Глава 25. Колыбельная
В Яви Рик пытается усидеть понемногу на всех стульях, но кто ж ему позволит. Ювин устала бороться и сложила лапки, лежит, тоскует, вожделеет потихоньку, радио не интересуется. Ядвига показывает недоцаревичу Рику, где его место, чтоб не зазнавался, холоп. Не думаю, что найти ему замену так просто, но блефует она уверенно.
А в Нави Сирин спит под воздействием колыбельной и видит сны - обрывки чужой жизни. Воспоминания Василиссы - до дрожи. Бесконечно печальная, исковерканная судьба. Как исподволь утратить рассудок, потому что в небытии проще, там больше не нужно ненавидеть и бороться, а любви всё равно не хватает на всех, кто в ней нуждается. Сказка, проникшая дочери в подкорку, ставшая причиной одержимости. Песня, чтобы отвадить сына, раз уж в своё время не хватило сил отказать его отцу. И искренняя доброта и ласка для чужого несчастного мальчишки, на котором нет печати Аспида, но увы, это светлого пятна недостаточно(((.
А потом прилетает Гор с письмом, которого Сирин согревает мимолётной лаской. Вот уж у кого большое сердце и доброты для всех хватает, даже слишком много кмк, несмотря на всё пережитое. Что же написал Ярр? Где-то (везде?) горит, вскочили, побежали спасать? Без нас некому?
Спасибо, Элли! Просто замечательная глава!❤️🔥🌹