|
Анонимный автор
3 июля в 23:28 к ориджиналу Овечья гора
|
|
|
Isur
Здравствуйте, благодарю за отзывы ❤️ Работа подходит к концу, осталась одна глава, история рассказана почти до конца. Кстати, мужчина с подгузником (памперсом) на голове (ну, чистым естественно, я не извращенка) - это чудесное незабываемое зрелище, у нас пару таких фото есть в семейном альбоме. С пояснения я посмеялась :Ь, а насчет личной истории - спасибо за нее, очень трогательно! Спасибо, приятно читать о счастье героев! Они это заслужили! Читать о порках - тяжело и больно, почти невыносимо. Жаль, что Хайнц помнит об этом с такой отчётливостью, часто детская память отторгает, капсулирует подобное, но он, видимо, был уже слишком взрослым, чтобы забыть. Да, это тяжелая тема. Хотя для него, возможно, еще более тяжелым оказалось то, что было до (психологическое насилие, унижение) - когда он пошел к директору и собрали комиссию. Потому что вот там как раз есть: Хайнц весь день до этого странным образом почти сразу забыл — помнил лишь на уровне чувств, обрывочных картинок, словно смотрел кино с поврежденной, порезанной пленкой. Больно ещё и потому, что не хочется смотреть на Шульмана в этой ипостаси. Да, тогда к телесным наказаниям было иное отношение, но и в то время детей пороли, тем более так жестоко, далеко не все. А в случае с Хайнцем это ещё и настолько несправедливо, что хочется орать((. Может, тут играет роль то, что я сама пережила домашнее насилие, но для меня наказание Хайнца даже не кажется таким уж тяжелым (хотя, конечно, мериться таким вообще не имеет смысла). Но, наверное, такое впечатление потому, что человек, выдавший ему это наказание, полностью осознает губительные последствия, просит прощения и искупает вину до последнего момента. Шульман для меня такой комфорт-персонаж, берущий на себя ответственность за свои поступки и действительно меняющийся к лучшему. Ну и что он изначально не подонок, не бьет его исподтишка или там ногами по голове, а согласно своим убеждениям и в четко установленных рамках (хотя потом Хайнцу все равно прилетает ногами по голове…) А вообще про немецкие школы того времени есть такие кулстори, что на этом фоне порка действительно цветочки. Про прусские казарменные порядки (с) Ференц - не такие уж и шутки… Вообще я себя неожиданно поймала на каком-то почти материнском отношении к Хайнцу-ребенку, очень его жалко было, ну и не только из-за наказаний, а потому что он в целом все переживает внутри себя, а переживает он много, но даже сам себе особо не признается. И эта сцена со спящим Шульманом и караулящей его Мией - очень знакомая и тёплая, душевная, отрадная, читаешь и улыбаешься. Она ему даже шарфик повязала, хоть он и не хотел!))) И наконец за то, что Биргит-мать - это в глазах Хайнца больше и даже лучше чем Биргит-просто жена, я ему апплодирую стоя. Это, если угодно, тест на подлинную зрелость, и он его прошёл более чем успешно. Тут я с вами согласна, но, все же, хочу отметить, что, вне зависимости от условностей времени действия, Хайнц тоже - отец, он тоже, наверное, в каком-то смысле открепился от Биргит, посвятил себя детям. Наверное, если бы была ее точка зрения в последних главах, она бы тоже подумала, что он им очень много времени уделяет и что все не так, как раньше.2 |
|