Для юного Северуса Филимонт Поттер давно уже стал кем‑то вроде друга. Да, односторонняя дружба, существующая лишь в его воображении, — но от этого не менее настоящая. Северус невольно бросил взгляд на книгу. Он словно слышал голос автора: спокойный, уверенный, лишённый снисходительности, но полный терпения. Через чёткие формулировки рецептов, через лаконичные, но глубокие замечания на полях книги мистер Поттер будто разговаривал с ним напрямую.