Домашняя нумерология (гет)

В гостиной дома номер двенадцать на площади Гриммо было тепло и пахло корицей. Джинни разливала чай, Гермиона резала тыквенный пирог, а Полумна с задумчивым видом разглядывала чаинки на дне своей чашки.

— Нет, вы только послушайте! — Джинни с грохотом опустила чайник на стол и упёрла руки в бока. — «Разве семь — не самое могущественное магическое число?» Это он мне заявил!

— Кто? — хором спросили Гермиона и Полумна.

— Гарри! Гарри Поттер! Мой муж! — Джинни плюхнулась на стул и трагически взъерошила волосы. — Я говорю: «Милый, у нас в субботу ужин с моими родителями, не забудь». А он мне: «Разве семь — не самое могущественное магическое число?» И улыбается, как идиот!

Полумна оторвалась от чаинок и с интересом посмотрела на подругу.

— И что это значит? — спросила Гермиона, нахмурившись.

— Понятия не имею! Но за последнюю неделю он повторил это раз десять! — Джинни схватила печенье и с хрустом откусила. — В понедельник, когда я попросила его вынести мусор. Во вторник, когда напомнила про счета за совиную почту. В среду, когда он забыл забрать Джеймса с тренировки по квиддичу!

— Может, он просто пытается тебя отвлечь? — предположила Гермиона. — Ты же знаешь Гарри. Когда он не хочет о чём-то говорить, начинает нести чушь.

— Вот именно! — Джинни ткнула в неё огрызком печенья. — Поэтому я и позвала вас. Надо выяснить, что он задумал.

Полумна отставила чашку и мечтательно улыбнулась.

— Семь — действительно могущественное число. Мой отец когда-то писал об этом в «Придире». Кажется, в статье про то, как отвадить от дома семь разновидностей садовых гномов.

Гермиона закатила глаза, но спорить не стала.

— Ладно, — сказала она вместо этого. — Давайте по порядку. Когда именно он начал повторять эту фразу?

— Хм... — Джинни задумалась, уставившись в потолок. — Где-то после того, как Рон подарил ему на день рождения абонемент в «Волшебные вредилки».

— О нет, — простонала Гермиона и уронила голову на руки. — Только не это.

— Ты что-то знаешь? — насторожилась Джинни.

— Рон недавно прочитал в одном сомнительном нумерологическом журнале, что число семь приносит удачу в азартных играх. И теперь постоянно бормочет: «Семь — число удачи». Даже во сне. Вчера я проснулась от того, что он во сне выкрикивал: «Семь! Семь! Семь!», как заклинившая пластинка.

Полумна хихикнула, представив эту картину. Джинни вытаращила глаза.

— То есть Гарри просто перенял у Рона эту дурацкую привычку?!

— Похоже на то, — кивнула Гермиона. — Они же вместе ходят в паб по четвергам играть в покер. Видимо, Рон убедил Гарри, что «великая семёрка» помогает выигрывать.

— Боже мой... — Джинни медленно опустила голову на стол. — И почему я вышла замуж за человека, который верит в такие глупости? Мы же волшебники! Нам положено быть умнее!

— Ну, знаешь ли, — усмехнулась Полумна, — мой Рольф вообще-то магозоолог. Учёный. Но в прошлом месяце он повесил над нашей дверью венок из семи видов сушёных трав и сказал, что это отпугивает мозгошмыгов. Причём травы собирал ровно семь дней, строго на рассвете.

Гермиона и Джинни переглянулись и прыснули.

— И что? — спросила Гермиона. — Отпугнул?

— Не знаю, — честно ответила Полумна. — Мозгошмыгов я и так не вижу. Но зато теперь у нас в прихожей пахнет, как в лавке зельевара.

Все трое расхохотались. Смех получился громким, почти истеричным — так смеются люди, которые слишком хорошо знают своих мужей.

— Ладно, — Гермиона со стуком поставила чашку на блюдце и обвела подруг весёлым взглядом. — Хватит ныть. Раз они все помешались на этой семёрке, надо просто повернуть всё в свою пользу.

— Это как? — Джинни от удивления даже печенье отложила.

— А вот так. Скажи Гарри, что ты, мол, тоже прочитала умную книжку по нумерологии. И там написано, что для полной гармонии в браке жена должна получать семь комплиментов в день. И семь свиданий в неделю. Ну и посуду он, разумеется, должен мыть тоже семь раз — иначе баланс нарушится.

— Гермиона, — медленно произнесла Джинни, и на её лице расплылась улыбка. — А ты, оказывается, страшный человек.

Полумна просияла:

— Гермиона, ты гений!

— Знаю, — скромно улыбнулась та.

В конце концов, если мужчины решили, что семь — волшебное число, почему бы не использовать это в своих целях? В этом даже был свой символизм.

— Кстати, — добавила Полумна, — а знаете, что Рольф подарил мне на годовщину? Семь засушенных лунных цветков. Сказал, что это «магический букет для моей души».

— И ты не обиделась? — удивилась Джинни.

— Обиделась, — призналась Полумна. — Пока он не добавил к цветам серьги. Семь крошечных опалов в каждой, в форме луны.

Гермиона поперхнулась чаем. Джинни присвистнула.

— Вот это поворот!

— Ага. Оказалось, он две недели копил на них и заодно изучал символику числа семь. Сказал, что семь опалов — это «отражение лунного цикла в моих глазах». Я уж думала, он перегрелся на солнце, пока гонялся за фестралами.

— Может, и перегрелся, — хмыкнула Гермиона, — но с приятными последствиями.

— Значит, стратегия такая, — подытожила Джинни, вставая. — Я скажу Гарри, что по законам нумерологии наша семья будет процветать, если он возьмёт на себя семь домашних обязанностей. Пусть выберет: выносить мусор, мыть котлы, готовить завтраки, убирать в курятнике, вычёсывать сову, гладить мантии и... — она на секунду задумалась, — и читать детям сказки на ночь. Семь раз в неделю.

— А он не заподозрит подвох? — усмехнулась Полумна.

— Конечно, заподозрит! Но разве он посмеет спорить с могущественным числом семь?

И, надо признать, не посмел.

На следующий день Гарри с торжественным видом вынес мусор, а вечером Джинни отправила подругам сову: «Работает. Сегодня он даже подмёл двор. Сказал, что это первый шаг к вселенской гармонии».

Гермиона прислала ответ: «Отлично. Теперь научи его готовить. Семь блюд к воскресному ужину — и пусть попробует отвертеться».

Через неделю они снова собрались в «Трёх мётлах» и теперь уже ржали так, что мадам Розмерта дважды подходила к их столику — проверить, не нужно ли вызвать колдомедика.

В свежем «Пророке» на третьей странице красовался снимок: Гарри и Рон стоят у плиты в одинаковых фартуках, а на груди у обоих кривоватая вышивка — «Великая семёрка». Вид у них был такой, будто они как минимум открыли новый закон магии. Заголовок над фотографией гласил: «Мужья-волшебники раскрыли секрет семейного счастья: число семь творит чудеса!»

— Откуда у них вообще фартуки? — простонала Гермиона, утирая слёзы.

— Понятия не имею, — всхлипнула Джинни. — Вчера ещё не было. Наверное, Рон стащил у мамы.

Полумна молча ткнула пальцем в снимок. Под ним была приписка мелким шрифтом: «Фартуки ручной работы. Авторство не подтверждено».

— И как они это объяснили журналистам? — простонала Полумна, вытирая слёзы.

— Гарри сказал, что семь — самое могущественное магическое число, и тот, кто это поймёт, обретёт гармонию в браке, — хихикнула Джинни. — Теперь пол-Британии скупает нумерологические трактаты.

— Представляю, что теперь творится в книжном, — сказала Гермиона. — Наверняка все раскупили, даже «Нумерология для чайников» в дефиците.

— Ничего, — Полумна подняла кружку сливочного пива. — Зато у нас теперь чистый дом, накормленные дети и счастливые мужья. Предлагаю выпить за число семь!

— За число семь! — хором ответили подруги.