Шерлок оказывается заботливым (гет)

Солнце светило на улицы Лондона необычайно ярко, хотя вчера был сильный ливень. На дорогах до сих пор виднелись огромные лужи, не дававшие людям нормально пройти.

Гермиона находилась в квартире 221B на Бейкер-стрит и читала книгу. Точнее, пыталась. Она перечитала одну и ту же страницу уже в третий раз, не понимая смысла написанного, и тут окончательно поняла, что заболела. Буквы начали расплываться перед глазами, голова гудела, а нос заложило так, что было практически невозможно читать.

Сейчас она сожалела, что вчера не вернулась за зонтом и просто побежала домой, в душе́ надеясь, что всё обойдётся. Не обошлось.

Гермиона закрыла книгу и устало потёрла глаза.

— Всё в порядке, — пробормотала она себе под нос.

— Я так не думаю.

Гермиона вздрогнула от неожиданного ответа и, открыв глаза, увидела Шерлока.

Тот стоял в дверях гостиной и смотрел на неё с выражением лица, будто только что увидел интересную загадку.

— О чем ты? — спросила Гермиона, решив притвориться дурочкой.

— О твоём состоянии, — невозмутимо ответил Шерлок, садясь на соседнее кресло. — Прошу, убери этот глупый вид. Он оскорбляет твой интеллект.

— Я просто устала.

— У тебя покрасневшие глаза, температура выше обычного, хриплый голос, ты трижды перечитывала один абзац и около семи минут не переворачиваешь страницу, — спокойно перечислил Шерлок и теперь просто смотрел на неё своими прекрасными голубыми глазами, которые так любила Гермиона. — Нужны ещё какие-то доказательства?

— Ты засекал время?

— Разумеется.

— Шерлок...

— Вчера ты пришла вся промокшая, без зонта, видимо, забыла на работе, но не захотела возвращаться, а после, дома, ты тоже работала несколько часов без перерыва.

— И?

— Расследование окончено.

— Какое ещё расследование?

— Ты заболела.

— Я не заболела, — вяло возразила Гермиона, прекрасно понимая, что проиграла в этом бессмысленном споре.

Шерлок слегка прищурился, на лице его заиграла усмешка.

— Ты только что пыталась доказать мне обратное, сидя под пледом, в шерстяных носках и с чашкой чая в руках.

Гермиона посмотрела на чашку.

— Это не доказательство, — прошептала она.

— Этого более чем достаточно.

После этих слов Шерлок встал с кресла и пошёл на кухню.

Гермиона тяжело вздохнула и, поставив чашку на стол, потянулась за книгой.

— Даже не вздумай.

Гермиона подняла голову и увидела, что Шерлок уже стоял в дверях, хотя ещё минуту назад находился на кухне.

— Ты теперь будешь следить за мной?

— Возможно.

— Ты знаешь, что это ненормально? — спросила Гермиона, сердито нахмурив брови.

— Наверное.

И он снова исчез на кухне, но через несколько минут пришёл с чашкой чая.

— Чай, — ответил Шерлок на незаданный вопрос, который уже образовался в голове Гермионы.

Та подозрительно посмотрела на чашку. Она никогда не видела, чтобы Шерлок что-то готовил. Ни для себя, ни для кого-то другого. И очень удивилась такому жесту заботы, но решила ничего не говорить по этому поводу. Ведь Гермиона знала, что Шерлок начнёт говорить, что забота — это иррациональное качество человека, которого он никогда не испытывает.

— Шерлок, ты умеешь готовить?

— Конечно.

Джон, услышав их разговор, высунулся из кухни и сказал:

— Нет, не умеет.

— Я умею пользоваться чайником, — возразил ему Шерлок, считая это достаточным аргументом.

— Это не считается.

Не желая продолжать этот бессмысленный разговор, Шерлок просто проигнорировал его.

— Пей, — сказал он, садясь рядом с Гермионой, и стал наблюдать.

Та взяла чашку обеими руками и сделала глоток. Горячая жидкость обожгла язык, а горло стало саднить, но вкус был потрясающим. Она продолжала пить чай, чувствуя изучающий взгляд Шерлока, но старалась его игнорировать. Гермиона так привыкла к его странностям за два года отношений, что уже воспринимала их намного спокойнее, чем раньше.

Они сидели в тишине, и только тиканье часов разносилось по квартире. Через десять минут Шерлок решил прервать молчание и начал допрос:

— Тебе холодно?

— Нет.

— Точно?

— Точно.

— Голова болит?

— Немного.

— Горло?

— Аналогично.

— Дышать трудно?

— Шерлок, это уже слишком, — укоризненно сказала Гермиона. — Ты задаешь слишком много вопросов.

— А ты даёшь слишком мало информации.

На это Гермиона лишь улыбнулась и сказала:

— Я не умираю. Это всего лишь небольшая простуда.

Шерлок нахмурился.

— Я знаю.

— Тогда расслабься.

— Я и так расслаблен.

Гермиона закатила глаза на ответ Шерлока, а Джон, проходя мимо, фыркнул:

— Если это расслабленный Шерлок, то боюсь представить, каким он бывает, когда действительно волнуется.

Шерлок бросил на него недовольный взгляд.

— Джон!

— Молчу.

Гермиона тяжело вздохнула, наблюдая за их пикировкой, но не вмешивалась. Она чувствовала себя слишком уставшей. Тут Шерлок встал, взял скрипку и стал играть спокойную мелодию. Она не разбиралась в классической музыке, но ей нравилось слушать, когда Шерлок что-то исполнял на скрипке.

Гермиона сидела, слушала музыку и через некоторое время почувствовала, как её глаза сами собой закрываются. Она даже не заметила, как задремала.

Когда Гермиона проснулась, в комнате было тихо. Лежала она не в кресле, а на диване, укрытая ещё одним пледом. Книга лежала на столе, а рядом стояла чашка чая. Шерлок сидел в кресле напротив и работал за ноутбуком. Смотря на него, Гермиона сонно улыбнулась.

— Ты все ещё здесь?

Он поднял глаза и посмотрел на неё.

— Конечно.

— У тебя же было дело.

— Джон занимается им.

— Ты выгнал Джона на расследование? — спросила Гермиона, поднимаясь с дивана.

— Временно.

Гермиона тихо рассмеялась, подошла к Шерлоку и обняла его за шею. Она положила подбородок ему на плечо и прошептала:

— Ты стал слишком заботливым.

Шерлок задумался, повернув голову в её сторону, и спросил:

— Это плохо?

Она протянула руку и погладила его по волосам. Они были такими же кудрявыми, как у неё. Пусть у Гермионы и был заложен нос, но она почувствовала слабый запах мяты.

— Нет, просто непривычно.

Он посмотрел ей в глаза и прошептал:

— Тогда привыкай.

— Хорошо, — таким же шепотом ответила Гермиона.

Их лица медленно сближались, и когда остался уже миллиметр до поцелуя, они вдруг услышали возмущенный голос Джона:

— Шерлок, если ты ещё раз возьмёшь мой чай и объявишь его собственностью Гермионы, я больше ничего тебе не приготовлю!

— Это был его чай?

— Теперь он твой, — невозмутимо ответил Шерлок.

— Шерлок! — возмутилась Гермиона, но через секунду рассмеялась так сильно, что тут же закашлялась.

Шерлок мгновенно встал с кресла и усадил её на своё место. Он присел рядом на корточки и сказал:

— Осторожно. Не смейся.

— Я не могу...

— Можешь.

Он сразу укрыл её пледом, дал чашку чая и с очень серьёзным видом добавил:

— Смех в данный момент тебе противопоказан.

Гермиона посмотрела на него и с улыбкой ответила:

— Если ты продолжить себя так вести, то я никогда не поправлюсь.

Шерлок на секунду задумался над её словами.

— Тогда придётся продолжать.

Смотря на него, Гермиона подумала, что болеть, пожалуй, не так уж и плохо. Ведь именно сегодня Шерлок открылся перед ней с неожиданной стороны.