Времени осталось немного. Лучина почти догорела, а мне нужно дописать письмо. Ты должна знать, доченька, почему я так поступаю. Если я не поведаю всё, как было, злые языки наврут. Позволить им я этого не могу.
Он будет напоминать о себе тихим стуком между третьим и шестым рёбрами слева. Он невесомо положит руку на плечо, когда будет трудно. Он засмеётся Нибенийским ручьём и укутает защитой Акатоша.
Высокомерный, хитрый и беспощадный высший жрец остался за строчками письма. Здесь и сейчас – отец, исполненный нежностью к дочке.
Высокомерный, хитрый и беспощадный высший жрец остался за строчками письма. Здесь и сейчас – отец, исполненный нежностью к дочке.