Сборник вольных и невольных лирических переводов стихов разных авторов (гет)

иные нам пророчат смерть в огне,

другие обещают вечный холод.

когда же вкус желанья стал доступен мне,

в костре пылать — вот выбор мой недолог.

но если вдруг дано нам дважды умереть,

я знаю: лед — оружие сильней чем пламя.

и ненависть мою не сможет запереть,

и буду я доволен этой дланью.

Fire and Ice

By Robert Frost

Some say the world will end in fire,

Some say in ice.

From what I’ve tasted of desire

I hold with those who favor fire.

But if it had to perish twice,

I think I know enough of hate

To say that for destruction ice

Is also great

And would suffice.

одинок по холмам я бродил на ветру

и из памяти впредь никогда не сотру:

легкий бриз волновал желтых море цветов

у воды золотых тех нарциссов тепло.

бесконечной грядой как на млечном пути

мириадами звезд, и не мог я уйти,

желтых тысячи глаз подмигнули мне вдруг

и позвали с собой в свой танцующий круг

трепетали как море, их лик обогнал

звезд волненье, улыбками в душу запал

я смотрел, любовался компанией этой,

восхитительным шоу юдо́ли поэта

на диване задумчив, иль по лесу бреду

словно вспышки их взгляды в душе берегу

и в блаженстве нарциссы тайком вспоминаю

как мне сердце теплом танцы их наполняли

I Wandered Lonely as a Cloud

By William Wordsworth

I wandered lonely as a cloud

That floats on high o'er vales and hills,

When all at once I saw a crowd,

A host, of golden daffodils;

Beside the lake, beneath the trees,

Fluttering and dancing in the breeze.

Continuous as the stars that shine

And twinkle on the milky way,

They stretched in never-ending line

Along the margin of a bay:

Ten thousand saw I at a glance,

Tossing their heads in sprightly dance.

The waves beside them danced; but they

Out-did the sparkling waves in glee:

A poet could not but be gay,

In such a jocund company:

I gazed—and gazed—but little thought

What wealth the show to me had brought:

For oft, when on my couch I lie

In vacant or in pensive mood,

They flash upon that inward eye

Which is the bliss of solitude;

And then my heart with pleasure fills,

And dances with the daffodils.

Эх, имей я револьвер,

Я б не знала полумер.

Получил бы пулю в бошку

Каждый первый лицемер.

Эх, имей я химагент,

Коротала бы уик-энд,

Устраняя бы из жизни

Ненавистный элемент.

Жаль, летальных этих средств

Не продаст мне продавец.

И законы Мирозданья

Обойдет, увы, наглец.

Frustration by Dorothy Parker

If I had a shiny gun,

I could have a world of fun

Speeding bullets through the brains

Of the folk who give me pains;

Or had I some poison gas,

I could make the moments pass

Bumping off a number of

People whom I do not love.

But I have no lethal weapon-

Thus does Fate our pleasure step on!

So they still are quick and well

Who should be, by rights, in hell.

Время безмолвно, я вам говорил

Платим лишь цену — указано чётко

Если бы мог, то я дал бы вам знать

Марш музыкант продолжает играть

Клоуны вновь отбивают чечётку

Время безмолвно, я вам говорил.

Шансы на счастье давно я забыл

Ибо сильней вас люблю, чем скрываю

Если бы мог, то я дал бы вам знать

Есть же причины цветку умирать

Откуда-то тучи ветра ведь всегда нагоняют

Время безмолвно, я вам говорил.

Если б настойчиво розу цвести посадил,

Виденья всерьез нам пророчат остаться.

Если бы мог, то я дал бы вам знать.

Воины все обратили б оружие вспять,

Когда бы прочь львы пожелали убраться,

Даже Время не скажет — но разве и я говорил?

Если бы мог, то я дал бы вам знать.

W. H. Auden

If I Could Tell You

Time will say nothing but I told you so,

Time only knows the price we have to pay;

If I could tell you I would let you know.

If we should keep when clowns put on their show,

If we should stumble when musicians play,

Time will say nothing but I told you so.

There are no fortunes to be told, although,

Because I love you more than I can say,

If I could tell you I would let you know.

The winds must come from somewhere when they blow,

There must be reasons why the leaves decay;

Time will say nothing but I told you so.

Perhaps the roses really want to grow,

The vision seriously intends to stay;

If I could tell you I would let you know.

Suppose all the lions get up and go,

And all the brooks and soldiers run away;

Will Time say nothing but I told you so?

If I could tell you I would let you know.

Когда умру, и над могилою моей апрель

Встряхнет с ветвей дождя прозрачную капель,

Намерен будешь ты прийти склониться

Перед растерзанным тобою сердцем извиниться,

Мне будет всё равно.

И там,

Послушна мирному деревьев пересуду

Безмолвнее и бессердечней буду,

Чем ты сейчас.

I Shall not Care By Sara Teasdale

When I am dead and over me bright April

Shakes out her rain-drenched hair,

Tho' you should lean above me broken-hearted,

I shall not care.

I shall have peace, as leafy trees are peaceful

When rain bends down the bough,

And I shall be more silent and cold-hearted

Than you are now.

Где истоки сливаются в реки

и спешат в океан без сомненья,

мои ветры смешались навеки

с твоим нежным душевным волненьем.

Не покрыты поля одинокой травою,

а всё — суть той божественной силы,

почему ж я не рядом с тобою,

коль стремиться всё слиться в единое?

И волн морских объятий глубина,

и пики гор целуют облака,

сестрица-ландыш не была бы прощена,

когда на брата-ландыша смотрела свысока.

Как солнца луч пришел землёю любоваться,

и лунный свет шептал волне: танцуй

к чему мне обладать таким богатством,

когда не тронет губ моих твой поцелуй?

Love’s Philosophy By Percy Bysshe Shelley

The fountains mingle with the river

And the rivers with the ocean,

The winds of heaven mix for ever

With a sweet emotion;

Nothing in the world is single;

All things by a law divine

In one spirit meet and mingle.

Why not I with thine?—

See the mountains kiss high heaven

And the waves clasp one another;

No sister-flower would be forgiven

If it disdained its brother;

And the sunlight clasps the earth

And the moonbeams kiss the sea:

What is all this sweet work worth

If thou kiss not me?

Тигр, тигр, бархат ночи!

Смерти, натиска источник.

В джунглях страстный твой узор

Услаждает вышний взор.

В притаенной глубине

Взгляд, сжигающий в огне.

Грациозен и упрям он,

Не удержишь это пламя.

Лапы, плечи самодержца!

Кто ковал той мощи сердце?

Отбивает ритма такт

Мышц твоих опасный факт.

Коваль молотом побед

Закалил в печи хребет.

Беспощадность ритуала.

Хватка, что тебя сдержала!

Звездным оросив дождем,

Молнии пронзив копьем,

Агнца создал и террор -

твой желто-угольный напор.

Тигр, тигр, бархат ночи!

Смерти, натиска источник.

В джунглях страстный твой узор

Услаждает вышний взор.

The Tyger

By William Blake

Share

Tyger Tyger, burning bright,

In the forests of the night;

What immortal hand or eye,

Could frame thy fearful symmetry?

In what distant deeps or skies.

Burnt the fire of thine eyes?

On what wings dare he aspire?

What the hand, dare seize the fire?

And what shoulder, & what art,

Could twist the sinews of thy heart?

And when thy heart began to beat.

What dread hand? & what dread feet?

What the hammer? what the chain,

In what furnace was thy brain?

What the anvil? what dread grasp.

Dare its deadly terrors clasp?

When the stars threw down their spears

And water'd heaven with their tears:

Did he smile his work to see?

Did he who made the Lamb make thee?

Tyger Tyger burning bright,

In the forests of the night:

What immortal hand or eye,

Dare frame thy fearful symmetry?

мне нравится, когда ты молчалива

отсутствуешь, зови иль не зови,

не слышишь, даже смотришь мимо.

уста твои сомкнуты изнутри.

где всё вокруг — моей души лишь мера,

бессрочной летаргии махаон,

тебя черчу, исполненную мною,

меланхолии вечный компаньон.

мне нравится, когда ты молчалива,

как бабочка трепещешь в западне,

не слышишь, даже смотришь мимо,

позволь безмолвствовать с тобой наедине.

позволь мне обратиться к твоей ночи,

как чистый лампы свет, холодный и простой,

твоя звезда сияет без рассрочек,

в молчаньи полнит благость и покой.

мне нравится, когда ты молчалива,

отсутствуешь на карте бытия.

одна улыбка. слово. только слово -

и счастлив. в той неправде счастлив я.

Poema XV

Pablo Neruda

Me gustas cuando callas porque estas como ausente,

y me oyes desde lejos, y mi voz no te toca.

Parece que los ojos se te hubieran volado

y parece que un beso te cerrara la boca.

Como todas las cosas estan llenas de mi alma

emerges de las cosas, llena del alma mia.

Mariposa de sueno, te pareces a mi alma,

y te pareces a la palabra melancolia.

Me gustas cuando callas y estas como distante.

Y estas como quejandote, mariposa en arrullo.

Y me oyes desde lejos, y mi voz no te alcanza:

dejame que me calle con el silencio tuyo.

Dejame que te hable tambien con tu silencio

claro como una lampara, simple como un anillo.

Eres como la noche, callada y constelada.

Tu silencio es de estrella, tan lejano y sencillo.

Me gustas cuando callas porque estas como ausente.

Distante y dolorosa como si hubieras muerto.

Una palabra entonces, una sonrisa bastan.

Y estoy alegre, alegre de que no sea cierto.

Человечность разбилась в подвалах сердец,

Черепками реальность засыпав вконец.

Мы кричали, молили, на битву отважась,

Но немой оставалась к нам Заповедь наша!

Ты оставил одних нас, о Боже! Как странно

Наших вечно виновных бойцов бездыханных,

Лишь вчера еще мяч в подворотне гонявших,

На коленях мы держим сегодня на наших.

Тяжесть наших ботинок на плечи ложится,

Мы забыли, как жить, спотыкаясь о лица.

Свет “возможно” и “может быть” в завтра погашен,

Мы бредем через “если” в изгнание наше.

Мы теперь, как и Родина — дом-пепелище,

Словно пороха склад в нашем сердце зачищен.

Та тетрадь, где стихов не окончена вязь,

И прекрасное всё, что осталось от нас,

С цвета крови тюльпаном и птицей надежды

Попрощайтесь, надев нашей скорби одежды.

Adila Azin Nazari

فرو پاشید از هم عشق در پستوی دل‌ها مان

و از هم متلاشی شد تکاپو در سراپا مان

خدا را خوانده، فریادش زدیم و ناله سر دادیم

خدا اما چه مفهوم غریبی...!

آن‌که تنها مان...

تناقض‌هاست در انگیزه‌ی پاکیزگی‌هاشان-

و روح عاصیان و ماجراجویان تر-دامان

به روی شانه‌ها سنگینی پاپوش‌هامان است

و لنگان می‌بریم آوارگی را سمت فردا مان

به سر بردیم تا پایان "ممکن" اصل "شاید" را

و حالا نیز با خود ذهن‌ِ که درگیر "آیا" مان...

همه‌مان خانه‌های در گُسَل... وامانده‌ایم ات را

وطن! انبار باروتی که آخر مانده‌ای وا مان!

کتاب و پنجره! ای شعرهای ناتمامی که...!

و ای هرچیز زیبایی که حالا مانده‌ در جا مان!

خداحافظ

«خدا حافظ گل لاله

خدا حافظ پرستوها» ۱

عادله آذین

если б рябой считался красивым

день — тьмою, а корь — вакциной

ложь — нуждою земною и правдой святою

жизнь была бы песня

кривая, косая, бессловесная

прозябанию такому лишь соболезную. только

я не был бы я.

когда б преисподня являлась бы небом неописуемым

ныне бы — вечностью, а подлежащее — сказуемым

люди искали бы в этом смысл

аплодируя и веруя в бесконечный релиз

мир перестал бы быть узнаваемым. только

ты не был бы ты.

если б боязнь стала бесстрашия постулатом

глобус — квадратом, а грязь — стерильности кандидатом

как мне скитаться по мелководью, когда видел я океан

соль из глаз — что твой иордан

ведь если бы здесь было там — за горами

мы бы не были нами

If by e. e. cummings

If freckles were lovely, and day was night,

And measles were nice and a lie warn’t a lie,

Life would be delight,—

But things couldn’t go right

For in such a sad plight

I wouldn’t be I.

If earth was heaven and now was hence,

And past was present, and false was true,

There might be some sense

But I’d be in suspense

For on such a pretense

You wouldn’t be you.

If fear was plucky, and globes were square,

And dirt was cleanly and tears were glee

Things would seem fair,—

Yet they’d all despair,

For if here was there

We wouldn’t be we.