|
|
Daylis Dervent рекомендует!
|
|
|
|
|
Сказала прачка у ручья:
Показать полностью
"Полюбишь Первого, дитя. Он будет страшен и велик, До смерти будешь ты любить. Для вас отмерен общий срок, Но вот женой - не назовет." Она шептала приговор, Смывая кровь с белья водой: "Да, слава будет у тебя, И содрогнется вся земля, Все будут помнить имя той, Что страх и смерть несет с собой." Покрылась рябью гладь ручья, В туман слились её слова: "Но будет замок до небес, Твоей тюрьмой, таков твой крест. Судьбы тебе не изменить, За все придется уплатить. Не страшно, нет? Тогда ступай. Наступит день - уплатишь дань: Сама отдашь все, за любовь, Тому, кто льет как воду кровь." |
|

|
Соланж Гайяр
Да уж, про то, что мы не бессмертны — понимаешь примерно после тридцати — тридцати пяти. Белла не успела это понять в принципе. Сириус тоже. Я думаю, что это проблема у всех азкабанцев. У вас же конкретно есть ощущение в тексте, что Бель вообще слышит только то, что хочет… Увы. Госпожа Ро целый мир построила с минимумом отсылок «к родным болотам», так сказать. Человек—космополит, автор —космополит… В результате ее волшебный мир настолько универсален, что может существовать в вакууме. В любой стране и одновременно — нигде. Потому что обезличен очень уж сильно в итоге. Не пойму, толи образования и интереса к корням ей не хватило, толи желания… *с интересом* Маловато, увы, знаю про Белрруссию в целом: только в том году съездила туда на четыре дня. А вы из Белоруссии? |
|
И еще здесь очень хороша Белла - без надоевших штампов, и вполне канонная, то есть, именно такой могла быть Белла-школьница: храбрая, целеустремленная и упрямая, не сворачивающая с пути, как бы ни было страшно.