не менее переписку с Геллертом вёл. Довольно активную. В которой снабжал последнего большим количеством идей, проверку которых тот поручал своим ребятам из Аненербе, и ни одна из этих самых проверок не обходилась без многочисленных человеческих жертв. Ну и с их дуэлью выяснилось, что как таковой её и не было. В общем, присел наш старичок в Нурменгард по соседству со своим старинным другом.

Разумеется, после того как с дедушкой нашим вопрос был закрыт, мы с Гермионой в Хогвартс возвращаться не стали. Ну, если подумать, то что нам там делать было? Мы же не самоубийцы. Сторонников-то, как фанатов и прочих обожателей у дедушки Альбуса много осталось, даже несмотря на то, что опустили его серьёзно. А значит и не было никакой гарантии что нам нормально жить и учиться дадут. Вот и решили мы, что образование нужно в другой школе продолжить. И первого сентября мы с ней оказались в одном маленьком городке под названием Салем. Там-то мы и доучивались.

А с проблемой под названием «Волдеморт» мы решили пока не заморачиваться. Лежит он себе в тайной комнате, в саркофаге, вот пусть и лежит себе, до поры, до времени. И, кстати, вот что мы с Гермионой ещё выяснили, уже здесь, в Америке. Ведь, помните же как на их втором курсе юный Том Риддл возродиться хотел воспользовавшись жизненной силой Джинни Уизли? Вот насчёт таких желающих возродиться мы и выяснили, что нифига они долго не живут, всего пару дней, а то бы таких возрождённых целая куча бегала. И почему это именно так меня можно не спрашивать, всё равно я ничего сказать не смогу, к Гермионе за этим. Правда, далёк я от мысли, что её кто-то понять сможет, за исключением нескольких магов во всём мире. А почему именно так? Ну, если вы знаете что такое матан, то есть математический анализ, то и такого вопроса у вас не возникнет. Потому как, невозможность долгого существования таких вот возрождённых этот самый анализ и объяснял. Только тут он был уже не математический, а магический и для понимания был ещё сложнее. Поэтому меня и не спрашивайте.

А когда мы школу закончили, то немного по миру попутешествовали и в Новой Зеландии осели. Гермиона в Австралийское министерство устроилась, в Отдел тайн, а я стал эдаким фрилансером в здешнем магическом аналоге спасательной службы. Ну и их отдел меня периодически припахивал, когда им какая-нибудь штуковина в руки попадалась, с которой никто понять не мог что делать. Ведь второе зрение-то у меня никуда не делось и в такие моменты оно было тем что доктор прописал.

Так же я воспитанием детей наших занимался, а на хозяйстве у нас Добби бы и Винки были. И, конечно же, мы не выкинули из своей жизни ни Гермиониных родителей, ни Сириуса. Впрочем, последний был теперь проблемой его супруги, потому как женили мы его. И, знаете, настолько мне моя здешняя жизнь понравилась, что не захотелось мне больше в попаданческих проектах участвовать, ну если так выразиться можно.

«А что же Рон? — наверняка спросите вы. — Как сложилась его судьба?». А очень даже неплохо, уж это-то я вам подсказать точно могу, не маганализ слава богу. В общем, он как и планировал поначалу, заполучил себе таки халяву и дальше жил припеваючи. Правда пришлось ему для этого поработать, пришлось. В общем, он те каникулы что после четвёртого курса у нас были не просидел на попе ровно, а отправился с братом Биллом в Египет. А там он вкалывал эти два месяца не покладая рук, ног и на износ можно сказать трудился, не гнушаясь, при этом, никакой работой. И настолько он хорошо себя там показал, что ему даже премию выплатили, а так же и у меня в долг денег взял. В итоге свою тысячу галлеонов он тогда заработал, после чего взял да и в будущий бизнес близнецов вложился. Но сделал это не просто так, как Гарри в каноне, а вынудил их подписать с ним договор, препятствующий им, со временем, его долю в бизнесе выкупить, ну, если бы у них идея такая возникла. А зная близнецов можно было сказать с уверенностью, что такая идея у них бы возникла. И стал, наконец жить той жизнью к которой всегда стремился.

Вот такая получилась история о нашем двойном попаданчестве.