Задача со звездочкой (гет)

Сакура стояла в примерочной. Купальник был что надо. Ярко-алый, почти как шаринган или огонь, вызывающий и эффектно подчеркивающий ее округлившуюся фигуру.

До форм сенсея Цунаде ей, конечно, далеко, ведь все знают: у Пятой Хокаге размер больше пятого, но свою честную троечку Харуно сейчас очень выгодно подчеркнула.

Что ж, купальник не зря был назван подругой Ино секс-бомбой и безапелляционно брошен в корзину... А ведь они всего-то хотели прикупить себе летних шорт и маек. А купальник? Ну когда шиноби их уровня загорать?! Даже в мирное время, да. Дел было столько, что едва успевали по магазинам иногда прохаживаться да о своем, о девичьем, беседовать.

И все же красный купальник был куплен. А раз так, то необходимо было где-то его выгулять. А если точнее, то применить секс-бомбу по назначению...

Хотя заставить Саске показать свой нос в деревню могла разве что бомба хвостатого, но просить Наруто снова менять рельеф окрестностей было бы перебором...

Поэтому Саске к себе заманивать надо было иначе. Какой-то загадкой, связанной с Кагуей. Проще говоря — обманом.

И нет — Сакуре не было стыдно. Нисколечко. Сколько тот ей попортил крови, сколько слёз она выплакала за эти годы — сосчитать тяжело.

А ведь главное, тогда, после того, как два полудурка подрались, отхренячив друг другу руки, она думала, что Учиха поутих.

Очень хорошо они тогда с Наруто негатив выпустили: Сакура с Цунаде вдвоём от них пару дней не отходили, врачевали.

Но Саске тогда будто бы отпустил свою ненависть и часть боли. И даже впервые сам скребся в квартиру к Сакуре. Не она за ним бегала, нет — это было решено оставить в сопливом генинском прошлом, — а он.

Крутился рядом. Все то недолгое время, что проводил в Конохе.

Да, полного очищения имени Учиха ждать не стоило. Тут никто бы не помог. Хотя Саске был достаточно силён и с одной рукой, чтоб хоть кто-то захотел с ним связаться, да и самому ему на отношение окружающих было фиолетово плевать...

Нет, бежал из Конохи под благовидным предлогом миссии без срока давности Саске исключительно по своей воле.

И отчасти Сакура его понимала.

Коноха — вечное напоминание о трагедии с его кланом. С семьей. С Итачи.

Но в то же время Коноха — единственный дом. И друзья — да, они с Наруто чуть друг друга не поубивали, но... Только с таким Саске и мог дружить. И все это понимали.

Только вот приходил Саске к Наруто или Шестому с докладами о поросли психованной Кагуи значительно реже, чем бывал в Конохе.

Он шёл к ней. В первый раз они вообще не говорили. Учиха просто завалился к ней через окно, а когда Харуно чуть не прописала ему потрясающего леща, так печально улыбнулся, что она и сама не заметила, как утянула его к себе в постель...

И так повторялось множество раз. Он не дарил цветы. Не предупреждал, насколько он уходит и вернется ли вообще. Они даже почти не говорили.

Не было со стороны Саске никаких красивых слов, жестов или признаний.

Просто он сам. Приходил к ней. Весь измученный и печальный, тянулся к ласке, к любви, просто лежал рядом и слушал ее сердце, в каком-то странном отупении поглаживая единственной рукой ее грудь...

Нежность — да, это, пожалуй, было.

От представителя огненного клана ожидаешь большей страсти. Но Саске был не про это. Он просто хотел постоянства и покоя и, кажется, находил это в ней.

Потому что уходил он всегда с более ровной спиной и ожившими глазами.

И всегда перед уходом он шелестел «спасибо» ей в ухо, потом целовал его и исчезал, не оборачиваясь на окрики.

Саске Учиха был чертовым котом, который гулял сам по себе. Самодовольный, наглый и уверенный в том, что его такого не выпнут, а приласкают и дадут то, что он попросит.

Как же он бесил своей правотой. А ведь Сакура даже не была уверена, что она у него одна. Ведь он большую часть времени шлялся Рикудо знает где, а его отчеты о Кагуе были весьма сомнительны...

Но нельзя запереть огонь. Он погаснет. Вот и она терпела. Хотя, дура, хотела большего. Не просто заполучить свою детскую любовь и боль, а чтобы... Сакура не знала, чего точно хотела, но точно не такого — пришел, когда захотел, и ушел.

Она хотела семьи.

И если Саске не был способен жить с кем-либо, она твердо решила, что хочет от него ребенка. Ребенок будет ей семьей. Потому что она безнадежно больна Учихой. Это не лечится. Помыслить о ком-то кроме она не хотела.

Как и остаться одна. Как ее сенсей Цунаде.

Поэтому Сакура купила чертов купальник. Ей не так романтика от Саске нужна была, как чтобы тот утратил контроль, чтобы удивить его, вывести из себя...

Разбудить наконец-то мужика. Потому что все эти годы они спали рядом, обнимались, целовались, трогали друг друга, но до дела так и не дошло.

Точно Саске боялся, что новый Учиха будет обречен на страдания. Или что если Сакура получит ребенка, то перестанет его подпускать к себе... Какой бред!

Надо было срочно это исправлять. Купальник был куплен и ждал подходящего момента.

А вот как в ее корзинке оказалась, с позволения сказать, пляжная юбка на металлическом колечке цвета волос Наруто, Сакура терялась сказать.

Может, просто они были слишком пьяны в тот забег по магазинам и Ино решила, что ещё одно яркое пятно не повредит. Да и вообще — Наруто сделал пшеничный хитом сезона... Но меньше от этого цвет Сакуру не бесил.

Она вкалывала в госпитале как ниндзя-медик в две смены. Она уставала. Но не совсем от службы. Устала она приходить в пустой дом. И нет, заводить кошку она не хотела. Как и любое другое домашнее животное.

Одиночество давило. Даже походы с Ино, посиделки с Хинатой и Наруто не помогали. Особенно они. Чертова сладкая парочка. Своим счастьем они сводили ее с ума. Зависть — плохое чувство.

А ведь когда-то Наруто был без ума от Сакуры. Да, давно, но... Влюбись она не в Саске, получила бы преданного, пусть и назойливого и шумного мужа. Ну и его демона-лиса в придачу, но у каждого свои недостатки.

Сакура вон от бешенства крушит за госпиталем заброшку, разносит кирпичи и шифер в хлам. Нервы... надо беречь.

Надо. Поэтому она решилась и, подговорив Наруто, приступила к исполнению своего плана. Специально выбрала самый жаркий день, когда даже полный психопат не откажется чуть освежиться... Отпросилась в госпитале, забронировала домик у моря на неделю. Положила в рюкзак купальник, юбочку и желтые очки для настроения, прихваченные Ино уже у кассы, и отправилась туда...

Ждать, когда Саске примчится ее спасать.

О том, что может быть, если примчится, Сакура запрещала себе думать. Наруто должен был сообщить ему, что ее украли предположительно белые Зецу.

А дальше уже сам Саске должен был ее найти по следу, оставленному Сакурой из позаимствованных из лаборатории Орочимару материалов.

Все это было в теории. На самом деле Сакура боялась, что Саске раскусит план и бросит затею на половине пути. Или что ему будет все равно.

Впрочем, у нее в любом случае была оплачена неделя у морюшка. Чем она и собиралась воспользоваться, с Саске или без.

Малолюдный пляж, чистый, мелкий белый песок, вода без нанесенной мути... Погода, когда из моря вылезать фактически не хотелось.

Только лежать в позе морской звезды на спине, смотреть на солнце сквозь очки и не думать о травмах, смерти и боли, которые всегда ждали ее в госпитале. Не думать о том, что ей уже крепко за двадцать и для ниндзя дожить до пятидесяти — это уже большая удача... Не думать о том, что весна ее жизни прожита и больше не повторится.

Не думать, что ту весну она потратила на упорные тренировки, пропахшие потом, и слезы по Саске, не думать, что мир стал лучше благодаря им и что она очень хочет показать этот мир кому-то, кого она сама приведет...

Что хочет быть любимой хоть кем-то уже. А что лучше безусловной любви ребенка? Сакура многого хотела?

От переполняющих ее чувств она потеряла концентрацию и чуть не утонула. Чуть потому, что шиноби ее уровня так глупо не умер бы.

Да, она очень-очень далеко от берега заплыла, чтобы было людей поменьше, а единения с природой — побольше. Но что опасаться глубины самой сильной куноичи своего времени?

Смешно. И тем не менее, на секунду ток чакры по каналам нарушился, и она ухнула на дно... Она бы выплыла сама. Да только уже заметила знакомое присутствие.

«А вот пусть спасает! Хоть какая-то романтика!» — решила Сакура и обмякла, позволяя Саске обхватить себя за талию и потащить наверх.

— Ты чего творишь? — зло прищурился тот.

— Хотела посмотреть морские глубины, а тебе не все равно? — в тон ответила Сакура.

Только сейчас она заметила, что он в полном облачении. Бросился за ней, не раздеваясь. Теперь вымок и похож на рассерженного кота.

— Зачем вся эта постанова с похищением?! И Наруто втянула! — он шипел почти как котозмей. И Сакура не решила, кто нравится ей больше. Ее мысли заполонило одно: ему не все равно.

— Шаннаро! — выругалась Харуно. — А иначе бы ты пришел? Я хотела провести с тобой отпуск! Всего неделю, вне Конохи, вне проблем и бед! Без призраков прошлого между нами! Я хотела, чтобы мы оба отдохнули здесь! Я просто хотела побыть с тобой, Саске, а не со смертельно усталым тобой, которого и сексом мучить жалко! Я хочу любви, Саске. И отдыха. Я устала, — она ткнулась лбом в его плечо... чтобы не видеть, как бешено он на нее смотрит.

Впрочем, вскоре единственной рукой он прижал ее посильнее, а после выдохнул куда-то в макушку:

— Согласен... Давай попробуем... отдохнуть.

Это было все, что Сакуре было нужно. И хотя Саске не выдержал недели почти в раю, они все же провели вместе три дня. Из которых вылезали из воды, только когда кожа начинала напоминать изюм...

Как потом пошутил Саске, навестив ее с изрядно округленным животом, «ты будешь виновата, если наш ребенок унаследует элемент воды вместо огня».

Но Сакуре было плевать, какой элемент и что Саске ворчит. Самое главное у нее уже получилось.