Здравствуйте! Сразу скажу: не разделяю общего восхищения. Вы описываете страдания персонажей очень гротескно, и от этого не верится. В описаниях переживаний смерти близких, например, вы часто используете выражения типа "его глаза наполнились болью" (не цитата) или используете слова типа "горе", "страдание" и их синонимы. Это звучит неправдоподобно. Сцены заботы Рона о Джордже в задумке очень сильные, если бы не мелькали постоянно слова, которые я перечислила ранее. Вообще все герои у вас получились очень эмоциональные. Вот Гарри с Джинни тихо сидят и разговаривают, Гарри делится с Джинни очень сокровенным переживанием (о том, что лучше бы он выбрал иной путь в лимбе), и Джинни сразу кричит, трясëт его за плечи, говорит, что любит... Всë правильно, в общем-то... Но обычно такое поведение наоборот заставляет закрываться, а не открываться. Тем более, Джинни у вас в той сцене показана очень спокойной, желающей поддержать Гарри - и тут выходит на эмоции. Всех моментов не опишу, но у вас постоянно это встречается: громкие слова, не слишком оправданные слëзы, широкие резкие жесты - в общем, этот гротеск отталкивает. Хотя сюжет интересный, пишете вы плавно и красиво, и читать вас легко.
Больше десяти лет назад, в мою студенческую бытность, я стал свидетелем весьма впечатляющей оговорки, коей решил поделиться с вами. Топология, конец второй пары, и студенты, и преподаватель уже устали. Тема лекции – многообразия (один из типов пространств в топологии). Лектор завершает разбор темы и, подводя итоги, произносит:
– ...таким образом формируя всё рассмотренное многообразие разнообразий.
Немногочисленные внимательно слушавшие студенты начинают хихикать: очевидно, должно быть наоборот, "разнообразие многообразий". Лектор тоже понимает, что сказал что-то не то, и медленно повторяет, силясь обнаружить ошибку:
– Рассмотренное многообразие разнообразий.
Смех разносится громче, кто-то с места приходит на помощь заслуженному профессору:
– Иван Иванович, наоборот же!
– Да, действительно, – улыбается лектор. – Простите, заговорился. Я хотел сказать, многообразие ракообразий.
Откуда в уставшем сознании профессора возникли ракообразные, и как они проникли в лекцию, остаётся загадкой, но ещё десять лет до выхода на заслуженную пенсию студенты за глаза именовали его Раком Раковичем.
N.B. Несмотря на эту запоминающуюся оговорку, лектором профессор был отличным, и, невзирая на солидный возраст, сохранял ясность мышления всё время своей работы.