кадеты. (джен)

Строй кадетов распустили, отправив в казармы на распределение коек. Молодняк толкался, шумел, кичился и препирался. Тут и там заводились новые знакомства, обновлялись старые. В помещении быстро стало душно и вскоре все высыпали наружу. Группа ребят убежала осматриваться, поднимая пыль, а часть осталась на крытой веранде в тени, прячась от палящего солнца.

В самом углу стоял бледный, мрачный парень. Черная копна волос волнами спускалась на лицо, скрывая его от всех. Молчаливый, необщительный, никто не заговаривал с ним с самого посвящения, сторонясь мрачной ауры. Молодым буйным головам было удобнее общаться с себе подобными. Так парень и оказался не в почёте.

За неимением других тем под крышей веранды зашёл разговор о родных краях покинутых во имя учебы.

— Кадетский корпус всего один, верно? Сюда съезжаются все желающие со всей территории стен, — парень с шевелюрой цвета соломы запрыгнул на перила рядом с бледным нелюдимцем. Зелёные глаза задорно сверкали из под стекол очков. Специальные ремни для них уже обнимали голову кадета из-за чего жёсткие волосы смешно топорщились вверх, как хохолок.

— Ага! Я, например, с деревушки на севере Розы, — рядом с блондином встал ещё один светло-головый, такой же солнечный и улыбчивый, с белыми крупными кудрями. — Хизаши Ямада, верно? Ты так громко отвечал командиру, что я чуть не оглох, пока стоял рядом.

— Ох, прости, не умею контролировать свой голос, — Ямада ничуть не выглянул смущенным. Он запустил руку в волосы. — До того как попасть сюда помогал отцу с пастушьим ремеслом, вот и привык кричать по делу и без. А ты — Ширакумо?

— Ага! Ширакумо Оборо! Приятно познакомится, Хизаши. А тебя как зовут? — неожиданно обернулся белоголовый к бесшумной темной фигуре у стены.

Парень среагировал не сразу, запоздало поднял голову. Из под челки на щебечущих товарищей взглянули холодные, антрацитовые глаза.

— Я?

Вкрадчивый короткий вопрос контрастировал с шумной беспечной болтовней вокруг. Под тяжёлым взглядом Хизаши как-то осел на перилах, а Ширакумо напротив, решил не падать духом и добиться своего и набрал в грудь побольше воздуха.

— Да! На построении к тебе так и не обратились! Как тебя зовут? Откуда ты?

Снова повисло молчание. Мрачный парень смотрел на Ширакумо изучающе, будто решая, давать ответ или нет. Оборо сжал кулаки. С его лица не пропадала добродушная улыбка. Ямада подался вперёд, наблюдая за игрой в гляделки.

— Я Айзава Шота. Прибыл с Сигансины.

Тихий голос услышали все стоящие на веранде. Десяток глаз неловко, сочувствующие уставились на парня, которого раньше считали не интереснее стены корпуса. Все разговоры тут же умолкли. В наступившей гробовой тишине стало слышно вездесущий стрёкот цикад.

— Оу, прости. Я не знал..- Оборо опустил голову и поджал губы. Лёгкий на дух он отступил под тяжёлыми, короткими словами, в которых чувствовалась вся боль и страдания одной пятой части населения человечества. Люди, побывавшие в том аду год назад стали редкостью после массовой операции, а теперь им всем, зелёным и несносным, нужно будет учится с человеком, побывавшем на поле трапезы самой Смерти.

— Ничего страшного, — Шота снова опустил голову, пряча лицо в тени.

— Чувак, если ты с Сигансины и теперь тут, в кадетском корпусе, ты очень крут, — Хизаши вдруг спрыгнул на пол и повернулся к Айзаве. — Ты видел титанов! И все равно идёшь защищать людей от них. — он улыбнулся и протянул руку товарищу. — Рад познакомится, Айзава Шота.

— Ширакумо! Почему болтаешься на УПМ как червяк на крючке?!

— Не могу справится с управлением, сер!

Тренировки начались на следующий день и сразу с УПМ. Владение устройством является самым базовым навыком для любого солдата, но не во всех есть дар овладеть им сразу.

— Хизаши! Харе строить из себя баллерину! Замри и балансируй!

— Есть сер!

Ямада завис в воздухе по стойке смирно, деревянный и не гнущийся. Спустя секунду парень оказался головой вниз, на одном уровне с таким же непутёвым Оборо, который так и пытался перевернуться.

— Кошмар! Это нереально трудно!

Заши скинул руки вниз и безвольно повис, отдыхая. Пот застилал зелёные глаза и пачкал очки. Ремни от них давно натерли на вискха заметные красные полосы. Ямада чуть покачивался, наблюдая за своими товарищами. На соседних опорах все ещё чертыхался Оборо.

Площадка погрузилась в умеренный хаос из криков, возмущений и дрыгающихся конечностей. Получалось у единиц, и на них не обращали внимания. Это армия, а не школа. На солдата обращают внимание когда он сделал что-то не верно. Первоклассный результат — его обязанность, его не должны хвалить.

Ямада, вздохнув, подтянулся руками за тросы и снова принял правильное положение. Голова закружилась. Парень завис в пространстве, удерживая себя руками.

Ну, хотя бы он не один не справляется.

Вдруг его взгляд зацепился за необычно статичную фигуру.

Айзава.

На противоположном ряду чуть левее. Идеальное положение корпуса, прямая спина, спокойный взгляд. Хизаши восхищённо приоткрыл рот. Шота даже умудрялся раскачиваться, пробуя равновесие.

Ямада шумно втянул воздух. Он не будет отставать! Да, у Айзавы явно есть талант, но сам Хизаши ни чуть ни хуже! У него есть упертость, а это значит, что нужны лишь усилия, чтобы нагнать парня из Сигансины!

• • •

К концу дня все были потные, мокрые и вонючие. Счастливого Хизаши спускали с тросов одним из последних, поэтому он решил пройтись к противоположному концу тренировочного полигона. Большинство ребят уже разошлись, поэтому в наступившей тиши уже опостылевший скрип ремней он заслышал издали.

Чуть ускорив шаг, он увидел у самых крайних опор Шоту, а в воздухе — Оборо. После обеда их переставили на новые места, и вторую половину дня Ямада совсем не видел товарищей. Неудачливый блондин снова болтался в воздухе в миллиметре от пыльной земли.

— Ты очень сильно крутишься, пока пытаешься удержать равновесие, — тихо сказал Айзава, отходя от подъемного механизма. В свете закатного солнца его бледная кожа отливала неестественно ярким оранжевым.

— Охой, — Заши приблизился к ребятам. — Ты как, Оборо?

— Паршиво, как видишь, — перевёртыш скривился, и потянулся руками к канатам, чтобы вернуть себе вертикальное положение.

— Надо же, Айзава, а ты у нас добряк оказывается. Помогаешь неудачникам справится с УПМ, — Ямада улыбнулся.

Шота тряхнул головой и скрылся за волной черных волос. Чертёнок внутри Хизаши возликовал. Он смутил Айзаву! Сразу на номер один в списке достижений!

— Эй, давай без оскорблений! — Оборо надулся, пытаясь замереть в воздухе вертикально.

— Да ладно тебе, я и сам хорош. Только к концу тренировки научился держаться около 10 секунд. Дальше ноги не выдерживают, — Ямада представил, какая мышечная боль ждёт завтра утром всех новобранцев, и сморщил нос.

— Капитан приказал мне помочь Оборо с УПМ, — тихо пробурчал Айзава и спрятал руки в карманы, добавляя Хизаши больше причин ликовать. Тот еле держался, чтобы не начать дразнить мрачную колючку.

— Да ладно тебе, Айзава. Помочь мне мог любой, но согласился именно ты, хоть я и безнадёжен, — Ширакумо улыбнулся, и столько в этом жесте было благодарности, что Шота окончательно спрятался за волосами и резко развернулся на пятках к ручке подъемника.

— Ты не безнадёжен, просто тупишь без конца и дергаешься как лягушка. Попробуй сосредоточится на центре веса, а не на расстоянии до земли, — жёстко выдал он и взялся за ручку и несколько раз повернул, поднимая Оборо выше над землёй и спасая его голову от удара.

— Ой-ой-ой, как страшно. Ты прям строгая училка, Шота, — Ширакумо улыбнулся, в последний раз хихикнул, вздохнул и нахмурился, концентрируясь. Ямада встал рядом, наблюдая.

Кадет отпустил руки и рывком выставил их в стороны для равновесия. Резкий жест был явно лишним, и парня начало кренить лицом вниз. Оборо в панике замахал руками, пытаясь удержаться, но все равно полетел головой вниз.

Хизаши резко бросился вперёд и упёрся ладонями в плечи товарища. Парень получил по уху, но руки не убрал, только прошипел что-то невразумительное.

— Прости! — Ширакумо упёрся ему в плечи, чтобы не налегать так сильно, но Ямада это не сильно помогло. Вес Оборо все ещё полностью находился на нём.

Зашумели блоки. Неудачливый кадет медленно поехал вниз с грустной миной на лице. Когда обе его ноги оказались на земле рядом с товарищами бесшумно появился Шото.

Ямада не опускал руки, задумчиво уставившись куда-то сквозь Оборо, закусив губу. Вдруг он резко поднял голову и за плечи подтянул друга к себе. Ремни звякнули.

— Слушай, а если тебя кто-то будет держать за руки?! — он повернулся к Айзаве, краем глаза заметив на его обычно безэмоциональном лице легкий испуг. — Ты лучший из нас! Сможешь задать Оборо баланс, а потом отпустить?!

Азйава на секунду задумался, а потом кивнул.

— Давай попробуем.

Они поменялись местами. Айзава крепко ухватил Ширакумо за локти. Тот вцепился в ответ, может, сильнее, чем нужно, но виду никто из них не подал. Ямада отошёл к подъемнику и начал крутить ручку.

Когда Оборо оказался в воздухе, то сразу перешёл в полное руководство Айзавы. Шота четко и спокойно объяснял и показывал, как расположится, придерживая блондина за руки. Ямада молча наблюдал со стороны и невольно улыбался, когда эмоциональный диапазон товарища сползал с отметки ноль. Зава серьезный, ответственный, но вместе с этим он очень переживал, как бы Оборо не грохнулся головой об землю, ведь сейчас его подняли невысоко. Спустя пару минут "настроек" Азйава, наконец, отстранился от Ширакумо, все ещё готовый подхватить.

Оборо завис, прислушиваясь к себе. Все трое замерли, отсчитывая про себя секунды. На четвертой Оборо засветился как солнышко, широко улыбнувшись Парень так и полыхал счастьем! Но на седьмой его начало косить назад. Шира в панике замахал руками и тут его уже ловили в четыре руки, чтобы оставить кудрявую счастливую голову в целости.

— Ей! Мы молодцы! — счастливый Заши активно помогал снимать Оборо с УПМ.

Шота отошёл в сторону, пока два не в меру шустрых товарища от волнения упорно запутывали узлы ремней, а потом, шипя и ругаясь распутывали, все обратно.

— Ох, спасибо вам большое! — Ширакумо потянулся, разминая перенапряжённую спину. — Я ваш должник! А теперь пойдемте на ужин, а то без нас все съедят.

Ямада согласно кивнул и ускорил шаг. На ходу он обернулся через плечо. Айзава шел с ними, рядом, не на расстоянии, а впритык к правому плечу Заши. Он не сдержал улыбки.

Всё-таки их с Оборо обаяние смогло раздобрить мрачного товарища на какое-никакие начало дружбы.

Холод от черепицы пробивает все тело насквозь. Конечности онемели, ни одной не двинуть, а сердце напротив, колотиться и колотиться..

..будто пытается отбить ритм за то, что больше никогда не оживет.

Он ничего не смог сделать. Абсолютно ничего. Хизаши Ямада, выпускник кадетского корпуса, оказался бесполезен в момент опасности собственной жизни. Он три года учился, чтобы спасать человечество, а в итоге спасать пришлось его самого.

Пальцы вцепились в собственные волосы. Это из-за него. Это его вина. Если бы он действовал, если бы не испугался титана...

Ямада не слышал, как к нему подошли. Только увидел пару солдатских сапог. Зато голос их обладателя узнал. Узнал и захотел оказаться в желудке того самого титана.

— Хизаши, ты цел? Где Оборо?

Стукнув коленями о черепицу Айзава опустился перед ним. Спокойный, холодный.

Что с ним будет, когда он узнает?

От этой мысли Ямаду скрутило в ещё более маленький комочек. Какой же он жалкий... не может даже посмотреть в глаза напротив. Не может заставить свое горло пропихнуть ни единого звука. Не может....он ничего не может.

Бесполезность.

— Хизаши, где Ширакумо?

Ямада захлебнулся словами. Тело свело судорогой и он что есть мочи ударил по собственным коленям. Вырванные волосы закрутились вокруг пальцев и врезались в кожу. Боль помогала выдавить хоть что-то, вперемешку со слезами и хрипом. Он все-таки сорвал горло.

— Оборо погиб, выполняя поставленную авангарду задачу.

Слова посыпались из него как сушёный горох. Какие-то формулировки из рапорта, имена погибших товарищей, сумбурно и без остановки, пока мозг окончательно не перестал работать. Шумно втянув воздух он затих. Не было сил даже плакать. Слезы закончились, глаза саднило, а ворот рубашки промок насквозь.

Ямада поднял голову, встретился взглядом с Шотой. В глазах напротив не было ничего. Абсолютно. Будто все эти смерти, смерть Оборо абсолютно для него ничего не значили!

На крыше загомонили, в панике повышая голос. Ямада не вслушивался в их слова. Он смотрел только на Шоту. А он молчал молчал и смотрел.

Он разочарован? Догадывается, кто виноват? Что Оборо умер из-за него, из-за Ямады. Что это Хизаши должен был сейчас лежать с раздавленной обломками головой у стены дома, на котором столпились остатки авангарда?

— Я могу расчистить вам путь.

Хизаши вздрогнул от резкого голоса Шоты. Айзава встал и пошел к противоположному краю крыши, мимо товарищей. Что он имел виду? Ребята обсуждали какой-то план?

— Шота нет! Титанов слишком много! Ты лучший из кадетов по боевой мощи, и вообще должен сейчас быть рядом с воротами! — разбушевался Варша, лучший выпускник этого года, но отстающий по навыкам владения УПМ от Шоты.

— Поэтому я и должен пойти, — Айзава повернулся к кадетам. — Вы все — лишь жалкие трусы. Даже скопом одного титана победить не сможете. Потому что зассали и жметесь по крышам от страха.

Он вытянул из ножен оба меча и поднял голову. Презрение, с которым антрацитовые глаза смотрели на толпу испуганных и возмущенных товарищей, придавило чедушные душонки к окровавленной, разбитой черепице.

— Если сдохну — так тому и быть. Но я принесу хоть какую-то пользу вам, мягкотелым, и всему человечеству.

Он отвернулся. Щёлкнул УПМ. Засвистел трос и Шота птицей взмыл в воздух. На огромной скорости черная молния рванула к ближайшему пятнадцати метровому уроду у разрушенной церкви.

Хизаши не слышал возмущенных криков товарищей. Одно было ясно. Оскорбления Айзавы задели кадетов за живое. Один за другим они взлетали с крыш и устремлялись в сторону облепленного титанами замка.

Ямада сорвался следом и увеличил напор газа как мог, пытаясь разглядеть впереди черный силует. Он хорошо знал друга, хорошо знал устройство УПМ. Достичь такой скорости на стандартном давлении газа нереально. А значит, Шота увеличил его на максимум.

Что, если газ и у Айзавы на исходе, и скоро закончится?

— Эй, Ямада, ты куда?

С ним поравнялся маленький Верс. Выпускнику часто не хватало сил банально перерубить слабое место титана достаточно глубоко, и Хизаши был рад его неожиданной живучести в этом аду

— Я за Айзавой!

Ямада отклонился назад и на огромной скорости понёсся вниз вперёд ногами. Ветер, хлещущий в лицо, вышиб из головы всю панику. Пролетев по дуге, как на качелях, он взмыл выше крыш и бегло осмотрелся.

След из убитых титанов обрывался впереди. Выпускники и военная полиция бежала мимо трупов титанов прямо на толпу огромных монстров.

Блондин нахмурился и направился к району, где лежал последний дымящийся труп. Наврядли такого громилу мог убить кто-то кроме Шоты, а значит, его газ закончился где-то здесь.

Хизаши вспрыгнул на трубу.

Ну где же ты можешь быть, чёртов смертник?

Мимо Ямады пролетела последняя фигура на УПМ, а значит, очень скоро он останется единственным человеком в этом районе.

Он и Шота.

Хизаши побежал по крышам, выбирая более высокие точки. Его снова начинала накрывать паника. Раньше Трост казался маленьким из-за стен, но сейчас, когда в нем надо было найти маленького человечка, среди огромных домов, лавок, разрух

и титанов.

Он с трудом сглотнул. Не время. Больше нельзя давать себе время, иначе Айзава тоже может умереть, и тоже по его вине.

Вдруг его взгляд зацепился за движение. По левую руку, на расстоянии, направляющийся по своим делам титан вдруг сменил курс, рассматривая что-то на земле.

На ближайший район — только он и Шота.

Всех остальных эвакуировали.

Хизаши сорвался с места.

Он не рассчитал со скоростью. Врезался в крышу дома, прокатился по ней защищая голову руками. От боли взорвалось все тело, но Ямада тут же встал и спрятался за ближайшие трубы.

Шота. Нужно вытаскивать Шоту, если титана заинтересовал именно он.

Ямада оказался за спиной титана, что упорно шел вперёд на жирных, негнущийся ногах. Парень бросил взгляд вперёд и тут же рванул следом за титаном.

В ста метрах от чудовища на холщовом навесе лежал силует.

Думать пришлось быстро.

Со всей мочи Ямада рухнул ногами на протянутую ладонь титана. Огромную тушу начало кренить к земле. Прыгнув вперёд он оказался рядом с Шотой, схватил друга в охапку, выжал газ на полную и взлетел на крышу.

Они успели спрятаться за трубами. Титан не посчитал должным пытаться их найти и тронулся дальше.

Задыхаясь от страха, облегчения и усталости Ямада посмотрел на друга. Все это время он не двигался, безвольно лёжа в его руках, как мешок с картошкой.

Шота не смотрел на него. Черные глаза, как две стекляшки, смотрели в небо из под липкой потной челки. Капилляры лопнули, и белок частично покраснел. Хизаши даже испугался, живой ли он.

Но вдруг Ямада задохнулся всеми словами, которые хотел выплатить в лицо безрассудному смертнику.

Айзава плакал. Щеки блестели от влаги, но в сухих глазах отражалось только небо. Без намека на причину слез..

Ямада впервые видел, чтобы Шота показывал что-то кроме безразличия.

Айзава с трудом сел. Тугие движения способствовались либо хреновой посадкой от Ямады, либо он успел сам приложится обо что-то.

Хизаши взорвался через секунду тишины.

— Ты о чем вообще думал?! Почему так тупо расходовал газ?! Тебя же могли сожрать! — в панике парень бешено жестикулировал. Волосы прилипли к стёклам очков и он агрессивно убрал их назад.

Шота молчал. Ямада накалялся, выплевывая вопрос за вопросом.

— А если бы я не успел?! Если бы тот титан сожрал тебя?! — из глаз хлынули слезы. Видимость окончательно свелась к нулю. Заши содрал очки и вытер глаза рукавом.- если бы ты тоже умер! Как Оборо! — Ямада замолчал, шмыгая носом.

Шота склонил голову и накрыл ее руками.

— Ширакумо...Ширакумо умер....- тихо, одними губами.

— Да! Он мертв! Но это не значит, что следом должен пойти и ты! — Хизаши схватил его за куртку и развернул к себе. Он смотрел, смотрел в черные глаза и боялся того, что в них видел. Боялся отчаяния, пустоты и страха, такого густого и старого, от которого внутренности скручивались в тугой кровоточащий узел. — Шота, пожалуйста, — он обнял друга. Голос окончательно сорвался. Он смог только прошептать:

— я не могу потерять ещё и тебя..

Хизаши разрыдался в плечо другу. Перед глазами все ещё стояла широкая улыбка титана, что почти сожрал последнего человека, за которого Ямада хотел бороться. А если бы он промедлил хоть на секунду?..

Бледные пальцы вцепились в солдатскую униформу. Шоту затрясло как от горячки. Страх выходил из них обоих, вытекал вместе со слезами, горем, тоской по другу.

Спустя треть часа парней нашли товарищи. Принесли новые баллоны с газом, передали приказ подниматься о стену. Шота не мог двигаться, вероятно, из-за перелома ребра, поэтому Ямада вместе с девушкой из военной полиции на пару поднимали его на стену.

Медленно скрипел механизм УПМ, девушка без конца что-то стрекотала о своих погибших товарищах, но Хизаши ее не слышал. В голове были только две мысли.

Они выжили.

Оборо погиб.