↓
 ↑
Блоги
Картинки ссылками

Все новые сообщения


После нескольких лет жизни в Европе чувствую, что писать по-русски мне становится все сложнее. Поэтому, собственно, я решила, что буду по возможности делать мелкие заросовки, как эта. Если что-то режет глаз, буду рада вашему мнению, а для тех, кому неинтересно, ставлю тег: #зарисовки

№1

Я хорошо помню то утро. Ты лежал с прикрытыми глазами, еще не совсем проснувшись; твои каштановые кудри были раскиданы по белоснежной подушке, а грудь под моей ладонью неспешно поднималась и опускалась, повинуясь твоему сонному дыханию. Кошка Бриджит, жаждущая утренней ласки, подобралась к тебе, легла на подушку и, устроив голову на изгибе твоей шеи, довольно заурчала. Серый свет пасмурного весеннего утра подчеркивал тени на мелких морщинках твоего лица и шерсти Бриджит. Будь я фотографом, у меня вышел бы отличный черно-белый снимок, но я не фотограф, а ты наконец шумно выдохнул и, на ощупь найдя мои пальцы, привычно поцеловал их. Прекрасное начало для дождливого провинциального дня.
Показать 12 комментариев

Онлайн
#эроблоги #кошкодевки #зарисовки
Немного злословия на тему нек... и кото... кхм, ну вы поняли, да?
- Как я уже говорил у меня аллергия на кошачью шерсть, а бритые налысо девушки меня не возбуждают...
- Ты член у котов видел? Он же с шипами! Так что даже не надейся, удовлетворить ты неку не сможешь, они любят ощущения поострее.
Создавать уют и комфорт и обычная кошка может, а что она полезного у тебя делает?
А во время секса она орёт так же как и обычная кошка... как на меня потом соседи сверху смотрели...
Показать 19 комментариев

#зарисовки #графоманское

Вчера уже говорила, что начала писать заявку, а написало начало для фанфика. Так вот - чем я хуже Джина Би, и чо это я не могу показывать впроцессные миники эпизодами.
Подбор персонажей меня конечно удивил. Но кто влез на поезд, тот и едет...

Отрицающие. Эпизод 1.

У Беллатрисы мерзли руки, но она не желала их прятать в карманы мантии. Ни одной драгоценной секунды не желала тратить на выхватывание палочки, именно поэтому лелеяла свое оружие в ладонях, в тысячетысячный раз проскальзывая пальцами по полированной древесине. Не желала она и заходить в дом, слушать матушкины стенания, и потому с мерзнущими руками и непокрытой головой меряла шагами улицу, наблюдая как медленно светлеет грязное от туч небо второго ноябрьского дня.
Руквуд появился точно в срок, было даже удивительно как он может так загодя предсказать время своего появления. Люциус уже год распускал сплетни, что цепочка на шее Руквуда — от маховика времени, а Беллатриса не верила. Маховик мог бы пригодиться Темному Лорду, неужели Руквуд пожалел артефакт для их общего дела?
— Ты нашел его? — Беллатриса вцепилась в грудки Руквуда. Со стороны это выглядело бы как знак слабости Беллатрисы, не будь она и без каблуков на полторы головы выше Августуса, которому пришлось приподниматься на цыпочки, чтобы не оставить мантию без лацканов.
Руквуд отрицательно повел головой. Мордредов молчун, за все время службы Лорду Беллатриса слышала его скрипучий голос от силы пару раз. Даже Темный Лорд предпочитал болтовне с Руквудом леггелименцию, не желая ожидать пока Августус свяжет слова в предложения.
— Ты хоть чего-нибудь добился? — яростно выдохнула Беллатриса.
— Проследил куда отвезли мальчишку Поттеров.
— Это тот, который мог низвергуть господина? — Беллатриса встрепенулась будто птица. А Руквуд, явно исчерпавший свой речевой план целым предложением, качнул подбородком.
— Веди, — и Беллатриса вцепилась в подставленную Руквудом ладонь, явно впившись в неё ногтями, потому что Августус болезненно вздрогнул, чему Белла не могла не улыбнуться. Скоро вернется Барти, расскажет какие сплетни услышал он. Они найдут Лорда. Но сначала они убьют мальчишку. Поттер — угроза для Лорда, но не угроза для них. Их не связывают нити пророчества. И все же! Как ему удалось? Неужели годовалый сопляк равен по силе Темному Лорду? Этого просто не могло быть.
Маггловская улочка была омерзительна. Своими кованными лавочками в любом неподходящем месте, жестянками с мусором, белыми заборчиками. Не торопись так Беллатриса — ох с каким удовольствием она залила бы этот ничтожный городок дождем из Адского Пламени и хохоча покружилась бы по пылающим улицам, рассыпая щедрой рукой смерть. Но нет времени — нужно найти Лорда. Померкли метки, и чтобы это не значило — значит с Лордом — с их Лордом что-то случилось. Это было невозможно, но это случилось, и они — верные слуги не должны бросить его в эту секунду ради пары секунд праздного удовольствия уничтожения кучки магглов. Они уничтожат их всех, но позже.
— Здесь? — Белла уставилась на маленький домик, тошнотворно утопающий в розовых кустах. Слава Мордреду, мерзкие цветы не цвели, и не отравляли воздух своим приторным ароматом.
Августус промолчал, но лишь достал волшебную палочку. Это было достаточным ответом.
Беллатриса еще раз оглянулась. На железном столбике, видимо для пущих идиотов красовалась табличка "Тисовая улица".
- Тисовая улица, - гласила табличка на железном столбике. Покашливала старуха-маггла, что в тапочках на босу ногу сидела на лавочке у соседнего дома, поглаживала огромного серого кота на своих коленях и пристально смотрела на Беллатрису. Слишком пристально. Скот не должен так смотреть на волшебников.
Даже сейчас, спеша найти Темного Лорда, она не могла оставить эту наглость безнаказанной. Ей некогда наказывать старую клячу круциатусом, так что той придется умереть быстро.
- Авада Кедавра, - улыбнулась Беллатриса.

to be continued
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 12 комментариев

Онлайн
Альтернативная концовка к фанфику "Холодное танго" - часть 3.
Часть 1 здесь http://fanfics.me/message287185
Часть 2 здесь http://fanfics.me/message287208

Разрешение на оную от автора получено - хоть и в несколько своеобразной форме - это видно здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338008
и здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338014
Хотя я и не думаю, что оно так уж нужно.
Итак - чем, на мой взгляд, мог закончиться союз садиста и любительницы действовать чужими руками.
Критика, как обычно, принимается - но! Исключительно в вежливой (пусть и резкой) форме. Хамство, оскорбления, пожелания зла реальным людям и обращение на "ты" к автору от незнакомых людей будет тереться.

Автор хочет подчеркнуть, что данная Мариэтта не имеет ничего общего с его хэдканонной Мариэттой - это именно персонаж автора Холодного танго.


- Ты на меня сердишься? – по возвращении Мариэтта подходит к Валиесу на диво уверенно.
- Нет, - отвечает он абсолютно честно. – Я потребовал от тебя слишком многого – так что это моя ошибка. Забудь.
- Я старалась, - говорит она, ласково кладя ладони ему на грудь. И сейчас, когда он для себя всё решил, это прикосновение не неприятно – оно возбуждает.
- Понимаю, моя кошечка, - Валиес улыбается – и целует её.
Горячо и страстно – и без всякого зелья.
…- Ты не хочешь поохотиться? – спрашивает Валиес.
Они лежат на кровати, обнажённые и мокрые – и не только от пота.
- Я? Хочу, - Мариэтта с удовольствием улыбается и приподнимается на локте. – На кого?
- О, - глаза Валиеса вспыхивают. – Я уверен, тебе понравится. На оборотня.
- Что? – она садится, удивлённо на него глядя. – Это же запрещено?
- Ну, - он тонко улыбается. – В Германии есть места, где подобное практикуется. Но на страх и риск для охотника, - он проводит руками по её телу и задерживает их на бёдрах. – Ты рискнёшь?
- Конечно! – она тоже сияет. Нет, определённо это отвратительно – женщина… его женщина и жена не должна так возбуждаться от подобного. Никогда он не хотел себе в жёны Беллатрикс Блэк. – Тем более, с тобой. А когда?
- Да в ближайшее полнолуние, - он зевает, а потом растягивает губы в улыбке: - И, я думаю, стоит сшить тебе какой-нибудь особый наряд. Да?
- О, я знаю, какой! – её глаза вспыхивают.
Валиес улыбается – и притягивает жену к себе.
…Полнолунная ночь выдаётся тёмной и ветреной. Сеет дождь – Мариэтта морщится, выглядывая на улицу:
- Там так неприятно…
- От дождя и ветра есть заклятья, - возражает Валиес. – Но, - добавляет он, - если ты желаешь, я могу найти другого партнёра.
Мариэтта задумывается.
- Другого? – переспрашивает она.
- Я давно обещал соседям взять с собой на охоту фройляйн… - Валиес даже не успевает произнести имя дочери их соседей – Мариэтта его перебивает:
- Ну уж нет – я не упущу такой шанс! Настоящий оборотень!
- Вот и славно, - он ей улыбается и, обняв, горячо и страстно целует. Она невозможно хороша в своём новеньком охотничьем костюме с кожаной коротенькой курткой и узкими брючками, почти неприлично обтягивающими бёдра.
Впрочем, время. Валиес накладывает на них чары – сперва защищающие от дождя и ветра, а затем и дезиллюминационные. Напоследок стирает запах – и, обняв жену, аппарирует.
Ждать приходится долго. Но когда они оба слышат, наконец, быстро приближающийся треск, а на артефакте, показывающим приближение оборотня, появляется крупная зелёная точка, Валиес проводит рукой по спине Мариэтты и шепчет:
- Оставайся пока здесь – я пойду проверю вон там.
И потом уходит, тихо растворяясь в лесу… и при этом незаметно сняв с жены маскирующие чары.
А затем возвращается – аппарирует на дерево, под которым стоит, подрагивая от возбуждения, ничего не подозревающая Мариэтта, и как раз успевает удобно устроиться в его ветвях, когда на дорожке появляется, наконец, оборотень.
И бросается вперёд.
Мариэтта даже успевает полоснуть его каким-то проклятьем – но оно уже ничего не значит. Как она кричит! Валиеса на его дереве трясёт от коктейля из возбуждения, облегчения и удовольствия – и он смотрит, смотрит во все глаза, навсегда запечатлевая в памяти восхитительно будоражащую картину. Пройдут годы и десятилетия – а он без всякого Омута Памяти сможет вспомнить, как огромный волк вспарывает ткань и кожу, как его клыки раздирают бело-алую плоть, как трещат разгрызаемые кости – и, конечно же, как кричит она. Мариэтта.
Его первая жена.
Потому что развод не для Хоффмана. Потому он и медлил с ним – понимая, что, во-первых, это попросту стыдно, ну а во-вторых, он, по сути, не решил бы главной проблемы: эта женщина всё равно осталась бы в его жизни. Прежде всего, из-за дочери, с которой бы так или иначе общалась – а потом… Она мстительна – мстительна и обладает более чем неприятным умением находить защитников. И зачем ему обозлённая на него красивая женщина, которая непременно отыщет того, кто возьмётся мстить? А ещё с неё станется выслать той же Грейнджер некий небольшой флакончик, приложив к нему воспоминание – и тогда уже речь пойдёт не о политической карьере для Валиеса, а об Азкабане.
И зачем ему столько сложностей? Для чего заводить себе вечную головную боль, если можно решить всё так просто?
Ты гордилась бы собой, дорогая: ты жила и умерла совершенной. Так кричать – с таким правильным и точным сочетанием боли, ужаса, отчаяния и надежды – далеко не каждому дано.
Изумительно.
***
- Мистер Хоффман?
Тихий, мягкий, немного неуверенный в себе голос. Валиес, уже полчаса разглядывавший витрину в ожидании его обладательницы, оборачивается – и позволяет себе пока ещё не улыбку, но лишь чуть потеплевший взгляд.
Он ведь в трауре.
Его единственная большая любовь, его жена, его Мариэтта умерла три недели назад… нет – погибла, так трагично и так нелепо, очевидно, перепутав дни и неосторожно отправившись искупаться на ночь к их любимому лесному озеру. А он, Валиес, в ту ночь лёг рано – впрочем, он подумать не мог, что она допустит такую чудовищную, ужаснейшую ошибку. О его горе знают, похоже, все: хоть трагедия и случилась в Германии, «Пророк» уделил ей почти всю первую полосу (и не важно, сколько это ему стоило – Хоффман всегда был весьма щедр) – так же, как и все теперь знают, что убитый внезапным несчастьем вдовец, не в силах оставаться в том доме, где был счастлив со своей Мариэттой, в один день перебрался в Британию.
Не один, разумеется – вместе с дочерью. Бедняжка тоже совершенно раздавлена – а ведь ей скоро в школу. В Хогвартс, видимо? Да, она родилась не здесь – но МакГонагалл не посмела отказать посеревшему от горя отцу. «Вы поймите, - говорил он севшим не иначе как от рыданий голосов. – Мариэтта мечтала, чтобы Кэтти училась здесь, в Хогвартсе… Девочка день и ночь говорит лишь об этом»…
Врать легко. Благо, Катарина в самом деле расстроена смертью матери, и не станет нынче спорить с отцом по поводу школы – тем более, что с ней этот вопрос прежде никогда не обсуждали. Ей вообще не слишком хочется в школу – так какая разница, куда ехать?
А вот он желает, чтобы она выучилась здесь. Ему нужно это – и потом, учат тут и вправду неплохо. А пока она будет в школе – он спокойно женится на Лаванде и получит, наконец, нормальную жену и наследника. К воспитанию которого подойдёт посерьёзнее.
Как удачно всё вышло. Этот брак будет в глазах общества более чем понятен и оправдан – вряд ли кто-нибудь удивится, когда (разумеется, спустя положенное время) вдовец выберет себе в спутницы ту, чья трагедия будет так напоминать его собственную и которая, как никто, сумеет его понять. Общее – или просто схожее – горе объединяет, это естественно. Да и Катарина его поймёт – уж он постарается.
Славно, Валиес. Вот что значит не пускать жизнь на самотёк и всегда брать всё в свои руки. Вот теперь ты получишь всё: и женщину, чей вид всегда будет тебя возбуждать, и жену, ощущающую себя тебе благодарной, и сочувствие и уважение в обществе – всё.
Всё, чего ты заслуживаешь. Новая жена, новая страна – и новая, на сей раз успешная жизнь.
Валиес тянет вниз туго накрахмаленный воротник и говорит негромко и очень искренне:
- Мисс Браун. Знаете – я пришёл сюда купить что-нибудь, что могло бы хоть немного порадовать Кэтти. Мою дочь, - поясняет он. – Но полдня хожу – и всё без толку. Я не представляю, чем ей хоть немного помочь. Может быть, вы что-то подскажете?
- Я? – Лаванда смотрит неуверенно. – Я не знаю… но могу попробовать.
- Я был бы вам бесконечно признателен, - говорит он – и любезно склоняет голову.
Ветер трогает светлый локон мисс Браун, и она привычным движением убирает его за ухо. Валиес поднимает палочку и рисует вокруг её головы лёгкий щит, защищающий от ветра – и теперь позволяет себе улыбку.
Да. На сей раз у него всё будет совершенно иначе.

КОНЕЦ

#зарисовки #пейсательское #фанфиксовское
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 78

Онлайн
Альтернативная концовка к фанфику "Холодное танго" - часть 2.
Часть 1 здесь http://fanfics.me/message287185

Разрешение на оную от автора получено - хоть и в несколько своеобразной форме - это видно здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338008
и здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338014
Хотя я и не думаю, что оно так уж нужно.
Итак - чем, на мой взгляд, мог закончиться союз садиста и любительницы действовать чужими руками.
Критика, как обычно, принимается - но! Исключительно в вежливой (пусть и резкой) форме. Хамство, оскорбления, пожелания зла реальным людям и обращение на "ты" к автору от незнакомых людей будет тереться.

Автор хочет подчеркнуть, что данная Мариэтта не имеет ничего общего с его хэдканонной Мариэттой - это именно персонаж автора Холодного танго.


Бал шикарен. Хороша благотворительность, думает насмешливо Валиес, осматриваясь, – интересно, покроют ли сборы стоимость праздника? Он почти не знает никого здесь: за прошедшее после победы десятилетие состав министерских работников основательно изменился. Но ему это на руку – здесь почти никто не знает о том, что когда-то он носил метку. Он, конечно же, амнистирован – сказать страшно, скольких денег ему это стоило. Не на взятки, нет – дракклов Шеклболлт принципиален и набрал таких же бессребреников. Но вот голоса свидетелей по его разбирательству куплены – и теперь Валиес вспоминает с довольной усмешкой изумление на лицах достопочтенных членов Визенгамота, слушавших слезливые рассказы магглорождённых и полукровок о том, как мистер Хоффман укрывал их самих и их семьи. И как потом Валиес каялся уже сам – говорил, глядя в глаза судьям, что когда Тёмный Лорд от разговоров перешёл к убийствам и пыткам, осознал, как же он ошибался, но, поскольку от метки никуда не мог делся, он старался хотя бы спасать людей. Укрывал их, затягивал в министерстве рассмотрение дел… Амбридж многое могла бы порассказать об этих «затягиваниях» - но она, по счастью, давным-давно сгнила в Азкабане.
И ведь даже разговора о веритасеруме на суде не возникло! Идиоты. Весь Визенгамот – идиоты. Были и остались. Впрочем, ему это тоже на руку – разве что досадно за страну. Но не страшно – рано или поздно он поднимется до поста Министра, и тогда… Но пока он никто – и держится со скромным достоинством.
Они с Мариэттой и одеты соответственно – Валиес вспоминает с неприязнью ту ссору, в которую вылились их сборы.
- Я не собираюсь выглядеть, словно нищенка-попрошайка! – фыркает Мариэтта, когда Валиес приносит ей скромное и строгое палево-голубое платье. – Выглядит так, словно ты купил его у мадам Малкин, - морщится она.
- Его сшили на заказ, - отвечает он холодно. – И ты пойдёшь в нём – или остаёшься в Германии.
Ему надоело. Смертельно надоело быть с ней обходительным.
- Но это же просто стыдно! – она вспыхивает. – Я могу взять что-нибудь из своего бутика, - предлагает она.
Кстати.
Этот магазин никогда не приносил прибыли – впрочем, Валиес завёл его не для этого. У любого должно быть хоть какое-то дело – вот он и придумал такое жене. Но в последнее время убытки стали уж совсем велики – даже для него. Это тоже надо будет обсудить – давно стоило. Но, пожалуй что, не сейчас.
- Ты пойдёшь в нём, - повторяет он – и уходит, уверенный, что его супруга не посмеет его ослушаться.
Но он ошибается.
Она смеет – и за полчаса до того момента, как они должны оказаться на балу, появляется в роскошном платье тяжёлого вишнёвого шёлка. Ей идёт – вкус у Мариэтты есть, в том смысле, что она всегда умеет подобрать удачные, подходящие ей наряды.
Ей – но не ситуации.
Мерлин.
Валиес белеет от ярости – и одним резким взмахом палочки рассекает платье прямо на ней. Шёлк с глухим шуршанием падает – Мариэтта смотрит на него недоверчиво и непонимающе, но спросить ничего не успевает.
- Или ты немедленно переодеваешься, - тихо говорит Валиес, - или остаёшься здесь. Навсегда.
Тихо – потому что сдерживается. Из последних сил. В конце концов, сдержанностью он не славился никогда. Ему хочется разбить её фарфоровое лицо – подойти к ней, сгрести тщательно уложенные в сложную причёску золотистые волосы и от всей души впечатать её голову в стену. Так, чтобы на той остался багровый след.
Но попозже. Его ждут с женой – он обязан явиться с ней.
Мариэтта поджимает губы, сверкает глазами – и Валиес берёт себя в руки и подходит к ней. Улыбается – мягко, так, как ей нравится – и касается краем ладони её щеки.
- Милая, - его голос ласков, - я тебя понимаю. Ты достойна этого платья, - он кивает на остатки платья на полу. «Словно кровь», - приходит ему в голову. Её кровь. Эта ткань будто бы пропитана её кровью. – Но, - его глаза вспыхивают, и теперь в голосе звенит возбуждение, - нам сейчас следует быть скромнее. Иногда ситуация требует строгости. Впрочем, - Валиес улыбается и проводит большим пальцем по всё ещё обиженно кривящимся губам Мариэтты, - твою красоту всё равно не спрятать.
Она улыбается – он слегка подталкивает её к дверям и просит, именно просит, переодеться. И она, кокетливо и грустно вздохнув, соглашается – и уходит, а у него ещё почти полминуты дрожат руки.
Он, Валиес, только что пресмыкался перед ней! Потому что позволил себе оказаться в зависимости от этой фарфоровой куклы – пусть в безделице и всего на пару часов, но позволил! Ладно – он запомнит это, но сейчас главное, чтобы эта кукла всё сделала правильно. Если она сможет сделать то, что нужно, Грейнджер станет стыдно – и она не сможет отказать в общении бедной девочке, у которой в Британии не осталось почти никого. Ни за что. А потом, когда они с ней подружатся… Но сперва нужно правильно провести этот вечер – если всё получится, его благотворительный взнос окупится.
Поначалу всё идёт как по маслу: он жмёт руки каким-то сошкам, обсуждает с ними погоду, квиддич и последний хит «Вещих сестричек», Мариэтта неподалёку щебечет с кем-то – всё идёт отлично.
До тех пор, покуда они не подходят, наконец, к Грейнджер, вполне ожидаемо тут же узнающей его супругу. А она хороша, отмечает Валиес – да, пожалуй, будь бы она чистокровной ведьмой, он бы мог… но, конечно, к гря… магглорождённой он не прикоснётся. Всё же правду говорят: к тридцати годам любая умная женщина может стать красавицей. Хороша.
Валиес говорит ей что-то необязательное – и, целуя её руку с коротко остриженными и ухоженными ногтями, вспоминает, как увидел Грейнджер в первый раз. Как она кричала от боли и страха, как хрустели, выходя, её белые зубы, как… Стоп – хватит – возбуждение становится слишком сильным, а сейчас это лишнее. Мантия, конечно же, скрывает самое очевидное, но вот взгляд – с ним сложнее. Валиес старательно глядит в пол – но жену обмануть, конечно, не может. Как некстати! Он бросает на неё требовательный взгляд – и видит в её глазах ярость.
- Я слышала, - говорит Мариэтта, глядя прямо на Грейнджер, - что в конце войны тебя поймали Пожиратели и пытали. Говорят, тебя тогда изуродовали ужасно, - она вглядывается в её лицо. – Помнишь, мы встречались как-то после войны… я не помню, где? Следы тогда ещё не сошли… что, нашли их? – её глаза вспыхивают.
- Нет, - весьма сухо отзывается её собеседница.
- Но тебе же смогли помочь, - почти нежно говорит Мариэтта. – Я смотрю, никаких следов не осталось… ты, наверное, меня тогда поняла?
- Что, прости? – Грейнджер смотрит удивлённо, а Валиесу больше всего хочется наложить сейчас на жену Империо – только делать это в непосредственной близости от министра и главного аврора очень уж неразумно. Если бы взглядом можно было убивать, Мариэтта бы сейчас легла трупом – но увы.
Мерлин, как же он сейчас ненавидит. Её – и себя. За то, что поверил, что его жена способна хоть раз переступить через себя и сделать что-нибудь для него, за то, что привёл её сюда – и вообще за то, что когда-то на ней женился. Дрянь. Мелкая эгоистичная дрянь! Он пять лет работал над тем, что она сейчас в пять минут зачеркнула.
- Поняла ты, как было мне ходить с твоими прыщами? – Мариэтта почти что шипит от злости. – Что такое внешность для девушки – для красивой девушки? Поняла?
- Ты считаешь меня красивой? – вопрос звучит иронично, а сама Грейнджер смотрит насмешливо. – Неожиданно. Мне приятно. Спасибо за комплимент – ты тоже изумительно выглядишь, - она улыбается, и эта улыбка окончательно разбивает все надежды и планы Валиеса. – Рада, что у тебя всё в жизни хорошо.
- Ещё как! – Мариэтта… не понимает. Мерлин, да она не видит ни иронии, ни насмешки – ничего! Какая же она дура! Нет – Валиес всегда знал, что его жена никогда не будет чересчур умной – но… - Твоя неумелая ворожба, как видишь, не помешала моему Валиесу меня полюбить! И принять! Я…
- Я правда за тебя рада, - голос Грейнджер звучит… тепло. Слишком уж тепло. Та протягивает вдруг руку и сжимает запястье Мариэтты, которая дёргается от этого прикосновения и отдёргивается так резко, будто бы её попыталась куснуть змея. – Извини, меня зовёт Гестия – хорошего тебе вечера, - Грейнджер отворачивается и, равнодушно кивнув Валиесу, отходит к главе Департамента правопорядка.
Провал.
В общем, можно уходить – потому что с этого момента его пребывание здесь бессмысленно. Однако Валиес медлит – потому что если прямо сейчас он окажется с Мариэттой наедине, он её убьёт. Незатейливо и с огромным удовольствием задушит или попросту свернёт шею. А это не совсем то, что он может сейчас себе позволить.
Так что Хоффманы остаются – Мариэтта, похоже, так и не понимает, что наделала, а вот Валиес старается держаться от неё подальше и хоть как-то остыть. Говорить с людьми в таком состоянии он не любит – потому и ходит поодаль, держась ближе к столам и старательно… нет, не запивая, потому что потерять контроль над собой он не может – и поэтому просто заедая свой сокрушительный крах.
Пять лет жизни – и он даже не возьмётся сосчитать, сколько галеонов.
Валиеса трясёт, а в ушах шумит – он стоит над каким-то блюдом и разглядывает его, уже, наверно, минуту. Как он мог так просчитаться? Как он мог решить, что его супруга вообще способна на что-то, кроме…
- Вам помочь?
Женский голос вырывает его в реальность. Валиес поворачивается на него, поднимает глаза – и замирает, оглушённый стоящей рядом с ним женщиной, чью весьма привлекательное от природы лицо пересекают на редкость уродливые шрамы.
А ещё она блондинка, и её светлые волосы, завитые в крупные локоны, сейчас живописно распущены по плечам. Женщина, пожалуй, слегка полновата – но это лишь добавляет её облику, на взгляд Валиеса, привлекательности.
Да что там – его тело реагирует на неё мгновенно, и какое же счастье, что он всем новомодным нарядом предпочитает мантию.
- Помогите, - отвечает он, ловя взгляд её больших, чуть навыкате, голубых глаз. – Никак не могу понять, что это, - его голос нежен и немного – совсем каплю – игрив.
- Тарталетки с грибным паштетом, - она улыбается, но в улыбке нет и тени заигрывания. Этот тон… тон и взгляд – о, он знает такие. Она так привыкла считать себя уродиной, что давно перестала думать о некоторых вещах.
- Грибным? – уточняет он с некоторым сомнением – и, подумав, берёт одну. А затем с лёгким поклоном говорит собеседнице: - Вы простите – я не представился. Валиес Хоффман.
- Лаванда Браун, - отвечает та.
Решение созревает мгновенно. О, он знает, кто она – он вообще знает наизусть имена всех тех, кого в нынешней Британии считают героями. Одноклассница Поттера, покалеченная при защите школы Грейбеком. Надо же… Правду говорят: никогда не знаешь, где найдёшь, где потеряешь. Он-то думал, что всё кончено – а нашёл вместо одного решения целых два.

Конец второй части.

#зарисовки #пейсательское #фанфиксовское
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 41

Онлайн
Альтернативная концовка к фанфику "Холодное танго".
Разрешение на оную от автора получено - хоть и в несколько своеобразной форме - это видно здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338008
и здесь
http://fanfics.me/comments?id=1338014
Хотя я и не думаю, что оно так уж нужно.
Итак - чем, на мой взгляд, мог закончиться союз садиста и любительницы действовать чужими руками.
Критика, как обычно, принимается - но! Исключительно в вежливой (пусть и резкой) форме. Хамство, оскорбления, пожелания зла реальным людям и обращение на "ты" к автору от незнакомых людей будет тереться.

Автор хочет подчеркнуть, что данная Мариэтта не имеет ничего общего с его хэдканонной Мариэттой - это именно персонаж автора Холодного танго.

Что, опять?
Валиес неприязненно морщится. Он богат – и, как все истинно чистокровные волшебники, щедр. Однако же существует чёткая разница между щедростью и мотовством – но его жена, похоже, ничего про неё не знает. Для чего ей ещё три платья? Вдобавок к двум купленным на прошлой неделе и четырём, что они приобрели в Париже, откуда вернулись – половины месяца ещё не прошло? Что за маггловские манеры?
Магглов Валиес презирает – до омерзения. Подобные ощущения испытывают некоторые дети, в первый раз сталкиваясь на уроке зельеварения с флоббер-червями – их так же отвратительно и слегка тошнотворно брать в руки. Хуже, на его взгляд, лишь родители-волшебники полукровок – потому что он не может себе представить, как это, лечь в постель с ЭТИМ. С магглом. Это всё равно, как… Впрочем, кажется, он отвлёкся – и вообще, времена уже изменились. И если он не желает всю жизнь пробавляться сутенёрством да изображать из себя маггловского ресторатора, а хочет вернуться в политику, ему следует изменить свои взгляды.
Но об этом тоже потом. Сейчас он должен закончить со счетами – и поговорить с женой. По лицу Валиеса пробегает тень. Жена. Эта кукольно-хорошенькая блондинка – его жена. Валиес смотрит на календарь, в котором методично отмечает все те дни, когда вынуждает себя отдавать ей супружеский долг. Н-да… в последний раз это было ещё в Париже. Две недели прошло… пожалуй, пора.
Он кривится. Валиес Хоффман никогда не отличался ханжеством – ни в какой сфере. И себя самого знал прекрасно – от и до.
Его всегда, с ранней юности влекла красота – но не обычная, а испорченная.
Иными словами, Валиеса возбуждало уродство. Не природное – его не интересовали врождённые аномалии или просто откровенно дисгармоничные тела и лица. Нет – его влекло лишь природное совершенство, порченное человеком. Глядя на шрамы или на вовсе отсутствующие куски тела – например, отрезанный нос – он любил представлять, как заклятье или, лучше, нож врезались когда-то в нежную кожу, как текла горячая красная кровь, как кричала и молила о пощаде их обладательница… и как после она кричала второй раз - поглядев в зеркало.
Это всё когда-то и сошлось в этой женщине – Мариэтте. Его жене.
Той, которую он когда-то представлял на месте той гр… нет – магглорождённой ведьмы Гермионы Грейнджер. Забудь, Валиес, забудь это слово! Они называются магглорождёнными. А эта конкретная – так вообще мадам Грейнджер, и не стоит даже наедине с собой называть её по-другому. Иначе ничего не выйдет. Но да – выдирая её белые зубки, слушая её крики и ощущая её текущую по его рукам восхитительно горячую и так вкусно пахнущую сырым стейком кровь, Валиес видел перед собой другую. Мать своего ребёнка.
Зря он вспомнил сейчас ещё и об этом. Настроение испортилось окончательно. Он ведь знал, всегда знал, что следует разделять вожделение и отношения! Не говоря уж о браке. Год тогда был безумным, а голова у него шла кругом от всего того, что следовало успеть – и всё-таки сделать ребёнка и заключить брак с женщиной такого склада и, что уж говорить, уровня? Счастье, конечно, что родилась девочка – в конце концов, она не наследник, но всё же первенец… такая же капризная и избалованная, как мамаша. Ладно хоть её красоту унаследовала… Ох, дракклово семя, чем же ты тогда думал, Валиес? Чем-чем, отвечает он сам себе. Не тем, чем следовало. Впрочем, жена из Мариэтты вышла, в общем-то, неплохая… презентабельная. Опять же, блондинка – его всегда привлекали такие вот кукольного вида блондинки с рыжеватым отливом, желательно, ещё и кудрявые. Он даже мирится с её кругозором в, как он в последнее время всё чаще позволяет себе шутить, четыре темы – как, хотел бы он знать, подобное существо умудрилось попасть на Рейвенкло? Сама напросилась, что ли? И всё же жениться на женщине, которую – он отлично знает и всегда знал – возбуждают мысли и разговоры о пытках? Жена должна быть совершенно другой – а для удовлетворения фантазий существуют бордели. Тем более, Валиес, у тебя есть собственный… который, кстати, с удовольствием посещает и твоя жена. Говорит, что любит порой полюбоваться на представления его шлюх.
Образцовая супруга, ничего не скажешь.
Впрочем, можно и развестись. Валиес обдумывает этот вариант много месяцев – но потом решает, что его жена все же будет ему полезна. Да, пожалуй, это неплохой способ приручить сперва Грейнджер, а затем, через неё, Гестию Джонс. Ну и Поттера – пригодится. Вряд ли тот останется обычным аврором – наверняка через несколько лет станет Главным. А иметь если не в друзьях, то в приятелях Главного Аврора очень полезно. Главное – чтобы Мариэтта сыграла всё как надо. Должна же быть от неё хотя бы какая-то польза!
И потом, разводиться – это что-то отвратительно обывательское. Развестись – означает признаться в неумение осуществлять важный выбор. Это неприятно.
…- Это что? – интересуется Валиес, входя в будуар жены и кладя перед ней счета. Та сидит перед зеркалом – как всегда делает это вечерами – и втирает в лицо какой-то сладко пахнущий крем. Она так заботится о гладкости и красоте своей кожи, что та, кажется, не имеет ни единой морщинки и нежна, словно у ребёнка.
Валиеса охватывает тоска. Разве с куклами или детьми спят? Первых ставят на полки, вторых – наряжают, но какой здоровый человек станет с ними спать?
Покуда были видны хотя бы следы от прыщей, что наколдовала та гряз… да что ж такое? – Грейнджер! – Валиес вспоминал, каким было прежде лицо Мариэтты, и этого хоть как-то хватало. Но следов давным-давно не осталось: её внешность идеальна и безупречна. И эта безупречность – кукольная, фарфоровая, образцовая – возбуждает Валиеса не больше, чем фарфоровая ваза эпохи Мин.
- Что именно, милый? – привычно мурлычет та – и то, что когда-то так его возбуждало, теперь вызывает у Валиеса лишь тошноту.
- Вот это, - он смахивает с кресла что-то воздушно-кружевное и садится. – Не знал, что тебе не хватает одежды.
- Но ведь я же не могу показываться в одном и том же больше трёх раз, - отвечает Мариэтта, кокетливо ему улыбаясь. – Это же неприлично, - говорит она с мягким упрёком.
- Мне казалось, что я женат на волшебнице, - морщится Валиес. – Или в Хогвартсе не преподают трансфигурацию? Если требуется учитель – я найму.
- Что? – она недоумённо глядит на него… и хлопает своими ресницами. Мерлин… Валиес на секунду позволяет себе представить, как переменилось бы это кукольно-прекрасное личико, подними он сейчас палочку и выжги их все, до одной - медленно, по очереди… и оставь так. Навсегда. Есть немало заклятий, шрамы от которых не свести… нет – увы. Он не может позволить себе уродливую жену.
Эта мысль раздражает.
- Я спросил, - медленно и очень терпеливо говорит Валиес, - ты забыла уроки трансфигурации? Первый уровень: неживое в неживое. Ты не в состоянии обновить платье?
- В состоянии, - говорит она удивлённо. – Но…
- Договорились, - он встаёт. – Прекрати вести себя словно маггловское отребье – это им свойственно скупать тряпки сотнями.
- Что случилось? – она придвигается к нему – пеньюар приоткрывается, демонстрируя восхитительной, почти не пострадавшей от кормления формы грудь. Ни растяжек, ни увеличения ореолы – ничего. Она даже не обвисла! Валиес едва кривит губы, сдерживая скуку и отвращение. Всё равно что оживлённая кукла… нет – живая женщина не может быть совершенством.
Может быть… Мысль, что приходит вдруг ему в голову, возбуждает. Можно ведь найти какую-нибудь пострадавшую соответствующим образом во время войны ведьму – какую-нибудь приличную женщину, изуродованную его бывшими приятелями. И жениться. Выйдет благородно и романтично – а ему не придётся до конца жизни отсчитывать на календаре дни, размышляя, наступило ли уже время для отдачи супружеского долга, или можно подождать ещё пару-тройку вечеров.
И какое же счастье, что существуют соответствующие зелья.
Просто так отказаться от этой обязанности он не может – не считает себя вправе. До тех пор, покуда они связаны узами брака, он обязан делать некоторые вещи – в том числе и вот это.
Но какая идея! Как она хороша!
Глаза Валиеса вспыхивают от этой мысли, но его жена понимает это превратно и немедленно приникает к нему.
Долг есть долг, Валиес.
В этот раз он почти что жесток – но она принимает это за страсть, а ему хватает умения вовремя наложить обезболивающе, а потом слегка подтереть жене память. Потому что есть вещи, которые ей совершенно незачем помнить – например, как он рассекает уголок её рта, а потом тут же, пока кровь течёт, принуждает её к тому, что значится в прейскуранте его маленького борделя как «оральные ласки». Это возбуждает – но определённо он не хочет знать, понравится ли его супруге ещё и такое.
- Я хотел поговорить с тобой, - говорит он Мариэтте за завтраком.
- Милый? – она замирает на секунду, картинно замерев с ножом для масла в руках – и затем продолжает намазывать им тост.
- Я намерен вернуться в Британию.
- Замечательно! – Мариэтта, кажется, радуется. Надо же… впрочем – это к лучшему. – Я хочу…
- Ты мне в этом поможешь, - ему не интересно, чего она хочет – впрочем, он и так это знает. Показать всем, насколько хороша её жизнь – всем, и, прежде всего, этой Грейнджер. Просто мания какая-то. Одержимость.
- Я всё сделаю! – глаза Мариэтты вспыхивают. – Всё, что требуется!
Валиес очень на это надеется.
- Я надеюсь, - он кивает. – Сделать нужно будет вот что...
Она слушает его, как обычно, внимательно – но чем дальше, тем больше округляются её и так немаленькие глаза, и, в конце концов, она восклицает:
- Что?! Ты хочешь, чтобы я пресмыкалась перед этой уродливой тварью?!
Мерлин. Валиес кривится. Что за выражения для его жены? «Тварь»… Нет, определённо, чистокровность – это ещё далеко не всё. С воспитанием у его супруги какая-то катастрофа. Впрочем, здесь он сам виноват: они в браке лет десять, мог бы потратить какое-то время и как следует выдрессировать её. Впрочем, это поправимо – время есть.
- Я хочу, чтобы ты помогла мне вернуться домой, - сухо говорит он. – И занять в британском обществе подобающее мне место. Ты способна на это?
- Но зачем так? – Мариэтта страшно возмущена. Её рот сжимается и разжимается, напоминая ему движения вытащенной на берег рыбы. Или, может, русалки? Из его жены могла бы выйти русалка?
- Долго объяснять, - отвечает он, не желая вдаваться в детали. – Этот путь короче и проще всего. У меня есть приглашение на благотворительный рождественский бал в министерство – там ты и начнёшь. Подойдёшь к ней сама, заговоришь – и уйдёшь оттуда с приглашением в гости. Ты меня поняла?
Губы Мариэтты дрожат – то ли от обиды, то ли от возмущения, но ему не интересно. Она сделает это – или, видит Мерлин, её в его жизни больше не будет.

Конец первой части.
Часть вторая http://fanfics.me/message287208

#зарисовки #пейсательское #фанфиксовское
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев из 46

#зарисовки #саги_двадцать_первого_века

- Отец! - с ужасным воплем Браги ворвался к Одину. - Отец, у меня пренеприятнейшее известие! Рагнарек может начаться в любую минуту!
Один спокойно почесал бороду и осведомился:
- Ну и с чего ты это взял?
Браги опустил на пол мешок, и из раскрывшейся горловины тут же выскочил кот и припустил наутек. Его побег сопровождался отчетливым "тыгдык-тыгдык". Нисколечко не смутившись, Браги извлек из мешка прутик с пучком перьев на конце, учебник биологии за восьмой класс, медвежьи сухожилия...
- Я надеюсь, ты не притащил голову бородатой женщины? - сухо заметил Всеотец.
- Только фотокарточку, - ответил Браги и быстро поправился: - Живой женщины, в смысле, а не головы.
- Не показывай.
- Угу. Отец, то, что все эти вещи здесь, значит, что...
- Ничего это не значит, - оборвал его Один.
- ?..
Всеотец тяжело вздохнул:
- Браги, подумай мозгами, а не языком, а. Было бы глупо орать на каждом перекрестке, из чего сделана цепь, что держит Фенрира, и тем самым облегчать работу любому, кто захочет её ослабить. Это дезинформация: конечно, ничего такого в ней нет. Глейпнир на самом деле сделан из скаризук, раталгляков, воркающихся диричков и плюдамириков.
- Плюдамирики? - изумился Браги. - Но я никогда не встречал ничего подобного.
- Вот именно, - с загадочной улыбкой откликнулся Один.


...и маленький бонус в комментариях.
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 7 комментариев

И еще вахозарисовочка.

Взгляд на ретконы изнутри.

Каждый Черный Крестовый Поход Абаддон намеревался: сломить Кадию, достичь и уничтожить Терру или сжечь как можно большую часть Империума - всё это сразу или в комбинациях. Каждый Черный Крестовый Поход что-то... ну, не задавалось.
По этой причине положение Абаддона становилось всё более шатким. "Кто может лучше, пусть возьмет и сделает сам", - думал Абаддон, но никогда говорил этого вслух: честолюбивые лорды хаоса обязательно зацепятся и начнут перетягивать на себя титул. Они, конечно, потерпят поражения куда сокрушительнее, но самому Абаддону от этого лучше не станет.
Собирая 13-ый Поход, который уж точно никак не мог провалиться, Абаддон всё отчетливее видел, что Поход может и не собраться. Ему как-то нужно было всё исправить. Ему нужен был хороший план, чтобы наконец-то сжечь эту галактику ко всем чертям.
Абаддон уединился, вытащив записи по предыдущим двенадцати походам, и три дня не покидал своих покоев, размышляя. Среди Черного Легиона поползли слухи о том, что их командующий напрямую общается с абсолютными силами за пределами логики и человеческого понимания.
На исходе третьего дня Абаддон призвал к себе Несущих Слово и свою кабалу колдунов, что только укрепило уверенность Черных Легионеров в вышесказанном.
- Да, лорд Абаддон, - сказал колдун. Не главный колдун: главный колдун разумно считал, что отвечать должен тот, кого в случае чего и не жалко.
- Вот это, - Абаддон сунул Несущему Слово стопку исписанных листов, - надо прочесть, принять и распространить как истину, - он тут же добавил: - которой оно и является, ясно?
- Да, лорд Абаддон, - сказал легионер и прижал стопку листов к груди, поскольку та так и норовила рассыпаться. Абаддон, принимая это за знак того, что его слово высоко оценено, довольно кивнул.
Колдун, скосив глаза на листки, прочел пару фраз и не сдержался:
- "Два плюс два равно пять"?!
Вокруг него тут же как-то само образовалось пустое пространство.
- Что?! - но коготь всё же остановился в паре дюймов от колдуна. - А. Это черновик. - он выдернул листок из рук Несущего слово и, скомкав, бросил в угол. - Вот это вы, - еще одна стопка листков была вручена колдунам. - должны гипнотически внушить всем моим силам. Лучше просто всем.
- Да, лорд Абаддон, - раздался стройный хор.
Абаддон отпустил своих подчиненных и стал ждать. Не прошло и часа, как через громкоговорители корабля полилось гипнотическое: "Целью Крестовых Походов никогда не была Терра. Целью Крестовых Походов всегда было уничтожение пилонов. Прошлое никогда не менялось. Целью Крестовых Походов всегда было..."


Каждый раз, когда кто-то делает реткон, я чувствую себя Уинстоном.

#за_Императора #зарисовки #k_for_кроссовер #упрт
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 7 комментариев

Упарывание вахой достигло такой степени, что, несмотря на написание по ней макси, у меня еще остается упорос на зарисовки.

Итак, написать правильно имя Азека Аримана - это большая проблема.
Ариман выбрал сразиться с отцом, не принимать спокойно кару от него, тоже виновного в постигших Тысячу Сынов несчастьях. Он знал, что Магнус одолеет его и убьет за Рубрику, лишившую живой жизни большую часть легиона. Но вот что Магнусу понадобится не больше десятка секунд, чтобы смять его защиту и схватить за горло, он не ожидал.
Если бы Ариман не был поглощен горем, он счел бы это унизительным.
Магнус поднял его над землей, медленно сжимая руку.
Но тут ни на секунду не оставлявший их до и во время схватки грохот стал ближе. К ним один за другим поднимались десантники-големы Рубрики. В руках каждый из них держал болтер, и каждый из них направлял оружие на Магнуса. Ариман ощутил, что хватка примарха прекратила сжиматься, и, трепыхаясь в воздухе, попытался освободиться и вдохнуть. С таким же успехом он мог попытаться сдвинуть гору.
Големы окружили их, не опуская болтеров и не меняя цели. Магнус удивленно смотрел на них, не удостаивая вниманием попытки Аримана освободиться.
Магнус выбрал ближайшего десантника Рубрики и, неверяще вглядываясь в пустые линзы шлема, спросил:
- Почему вы его защищаете?
Голем обдумал вопрос.
- Первый закон, - наконец загрохотал доспех. - Десантник Рубрики не может причинить вред человеку или допустить, чтобы человеку был причинен вред.
Рука Магнуса разжалась, и Ариман упал на землю, согнувшись пополам. Ему следовало бы перевести дух, но он не мог: теперь его душил истерический смех.
- Второй закон, - продолжал доспех, его шлем не отрывал пустого взгляда от Магнуса, а Магнус в свою очередь, точно окаменев, тоже не отрывал взгляда от бывшего сына. - Десантник Рубрики должен повиноваться всем приказам, которые дает человек, кроме тех случаев, когда приказы противоречат Первому Закону.
Ариман ощутил мокрое на своем лице и понял, что он рыдает и от смеха, и от горя.
- Третий закон: Десантник Рубрики должен заботиться о своей безопасности в той мере, в которой это не противоречит Первому или Второму Законам.
Когда он закончил, воцарилась тишина. Големы без малейшего движения стояли вокруг них, подняв болтеры. Наконец Магнус - Азек не мог понять, есть ли слезы в единственному глазу отца или ему так кажется, потому что он сам плачет - снова посмотрел на Аримана, скрючившегося на полу.
- Уйди, - устало сказал примарх. - Видеть тебя не хочу.
Ариман поднялся. Опустившие оружие големы, вновь молчаливые последствия проваленного заклинания, расступались перед ним. Он пока не мог представить, что принесет им будущее, но он чуял, что к нему никто не будет готов.

Потому что настоящее веселье начнется, когда они додумаются до Нулевого Закона.

#за_Императора #зарисовки #k_for_кроссовер слегка #упрт
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 20 комментариев

#бред #упрт #AU #зарисовки

Вот вы интересуетесь: почему мы вас не любим, дорогие магглы. Почему мы берем в оборот Темных Лордов и идем против вас бастовать. Ведь вроде как с вашим миром мы не соприкасаемся, и видеть вас в глаза не видим, так в чем же дело.
А как вы думаете, сколько нашего финансирования съедают ваши праздники — Фламель уже семнадцатый философский камень на вас извел.
У нас целый отдел во время Нашей Славной Революции согласился делать агитационные брошюры для поддержки Волдеморта, потому что уже не могли разбирать бесконечные письма Санта-Клаусу.
Это Дамблдору хорошо — у них там в визенгамоте целая кодла седобородых старцев, и все их обязанности — это на рождество лицом поработать, попасться на глаза трем-четырем детишкам, чтобы те уверовали в Волшебство. Один день в году — и долг Её Величеству отдан.
Да-да, именно её Величеству. Мы можем не платить налоги, не иметь документов, не быть военнообязанными, но мы должны поддерживать веру в волшебство. Таков старинный договор, и еще ни один монарх его не аннулировал.
Например, ходить к детишкам, шарить у них под подушками, вынимать выпавшие зубики и заменять их галлеонами.
Я действительно не знаю куда те галлеоны деваются. Думаю, что детишкам подкладывают лепреконово золото, которое потом исчезает, но в памяти детей живет тот миг, когда они стискивали в потных ладошках настоящую золотую монету.
Или — прятать в кустах на Пасху яйца, чтоб ваши детишки их искали. Геморрой между прочим — лазить по кустам.
Отдел Тайн — слава великому Мерлину следит за вашими разработками, и в Рождество мы успеваем доставить подарки во все уголки Англии. Интересно, а где еще в мире волшебники умудрились влезть в эту кабаллу? Да лучше бы открыто жили, налоги платили в армию ходили. Сомневаюсь что это так сложно организовать.
А сколько призраков мы рассылаем по всей Англии на Хэллоуин, для поддержки атмосферы?
А Несси- интересно, может хотя бы Хагрид знает как вывели эту тварь — сжирает за год жратвы столько же сколько целый драконий питомник, но она должна быть, ибо Лох-Несс должен манить своей загадочностью.
Нет. Все-таки этот договор придумали садисты. И как же везет старым хрычам из Визенгамота.
Я так завидую, что среди нашего благородного семейства еще никто не водился, кто может отрастить толстое пузо и длинную белую бороду. Потому что знаете ли довольно муторно каждую зиму ходить и колдовать снег. И вот ведь подлость — такие блондины-альбиносы мы на Британию одни. Весь декабрь приходится вкалывать Джеком Фростом, пока снег не выпадет в каждом уголке Британии, и раз пятнадцать меня не заменит какой-нибудь ребенок. И ведь контролируют же — никакой оборотки при исполнении. Тьфу. Вот и спонсируй им больницы.
Гарри Поттер еще не знает, ради чего он побеждал Волдеморта. Когда узнает — ему придется натягивать костюм Йети и скакать по горам. Вот тогда-то я и позлорадствую.
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 2 комментария

Ну вот и кроссоверная зарисовка подъехала.

Билл Шифр пытался добраться до человечества с самого начала. Ты до сих пор не уверен, является ли он просто одним из созданий Архитектора, хоть и щедро одаренным силой и умом, или же это одна из его личин. Впрочем, Тебе известно, насколько тонка грань.
Следы Билла, равно как и следы ваших противостояний, разбросаны по всей земной истории. Тебе стоило огромных трудов отучить людей возводить монументы в его честь; однако надо признать, что от некоторых из них Ты так и не смог избавиться, более того, следы эти появляются и по сей день. Несмотря на то, что Тебе удалось приковать внимание Билла к одной точке пространства-времени, его культисты всё еще доставляют кучу проблем.
Тем не менее, Ты доволен тем, что сумел перехитрить его. Одна из душ, что после стала частью Тебя, изгнала Билла в первый раз; Ты воспользовался этим знанием, чтобы разработать ритуал, который ограничит Билла, если он всё-таки сумеет прорваться в материальный мир. Ты оградил слабую точку реальности, а затем обманом убедил его, что именно здесь и только здесь он сможет войти на Землю.
Это сработало. Тысячелетия внимание Билла Шифра было обращено туда, где позже был воздвигнут город Гравити Фолз. Отчасти по замыслу Билла: в его планах ему нужны были люди. Ты препятствовал ему лишь настолько, насколько это было необходимо, чтобы не возбудить его подозрений.
Ты даже готов пожертвовать жителями города, потому что знаешь, что рано или поздно Биллу удастся прорваться в этот мир: ему нужна лишь одна победа, а Тебе необходимо побеждать раз за разом тысячи лет, и на таких сроках даже крайне малая вероятность Твоей ошибки становится существенной. Поэтому Ты предпочитаешь заманить его в ловушку, которой является Гравити Фолз, и, убив его в материальном мире, обречь на длительное даже по твоим меркам изгнание.
Биллу Шифру удается прорваться из измерения кошмаров в начале третьего тысячелетия. В этот момент Ты разбираешься с последствиями действий одного мистического культа на другом конце земного шара. Ты, конечно, чувствуешь присутствие Билла, но сначала должен завершить свою работу здесь. Ловушка удержит его достаточное количество времени.
Затем Ты спешишь в Гравити Фолз (защита еще держится), но, прибыв, не обнаруживаешь ни следа Билла Шифра или хаоса. Сначала Ты думаешь, что это какая-то уловка - тем более, жители, говоря, что всё было в порядке, очевидно лгут, а Ты умеешь чувствовать ложь - но Имматериум в области спокоен так, как он не был спокоен тысячи лет.
Тебе приходится использовать свои способности, чтобы узнать истину. Это как обычно немного раздражает: Ты делаешь всё для человечества, а они даже не могут посотрудничать. Хорошо, отчасти в этом есть и Твоя вина: они не знают о Твоём существовании и не ведают, что творят. Однако раскрывать своё существование или влиять на историю более, чем косвенно, Ты не намерен: пока Ты еще веришь в то, что нельзя строить лучший мир при помощи магии.
Ты возвращаешься к просмотру полученных воспоминаний. Можно сказать, что Ты поражен. Простым людям удалось не просто изгнать Билла Шифра, а убить его, перехитрив. Перехитрив продолжение Архитектора, восхитительно. Перефразируя, люди удивительные существа: Ты можешь узнать о них практически всё, но через тысячу лет они всё равно удивят Тебя.
Ты улыбаешься. В такие моменты Ты немного сожалеешь, что Ты вынужден оставаться один, но знаешь, что так в конечном счете лучше и проще. Ты не можешь дарить простым людям сроки жизни, хоть малость соизмеримые с Твоими, но всё же... но всё же эти люди заслужили награду, и Ты делаешь так, что годы будут немного благосклоннее к ним.
Твои дела здесь завершены. Билл Шифр, опозоренный таким поражением на весь Имматериум, не будет проблемой не менее ближайших десяти тысяч лет, и Ты покидаешь Гравити Фолз на такой долгий срок, что его можно назвать "навсегда".
Между тем, Билл вернется даже не через десять тысяч, а почти через сорок тысяч лет*. Но Тебя уже не будет с человечеством, чтобы это увидеть.


К моей чести, об этом я подумала еще до того, как Билла в сериале прямым текстом назвали "богом хаоса".
*На пару тысячелетий я округлила.

#зарисовки слегка #упрт #за_Императора #k_for_кроссовер
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 15 комментариев

#реал #зарисовки #ненависть
#не_стихи, но на всякий #недостихи
И объявил, что теперь все пропало, и остаётся одно - как следует повеселиться

Крысы, жадные крысы захватили корабль, тащат все, что попало, жрут съедобное и несъедобное, мертвое и живое, выгрызают куски у ещё недобитых
Выгоняют матросов, чтобы съесть их паёк, а ещё - чтобы не мешали рвать на клочки паруса
Думают - сами могут грести и управлять кораблем,
- Ас- астр- астрол- астролябия? Что это? Выкинем!
- Что вы, зачем, продадим! - усмехается главная крыса.
Матросы, которым хватило мест в шлюпке, прочь гребут что было сил, те же, кто выкинут за борт, - качаются на волнах, и все они громко поют песнь уходящих от грязи.
Корабль ли дом мой - или вот эти матросы?
Мы же пока что прижались к стене в тесной каюте и, запершись, слушаем шорох лап и челюстей, жрущих письмена майя.
- Чтоб вы подавились!
Не подавятся. Стены скорей прогрызут, чтоб утопить захваченный ими корабль, но вместе с ним не утонут.
Не дождутся в городе нашем сокровищ Вест-Индии.
Кажется, скоро и мне придётся прыгать за борт.
Время учиться плавать.
Показать 1 комментарий

Часы были большими, с крупными черными стрелками и делениями без цифр, и показывали без двух с половиной минут полночь.
- У часов должен быть часовой механизм, - мягко подсказал Браги.
- Да что ты понимаешь, поэтило, - насупился Синдри. - Это специальные часы, они не обычное время меряют.
- Да? И что же они показывают?
Синдри приосанился.
- Время до Рагнарека.


И ядерного Фимбулвинтера.

#зарисовки #саги_двадцать_первого_века #матан_сдан вообще всё сдано, добби свободен
Показать 4 комментария

#бред #зарисовки #ГП #штампы
- Не желает ли господин также приобрести кошелек с привязкой к счету в Гринготтсе? - радушно осклабился гоблин, выставив кривые острые зубы. - Его нельзя потерять или украсть, вы можете выставить лимит в количество денег в кошельке - очень удобно!
Гарри завороженно смотрел на мягкий сафьяновый кошелек. Действительно, это было бы очень удобно.
- КХМ, - громко раздалось у него из-за спины - Молли Уизли наконец отвлеклась от своих дел и снова подошла к Гарри. - Что тут такое происходит, Гарри?
Гоблин улыбнулся еще шире.
- Специальный кошелек, с привязкой к счету в Гринготтсе, - снова начал он, но продолжить не успел.
- И сколько же стоит такая прелесть? - перебила его Молли, тоже улыбаясь.
- Всего десять галлеонов, мэм, но поверьте, оно того...
- Вы наверное, недавно работаете в лондонском филиале банка?
- Да, мэм, вы правы...
- Моя фамилия - Уизли. Мой сын, Билл, работает на ваш банк...
- ...о, прошу прощения, мэм, - кошелек растворился из рук гоблина, - прошу прощения. Больше не повторится, - он снова улыбнулся, напоминая миниатюрную ушастую акулу, и скрылся в ближайшей от них двери банка.
- Что это было, миссис Уизли? - непонимающе спросил Гарри, когда они уже вышли из банка.
- Ах, Гарри, ну и аферисты эти гоблины! Никогда, слышишь, никогда не верь им. По договору с волшебниками они охраняют только сейф - запомни это! Если гоблин предлагает еще что-то - он гарантированно хочет тебя надуть. "Своих" они не трогают, но иногда попадаются новички, или просто особо ушлые типы.
- А что это за кошельки?
- Скорее всего, это просто немного зачарованный кошелек, с иллюзией наличия денег. Ты бы догадался об этом не сразу, а если бы догадался - они бы сказали, что в глаза таких кошельков не видели, и это был не их гоблин, и вообще ничего такого не было. При том что десять галлеонов ты им за него отдал, а деньги-то немаленькие! Но бывают и более серьезные случаи. Они могут потихоньку забирать у тебя по монете-две в день из сейфа, а потом скажут, что ты сам истратил - ты же не сможешь это доказать! Гадкие создания, и как только Билл с ними работает...
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 9 комментариев

Онлайн
С благодарностью клевчук за идею, невольно высказанную ей в одном из комментов.

Он с самого рождения был неправильным.
Его не интересовало ни золото, ни драгоценные камни, ни хотя бы банальное серебро – нет, все это восхитительные вещи оставляли его совершенно равнодушным. Кольца, цепочки, монеты – ничто не рождало в его душе того зуда и трепета, что вели за собой всех его сородичей, и обладание ими не наполняло его душу удовлетворением и теплом. Он чуял их – как ему и было положено – но никакой тяги это чутьё в нём не будило.
А вот сладости…
Он обожал сладости. Особенно шоколад – о, стоило ему учуять где-нибудь его запах, как он весь словно бы превращался в беспомощный кусочек металла, попавший в орбиту притяжения крупного мощного магнита, притягивавшего его к себе неотвратимо и точно. И не было для него наслаждения больше, чем первый положенный в рот кусок шоколада.
Именно так он и попался.
Его поймали в закрытой на ночь кондитерской, которую он повадился навещать раз в два-три дня – и выражение лица людей, увидевших ночного воришку, запутавшегося в упавшей на него сети, немного компенсировало ему, быстро дожёвывавшего большую плитку молочного шоколада с воздушным рисом, неожиданную утрату свободы.
Впрочем, несвобода оказалась вовсе не так ужасна, как это ему описывали. Хозяева его баловали – и каждый день приносили в его уютную норку то пакет леденцов, то тянучки, то шоколадные конфеты в блестящих разноцветных бумажках, таких красивых, что их даже жалко было порой разворачивать. А иногда, во время еженедельной генеральной уборки, брали его с собой в кладовую, где позволяли всласть покопаться в банках и ящиках.
Но самым любимым его развлечением было не это.
Каждый вечер, за несколько минут до закрытия, хозяева надевали на него ярко-красную шлейку с крохотным золотым колокольчиком, прикрепляли к ней прочный кожаный поводок и выносили на руках в зал, позволяя посетителям его гладить и угощать. Говорили, что этот маленький ритуал сделал их кафе, названное теперь в его честь «У Нюхлера», чуть ли не самым популярным в Британии.

#ГП #зарисовки
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 8 комментариев

Онлайн
#ПЛиО #зарисовки #AU

...По воспоминаниям очевидцев, это была самая страшная свадьба из всех, на которых им когда-нибудь доводилось. Дело было не в массовой резне или отравленном угощении, нет, ничего этого не было; просто в воздухе - в Великой Септе ли, в Красном замке ли - витало странное, абсолютно не свадебное напряжение: такое напряжение обычно уместно на поле битвы за мгновение до того, как командиры объявляют атаку. Что касается жениха и невесты, то ненависть, повисшую между ними в воздухе, можно было резать на куски и раздавать гостям вместо свадебного пирога - настолько плотной она была. Сами гости, впрочем, тоже были хороши: во взглядах, направленных на пару у алтаря Матери, читались отвращение, сожаление, непонимание - все, что угодно, но не восхищение. И трудно сказать, к кому именно из новобрачных эти взгляды относились.

Невеста, казалось, не замечала никого и ничего вокруг. Невысокая и хрупкая, как тростинка, в тяжелом свадебном одеянии она казалась еще моложе своих неполных восемнадцати лет; ей отчаянно хотелось оказаться подальше от этого города, от этих людей, но богов об избавлении она давно не молила - это были не ее боги, и помочь ей они не могли. Ее глаза блестели довольно странно, но оставались сухими, в то время как ее младшая сестра уже почти не сдерживала слез - ту со дня на день отсылали за Узкое море, с солидным приданым и настоятельными рекомендациями не возвращаться ко двору как можно дольше. Сама невеста предпочла бы, чтобы сестра осталась с ней, по ряду причин... но мнения и желаний сестры изменника никто не спрашивал. Ей и так предоставили выбор - замуж или в септы; поговаривали, что она умоляла короля отпустить ее к Молчаливым сестрам, и тот почти дал свое согласие, если бы не вмешательство королевы - та была категорически против: столь высокородной девице, по ее мнению, не пристало заниматься таким гнусным делом, как работа с покойниками. В септы девушка, исповедовавшая веру в Старых Богов, пойти не могла, поэтому ей оставалось только стоять здесь и стараться не смотреть на человека рядом.

Жених тоже замер, как статуя, глядя в одну точку - только ноздри раздувались от еле сдерживаемого гнева. Ему также очень не нравилась вся эта затея, но поделать он ничего не мог: такова была воля его короля, человека, которому он привык подчиняться с детства и единственного, чью власть над собой признавал. К тому же, он не мог отрицать того, что в словах короля была доля истины: стоит лишь выпустить эту... почти-его-жену из Королевской Гавани, как она упорхнет к своему братцу-ублюдку, и ищи их по всей стране. А девчонка видела и слышала слишком многое, чтобы так просто ее отпускать; можно было, конечно, выдать ее и за кого другого из придворных... но вот только кому другому они с братцем живо напоют в уши против короле. Счастье, что десница - не кто угодно, и королю верен безоговорочно. Хотя цепь, говоря по чести, бывает чересчур тяжелой...

Когда септон спросил, нет ли причины, мешающей этому браку, жених вновь и бровью не повел; невеста дернулась было, но бежать было некуда: позади нее стоял король, бывший посаженым отцом, а за ним - трое рыцарей Королевской Гвардии во главе с новым лордом-командующим, поэтому она лишь глубоко вдохнула и через силу покачала головой. Были даны семь обетов и семь благословений - жених цедил слова сквозь стиснутые зубы, невеста шептала их едва слышно; когда настало время менять плащи, она замерла и стиснула кулаки.

- Не подходите ко мне, - прошипела она так же на грани слышимости. - Не прикасайтесь ко мне, вы, оба!
- Ради Семерых, не устраивай скандала, - прошептал король и широким жестом снял с нее плащ. Жених практически тут же набросил ей на плечи свой, сколов у горла фибулой в виде конской головы, и они замерли друг напротив друга. Со стороны казалось, что они готовы вцепиться друг другу в глотки; жуткое ощущение усиливалось за счет того, что они были похожи, будто близнецы: оба темноволосые, с правильными чертами лица... и фиалковыми глазами, наследием древней Валирии. Наконец жених отмер и, наклонившись к невесте, быстро коснулся губами ее губ - едва заметно, чтобы соблюсти церемонию.

- Этим поцелуем я клянусь тебе в верности, - хрипло произнес он, - и признаю тебя своей леди и женой.
- Этим поцелуем я клянусь тебе в верности, - тихо ответила она, - признаю тебя своим лордом и мужем... перед твоими богами, но не перед своими.

Септон облегченно выдохнул, вскинул кристалл и, заглушая последние слова девушки, объявил, что отныне сир Эйгор Риверс из дома Таргариенов и Бракенов и леди Гвенис Риверс из дома Таргариенов и Блэквудов - одно тело, одно сердца, одна душа, и да будет проклят тот, кто встанет между ними. Люди в септе разразились приветственными, но не вполне искренними выкриками; король Деймон Блэкфайр, первый этого имени, сдержанно кивнул новобрачным. Эйгор вернул брату и королю кивок и позволил себе перевести дух: змеиное гнездо наконец-то было разрублено. Дейрон казнен; Эйрис с племянниками и матерью укрылся в Дорне, но ничего не стоит выкурить его оттуда, Бейлор и Мейкар мертвы; шлюха Милесса со старшей дочерью час назад прибыли в столицу из сожженного дотла Рейвентри и уже заняли свои новые комнаты на третьем ярусе темниц. Неприятно, конечно, что Ширу отсылают в Лисс, но так она не сможет передавать сведения своему бледнорожему любовничку... который, к слову, все же умудрился удрать в дневном переходе от Стены. Ничего, далеко не убежит - такую внешность ничем не спрятать.

А с молодой женой проблем возникнуть не должно. Хочет, чтобы с матушкой и сестрицей все было в порядке - заткнется и будет делать то, что ей скажут.

Пы.Сы. Chaucer, Imnothing, lonely_dragon, не бейте, оно само! >_<
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 14 комментариев

А теперь русско-народное.

- И пока не найдешь биекцию для двух заданных множеств в трехмерном пространстве, быть тебе, Василиса, лягушкой! - расхохотался Кощей.
Так Василисе и пришлось вместо Прекрасной стать Премудрой.


А всё потому, что учить матан надо было не в ночь перед экзаменом и идти сдавать надо было лектору, а не ждать, пока тебя факер возьмет.

#зарисовки #матан_крепчал #а_ведь_я_должна_учить_матан
Показать 12 комментариев

И сползли в матан.

Даже в самые тяжелые времена Браги не утрачивал любознательности.
- Вали, я буквально только спросить... Как Всеотец провернул, что ты вырос за одну ночь? Я пытался смотреть по биологии, но вроде дело не в этом...
Вали посмотрел на него с некоторым снисхождением:
- Про парадокс близнецов слышал?
- Да, это когда корабль отправляется в путешествие с релятивистcкой скоростью, а планета остается на месте, и тогда...
- Ну вот папа так и сделал. Только наоборот.


Мне всё-таки пришлось признаться себе, что у скандинавских зарисовок внезапно есть главный герой.

#зарисовки #упрт #саги_двадцать_первого_века #матан_крепчал

Я начала готовиться к экзаменам, и скандинавские зарисовки снова начали сползать в матан. Пока слегка.

Детей Всеотца обучали не только ратному делу, охоте и прочему, что должен знать муж, но и высоким наукам. Учить последнему асов согласилась двоюродная тетка валькирии Рандгрид, родом из Греции.
- Итак, Браги, и тогда выражение стремится к... - Браги стоял у доски и молчал уже минуту-другую. - к... ну же, Браги, к чему? ... Ну к чему... к чему оно приближается?
- К Альмутасиму, - буркнул Браги.
Учительница математики устало вздохнула:
- У вас, Браги, в моем классе всё кончается Альмутасимом. Садитесь на своё место и пишите саги.


Аж три отсылки (не считая скандинавской мифологии, разумеется) в семи предложениях. Расту, расту над собой.

UPD: Мне интересно, кто-нибудь все три сумел разгадать?

#зарисовки #саги_двадцать_первого_века
Показать 8 комментариев

Этим блогам нужно зимне-новогоднее настроение, так что всем скандинавского упоросика.
Факт-бендинг как обычно.

В небе разворачивались зимние огни. Кей поежился: то, должно быть, Снежная Королева выехала на смотр своего края. Он ускорил шаг, поскольку Сказочник твердо наказывал в эту ночь ни в коем случае не показываться на улице. Но Икки обещал хорошие полкурицы задешево, и Кей соблазнился таким подарком для домашнего стола.
Он опустил голову, смотря, куда ступает, а когда вновь поднял - северное сияние почти касалось его шапки. Кей побежал, но преследователи были быстрее. Он попытался оглянуться и увидел, что то была не Снежная Королева, далеко не она, кое-кто намного хуже её, а затем споткнулся и упал лицом в снег. И, стоило ему упасть, страх сковал его.
Дикая охота остановилась.
- Смертный, - сказал Один, спешиваясь и беря копье. - Ты оказался на нашем пути. Ты знаешь закон?
Кей лежал неподвижно, медленно понимая, ибо Сказочник рассказывал ему с Гердой и о Дикой охоте, что с ним сейчас сделают. Осознание пронзило его, и с этим - отпустил страх. Вдруг, легкий, как огонь, Кей вскочил, выхватывая маленький перочинный ножик: "Подойди и возьми, если сможешь!"
- Смелый мальчик, - похвалил Один, не опуская копья.
- Постой, Всеотец! - еще один ас - а это был Браги - спешился. - Смотри, что получается: ты сейчас убьешь его, но он умрет храбро и с оружием в руках, и поэтому попадет в Вальхаллу, так?
- Ну так.
- И что, ты заставишь какую-то из этих нежных, хрупких дев, переться через буран с пацаном в Вальхаллу, и потом догонять выезд, и потом снова со всеми переться в Вальхаллу на пир?
Валькирии охотно с ним согласились. Один вздохнул:
- И что ты предлагаешь?
- Нам всё равно в Вальхаллу. Возьмем его с собой, а там уже будем разбираться.
Коротко подумав, Один кивнул:
- Ладно. Но везешь его ты.
И не успел Кай опомниться, как ас-скальд подхватил его и усадил перед собой. Дикая охота тронулась вновь.
- Не дрейфь, пацан, - шепнул Браги и добавил: - Снип-снап-снурре, пурре-базелюрре!


В общем, пока асы будут пировать, Кей не пропадет. Ну а потом и Герда (которой, судя по сказке, будут помогать Хугин и Мунин) подоспеет.

#зарисовки #саги_двадцать_первого_века
Свернуть сообщение
Показать полностью
Показать 1 комментарий
Показать более ранние сообщения

Имя:
Пароль:
 
Войти при помощи:

ПОИСК
ФАНФИКОВ


Активные конкурсы








Поддержи проект рублёмЧтобы Фанфикс рос большим

бесплатный фотохостинг создан специально для пользователей Fanfics.me

Книги жанра ЛитРПГ
Опубликуй свою книгу!

Следи за любыми произведениями с СИ в автоматическом режиме и удобном дизайне

О-о-о-очень длинные истории про Марти Сью и их подружек!

Старейший в рунете архив фанфиков





Закрыть
Закрыть
Закрыть