Я: не понимаю, зачем убирать из сюжета магию. Это же магия, это расширенные возможности!
Тоже я: Вот немагическое АУ, вот тут все так и вот тут сходится. Вот тут не сходится, но получилось лучше, чем сходится. Без магии круто!
И правда, самое странное ощущение именно от таких историй. Убрали магию - меньше возможностей. Но гораздо больше - для раскрытия характеров! То, что раньше можно было оправдать магией, империусом, обетами, теперь надо как-то объснить. И здесь все! Здесь любопытная, неловкая Дора - она не сшибает подставки для зонтиков, но вопросы задает неловко. Здесь за кадром харизматичный Лорд, доводящий соратников до тюрьмы, здесь предательство друзей, объяснимое мороком, чужим влиянием, промывкой мозгов. Без магии, одними словами! И раскаявшийся Питер, доведенный до края отчаяния. Я все еще его не понимаю, как можно было позволить так запудрить себе мозги, но почти жалею, особенно в конце, на залитых слезами страницах.
Без магии точно можно жить, не так, может быть, весело, но точно не менее разнообразно, если описывать так, как тут.
Вышла к подъезду, чтобы немного подышать Наружей. Слегка подрезать сирень, полить что-то, что-то прополоть. Сегодня за тридцать, но зато мошка уже большей частью сожрана стрекозами, а единичные экземпляры и вечные комары в такую погоду тоже предпочитают сидеть в тени, нет у них аппетита.
Занимаясь обрезкой, фоном слышу истеричные воробьиные вопли. Вопит – и вопит, что такого, тут под карнизом окошка второго этажа, в почти незаметной щели - гнездо, по срокам уже второй выводок, наверно. Родители орут почти всегда. Дети собираются вылетать в мир, как не орать.
Но, когда воробьиные матюги на пределе доступной птичке громкости начинают орать тебе чуть не в самое ухо, доходит, что что-то не так.
Оказывается, один бедовый слёток попал в пакет, куда я складываю мусор – траву и срезанные ветки. Горловина мешка для этого воробья слишком узкая, и выбраться он не знает, как. Трепыхается, а родители истерят из последних сил откуда-то из кустов.
Выпускать эту бестолочь птичью, стараясь не касаться руками ничего, кроме пакета и чувствуя трепет крылышек – хрупкое, трогательное, яркое.
Отдыхая на лавочке некоторое время спустя, видела кошку, целенаправленно кравшуюся куда-то вдоль дома. Когда котяра ускорилась, я за воробья испугалась. Но нет, таки не в этот раз! Тот же слёток из пакета, или не тот, но от кошки он благополучно упорхнул, сопровождаемый продолжающейся с разной степенью интенсивности истерикой взрослых. Кошке облом, птичке удача. Пока.
Всем, вылетевшим в мир, удачи!
Понять, как мир устроен, понять, чего ты хочешь в этом мире. Суметь избежать опасностей и найти вкусностей. И радостей побольше, а печалей как можно меньше.