Последняя глава навеяла какое-то лёгкое отвращение. Все так носятся с этим Роном, будто он — пуп вселенной. Гарри просто кипятком писяет, что Рон извинился перед ним, ура, жизнь заиграла новыми красками. Тьфу.
Самое короткое и жесткое фаталити я видела... в Ораниенбауме.
Как-то мы там гуляли у пруда, и одной из уток кто-то кинул хлеба с берега. Она подплывает, и тут прямо перед ней выныривает карп, отвешивает ей смачнейшего чеполаха хвостом по клюву, цапает хлеб и сваливает на глубину.